Решение по делу № А72-647/2025 от 26.03.2025

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ульяновск Дело № А72-647/2025

26.03.2025

Решение принято путем подписания резолютивной части решения 17.03.2025

Мотивированное решение изготовлено 26.03.2025

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Ю.А.Овсяниковой, рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по заявлению

Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ульяновской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Ульяновск

к арбитражному управляющему ФИО1 (ИНН <***>), г. Тольятти

заинтересованные лица – ФИО2, область Ульяновская, п. Зеленая Роща

Саморегулируемая межрегиональная общественная организация «Ассоциация антикризисных управляющих» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Самара

о привлечении к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ (протокол об административном правонарушении № 00917324 от 29.11.2024),

без вызова сторон, извещенных о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства надлежащим образом по правилам ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Ульяновской области: http://ulyanovsk.arbitr.ru,

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ульяновской области обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности по ч.3 ст.14.13 КоАП РФ.

Определением от 28.01.2025 заявление принято к производству в упрощенном порядке, сторонам установлены сроки для представления суду, а также друг другу, доказательств и дополнительных документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции, к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО2, Саморегулируемая межрегиональная общественная организация «Ассоциация антикризисных управляющих».

Дело рассмотрено в порядке п. 5 ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса РФ без вызова сторон после истечения сроков, установленных судом для представления доказательств и иных документов; решение об отказе в удовлетворении заявленных требований по ст.2.9 КоАП РФ было принято 17.03.2025 путем подписания резолютивной части решения, которая приобщена к делу в порядке ст.229 АПК РФ и размещена на официальном сайте суда в сети "Интернет".

От Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области поступило заявление об изготовлении мотивированного решения по делу.

При данных обстоятельствах суд, руководствуясь главой 20 АПК РФ с особенностями, установленными главой 29 АПК РФ, изготавливает решение по делу в полном объеме.

Как следует из материалов дела, Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.10.2023 (резолютивная часть объявлена 25.10.2023) по делу №А72-9354/202 ФИО3 (дата рождения: 01.02.1961; место рождения: гор. Ульяновск; место жительства: <...>; ИНН: <***>; СНИЛС: <***>) признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на 5 месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО1, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

В ходе проведения должностным лицом Управления административного расследования по поступившему обращению ФИО2 при работе с материалами дела №А72-9354/2023, работе на сайте Арбитражного суда Ульяновской области и ЕФРСБ, в деятельности арбитражного управляющего ФИО1 выявлено нарушение Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закон о банкротстве), в связи с чем, 29.11.2024, в присутствии арбитражного управляющего, составлен административный протокол №00917324 и направлен в арбитражный суд в соответствии со статьей 23.1 КоАП РФ.

Из административного протокола и заявления, поданного административным органом в суд, финансовому управляющему вменяется:

1.Нарушение требований п.1 ст. 213.1, п. 8 ст. 213.9, п.2 ст. 213.24, п. 1,3 ст. 213.26, п. ст. 139 Закона о банкротстве, выразившееся в длительном непринятии мер по проведению описи и оценки имущества должника, осмотра места проживания должника, длительном не принятии мер по формированию конкурсной массы должника.

В ходе административного расследования Управлением установлено, что Согласно выписке из ЕГРН от 16.10.2024 у должника имеется следующее имущество: земельный участок, площадью 530 кв.м. (кадастровый номер: 73:24:020805:41), жилой дом, общей площадью 198,7 кв.м., (кадастровый номер: 73:24:020805:95), расположенный по адресу: <...>.

Следовательно жилой дом, общей площадью 198,7 кв.м., (кадастровый номер: 73:24:020805:95) является единственным пригодным местом проживания для должника.

Согласно Решения Ульяновской Городской Думы от 13.07.2005 N 136 "Об установлении учетной нормы и нормы предоставления площади жилого помещения", установлена норма предоставления площади жилого помещения по договору социального найма в размере: не менее 18 кв. м для одиноко проживающего человека; не менее 15 кв. м на одного человека для семьи из 2-х и более человек.

При этом, исходя из сведений Межрайонного специализированного отдела ЗАГС Агентства ЗАГС Ульяновской области от 19.08.2024, ФИО3 в браке не состоит, сведений о наличии у ФИО3 детей не имеется.

На основании изложенного, площадь жилого дома должника, которая составляет 198,7 кв.м. превышает норму жилой площади на одного человека;

Следовательно, финансовый управляющий ФИО1, действуя добросовестно и разумно, должна была принять меры по решению вопроса о наличии у жилого дома и земельного участка, принадлежащих должнику, признаков излишнего (роскошного), об экономической целесообразности реализации излишнего жилья должника в целях погашения требований кредиторов, об условиях приобретения должнику замещающего жилья (либо выплате должнику денежных средств для покупки жилого помещения), площадью, соответствующей установленной норме (провести собрание кредиторов, обратиться в арбитражный суд). Вместе с тем, в нарушение ст. 213.25, 213.26 Закона о банкротстве, указанные меры не были приняты финансовым управляющим.

Более того, согласно отчета финансового управляющего от 13.05.2024 о результатах проведения реализации имущества гражданина, указанное имущество должника (жилой дом и земельный участок) было исключено финансовым управляющим ФИО1 из конкурсной массы должника.

В свою очередь, лишь по инициативе кредитора ФИО2, которая направила финансовому управляющему соответствующее требование о проведении собрания кредиторов, финансовым управляющим ФИО1 было проведено 07.10.2024 собрание кредиторов, на котором принято решение о выведении из исполнительского иммунитета в связи с «роскошным жильем» и дальнейшей реализации единственного жилья, а именно, земельного участка и расположенного на нем жилого дома (сообщение в ЕФРСБ №15632730 от 10.10.2024).

Таким образом, принимая во внимание, наличие у жилого дома и земельного участка, принадлежащих должнику признаков излишнего (роскошного), финансовому управляющему ФИО1 надлежало провести опись, оценку и реализацию данного имущества в разумные сроки.

Вместе с тем, в нарушение п. 8 ст.213.9 Закона о банкротстве, финансовым управляющим ФИО3 ФИО1 опись имущества должника была проведена лишь 01.04.2024, т.е. спустя более 5 месяцев с даты введения процедуры банкротства в отношении должника.

Кроме того, финансовый управляющий ФИО1, действуя добросовестно и разумно, должна была на основании п. 8 ст.213.9 Закона о банкротстве провести осмотр места проживания ФИО3, в том числе, с целью выявления движимого имущества гражданина, а также выявления признаков излишнего (роскошного) жилья.

В свою очередь, осмотр места проживания ФИО3 по адресу: <...> был произведен финансовым управляющим лишь 02.09.2024, т.е. спустя почти один год с даты введения (27.10.2023) процедуры банкротства в отношении должника.

В свою очередь, длительное не принятие финансовым управляющим мер по проведению описи имущества должника и проведении осмотра места проживания должника привело к затягиванию проведения оценки имущества должника.

Финансовым управляющим ФИО1 02.09.2024 (спустя почти один год с даты введения процедуры банкротства) была проведена оценка имущества должника - земельного участка, площадью 530 кв.м. (кадастровый номер: 73:24:020805:41) и расположенного на нем жилого дома, общей площадью 198,7 кв.м., (кадастровый номер: 73:24:020805:95), расположенных по адресу: <...>.

Данные действия (бездействие) финансового управляющего ФИО3, ФИО1, выразившиеся в длительном непринятии мер по проведению описи и оценки имущества должника, осмотра места проживания должника, длительном непринятии не принятии мер по формированию конкурсной массы должника нарушают права и интересы кредиторов, приводят к необоснованному затягиванию процедуры банкротства, влекут увеличение сроков рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, а также свидетельствуют о недобросовестном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей.

2. Нарушение требований п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве, выразившееся в непринятии мер по проведению анализа финансового состояния должника, а также составлению заключения о наличии или отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Управлением установлено, что Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.10.2023 (резолютивная часть объявлена 25.10.2023) ФИО3 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на 5 месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО1.

Учитывая вышеизложенное, и в соответствии с п.4 ст.20.3 Закона о банкротстве, финансовый управляющий ФИО1 обязана была подготовить анализ состояния должника и подготовить заключение о наличии или отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства в разумный срок и в пределах срока, определенного решением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.10.2023 (то есть, в течение 5 месяцев).

Вместе с тем, в нарушение п. 8 ст. 213.9, п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве, финансовым управляющим ФИО3 ФИО1 был подготовлен анализ финансового состояния должника и заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства лишь 13.05.2024, т.е. спустя почти 7 месяцев с даты введения процедуры банкротства в отношении должника.

3. нарушение требований п. 2 ст. 143 Закона о банкротстве, п. 4,10,11 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 N 299 (далее - Общие правила), Приложения №4 к приказу Минюста РФ от 14.08.2003 № 195 - Типовой формы отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, пп. 4 п. 5 Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих "Правила подготовки отчетов финансового управляющего", Приложения №2 -Типовой формы отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина, утвержденных Приказом Минэкономразвития РФ от 31.05.2024 № 343, выразившееся в нарушении требований к отчетам финансового управляющего.

Управлением установлено, что в нарушение п. 4 Общих правил, Типовой формы, пп. 4 п. 5 Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих "Правила подготовки отчетов финансового управляющего", утвержденного Приказом Минэкономразвития РФ от 31.05.2024 № 343 отчеты финансового управляющего ФИО1 о своей деятельности и о результатах реализации. имущества гражданина от 14.06.2024, 19.07.2024, 10.09.2024 не соответствуют утвержденной Типовой форме:

-отсутствует раздел 4.1, 4.2, 4.3, 4.9, 4.10;

-раздел «сведения о размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов» не соответствует разделу 4.7.2 Типовой формы;

-указанные в отчете сведения о текущих расходах на проведение процедуры реализации имущества должника не соответствуют разделу 4.8 Типовой формы.

В нарушение п. 2 ст. 143 Закона о банкротстве, п. 4, 10 Общих правил, Типовой формы в отчетах финансового управляющего ФИО1 о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 14.06.2024, 19.07.2024, 10.09.2024 в разделе «сведения о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника» отсутствуют сведения о дате и номере описи имущества должника, в разделе «формирование реестра требований кредиторов» отсутствуют сведения о количестве решений о включении в реестр требований кредиторов.

В нарушение п. 4 Общих правил, Типовой формы, в отчетах финансового управляющего ФИО1 о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 14.06.2024, 19.07.2024, 10.09.2024 в разделе «Иные сведения о ходе реализации имущества гражданина» отсутствует «Приложение».

Ответчик в письменном отзыве заявленные требования не признает, представил возражения по каждому пункту протокола:

- по пункту 1 Протокола: нормы статей 213.25, 213.26 Закона о банкротстве не содержат ни прямого, ни косвенного указания на обязанность финансового управляющего произвести определенный перечень действий для решения подобных вопросов. А значит вменение в вину финансовому управляющему не совершение конкретных действий, не предписанных законом, и привлечение его к ответственности по ч.3 ст.14.13 КоАП является незаконным и необоснованным. Учитывая, что ответственность по ч.3 ст.14.13 КоАП РФ наступает за нарушение правил, прямо предусмотренных законом, то Управление не доказало нарушение финансовым управляющим статей 213.25, 213.26 Закона о банкротстве.

Кроме того, финансовый управляющий произвел действия по установлению наличия или отсутствия признаков излишнего (роскошного) жилья, и таких признаков не обнаружено. Результатом таких действий стало решение финансового управляющего об исключении жилого дома из конкурсной массы в порядке п.3 ст.213.25 Закона о банкротстве и ст.446 ГПК РФ. На текущий момент, указанная правовая позиция финансового управляющего об отсутствии признаков роскошного жилья и исключение имущества из конкурсной массы, не опровергнута.

Следует отметить, что в законодательстве отсутствует определение понятия «роскошное жилье», а также критерии, на основании которых жилое помещение может быть отнесено к категории «роскошного», однако установить, что понимается под роскошным жильем возможно исходя из толкования понятий «роскошный» и «роскошь», а также исходя из сложившейся судебной практики.

В данном случае в качестве доказательств явных излишеств конкурсным кредитором ФИО2 и Управлением указано лишь на превышение разумной потребности в обеспеченности жильем исходя только из сведений о площади и кадастровой стоимости дома и земельного участка, без проведения оценочной экспертизы (применительно к правовым позициям, отраженным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004).

При этом конкурсным кредитором и Управлением не учитываются такие сопутствующие обстоятельства, как все прочие характеристики конкретного жилого помещения, включая как его общую, так и жилую площадь, не принимаются во внимание конструктивные особенности и иные обстоятельства по условиям проживания.

В частности, финансовым управляющим установлено, что фактически дом постройки 1960-х годах силами матери ФИО4, стены жилого дома выполнены из дерева и обнесены сайдингом, один из этажей в доме является подземным и не предназначен для проживания, помещение на втором этаже фактически является не жилым, не оборудовано, отсутствует элементарно лестница на второй этаж, в доме отсутствует тепло-, газо- и водоснабжение, внутренняя обстановка дома критически далека от понятия богатого убранства, изящества, великолепия, излишних удобств.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 №15 -П указано, что отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

В том же постановлении Конституционный Суд указал в отсутствие соответствующего законодательного регулирования признание ст.446 ГПК РФ противоречащей Конституции Российской Федерации было бы, сопряжено с риском произвольного определения соответствующих критериев в правоприменительной практике, причем в отношениях, характеризующихся высокой степенью социальной уязвимости людей, и притом что существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение и использованы для определения рамок исполнительского иммунитета быть не могут.

Управлением указано, что в нарушение п.8 ст.213.9 Закона о банкротстве опись имущества проведена лишь 01.04.2024, т.е. спустя 5 месяцев после введения процедуры банкротства. Здесь необходимо обратить внимание, что в квартальном Отчете финансового управляющего от 29.03.2024 уже было указано, что опись имущества проведена, поэтому представляется очевидным, что в самой Описи при проставлении даты была допущена опечатка, вместо нужного «01.02.2024» указано неверно «01.04.2024».

Управлением указано, что в нарушение п.8 ст.213.9 Закона о банкротстве, произведен осмотр места проживания 02.09.2024, т.е. спустя почти год с даты введения (27.10.2023) процедуры банкротства. Выводы о нарушении финансовым управляющим закона в этой части являются необоснованными ввиду следующего: Нормы п.8 ст.213.9 Закона о банкротстве не содержат ни прямого, ни косвенного указания на обязанность финансового управляющего проводить осмотр места проживания должника.

06.11.2023 финансовым управляющим посредством Почты России в адрес должника ФИО3 направлено Уведомление-запрос документов и информации, в том числе запрошена Опись имущества с указанием места нахождения или хранения имущества, копии документов, подтверждающих право собственности на имущество и документов, подтверждающих исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности, иные документы и информацию, содержащие сведения об имуществе, в том числе об имущественных правах за период, начиная с 21.07.2020 по настоящее время.

В ответ на указанный запрос Должником предоставлены запрошенные документы, в том числе предоставлена Опись имущества по форме, утвержденной в приложении №2 Приказа Минэкномразвития России №530 от 05.08.2015.

Должница указала, что у неё отсутствует какое-либо движимое имущество в виде транспортных средств, мототранспортных средств, сельскохозяйственной техники, водного, воздушного транспорта; также не имеется акций, ценных бумаг, драгоценностей, предметов искусства и иного ценного имущества.

Закон о банкротстве и устойчиво сложившаяся судебная практика о полномочиях финансового управляющего, не предусматривают обязанности управляющего производить осмотр жилого помещения (например, Определение Верховного Суда РФ от 09.10.2023 № 305-ЭС20-1317 (8) по делу № А40-189254/2018).

Такое положение дел является оправданным ввиду соблюдения базовых прав гражданина, в частности на неприкосновенность жилища и направлено на ограничение пределов действий управляющего, связанных с доступом в жилище должника, - по крайней мере, без соответствующей санкции суда.

В настоящем деле о банкротстве такой необходимости финансовым управляющим не установлено.

В дальнейшем в ходе процедуры банкротства по ходатайству кредитора и во исполнение Определения Арбитражного суда Ульяновской области финансовым управляющим по представленным должником фотографиям составлен Акт от 02.09.2024 осмотра жилого помещения должника по адресу: <...>.

Таким образом, составление акта осмотра жилого помещения выполнено 02.09.2024 не в связи с императивными предписаниями закона, а в связи с предложением суда при рассмотрении возражений конкурсного кредитора по вопросу завершения процедуры банкротства.

Управлением указано, что в нарушение п.1 ст.213.26 Закона о банкротстве оценка имущества должника произведена 02.09.2024, т.е. спустя 5 месяцев с даты проведения описи имущества должника.

Однако, Управлением не учтено следующее:

- основной целью проведения оценки имущества должника в соответствии со ст.213.26 Закона о банкротстве является дальнейшее обращение взыскания на имущество в виде его реализации (продажи);

- имущество ФИО3 (жилой дом и земельный участок под ним) было исключено из конкурсной массы финансовым управляющим в порядке п.3 ст.213.25 Закона о банкротстве и ст.446 ГПК РФ, как имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, поскольку оно является для должника единственным пригодным для постоянного проживания помещением (указанные сведения были отражены во всех отчетах финансового управляющего, которые исправно направлялись в адрес суда и конкурсных кредиторов);

- согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» вопросы об исключении из конкурсной массы указанного имущества решаются финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке. Из этого следует обоснованный вывод, что исключенное из конкурсной массы имущество не подлежит оценке, поскольку не имеет цели его реализации.

- Также Управлением несправедливо не учитывается, что финансовый управляющий провёл оценку имущества 02.09.2024 по предложению суда в рамках рассмотрения ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры банкротства должника, поданного в суд 17.05.2024, а также с учетом возражений кредитора ФИО2, которая просила продлить срок процедуры банкротства должника. Указанное ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры рассматривалось судом на протяжении 3.5 месяцев в период с 17.05.2024 по 12.09.2024. Именно в этот период (в августе 2024) кредитор ФИО2 направила финансовому управляющему требование о проведении собрания кредиторов.

Во исполнение требований Закона о банкротстве, финансовым управляющим назначено собрание кредиторов на 07.10.2024 по вопросам повестки дня, предложенным кредитором. Именно по этой причине арбитражный суд 12.09.2024 продлил процедуру банкротства до 25.10.2024, указав, что продление срока реализации имущества гражданина является необходимым для выполнения финансовым управляющим мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве в части проведения собрания кредиторов по требованию кредитора. Таким образом, оценка имущества финансовым управляющим выполнена 02.09.2024 не в связи с императивными предписаниями закона, а в связи с предложением суда при рассмотрении возражений конкурсного кредитора по вопросу завершения процедуры банкротства.

Вменение в вину финансовому управляющему указанных субъективных обстоятельств является незаконным и необоснованным, поскольку эти обстоятельства не имеют причинной связи между какими-либо императивными предписаниями закона и произведенным действием (в нашем случае проведение оценки имущества, исключенного из конкурсной массы). Здесь особым образом нужно подчеркнуть тот факт, что до настоящего времени имущество находится в статусе исключенного из конкурсной массы. И вопрос о его включении в конкурсную массу судом до настоящего момента не разрешен.

Кроме того, 23.10.2024 в Арбитражный суд Ульяновской области финансовым управляющим было направлено заявление о признании недействительным решения собрания кредиторов от 07.10.2024 по вопросу: «О выведении из исполнительного иммунитета в связи с «роскошным жильем» и дальнейшей реализации единственного жилья, а именно, земельного участка и расположенного на нем жилого дома, расположенных по адресу: г.Ульяновск, 1 -ый пер. Гладышева, д.7».

До настоящего времени судом рассматривается вышеуказанное заявление в рамках обособленного спора. Из принимаемых судом промежуточных определений об отложении судебных заседаний следует, что действительно кредитором ФИО2 нарушен порядок рассмотрения подобных вопросов, судом истребованы у стороны кредитора доказательства, позволяющие сделать вывод о возможности признания единственного жилья ФИО4 «роскошным».

Также в рамках этого обособленного спора, финансовым управляющим проведено ещё одно собрание кредиторов 13.01.2025 по вопросу о приобретении гражданину ФИО3 замещающего жилья кредитором ФИО2 или финансовым управляющим за счёт средств кредиторов, положительно проголосовавших по данному вопросу, из расчета не менее 18 кв.м общей площади и рыночной стоимостью не ниже 2 500 000 рублей.

Собрание кредиторов от 13.01.2025 признано неправомочным из-за отсутствия кворума, т.к. никто из кредиторов не направил бюллетени для голосования.

Все вышеприведенные сведения свидетельствуют о том, что между участниками процедуры банкротства ФИО3 имеются разногласия по вопросу исключения из конкурсной массы единственного жилья, которые разрешаются в соответствии с п.3 ст.213.25 Закона о банкротстве.

В данном случае, права и интересы кредиторов защищены возможностью контроля за деятельностью управляющего в форме отчетности, а также разрешения возникающих разногласий в судебном порядке в порядке ст.60 Закона о банкротстве.

В частности, до финального отчета от 13.05.2024 кредиторам направлялись ещё два квартальных отчета (в декабре 2023 года и в марте 2024), в которых уже было отражено, что дом и земельный участок исключаются финансовым управляющим из конкурсной массы должника в соответствии с п.3 ст.213.25 Закона о банкротстве и ст.446 ГПК РФ, как единственное пригодное для проживания помещение. Однако, никто из кредиторов не обращался с разногласиями по данному вопросу ни к финансовому управляющему, ни в суд.

Доводы о «роскошности» жилого дома, кредитор ФИО2 начала заявлять лишь в июне 2024 года после направления финансовым управляющим в суд ходатайства о завершении процедуры банкротства.

- по Пункту 2 Протокола: Управлением указано, что в нарушение абз.3,4 п.8 ст.213.9, п.2 ст.20.3 Закона о банкротстве анализ финансового состояния и заключения подготовлены 13.05.2024, т.е. спустя почти 7 месяцев с даты введения процедуры банкротства.

Между тем, названные нормы закона не содержат каких-либо сроков подготовки указанных документов, указано лишь на обязанность их подготовки в ходе проведения мероприятий в деле о банкротстве с учетом целей конкретной процедуры.

Согласно п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве (в редакции закона, которая действовала по состоянию на март-май 2024 года), в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Решение суда о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) вынесено 25.10.2023, сроком на 5 месяцев.

Судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего было назначено на 20.03.2024.

При этом, требования последнего кредитора ФИО2 в настоящем деле были включены в реестр требований кредиторов лишь Определением суда от 19.03.2024 (резолютивная часть Определения опубликована на сайте 20.03.2024).

Таким образом, подготовить завершающий отчет, анализ и заключения не представлялось возможным по объективным причинам, ввиду незавершенности рассмотрения судом вопроса о включении требований кредиторов.

К судебному заседанию 20.03.2024 финансовый управляющий направил в суд ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании, в связи с необходимостью подготовки необходимых документов для завершения процедуры банкротства.

Определением суда от 20.03.2024 судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества должника было отложено на 20.05.2024. Дата судебного разбирательства определена с учетом ежегодного трудового отпуска судьи в порядке ст. 20.1 Закона «О статусе судей в Российской Федерации», загруженности графика судебных заседаний, нерабочих и праздничных дней, с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 14, 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 №99 «О процессуальных сроках».

29.03.2024 посредством системы «Мой арбитр» в суд направлено ходатайство о приобщении к материалам дела ответов государственных органов и отчета финансового управляющего.

Анализ финансового состояния должника и заключения подготовлены финансовым управляющим 13.05.2024, то есть спустя 6 месяцев и 7 рабочих дней (с учетом майских выходных и праздничных дней), в пределах сроков, установленных судом по настоящему делу.

В ходе подготовки указанных документов, финансовый управляющий должен учитывать требования всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Как указывалось выше, Определение суда о включении в РТК требований кредитора ФИО2 размещено на сайте 20.03.2024, поэтому подготовить к 20.03.2024 вышеуказанные документы не представлялось возможным по объективным причинам, а не в результате незаконного бездействия финансового управляющего.

- по Пункту 3 Протокола. 17.05.2024 финансовым управляющим было направлено ходатайство о завершении процедуры банкротства, с приложением всех документов о ходе процедуры и направлен финальный отчет о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина. Указанный отчет был составлен в соответствии нормативными документами, действовавшими до 14.06.2024.

Как указывалось выше, ходатайство о завершении процедуры рассматривалось в суде, с учетом заявленных возражений кредитора ФИО2, более трех месяцев, в период с 17.05.2024 по 12.09.2024.

К каждому новому судебному заседанию суд в своих определениях просил финансового управляющего предоставлять отчет на текущую дату.

Поэтому, пока рассматривалось ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры, форма отчета не изменялась.

После вынесения судом Определения от 12.09.2024 о продлении процедуры банкротства, финансовым управляющим в сентябре и декабре 2024 года были подготовлены квартальные отчеты, а также отчет от 18.10.2024 в новой редакции, с учетом Типовой формы, утвержденной приказом Минэкономразвития РФ от 31.05.2024 №343.

Учитывая всё вышеизложенное, что в настоящем деле отсутствует данные, указывающие на наличие события административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.14.13 КоАП.

Просит отказать в удовлетворении заявления Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области и прекратить производство по делу об административном правонарушении в отношении арбитражного управляющего ФИО1.

Оценив доводы сторон и представленные в дело доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с Положением о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 года N457, Росреестр является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции контроля (надзора) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

В соответствии с п. 10 ч.2 ст.28.3 КоАП РФ должностное лицо федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, имеет право составлять протоколы об административном правонарушении, предусмотренные статьями 14.12, 14.13, частью 1 статьи 19.4, частью 1 статьи 19.5, статьями 19.6, 19.7 КоАП РФ.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ предусмотрена ответственность за несоблюдение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, в виде предупреждения или наложения административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Объектом правонарушения является установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере, связанной с несостоятельностью (банкротством).

Объективная сторона данного правонарушения выражается как в действии, так и в бездействии при банкротстве, к которым, в частности, относится неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с примечанием к ст. 2.4 КоАП РФ арбитражные управляющие несут ответственность как должностные лица.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Пунктом 1 Протокола арбитражному управляющему ФИО1 вменяется нарушение требований п.1 ст. 213.1, п. 8 ст. 213.9, п.2 ст. 213.24, п. 1,3 ст. 213.26, п. ст. 139 Закона о банкротстве, выразившееся в длительном непринятии мер по проведению описи и оценки имущества должника, осмотра места проживания должника, длительном не принятии мер по формированию конкурсной массы должника.

Управление вменяет управляющему указанное нарушение, соглашаясь с мнением кредитора о наличии у жилого дома и земельного участка, принадлежащих должнику, признаков излишнего (роскошного) жилья.

Однако, согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 января 2021 г. N 309-ЭС20-15448 по делу N А50-34786/2017, а также позиции ВС РФ, изложенной в Определении по делу N 309-ЭС20-10004 от 29.10.2020 года, гражданин - должник вправе сохранить за собой как минимум одно находящееся в его собственности помещение, которое может быть использовано для проживания его и членов его семьи.

В законодательстве отсутствует определение понятия "роскошное жилье", а также критерии, на основании которых жилое помещение может быть отнесено к категории "роскошное".

Верховный Суд РФ указал, что под роскошным жильем понимается недвижимость, явно превышающая уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29 октября 2020 года N 309-ЭС20-10004 по делу N А71-16753/2017).

В указанном случае финансовый управляющий произвел действия по установлению наличия или отсутствия признаков излишнего (роскошного) жилья, и таких признаков не обнаружено по основаниям, подробно описанным ответчиком в отзыве.

Данный жилой дом как единственное жилье должника исключен финансовым управляющим из конкурсной массы, в связи с чем доводы Управления о непроведении оценки имущества должника являются необоснованными.

Вопрос включения указанного имущества в конкурсную массу судом до настоящего момента не разрешен. Согласно размещенному в Картотеке арбитражных дел протоколу судебного заседания от 13.03.2025 по делу №А72-9354/202 о банкротстве ФИО3 судом рассматривается вопрос о проведении в рамках дела о банкротстве судебной экспертизы в отношении указанного жилого дома, являющегося единственным жилым помещением должника.

Доводы Управления о необходимости проведения осмотра места проживания должника суд считает необоснованными, поскольку Закон о банкротстве такой обязанности финансового управляющего не содержит.

Таким образом, доводы Управления о вменении финансовому управляющему в качестве нарушения невключение указанного жилого дома в конкурсную массу не соответствуют нормам Закона о банкротстве и ст.446 ГПК РФ; вопрос об обоснованности включения такого объекта в конкурсную массу, вопрос о разногласиях между финансовым управляющим и кредитором подлежит разрешению судом в деле о банкротстве; нарушений со стороны финансового управляющего не допущено.

Кроме того, являются необоснованными доводы административного органа о нарушении сроков составления описи имущества должника. Как указывает Управление, ФИО1 опись имущества должника была проведена лишь 01.04.2024. При этом ответчиком представлены сведения, что опись имущества должника проведена 1.02.2024 (указанное подтверждается отчетом от 29.03.2024). При этом, опечатка финансового управляющего в дате описи имущества должника не свидетельствует о нарушении срока составления ФИО1 описи имущества должника.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии нарушений Закона о банкротстве со стороны арбитражного управляющего (п.1 Протокола).

Пунктом 2 Протокола об административном правонарушении арбитражному управляющему ФИО1 вменяется нарушение требований п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве, выразившееся в непринятии мер по проведению анализа финансового состояния должника, а также составлению заключения о наличии или отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Из материалов дела следует, что Решение суда о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) вынесено 25.10.2023, сроком на 5 месяцев. Судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего было назначено на 20.03.2024. При этом, требования последнего кредитора ФИО2 в настоящем деле были включены в реестр требований кредиторов лишь Определением суда от 19.03.2024 (резолютивная часть Определения опубликована на сайте 20.03.2024).

Суд считает обоснованными доводы ответчика, о том, что подготовить завершающий отчет, анализ и заключения не представлялось возможным по объективным причинам, ввиду незавершенности рассмотрения судом вопроса о включении требований кредиторов.

Отложение судебного заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества должника было связано не с действиями финансового управляющего, который ходатайствовал о перерыве для завершения подготовки отчетов и заключений, с учетом завершения рассмотрения требований кредиторов, а с объективными обстоятельствами (отпуском судьи).

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии нарушений Закона о банкротстве со стороны арбитражного управляющего (п.2 Протокола).

В части допущенных арбитражным управляющим нарушений к отчетам финансового управляющего от 14.06.2024, 19.07.2024, 10.09.2024 суд приходит к выводу о наличии со стороны ответчика формальных нарушений требований норм о банкротстве, закрепленных в Законе и подзаконных актах, обязательных к исполнению финансовым управляющим, что подтверждается протоколом об административном правонарушении №00917324 от 29.11.2024 и образует состав правонарушения, предусмотренный частью 3 ст.14.13 КоАП РФ.

Процессуальные нарушения, которые в силу статьи 24.5 КоАП РФ могли быть основанием для прекращения производства по делу, судом не установлены.

Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный ст. 4.5 КоАП РФ – три года не пропущен.

При этом, суд считает, что имеются основания для применения ст.2.9 КоАП РФ, предусматривающей право суда освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием при малозначительности совершенного административного правонарушения.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ", установлено, что малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Согласно пункту 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В пункте 18.1 указанного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным Кодексом.

Суд при рассмотрении настоящего дела пришел к выводу, что вменяемые арбитражному управляющему ФИО1 правонарушения сами по себе не причинили существенного вреда публичным интересам и не создали значительной угрозы охраняемым общественным отношениям; отсутствуют доказательства причинения вреда и каких-либо наступивших негативных последствий, интересы кредиторов и должника в результате установленных административным органом нарушений не пострадали.

Эффективность правоприменительной системы в правовом государстве основывается не на тяжести наказания, а на его неотвратимости.

Вменяемые ФИО1 нарушения к грубым нарушениям в деле о банкротстве не относятся.

В соответствии с пунктом 17 вышеуказанного Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 №10, установив при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности малозначительность правонарушения, суд, руководствуясь частью 2 статьи 206 АПК РФ и статьей 2.9 КоАП РФ, принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа, освобождая от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения, и ограничивается устным замечанием, о чем указывается в мотивировочной части решения.

Суд, исследовав материалы дела, в соответствии с требованиями, содержащимися в статьях 65, 71 АПК РФ, судебных актах Конституционного суда РФ, Верховного Суда РФ, о разумном балансе публичного и частного интересов, оценивая характер и степень общественной опасности административного правонарушения, допущенного ответчиком, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности, считает возможным освободить арбитражного управляющего ФИО1 от административной ответственности, применив положения ст.2.9 КоАП РФ, в связи с малозначительностью правонарушения и ограничиться устным замечанием.

На основании вышеизложенного, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьями 167-170, 180-182, 202, 205, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ульяновской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (ИНН <***>) к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, подлежит немедленному исполнению, может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия с направлением жалобы через Арбитражный суд Ульяновской области.

Судья Ю.А. Овсяникова