ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12
адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№09АП-22969/2025
г. Москва Дело № А40-63673/22
27 октября 2025г.
Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2025г.
Постановление изготовлено в полном объеме 27 октября 2025г. .
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Ю.Н. Кухаренко,
судей В.В. Валюшкиной, Т.В. Захаровой,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.Ф. Махаури,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу
ООО "ИОЦ ФИО1" на решение Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2025 по делу №А40-63673/22, по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ИОЦ ФИО1» (ОГРН <***>) к акционерному обществу «Издательство «Просвещение» (ОГРН <***>), о защите авторских прав, взыскании,
при участии в судебном заседании:
от истца: ФИО2 по доверенности от 20.01.2025, ФИО3 по доверенности от 20.01.2025, ФИО4 по доверенности от 25.08.2025,
от ответчика: ФИО5 по доверенности от 11.11.2024, ФИО6 Таболо М.В. по доверенности от 15.12.2023,
УСТАНОВИЛ:
Общество с ограниченной ответственностью «ИОЦ ФИО1» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «издательство «Просвещение» (далее – ответчик) о защите исключительных прав на произведения, взыскании компенсации в размере 146 334 000 руб.
Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.
Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 05 декабря 2023 года решение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 по делу № А40-63673/2022 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Определением Верховного Суда РФ от 19.02.2024 № 305-ЭС24-995 по делу № А40-63673/2022 ответчику отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
Решением суда от 12.03.2025 в удовлетворении ходатайства истца о назначении повторной экспертизы отказано.
В удовлетворении исковых требований отказано.
ООО "ИОЦ ФИО1", не согласившись с решением суда, подало апелляционную жалобу, в которой считает его незаконным, необоснованным.
В своей жалобе и пояснениях к ней заявитель указывает на следующее.
Суд первой инстанции неправомерно возложил на Истца бремя доказывания и не дал оценки отказу Ответчика представить ключевые доказательства - акты приема-передачи рукописей.
Суд положил в основу решения письменные пояснения ФИО7 и ФИО8, которые не были надлежащим образом оформлены как свидетельские показания. Ходатайство Истца об их вызове в качестве свидетелей было необоснованно отклонено.
Заключение эксперта является недопустимым и необоснованным.
Суд не дал оценки изменению Ответчиком своей позиции, что является злоупотреблением правом.
Суд не установил ключевые обстоятельства: кто правообладатель исходного произведения (1990-1991 гг.), имел ли Ответчик исключительное право на него и право на переработку, было ли получено согласие авторов.
Заявитель полагает, что, поскольку спор затрагивает объем переданных прав и предмет лицензионных договоров, участие авторов в рассмотрении дела является обязательным.
Истец представил доказательства несоответствия первоначального экспертного заключения научным и методическим требованиям. Отказ суда лишил Истца возможности опровергнуть выводы эксперта и нарушил принцип состязательности и право на представление доказательств.
По доводам, приведенным в жалобе, заявитель просит назначить повторную экспертизу, вызвать и допросить свидетелей ФИО7 и ФИО8, решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.
В судебном заседании апелляционного суда заявитель доводы жалобы поддерживает в полном объеме.
Ответчик с доводами жалобы не согласен, решение суда считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Как усматривается из материалов дела, истец утверждал, что является обладателем исключительных прав на следующие произведения: учебники «Математика» для 5 и 6 классов под авторством ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Учебные пособия «Математические диктанты» для 5 и 6 классов под авторством ФИО10
Истец посчитал, что ответчик, выпуская в 2021-2022 гг. свои учебники по математике для 5 и 6 классов, нарушил его исключительные права путем воспроизведения и переработки учебников истца и незаконного использования фрагментов текстов из «Математических диктантов».
Истец просил запретить ответчику использовать спорные произведения, обязать изъять и уничтожить тираж учебников, взыскать компенсацию 146 334 000 руб. и судебные расходы.
Ответчик иск не признал, ссылаясь на то, что его учебники являются самостоятельными производными произведениями, созданными на основе учебников, изданных «Просвещением» в 1990-1991 гг., и что он получил необходимые права от авторов (их наследников).
Отменяя решение Арбитражного суда города Москвы от 24 апреля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 августа 2023 года, Суд по интеллектуальным правам указал следующее.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1233 ГК РФ к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307–419 ГК РФ) и о договоре (статьи 420–453 ГК РФ), поскольку иное не установлено правилами настоящего раздела и не вытекает из содержания или характера исключительного права.
Статьей 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.
Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).
Согласно статье 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Таким образом, гражданское законодательство предоставляет возможность сторонам по своему усмотрению определять условия договора и заключать договоры, как прямо предусмотренные ГК РФ, так и не предусмотренные им.
Вместе с тем лицо, не являющееся изначально автором произведения (физическим лицом, творческим трудом которого было создано это произведение), но претендующее на наличие у него исключительных авторских прав, обязано это доказать относимыми и допустимыми доказательствами.
Как разъяснено в пунктах 36 и 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2021 года № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», определяя, какие факты, указанные сторонами, имеют юридическое значение для дела и подлежат доказыванию, арбитражный суд должен руководствоваться нормами права, которые регулируют спорные правоотношения.
Исходя из принципа состязательности сторон, по общему правилу, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.
В случае непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения дела, в том числе если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного частью 1 статьи 65 АПК РФ распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 156 АПК РФ).
Проанализировав условия заключенных истцом договоров, суды первой и апелляционной инстанций квалифицировали их как лицензионные договоры и согласились с доводами ответчика, что договоры содержат условные названия произведений, права использования которых были предоставлены истцу, никаких иных способов идентификации данных произведений с представленными истцом экземплярами не имеется.
При этом суды констатировали истечение сроков действия договоров, а именно заключенных с ФИО10 договоров от 15 мая 2008 года № 59/15-05 и от 15 мая 2008 года № 61/15-05 – 15 мая 2018 года; заключенных с коллективом автором договора от 27 декабря 2001 года № 1-27/12 – 27 декабря 2005 года, договоров от 21 марта 2008 года № 6/21-03 и от 21 марта 2008 года № 7/21-03 – 21 марта 2018 года.
В отношении действующих договоров: договора от 07 декабря 2010 года № 06-07/12 о передаче исключительных прав на произведения «Математика. Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений», «Математика. Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений» и договора от 11 февраля 2019 года № 01-11/02 о передаче исключительных прав на произведения «Математические диктанты. 5 классы», «Математические диктанты. 6 классы» суды отметили, что истец не представил в материалы дела экземпляры произведений, права использования которых были предоставлены истцу по этим договорам, в связи с чем отсутствует возможность идентифицировать объекты прав, на защиту которых претендует истец.
Вместе с тем Суд по интеллектуальным правам посчитал данные выводы преждевременными и необоснованными, поскольку из содержания представленных истцом договоров усматривается, что они были заключены последовательно друг за другом в связи с истечением сроков действия предыдущих лицензионных договоров, т.е. представляют собой последовательную цепочку договоров. Договоры от 07 декабря 2010 года № 06-07/12 и от 11 февраля 2019 года № 01-11/02, срок действия которых не истек, также были заключены по истечении действия предыдущих договоров, по условиям которых, как признали суды, были предоставлены исключительные права на составленные коллективом авторов произведения «Математика. Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений», «Математика. Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений» и на произведения ФИО10 «Математические диктанты». 5 классы», «Математические диктанты». 6 классы», соответствующие экземпляры были представлены в материалы дела.
Суд кассационной инстанции указал, что он исходит из того, что предметом всех последовательных представленных лицензионных договоров является предоставление исключительной лицензии в отношении учебных пособий, разработанных коллективом авторов и одним из авторов единолично, данные договоры заключались последовательно по истечению срока их действия, что в совокупности свидетельствует о желании сторон продлить действие их отношений и оставить прежними условия передачи исключительной лицензии истцу.
Так, толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – постановление № 49)).
Выводы судов о неясности объекта отношений и невозможности сопоставления произведений истца и ответчика, ввиду непредставления экземпляров произведений по действующим договорам, были признаны Судом по интеллектуальным правам преждевременными, поскольку судами первой и апелляционной инстанций не были исследованы экземпляры произведений, переданных при заключении первых лицензионных договоров от 2001 г.
Помимо этого, суд кассационной инстанции указал, что в материалы дела вместе с письменными пояснениями от 23 марта 2023 года были представлены заключенный между закрытым акционерным обществом издательско-образовательным центром «ИОЦ ФИО1» (издательством) и коллективом авторов, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО12 издательский договор от 08 сентября 1993 года о том, что авторы передают издательству для издания и переиздания своих произведений «Математика: учебник для 5 класса средней школы, учебник для 6 класса средней школы» сроком на 5 лет, а также заключенный между акционерным обществом «ИОЦ ФИО1» (издательством) и автором, ФИО12 издательский договор от 05 апреля 1994 года о том, что автор передает издательству свои произведения «Математика, 5» и «Математика, 6», учебники для 5-6 классов средней школы, созданные в соавторстве с ФИО9, ФИО11, ФИО10 для издания и переиздания в течение пяти лет со дня включения каждой книги в федеральную программу книгоиздания России и открытия бюджетного финансирования на эти цели.
Указанные произведения были созданы коллективом авторов к Всесоюзному конкурсу школьных учебников математики 1988 года, в котором и стали победителями.
Первое издание этого учебника было осуществлено в 1990 году издательством «Просвещение», а после утраты этим издательством монополии на выпуск школьных учебников, исключительное право на использование и издание названных произведений было предоставлено ЗАО «ФИО1» и впоследствии его правопреемнику - обществу «ИОЦ ФИО1». Указанные обстоятельства не оспаривались лицами, участвующими в деле.
Таким образом, общество «ИОЦ ФИО1» с 1993 года издает произведения «Математика. Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений», «Математика. Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений» созданные коллективом авторов ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО12 на основании последовательной цепочки договоров.
При этом Суд по интеллектуальным правам отметил, что указанный коллектив авторов прекратил свое существование (ФИО9 умер в 1991 году, ФИО11 умер в 1990 году, ФИО12 умер в 1996 году), т.е. иные произведения или производные от первоначального этим коллективом авторов созданы быть не могли, тогда как во всех последующих изданиях фигурирует только этот авторский коллектив.
Однако делая вывод о том, что произведение, изданное ответчиком, является переработкой первоначального произведения, изданного в 1990 году издательством «Просвещение», суды не учли, что ответчик не приобрел исключительное право на первоначальное произведение, а имел лишь ограниченное сроком право на его издание. При этом судами не устанавливалось, является ли произведение, изданное в 1990 году, первоначальным (что вероятнее следует из материалов дела), или тоже производным, как полагает ответчик, ссылаясь на то, что именно он приобрел право на это производное произведение и впоследствии мог его использовать.
Кроме того, констатировав, что истец не представил экземпляр произведений, исключительное право на которые было ему предоставлено, суды также не учли приведенную последовательность договоров и изданные истцом в период действия данных договоров учебники, с которыми и могли быть сравнены произведения, изданные ответчиком, учитывая, что иные произведения данным коллективом авторов созданы быть не могли.
Таким образом, суды, установив на основании представленного ответчиком лингвистического заключения, оставив без внимания аналогичные заключения, представленные истцом, что произведения и истца и ответчика являются производными, не установили, какое произведение является первоначальным (а из названного заключения следует, что таким произведением является учебник 1990-1991 гг.), кто является его правообладателем, кем создано и кто является правообладателем производного произведения, если таковое имелось.
Суд кассационной инстанции также посчитал заслуживающим внимания довод истца о том, что ответчиком нарушено предоставленное ему исключительное право на произведения «Математические диктанты». 5 классы», «Математические диктанты». 6 классы». В судебных актах отсутствует мотивированное обоснование отказа в удовлетворении исковых требований в указанной части. Установив, что истцом не представлен оригинал рукописи, право на которую предоставлено истцу, и отметив, что действующий на данный момент договор в отношении указанного произведения заключен позднее даты издания представленного истцом экземпляра, изданного им произведения, суды также не учли приведённую выше последовательность договоров.
Суд по интеллектуальным правам также отметил, что суд первой инстанции, констатировав, что коллектив авторов и ФИО10 предоставили ответчику исключительное право на использование спорных произведений на основании договоров, подписанных в 2018 году, не проверил указанный факт с учетом совокупности доказательств, представленных в материалы дела (письма ФИО10, наличие действующего договора с истцом, судебные акты по иным делам).
Согласно пункту 12 части 2 статьи 271 АПК РФ, в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции должны быть указаны: обстоятельства дела, установленные арбитражным судом апелляционной инстанции; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии постановления; мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства и не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.
Нарушение процессуального закона в части требований, предъявляемых к мотивировочной части решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, и игнорирование любого необходимого элемента мотивировочной части судебного акта дает повод усомниться в его законности, препятствует надлежащей проверке обжалуемого акта в суде кассационной инстанции.
Допущенные судами первой и апелляционной инстанций процессуальные нарушения, выразившиеся в не исследовании обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, свидетельствуют о наличии неустранимых сомнений относительно исследования судами материалов дела.
Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции указал, что он не может признать содержащийся в обжалуемых судебных актах вывод о непредставлении истцом доказательств в подтверждение наличия права на защиту исключительных прав на спорные произведения основанным на правильном применении норм материального права и полном выяснении всех фактических обстоятельств дела.
Суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что при первом рассмотрении дела судами не были установлены все юридические значимые обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему делу, не дана надлежащая оценка представленным доказательствам, а выводы судов противоречат обстоятельствам дела.
При этом Суд по интеллектуальным правам указал, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции надлежит устранить указанные недостатки, полно и всесторонне исследовать все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства, рассмотреть вопрос о возможности назначения судебной экспертизы, в том числе установить обстоятельства возникновения у истца и ответчика исключительных прав на используемые ими произведения, рассмотреть вопрос о целесообразности привлечения к участию в деле авторов (правопреемников) спорных произведений и, применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.
При новом рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлено следующее.
В качестве вещественных доказательств по ходатайству истца в порядке статьи 76 АПК РФ к материалам дела были приобщены печатные экземпляры следующих изданных истцом учебных пособий:
1) ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Математика. 5 класс: учебник для общеобразовательных организаций: в 2 ч. 40-е изд., испр. Ч. 1. М.: ФИО1, 2021. ISBN 978-5-346-04580-9 (далее – Учебник 5(1) ФИО1 2021);
2) ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Математика. 5 класс: учебник для общеобразовательных организаций: в 2 ч. Ч. 2. 40-е изд., испр. М.: ФИО1, 2021. ISBN 978-5-346-04581-6 (далее – Учебник 5(2) ФИО1 2021);
3) ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Математика. 6 класс: учебник для общеобразовательных организаций: в 2 ч. Ч. 1. 40-е изд., испр. М.: ФИО1, 2021. ISBN 978-5-346-04682-0 (далее – Учебник 6(1) ФИО1 2021);
4) ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Математика. 6 класс: учебник для общеобразовательных организаций: в 2 ч. Ч. 2. 40-е изд., испр. М.: ФИО1, 2021. ISBN 978-5-346-04683-7 (далее – Учебник 6(2) ФИО1 2021);
5) ФИО10 Математические диктанты 5 класс. Учебное пособие для учащихся общеобразовательных организаций. М.: ФИО1, 2011. ISBN 978-5-346-01744-8 (далее – Диктанты 5 ФИО1 2011);
6) ФИО10 Математические диктанты 6 класс. Учебное пособие для учащихся общеобразовательных организаций. М.: ФИО1, 2016. ISBN 978-5-346-03609-8 (далее – Диктанты 6 ФИО1 2016).
В судебном заседании, состоявшемся 15 марта 2024 года, в качестве вещественного доказательства по ходатайству истца также было приобщено учебное пособие «ФИО10 Математические диктанты. 5 класс. М.: ФИО1, 2019. ISBN 978-5-346-04439-0» (далее – Диктанты 5 ФИО1 2019).
Заявленные истцом требования основаны на том, что учебники ответчика являются результатом переработки учебников истца, а также включают фрагменты текстов, заимствованные из изданных истцом математических диктантов под авторством ФИО10
При этом истец ссылался на то, что на основании договоров, заключенных им с авторами (наследниками авторов), ему были предоставлены права именно на те произведения, которые выражены в изданных им учебниках и математических диктантах, печатные экземпляры которых представлены истцом в материалы дела в качестве вещественных доказательств.
Суд кассационной инстанции также указал, что учебники ответчика должны быть сравнены с учебниками истца, печатные экземпляры которых представлены в материалы дела.
Ответчик ссылался на то, что изданные им учебники не являются результатом переработки учебников истца, а представляют собой произведения, производные от следующих учебников, изданных в 1990-1991 гг. (далее – Учебники 1990-1991 гг.):
1) ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО10 Математика. Учебник для 5 класса средней школы. М.: «Просвещение», 1990. ISBN 5-09-002950-4 (далее – Учебник 5 Просвещение 1990);
2) ФИО9, ФИО11, ФИО12, ФИО10 Математика. Учебник для 6 класса средней школы. М.: «Просвещение», 1991. ISBN 5-09-003378-1 (далее – Учебник 6 Просвещение 1991).
С учетом указаний суда кассационной инстанции о рассмотрении судом вопроса о возможности назначения судебной экспертизы, в определении от 15 марта 2024 года суд разъяснил сторонам положения пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».
В судебном заседании, состоявшемся 15 мая 2024 года, ответчик заявил письменное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, которое протокольным определением от 15 мая 2024 года было удовлетворено на основании статьи 82 АПК РФ, поскольку для рассмотрения настоящего дела требуются специальные знания.
Ключевые выводы экспертизы:
Учебники истца (ФИО1, 2021) являются производными (результатом переработки) от учебников «Просвещения» 1990-1991 гг.
Учебники ответчика (Просвещение, 2021-2022) также являются производными (результатом переработки) от тех же учебников «Просвещения» 1990-1991 гг.
Между учебниками истца и учебниками ответчика отсутствуют прямые отношения производности. Они представляют собой две независимые ветви переработки одного и того же первоначального источника.
«Математические диктанты» истца являются производными от более ранних учебников «Мнемозины» и, опосредованно, от учебников 1990-1991 гг.
В учебниках ответчика и «Математических диктантах» истца были выявлены совпадения на уровне фрагментов текстов.
Признав заключение эксперта надлежащим и достоверным доказательством, соответствующим требованиям статьи 86 АПК РФ, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства истца о назначении повторной экспертизы с учетом положений статьи 87 АПК РФ. Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности, недействительности или неполноте экспертного заключения.
На основании результатов судебной экспертизы суд первой инстанции пришел к выводу о том, что учебники ответчика не являются производными от учебников истца и не представляют собой результат их переработки. Как учебники истца, так и учебники ответчика созданы в результате независимой переработки одних и тех же исходных произведений – учебников 1990-1991 гг.
Данный вывод полностью согласуется и с представленным в материалы дела заключением специалиста, научного сотрудника Института лингвистических исследований Российской академии наук ФИО13, подготовленным 16 января 2023 года по результатам лингвистического исследования спорных учебных пособий.
Кроме этого, данный вывод не противоречит заключениям специалистов, представленным в материалы дела истцом.
В отношении прав сторон на изданные ими произведения суд отметил следующее.
В подтверждение принадлежности ему исключительных прав на произведения истец в приложениях к исковому заявлению представил издательские лицензионные договоры № 06-07/12 от 07 декабря 2010 года, № 59/15-05 от 15 мая 2008 года, № 61/15-05 от 15 мая 2008 года.
Кроме этого, в приложениях к письменным пояснениям от 17 января 2023 года истец дополнительно представил авторский договор № 1-27/12 от 27 декабря 2001 года, авторский договор № 7-16/06 от 16 июня 2005 года, издательские лицензионные договоры № 6/21-03 и № 7/21-03 от 21 марта 2008 года, издательский лицензионный договор № 01-11/02 от 11 февраля 2019 года.
Представленные истцом договоры были проанализированы судом, при этом были установлены следующие обстоятельства.
По издательскому лицензионному договору № 06-07/12 от 07 декабря 2010 года (далее – Договор № 06-07/12) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО16 (наследница ФИО12) (лицензиары) передают истцу исключительное право на использование своих произведений под условным названием «Математика. Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений», «Математика. Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений», на всей территории Российской Федерации и за рубежом без ограничений в течение всего срока действия исключительного права с момента подписания договора и на оговоренных в нем условиях.
По издательским лицензионным договорам № 59/15-05 от 15 мая 2008 года, № 61/15-05 от 15 мая 2008 года (далее – Договоры № 59/15-05 и № 61/15-05) ФИО10 (лицензиар) передает истцу исключительные права на использование своих произведений под условными названиями «Математические диктанты». 5 классы, «Математические диктанты». 6 класс, на всей территории Российской Федерации и за рубежом без ограничений в течение 10 (десяти) лет с момента подписания указанных договоров и на оговоренных в них условиях. В том случае, если произведения не имеют грифа Министерства образования, то выше оговоренные сроки действия авторских прав продлеваются на срок получения данного грифа, начиная с даты заключения указанных договоров до даты получения истцом экспертного заключения уполномоченных организаций.
По авторскому договору № 1-27/12 от 27 декабря 2001 года (далее – Договор № 1-27/12) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО16 (наследница ФИО12) передают истцу исключительное право на использование своего произведения «Математика», учебник для 5 и 6 классов общеобразовательных учреждений, на всей территории Российской Федерации и за рубежом без ограничений в течение 4 (четырех) лет с момента подписания договора и на оговоренных в нем условиях.
По авторскому договору № 7-16/06 от 16 июня 2005 года (далее – Договор № 7-16/06) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО16 (наследница ФИО12) передают истцу исключительное право на использование своего произведения «Математика». Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений, «Математика». Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений, на всей территории Российской Федерации и за рубежом без ограничений в течение 10 (десяти) лет с момента подписания договора и на оговоренных в нем условиях. В том случае, если произведение не имеет грифа Министерства образования, то выше оговоренный срок действия авторского договора продлевается на срок получения данного грифа, начиная с даты заключения указанного договора до даты заседания Экспертного совета Министерства образования.
По издательским лицензионным договорам № 6/21-03 и № 7/21-03 от 21 марта 2008 года (далее – Договоры № 6/21-03 и № 7/21-03) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО16 (наследница ФИО12) передают истцу исключительное право на использование своих произведений под условными названиями «Математика». Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений, «Математика». Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений, на всей территории Российской Федерации и за рубежом без ограничений в течение 10 (десяти) лет с момента подписания договора и на оговоренных в нем условиях.
По издательскому лицензионному договору № 01-11/02 от 11 февраля 2019 года (далее – Договор № 01-11/02) ФИО10 (лицензиар) передает истцу исключительное право на использование своих произведений под условным названием: «Математические диктанты 5 класс. Учебное пособие для учащихся общеобразовательных организаций», «Математические диктанты 6 класс. Учебное пособие для учащихся общеобразовательных организаций», на всей территории Российской Федерации, а также за рубежом без ограничений в течение 5 (пяти) лет с момента подписания указанного договора и на оговоренных в нем условиях.
При исследовании вышеуказанных договоров судом установлено, что они устанавливают сроки действия прав, предоставляемых истцу.
Так, согласно пункту 1 Договора № 06-07/12 право предоставляется «в течение всего срока действия исключительного права», согласно пунктам 1 Договоров № 59/15-05 и № 61/15-05 – «в течение 10 (десяти) лет», согласно пункту 1 Договора № 1-27/12 – «в течение 4 (четырех) лет», согласно пункту 1 Договора № 7-16/06 – «в течение 10 (десяти) лет», согласно пункту 1 Договоров № 6/21-03 и № 7/21-03 – «в течение 10 (десяти) лет», согласно пункту 1 Договора № 01-11/02 – «в течение 5 (пяти) лет».
Кроме этого, согласно представленным договорам, на авторов (наследников авторов) возлагается обязанность не передавать исключительные права на произведения третьим лицам в течение сроков действия этих договоров (пункт 13 Договора № 06-07/12, пункты 13 Договоров № 59/15-05 и № 61/15-05, пункт 14 Договора № 1-27/12, пункт 14 Договора № 7-16/06, пункты 13 Договоров № 6/21-03 и № 7/21-03, пункт 13 Договора № 01-11/02). Из этих положений договоров следует, что исключительные права на спорные произведения сохраняются у авторов (наследников авторов) этих произведений.
Некоторые из представленных истцом договоров также содержат положения о том, что по истечении сроков их действия все переданные истцу права возвращаются авторам (наследникам авторов) (пункт 24 Договора № 06-07/12, пункты 23 Договоров № 59/15-05 и № 61/15-05, пункт 24 Договора № 1-27/12, пункт 24 Договора № 7-16/06, пункты 24 Договоров № 6/21-03 и № 7/21-03).
Как отмечается в пункте 47 постановления № 49, при квалификации договора необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренные законом или иным правовым актом.
При этом в пункте 37 постановления № 10 разъясняется, что договор, предусматривающий отчуждение исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, но в то же время вводящий ограничения (например, по срокам, территории, способам использования соответствующего результата или средства) либо устанавливающий срок действия этого договора, с учетом положений статьи 431 ГК РФ может быть квалифицирован судом как лицензионный договор. При отсутствии такой возможности договор подлежит признанию недействительным полностью или в соответствующей части (статьи 168, 180 ГК РФ).
С учетом изложенных обстоятельств и принимая во внимание разъяснения, приведенные в пункте 47 постановления № 49 и пункте 37 постановления № 10, суд квалифицировал представленные истцом договоры как лицензионные договоры.
Поскольку представленные истцом договоры являются лицензионными, доводы истца о том, что он является обладателем исключительных прав на спорные произведения, являются необоснованными и не подтверждаются материалами дела.
Представленные истцом договоры содержали положения, характерные для договоров исключительной лицензии, в частности, устанавливают право истца запрещать любое несанкционированное им использование произведений третьим лицам. От нарушителей исключительных прав на произведения истец вправе требовать, в том числе, взыскания убытков либо компенсации в порядке, предусмотренном статьей 1301 ГК РФ (пункт 4 Договора № 06-07/12, пункт 4 Договоров № 59/15-05 и № 61/15-05, пункт 4 Договора № 1-27/12, пункт 4 Договора № 7-16/06, пункт 4 Договоров № 6/21-03 и № 7/21-03, пункт 4 Договора № 01-11/02).
В связи с этими обстоятельствами суд квалифицировал представленные истцом договоры как договоры исключительной лицензии.
Суд первой инстанции также установил, что в материалы дела были представлены заключенный между закрытым акционерным обществом издательско-образовательным центром «ИОЦ ФИО1» (издательством) и коллективом авторов, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО12 издательский договор от 08 сентября 1993 года о том, что авторы передают издательству для издания и переиздания своих произведений «Математика: учебник для 5 класса средней школы, учебник для 6 класса средней школы» сроком на 5 лет, а также заключенный между акционерным обществом «ИОЦ ФИО1» (издательством) и автором, ФИО12 издательский договор от 05 апреля 1994 года о том, что автор передает издательству свои произведения «Математика, 5» и «Математика, 6», учебники для 5-6 классов средней школы, созданные в соавторстве с ФИО9, ФИО11, ФИО10 для издания и переиздания в течение пяти лет со дня включения каждой книги в федеральную программу книгоиздания России и открытия бюджетного финансирования на эти цели.
В отношении договора от 08 сентября 1993 года судом установлено, что его сторонами являются ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО12
При этом данный договор со стороны ФИО12 не подписан.
Следовательно, довод истца о передаче прав на учебник по математике, созданный ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12, в пользу ЗАО «ФИО1» в 1993 году, является несостоятельным и не основан на доказательствах.
Суд также отметил, что факт правопреемства между ЗАО «ФИО1» и ООО «ИОЦ ФИО1» (истцом), в результате которого права на использование произведений могли бы перейти истцу, также не подтвержден. Согласно представленной ответчиком выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ЗАО «ФИО1» было ликвидировано 27 июля 2006 года по решению суда. В свою очередь, выписка в отношении истца не содержит сведений о правопредшественниках, в том числе о ЗАО «ФИО1».
В своем постановлении по настоящему делу Суд по интеллектуальным правам указал, что предметом всех последовательных представленных лицензионных договоров является предоставление исключительной лицензии в отношении учебных пособий, разработанных коллективом авторов и одним из авторов единолично, данные договоры заключались последовательно по истечению срока их действия, что в совокупности свидетельствует о желании сторон продлить действие их отношений и оставить прежними условия передачи исключительной лицензии истцу.
Таким образом, предметом заключенных истцом лицензионных договоров является предоставление истцу прав использования произведений «Математика. Учебник для 5 класса общеобразовательных учреждений», «Математика. Учебник для 6 класса общеобразовательных учреждений», созданных коллективом авторов в составе ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО12
При новом рассмотрении дела истцом вновь не были представлены акты приема-передачи рукописей к вышеуказанным лицензионным договорам, а также тексты рукописей, что не позволяет суду установить содержание конкретных произведений, права использования которых были предоставлены истцу на основании данных договоров.
Вместе с тем с учетом указаний суда кассационной инстанции учебники ответчика были сравнены с учебниками, изданными истцом в период действия данных договоров.
По результатам такого сравнения судом установлено, что произведения, изданные истцом, и произведения, изданные ответчиком, являются разными произведениями, созданными в результате независимой переработки одного и того же исходного произведения – учебников 1990-1991 гг.
Поскольку учебники ответчика не являются производными от учебников истца, их использование не может затрагивать права истца, полученные им на основании вышеуказанных лицензионных договоров.
При этом суд также принял во внимание, что ответчик заключил издательские лицензионные договоры № 2/7198 от 16 февраля 2018 года и № 2/7199 от 16 февраля 2018 года.
По условиям издательского лицензионного договора № 2/7198 от 16 февраля 2018 года (далее – Договор № 2/7198) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО8 и ФИО16 (наследница ФИО12) предоставили ответчику исключительное право использования произведения (исключительную лицензию) под названием «Математика. 5 класс. Учебник для учащихся общеобразовательных организаций. В двух частях. Часть 1 и Математика. 5 класс. Учебник для учащихся общеобразовательных организаций. В двух частях. Часть 2.» объемом ч. 1 – 10 а.л., ч. 2 – 10 а.л. на всей территории Российской Федерации без ограничений тиража в течение 10 (десяти) лет с момента одобрения рукописи ответчиком в порядке и на условиях указанного договора.
По условиям издательского лицензионного договора № 2/7199 от 16 февраля 2018 года (далее – Договор № 2/7199) ФИО14 (наследник ФИО9), ФИО10, ФИО15 (наследница ФИО11), ФИО8 и ФИО16 (наследница ФИО12) предоставили ответчику исключительное право использования произведения (исключительную лицензию) под названием «Математика. 6 класс. Учебник для учащихся общеобразовательных организаций. В двух частях. Часть 1 и Математика. 6 класс. Учебник для учащихся общеобразовательных организаций. В двух частях. Часть 2.» объемом ч. 1 – 11 а.л., ч. 2 – 10 а.л. на всей территории Российской Федерации без ограничений тиража в течение 10 (десяти) лет с момента одобрения рукописи ответчиком в порядке и на условиях указанного договора.
В соответствии с вышеуказанными договорами ответчик может осуществлять в отношении произведений действия, предусмотренные статьей 1270 ГК РФ, в том числе:
1) воспроизводить произведения (или их части, персонажи) в любой материальной форме, в том числе, в форме издания, звукозаписи, на любом носителе, в том числе в цифровом формате, путем осуществления записи произведений в память ЭВМ, как самостоятельно, так и в составе сложных, мультимедийных продуктов и составных объектов на русском языке;
2) распространять экземпляры воспроизведенного в любой материальной форме произведений (или их частей, персонажей), в том числе в форме издания, звуко- или видеозаписи, на любом носителе, в том числе в цифровом формате, путем осуществления записи произведений в память ЭВМ, как самостоятельно, так и в составе сложных (в том числе аудиовизуальных произведений, мультимедийных продуктов) и составных объектов на русском языке путем продажи.
Доводы истца о том, что представленные ответчиком договоры не подтверждают предоставление ответчику прав использования произведений в связи с отсутствием одобрения рукописей произведений, суд первой инстанции посчитал необоснованными, поскольку они не нашли своего подтверждения при исследовании судом материалов дела и оценке представленных доказательств.
Факт заключения истцом и ответчиком самостоятельных лицензионных договоров с авторами (наследниками авторов) соответствующих произведений с учетом результатов судебной экспертизы дополнительно подтверждает, что сторонами издаются различные, независимо созданные произведения.
Поскольку судом установлено, что учебники ответчика не созданы в результате переработки учебников истца, суд первой инстанции не усмотрел необходимости привлечения к участию в деле наследников авторов спорных произведений. Соответствующих ходатайств об их привлечении сторонами также не заявлялось в ходе рассмотрения настоящего дела.
Довод истца о том, что ему были предоставлены права использования произведений, выраженных в учебниках 1990-1991 гг., судом отклонен как не подтвержденный материалами дела. Вопреки доводу истца, изданные им учебники и учебники 1990-1991 гг. содержат разные по своему содержанию произведения, что следует из выводов заключения эксперта.
При новом рассмотрении дела судом было установлено, что учебники 1990-1991 гг. созданы коллективом авторов к Всесоюзному конкурсу школьных учебников математики 1988 года, в котором они стали победителями. При этом коллектив авторов прекратил свое существование (ФИО9 умер в 1991 году, ФИО11 умер в 1990 году, ФИО12 умер в 1996 году).
Вместе с тем данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о том, что предметом лицензионных договоров, заключенных истцом, являлись именно те произведения, которые выражены в учебниках 1990-1991 гг.
Напротив, из результатов судебной экспертизы прямо следует, что произведения, выраженные в учебниках 1990-1991 гг., и произведения, выраженные в учебниках истца, представляют собой разные, не совпадающие между собой произведения.
Факт прекращения существования коллектива авторов сам по себе не свидетельствует о том, что данными авторами было создано только одно произведение.
Так, ни один автор не может быть ограничен в количестве создаваемых им произведений.
В соответствии со ст. 45 Конституции РСФСР, действовавшей в 1988 г., гражданам РСФСР гарантировалась свобода научного, технического и художественного творчества. Гарантии свободы литературного и других видов творчества также предусмотрены в ст. 44 Конституции Российской Федерации.
Факт создания автором произведения для одного лица не может быть препятствием (ограничением) для создания тем же автором иных материалов по похожей тематике для другого лица.
Авторы учебников по математике, созданных к Всесоюзному конкурсу школьных учебников по математике 1988 гг., являлись известными математиками, методистами и учителями, которые в период с 1960-х по 1980-е гг. создали множество различных учебных пособий, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.
При создании учебников авторы также могли создавать черновые материалы, дополнительные задания, которые не вошли в итоговые печатные издания учебников 1990-1991 гг., однако могли впоследствии быть использованы в произведениях, права использования которых были предоставлены истцу и ответчику.
Кроме этого, из позиции самого истца следует, что учебник по математике, созданный к Всесоюзному конкурсу школьных учебников математики 1988 г., является последним произведением, созданным коллективом авторов в составе ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, но не единственным.
Судом было установлено, что ответчик 20 июля 2018 года заключил с научным редактором ФИО7 договор о научном редактировании № 2/112-18 (далее – Договор № 2/112-18, т. 9, л.д. 111-113), на основании которого было проведено редактирование учебников ответчика.
Ответчиком в материалы дела представлены письменные пояснения ФИО7 (адресованные не суду, а ответчику), согласно которым, рукописи учебников, переданные ей для научного редактирования, были подготовлены в соответствии с новой программой по математике и состояли из новых материалов, разработанных ФИО10 и ФИО8, а также из материалов ФИО9, ФИО11 и ФИО12, ранее не вошедших в прежние издания учебников по математике для 5-6 классов.
Таким образом, материалы, включенные в состав учебников ответчика, ранее не издавались и были созданы либо ФИО10 и ФИО8 специально для учебников ответчика, либо ФИО9, ФИО11 и ФИО12 до их смерти (при этом данные материалы не вошли в прежние издания учебников).
Использование таких материалов в составе единых учебников не препятствует указанию имен всех перечисленных лиц в качестве авторов учебников ответчика. При этом соответствующие материалы могли носить производный характер от материалов, включенных в учебники 1990-1991 гг.
У суда отсутствовали основания критически относиться к пояснениям ФИО7 в связи с тем, что они полностью согласуются с результатами судебной экспертизы.
Суд первой инстанции также принял во внимание, что одним из авторов учебников ответчика является ФИО8, которая внесла самостоятельный творческий вклад в создание произведений, выраженных в учебниках ответчика.
Из представленных в материалы дела пояснений ФИО8 следовало, что ей совместно с ФИО10 были созданы новые задачи специально для включения в состав учебников ответчика, причем объем новых задач составил от 30 до 40 процентов.
Истец не представил доказательства, опровергающие обстоятельства, изложенные в указанных письменных пояснениях. Данные обстоятельства учитываются судом с учетом результатов судебной экспертизы, которыми подтверждено, что учебники ответчика отличаются по своему содержанию как от учебников истца, так и от учебников 1990-1991 гг.
Таким образом, на основании имеющихся в материалах дела доказательств суд пришел к выводу о том, что ответчику на основании заключенных им лицензионных договоров предоставлены права использования самостоятельных произведений, которые были созданы не в результате переработки учебников истца, а на основании других материалов, разработанных совместно ФИО10 и ФИО8, а также ФИО9, ФИО11 и ФИО12 до их смерти.
Суд первой инстанции отметил, что отсутствие переработки учебников истца при создании учебников ответчика представляет собой объективный факт, установленный в заключении эксперта.
Поскольку из материалов дела не следует, что истцу предоставлены права использования произведений, выраженных в учебниках 1990-1991 гг. (то есть первоначальных произведений, на основе которых в результате переработки были созданы учебники ответчика), у суда отсутствуют основания для вывода о том, что использование учебников ответчика может затрагивать права истца.
В связи с этим на основании сравнения учебников, изданных истцом в период действия заключенных им договоров, с учебниками 1990-1991 гг. и учебниками ответчика, суд пришел к выводу о том, что ответчиком не допущено нарушение прав истца при использовании изданных им учебников.
В отношении произведений «Математические диктанты. 5 класс» и «Математические диктанты. 6 класс» суд пришел к следующим выводам.
По результатам судебной экспертизы установлено, что данные произведения и учебники ответчика действительно имеют совпадения (идентичные элементы) на уровне фрагментов текстов – текстов диктантов и текстов разделов учебников «Проверь себя».
Следовательно, выводы эксперта подтверждают утверждение истца о том, что в учебниках ответчика используются фрагменты текстов, аналогичные фрагментам текстов в составе математических диктантов.
Вместе с тем суд первой инстанции посчитал заслуживающими внимания доводы ответчика о том, что соответствующие фрагменты текстов были включены в состав учебников ответчика в тот период времени, когда у истца отсутствовали права на математические диктанты.
Из анализа представленных истцом лицензионных договоров, касающихся математических диктантов, следует, что права использования этих произведений были предоставлены истцу в период с 15 мая 2008 года по 15 мая 2018 года (на основании Договоров № 59/15-05 и № 61/15-05), а также в период с 11 февраля 2019 года по 11 февраля 2024 года. В период с 16 мая 2018 года по 10 февраля 2019 года права использования математических диктантов у истца отсутствовали, исключительные права на данные произведения принадлежали автору.
Рукописи учебников ответчика были дополнены фрагментами текстов, аналогичными фрагментам текстов в составе математических диктантов, в процессе их научного редактирования ФИО7 на основании Договора № 2/112-18. В соответствии с п. 4 данного договора соответствующая работа была произведена в период с 31 августа 2018 года (для учебника 5 класса) и по 14 сентября 2018 года (для учебника 6 класса).
В эти периоды времени права использования математических диктантов не принадлежали истцу.
Данные обстоятельства дополнительно подтверждаются письменными пояснениями ФИО7, согласно которым, в начале августа 2018 года ФИО10 передал ей материалы для самопроверки учащихся, состоящие из математических диктантов, для целей их включения в структуру учебников ответчика. Данные материалы были включены в учебники ответчика в сроки, предусмотренные Договором № 2/112-18, а именно в период с начала августа 2018 года по 31 августа 2018 года учебные материалы были включены в учебник для 5 класса, а в период с начала августа 2018 года по 14 сентября 2018 года – в учебник для 6 класса.
Приведенные обстоятельства не оспаривались истцом при рассмотрении дела. истцом не представлены доказательства принадлежности ему прав использования математических диктантов в соответствующие периоды времени.
Следовательно, использование в составе учебников ответчика спорных фрагментов текстов не затрагивает права истца на использование данных произведений.
Дополнительные доказательства, представленные истцом в подтверждение истории издания спорных произведений (письма ФИО10, наличие действующего договора с истцом, судебные акты по иным делам), не свидетельствуют о нарушении ответчиком принадлежащих истцу прав, поскольку не могут опровергнуть факт того, что в учебниках истца и в учебниках 1990-1991 гг. содержатся разные по своему содержанию произведения, а учебники ответчика не являются результатом переработки учебников истца.
Так, представленная истцом информация в отношении споров с издательствами «Сайтком» и «Русское слово» не имеет отношения к предмету настоящего спора, в котором рассматривается вопрос о правомерности использования ответчиком конкретных произведений, которые выражены в учебниках ответчика.
Истец не доказал, что в учебниках ответчика и в учебниках, выпущенных в издательствах «Сайтком» и «Русское слово», содержится одно и то же произведение. Данные учебники имеют разное содержание.
В связи с этим выводы судов по спорам истца с указанными издательствами не могут быть распространены на учебники ответчика.
Ссылка истца на спор о расторжении Договора № 06-07/12, который рассматривался в Лефортовском районном суде города Москвы, также не имеет значения для настоящего дела. При рассмотрении настоящего дела установлено, что учебники, изданные истцом на основании заключенных им договоров, и учебники ответчика представляют собой разные произведения, пользующиеся самостоятельной правовой охраной и производные от одного и того же первоначального произведения.
В представленных истцом письмах ФИО17 (представителя наследника ФИО12), ФИО15 (наследницы ФИО11) и ФИО14 (представителя наследницы ФИО9) не содержится обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего дела.
В данных письмах содержится лишь информация о том, что наследники авторов не заключали договоров с издательством «Русское слово», а также о том, что договор на издание учебников был заключен с издательством «ФИО1» в 1993 г. Вместе с тем, данные письма не содержат никаких сведений о содержании этих учебников.
В письмах ФИО10 от 20 июня 2019 года не приведены реквизиты договоров с ответчиком, которые в них упоминаются. В связи с этим отсутствуют основания полагать, что в этих письмах идет речь именно о договорах № 2/7198 от 16 февраля 2018 года и № 2/7199 от 16 февраля 2018 года, на которые ответчик ссылается в обоснование принадлежности ему прав на использование изданных им учебников.
Кроме этого, в указанных письмах отмечается, что тираж учебников издательства «Просвещение», включенных в федеральный перечень, «напечатан не был, они нигде не продаются».
Следовательно, нет никаких оснований полагать, что информация, которая приводится в письмах ФИО10, относится к учебникам ответчика, которые были выпущены в печать.
В отношении представленной истцом расшифровки видеозаписи «ФИО10 Фрагмент вебинара (26.03.2019)», размещенной на платформе YouTube 28 мая 2019 года, суд считает необходимым отметить, что из нее также невозможно достоверно установить, о каких именно учебниках идет речь.
Таким образом, материалами дела подтверждено, что учебники ответчика не являются производными произведениями, созданными в результате переработки учебников истца. Следовательно, их создание и использование не нарушает права на учебники истца.
С учетом изложенного, рассмотрев представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности факта нарушения прав истца действиями ответчика, поскольку факт переработки ответчиком учебников истца, а также факт неправомерного заимствования ответчиком фрагментов текстов из математических диктантов под авторством ФИО10, не подтверждены документально.
Арбитражный суд Москвы признал заявленные истцом требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме.
Рассмотрев дело в порядке ст. ст. 266, 268 АПК РФ, заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.
Истец полагает, что суд первой инстанции нарушил принцип состязательности ст. 9 АПК РФ, не предложив Ответчику представить акты приема-передачи рукописей, и возложил на Истца негативные последствия непредставления доказательств.
Суд первой инстанции правильно оценил доказательства и обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства Истца. Истец не заявлял ходатайства об истребовании доказательств в порядке ст. 66 АПК РФ, а лишь просил «предложить» Ответчику представить акты, что не предусмотрено процессуальным законом.
Ответчик не был обязан представлять акты, так как материалы дела, включая заключение экспертизы, подтвердили правомерность его позиции. Непредставление актов не может трактоваться как отказ от опровержения доводов Истца, поскольку Ответчик представил иные достаточные доказательства.
Истец ссылается на то, что письменные пояснения ФИО7 и ФИО8 являются недопустимыми доказательствами, так как они не были представлены в судебном заседании и не содержат предупреждения об уголовной ответственности.
Суд первой инстанции правильно квалифицировал указанные документы как письменные доказательства (ст. 75 АПК РФ), а не свидетельские показания. Они полностью соответствуют выводам судебной экспертизы и не противоречат иным материалам дела.
Истец сам представлял аналогичные письменные доказательства - письма ФИО10, ФИО18 и др., что свидетельствует о непоследовательности его позиции.
Отказ в вызове свидетелей обоснован отсутствием необходимости, поскольку их показания не могли повлиять на исход дела.
Апелляционный суд также не усматривает снований для удовлетворения ходатайства о вызове свидетелей, поскольку с учетом предмета, основания, а также заявленных обстоятельств и представленных в деле доказательств судебная коллегия не усматривает, что заявленные свидетельские показания будут отвечать признаку относимости и иметь доказательственную ценность для обстоятельств дела.
Истец считает, что заключение эксперта содержит методологические ошибки.
Однако, методология экспертизы относится к исключительной компетенции эксперта и не может быть оспорена только на основании мнения Истца.
Подписка эксперта содержится на стр. 2 заключения, а сам эксперт был предупрежден об уголовной ответственности в определении суда о назначении экспертизы.
Требование о разъяснении прав и обязанностей эксперта применимо только к государственным судебно-экспертным учреждениям, а в данном случае экспертизу проводил частный эксперт.
Указание места проведения экспертизы - г. Москва соответствует требованиям закона.
Выводы эксперта подтверждают, что учебники Ответчика не являются переработкой учебников Истца, а основаны на независимой переработке учебников 1990–1991 гг.
Истец приводит довод о том, что Ответчик изменил свою позицию с указания на производность от учебников 1990–1991 гг. на ссылку на «новые материалы», что нарушает принцип эстоппель.
Изменение позиции Ответчика не является противоречивой, а уточняет историю создания произведений в соответствии с указаниями кассационной инстанции. Оба утверждения о производности от учебников 1990–1991 гг. и о включении новых материалов, не исключают друг друга и подтверждаются экспертизой. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях Ответчика признаков недобросовестности или злоупотребления правом.
Апеллянт ссылается на то, что суд первой инстанции не установил, какое произведение является первоначальным, кто его правообладатель, и имел ли Ответчик право на переработку.
Суд первой инстанции установил, что первоначальными являются учебники 1990–1991 гг., а учебники Истца и Ответчика - независимые производные произведения.
В силу ст. 1260 ГК РФ и п. 6 ст. 1260 ГК РФ, авторские права на производное произведение не препятствуют другим лицам создавать свои переработки того же оригинала. Таким образом, даже если Ответчик не имел прав на переработку, он не нарушал права Истца, поскольку использовал собственное производное произведение, созданное на основе того же первоисточника.
Довод истца о том, что суд первой инстанции не выполнил указание кассационной инстанции о рассмотрении вопроса привлечения авторов/правопреемников, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку суд первой инстанции пришел к выводу, что привлечение наследников авторов не обоснованно, так как решение не затрагивает их права. Кроме того, Истец не заявлял ходатайств о привлечении этих лиц. Привлечение наследников было бы затруднительно ввиду их смерти, болезни или проживания за пределами РФ.
Истец полагает, что отказ в назначении повторной экспертизы нарушил право Истца на представление доказательств.
Суд первой инстанции мотивированно отказал в назначении повторной экспертизы, указав, что несогласие с выводами эксперта не свидетельствует об их недостоверности. Заключение эксперта соответствует требованиям закона, а представленное Истцом заключение комиссии специалистов не может его опровергнуть. Отказ в назначении повторной экспертизы не нарушает процессуальные права Истца, так как оснований для её проведения не было.
В суде апелляционной инстанции истцом заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы.
Вместе с тем, суд апелляционной и инстанции не находит оснований для его удовлетворения. Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности, недействительности или неполноте экспертного заключения. Истец не представил доказательств наличия в заключении противоречий. Истец лишь оспаривает методологию и выводы эксперта ФИО19, не доказывая их необоснованность.
Ссылка истца на заключение специалистов № 889/24, не обоснована, поскольку содержащиеся в нем критические замечания были сняты в ходе допроса эксперта ФИО19 в суде, а выводы эксперта согласуются с другими доказательствами по делу.
Кроме того, предложенные Истцом кандидаты ФИО20 и ФИО21 -кандидаты юридических наук, но не филологи. Их опыт проведения лингвистических экспертиз ограничен спорами о защите деловой репутации и не включает споры в области авторских прав. В отличие от них, эксперт ФИО19 является доктором филологических наук с многолетним стажем в своей области.
При указанных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу, что доводы жалобы не могут являться основанием для отмены либо изменения законного и обоснованного решения суда.
Руководствуясь ст.ст. 266, 267, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
В удовлетворении ходатайства истца о назначении повторной экспертизы отказать.
Решение Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2025 по делу №А40-63673/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам.
Председательствующий судья Ю.Н. Кухаренко
Судьи: В.В. Валюшкина
Т.В. Захарова