СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Томск Дело № А27-10185/2024
резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 года.
В полном объеме постановление изготовлено 27 января 2026 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего Лопатиной Ю.М.,
судей Апциаури Л.Н.,
Киреевой О.Ю.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Крючковой Е.А. рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (№ 07АП-7156/2025) на решение от 25 сентября 2025 года Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-10185/2024 (судья Гисич С.В.) по исковому заявлению акционерного общества «Кемеровоспецстрой» (город Кемерово, ИНН <***>) к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (город Москва, ИНН <***>) о взыскании суммы страхового возмещения.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Дельтализинг» (город Владивосток, ИНН <***>); общество с ограниченной ответственностью «Строительное управление № 7» (город Кемерово, ИНН <***>); общество с ограниченной ответственностью «Стальной канат» (город Москва, ИНН <***>); ФИО1 (Кемеровская область – Кузбасс, поселок Новостройка, ДД.ММ.ГГГГ г.р.), индивидуальный предприниматель ФИО2 (город Москва, ИНН: <***>).
При участии в судебном заседании:
от ответчика - ФИО3 по доверенности № 98/25 от 01.02.2025;
от иных лиц - без участия (извещены).
УСТАНОВИЛ:
акционерное общество «Кемеровоспецстрой» (далее – истец, АО «Кемеровоспецстрой») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – ответчик, АО «СОГАЗ») о взыскании суммы страхового возмещения по договору страхования специальной техники №4522 MS 0090 от 29.08.2022 в размере 14 682 717 рублей 51 копейки – сумма фактических затрат на восстановление имущества.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Дельтализинг»; общество с ограниченной ответственностью «Строительное управление № 7»; общество с ограниченной ответственностью «Стальной канат»; ФИО1, индивидуальный предприниматель ФИО2.
Решением от 25 сентября 2025 года Арбитражного суда Кемеровской области исковые требования удовлетворены. С АО «СОГАЗ» в пользу АО «Кемеровоспецстрой» взыскано 14 682 717 рублей 51 копейка страховой выплаты, 96 414 рублей расходов по уплате государственной пошлины. АО «Кемеровоспецстрой» возвращено из федерального бюджета 92 577 рублей государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 28.05.2024 № 6125
Не согласившись с указанным решением, АО «СОГАЗ» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
По мнению заявителя апелляционной жалобы, заявленное событие не является страховым случаем. В настоящем деле имеет место нарушение работы на приёмо-погрузочной площадке, что привело к наступлению события, что подтверждается выводами проведенной по делу судебной экспертизой, выводы которой Истцом не оспаривались. В соответствии с подпунктом «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты, гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя. При этом возможность применения вышеуказанного исключения из страхового покрытия не ставится в зависимость от наличия или отсутствия в действиях должностных лиц умысла на причинение ущерба застрахованному имуществу. Поскольку материалами дела подтверждается, что заявленное событие произошло вследствие допущенных лицом, эксплуатирующим застрахованное имущество, нарушений по эксплуатации застрахованного имущества при производстве работ, оно не относится к страховым случаям, наступление которых влечет обязательства страховщика по выплате страхового возмещения.
АО «Кемеровоспецстрой» представило в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возражения на апелляционную жалобу, в которых указало, что оговорки, освобождающие страховщика от выплаты страхового возмещения в случае наступления страхового случая вследствие неосторожных действий (бездействия) страхователя, являются ничтожными; заключая договор добровольного страхования имущества, истец преследовал цель застраховать риск возникновения убытков от повреждения или гибели автокрана при управлении спецтехникой любым лицом, допущенным к управлению на законном основании, в том числе по договору аренды; описанное событие имеет факторы вероятности и случайности, так как провал грунта при наличии скрытого дефекта мог произойти при производстве работ любой из организаций; ответчик является более сильной стороной договорных правоотношений, форма договора страхования и его условия также разрабатываются страховой организацией самостоятельно; ответчик, упуская факт отсутствия умысла истца на возникновение страхового случая, пытается избежать применения норм гражданского законодательства о выплате страхового возмещения.
Истец, третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей не обеспечили.
В порядке части 6 статьи 121, частей 3, 5 статьи 156, части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников процесса.
В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.
Заслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда по приведенным в жалобе доводам, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для его отмены.
Как следует из материалов дела, 29.08.2022 между АО «Кемеровоспецстрой» (Страхователем, Лизингополучателем) и АО «СОГАЗ» заключен договор страхования специальной техники № 4522 MS 0090 от 29.08.2022 (Договор страхования) на условиях, изложенных в Полисе, а также в Правилах страхования спецтехники в редакции от 15.07.2015 (далее – Правила страхования).
Договором страхования установлено, что Лизингодателем является ООО «ЛК «Сименс Финанс» (пункт 3 Договора страхования). Застрахованным имуществом по Договору страхования является автокран ZOOMLION ZAT2000V VIN <***> (далее – Застрахованное имущество, автокран).
Страховая стоимость и страховая сумма на 1-й год страхования составляет 69 846 325 рублей 45 копеек, 2-й год – 55 877 060 рублей 80 копеек.
В соответствии с пунктом 6 договора страхования лицами, допущенными к управлению имуществом, является любое лицо, допущенное к управлению на законных основаниях.
На основании договора аренды техники № 22-09-06 от 01.09.2022 имущество передано истцом в пользование ООО «Строительное управление № 7».
ООО «Строительное управление № 7» (клиент) в целях разгрузки железобетонных балоков, поставляемых последнему железнодорожным транспортом, заключило с ООО «Стальной канат» (исполнителем) договор на оказание услуг от 05.07.2022 № 35-07/2022, в соответствии с которым исполнитель оказывает услуги клиенту по приему груженых ж/д платформ на реквизиты исполнителя, раскредитовку, и возврату порожних ж/д платформ перевозчику.
В свою очередь, ООО «Стальной канат» получило от ИП ФИО2 в аренду земельный участок, расположенный по адресу: <...> по договору аренды от 29.12.2022 № 9.
23.08.2023 по адресу <...> произошло событие – опрокидывание Застрахованного имущества, в результате чего оно получило механические повреждения.
Разгрузочные работы с использованием застрахованного имущества производило ООО «Строительное управление № 7».
Истец уведомил АО «СОГАЗ» о наступлении события, имеющего признаки страхового случая.
17.01.2024, рассмотрев представленные истцом документы, АО «СОГАЗ» направило в адрес истца уведомление об отказе в признании заявленного события страховым случаем.
В претензии от 11.03.2024 истец указал, что заявленный случай является страховым и необходимо произвести страховую выплату в размере 33 198 174 рубля 27 копеек, представил экспертное заключение от 06.03.2024 № 243/24.
В ответе от 26.03.2024 ответчик повторно отказал в выплате страхового возмещения.
Неисполнение ответчиком обязанности по выплате страхового возмещения послужило основанием для обращения АО «Кемеровоспецстрой» в арбитражный суд с настоящим иском.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.
Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.
Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
По общему правилу, установленному статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.
Согласно пункту 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в том числе о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).
В статье 9 Закона № 4051-1 страхового дела закреплены условия, при наступлении которых страхователь вправе претендовать на получение предусмотренной договором выплаты (страхового возмещения). Так, страховым риском признается предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.
Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (пункты 1, 2 статьи 9 Закона № 4015-1).
Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъясняет, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.
При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», по смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, страховщик по договору страхования и т.п.).
Как следует из материалов дела, в заключенном между сторонами договоре страхования определены существенные условия, включая перечень страховых случаев, от наступления которых в своем интересе истцом и приобретался полис.
Из пункта 7.1. договора страхования следует, что страховым случаем являются: гибель или повреждение застрахованного имущества (специальной техники, а также дополнительного оборудования, если оно застраховано) в результате: (п.3.3.1.1.б Правил); (п.3.3.1.1.в Правил); (п.3.3.1.1.г Правил); (п.3.3.1.1.д Правил); (п.3.3.1.1.е Правил); (п.3.3.1.1.ж Правил); (п.3.3.1.1.э Правил); (п.3.3.1.1.и Правил); (п.3.3.1.1.к Правил); (п.3.3.1.1.л Правил); (п.3.3.1.1.р Правил). 2. хищение установленных на специальной технике отдельных частей, деталей, узлов, агрегатов, а также дополнительного оборудования (п.3.3.1.2. Правил) 3. Кража, грабеж, разбой или угон застрахованной специальной техники (п.3.3.2. Правил).
Иных уточнений, позволяющих ограничить возможность признания страховым случаем договор страхования не содержит.
В подпункте «г» пункт 3.3.1.1. Правил страхования предусмотрено, что при заключении договора страхования на условии «С ответственностью за поименованные риски» договором страхования могут предусматриваться страховые выплаты при наступлении страховых случаев по риску «Ущерб»: гибель или повреждение застрахованного имущества (специальной техники, а также дополнительного оборудования, если оно застраховано) в результате просадки грунта, провала дорог или мостов, обвала тоннелей.
Подпункт «ж» предусматривает - обрушения, падения, опрокидывания застрахованного имущества, а также его частей, узлов и агрегатов, повреждения обваливающимися или падающими частями застрахованного имущества.
Ответчик, возражая относительно удовлетворения иска, указывает на подпункт «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, и полагает, что имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты, гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя. Поскольку материалами дела подтверждается, что заявленное событие произошло вследствие допущенных лицом, эксплуатирующим застрахованное имущество, нарушений по эксплуатации застрахованного имущества при производстве работ, оно не относится к страховым случаям, наступление которых влечет обязательства страховщика по выплате страхового возмещения.
Так, в соответствии с подпунктом «в» пункта 4.1.3 Правил страхования, имущество, указанное в договоре страхования, не является застрахованным на случай его утраты, гибели, повреждения, произошедших вследствие нарушения лицом, использующим застрахованное имущество, техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей специальной техники, действующим законодательством, внутренними документами Страхователя.
Между тем, в силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» (далее – постановление Пленума № 19) условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества и могут включать перечень случаев, не являющихся страховыми (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Однако необходимо разграничивать исключения из страхового покрытия (из числа страховых случаев) и основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.
По смыслу статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 9 Закона № 4051-1 под страховым случаем понимается именно объективные события, относящиеся, в частности, к событиям внешнего мира либо к действиям (бездействию) лиц, не являющихся участниками страховых отношений.
В то же время совершение страхователем действий, способствовавших наступлению страхового случая, может послужить основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.
Так, в соответствии со статьей 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи (абзац первый пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя (абзац второй пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, учитывая, что сформулированные в подпункте «в» пункта 4.1.3 Правил страхования оговорки об исключении из страхового покрытия связаны с действиями самого страхователя и установлением его вины, под видом исключения из перечня страховых случаев в данном деле согласованы дополнительные основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.
Однако положения действующего законодательства не предусматривают в подобных случаях освобождение страховщика от обязанности по выплате возмещения.
Более того, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации содержат императивное указание на то, что освобождение страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения возможно, только если это прямо предусмотрено законом (абзац второй пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Такие разъяснения содержатся в пункте 49 постановления Пленума № 19, а также пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025, и безосновательно не были учтены ответчиком.
Федеральный закон, освобождающий страховщика от выплаты страхового возмещения вследствие несоблюдения лицом, эксплуатирующим рассматриваемое застрахованное имущество, техники безопасности и правил его эксплуатации, отсутствует.
Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).
Следовательно, соответствующие оговорки, освобождающие страховщика от выплаты страхового возмещения в случае наступления страхового случая вследствие неосторожных действий (бездействия) страхователя, являются ничтожными.
В рассматриваемом деле суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности того обстоятельства, что спорное событие наступило вследствие умысла страхователя.
Напротив, с учетом оценки всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств суд установил, что со стороны истца (его контрагента) отсутствует намеренное игнорирование техники и правил эксплуатации.
По поручению ответчика ООО «ЭКЦ «Независимость» подготовлено заключение специалиста №27-07-10/23 от 05.10.2023, которым установлено, что заявленное событие произошло в результате провала задней левой выносной опоры в асфальтобетонное покрытие дорожного полотна рабочей площадки. Единственно возможной причиной произошедшего провала задней левой опоры автокрана является недостаточная несущая способность асфальтобетонного основания и грунта под ним. Организационной причиной повреждения стрелового самоходного крана послужили неквалифицированные действия должностных лиц, связанные с выбором рабочей площадки и установкой выносных опор автокрана на поверхность, не имеющую достаточные прочностные характеристики.
В заключении специалиста указано, что в результате выполнения работ краном и приведших к возникновению аварийно-опасной ситуации были нарушены следующие предписания техники безопасности, предусмотренной инструкцией по эксплуатации соответствующей техники, действующим законодательством, внутренними документами предприятия эксплуатирующим специальную технику страхователя и иными нормативно-правовыми актами, а именно: «Руководства по эксплуатации «Стрелового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V»; Приказа Ростехнадзора от 26.11.2020 № 461 об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения»; Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика) автомобильного крана № 11, утверждённой в апреле 2019г. директором ООО «Строительное управление №7»; Раздела 2 «Организация и технология производства работ» Технологической карте Разгрузочно-погрузочных работ и складирования балок пролетных строений длиной: 33м, 28м, 24м, 21м, 18м, 11.9м; ВСН 274-88 «Правила техники безопасности при эксплуатации стреловых самоходных кранов» в части пунктов 2.2, 2.3, 2.5 и 2.7 раздела 2 «Требования к площадке для эксплуатации кранов».
Все указанные в заключении нарушения фактически сводятся к одному – к необходимости проверки рабочей площадки/грунта (их несущей способности). Более подробно содержание нарушенных предписаний изложено и в ответе ответчика от 17.01.2024 № СГа-00032106 на претензию истца.
С целью установления действительных причин опрокидывания застрахованного имущества определением от 21.01.2025 Арбитражного суда Кемеровской области была назначена судебная экспертиза.
Согласно выводам, содержащимся в заключении ООО Сибирский межрегиональный центр «Судебных экспертиз» № 1318-2025:
Несущая способность асфальтобетонного покрытия, на момент произошедшего, в результате которого произошло опрокидывание стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V для обеспечения нормальной эксплуатации, была недостаточная.
Причиной провала асфальтобетонного покрытия под задней левой опорной стойкой самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V при производстве погрузо-разгрузочных работ с учетом собственного веса крана и веса поднимаемой/опускаемой балки, вероятно явилось совокупность факторов: нарушена технология по устройству асфальтобетонного основания на этапе устройства подстилающих слоев (щебеночных, бутовых) и/или вымывание грунта с образованием воздушной прослойки и/или предельного водонасыщенные грунты.
При эксплуатации поврежденного самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V, на момент произошедшего, в результате которого произошло его опрокидывания, были допущены нарушения требований 2.4.2, 2.4.2.3 и 2.4.3 Руководства по эксплуатации «Стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», пп. 9(е), 22(б, е), 30, 32, 35, 39, 108 Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения, пп. 1.3, 2.2. Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика) автомобильного крана № 11, утвержденной в апреле 2019 года директором ООО «Строительное управление № 7, а также отступления от технологической карте (тк), Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений длинной: 11,9 м, 12,0 м, 18,0 м, 21,0 м, 24,0 м, 28,0 м, 33,0м., разработанного ПТО «СУ №7».
Имеется причинно-следственная связь между допущенными нарушениями требований 2.4.2, 2.4.2.3 и 2.4.3 Руководства по эксплуатации «Стрелкового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», пп. 9(е), 22(б, е), 30, 32, 35, 39, 108 Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения, пп. 1.3, 2.2. Инструкции по охране труда для машиниста (крановщика) автомобильного крана № 11, утвержденной в апреле 2019 года директором ООО «Строительное управление № 7, а также отступления от технологической карты (тк), Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений длинной: 11,9 м, 12,0 м, 18,0 м, 21,0 м, 24,0 м, 28,0 м, 33,0м., разработанного ПТО «СУ №7» и опрокидыванием самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V.
Апелляционным судом не установлено нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных ст. ст. 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в выводах эксперта.
Эксперт предупрежден об уголовной ответственности, о чем имеется соответствующая подписка в заключении.
Указанное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, основано на материалах дела, является ясным, выводы полными, противоречия судом апелляционной инстанции не установлены.
Эксперты пояснили, что территория была обследована экспертами, но характерных повреждений уже не было, они устранены. В актах указано на асфальтобетонное покрытие, которое имело место в спорный момент; фотографии тоже указывают на это, что сейчас, эксперты не устанавливали. Точное место на местности не смогли установить, так как не было координат. Указанное нашло свое отражение и в самом экспертном заключении. При осмотре участвовал ФИО2, однако, эксперты упустили и не указали на это в заключении.
Провал был один, который привел к опрокидыванию (иллюстрация №13 заключения). На иллюстрации № 12 заключения видно продавливание другой опорой поверхности по этой же оси справа (но провала не было); на иллюстрации № 13 - провал опоры слева по этой же оси. Сначала была нагрузка на опору справа (иллюстрация № 12) и поверхность выдержала, а потом – на опору слева и поверхность не выдержала. Усилие было одинаковое на две опоры, а правильно должно было быть – одинаковое усилие на все четыре опоры. Если бы противовеса было бы больше, то нагрузка на эти две опоры была бы меньше.
Судом установлено, что указанные пояснения эксперта согласуются с протоколом осмотра места инцидента, актом технического расследования, фотографиями. В связи с чем доводы ФИО2 и ООО «Стальной канат» о необоснованном указании экспертов на асфальтобетонное покрытие - не нашло своего подтверждение материалами дела. Учитывая, что ФИО2 указал на его присутствие при осмотре и данный факт подтвердил эксперт, не указание в заключении на присутствующих при проведении осмотра лиц не является существенным нарушением
ФИО2 и ООО «Стальной канат» указали на то, что эксперты необоснованно пришли к выводу о том, что разрушение покрытия образовалось из-за недостаточной несущей способности асфальтобетонного покрытия, поскольку экспертами не проводились испытания грунтов при помощи специальных инструментов. Вероятные выводы о причине провала асфальтобетонного покрытия ничем не подтверждены.
Между тем, эксперты в ходе допроса пояснили, что к выводам о недостаточности несущей способности покрытия пришли из трасологической точки зрения и совокупности факторов. Расчета несущей способности нет, так как следовая картина места инцидента не сохранена, эксперт не может провести лабораторные исследования.
В экспертном заключении указано, что при анализе механизма опрокидывания, можно констатировать следующе. Согласно фотоматериалам (Иллюстрация №5, №11; №18), на момент опрокидывания башня самоходного автокрана была повернута в сторону левой задней опоры, при этом исходя из характера повреждения асфальтобетонного покрытия (Иллюстрация№13), можно констатировать, что разрушение произошло с верху вниз, что характеризуется как вдавливание, кроме того, имеются следы продавливания под опорными подпятниками с правой стороны автокрана (Иллюстрация №12). Также исходя из фотоматериалов (Иллюстрация №14) залом стрелы, исходя из локализации и характера повреждения, образовался из-за удара о землю. Таким образом, можно констатировать, что опрокидывание крана сопровождалось провалом грунта под задней левой опорной стойкой автокрана. Следует отметить, что в материалах дела отсутствует информация о техническом состоянии опорной поверхности (асфальтобетона, подстилающих слоев и грунта) на участке выполнения работ на момент произошедшего опрокидывания. При этом, исходя из характера образовавшихся повреждений асфальтобетонного покрытия (разрушение под левой задней стойкой и продавливание под правой стойкой автокрана), можно констатировать, что они образовались из-за недостаточной несущей способности асфальтобетонного покрытия, в том числе подстилающих слоев основания.
Далее исходя из фотоматериалов (Иллюстрация №13) усматривается, что задняя левая стойка автокрана углубилась в землю до левого бока автокрана на глубину 1,26м, при этом повреждения самой левой задней опоры не зафиксированы, следовательно, можно констатировать, что возможной причиной провала асфальтобетонного покрытия под задней опорной левой стойкой автокрана при производстве разгрузочно-погрузочных работ с учетом собственного веса крана и веса поднимаемой/опускаемой балки, могло послужить совокупность факторов: нарушена технология по устройству асфальтобетонного основания на этапе устройства подстилающих слоев (щебеночных, бутовых) и/или вымывание грунта с образованием воздушной прослойки и/или предельное водонасыщение грунта.
Таким образом, эксперты в рассматриваемом случае не могли получить какие-либо образцы почвы, а также провести лабораторные исследования, поскольку спорное место уже было видоизменено (устранены последствия провала).
В свою очередь, эксперты свои выводы по первым двум вопросам обосновали как в экспертном заключении, так и в ходе судебного разбирательства. Такие выводы не противоречат иным имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе представленному ответчиком заключению специалиста ООО «ЭКЦ «Независимость» №27-07-10/23 от 05.10.2023.
ФИО2 и ООО «Стальной канат» указали, что подпятника под спорной опорой не было, поскольку при его наличии размер провала был бы намного больше.
Между тем, эксперты пояснили, что подпятник выскочил из-за неравномерной нагрузки и изменении вектора давления с вертикального на давление под углом к поверхности, а только потом произошел провал. Согласно материалам дела, объяснениям водителя, а так же характера повреждений, вероятность подпятника имеет место быть.
Иные предположения указанных третьих лиц в отношении подпятника не нашли своего подтверждения лицами, обладающими специальными познаниями в соответствующей области.
Действительно, как верно указано ФИО2 и ООО «Стальной канат», машинист допустил нарушения при проводимых работах (как в части проверки площадки, так и в части выбора высоты стрелы и противовеса). Указанное следует из судебной экспертизы.
Указывая на противоречие в вопросе № 2 и ответе на данный вопрос (в части предлога «перед» и «под»), третьи лица не учитывают то, что ответ на данный вопрос дан экспертами исчерпывающим образом и каких-либо противоречий судом не установлено. Существо вопроса экспертами было понято правильно.
ФИО2 и ООО «Стальной канат» в своих пояснениях указали, что поскольку эксперты при первом допросе пояснили, что при отсутствии нарушений со стороны машиниста крана несущая поверхность нагрузку бы выдержала, следовательно, данные лица посчитали, что имеются противоречия в выводах экспертов, суд повторно вызвал экспертов в судебное заседание.
Так, эксперт, резюмируя все ранее изложенное, представил письменные пояснения и указал на то, что в ходе экспертных исследований было установлено, что имела место аварийная ситуация - опрокидывание автокрана, которая сопровождалась провалом асфальтобетонного основания под задней левой опорной стойкой автокрана. Пустота в грунте может быть локальной, что и было в рассматриваемом случае (под спорной опорой – пустота и произошел провал опоры; а под не спорной – не было пустоты и там произошло просто продавливание грунта). И, если бы машинист и проверил территорию (площадку для погрузки/разгрузки), то локальный дефект (пустоту) площадки нельзя было бы установить.
При этом, в ходе проведения судебной экспертизы было установлено и отражено в заключении, что причиной провала асфальтобетонного основания под задней левой опорной стойкой автокрана является совокупность следующих факторов: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия, вследствие наличия образования воздушной прослойки в подстилающем слое асфальтобетонного покрытия, которая образовалась в связи с нарушением технологи по устройству асфальтобетонного основания и/или предельного водонасщенные грунты, при приложении в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.
Эксперт также указал, что причиной приложения неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана являются нарушения эксплуатационных требований (конкретный перечень приведен в заключении). В связи с чем, можно констатировать, что в причинно-следственной связи опрокидывания автокрана находится совокупность факторов, а именно: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия (наличие воздушной прослойки в подстилающем слои асфальтобетонного покрытия под задней левой опорной стойки автокрана) и приложение в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.
При этом заявляя свои возражения, ответчик документально не обосновал свои доводы о том, что исключение такого фактора, как провал покрытия под опорой крана, повлекло бы опрокидывание техники. Несогласие ответчика с выводами экспертизы само по себе не свидетельствует о необоснованности заключения, поскольку на стороне, оспаривающей результаты экспертизы, лежит обязанность доказать обоснованность своих возражений против выводов экспертов (наличие противоречий в выводах эксперта, недостоверность используемых источников и тому подобное). При этом допущенные экспертами нарушения должны быть существенными, способными повлиять на итоговые выводы по поставленным вопросам.
Между тем судом установлено, что доказательств, достаточных для опровержения выводов экспертов, стороной не представлено.
Более того, суд первой инстанции предлагал сторонам и третьим лицам рассмотреть вопрос о заявлении ходатайства о назначении повторной/дополнительной судебной экспертизы, однако, участники процесса указали, что такое ходатайство заявлять не будут.
Следует отметить, что, действительно, ООО «Строительное управление №7» не проводило исследование прочностных характеристик площадки до начала погрузочно-разгрузочных работ и не запрашивало у ФИО2 и ООО «Стальной канат» сведения о характеристике площадки и грунта под ней.
Между тем, как следует из пункта 2.4.2.3 «Давление опор на грунт» Руководства по эксплуатации «Стрелового самоходного крана на шасси повышенной проходимости ZOOMLION ZAT2000V», если есть вопросы о несущей способности грунтов рабочей площадки, необходимо производить испытание грунтов при помощи специальных инструментов.
Так, из договора на оказание услуг от 05.07.2022 № 35-07/2022 и дополнительных соглашений № 1, № 2, технологической карты «Разгрузочно-погрузочные работы и складирования балок пролетных строений» следует, что рассматриваемая территория связана с деятельностью по погрузке-разгрузке ж/д вагонов, в том числе и балок весом более 9 тонн и длиной более 13 метров.
Машинист автокрана ФИО1, который имеет опыт в подобных работах (примерно 30 лет), а также иные машинисты неоднократно на спорном участке производили погрузочно-разгрузочные работы (в том числе работы по разгрузке аналогичного по весу груза; в том числе и в спорный день), что следует из пояснений самого ФИО1, многочисленных путевых листов, ж/д квитанций о приеме груза, писем Подпорожского завода мостовых железобетонных конструкций, ж/д транспортных накладных.
Вследствие указанного выше оснований сомневаться в несущей способности площадки/грунта у ФИО1 не было и умысла в наступлении спорного события не было. Более того, эксперт в судебном заседании пояснил, что, если бы машинист и проверил территорию (площадку для погрузки/разгрузки), то локальный дефект (пустоту) площадки можно было бы и не установить.
Учитывая изложенное выше, судом не установлено, что спорное событие наступило вследствие умысла страхователя.
С учетом оценки всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств суд установил, что со стороны истца (его контрагента) отсутствует намеренное игнорирование техники и правил эксплуатации.
Напротив, опрокидывание автокрана произошло в связи с наличием совокупности факторов: недостаточная несущая способность асфальтобетонного покрытия и приложение в этом месте внешней локальной неравномерной механической нагрузки (воздействия) от автокрана при неправильной его эксплуатации.
Страховая компания, выступая профессиональным участником рынка страхования и экономически более сильной стороной данных правоотношений, посредством включения в полис-оферту упомянутых оговорок фактически минимизирует свой предпринимательский риск, связанный с выплатой страхового возмещения, ставя возможность выплаты страхового возмещения в зависимость от любых действий страхователя, а не от факта наступления страхового случая как объективно произошедшего события.
В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Как указано в пунктах 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.
В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, при наличии возражений стороны, не являющейся профессиональным участником страховых правоотношений, относительно применения явно обременительных для нее условий договора суд не вправе отклонить эти возражения только по той причине, что при заключении договора в отношении спорного условия не были высказаны возражения.
Определив гибель или повреждение застрахованного имущества страховым случаем, страховщик включил в раздел 4 Правил страхования такое количество причин, когда выплата страхового возмещения невозможна в результате различного рода явлений и действий независимо от формы вины лица, их совершивших, что страховой случай переведен из разряда события (факта) в разряд условий, освобождающих от ответственности, что не соответствует положениям статьей 929, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям, содержащимся в пункте 33 постановления Пленума № 19.
С учетом изложенного довод ответчика, в соответствии с которым отказ в выплате страхового возмещения основан на положениях пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ошибочным.
В рассматриваемом деле произошедшее событие не могло быть отнесено к исключениям, установленным в разделе 4 Правил страхования, поскольку иное (в силу отсутствия установленного факта умысла со стороны истца) противоречит положениям статей 1, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям высших судебных инстанций.
Аналогичное изложено в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2025 № 306-ЭС24-19744, от 02.06.2025 № 305-ЭС25-842, от 06.06.2025 № 307-ЭС24-24190).
При изложенных обстоятельствах, оценив доказательства, представленные каждой из сторон и третьих лиц в обоснование своих доводов и возражений, установив имеющие существенное значение для дела обстоятельства, исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.
Доводы апелляционной жалобы о том, что истец является равнозначной стороной по договору страхования, судом апелляционной инстанции проверены и отклонены, при этом суд апелляционной инстанции отмечает, что являясь профессиональным участником в сфере строительства АО «Кемеровоспецстрой» не может выступать на рынке страхования в статусе профессионального участника, поскольку деятельность в сфере страхования не осуществляет.
Оценивая изложенные в апелляционной жалобе иные доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были бы предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу, в связи с чем признаются несостоятельными.
При изложенных обстоятельствах, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено. Основания для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.
По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.
Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».
Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение от 25 сентября 2025 года Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-10185/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий Ю.М. Лопатина
Судьи Л.Н. Апциаури
О.Ю. Киреева