СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Томск Дело № А45-6926/2021
Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2025 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сбитнева А.Ю., судей: Дубовика В.С., ФИО1
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (07АП-8342/21(38)), ФИО2 (07АП-8342/21(39)) на определение от 12.03.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6926/2021 (судья Агеева Ю.М.) о несостоятельности (банкротстве) должника – акционерного общества «Доронинское» (ОГРН <***>, ИНН <***>),
принятое по заявлению конкурсного управляющего и общества с ограниченной ответственностью «Азимут» о взыскании с убытков с ФИО2, при участии контролирующего должника лица: ФИО3,
третьи лица: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13,
при участии в судебном заседании: от ООО «Азимут» – не явился;
от ФИО2 - ФИО14 по доверенности от 12.12.2022; от ФИО3 - ФИО15 по доверенности от 16.11.2021; от ФИО16 - ФИО17 по доверенности от 20.11.2024; от иных лиц – не явились;
УСТАНОВИЛ:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника – акционерного общества «Доронинское» определением от 12.03.2025 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и общества с ограниченной ответственностью «Азимут» о взыскании убытков с ФИО2.
Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Азимут», ФИО2 обратились с апелляционными жалобами в Седьмой арбитражный апелляционный суд.
Общество «Азимут» в доводах апелляционной жалобы выражает несогласие с суждением суда о применении карательной меры к ответчику, поскольку из доказательств и пояснений следует, что получателем спорных сумм был ФИО2
По представленным в материалы дела РКО апеллянт считает необходимым отметить, что судом не назначалась экспертиза давности, следовательно, сомнения по времени их изготовления является необоснованным предположением. Таким образом, с РКО не могли быть совершены какие-либо манипуляции последующими руководителями.
В обоснование доводов общество указывает, что судебный акт содержит взаимоисключающие выводы о начале течения срока давности (по результатам рассмотрения спора о включении требований ответчика в реестр требований кредиторов) и осведомленности последующих руководителей об отсутствии убытков (по результатам инвентаризации).
Также апелляционная жалоба содержит доводы о получении из кассы денежных средств именно по возврату прямого (мнимого) займа от 01.04.2012, заявленные со ссылкой на необходимость применения принципа «эстоппель», поскольку интересы ответчика и его финансового управляющего представляли взаимосвязанные юристы, сам ФИО2 личного участия в рамках рассмотрения заявления о включении его требования в реестр требований кредиторов не обеспечил.
Общество с ограниченной ответственностью «Азимут» полагает, что ФИО2 как директор в указанный период несет ответственность в виде убытков за необоснованное расходование денежных средств из кассы. Относительно периода, когда
ФИО2 не являлся директором, ответчик как член Наблюдательного совета не мог не знать о движении денежных средств по кассе.
В доводах апелляционной жалобы ФИО2 просит применить срок исковой давности к заявленным требованиям, а также исключить из мотивировочной части выводы суда о том, что источники несения кассовых расходов могли быть получены от хозяйственной деятельности. Поскольку непосредственно перед несением расходов на оплату недвижимости, денежные средства были представлены ФИО2 согласно расходно-кассовым ордерам никем не оспоренных.
В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от апеллянтов представлены отзывы на апелляционную жалобу, в порядке статьи 81 АПК РФ – письменные пояснения от ООО «Азимут».
В судебном заседании лица, участвующие в деле поддержали ранее изложенные позиции и письменные отзывы.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.
Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.
Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены.
Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, руководителем должника в период с 27.01.2005 был ФИО4, с 14.07.2015 по 06.09.2018 являлся ФИО2, с 06.09.2018 по 12.10.2020 являлся ФИО5, с 13.10.2020 по дату ведения конкурсного производства являлся ФИО3
Кроме того, ФИО2 в период с 12.01.2012 является акционером АО «Доронинское».
Определением Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6926/2021 от 18.03.2022 установлено, что ФИО2 являлся членом наблюдательного совета должника, за 10 лет перестал быть акционером на период около года, из фактического поведения ФИО2 следует, что ФИО2 никогда не утрачивал возможность влиять на принятие решений АО «Доронинское», то есть является
контролирующим должника лицом в период с 12.01.2012.
Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции указал, что полагает недоказанными факты причинения ФИО2 убытков АО «Доронинское» на предъявленную сумму.
Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходит из следующих норм права.
В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса РФ, далее - ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.
В случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.
Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.
При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение
о возмещении таким контролирующим лицом убытков.
В силу пункта 3 статьи 53, пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое, в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, также обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).
Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, для привлечения лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда (статья 65 АПК РФ).
В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление
Пленума N 62)).
При разрешении обособленного спора судом принят во внимание глубокий корпоративный конфликт ФИО2 и ФИО16 и, как следствие, позиция заявителей об отсутствии правовых оснований привлечения иных лиц в качестве соответчиков.
При таких обстоятельствах, арбитражным судом верно отражено, что заявители принимают меры не к взысканию убытков в рамках настоящего дела о банкротстве и максимальному принятию мер к пополнению конкурсной массы, а принимают карательные меры по такому взысканию только к конкретному лицу.
Учитывая доводы заявителей о выдаче ФИО2 денежных средств в общем размере 56 534 029 руб. 85 коп. в период с 2013 по 2017 год по РКО из кассы должника, судом первой инстанции определением от 25.10.2024 была назначена судебная экспертиза.
Согласно заключению эксперта № 1-400/24 ФИО18, подписи от имени ФИО2 в представленных на исследование документах: РКО № 13 от 13.01.2014, РКО № 64 от 12.02.2014, РКО № 126 от 17.03.2014, РКО № 239 от 02.05.2014, РКО № 270 от 16.05.2014, РКО № 342 от 16.06.2014, РКО № Л000000004 от 23.07.2014, РКО № Л000000048 от 05.09.2014, РКО № Д00000590 от 19.09.2014 РКО № Д00000744 от 28.11.2014, РКО № Д00000745 от 28.11.2014, РКО № Д00000836 от 29.12.2014, РКО № Д000000086 от 19.02.2015, РКО № Д000000110 от 27.02.2015, РКО № Д000000124 от 06.03.2015, РКО № Д000000129 от 11.03.2015, РКО № Д000000180 от 01.04.2015, РКО № Д000000205 от 10.04.2015, РКО № Д0000308 от 28.05.2015, РКО № Д0000330 от 02.06.2015, РКО № Д0000371 от 19.06.2015, РКО № Д0000443 от 21.07.2015, РКО № Д0000514 от 24.08.2015, РКО № Д0000562 от 07.09.2015, РКО № Д0000645 от 19.10.2015, РКО № Д0000667от 28.10.2015, РКО № Д0000676 от 03.11.2015, РКО № Д0000755 от 03.12.2015, РКО № Д0000818 от 29.12.2015, РКО № У00000496 от 31.03.2016, РКО № У00000497 от 29.04.2016, РКО № У00000498 от 31.05.2016, РКО № У00000499 от 30.06.2016, РКО № 491 от 29.07.2016, РКО № У00000500 от 29.07.2016, РКО № 563 от 31.08.2016, РКО № 854 от 27.12.2016, РКО № 48 от 31.01.2017, РКО № 150 от 14.03.2017 выполнены не ФИО2, а другим(и) лицом(ами).
В этой связи, представленные РКО, подписание иными лицами, суд первой инстанции обоснованно оценил критически, не принял их в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих выдачу АО «Доронинское» ФИО2 денежных средств, в качестве возврата займа.
ООО «Азимут» не было лишено права на заявления ходатайства о проведении экспертизы давности документов, данные обстоятельства имеющие значение для
рассмотрения спора, однако своим правом не воспользовались.
Суд апелляционной инстанции полагает, что любые выводы о давности изготовления спорных РКО не позволяют подтвердить факт получения денежных средств по РКО, поскольку не подписаны лицом, указанным в них в качестве получателя.
Вопреки доводам апелляционной жалобы о необходимости применения принципа «эстоппель» суд апелляционной инстанции исходит из следующего.
Нормативной базой для применения эстоппеля в процессуальном праве (процессуальный эстоппель) является часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.
Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства в рамках гражданско-правового спора, если данная позиция существенно противоречит его предшествующему поведению, а также правилу venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению). Основным критерием их применения является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского правоотношения. Главная задача принципа эстоппеля состоит в том, чтобы воспрепятствовать получению преимущества и выгоды стороной, допускающей непоследовательность в поведении, в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.
Необеспечение ответчиком личного участия в споре об установлении требований в реестр требований кредиторов должника не позволяет ссудить о недобросовестном поведении такого лица в обособленном споре о взыскании убытков, в котором сторона несет бремя доказывания отсутствия убытков.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами, что финансовый управляющий является самостоятельной фигурой.
В рамках дела № А45-10860/2019 не установлено заинтересованности ФИО6 по отношению к должнику – ФИО2
Арбитражным судом учитывалось, что позиция финансового управляющего ФИО6 являлась иной от позиции ФИО2
Недоказанность стороной факта передачи денежных средств в отдельном обособленном споре не лишает возможности доказать факт передачи денег в рамках другого, нетождественного спора.
Так или иначе, полномочия финансового управляющего и процессуальные полномочия представителя не предоставляют им права на создание, изменение или
прекращение прав и обязанностей ФИО2 в материальных правоотношениях, в том числе, на распределение полученных денег между обязательствами должника перед ФИО2, тем более что очередность погашения требований по однородным обязательствам определяется должником по обязательству, а не кредитором, а при отсутствии воли должника — законом (статья 319.1 ГК РФ).
Денежные средства, полученные ФИО2 по подписанным им РКО, правомерно учтены судом в погашение иных заемных обязательств должника перед ФИО2
Как отражено в определении от 13.07.2022 «… в Тогучинском районном суде Новосибирской области в рамках дела № 2-660/2020 сам ФИО2, указывал, что денежные средства вносились в том числе по оплате по иным договорам». Таким образом, сам ФИО2 не относил спорные платежи на договор от 01.04.2012.
Проведя арифметические расчеты, судом первой инстанции установлено, что всего выдано ФИО2 по всем спорным РКО - 56 534 029 руб. 85 коп. (сумма исковых требований).
В период, когда руководителем выступал ФИО4 (до 14.07.2015) выдано всего 29 173 062 руб. 00 коп.
В том числе в отношении РКО на сумму 970 000 руб. 00 коп. отсутствует подпись ФИО2, РКО подписаны ФИО4
В отношении РКО на сумму 13 200 000 руб. 00 коп. ФИО2 не отрицает свою подпись.
В отношении РКО на сумму 15 003 962 руб. 00 коп., по результатам выводов экспертизы, установлено, что спорные документы подписаны не ФИО2, а другим(и) лицом(ами).
В период, когда руководителем выступал ФИО2 (до 14.07.2015) выдано всего 27 360 067 руб. 00 коп.
В том числе в отношении РКО на сумму 3 503 818 руб. 85 коп. отсутствует подпись ФИО2, подписаны только кассиром.
В отношении РКО на сумму 4 985 000 руб. 00 коп. ФИО2 не отрицает свою подпись.
В отношении РКО на сумму 18 871 249 руб. 00 коп., по результатам выводов экспертизы, установлено, что спорные документы подписаны не ФИО2, а другим (и) лицом (ами).
Представленные в материалы дела РКО на сумму 970 000 рублей, в строке «получил» в которых имеется подпись ФИО4, а не ФИО2, не
подтверждают получение денежных средств ФИО2
Арбитражным судом принято во внимание, что в материалы дела ФИО2 были представлены копии платежных ведомостей, являющихся основанием получения денежных средств ФИО4 в кассе должника. Денежные средства, полученные ФИО4 по указанным расходно-кассовым ордерам, были израсходованы на нужды должника.
В судебном заседании 28.08.2024 ФИО4 в устных пояснениях указал, что получал из кассы АО «Доронинское» денежные средства на выплату зарплаты и оформлял РКО, как возврат займа ФИО2 расписываясь в ордере за него.
Таким образом, расходно-кассовые ордера № 192 от 20.05.2013, № 273 от 21.06.2013, № 639 от 19.12.2013 не подтверждают получение ФИО2 денежных средств из кассы должника на сумму 970 000 рублей., в указанной сумме убытки не подлежат взысканию с ФИО2
Несмотря на доводы жалобы, арбитражный суд пришел к верным выводам относительно необоснованности требований, поскольку материалы дела не содержат доказательств иного.
Также не могут вменяться убытки ФИО2 на сумму 15 003 962 руб. 00 коп., с учетом того, что по результатам выводов экспертизы, установлено, что спорные документы подписаны не ФИО2, а другим(и) лицом(ами), а руководителем в указанный момент являлся ФИО4
Отклоняя доводы апелляционной жалобы мотивированные тем, что ФИО2 как директор в соответствующий период несет ответственность в виде убытков за необоснованное расходование денежных средств из кассы, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами обжалуемого определения.
Судом первой инстанции мотивированно изложено, что безусловное возложение ответственности за ведение кассы на руководителя противоречит требованиям законодательства.
Главный бухгалтер должника, составляя ежегодную бухгалтерскую отчетность, использует данные кассовой книги об остатке наличных денежных средств и данные обязательной инвентаризации.
Недостача денежных средств в кассе, выявленная при инвентаризации, отражается в акте инвентаризации наличных денежных средств (форма инв-15 или самостоятельно разработанная форма) (ч. 1, 4 ст. 9 Закона N 402-ФЗ).
Заявляя о причинении убытков руководителем должника, апеллянтами не опровергнуты выводы, что ФИО2 в период своего руководства должником не
была выявлена недостача, как по первичной документации, так и по бухгалтерскому балансу. Вместе с тем, арбитражным судом предлагалось лицам, участвующим в деле представить в материалы дела результаты инвентаризации, фиксирующие выявленную недостачу, однако таких документов представлено в материалы дела не было.
Как установлено судом первой инстанции, с 29.08.2018 генеральным директором должника утвержден ФИО5, первичные документы, в том числе кассовые, ФИО2 были переданы новому руководителю в полном объёме. Доказательства о нарушении ФИО2 порядка передачи документов, утвержденного Протоколом № 5/2018 внеочередного общего собрания акционеров АО «Доронинское», отсутствуют. Инвентаризация, проведенная на основании Протоколом № 5/2018 при передаче дел новому руководителю не только не выявила недостачи, но в результате неё АО «Доронинское» в ноябре 2018 года было подготовлено заявление о зачёте, в котором должник признавал наличие задолженности перед ФИО2
Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.12.2021 признан договор уступки права требования № 07/031016/НАК-ПВВ от 03.10.2016, заключенный между ООО «Новосибирская аграрная компания» и ФИО2, недействительным, по делу № А45-15071/2019. Между тем, суд пришел к выводу о недействительности договора в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Сам же должник, долг признавал.
Учитывая размер заявленного убытка, он не мог остаться не замеченным новым руководителем АО «Доронинское» ФИО5 при вступлении в должность. Учитывая то обстоятельство, что заявление о взыскании убытков было подано в суд лишь в ноябре 2023 года, необходимо констатировать, что недостача не была выявлена не только ФИО5, но и последующими руководителями - ФИО3, а также конкурсным управляющим ФИО19, и проводившим финансовый анализ временным управляющим ФИО20
Опубликованные конкурсным управляющим ФИО21 на сайте ЕФРСБ инвентаризационные ведомости также не содержат данных о выявленной недостаче по кассе в размере 56 534 029 руб. 85 коп.
Таким образом, выводы суда первой инстанции об отсутствии недостачи в кассе подтверждают недоказанность факта причиненных убытков, в том числе, по результатам проведенной инвентаризации. Вместе с тем, установленный момент течения срока исковой давности имеет практическое значение для защиты нарушенного права должника в случае отсутствия оснований для возврата денежных средств ФИО2 по договорам займа.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции отмечает, что до настоящего момента, в том числе после двух проведенных конкурсными управляющими инвентаризаций имущества должника, недостача в кассе на сумму 56 534 029 руб. 85 коп. не выявлена.
Кроме того, судом первой инстанции учтено следующее. АО «Доронинское» в рамках дела № А45-10860/2019 07.10.2019 обращалось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника - ФИО2 в размере 42 185 446 руб. 76 коп., составляющего убытки в связи с недостачей товара на складах. В удовлетворении требования АО «Доронинское» было отказано. Судом при принятии судебного акта принято во внимание то обстоятельство, что заявителем не представлены результаты проведения какой-либо проверки, в том числе инвентаризации материальных ценностей при смене материально-ответственного лица, либо при составлении годовой бухгалтерской отчетности. Требования о включении в реестр требований кредиторов должника - ФИО2 сумм, составляющих убытки в связи с недостачи в кассе организации АО «Доронинское» не заявлялись, что свидетельствует об отсутствии недостачи по кассе при увольнении ФИО2 с поста директора.
Судом первой инстанции принято во внимание, что определением от 13.07.2022 требование ФИО2, в лице финансового управляющего ФИО6 к должнику в размере 171 478 745 руб. 12 коп. признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.
Поскольку судебным актом было установлено, что по требованиям, основанным на договорах № 03/281211/НАК-Д от 28.12.2011, от 01.04.2012, № 03/010612/НАК-Д от 01.06.2012, № 03/041012/НАК-Д от 04.10.2012, № 03/121212/НАК-Д от 12.12.2012, № 03/250313/АГК-Д от 25.03.2013, № 03/010713/АГК-Д от 01.07.2013, № 03/021213/НАК-Д от 02.12.2013, суд признал обоснованными требования ФИО2 по договорам № 03/250313/АГК-Д от 25.03.2013 и № 03/010713/АГК-Д от 01.07.2013.
Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что срок исковой давности по рассматриваемому в настоящем споре следует исчислять с 13.07.2022, поскольку только из определения суда от 13.07.2022 в обособленном споре установлены обстоятельства об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности предоставить денежные средства должнику по договору займа от 01.04.2012. Следовательно, с данного момента у заявителей спора по возмещению убытков появилось основание полагать о безосновательном возврате средств ответчику по недействительному договору.
Согласно статье 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня,
когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Ссылка ФИО2 на то, что следующие после него директора ФИО5 и ФИО3 должны были установить недостачу денежных средств по кассе несостоятельна, поскольку формально в обществе были документы о выдаче займов ФИО2 (приходные кассовые ордера, листы кассовых книг).
Как указано в обжалуемом определении, ФИО2 не опровергает получение денежных средств в отношении РКО на сумму 13 200 000 руб. 00 коп., когда он не являлся руководителем и в отношении РКО на сумму 4 985 000 руб. 00 коп., когда являлся руководителем.
Однако суд апелляционной инстанции учитывает, что определением от 13.07.2022 установлен факт выдачи займов по договорам № 03/281211/НАК-Д от 28.12.2011, № 03/010612/НАК-Д от 01.06.2012, № 03/041012/НАК-Д от 04.10.2012, № 03/121212/НАК-Д от 12.12.2012, где займодавцем выступали иные лица, а ФИО2 являлся правопреемником, подтверждено наличие задолженности на общую сумму 285 949 283 руб. 17 коп. основного долга и 24 816 904 руб. 00 коп. процентов за пользование займами (во включении в реестр отказано в связи с пропуском срока исковой давности).
Таким образом, арбитражным судом обоснованно сделан вывод, что платежи по спорным РКО осуществлялись ФИО2 в погашение займа без ссылок на конкретный договор. Согласно пояснениям ФИО2, как заимодавец, он учитывал общую (сальдированную) задолженность АО «Доронинское» по всем договорам займа.
Применяя положения пункта 3 статьи 319.1 ГК РФ арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о погашении должником однородных обязательств, учитывая, что преимущество имеет то обязательство, срок исполнения которого наступил или наступит раньше.
Указание апеллянта о необходимости исключения из мотивировочной части оспариваемого акта отдельных фрагментов и частей текста удовлетворению не подлежит, так как выводов суда, не соответствующих установленным по делу обстоятельствам и противоречащих имеющимся в деле доказательствам, нарушающих права заявителей и подлежащих исключению из мотивировочной части определения коллегией судей не выявлено.
Поскольку все представляемые ФИО2 документы, в том числе относительно его платежеспособности, уже исследовались в ином обособленном споре и судом дана им оценка. А дополнительно представленные документы о соотнесении приходных ордеров о внесении займов с приобретением недвижимости должником
обоснованно оценены судом первой инстанции. Так, в девяти из представленных шестнадцати случаев, расчет с продавцами (согласно условиям договоров) был произведен раньше, чем ФИО2 предположительно внес займ.
Вместе с тем, выводы суда о наличии денежных поступлений от результатов хозяйственной деятельности не привели к принятию необоснованного судебного акта.
Таким образом, учитывая, что судом не применен принцип «эстоппель» в пользу ФИО2 с учетом общего размера задолженности должника перед ФИО2, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что денежные средства подлежали отнесению в счет погашения задолженности перед ответчиком по указанным обязательствам, в соответствующей очередности по сроку исполнения.
При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что при принятии определения арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а, следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены оспариваемого определения не имеется.
Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.
Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
определение от 12.03.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6926/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Азимут», ФИО2 – без удовлетворения.
Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 5 000 руб. государственной пошлины по апелляционной инстанции.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со
дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.
Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.
Председательствующий А.Ю. Сбитнев
Судьи В.С. Дубовик
ФИО1