АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, <...>

http://www.msk.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г.Москва А40-298854/24-113-2273 19 мая 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2025 г. Полный текст решения изготовлен 19 мая 2025 г. Арбитражный суд города Москвы в составе: председательствующего судьи А.Г.Алексеева председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём Пономарёвым А.С., рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Минобороны России к ППК «ВСК», о взыскании 1 678 728,3 рублей, при участии: от истца – ФИО1 по доверенности от 11 апреля 2025 г.;

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 14 апреля 2025 г. № Д-184;

УСТАНОВИЛ :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки в общем 666 620,24 рублей за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту от 30 июня 2021 г. № 2121187376182554164000000 (далее – Контракт), заключённому между истцом (госзаказчик) и ответчиком (генподрядчик), а также процентов в размере 1 012 108,06 рублей по коммерческому кредиту.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление, в котором также заявил о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) к размеру начисленной неустойки.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришёл следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Контракт заключён на выполнение работ по шифру объекта 500/171-ВОЛС.

Цена Контракта составляет 26 862 574 рублей (пункт 3.1).

Согласно пункту 2.1 Контракта генподрядчик осуществляет строительно-монтажные работы в соответствии с условиями Контракта, в том числе раздела 23 Контракта, и работы (услуги), необходимые для ввода в эксплуатацию объекта в соответствии с условиями Контракта (возведение объекта «под ключ»).

Разделом 5 Контракта установлены сроки выполнения обязательств: выполнение СМР – 1 сентября 2021 г.;

подписание итогового акта приёмки выполненных работ – 22 ноября 2021 г.

Согласно доводам истца, ответчик в установленный Контрактом срок, работы не выполнил.

Как следует из искового заявления, истец просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение следующих этапов работ:

1) выполнение СМР – с 22 октября 2021 г. по 22 ноября 2021 г. (32 дня);

2) подписание итогового акта – с 23 ноября 2021 г. по 17 января 2022 г. (56 дней).

В соответствии с пунктом 18.4 Контракта в случае нарушения сроков выполнения этапов работ, предусмотренных Контрактом, госузаказчик требует уплату неустойки (пени). Неустойка (пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения генподрядчиком данного обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного срока исполнения обязательства, в размере 1/300 действующей на дату уплаты неустойки (пени) ключевой ставки Банка России от цены Контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных Контрактом и фактически исполненных генподрядчиком.

Согласно пункту 18.3 Контракта в случае просрочки исполнения генподрядчиком своих обязательств, предусмотренных Контрактом, госзаказчик требует уплату неустойки (пени). Неустойка (пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения генподрядчиком обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного срока исполнения обязательства, в размере 1/300 действующей на дату уплаты неустойки (пени) ключевой ставки Банка России от цены Контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных Контрактом и фактически исполненных генподрядчиком.

Статьёй 307 Гражданского кодекса предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как усматривается из искового заявления, истец предъявляет требования о нарушении каждого из этапов производства работ, при этом рассчитывает неустойку исходя из цены Контракта.

Довод ответчика о расчёте неустойки от суммы указанной в приложении № 3 от стоимости СМР, суд оставляет без удовлетворения. Контракт не выделяет этапы работ. Работа выполняется в один этап.

Начисление неустойки за нарушение срока подписания итогового акта не основано на условиях Контракта.

Истец указывает, что предъявляет неустойку за просрочку исполнения обязательства по Контракту, а не за подписание итогового акта, однако Контракт не содержит даты исполнения, соответственно и неустойку начислить невозможно. Довод истца основан, прежде всего, на попытке переоценить сложившуюся судебную практику относительно начисление неустойки за просрочку подписания итогового акта. Кроме того, претензия истца и само исковое заявление указывают в качестве основания начисления и даты начала течения просрочки, а также само «нарушение» именно неподписание итогового акта.

Между тем, подписание итогового акта не является обязательством по смыслу статьи 307 Гражданского кодекса, а представляет собой лишь двустороннее подписание документа.

Поскольку подписание итогового акта это совместное действие сторон Контракта, расценивать его как отдельное обязательство, за нарушение сроков которого возможно начисление неустойки не правомерно.

Неправомерность начисления неустойки за неподписание итогового акта подтверждена единообразной судебной практикой

Такая позиция, в частности, выражена в постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 19 марта 2018 г. по делу А40-67704/17, от 27 сентября 2017 г. по делу А40-235356/16, от 25 июня 2014 г. по делу А40-89034/13, от 20 февраля 2016 г. по делу А40-173278/14.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим разом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 марта 2011 г № 14344/10, пунктом 3 статьи 405 Гражданского кодекса должник освобожден от ответственности перед кредитором за нарушение срока исполнения обязательства только в случае, если должник по зависящим не от него, а от кредитора причинам не может исполнить обязательство в срок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно пункту 3 статьи 405 Гражданского кодекса должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 406 Гражданского кодекса кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом или договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

При наличии доказательств просрочки кредитора, срок исполнения обязательств исполнителем подлежит продлению на такой же период, в течение которого исполнитель не считается просрочившим, а неустойка может быть начислена за нарушение срока выполнения работ после истечения периода продления срока.

Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о

контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г.).

Исходя из Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г.), при несовершении заказчиком действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых исполнитель государственного (муниципального) контракта не мог исполнить своего обязательства, исполнитель не считается просрочившим, а сроки исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту продлеваются на соответствующий период просрочки заказчика.

Доводы отзыва ответчика судом рассмотрены и положены в основу решения. Сторонами подписан КС-14 от 14 ноября 2022 г.

Также сторонами 23 мая 2024 г. подписан итоговый акт по Контракту.

Также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города москвы от 27 декабря 2024г. по делу А40-148592/24-143-1086 отказано во взыскании неустойки за просрочку выполнения работ по Контракту за более ранний период.

Довод ответчика об отсутствии оснований для начисления неустойки по причине невозможности выполнения им строительно-монтажных работ из-за имеющихся у генподрядчика независящих от него обстоятельств, безоснователен.

Свои доводы ответчик мотивирует длительными сроками поставки материалов и оборудования заводом-изготовителем АО «Супертел», согласно коммерческому предложению от 12 августа 2021 г. № 802 срок поставки составил 23 недели.

В соответствии с п. 8.2.12 Контракта обеспечение производства строительно-монтажных работ на объекте необходимыми материалами, изделиями и конструкциями, строительной техникой, трудовыми ресурсами, оборудованием является обязательствами ответчика, в связи с чем ссылка на данное обстоятельство, как на причину срыва сроков выполнения работ по Контракту не обоснована.

Если иное не предусмотрено договором подряда, работа выполняется иждивением подрядчика - из его материалов, его силами и средствами (пункт 1 статьи 704 Гражданского кодекса).

Генеральный подрядчик несёт перед заказчиком ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком (пункт 3 статьи 706 Гражданского кодекса).

Кроме того, что оборудование завода-изготовителя АО «Супертел» не является уникальным. Иного суду не доказано.

Согласно ч. 7 ст. 95 Закона № 44-ФЗ в случае невозможности поставить товар или выполнить работы с использованием оборудования и материалов его замена на аналогичное с улучшенными характеристиками возможна при согласии заказчика. Условиям Контракта и проектно-сметной документацией также предусмотрена возможность замены: «торговые наименования и марки, а также модели применяемого оборудования могут быть заменены на эквивалент при условии улучшения их характеристик» (л.49 альбома 500/171-ВОЛС-ТКР.СО). Кроме того, указанное оборудование и материалы могли быть закуплены у иных поставщиков, имеющих в наличии указанное оборудование, между тем вопрос замены оборудования или определения иного поставщика ответчиком не прорабатывался, ответчик не предпринимал мер для выполнения своих обязательств по контракту в установленные сроки.

Более того, ответчиком в материалы дела не представлено доказательств, что работы, которые выполняются с использованием иного оборудования и материалов (не АО «Супертел») им выполнены в установленные сроки.

Согласно коммерческому предложению от 12 августа 2021 г. № 802 запрос ответчиком на закупку оборудования был направлен 11 марта 2021 г. Однако, несмотря на получение коммерческого предложения, ответчик не предпринял мер к организации закупки оборудования. Согласно счету-фактуре от 8 июля 2022 г. № 257, представленной ответчиком с КС-2, поставка оборудования и материалов была осуществлена спустя почти год после предоставления коммерческого предложения от поставщика.

Вопреки доводам ответчика о невозможности приступить к выполнению работ без оборудования, поставляемого АО «Супертел», работы по монтажу волоконно- оптических линий связи (ВОЛС) включают в себя обследование существующей кабельной канализации, закупку материалов и оборудования, укладку кабеля, монтаж соединительных и оконечных устройств, проведение измерений, тестирование линий связи.

Таким образом, генподрядчик по мнению истца мог и должен был выполнять основную часть работ, таких как обследование кабельных каналов, закупку материалов и оборудования, укладку кабеля, одновременно осуществив закупку материалов и оборудования АО «Супертел», либо приняв меры по приобретению оборудования у другого поставщика, у которого необходимое оборудование уже имелось в наличии, либо рассмотрев вариант замены на аналогичное оборудование.

Ответчик, являясь единственным исполнителем в целях строительства объектов для Минобороны России и профессиональным участником строительства, обладая необходимыми знаниями и возможностями, заключив Контракт принял на себя все соответствующие риски (п. 2.2 Контракта), связанные с его исполнением, в связи с чем ссылка на данное обстоятельство, как на причину срыва сроков выполнения работ по Контракту, несостоятельна.

Таким образом, указанные доводы ответчика, не являются обстоятельствами непреодолимой силы и не могут служить надлежащим обоснованием неисполнения работ по Контракту в установленные сроки.

Ответчик не предпринял мер к предотвращению просрочки в пределах срока выполнения работ по Контракту, работы в порядке ст. 716, 719 Гражданского кодекса не приостанавливал.

Оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса суд не усматривает.

При рассмотрении требований истца о взыскании процентов за пользование авансом, как коммерческим кредитом, суд пришёл к следующим выводам.

Согласно пункту 4.17 Контракта в случае неисполнения генподрядчиком обязательств, предусмотренных Контрактом, в срок, установленный пунктом 19.1 Контракта и (или) в случае одностороннего отказа госзаказчика от исполнения Контракта (подпункт 20.1.3 Контракта), генподрядчик лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное пользование авансом), и к авансу (или его соответствующей части) применяются правила статьи 823 Гражданского кодекса о коммерческом кредите.

Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) уплачиваются, начиная со дня, следующего после дня получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического исполнения обязательств. Плата за пользование коммерческим кредитом устанавливается в размере 1/300 ставки рефинансирования Банка России, действующей на день уплаты процентов, от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом (или его соответствующей частью), как коммерческим кредитом.

Согласно положениям статьи 823 Гражданского кодекса к коммерческому кредиту относятся гражданско-правовые обязательства, предусматривающие отсрочку или рассрочку оплаты товаров.

Если иное не предусмотрено правилами о договоре, из которого возникло соответствующее обязательство, и не противоречит существу такого обязательства, к коммерческому кредиту применяются нормы о договоре займа (пункт 2 статьи 823 Гражданского кодекса).

При вынесении решения суд учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 8 октября 1998 г.

Вместе с тем, суд, руководствуясь исключительно нормами права, полагает, что по смыслу статьи 823 Гражданского кодекса коммерческим кредитом признаётся именно отсрочка оплаты товара, то есть тот срок, который указан сторонами договора в качестве отсрочки. При ненадлежащим исполнении сторонами условий договора. учитывая, что обязательство по оплате возникают только после окончания срока отсрочки, поставщик для защиты своих имущественных интересов вправе считать указанные денежные средства, как предоставленные на условиях коммерческого кредита. Однако, начисление процентов по коммерческому кредиту не соответствует самому смыслу статьи 823 Гражданского кодекса, а именно отсрочка. После окончания отсрочки поставщик вправе применить любой из способов обеспечения обязательств, предусмотренный статьёй 329 Гражданского кодекса.

Дословное толкование статьи 823 Гражданского кодекса указывает на проценты, как меру ответственности должника за неоплату в срок денежных средств по товарам, предоставленным на условиях отсрочки.

Задолженность за выполненные работы/поставленный товар/оказанные услуги отвечает признакам удержания чужих денежных средств. В целях недопущения неосновательного обогащения должника при удержании денежных средств сторонами предусмотрена мера ответственности, а именно неустойка.

Таким образом, одновременное взыскание процентов, рассчитанных на основании статьи 823 Гражданского кодекса и неустойки либо процентов, рассчитанных на основании статьи 395 Гражданского кодекса за один и тот же период, приведёт к двойной мере ответственности.

Установление сторонами ответственности, а также требование закона не должны приводить к обогащению кредитора, но при этом удержание денежных средств не должно быть экономически выгодно для должника.

Стороны, согласовав в Контракте размер ответственности за просрочку оплаты, установили на паритетных началах размер неблагоприятных экономических последствий для должника.

Анализ условий Контракта, так и положений гражданского законодательства, определяющих сущность коммерческого кредита, позволяет прийти к выводу, что проценты по п. 4.17 Контракта не являются платой за пользование коммерческим кредитом, а являются мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, поскольку основание для таких процентов возникает только при нарушении обязательства. В подобной ситуации, аванс не может рассматриваться в качестве коммерческого кредита, поскольку противоречит его правовой природе, а начисленные проценты не могут служит платой за коммерческий кредит, поскольку начисление таких процентов за нарушение обязательства, вытекающего из договора, соответствует признакам меры гражданско-правовой ответственности.

Кроме того, у истца отсутствую правовые основания требовать взыскание спорных денежных средств, как коммерческого кредита, так как истец не управомочен предоставлять бюджетные денежные средства по заключённым государственным контрактам в качестве коммерческого кредита организациям.

Более того, предоставление денежных средств под проценты отвечает признакам банковской деятельности. Таким образом, истец пытается осуществлять представление денежных средств по процент без получения соответствующей лицензии на банковскую деятельность.

Указанные выводы нашли своё подтверждение при рассмотрении дела судами трёх инстанций дела А40-111709/19-158-885.

Кроме того, Контракт заключён в порядке определённом Федеральный законом от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» как с единственным поставщиком для выполнения работ для нужд Минобороны Российской Федерации и в рамках Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» (далее – Закон № 275-ФЗ).

Ответчик находится в ведомственном подчинении Минобороны России.

Согласно условий Контракта оплата по контракту осуществляется в рублях за счёт средств федерального бюджета в пределах лимитов бюджетных обязательств, выделенных для оплаты работ по контракту на отдельный счёт генподрядчика, открытый в соответствии с Законом № 275-ФЗ.

Окончательный расчёт по Контракту производится в течение 30 банковских дней с момента подписания сторонами итогового акта.

В силу Контракта заказчик обязан обеспечить финансирование работ по Контракту.

Пунктом 8 статьи 7 Закона № 275-ФЗ на государственного заказчика возлагается обязанность по обеспечению авансирования и оплаты поставок продукции по государственному оборонному заказу в соответствии с условиями государственных контрактов.

Согласно пункту 8 статьи 3 Закона № 275-ФЗ, под сопровождаемой сделкой понимается государственный контракт и все контракты, заключённые в целях его исполнения между лицами, входящими в кооперацию.

Пунктом 4 статьи 3 Закона № 275-ФЗ предусмотрено, что исполнитель, участвующий в поставках продукции по государственному оборонному заказу, это лицо, входящее в кооперацию головного исполнителя и заключившее контракт с головным исполнителем или исполнителем.

Статьями 8.3 и 8.4 Закона № 275-ФЗ урегулирован режим использования отдельного счета и операций, совершение которых по отдельному счету не допускаются, где, в том числе указано о недопустимости предоставления по отдельному счету ссуд, займов, кредитов.

Режим отдельного счета, открытого в уполномоченном банке, в силу статей 8.3 и 8.4 Закона № 275-ФЗ исключает возможность направления денежных средств на цели, не связанные с исполнением государственного оборонного заказа, перечисленный истцом аванс несёт целевое значение и права ответчика на его использование и распоряжение по своему усмотрению запрещено законодательством, что подтверждает отсутствие достаточных правомочий у ответчика как собственника авансовых денежных средств, для их использования не в целях, связанных с исполнением Контракта и делает невозможным использование денежных средств по контракту до его полного исполнения всеми субподрядчиками.

Согласно статье 823 Гражданского кодекса договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом.

В подобной ситуации, аванс не может рассматриваться в качестве коммерческого кредита, поскольку противоречит его правовой природе, а начисленные проценты не могут, служит платой за коммерческий кредит, поскольку начисление таких процентов за нарушение обязательства, вытекающего из договора, соответствует признакам меры гражданско-правовой ответственности

В связи, с чем выплаченный заказчиком аванс не может рассматриваться в качестве коммерческого кредита, поскольку это противоречит его правовой природе, а начисленные проценты не могут служить платой за коммерческий кредит.

Согласно условий Контракта (п. 4.17 Контракта) право на начисление проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) поставлено в зависимость от наступления срока установленного в п. 19.1 Контракта.

Таким образом, право на начисление процентов за пользование коммерческим кредитом в виде аванса у истца на данный момент отсутствует.

Более того, истец в исковом заявлении указывает, что право на бесплатное пользование авансом у ответчика прекратилось с момента нарушения срока выполнения работ.

Между тем, согласно представленного истцом расчёта проценты за коммерческий кредит рассчитаны за период не нарушения срока выполнения работ, а за период с даты выплаты аванса.

Вышеуказанные доводы нашли своё отражение в судебной практике кассационной инстанции в том числе по делам А40-58950/21; А40-101345/21; А40-121813/21; А40-77217/21; А40-143288/21; А40-121813/21; А40-111019/21; А40-168723/21, А40-295005/23-113-2343, А40-295011/23-113-2341, А40-169111/24-113-1349.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

РЕШИЛ :

1. Взыскать с публично-правовой компании «Военно-строительная компания» (ОГРН <***>) в пользу Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН <***>):

неустойку в размере 243 554 (двести сорок три тысячи пятьсот пятьдесят четыре) рубля

2. В удовлетворении остальной части иска отказать.

3. Взыскать с публично-правовой компании «Военно-строительная компания» (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 933 (десять тысяч девятьсот тридцать три) рубля 70 копеек.

4. Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья А.Г.Алексеев