Актуально на:
16 июня 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 10-АПУ17-4 от 07.06.2017 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 10-АПУ17-4

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 7 июня 2017 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Сабурова Д.Э.

судей - Истоминой Г.Н., Шамова А.В при секретаре - Горностаевой Е.Е с участием государственного обвинителя - прокурора Гуровой В.Ю защитников - адвокатов Стрелкова С.С, Токаревой В.С потерпевшего К осужденных Прокопьева М.Ю., Колпакова П.Н рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Колпакова П.Н. и Прокопьева М.Ю., адвокатов Стрелкова С.С. и Малькова И.В. на приговор Кировского областного суда от 26 декабря 2016 года, которым

Прокопьев М Ю ,

несудимый осужден по: - ч. 1 ст. 210 УК РФ (в редакции ФЗ от 8.12.2003 г. № 162) к 9 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 500.000 рублей; - ч. 1 ст. 209 УК РФ (в редакции ФЗ от 8.12.2003 г. № 162) к 9 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 500.000 рублей; -п. «н» ст. 102 УК РСФСР к 10 годам лишения свободы; - пп. «а, е, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции ФЗ от 13.06.1996 г. № 63) к пожизненному лишению свободы; - ч. 3 ст. 30, пп. «а, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции ФЗ № 63 от 13.06.1996 г.) к 14 годам лишения свободы; - ч. 3 ст. 222 УК РФ к 5 годам 2 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 150.000 рублей;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к пожизненному лишению свободы в исправительной колонии особого режима со штрафом в размере 1.000.000 рублей;

Колпаков П Н ,,

несудимый осужден по пп. «а, е, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции ФЗ № 63 от 13.06.1996 г.) к 18 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены гражданские иски о компенсации морального вреда Взыскано в пользу: -Г с Прокопьева М.Ю. 975.000 рублей; -С с Прокопьева М.Ю. 975.000 рублей; -С с Прокопьева М.Ю. 975.000 рублей; -С с Прокопьева М.Ю. 975.000 рублей; -С с Прокопьева М.Ю. 450.000 рублей; -Г с Прокопьева М.Ю. 450.000 рублей; -Р с Прокопьева М.Ю. 350.000 рублей; -К с обоих по 250.000 рублей; - К с Прокопьева М.Ю. 275.000 рублей, с Колпакова П.Н. 250.000 рублей; - К с Прокопьева М.Ю. 600.000 рублей, с Колпакова П.Н. 400.000 рублей.

Постановлено в счет удовлетворенных гражданских исков обратить взыскание на находящиеся под арестом денежные средства на счете Прокопьева М.Ю. в банке ОАО « ».

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления в режиме видеоконференц-связи осужденных Прокопьева М.Ю., Колпакова П.Н., их защитников адвокатов Стрелкова С.С. и Токаревой В С , поддержавших доводы жалоб и дополнений, возражения прокурора Гуровой В.Ю полагавшей необходимым жалобы оставить без удовлетворения, но смягчить назначенное Прокопьеву М.Ю. наказание за покушение на убийство, Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда Прокопьев осужден за:

- создание и руководство преступным сообществом (преступной организацией), созданным для совершения тяжких и особо тяжких преступлений;

- создание и руководство устойчивой вооруженной группой (бандой созданной для нападения на граждан;

- умышленной убийство Г группой лиц по предварительному сговору;

- умышленное убийство 5-ти лиц (Е С К Г Г из них - К общеопасным способом Е С , К Г и Г - организованной группой, Е ,С ,К ,Г и Г - сопряженное с бандитизмом, Г - с целью скрыть другое преступление); - покушение на убийства К П и К организованной группой, Колпакова, в том числе с целью скрыть другое преступление;

- незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой.

Колпаков осужден за убийство К и С , общеопасным способом, организованной группой, сопряженное с бандитизмом С , в том числе, с целью облегчить совершение другого преступления.

Преступления совершены в период с весны 1996 года по весну 2015 года в г. и областях при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Мальков И.В. в защиту Колпакова считает приговор незаконным и необоснованным. Указывает, что суд осудил Колпакова лишь по показаниям заинтересованных лиц Ш и К заключивших соглашение о сотрудничестве, и оговоривших Колпакова. При этом суд необоснованно не принял во внимание доводы самого Колпакова о непричастности к содеянному Ш и К , а также доводы стороны защиты.

Просит об отмене приговора и оправдании Колпакова.

В дополнениях от 22 февраля 2017 года адвокат Мальков И.В указывает, что суд в нарушение требований ст. 303 и 304 УПК РФ не указал Колпакова во вводной части приговора как потерпевшего по факту покушения на его убийство.

Полагает, что Колпаков признан виновным в убийстве К и С без учета доводов осужденного и защитника.

Положенные в основу обвинения показания соучастников Ш и К оценивает как непоследовательные и противоречивые, а выводы суда в части оценки показаний данных лиц как достоверных необоснованные.

Ссылаясь на приведенные в дополнениях показания в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, ответы на вопросы участников процесса и суда свидетелей обвинения К И Н (заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве и осужденных другим приговором), обращает внимание на противоречия, непоследовательность, а в целом, делает вывод об оговоре с их стороны и недоказанности вины Колпакова.

Также приводя показания Ш и К в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, подвергая сомнению их достоверность, отмечает наличие в них противоречий, предположений и домыслов.

Считает неподтвержденными исследованными доказательствами выводы суда о том, что Колпаков, Ш и К распределили роли и разработали совместный план действий, поскольку они прямо опровергается признанными достоверными показаниями самих Ш и К

Показания свидетеля К о том, что стрельба производилась и из пистолета и в сторону их машины, считает субъективными.

Полагает нелогичным выводы суда с одной стороны об исключении из обвинения Колпакова квалифицирующего признака - убийство с целью облегчения совершения другого преступления в части убийства К , а с другой - его оставление по убийству С

Обращает внимание на показания Ш и К в той части, что при убийстве К они не договаривались о стрельбе по другим лицам или автомобилям, а показания свидетеля В о том, что в другие машины стреляли, чтобы никто не смог помочь К считает предположением.

О том, что Колпаков не мог принять самостоятельного решения о стрельбе по другим автомашинам и убийстве других лиц свидетельствует указанные судом в приговоре принципы деятельности преступной организации, основанные на строгом подчинении нижестоящих участников вышестоящим.

Обращает внимание, что согласно показаниям очевидцев Д Ч , Л схем-приложений к их допросам посторонние автомобили просто выехали на линию огня, ведущегося по автомашине К

Ссылаясь на показания Ш о том, что стрелявший из пистолета (якобы Колпаков) в процессе убийства К находился справа от него, указывает, что они прямо опровергаются показаниями Ч К и Д , и схемами к протоколам их допросов, согласно которым тот находился слева от Ш . Что лишний раз подчеркивает недостоверность показаний последнего.

Указывает, что суд не учел важные доказательства свидетельствующие о невиновности Колпакова. Так, очевидец произошедшего Д в первоначальных показаниях указывал рост нападавших-1,75 и 1,80 м. В судебном заседании установлено, что рост Ш - 1,74, К - 1,82, а Колпакова - по данным СИЗО 1,87, фактически - 1,89 м. При этом были исследованы протокол осмотра документов от 28.10.2015 г. с фототаблицей, где зафиксированы индивидуальные признаки фотографий с изображениями К С К , К Ш , П , Б , ХИ А Н ,К , и разница в росте Колпакова и Ш значительная, на что очевидцы обязательно обратили бы внимание и указали бы об этом, но чего сделано не было и чему суд не дал оценки. Таким образом, суд оставил без внимания показания Д о росте нападавших, не сопоставил его показания с вышеуказанными обстоятельствами, что является нарушением УПК РФ.

О непричастности Колпакова, по его мнению, свидетельствует и факт изъятия у К вместе с оружейным арсеналом изготовленную из вязаной шапки маску, которая по описанию подходит под те, что видели и указывали свидетели. Каких-либо экспертных исследований не проводилось.

Критикуя действия органа предварительного расследования при осмотре места происшествия, указывает на недостатки, выразившиеся в необнаружение и неизъятии следов обуви, гильз и прочие.

Констатируя многочисленные нарушения, наличие неустраненных сомнений в виновности Колпакова, просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

Осужденный Колпаков в апелляционной жалобе также выражает несогласие со своим осуждением. Считая себя невиновным, а свою вину недоказанной, высказывает предположение о том, что с учетом наличия у него многочисленных смягчающих наказание обстоятельств, суд должен был применить положения ст. 64 УК РФ и наказание не могло превышать 6-ти лет лишения свободы.

Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а приговор постановлен на недопустимых доказательствах, в том числе недостоверных показаниях непосредственных участников убийств - Ш и К .

Также как и адвокат отмечает, что его процессуальный статус как потерпевшего по факту покушения на убийство исключал возможность привлечения к делу как обвиняемого и подсудимого, препятствовал осуждению.

Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

В дополнениях от 10 апреля 2017 года Колпаков приводит описание деяния, в совершении которого он признан виновным, считает свою вину недоказанной. При этом отмечает, что суд не привел в приговоре все показания свидетелей, не дал им оценки, не оценил заключения экспертов и доводы самих подсудимых, не указал, почему принял одни доказательства и отверг другие, не мотивировал каждый квалифицирующий признак.

Отмечает противоречия в показаниях К , К и Ш данных ими в ходе предварительного расследования и в судебных заседаниях по настоящему делу и по делу, по которому они были осуждены.

Считает, что суд не мог постановить обвинительный приговор на показаниях соучастников - К ,Ш и К , осужденных другим приговором вследствие заключения соглашения о сотрудничестве. Тот факт, что они были осуждены и в том числе за покушение на убийство К , свидетельствует об оговоре с их стороны, их заинтересованности смягчить свою вину.

Кроме того, Прокопьев не указывал, что давал Колпакову какие-либо указания на устранение К и С

Кривошеий непосредственным исполнителем убийства не был, знает об этом лишь со слов других и его показания являются предположением, которые не могут быть положены в основу обвинения.

Изместьеву о событиях стало известно лишь со слов Н который также лично ничего не видел.

Суд не учел, что К и Ш являются друзьями, с ним не знакомы и вполне могли его оговорить.

Излагая показания в судебном заседании Ш обращает внимание, что тот не смог категорично утверждать, что Колпаков также стрелял, он лишь слышал хлопки, а учитывая, что в том месте находились знакомые К , допускает возможность, что это они могли стрелять.

Отмечает, что оружие, из которого якобы он стрелял, не идентифицировано, экспертным путем не исследовалось, с обнаруженным в последующем и изъятом арсенале не сопоставлялось.

Указывает, что К находился за рулем автомашины и не видел кто конкретно находился на месте убийства, кто, куда и из каких экземпляров оружия стрелял.

Свидетель Ч , осуществлявший охрану К видел нападавших в черной одежде, их приметы, рост и прочее не мог описать, опознать также не мог.

Свидетель В и сотрудники кафе не указывали конкретно на Колпакова, его не опознавали. Аналогично и свидетели К и Д

Таким образом, никто из свидетелей не опознавал его как одного из нападавших, Ш при проверке его показаний на месте (т. 44 л.д. 143- 149) не называл Колпакова как второго стрелявшего.

Кроме того какие-либо материальные доказательства его вины отсутствуют, одежда и обувь не изымались и не исследовались, следов оружейной смазки на его одежде, руках и сумке не найдено, отпечатков пальцев с оружия не изымалось, изъятая у К маска не имеет индивидуальных признаков принадлежности к совершению именно данного преступления, потожировые следы не установлены.

Не нашло оценки в приговоре суда то обстоятельство, что с трупа К не было изъято бронежилета. Вместе с тем, согласно заключениям экспертиз, оболочки пуль, изъятые из трупа фрагментированы, сердечники сплющены, что могло произойти лишь при прохождении пули через значительную жесткую преграду, либо от рикошета, чего по делу установлено не было, в связи с чем конкретный способ поражения К из огнестрельного оружия не установлен. При этом, согласно показаниям Ш , он стрелял и бронебойными патронами. Кроме того, не учтено, что существенная часть ранений К имеет характер непроникающих и слепых, что невозможно при стрельбе с близкого расстояния из автоматического оружия.

Вновь отмечает противоречия в показаниях К Ш и К как в части места и обстоятельств передачи оружия, так и в части создания и деятельности группировки.

Полагает взаимоисключающей квалификацию убийство в составе банды и организованной группы.

Отмечает отсутствие четкого распределения ролей, спонтанность действий, отсутствие плана и распределение ролей, договоренности на убийство нескольких лиц, ведение огня по посторонним лицам безразличность способа убийства. В этой связи делает вывод о том, что умысел имел характер спонтанно возникшего.

Указывает, что квалифицирующий признак убийство в составе банды не нашел подтверждения, так как отсутствуют четкие непрерывные связи между фигурантами, четкая иерархия, не определен лидер в совершении данного преступления.

Настаивает, что умышленно в С никто не стрелял, умысла на его убийство не было, автомашина, в которой он находился, случайно попала на линию ведения огня по К , то есть его убийство было случайным. При этом допускает возможность наступления его смерти не от полученных ранений, а вследствие несвоевременного оказания медицинской помощи. Действия не носили характер общеопасных, все происходило в ночное время, посторонних граждан рядом не было причинение смерти или другого вреда здоровью не охватывалось умыслом нападавших. С совершению преступления в отношении К не препятствовал, оружия не применял, находился в автомашине с тонировкой и случайно выехал на линию огня, то есть его убийство не могло быть совершено с целью сокрытия другого преступления или облегчения его совершения.

Кроме того суд, посчитав его вину доказанной, перечислил различные смягчающие наказание обстоятельства, но не учел их при назначении наказания. Он ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, характеризуется положительно, имеет на иждивении несовершеннолетнюю дочь, родителей, события имели место почти 20 лет назад и утратили общественную опасность.

С учетом этого высказывает аналогичную просьбу об отмене приговора и об оправдании.

В дополнениях от 19 мая 2017 года Колпаков ссылается на нарушение права на защиту, выразившееся, по его мнению, в оказании ему адвокатом Мальковым ненадлежащей юридической помощи, как в ходе всего предварительного расследования, так и в судебном заседании Указывает, что адвокат не оспаривал процессуальные документы, жалоб не подавал, ходатайств, в том числе о назначении и проведении различных экспертиз не заявлял, занимал пассивную позицию возражений на действия следствия не высказывал, запросов не делал При этом при предъявлении обвинения и допросах 11 августа 2015 года и 10 февраля 2016 года адвокат не присутствовал, а лишь подписал протоколы и в более позднее время.

Также указывает, что в ходе предварительного расследования адвокат и Прокопьев убеждали его признать вину. Именно в результате их уговоров он отказался от суда присяжных.

Кроме того, защитник Мальков не защищал его в другом деле, где он являлся потерпевшим (дело в отношении К ,И Ш и К .

В последующих заявлениях, поступивших непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации, Колпаков П.Н. оспаривает законность избрания ему 27.03.2015 года меры пресечения в виде заключения под стражу и ее продления, а также прекращения в отношении него уголовного дела и уголовного преследования по ч. 2 ст. 210 УК РФ, принятое по итогам предварительного слушания. Также выражает несогласие с направленными ему Кировским областным судом разъяснениями, в том числе и об отсутствии права на частичную реабилитацию в связи с прекращением дела и преследования по указанному составу преступления.

Адвокат Стрелков С.С. в защиту Прокопьева в апелляционной жалобе полагает приговор подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам и его несправедливости.

Указывает, что в основу приговора суд положил показания К И , Ш К П С допрошенных как свидетелей по настоящему делу и как обвиняемые в ходе предварительного следствия, поскольку уголовные дела в отношении них были выделены в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве. Вместе с тем судом они не предупреждались в соответствие с главой 40.1 УПК РФ о последствиях нарушения при даче показаний обстоятельств, указанных в соглашении о сотрудничестве, в том числе в случае умышленного сообщения ложных сведений или умышленного сокрытия от судебного следствия каких-либо существенных сведений. Вследствие этого их показания являются недопустимыми доказательствами.

Указывает, что с одной стороны суд указал, что необходимость в сплоченности группировки и ее организованности отпала с начала 2000 г., а с другой указывает, что группировка перестала существовать с 2004 года. При этом суд не дал оценки и не указал момент прекращения существования банды, что не позволило оценить возможность применения положений ст. 78 УК РФ.

Кроме того, никто из свидетелей, которые по мнению стороны обвинения являлись участниками банды и ОПТ, не указывал о своей осведомленности о наличии нелегального оружия, приобретенного К а также то, что Прокопьев знал места его хранения, в том числе в период с 1998 г. по 16 марта 2015 г. в одной из овощных ям гаражного кооператива « » по адресу - гул. а также то, что данное оружие приобреталось для целей банды. При этом суд не принял во внимание, что легальное оружие приобреталось исключительно для самообороны.

Полагает несправедливым назначенное Прокопьеву наказание вследствие его чрезмерной суровости.

По его мнению, необходимость назначения пожизненного лишения свободы не мотивирована, а те обстоятельства, которые суд положил в обоснование не подлежат учету.

Кроме того, со времени совершения инкриминируемых деяний прошло более 13 лет, Прокопьев за указанное время каких-либо противоправных деяний не совершал, не привлекался даже к административной ответственности, активно занимался благотворительной деятельностью, оказывал помощь в строительстве храмов активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, дал явки с повинной, является инвалидом 2 гр., на иждивении у него престарелая мать-пенсионерка, добровольно частично возместил моральный вред потерпевшим.

В дополнениях от 8 февраля 2017 года адвокат ссылается на нарушение права на защиту. Указывает, что Прокопьев в ходе предварительного расследования неоднократно заявлял ходатайства о желании заключить соглашение о сотрудничестве. Однако следователь в нарушение ч. 3 ст. 317.1 УПК РФ проигнорировал эти заявления, никаких процессуальных решений не принял и лишил возможности обжалования в установленном законом порядке. Кроме того, во время предварительного расследования и судебного следствия Прокопьева вывозили из СИЗО и во внепроцессуальной форме в отсутствие защитника проводили беседы и очные ставки с целью оказания психологического давления для отказа от ходатайства о заключении соглашения о сотрудничестве, а Колпакова - для отказа от ходатайства о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей.

Считает, что суд не мог рассматривать дело, так как обвинительное заключение было составлено с нарушениями, дело подлежало возврату прокурору (так, по обвинению в покушении на убийство 8-ми лиц были приведены доказательства по покушениям на убийство лишь трех лиц К ,П и К отсутствовала позиция Прокопьева по предъявленному обвинению, его показания не приведены, а позиция по обвинению по ст. 222 УК РФ вообще не выяснялась, по обвинению по ст. 209 и 222 УК РФ он не допрашивался и его показания в обвинительном заключении не приводились. Все это препятствовало суду в вынесении приговора и надлежало дело вернуть прокурору, в чем суд необоснованно отказал.

Ссылаясь на решения Конституционного Суда РФ, ЕСПЧ Верховного Суда РФ, повторно указывает на недопустимость показаний К ,И ,Ш ,К ,П и С по ранее приведенным причинам.

Приводя фрагменты показаний К указывает, что его показания основаны на предположениях и были даны под давлением При этом, суд в приговоре сославшись на его показания, их не привел и оценки не дал.

Обращает внимание на показания свидетеля П в ходе расследования по делу (т. 24 л.д. 154-156, 162-164), в которых тот заявлял, что перед допросом у следователя с ним общались оперативные сотрудники, которые и указывали какие показания давать О недостоверности своих показаний заявлял и свидетель П , а свидетель С также подтвердил, что показания давал под давлением оперативных сотрудников.

Об оказании давления оперативными сотрудниками, о том, что протоколы допросов заполнялись не с их слов, а по подсказке следователя, заявляли и свидетели К (т. 19 л.д. 184-189, 190-193, 194-198), Б (т. 20 л.д. 7-12), С (т. 20 л.д. 129-132), Ш (т. 15 л.д. 11-14, 15-17), Д (т. 22 л.д. 66-73), Ш (т. 22 л.д. 38- 48), А (т. 22 л.д. 49-52), Б (т. 22 л.д. 19-23).

Поскольку в ходе судебного процесса не были устранены сомнения в достоверности этих показаний, полученных незаконным способом, под давлением, вышеперечисленные протоколы допросов являются недопустимыми доказательствами.

Считает, что суд неправильно применил уголовный закон. Так, суд не применил к деяниям, предусмотренным ст. 102 УК РСФСР и ст. 105 УК РФ, положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, тогда как на момент совершения перечисленных деяний ограничений для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ не имелось, данные ограничения появились лишь в феврале 2008 г. В связи с этим полагает, что по ч. 2 ст. 105 УК РФ не могло быть назначено более 15-ти лет л/св, по ч. 3 ст. 30 и ч. 2 ст. 105 УК РФ - не более 11 лет 2 месяцев л/св.

С учетом наличия смягчающих наказание обстоятельств подлежит смягчению наказания и по другим составам преступлений.

Полагает, что Прокопьев подлежит освобождению от уголовной ответственности по ст.ст. 209, 210 и 222 УК РФ за отсутствием в его действиях составов перечисленных преступлений.

Считает, что суд необоснованно признал его виновным в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов организованной группой после февраля 2004 года, поскольку именно этой датой обусловлено прекращение деятельности преступного сообщества (т. 59 л.д. 316).

Указывает, что предусмотренное ст. 222 УК РФ деяние в части хранения оружия является длящимся преступлением и момент его окончания влияет на применение ст. 78 УК РФ. Однако суд в приговоре не указал момент окончания предусмотренного ст. 222 УК РФ деяния.

Считает, что Прокопьев не может нести ответственность за незаконное хранение оружия и боеприпасов после 2004 года, даты окончания деятельности преступного сообщества.

Обращает внимание, что суд исключил из объема обвинения по ч. 3 ст. 222 УК РФ действия по приобретению, передаче и перевозке с целью хранения огнестрельного оружия и боеприпасов за период с 1997 г. по 2003 г. (т. 59 л.д. 53-55), тем самым исключил осознанность действий по хранению.

Места, где хранилось оружие, не отвечает требованиям предъявляемым к тайникам, является естественной средой, что согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ № 5 от 12 марта 2002 г. не образует квалифицирующего признака хранение. При этом согласно заключениям экспертов (заключения № от 24.04.2015 г. и от 25.08.20125 г.) не все изъятое оружие на момент исследования являлось пригодным для стрельбы в связи с имевшейся ржавчиной.

Ссылается на вероятностный вывод экспертов в заключениях баллистических экспертиз № от 20.12.2015 г. о том, что патроны части которых (пули, гильзы, фрагменты оболочек и сердечники исследованные в заключениях № от 5.04.9996 г., № от 20.01.1999 г, № от 19.07. 2003 г., № от 23.01.1998 г., вероятно являлись боеприпасами.

В этой связи считает, что Прокопьев не мог быть осужден за действия в отношении непригодного оружия и боеприпасов.

По его мнению, обвинение по ст.ст. 209 и 210 УК РФ не нашло подтверждения.

Приводя содержание приговора в данной части обвинения, считает что выводы суда противоречат фактическим обстоятельствам.

Цитируя разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм», считает, что признаки банды и ОПТ не доказаны, а выводы суда в этой части построены на предположениях.

Указывает, что вменяя в вину убийство Е в декабре 1997 г. в составе банды и ОПТ, суд исключил из объема обвинения приобретение, хранение, передачу какого-либо оружия в период с 1997 г. по 1999 г. - июнь 2000 г. в гараже (овощной кладовке гаражно-ямочного кооператива « по адресу ул. В тоже время, указал, что в этом месте К готовясь к убийству, передал Х пистолет для убийства Е (т. 59 л.д. 24). То есть суд фактически вышел за пределы им же установленного объема обвинения.

Перечисляя приведенный в приговоре перечень оружия и боеприпасов за действия в отношении которых осужден Прокопьев, отмечая, что ряд действий были исключены из объема обвинения, считает предположением вывод суда о том, что Прокопьев и другие участники ОПТ были осведомлены о наличии оружия и боеприпасов как общих для ОПТ, так и у отдельных его членов, что исключает наличие банды.

Вывод суда о руководстве Прокопьевым бандой и ОПТ, о том, что тот держал в подчинении участников банды и ОПТ, считает не основанным на исследованных доказательствах. В приговоре не дана оценка показаниям К П Ш , К , Н И и других о роли Прокопьева, характере взаимоотношений между лицами, входящими в состав банды и ОПТ. Так, суд не учел показания И (суть которых приводится) о непричастности Прокопьева к организации банды и ОПТ в 1997 г.

Ссылаясь на приведенные в дополнении показания И К Г , делает вывод о том, что именно Н организовал и руководил бандой, в установленном судом составе.

В приговоре анализируя процедуру допроса К , суд указал что К в судебном заседании (т. 59 л.д. 65) подтвердил свое вхождение в преступную группировку Прокопьева - «прокопьевские Однако К в судебном заседании отказался от дачи показаний и ничего не пояснял, а отвечая на вопросы участников процесса (содержание которых приводится в дополнении), по сути опроверг изложенные в обвинительном заключении выводы.

Анализируя показания свидетелей, полагает, что бандой руководил один К он же подбирал непосредственных исполнителей преступлений, распределял роли и снабжал их оружием.

Также указывает, что в приговоре не приведены убедительные доказательства признаков банды - устойчивость, стабильность состава тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность существования.

Анализируя состав участников каждого совершенного преступления адвокат делает вывод об отсутствии стабильности состава исключающего наличие банды.

Упоминая Н как участника банды, обращает внимание, что тот даже не был привлечен по ст. 209 УК РФ, уголовное дело в отношении него не возбуждалось, постановление о прекращении преследования не выносилось. Вследствие этого делает вывод о личной заинтересованности Н в даче показаний против Прокопьева, о чем показал и свидетель К .

Считает необоснованным вывод суда о стабильности банды в связи с выбытием ряда участников из ее состава в период с 1998 г. по сентябрь-декабрь 2000 г.

Считает, что вопреки выводам суда, деятельность банды и ОПТ прекратилась не в 2004 году, а в 2001 г., когда были арестованы К Н ,И и П При этом все они в своих показаниях в судебном заседании сослались на 2001 г. как время окончания деятельности ОПТ и банды. Убийство Г в 2004 году является отдельным преступлением, совершенным не в составе банды.

Опровергая выводы суда о наличии банды, указывает, что многие не были осведомлены о проводимых акциях, участвовавших конкретных лиц, и о случившемся узнавали из средств массовой информации.

Оспаривая вывод суда о наличии у банды и ОПТ общих денежных средств (так называемого «общака»), указывает, что в деле нет и в приговоре не приведено доказательств, что устойчивость и единство преступных целей участников банды достигалось системой взаимопомощи за счет средств этой кассы. Место ее хранения, сумма не установлены. При этом свидетели Ш , К И , П Н поясняли, что сами покупали автомобили, средства связи снимали квартиры, обеспечивали себя материально за счет средств получаемых от коммерсантов. Отсутствие так называемой общей кассы ОПТ и банды подтвердил и свидетель С , показания которого приводятся в дополнении.

Оспаривая осуждение Прокопьева по ст. 222 УК РФ, отмечает, что оружие, использованное при убийствах и покушениях на убийство не установлено, не идентифицировано с изъятым. В приговоре не приведено суждений, знал ли Прокопьев о хранящемся оружии, о конкретных экземплярах, давал ли указание на его использование в целях банды и ОПТ, откуда конкретно оно бралось. Фактически о неосведомленности Прокопьева дали показания К ,И ,Ш .Н К суть которых приводится в дополнении. На основе их показаний делает вывод об отсутствии в банде так называемого «силового» блока.

Считает недоказанным наличие умысла на создание банды достоверных и объективных доказательств о том, что Прокопьев давал какие-либо указания и деньги на приобретение оружия и что он вообще знал достоверно о его наличии у других, не имеется. При этом обвинение и суд не указали, в чем именно выразилось создание вооруженной группы.

Вновь отмечает, что исключив приобретение, ношение, перевозку и передачу оружия организованной группой по всем инкриминируемым эпизодам, суд фактически исключил какие-либо совместные П с К ,И Ш , К и П , действия его осознанность применения перечисленными лицами, являющимися по версии суда членами созданной Прокопьевым с К банды. То есть суд исключил основной признак банды - вооруженность, в связи с чем, по ст. 209 УК РФ уголовное преследование подлежит прекращению.

Факты знакомства, соседства, дружбы, учебы не могут являться доказательством сплоченности банды.

Также адвокат предлагает критически относиться к показаниям свидетеля Н , который по указанию оперативных сотрудников оговорил Прокопьева, заслужив тем самым для себя определенные привилегии.

Указывает, что, как установил суд, в банду в разное время входили разные лица, то есть состав банды не был устойчивым. Никто из свидетелей не описывал какую-либо процедуру вступления в банду, не указывал, что их действия кем-то координировались.

Обращает внимание, что оглашенные протоколы допросов практически схожи по содержанию, записаны идентичными предложениями и словами, с использованием юридических терминов, то есть составлены не со слов допрашиваемых лиц, а по чьему-то шаблону. Подписать такие протоколы они были вынуждены в обмен на прекращение уголовного преследования в отношении них по ст. 210 УК РФ. Такими лицами являются Н (т. 19 л.д. 184-189, 190-193, 194-198), Г (т. 45 л.д. 26-32), Б (т. 20 л.д. 7-12), Т (т. 19 л.д. 222-229), С (т. 46 л.д. 79-85, 111-118, 122-129). Все они, а также К ,П Ш К И , Н (т. 46 л.д. 188-197), дали показания оговорив Прокопьева с целью заключения соглашения о сотрудничестве и получения для себя лично послаблений. Их показания, а также показания Ш (т. 20 л.д. 109-113), С (т. 20 л.д. 129-132), Ш (т. 15 л.д. 11-14, 15-17, 18-23), Д (т. 22 л.д. 66-73), Ш (т. 22 л.д. 38-48), А (т. 22 л.д. 49-52), Б (т. 22 л.д. 19-23), являются недопустимыми доказательствами, так как в нарушение требований ч. 2 ст. 190 УПК РФ записаны не от первого лица и не дословно.

Оспаривая осуждение Прокопьева по ст. 210 УК РФ, указывает, что в рамках исследованных доказательств суд неправильно квалифицировал характер и степень взаимоотношений между перечисленными в обвинительном заключении и приговоре людьми как обособленные структурные подразделения, взаимодействующие друг с другом, а также неправильно определил время их начала и окончания действий организации. Положенные в основу данного обвинения доказательства считает недопустимыми, полученными с применением мер физического и психологического воздействия на свидетелей со стороны следствия Так, из приговора не следует, что группа К ,А Т Ш а также Н Б и В являлись отдельными функционально либо территориально обособленными структурными подразделениями, созданными и руководимыми Прокопьевым с 1997 года. Функции указанных групп не являлись обособленными и фактически они входили в ОПТ, а не являлись структурными подразделениями. Каждый из перечисленных лиц в своих показаниях в суде объяснил причины и степень знакомства с остальными и по делу нет никаких фактов, что они действовали согласованно, обособленно, применяли меры конспирации и пр.

Цитируя по данному обстоятельству показания в судебном заседании Б Н указывает, что доказательств существования так называемого структурного звена в составе Б ,Н В сторона обвинения не представила. Напротив, исследованные доказательства говорят об отсутствии данной структуры. Не подтверждается исследованными материалами и наличие так называемой группы К в составе А , Т , иных неустановленных лиц, П и Ш Последние два вообще не были допрошены в судебном заседании.

Приводя показания Т А И , К указывает, что они в целом согласуются с показаниями Ш С К , П и из них нельзя сделать однозначный вывод о наличии во взаимоотношениях К ,А и Т какую-либо организационную структуру, где был лидер планирующий деятельность и распределяющий обязанности. Отмечает что по версии суда таким лидером был К , о чем свидетельствует постановление о прекращении в отношении него уголовного преследования от 26.01.2016 г. (т. 2 л.д. 200-207). Вместе с тем уголовное дело в отношении К не возбуждалось.

При этом отмечает, что как указал суд, подразделение К перестало существовать с 2001 г. В тоже время из показаний К следует, что он перестал общаться с Прокопьевым с 1999 г., когда ушел учиться на арбитражного управляющего. В этой связи считает срок распада якобы имевшей место группы К не 2001 г., а 1999 год.

По его мнению, о прекращении деятельности ОПТ именно в 2001 году, свидетельствуют показания коммерсантов, допрошенных в суде и которым суд не дал оценку - Б о передаче денег лишь до 2000 года, М о производстве выплат до того же периода, В о том, что тот платил деньги И до его осуждения (приговор от 2001 года).

Ссылаясь на это, а также на показания В ,Н П С , отмечает, что в судебном заседании не представлено доказательств получения Прокопьевым после 2001 года каких-либо денег.

Ссылку суда на стр. 172 приговора в опровержение данных доводов защиты на показания М полагает несостоятельной. Так свидетель пояснял, что после ареста Н в 2001 году к нему приезжал Ш , а затем вновь стал приезжать Н Однако доказательств того, что Н получаемые деньги или часть передавал Прокопьеву не приведено.

Подытоживая свои доводы в данной части, указывает, что деятельность ОПТ была прекращена именно в 2001 году, в связи с чем истекли сроки давности, а убийство Г в 2004 году не было связано с деятельностью ОПТ « ».

Отмечает, что по обвинению в убийствах и покушениях на убийства не доказан умысел Прокопьева, его причастность к этим деяниям именно в составе ОПТ и банды.

По эпизоду убийства Г в 2003 году также считает необоснованным квалифицирующий признак - организованной группой и сопряженное с бандитизмом, вследствие прекращения деятельности ОПТ в 2001 году. Показания свидетеля Н о том, что тот слышал в 2000 году высказывания Прокопьева о необходимости «убрать Г , расценивает как оговор по ранее приведенным причинам Аналогичным образом предлагает относиться к показаниям К о том, что еще в 2003 году он получил указание от Прокопьева об устранении Г

Выражает несогласие с решением суда о разрешении гражданских исков. Обоснование размера исков в приговоре не приведено, не учтена инвалидность Прокопьева, нет суждения о его материальном положении не определена степень вины во вмененных преступлениях для целей установления размера морального вреда.

С учетом всех доводов просит приговор отменить и дело вернуть прокурору, либо изменить по приведенным им мотивам.

В дополнениях от 6 марта 2017 года, к которым приложены письменные показания Прокопьева для Верховного Суда Российской Федерации, адвокат Стрелков С.С. просит допросить в суде апелляционной инстанции Прокопьева, приобщить и исследовать копии публикаций СМИ, относящихся к данному делу в отношении Прокопьева.

В совместных дополнениях (к которым приложены различные документы согласно указанному перечню), от 8 апреля 2017 года Прокопьев М.Ю. и адвокат Стрелков С.С. тезисно повторяют ранее изложенные адвокатом доводы, полагают, что председательствующий по делу судья К занял обвинительную позицию вследствие того, что ранее в 90-х годах работал в ОБОП.

Приводятся различные факты общественной жизни Прокопьева оказание им разнообразной благотворительной и спонсорской помощи делается вывод о несоразмерности назначенного наказания всем обстоятельствам по делу.

В возражениях на жалобы адвокатов государственные обвинители Братухина Е В . и Опалева Е.В. просят приговор в отношении обоих оставить без изменения.

В отзыве на возражения государственных обвинителей осужденный Колпаков П.Н., фактически приводя доводы о несогласии со своим осуждением, недоказанности вины, противоречивости положенных в основу обвинения доказательств, ссылаясь на нарушения УПК РФ просит объективно разобраться, провести всестороннюю проверку всем обстоятельствам, установить истину и не допустить ошибки, поскольку считает себя невиновным.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, поддерживая доводы поданных жалоб: - Прокопьев обращает внимание на то, что при оглашении в судебном заседании показаний в ходе предварительного расследования лиц заключивших соглашение о сотрудничестве, сторона обвинения оглашала их не полностью, а лишь в той части, нужной обвинению постановления о прекращении уголовных дел в отношении ряда лиц так называемых участников банды и ОПС, считает незаконными поскольку сами дела не возбуждались; -К считает нарушением УПК РФ возбуждение уголовного дела в отношении него по ст. 210 УК РФ и его непрекращение еще в ходе расследования; а также обращает внимание на наличие противоречий в маркировке гильз, изъятых при осмотре м/п по факту убийства К и других, и указанных в заключении эксперта-баллиста.

Изучив уголовное дело, приложенные документы, проверив доводы апелляционных жалоб, дополнений, возражений, Судебная коллегия отмечает, что выводы суда о доказанности вины осужденных в совершенных и указанных в приговоре преступлениях являются правильными, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

По каждому из эпизодов совершенных преступлений их вина подтверждается приведенными в приговоре показаниями потерпевших свидетелей, ранее осужденных в связи заключением досудебного соглашения о сотрудничестве лиц, а также данными, содержащимися в оглашенных и исследованных материалах дела.

Так, по эпизодам создания и руководства преступным сообществом и созданной внутри его бандой, действиях, связанных с незаконным оборотом огнестрельного оружия и боеприпасов, вина Прокопьева подтверждается: - показаниями в ходе предварительного расследования самого П К показаниями в ходе предварительного расследования и в судебном заседании ранее осужденных К И Ш ,К и П показаниями Н ,С Н , В , Г К Б Ш Т С , Г С Ш Д ФА Б , С П К , В Б М ,Н ,Ш М ,Ш АЗ свидетеля под псевдонимом «И , Р Б Б Б Б , В В Д И И К М Н , О О П П П П , П Р Р Р , С , С Т С , С Т Т ,Х ,Ч ,Ф и других; - протоколами проверки показаний Прокопьева на месте от 13.11.2015 г Колпакова от 4.09.2015 г., И от 18.09.2015 г., Ш от 7.10.2015 г., в ходе которой они указали офисные помещения использовавшиеся в ходе деятельности сообщества, а И и места хранения огнестрельного оружия (т. 47 л.д. 72-77, т. 48 л.д. 38-43, т. 44 л.д. 54-56, т. 44 л.д. 193-199); - протоколом осмотра указанных мест (т. 33 л.д. 38-40); - сведениями о наличии у ряда членов банды и ОПС зарегистрированного легального оружия (т. 28 л.д. 124-125, т. 28 л.д. 128- 129, 130-131);

регистрационно-учредительными документами различных фирм предприятий и организаций, в деятельность которых вкладывались получаемые преступным путем деньги (т. 26 л.д. 6-19, 29, 32-34, 44-60, 77- 82, 83-89, 90-96, 148-153, 154-164, 165-171, 199-207, т. 27 л.д. 2-144, 146-162, 199-200, 201-202, 206-207, 221-232, 234-250, т. 30 л.д. 228-231, 236-238, 243- 255, т. 31 л.д. 1-202, т. 32 л.д. 1-298); - протоколом проверки показаний на месте К от 13.03.2015 г в ходе которой он указал места хранения участниками ОПС и банды оружия и боеприпасов - кладовка № гаражно-ямного кооператива « - г. , ул. , д. ямный кооператив « » - г. слобода , д. (т. 43 л.д. 54-60); - протоколом проверки показаний на месте Ш от 16.03.2015 г., в ходе которой он указал на место хранения гранатомета с двумя гранатами, переданные ему на хранение К овощную яму в районе ул. в г. (т. 44 л.д. 143-149); -протоколом проверки показаний на месте К от 17.03.2015 г., в ходе которой он указал место хранения переданных ему К оружия и боеприпасов - овощную яму в районе ОАО г. (т. 45 л.д. 6-9); - протоколом проверки показаний на месте П от 9.12.2014 г., в ходе которой он указал место хранения оружия - ямный кооператив « » (т. 45 л.д. 69-72); - протоколом проверки показаний на месте Н от 8.07.2015 г., в ходе которой он указал место хранения оружия - гаражный кооператив у автохозяйства « » (т. 46 л.д. 204-210); - протоколом обыска у П , в ходе которого изъяты оружие боеприпасы и другие предметы (т. 33 л.д. 44-50); - протоколами осмотров указанных мест и изъятых оружия, боеприпасов и других приспособлений к ним (т. 33 л.д.55-59, 74-83, 85-86, 87-103, 104- 118,124-141,143-151,154-173; - заключениями баллистических и взрывотехнических экспертиз о свойствах и особенностях изъятых предметов (т. 41 л.д. 65-73, 95-99, 108- 112, 122-147, 168-170, 179-185).

Вина Прокопьева в вышеперечисленных действиях также подтверждается другими, приведенными в приговоре доказательствами.

На основе совокупности исследованных доказательств по данным эпизодам судом сделан правильный вывод о том, что на территории г. с 1997 года Прокопьевым для совершения тяжких и особо тяжких преступлений было создано организованное преступное сообщество (ОПС) под названием «прокопьевские», которое действовало длительное время вплоть до февраля 2004 года, под его руководством. В своем составе ОПС имело созданную им же, Прокопьевым, для нападений на граждан устойчивую вооруженную группу (банду руководимую им совместно с К .

При этом судом правильно приняты во внимание показания К , И Ш К , Н , П Г В , Т в том числе показания Б и К в ходе предварительного следствия, являющихся непосредственными участниками ОПС, главной целью которой являлось незаконное материальное обогащение посредством так называемого «крышевания субъектов предпринимательской деятельности.

Возглавлял ОПС Прокопьев, он являлся неизменным лидером с беспрекословным подчинением ему всех подчиненных участников разделяемых по степени приближенности к лидеру на «старших» и «молодых», которые в свою очередь, обособились в самостоятельные группы.

Для решения различных вопросов, в том числе и во взаимоотношениях с конкурирующими группировками, в ОПС существовал так называемый «силовой блок», вооруженный как легальным, так и нелегальным оружием, и возглавляемый им совместно с К , подчиняющимся и выполняющим его, Прокопьева указания.

Сам Прокопьев в своих показаниях в ходе предварительного расследования, хотя и принижал свою роль как руководителя при общей преступной деятельности, решении вопросов о совершении подчиненными ему участниками убийств с применением нелегального оружия, фактически подтверждал свое участие в создании и руководстве ОПС и банды, о принятии решений совместно с К об устранении, как участников конкурирующих группировок, так и предпринимателей, а также одного из ее участников - Колпакова.

Места сбора участников ОПС указали входе проверок показаний на месте сам Прокопьев, а также И и Ш .

Получаемые незаконным путем деньги с целью извлечения еще большей материальной выгоды, вкладывались в объекты легальной предпринимательской деятельности, куда вовлекались участники ОПС, о чем свидетельствуют, в том числе, и показания свидетелей И Г в ходе предварительного расследования, Ф О

Об объединении вокруг Прокопьева людей с общей целью «покровительства» над коммерсантами с насильственными методами на начальном этапе, с последующим расширением как численности самой группы, получившей название «прокоповские», так и числа контролируемых предпринимателей, с осознанием им необходимости дальнейшего расширения сфер влияния и о принятии в связи с этим решения об организации отдельных групп в группировке по конкретным критериям, о дальнейшей деятельности этих групп с устойчивым составом с ведением всей деятельности по незаконному материальному обогащению за счет средств, получаемых от предпринимателей в течение длительного периода времени, о возглавлении таких групп лицами состоявшими с Прокопьевым в дружеских отношениях показал, как сам Прокопьев, являвшийся лидером и руководителем совместной преступной деятельности таких лиц, так и непосредственные участники такой деятельности, объединенные под его началом, К И Ш , К , Н , П Г В Т в том числе Б и К в ходе предварительного следствия.

Из показаний указанных лиц следует, что ОПС «прокоповские» после разделения на группы со своими руководителями из числа «старших», в том числе и с формированием устойчивой группы под руководством К , состоящей из Х А Х И Ш К ,К ,Н , а с 1998 года - П , С Г , которая помимо присущей для всех деятельности по склонению коммерсантов к выплатам и получением от них денег «за крышу занималась разрешением конфликтных вопросов с другими преступными группировками города, имела на вооружение нелегальное оружие приобретенное К по прямому указанию Прокопьева, о наличии которого были осведомлены все участники этой группы.

Об указанных силовых функциях группы К были осведомлены и другие участники ОПС, непосредственно не входившие в нее.

Создание сложной структуры из числа обособленных групп служило общей цели незаконного материального обогащения. Такая финансовая выгода обеспечивалась, как прямо, то есть при непосредственном получении денег от «крышуемых» предпринимателей, так и косвенно, то есть посредством убийства представителей других преступных группировок с целью безопасности собственной деятельности и распространения своего влияния на подконтрольных таким группировкам предпринимателей, равно как и посредством убийства других предпринимателей, пытающихся отказаться от выплат, в назидание остальным.

В связи с чем, суд правильно отверг доводы стороны защиты о том что формирование группы К не носило цели нападения на граждан для материального обогащения.

При этом участие в конкретных убийствах разных лиц не опровергает выводы суда о сплоченности и постоянстве состава банды.

Выбор исполнителей конкретных убийств осуществлялся К как он пояснил, по личностным критериям таких исполнителей, но всегда из числа находившихся в его подчинении лиц Кроме того, эта вариативность объяснялась и объективными причинами, в частности гибелью Х Х А бегством из группы С с переездом в другой регион. Именно многочисленность состава банды позволяло К выбирать исполнителей убийств. Принятое в группе правило не делиться друг с другом об обстоятельствах совершения особо тяжких преступлений, как правильно указал суд, свидетельствует не об отсутствии сплоченности участников вооруженной группы и группировки «прокоповских» в целом, а о мерах конспирации, в целях длительной противоправной деятельности с единой целью.

Указанная устойчивая сплоченная общность, имевшая лидера идентифицировалась как «прокоповские» не только собственными участниками, но и участниками «криминальной» среды города К (показания Т П П , Р З , К К , Р П , Ф , Б свидетеля под псевдонимом И Д Ш А ), а также предпринимателями (показания М , П Н М М , Б П , К , С В Ш При этом отсутствие в приговоре содержаний показаний К в части существования и деятельности группировки, при наличии аналогичных показаний иных участников противоборствующих группировок, не опровергает вывода суда о создании и руководстве Прокопьевым ОПС и банды.

Вопреки доводам жалоб, признаки организованного преступного сообщества и банды, созданных и возглавляемых Прокопьевым, судом установлены и достаточно подробно мотивированы. С данными выводами соглашается и Судебная коллегия.

Факт заключения соглашения о сотрудничестве К И Ш К и П не опровергает достоверность их показаний, согласующиеся с показаниями самого Прокопьева, правильно принятых во внимание судом в той части, в которой они согласовывалась с другими доказательствами. Оснований для оговора суд не установил, не усматривает таких оснований и Судебная коллегия.

Допрос в судебном заседании в качестве свидетелей перечисленных лиц по инкриминируемым Прокопьеву деяниям не противоречит требованиям УПК РФ и не подвергает сомнению достоверность их показаний о фактических обстоятельствах деяний.

Их показания в приведенной в приговоре части судом оценены в совокупности с другими доказательствами, и правильно приняты во внимание.

Таким образом, положенные в основу обвинения по данным эпизодам доказательства, в том числе и перечисленные в жалобах, судом проверены, оценены с точки зрения их допустимости и относимости, и правильно приняты во внимание судом с обоснованием своего решения.

Оснований для признания недопустимыми положенных в основу приговора доказательств, в том числе и перечисленных в жалобе и дополнениях, не имеется.

Изменение указанных в жалобах свидетелей своих показаний в отличие от показаний в ходе предварительного расследования, судом оценено. Выводы суда в этой части также мотивированы и обоснованы.

Вопреки доводам жалоб о непричастности Прокопьева к совершенным деяниям, его роль в организации и руководстве организованного преступного сообщества и банде, незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов, судом установлена правильно и на основе конкретных фактических обстоятельствах, приведенных в приговоре.

По эпизоду убийства Г вина Прокопьева подтверждается его оглашенными показаниями в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 89-93); протоколом его явки с повинной (т. 47 л.д. 55-56) о совершении данного убийства участником ОПС Х показаниями потерпевшей Г , показаниями К о том, что убийство Г было совершено в связи с переделом сфер влияния между их группировкой и группировкой, возглавляемой Г , указание на устранение дал Прокопьев, он же передал два снаряженных патронами пистолета ТТ, к убийству он привлек Х , который непосредственно и стрелял в Г а он К его подстраховывал и сам стрелял по автомашине Б который пытался вмешаться в совершаемое убийство; протоколом проверки его показаний, в ходе которой он воспроизвел на месте обстоятельства убийства, поясняя о его совершении совместно с Х и по указанию Прокопьева (т. 43 л.д. 61-71); показаниями в ходе предварительного расследования свидетеля Р (т. 4 л.д. 167- 171), показаниями свидетелей М Г Д ,К П , Х Г Б Б , Г Ш Ш Е Ш М О П , Т М К а также протоколами осмотра места происшествия (т. 4 л.д. 3-22), обысков осмотров трупа и одежды, выемок пуль из трупа,, осмотра предметов (т. 4 л.д. 251, 269-272, 274, т. 34 л.д. 31-35), заключениями судебно медицинских экспертов о том, что смерть Г наступила в результате множественных огнестрельных пулевых ранений грудной клетки, живота, конечностей, сопровождавшихся повреждениями по ходу раневых каналов мягких тканей, костей скелета, левого легкого, сердца и осложнившихся массивной кровопотерей (т. 35 л.д. 8-22, 30-37), заключениями баллистических экспертиз, другими доказательствами.

Оценив приведенные по данному эпизоду доказательства, суд правильно установил, что Прокопьев, преследуя свои личные преступные цели, поручил убийство К передал оружие для исполнения (два пистолета), после чего К привлек к убийству еще одного участника - Х , который непосредственно и стрелял в Г , то есть Прокопьев с другими лицами действовал по предварительному сговору.

В связи с этим, его действия правильно квалифицированы по п. «н ст. 102 УК РСФСР (действовавшей на момент совершения преступления то есть убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

По эпизоду убийства Е вина Прокопьева подтверждается как его показаниями в ходе предварительного расследования о том, что действительно он фактически дал указание об устранении Е К , который привлек к этому Х (т. 47 л.д. 89-93); протоколом его явки с повинной, содержащем сведения об этом (т. 47 л.д. 55-56); показаниями потерпевшей С показаниями К о получении указания на устранение Е от Прокопьева, к чему был привлечен Х непосредственно совершивший убийство показаниями свидетелей К , М М С ,П Д Б Б ,Г Л Г М Ш Е , Л , М М Л П ,Ч а также данными, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия по факту обнаружения трупа Е (т. 5 л.д. 3-17), протоколах осмотра предметов (т. 34 л.д. 31-35, 37- 43), заключении судебно-медицинской экспертизы, согласно которой смерть Е наступила в результате сквозных проникающих огнестрельных ранений грудной клетки и живота (т. 36 л.д. 7-16), заключениях баллистических экспертиз (т. 36 л.д. 29-30, 47-92, 101-102) и других.

По эпизоду убийства С вина Прокопьева подтверждается его признательными показаниями в ходе предварительного расследования о совместном с К в конце мая 1998 г. решения об убийстве С (т. 47 л.д. 97-99); протоколом его явки с повинной о причастности к данному убийству С , Х и А (т. 47 л.д. 95-96); показаниями потерпевших С ; показаниями К о том что поручение Прокопьева на убийство С он передал члену группировки С определив в помощники А и Х для этого он передал из имевшегося у него арсенала через Н обрез охотничьего ружья с патронами, о совершенном убийстве С отчитался, а он в свою очередь доложил Прокопьеву; показаниями И Н , К П , Ж К , М М , М , Р , В , А Ж К ,О ,Ц ,Ш ,Н а, а также данными протокола осмотра места происшествия (т. 7 л.д. 2-11), протокола выемки одежды с трупа (т. 8 л.д. 130), осмотра предметов (т. 34 л.д. 79- 84), заключения судебно-медицинского эксперта (т. 36 л.д. 125-130), заключений трасологической, баллистической, криминалистической и биологической экспертиз (т. 36 л.д. 143-144, 147-151, 165, 210-216, 223-245, 254-258).

На основе анализа совокупности исследованных доказательств суд правильно установил, что Прокопьев дал указание К совершить убийство С в интересах ОПС, исполнение которого К поручил А ,Х и С передав последнему обрез охотничьего ружья, а последний непосредственно и совершил убийство, доложив об этом К который отчитался перед Прокопьевым.

По эпизоду убийства К и С вина Прокопьева и Колпакова подтверждается показаниями Прокопьева в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 82-87), протоколом его явки с повинной (т. 47 л.д. 54), показаниями потерпевших К А Г показаниями К И Ш , протоколом явки с повинной последнего (т. 44 л.д. 101), протоколом проверки его показаний (т. 44 л.д. 113-123), показаниями Н С ,К протоколами его явки с повинной и проверки показаний (т. 44 л.д. 237, 238-246), показаниями Г Ч В К М П К Д А В Г К , Л , В Д , М М П ,Л

Так, согласно показаниям в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т. 44 л.д. 150-171) Ш одного из исполнителей убийства, 11 ноября 1998 года по поручению К он, К и Колпаков совершили убийство К около кафе В 1998 году были совершены убийство Х попытка подрыва автомобиля С убийства А иХ . Полагали, что это дело рук «гагаринских», а К был одним из лидеров «гагаринской группировки, считался наиболее опасным, дерзким.

Прокопьев и К внушали им, что их тоже могу убить, чтобы они не думали, что их «не зацепит», что бомба не выбирает, кого убивать После убийства А и Х ему (Ш ), К Колпакову К почти каждый день говорил, что К готовятся другие покушения, что у него есть много оружия, взрывчатка, есть серьезные исполнители, что надо быть начеку, что их могут убить, что надо убить К чтобы это предотвратить. К говорил, что решение убить К принял не он. Было понятно, что это решение Прокопьева поскольку К ничего не делал без ведома Прокопьева.

Они (он, К , К ) согласились убить К Для этого летом 1998 года после убийства А и Х К передал им сумку с автоматом, пистолетом и патронами. Оружие хранилось в овощной яме, приобретенной К в районе « ».

К постоянно интересовался, как продвигается дело, в ответ они поясняли, что они готовятся, наблюдают. К стал предъявлять претензии по поводу задержки. К осени они узнали автомобиль, на котором передвигался К , установили от Колпакова, что тот часто бывает у кафе « по ул. в г.

В начале осени состоялась встреча Колпакова с К , которая прошла на повышенных тонах. Присутствовали также А он (Ш , К . Было ощущение, что К был с пистолетом и был готов применить его.

Незадолго до дня убийства он с К и К приезжали на машине и со двора, расположенного напротив через дорогу от вели наблюдение за кафе и видели К выходящего с группой из кафе. Также за день-два до убийства он (Ш ,К ,К заехали в овощную яму у где К достал сумку с автоматом «К », пистолетом и патронами. В лесном массиве проверили оружие. К из этого оружия не стрелял. После этого сумку отвезли на съемную квартиру по ул. и договорились встретиться вечером 11 ноября.

В описываемый период времени они держались втроем, участвовали на «стрелках», были уверены друг в друге.

Втроем определились, что он (Ш ) будет стрелять из автомата Колпаков - из пистолета, К будет за рулем. Колпаков был в черной одежде, принес с собой маску из черной шапки. Он (Ш ) тоже сделал маску из шапки с прорезями для глаз. Они положили шапки в сумку, к 21 часу вышли из квартиры с конкретной целью убийства К Сумку положили в багажник автомобиля, за руль которого сел К Приехали и оставили машину между домами у магазина на ул Вдвоем с Колпаковым вышли из машины, достали из багажника сумку с оружием и масками и пришли во дворы, из которых ранее следили за кафе « .

Роли между собой специально не распределяли. Просто, когда предварительно пристреливали, Колпаков взял пистолет, а он (Ш автомат, это значило, что каждый взял на себя роль стрелять из этого оружия. Наблюдали около 40 минут, видели стоящий автомобиль К Когда увидели группу людей, вышедших из кафе, пошли в обход за зданием спорткомплекса « , где по дороге достали маски К взял пистолет, он (Ш ) взял автомат, по дороге бросил сумку Он не видел когда именно Колпаков взял пистолет, но когда сам из сумки брал автомат, пистолета в ней уже не было. Из-за здания « они вышли, когда автомобиль К уже начал движение, находился к ним передним левым углом. На них уже были надеты маски. Колпаков находился с правой стороны, он (Ш ) полагал, что К сидит за рулем, поскольку это был его автомобиль, К чаще был за рулем, на стеклах автомобиля была тонировка. С расстояния одного-двух метров со стороны левого переднего крыла он (Ш ) открыл огонь очередями в сторону водителя, произведя около 15 выстрелов. Открылась передняя дверь и из нее выскочил К оказавшись на открытом пространстве в трех метрах перед ним (Ш ). Он открыл огонь по уже падавшему К , выстрелил в него все оставшиеся патроны Всего он расстрелял один полностью снаряженный автоматный магазин который был снаряжен обычными патронами, вперемешку с патронами с черным наконечником, как он знает - бронебойными. Слышал справа хлопки выстрелов пистолета Колпакова, но не видел, куда тот конкретно стрелял, поскольку смотрел перед собой. Сколько выстрелов со стороны Колпакова раздалось, не помнит, но не один и не два, скорей всего также были расстреляны все патроны. Хотя производство им (Колпаковым выстрелов он непосредственно не видел, поскольку смотрел перед собой кроме Колпакова больше стрелять было некому. Все происходило молниеносно, когда закончились патроны, он побежали обратно за « », к ожидавшему их с машиной К . Бежали вместе, по пути он (Ш ) выбросил автомат, пробегая мимо жилого дома выбросил маску в мусорный контейнер. Помнит, что к машине, где ждал К , Колпаков вернулся без пистолета. К ждал на заведенном автомобиле, втроем вернулись на ул. С , попытались связаться с К чтобы доложить о содеянном, но не смогли, поскольку набираемый Колпаковым номер был недоступен или занят. Договорились встретиться на следующий день у СК « », куда вечером 12 ноября 1998 года он (Ш ) приехал с К , там их ждал Н , с которым они вышли поговорить на улицу, в этот момент подъехал Колпаков Сказали Н , что не смогли связаться с К , чтобы доложить, что все сделано. Н сообщил об этом К Н подробностей, в том числе кто стрелял, не сообщали. О том что с К были убиты еще двое, узнали от Н Из них он (Ш ) знал только А по прозвищу « ». Через какое-то время в г. рассказали К , что были втроем, но не сообщали детали совершения убийства и кто именно стрелял.

В явке с повинной Ш также сообщал об участии в убийстве Колпакова (т. 44 л.д. 101).

При проверке его показаний Ш подтвердил совместное с Колпаковым и К убийство К и двух других лиц (т. 44 л.д. 113-123).

Кара фактически подтвердил показания Ш утвердительно пояснял о роли каждого из них в содеянном, в том числе и Колпакова.

О совместном совершении с Ш и Колпаковым данного убийства К сообщал в явке с повинной (т. 44 л.д. 237) и при проверке его показаний на месте (т. 44 л.д. 238-246).

О том, что стрелявших было двое, давали показания и свидетели Ч ,К ,Д и Д . Первые трое свои показания подтверждали и при проверке на месте преступления, последовательно заявляя о двоих стрелявших (т. 10 л.д. 47-53, 71-80, 86-92).

Согласно протоколам, при осмотре м/п обнаружены и изъяты гильзы автомат АКМ 1968 года выпуска, оболочка пули, пистолет; в квартире близлежащего дома обнаружена вмятина на потолочном бордюре округлой формы, повреждения на стекле внутренней и внешней рамы окна, царапина на ручке окна со стороны комнаты, изъят сердечник от пули из металла белого цвета, кусок металла неправильной формы белого цвета (т. 9 л.д. 2-9, 10-14).

При осмотре автомашины г/н (в которой находились С и Л зафиксированы имеющиеся в ней повреждения, изъяты 2 пули и оболочка от пули (т.9 л.д. 15-17).

При осмотре автомашины /н (в которой находились К и А ) также зафиксированы повреждения на капоте, левом крыле, под лобовым стеклом на металлической пластине лобовом стекле, левой передней стойке, крыше, левом зеркале заднего вида, стеклах дверей, правой передней двери, под капотом, спинке левого сидения; отражено наличие пятен вещества, похожего на кровь на переднем левом и правом сидениях; в ходе осмотра изъяты: 2 выреза с сидений, вязаная шапочка, кусок металла из-под капота, сердечник от пули с заднего сидения, частицы металла с заднего сидения, 2 пули с пола, часть оболочки пули и кусок металла с крышки за сидением, частицы метала с передних сидений (т.9 л.д. 18-21).

При осмотре автомобиля « г/н (в которой находились свидетели Ч ,Ф К ) также обнаружены повреждения на левой дверце, сквозное повреждение в пороге (т.9 л.д.22- 25).

Согласно выводам судебно-медицинских экспертов: - смерть К наступила на месте происшествия в результате множественных слепых (1) и сквозных (4) проникающих огнестрельных пулевых ранений грудной клетки (2), правого предплечья (1), правой голени (1), левого бедра (1) с повреждением мягких тканей левого плечевого пояса, грудной клетки, правого предплечья, правой голени левого бедра, ребер, пристеночной плевры, легких, перикарда, восходящей части дуги аорты, правой лучевой кости, правой болыпеберцовой кости левой бедренной кости и осложнившихся обильной кровопотерей; все повреждения возникли в результате не менее, чем 8-ми выстрелов из огнестрельного оружия, патроны к которому были снаряжены оболочечными остроконечными пулями среднего калибра со свинцовой сорочкой и стальным сердечником и оболочечной тупоконечной пулей среднего калибра; выстрелы производились из нескольких экземпляров огнестрельного оружия; до попадания в тело потерпевшего пули контактировали с достаточно прочной преградой (либо при рикошете, либо при прохождении сквозь нее (т. 37 л.д.7-20, 29-41); - смерть С наступила в результате обильной кровопотери развившейся в результате проникающего огнестрельного ранения грудной клетки справа с повреждением по ходу раневого канала верхней доли правого легкого (т.37 л.д.50-54, 60-66); - смерть А наступила в результате множественных проникающих и непроникающих, слепых и сквозных ранений туловища и конечностей, сопровождавшихся множественными повреждениями костей скелета и внутренних органов и осложнившихся массивной кровопотерей все ранения возникли в результате не менее чем 9 выстрелов из огнестрельного оружия, патроны к которому были снаряжены оболочечными остроконечными пулями среднего калибра со свинцовой сорочкой и стальным сердечником; выстрелы были произведены из одного экземпляра или сходных экземпляров нарезного огнестрельного оружия (т. 37 л.д.75-83, 89-98).

Из заключений баллистических экспертиз, а также показаний в ходе предварительного расследования эксперта З - т. 37 л.д. 118- 120) следует, что: - пули калибра 7,62 являются частями 7,62 мм военных патронов образца 1943 г к автоматам АК, АКМ, АКМС, ручным пулеметам РПК, РПКС карабинам СКС; - пули калибра 9 мм являются частями 9-м патронов «Парабеллум предназначенных для стрельбы из пистолетов «\Уакпег НР», «Маизег», «РЕО» и других пистолетов иностранного производства калибра 9 мм изъятые с м/п гильзы являются частями 7,62 мм военных патронов образца 1943 г к автоматам АК, АКМ, АКМС, ручным пулеметам РПК РПКС, карабинам СКС, и частями 9-м патронов «Парабеллум предназначенных для стрельбы из пистолетов «\Уа1(пег НР», «Маизег», «РЕО» и других пистолетов иностранного производства калибра 9 мм; - представленные на исследование пули калибра 7,62 мм и ряд гильз выстреляны из автомата Калашникова № , пули калибра 9 мм и остальные гильзы выстреляны из пистолета «РЕО» калибра 9 мм № - причиной деформации пуль является соударение с твердой преградой (т.37л.д.107-115); - представленные на исследование: автомат (№ ) является автоматом Калашникова (АКМ) и относится к боевому нарезному огнестрельному оружию калибра 7,62 мм; пистолет (№ ) является пистолетом РЕО Р9М 8А венгерского производства, калибра 9 мм и относится к боевому нарезному огнестрельному оружию, пригодны к стрельбе (т.37 л.д.128-131); - огнестрельные повреждения на автомашине могли быть образованы выстрелами из 7,62 мм автомата АКМ и 9мм пистолета РЕО Р9М 8А; повреждения на капоте, левом переднем крыле, под лобовым стеклом, на лобовом стекле, на передней левой стойке и под уплотнительнои резинкой, на крыше слева, на левой передней двери, на стекле левой передней двери, на зеркале заднего вида левой передней двери, на передней правой двери автомашины являются входными; повреждения на багажнике, стекле задней двери, правом заднем крыле, стекле задней правой двери автомашины являются выходными выстрелы в автомобиль могли быть произведены с расстояния 3-5 метров слева спереди (со стороны переднего левого крыла); - огнестрельные повреждения на автомобиле могли быть образованы выстрелами из 9мм пистолета РЕО Р9М 8А; повреждения на стекле задней правой двери, на задней правой двери, на передней правой двери, на стекле передней правой двери, на зеркале заднего вида передней правой двери, являются входными (т.37 л.д. 144-145); - 2 повреждения на передней левой двери автомашины являются огнестрельным, могли быть образованы выстрелами из огнестрельного оружия калибра 9 мм, в том числе и из пистолета пулемета К6-92 «Борз», повреждения являются входными (т.37 л.д. 175-176).

Проанализировав эти и другие приведенные в приговоре доказательства, суд обоснованно пришел к правильному выводу о виновности осужденных и о доказанности их вины.

Положенные в основу обвинения доказательства судом оценены с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, и правильно приняты во внимание. Оснований для признания недопустимым того или иного доказательства, в том числе явок с повинной Ш и К которые в устной форме подтвердили сообщенные в явках сведения, не имеется.

Вопреки доводам Колпакова и его защитника выводы суда о виновности Колпакова сделаны не на слухах или домыслах, а на конкретных фактах, источником которых являются показания свидетелей.

Каких-либо существенных противоречий, опровергающих правильность выводов суда, показания Ш и К не содержат. Напротив, их показания, в том числе и о роли Колпакова, согласуются с другими доказательствами, они обоснованно приняты судом во внимание, а доводы стороны защиты о непричастности Колпакова, об оговоре со стороны указанных лиц, отвергнуты. Оснований для этого со стороны Ш , К ,К и Н не установлено, а приведенные стороной защиты в жалобах доводы об этом являются несостоятельными.

Имевшиеся противоречия в показаниях К и Н в период предварительного расследования о том, кто непосредственно стрелял, и показаниям Ш и К , устранены. Как пояснил К информацию об этом он получил от Н . Тот, в свою очередь убедительно объяснил, что точно кто стрелял он не знал, но воспринимая в этой тройке Колпакова как старшего, предположил, что это он сидел за рулем.

Описание свидетелями Д и Л роста нападавших не противоречит показаниям Ш о том, что он стрелял из автомата, а Колпаков-из пистолета.

Оба свидетеля (Л при этом видела лишь одного из них) не указывали точный рост, они лишь сообщали примерные параметры (Д - один 175 см, второй- 180 см, Л указывала рост 175- 180).

Вместе с тем, Д четко показывал, что более высокий ростом стрелял из пистолета, пониже - из автомата, что полностью согласуется с показаниями стрелявшего из автомата Ш который ниже ростом Колпакова, что видно из фотографий.

Причина и механизм смерти К установлены и указаны в заключении судебно-медицинских экспертов.

Наличие или отсутствие на К в момент производства в него выстрелов бронежилета не опровергает ни выводы судебно-медицинских экспертов, ни достоверность показаний свидетелей, ни заключения других экспертиз, поскольку, как установлено, первоначальные выстрелы в К производились, когда он находился в автомашине, то есть пули сначала проходили сквозь обшивку автомашины, а согласно выводам экспертов до попадания в тело пули действительно проходили сквозь прочную преграду.

Заключение К , Ш , К , И досудебного соглашения о сотрудничестве, их осуждение другим приговором, не влияет на достоверность их показаний о роли Колпакова в содеянном, установленной на основе совокупности всех исследованных и приведенных в приговоре доказательств.

При этом суд правильно принял во внимание показания К о принятии Прокопьевым решения об убийстве К и поручении его совершения Ш К и К с передачей для этого оружия, о поступившей к нему (К ) в г. информации от Н об убийстве К и двух охранников, о чем он доложил Прокопьеву; показания непосредственных исполнителей Ш и К показания Н , узнавшего об убийстве от Ш , К и Колпакова и сообщившего об этом К показания И узнавшего о том, что убийство было непосредственно совершено Ш и Колпаковым; показания Прокопьева подтвердившего, что он неоднократно давал поручение К на устранение К , что после совершенного убийства К ему сообщил об этом, указывая на исполнителей - Ш К и Колпакова.

Данный факт (поручение Прокопьевым К как одному из руководителей так называемой «силовой» группировки, убийства К подтверждал в своих показаниях в ходе предварительного расследования и Прокопьев.

Таким образом, суд на основе совокупности исследованных доказательств правильно установил фактические обстоятельства, согласно которым в К стреляли именно Колпаков и Ш (Колпаков из пистолета, Ш - из автомата), в автомобиль, где находился С - стрелял из пистолета Колпаков, а в А находившегося в автомашине с К стрелял Ш

При этом стрельба в автомобиль, в котором находился С производилась целенаправленно, а не случайно, о чем указывается в жалобах, и именно с целью воспрепятствовать ему и другим находившимся в автомашине лицам, помешать совершать убийство Койкова.

Правильно на основе совокупности исследованных доказательств суд также установил, что убийство было совершено общеопасным способом поскольку стрельба велась из автоматического оружия, по разным автомашинам, в которых находились люди, то есть создавалась угроза для посторонних, о чем свидетельствует и факт огнестрельных повреждений в квартире Г .

Все квалифицирующие признаки судом мотивированы. При этом суд обоснованно исключил из обвинения по убийству К его совершение с целью совершения облегчения другого преступления, что не противоречит оставлению данного признака по убийству С который мог помешать убийству К

Не противоречива и квалификация суда совершенных убийств как в составе организованной группой, так и сопряженном с бандитизмом поскольку установлено, что они были совершены с целью устранения лидера противоборствующей группировки и участниками, в том числе и Колпаковым, банды.

Непроведение тех или иных следственных действий, что, по мнению Колпакова и его защитника, является неполнотой расследования и нарушением УПК РФ, не опровергает правильность выводов суда о его виновности в совершенном преступлении, сделанных на основе совокупности достаточных доказательств.

Не влияет на правильность выводов суда о роли Колпакова в содеянном и его поведение после выхода в 2000 г. из состава банды и сообщества.

Доводы Колпакова о нарушении права на защиту вследствие ненадлежащего оказания помощи адвокатом М материалами дела не подтверждаются.

Колпаков был задержан в качестве подозреваемого 25 марта 2015 года (т. 48 л.д. 4-6).

Его интересы первоначально представлял адвокат по назначению К (т. 48 л.д. 9 - 20). Затем 27 марта 2015 г. в дело вступил адвокат Мальков И.В., участвовавший по соглашению (т. 48 л.д. 21) вплоть до окончания расследования. В ходе неоднократных следственных действий, проводимых с Колпаковым, последний ни разу не заявлял возражений против его участия, в том числе и по мотиву разногласий во мнениях.

При предъявлении обвинения и допросе 10 февраля 2016 года Колпаков до начала допроса, что следует из соответствующего протокола (т. 48 л.д. 99-106), имел с ним свидание наедине и конфиденциально. Что опровергает доводы Колпакова об отсутствии адвоката при допросе.

В судебных заседания в период с 30 мая по 26 декабря 2016 г адвокат Мальков И.В. представлял интересы Колпакова также по соглашению. За столь значительный промежуток времени никаких заявлений от Колпакова, связанных с неудовлетворением работой адвоката, отказом от его услуг, не поступало. При этом, как следует из протокола судебного заседания, адвокат Мальков И.В. активно участвовал в судебном следствии, задавал вопросы потерпевшим и свидетелям заявлял ходатайства, его позиция не противоречила интересам Колпакова.

Им подана апелляционная жалоба в интересах Колпакова, принесены подробные и мотивированные дополнения, содержание которых соответствует позиции Колпакова.

При таких обстоятельствах право Колпакова на защиту не нарушено а вопросы участия адвоката М в деле в отношении других осужденных за покушение на убийство Колпакова не связаны с настоящим уголовным делом.

Не может расцениваться как ущемление прав Колпакова и отказ органа предварительного расследования в прекращении в отношении него уголовного преследования по ч. 2 ст. 210 УК РФ вследствие истечения сроков давности.

Вопрос о прекращении преследования в данной части был решен судом по итогам предварительного слушания (т. 54 л.д. 60-69). При этом Колпаков не возражал против прекращения преследования вследствие истечения сроков давности, ему разъяснялось, что такое основание не является реабилитирующим (т. 54 л.д. 56), то есть не влечет возникновения права на реабилитацию. Постановление в данной части вступило в законную силу, в связи с чем, доводы Колпакова о несогласии с таким решением суда несостоятельны.

Не может Судебная коллегия согласиться и с доводами о незаконном избрании, продлении Колпакову меры пресечения в виде заключения под стражу. Данный вопрос разрешался в каждом отдельном судебном документе, которые вступили в законную силу.

Дело рассмотрено законным составом суда. Вопреки доводам Колпакова ходатайств о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей ни при ознакомлении с материалами дела (т. 51 л.д. 211-218, 222-230) ни в ходе предварительного слушания (т. 54 л.д. 57), он не заявлял. Данных о вынужденности заявления о рассмотрении дела судьей единолично не имеется.

Процессуальный статус Колпакова как потерпевшего по эпизоду обвинения Прокопьева в покушении на его убийство не препятствовал суду рассматривать дело по его же обвинению в убийстве К и С . При этом требования УПК РФ судом были соблюдены: ему разъяснялись не только предусмотренные ст.ст. 47 и 54 УПК РФ права подсудимого и гражданского ответчика, но и предусмотренные ст. ст. 42 и 44 УПК РФ права потерпевшего и гражданского истца (т. 56 л.д. 70). Допрашивался он также не только по правилам допроса подсудимого но и потерпевшего (т. 58 л.д. 84, 88). От заявления исковых требований Колпаков отказался. Ему было предоставлено право на выступление в прениях как потерпевшему (т. 58 л.д. 169) и как подсудимому (т. 58 л.д. 183). Воспользоваться данным правом Колпаков отказался. По окончании прений сторон и реплик Колпакову было предоставлено последнее слово как подсудимому (т. 58 л.д. 187).

Таким образом, судом в полном объеме соблюдены права Колпакова а неуказание его фамилии во вводной части приговора как потерпевшего не влияет на законность приговора и не может расцениваться как ущемление его прав в таком качестве.

С учетом изложенного доводы Колпакова и его защитника адвоката Малькова несостоятельны.

По эпизоду покушения на убийство К вина Прокопьева подтверждается как его собственными показаниями в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 116-118) и явкой с повинной (т. 47 л.д. 55-56), так и показаниями потерпевшего К К И Ш , Н К , Г , Ш К Д а также оглашенными и исследованными материалами дела- протоколом осмотра м/п (т. 11 л.д. 38-48), заключением судебно-медицинского эксперта о характере полученных потерпевшим телесных повреждений (т. 39 л.д. 171-172), протоколами проверки показаний И и Г самого К (т. 44 л.д. 65-70, т. 46 л.д. 42- 50, т. 11 л.д. 16-22).

На основе совокупности исследованных доказательств суд правильно установил, что К , получив от Прокопьева указание убить К

как лидера противоборствующей группировки, передал его исполнение И снабдив оружием. Тот привлек в качестве исполнителей С и Г , который пытались убить К , но не смогли довести свой умысел до конца вследствие активного сопротивления К

По эпизоду покушения на убийство П вина Прокопьева подтверждается его показаниями в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 82-87), явкой с повинной (т. 47 л.д. 54), показаниями потерпевшей П , К И Н К П М Н Ч , А Г К , В , П С Ф Ч П Г , а также данными, содержащимися в оглашенных и исследованных материалах дела - протоколах осмотра м/п (т. 11 л.д. 50-57, 59-63, 65-67, 68-71), протоколе выемки пуль из тела П (т. 11 л.д. 230), протоколе осмотра предметов (т. 34 л.д. 24-29), заключении судебно-медицинской экспертизы (т. 39 л.д. 6-8, 17-26), заключении баллистической экспертизы (т. 39 л.д. 34-36),) заключениях других экспертиз (т. 39 л.д. 90-97, 116-129, 149-151).

Оценив исследованные доказательства, суд пришел к правильному выводу о виновности Прокопьева и о доказанности его вины. При этом судом правильно установлено, что Прокопьев совместно с К приняли решение об устранении П . О принятом решении К сообщил И поручив самому определить исполнителей. Тот, в свою очередь, привлек С и П непосредственно стрелявших в П которые не смогли довести свой умысел до конца по независящим от них причинам.

По эпизоду убийства Г вина Прокопьева подтверждается его показаниями в ходе предварительного расследования (т.47 л.д. 100- 103), явкой с повинной (т. 47 л.д. 95-96), показаниями потерпевшего Г К И , Н П , К В К Ж К М С М ,Т ,С Т , а также материалами дела протоколами проверки показаний на месте И и П (т. 43 л.д. 248-257, 172-184), протоколом осмотра м/п (т. 12 л.д. 2-13), протоколом осмотра предметов (т. 34 л.д. 31-35, 60-76), заключением судебно медицинского эксперта о причинах смерти Г (т. 40 л.д. 6-11, 18-31), заключением баллистической экспертизы (т. 40 л.д. 73-85), другими приведенными в приговоре доказательствами.

Как правильно установил суд на основе совокупности доказательств Г публично отказался платить группировке, заявив о возможном обращении к своим покровителям в милиции. Вследствие этого Прокопьевым было принято решение об его устранении. Исполнение К поручил С сопровождать которого был отправлен И , не осведомленный о планируемом убийстве. После совершенного С убийства о его результатах было доложено Прокопьеву.

По эпизоду покушения на убийство К вина Прокопьева подтверждается его показаниями в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 119-122), протоколом его явки с повинной (т. 47 л.д. 55-56), показаниями Колпакова о попытке его убийства К показаниями К , И Ш , Н , К К У В протоколом следственного эксперимента (т. 43 л.д. 108-116), заключением судебно-медицинского эксперта о характере имевшихся у Колпакова телесных повреждений (т. 39 л.д. 182- 184), другими материалами дела.

Как правильно установил суд, преступление было совершено К по указанию Прокопьева в качестве назидания другим участникам группировки за самовольное участие в организации другого убийства, не планируемого Прокопьевым, а также для предотвращения возможности обращения К в правоохранительные органы со сведениями о группировке.

По эпизоду убийства Г вина Прокопьева подтверждается его показаниями в ходе предварительного расследования (т. 47 л.д. 108-114), его явкой с повинной (т. 47 л.д. 115), показаниями потерпевших Р и О показаниями К , И и его явкой с повинной (т. 43 л.д. 178-189), протоколом проверки его показаний (т. 43 л.д. 224-237), показаниями Н П и протоколом проверки показаний последнего (т. 45 л.д. 120-130), показаниями К О П , М К К М О , Ц Е , К , Ц М С Ф , К а также протоколами осмотра м/п (т. 13 л.д. 41-58, 59-84, 85-89, 95-101), протоколами осмотра предметов (т. 17 л.д. 1-123, т. 17 л.д. 124-245, т. 18 л.д. 25-28, т. 34 л.д. 45-58), заключением судебно-медицинского эксперта о причинах смерти Г (т. 40 л.д. 109-125), заключением баллистических экспертиз (т. 40 л.д. 140-161, 172-178, 232, 235-236, 239-242), другими, приведенными в приговоре доказательствами.

Ссылки стороны защиты о том, что данное убийство не было связано с деятельностью ОПС и банды, являются несостоятельными.

Как следует из показаний самого Прокопьева в ходе предварительного расследования, уже в 2000 г. при деятельности ОПС он вел разговоры с К о необходимости устранения Г При этом в июне 2003 г. он согласился с предложением К на убийство Г а затем фактически одобрил совершенное убийство, которое состоялось в июле 2003 года.

На основе совокупности исследованных в судебном следствии доказательств, в том числе показаний К о полученном в 2003 году от Прокопьева поручении убить Г вследствие отказа того платить «за крышу», о последующем совершении этого убийства в соисполнительстве с И при предварительном слежении за ним П , не посвященным в преступный план; показания И и П показания Н , слышавшего высказывание Прокопьева о необходимости «отстрела» Г , суд правильно установил, что и данное убийство было совершено организованной группой и сопряжено с бандитизмом.

Вина осужденных в перечисленных эпизодах деяний также подтверждается иными, приведенными в приговоре доказательствами.

Проанализировав каждое из приведенных в приговоре доказательств правильно установив отсутствие оснований для признания их недопустимыми, мотивировав свои выводы, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденных и о доказанности вины каждого из них.

Вопреки доводам адвоката Стрелкова С.С. приведенные им обстоятельства не являлись основанием для возврата дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Прокопьеву было предъявлено обвинение, в том числе, в покушении на убийство трех, а не восьми, лиц, доказательства по данному обвинению приведены в обвинительном заключении. Позиция Прокопьева по всему объему обвинения выяснена судом, в связи с чем, как правильно указано, по делу отсутствовали предусмотренные законом основания для возвращения дела прокурору.

Как следует из материалов дела, окончательное обвинение Прокопьеву было предъявлено 5 февраля 2016 года (т. 47 л.д. 126-193). Вину в предъявленном обвинении по инкриминируемым ему составам преступлений Прокопьев признавал частично (т. 47 л.д. 194-195).

Указанное обстоятельство в силу требований УПК РФ препятствовало заключению соглашения о сотрудничестве.

В связи с этим доводы адвоката Стрелкова С.С. и Прокопьева о нарушении права на защиту вследствие непринятия органом предварительного расследования процессуального решения об этом являются несостоятельными. При этом заключение такого соглашения является правом органа предварительного расследования, а не его обязанностью.

Мнение различных лиц, высказанное в приложенных к жалобам документах по данному вопросу, является их субъективным суждением и не повлияло как на форму судопроизводства, так и на законность постановленного приговора.

Также являются несостоятельными ссылки стороны защиты на необъективность принятого судом решения.

Каких либо конкретных фактов, свидетельствующих о заинтересованности председательствующего по делу, его необъективности, в жалобах не приводится.

Судебное разбирательство проведено в соответствие с требованиями закона.

Заявленные участниками процесса ходатайства разрешались судом в установленном законом порядке, после заслушивания мнений всех участников, принимаемые решения мотивированы, а отказ суда в удовлетворении того или иного ходатайства при соблюдении процедуры его рассмотрения не может расцениваться как обвинительный уклон или нарушение принципа состязательности.

Приведенные в приговоре показания свидетелей, самих осужденных другие доказательства судом оценены, как рассмотрены и доводы стороны защиты и осужденных о непричастности к совершению того или иного эпизода.

Сведений о частичном оглашении показаний допрошенных в судебном заседании лиц, в протоколе не содержится.

Таким образом, доводы жалоб о недоказанности вины Прокопьева, о недопустимости положенных в основу приговора доказательствах, о якобы имевших место нарушениях в ходе предварительного расследования и при рассмотрении дела, являются несостоятельными.

Квалификация действий Прокопьева по всем деяниям приведена в приговоре и является правильной.

Квалифицирующие признаки применительно к каждому совершенному деянию судом мотивированы и обоснованы.

Поскольку Прокопьев создал и руководил не только преступным сообществом, но и создал и руководил бандой, его действия обоснованно квалифицированы по ч. 1 ст. 209 и по ч. 1 ст. 210 УК РФ, в указанной судом редакции.

Его роль и действия по каждому из эпизодов установлены и указаны в приговоре.

Тот факт, что он сам непосредственно не принимал участие в конкретных преступлениях, не совершал лично действий с оружием и боеприпасами, состоящими на вооружении банды, не исключает его ответственность в совершенных другими преступлениях, поскольку они охватывались его умыслом, совершались по его прямому указанию и распоряжению, передаваемых через второго руководителя банды Кривошеина.

Отказ стороны обвинения, предопределяющий соответствующее судебное решение, от поддержания обвинения вследствие истечения сроков давности по ранее инкриминируемым действиям по незаконному приобретению, передаче, перевозке и ношению различных экземпляров огнестрельного оружия и боеприпасов, по хранению оружия и боеприпасов организованной группой в период с 1997 по 1999 года июнь 2000 года в гараже (овощной кладовке) № гаражно-ямочного кооператива « и в период с сентября 1998 года по 11 ноября 1998 года в неустановленной квартире в доме по ул. в г. также не исключает ответственность Прокопьева за незаконное хранение оружия и боеприпасов и в других установленных судом местах.

При этом исключение судом из объема обвинения по ч. 3 ст. 222 УК РФ перечисленных действий вследствие отказа от обвинения не опровергает выводы суда о вооруженности банды.

Вопреки доводам жалоб Прокопьев признан виновным и осужден за покушение на убийство трех лиц - К П и Колпакова, именно за покушение на убийство этих лиц ему и назначено наказание.

Психическое состояние осужденных судом изучено полно и объективно. С учетом выводов экспертов, данных о личности обоих, суд правильно признал Колпакова и Прокопьева вменяемыми.

Вопрос о применении сроков давности к Колпакову за убийства К и С к Прокопьеву за убийства Г Е С , К ,Г и покушения на убийства К П ,К судом обсуждался и обоснованно с учетом всех обстоятельств дела суд не усмотрел оснований для применения положений ст.ст. 48 УК РСФСР и ст. 78 УК РФ. При этом, как правильно указано судом, данный вопрос решается независимо от того могут ли быть назначены такие виды наказаний как пожизненное лишение свободы и смертная казнь. Выводы суда мотивированы.

Вопреки доводам жалоб сроки давности за деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 209 и ч. 1 ст. 210 УК РФ, не истекли, поскольку, как установил суд и указал в приговоре, деятельность созданных и руководимых Прокопьевым организованного преступного сообщества и банды была прекращена лишь в феврале 2004 года.

При разрешении вопроса о наказании каждому из осужденных суд правильно принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности, в том числе и состояние здоровья обоих.

Учтены при этом конкретные обстоятельства дела, характер и степень фактического участия в каждом совершенном преступлении, правильно принят во внимание и принцип индивидуализации наказания.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

При определении размера наказания Прокопьеву по чч. 1 ст.ст. 209 и 210 УК РФ в указанной судом редакции правильно приняты во внимание положения ч. 1 ст. 62 УК РФ в действующей редакции.

Ссылки стороны защиты на необходимость при назначении Прокопьеву наказания по ст. 102 УК РСФСР и ч. 2 ст. 105 УК РФ применить положения ст. 62 УК РФ в редакции от 1996 г несостоятельны, поскольку нормы ст. 62 УК РФ применялись к наказаниям срочного вида, а санкциями указанных статей предусмотрены наказания в виде смертной казни (ст. 102 УК РСФСР и ст. 105 УК РФ) и Пожизненного лишения свободы (ст. 105 УК РФ).

Назначая Прокопьеву по ч. 2 ст. 105 УК РФ наказание в виде пожизненного лишения свободы, суд правильно принял во внимание все обстоятельства, повышенную общественную опасность содеянного мотивировав должным образом необходимость назначения данного вида наказания. Выводы суда полно и подробно приведены в приговоре с обоснованием принятого решения.

Поскольку по совершенному в 2003 году убийству Г сроки давности не истекли, действия Прокопьева по убийствам Е ,С К ,Г и Г в соответствие с требованиями закона квалифицированы одним составом преступления - по пп. «а, е, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство пяти лиц, общеопасным способом организованной группой, сопряженное с бандитизмом, с целью скрыть другое преступление), назначение ему пожизненного лишения свободы не противоречит закону.

В полной мере при решении вопроса о наказании судом учтены и данные о личности обоих, в том числе и те сведения, которые приведены в жалобах осужденных и их защитников.

Таким образом, все обстоятельства, влияющие на наказание применительно к каждому из осужденных подробно изложены и мотивированы в приговоре.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, дающих основания для применения к обоим подсудимым ст. 64 УК РФ, судом не установлено. Не могут быть расценены таковыми и приведенные в жалобах факты поведения Прокопьева после прекращения деятельности сообщества и банды.

Отсутствуют по делу, как это правильно указано судом, и основания для применения к обоим положений ст. 73 УК РФ и изменения категории совершенных преступлений.

Назначение Прокопьеву дополнительного наказания в виде штрафа судом мотивировано.

Заявленные гражданские иски о компенсации морального вреда разрешены в соответствие с требованиями закона, положениями ст.ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ. При этом суду были известны сведения о состоянии здоровья обоих.

Правильно приняты во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности потерпевших, степень вины Колпакова и Прокопьева, их имущественное положение.

Присужденные к взысканию суммы в счет возмещения морального вреда отвечают принципам разумности и справедливости.

Разрешение исков потерпевших к другим виновным лицам и осужденным другим приговором не влияет на решение суда по данному приговору.

В связи с удовлетворением гражданских исков суд также обоснованно обратил взыскание на арестованные денежные средства Прокопьева.

Вместе с тем в отношении Прокопьева М.Ю. приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

При определении размера наказания за покушение на убийство К,

П и К суд учел положения ч. 3 ст. 66 УК РФ.

В качестве смягчающего наказание обстоятельства наряду с другими суд в соответствие с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признал активное способствование раскрытию и расследованию всех преступлений Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

В тоже время положения ч. 1 ст. 62 УК РФ суд не применил, что является нарушением требований Общей части Уголовного кодекса РФ и основанием для изменения приговора. При этом правила части 3 ст. 62 УК РФ о неприменении положений части 1 этой статьи не распространяется на лиц, которым в силу закона не назначается пожизненное лишение свободы, в том числе на лиц, совершивших неоконченное преступление.

В связи с чем, назначенное Прокопьеву по ч. 3 ст. 30 и пп. «а, ж, з, к ч. 2 ст. 105 УК РФ наказание, подлежит смягчению.

Кроме того, по приговору суда Прокопьев осужден по ч. 3 ст. 222 УК РФ за незаконное хранение организованной группой вплоть до 2015 года огнестрельного оружия и боеприпасов, перечень которых указан в приговоре. Как установил суд, созданные и руководимые Прокопьевым преступное сообщество и банда, прекратили свою деятельность в февраля 2004 года. Каких-либо доказательств, подтверждающих, что после указанной даты Прокопьев знал или был осведомлен о продолжающихся храниться оружии и боеприпасов, не приведено. В связи с чем, датой окончания указанного деяния применительно к нему является февраль 2004 года, на сегодняшний день истекли предусмотренные п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ сроки давности, и он подлежит освобождению от назначенных за данное преступление наказаний по изложенным основаниям.

В тоже время, вносимые изменения не являются основанием для изменения назначенных наказаний, как за иные составы преступлений так и по совокупности преступлений.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Кировского областного суда от 26 декабря 2016 года в отношении Прокопьева М Ю изменить.

Смягчить назначенное ему по ч. 3 ст. 30, пп. «а, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ наказание до 9 лет 6 месяцев лишения свободы.

Освободить Прокопьева М.Ю. от назначенных по ч. 3 ст. 222 УК РФ наказаний на основании п. 2 ч. 1 ст. 27 и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний по ч. 1 ст. 210 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8.12.2003 г. № 162-ФЗ), ч. 1 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8.12.2003 г. № 162-ФЗ п. «н» ст. 102 УК РСФСР, пп. «а, е, ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ), ч. 3 ст. 30, пп. «а ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ), окончательно Прокопьеву М.Ю. назначить пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима со штрафом в размере 900.000 рублей.

В остальном приговор в отношении Прокопьева М.Ю. и тот же приговор в отношении Колпакова П Н оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных Колпакова ПН. и Прокопьева М.Ю., адвокатов Стрелкова С.С. и Малькова И.В. - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...