Дело № 2-1031/2022

54RS0003-01-2021-005651-50

Решение

Именем Российской Федерации

30 июня 2022 года г. Новосибирск

Заельцовский районный суд города Новосибирска

в составе:

судьи Гаврильца К.А.,

при секретаре Новиковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат» о взыскании денежных средств,

установил:

1. ФИО1, обратившись в суд с данным иском, просил (с учетом уточнения требований) взыскать в его пользу с ответчика 400000 руб. и расходы по госпошлине.

Заявленные уточненные требования обоснованы невозвратом истцу, принадлежащего ему оборудования, размещенного на арендованных у ответчика производственных площадях в период ведения производственной деятельности с партнером истца ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов» и невозвращенного ему после прекращения деятельности предприятием-партнером. Первоначальные требования об истребовании имущества ФИО1 уточнены в связи с заявлением ответчика об отсутствии у него данного имущества.

2. В состоявшихся судебных заседаниях истец и его представитель доводы иска и заявленные требования поддержали. Пояснили, что факт нахождения имущества истца на территории АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат», факт его удержания, и на отсутствие которого указывает представитель ответчика, подтверждается в совокупности представленными в дело письменными доказательствами (договорами, перепиской, аудиозаписью разговора) и свидетельскими показаниями.

Представитель ответчика иск не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, в соответствии с которыми ответчик никаким образом безосновательно не приобретал и не сберегал у себя имущество истца.

Ответчик считает несостоятельными утверждения истца, что материалами дела и свидетельскими показаниями подтверждены доводы иска о том, что спорное оборудование было размещено на арендованной ООО «СФМП» у ответчика территории и ни истцом, ни арендатором ООО «СФМП» с этой территории ни в период действия договора аренды (до xx.xx.xxxx., ни после его окончания) не вывозилось и оно с момента прекращения договора аренды находилось у ответчика.

По мнению ответчика, истцом не представлено достоверных, относимых и допустимых доказательств того, что истец разместил принадлежащее ему оборудование на территории ответчика, равно как и доказательств того, что ответчик препятствовал собственнику в вывозе принадлежащего ему оборудования, либо иных каких-либо действий со стороны ответчика, препятствующих вывозу оборудования с территории ответчика, так же не представлено документального подтверждения незаконного удержания спорного оборудования, и возникновения убытков именно по вине ответчика, а также наличия прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и возникшими в результате этих действий (бездействия) у истца убытками.

Бремя доказывания факта нахождения спорного имущества у ответчика лежит исключительно на истце, поскольку, в противном случае на ответчика налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения. ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017)"(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017).

Обращает на себя внимание тот факт, что арендные отношения между АО «НМК» и ООО «СФМП» прекращены с xx.xx.xxxx года, но на протяжении длительного времени ни ООО «СФМП», ни ФИО1 никаких мер к судебной защите своих, якобы, нарушенных прав по неправомерному удержанию оборудования не заявляли.

Ответчик заявляет о пропуске истцом срока исковой давности по заявленному требованию, которое является производным от первоначально заявленного виндикационного требования (вместо оборудования требуют его стоимость по причине невозможности доказать нахождение оборудования у ответчика). По мнению ответчика, срок исковой давности начал течь со xx.xx.xxxx года и окончился xx.xx.xxxx года, тогда как иск предъявлен за его пределами.

Кроме того, обязанным лицом перед ФИО1 по договору безвозмездного пользования оборудованием включая обязанность вернуть оборудование или его стоимость по окончании срока его безвозмездного использования является именно ООО «СФМП», которое прекратило существование в качестве юридического лица xx.xx.xxxx года путем исключения из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа. При этом ФИО1 никаких действий, направленных на заявление возражений против исключения юридического лица, в течение установленного законом срока этой процедуры, так же не заявлялось.

3. Суд, выслушав истца и представителей сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, исходя из следующих правовых оснований и установленных по делу обстоятельств, приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В целях обеспечения единства практики применения судами раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны следующие разъяснения:

В пункте 1:

«Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ)».

В пункте 11: «Применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством».

В пункте 12: «По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В соответствии с положениями ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В силу требований ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предьявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или иными правовыми актами.

Из доводов искового заявления следует, что основанием заявленных требований является невозврат ответчиком истцу, принадлежащего ФИО1 оборудования.

Как установлено судом, по договору купли-продажи оборудования от xx.xx.xxxx года ФИО1 приобрел у ФИО2 запайщик вакуумный __ с заводским номером __ (1шт.) за 150000 руб.; тестомес __ с заводским номером __ (1шт.) за 80000 руб.; мясорубку ПМ 1000 с заводским __ (1 шт.) за 50000 руб. (л.д. 10-14).

По договору аренды нежилых помещений и земельного участка (производство) от xx.xx.xxxx __ заключенному между АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат», именуемым в дальнейшем «Арендодатель» и ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов», именуемым в дальнейшем «Арендатор», арендатор принял во временное пользование за плату нежилые помещения, которые будут использоваться для мясного производства. Срок действия договора до xx.xx.xxxx г. (л.д. 130-132).

Также по договоренности между АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат» и ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов», что подтверждается письмом с приложением от xx.xx.xxxx г. и дополнительным соглашением от xx.xx.xxxx г. (л.д. 134-137) в счет задолженности по арендным платежам, было передано производственное имущество (всего 11 позиций из 13 шт.).

xx.xx.xxxx г. ФИО1, являясь директором ООО «Агроресурс», заключил договор на переработку сырья __ от xx.xx.xxxx. с ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов» (ООО «СФМП»). По данному договору ООО «Агроресурс» выступало Заказчиком, а ООО «СФМП» - Переработчиком, и фактически находилось в предоставленных ему АО «НМК» по договору аренды производственных помещениях, по адресу: Новосибирск, ...,

В письме от xx.xx.xxxx г. ООО «СФМП» попросило истца предоставить дополнительное оборудование для выполнения заказов по переработке сырья по заключенному между ними договору.

В письме от xx.xx.xxxx г. ООО «СФМП» уведомило АО «НМК» о том, что на арендованную им территорию будет завезено оборудование, принадлежащее ФИО1. с указанием перечня данного оборудования (л.д. 35).

xx.xx.xxxx г., между ООО «СФМП» и ФИО1, был заключен договор безвозмездного использования оборудования, по которому истец передает имущество: 1) Запайщик вакуумный __ SB, заводской __ (1 шт.) оценочная стоимость 150 000 руб.; 2) Тестомес __ заводской __ (1 шт.) оценочная стоимость 80 000 руб.; 3) Мясорубка ПМ 1000 заводской __ оценочная стоимость 50000 руб., а ООО «СФМП» будет использовать данное оборудование для предпринимательской деятельности и обязуется вернуть это имущество истцу по окончанию действия договора в том состоянии, в котором оно получено.

Таким образом, xx.xx.xxxx г. вышеуказанное принадлежащее истцу оборудование с целью его использования ООО «СФМП» для переработки сырья, фактически было завезено на территорию АО «НМК».

xx.xx.xxxx г. между АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат», именуемым «Арендодатель», и ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов», именуемым «Арендатор», заключено Соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений и земельного участка (производство) от xx.xx.xxxx __ с xx.xx.xxxx года. Также в соглашении указано, что на момент его расторжения Арендатор имеет задолженность перед Арендодателем в сумме 408091 руб. (пункт 2.1), а согласно пункту 3.2 у Арендодателя имеется право на удержание имущества Арендатора, находящегося в помещении, и возврат которого производится только после погашения долга (л.д. 133).

В письмах от xx.xx.xxxx и от xx.xx.xxxx г., ФИО1, являющийся директором ООО «Агроресурс», ссылаясь на неисполнение ООО «СФМП» своих обязательств по договору переработки сырья, просил произвести ему возврат оборудования, материалов, сырья и ингредиентов (л.д. 36, 37).

xx.xx.xxxx г. ФИО1, как директор ООО «Агроресурс», направил генеральному директору ответчика письмо (получено xx.xx.xxxx г.), с описанием сложившейся ситуации и просьбой согласования времени и даты вывоза имущества, принадлежащего организации и находящегося на площадях ответчика (л.д. 40-42).

Доказательств ответа на указанное письмо ответчиком в дело не представлено.

Изучив собранные по делу доказательства, и дав им оценку в совокупности, с учетом требований к их относимости, допустимости, достаточности и взаимной связи, суд приходит к выводу, что в xx.xx.xxxx года, в целях исполнения обязательств по договору переработки сырья, заключенному между ООО «Агроресурс» и ООО «Сибирская фабрика мясопродуктов», на территорию АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат» (ул. Д. Ковальчук, 1) было ввезено и размещено на предоставленным ответчиком в аренду ООО «СФМП», принадлежащее ФИО1 оборудование: запайщик вакуумный __ SB, Тестомес HWH -50, Мясорубка ПМ 1000 общей стоимостью 280000 руб.

Указанный вывод суда подтверждается письменными доказательствами и показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО4, пояснивших, что оборудование ФИО1 находилось в арендованном у АО «НМК» нежилом помещении и использовалось ООО «СФМП» в производственных целях, а после расторжения договора аренды осталось в этом же помещении, и в которое доступ сотрудниками ООО «СФМП» был прекращен. В АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат» направлялось обращение с просьбой о возврате оборудования, оставленное без ответа.

Показания допрошенных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, суд находит последовательными, достоверными и непротиворечивыми; каких-либо обстоятельств их заинтересованности в результате рассмотрения дела судом не установлено.

В связи с изложенным, довод ответчика о том, что спорное оборудование на территорию комбината не завозилось и отсутствуют доказательства того, что спорное имущество имелось на момент расторжения договора аренды - суд признает несостоятельным.

Подтверждением вышеуказанных письменных доказательств и показаний свидетелей является и представленная ФИО1 в материалы дела аудиозапись беседы истца с представителями АО «НМК» ФИО5, ФИО6, ФИО7 (л.д. 18-122), достоверность которой ответчик не оспаривает, и что подтверждено ФИО7 в судебном заседании, ФИО5 в письменном отзыве (л.д. 123), в расшифровке которой ФИО5, в том числе адресует истцу следующие высказывания: «мы отдадим вам оборудование», «он, не ставя вас в известность, ваше имущество заблокировал» (л.д. 118), «мы заинтересованы, чтобы вы не пострадали» (л.д. 120); «потому что ваше имущество, о котором вы говорите, Дима впихнул в свои договоры залога, поэтому это вторая часть» (л.д. 122).

Ссылка ФИО5, направившего в суд отзыв как и.о. генерального директора ответчика (л.д. 123) о наличии прав иных лиц (ФИО8), также свидетельствует, по мнению суда о том, что кроме оборудования переданного ООО «СФМП» в залог АО «НМК», и наименование которого не совпадает со спорным имуществом, опровергает показания свидетеля ФИО7, о том при комиссионном осмотре залогового имущества, иного оборудования обнаружено не было.

В своих показаниях ФИО7 только предположил о возможном вывозе спорного имущества с территории комбината. При этом пояснил, что для достоверного установления данного факта проверке подлежит большой объем документов.

В договоре аренды, заключенном между АО «НМК» и ООО «СФМП», в пункте 2.2.11 указано на наличие внутрибъектового и пропускного режима, однако такая инструкция в дело не была представлена.

Таким образом, при установлении судом факта ввоза оборудования на территорию комбината, где установлен пропускной режим, факт вывоза такого оборудования, по мнению суда, должен подтверждаться лицом, контролирующим соблюдение такого режима, т.е. ответчиком.

Также суд признает недобросовестным, противоречащим основным началам гражданского законодательства, поведение ответчика, уклонившегося от разрешения вопроса в досудебном порядке, не ответившего истцу на его письменное обращение, не составившего акт осмотра имущества, удерживаемого на ранее арендованной ООО «СФМП» у комбината производственной площади.

Возражения ответчика о недопустимости использования фотографий, в связи с отсутствием бесспорной даты их составления суд не принимает, поскольку достоверность фотографий проверена судом с учетом показаний свидетелей ФИО3, ФИО4, признанных достоверным доказательством.

Довод о недопустимости аудиозаписи суд также отклоняет, поскольку ФИО5, ФИО7 подтвердили достоверность указанной аудиозаписи, о проведении фоноскопической экспертизы ходатайств не заявлялось, закон не содержит требования об обязательном уведомлении стороны о проведении такой записи; в судебном заседании истец пояснил, что запись выполнена на его телефон xx.xx.xxxx г. в помещении АО «НМК».

Не находит обоснованным суд и довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, исчисляя его с xx.xx.xxxx г., поскольку материалами дела подтверждено, что о нарушении своего права ФИО1 должен был узнать не ранее xx.xx.xxxx г., когда обратился с письмом к ООО «СФМП» о возврате переданного им в безвозмездное пользование имущества, соответственно последним днем срока исковой давности следует считать, не ранее чем xx.xx.xxxx, т.е. когда и был подан иск, что подтверждается почтовым конвертом, квитанцией и описью вложения (л.д. 63-66).

Довод о необходимости предъявления требований истца к обязанному лицу, которым является ООО «СФМП», ликвидированное на момент рассмотрения дела, суд также отклоняет, поскольку с момента расторжения договора аренды и прекращения допуска сотрудников ООО «СФМП» на территорию комбината, с учетом установленного судом факта удержания оборудования, надлежащим ответчиком по делу как раз и является АО «НМК».

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Основываясь на вышеизложенном, суд приходит к выводу, что на стороне ответчика установлено неосновательное обогащение, заключающееся в неправомерном удержании принадлежащего истцу оборудования в виде запайщика вакуумного __, тестомеса __, мясорубка __ общей стоимостью 280000 руб., о фактическом отсутствии которого было заявлено при рассмотрении дела представителем АО «НМК», в связи с чем в пользу истца подлежит взысканию его стоимость.

В удовлетворении требования о взыскании стоимости инъектора суд отказывает, поскольку при рассмотрении дела, из пояснений истца было установлено, что фактически передачи вещи не произошло, следовательно, право собственности у истца на данное оборудование не возникло.

По правилам ст. 98 ГПК РФ в пользу ФИО1 подлежит взысканию госпошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 6000 рублей.

Руководствуясь статьями 194, 197, 198 ГПК РФ, суд

решил:

1. Удовлетворить исковые требования частично. Взыскать с АО «Новосибирский мясоконсервный комбинат» в пользу ФИО1 286000 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца.

Судья Гаврилец К.А.