Дело № 2-129/2025
УИД – 13RS0011-01-2025-000196-08
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
р.п. Зубова Поляна 30 июля 2025 г.
Зубово-Полянский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Цыгановой Н.А.,
при секретаре судебного заседания Денисовой И.Н.,
с участием в деле:
истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 9 января 2025 г.,
ответчика ФИО3, её представителя ФИО4, действующей на основании части шестой статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
ответчика ФИО5, его представителя адвоката Рахмукова Марата Шавкятовича, действующего на основании ордера от 16 июля 2025 г.,
третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО6, ФИО7, Акционерное общество «Согаз»,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, возмещении ущерба,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, возмещении ущерба.
В обоснование требований указал, что 4 января 2025 г. в 12 часов 55 минут по вине водителя ФИО5, управлявшего автомобилем ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого принадлежащий ему автомобиль Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак №, получил механические повреждения. Также участниками данного дорожно-транспортного происшествия явились водители ФИО6, управлявший автомобилем Cherry Tiggo, государственный регистрационный знак №, и ФИО7, управлявшая автомобилем Lada Vesta, государственный регистрационный знак №. Полис ОСАГО у виновника отсутствовал, в связи с чем, собственник автомобиля должен нести полную ответственность за причиненный ущерб, который по экспертному заключению ИП ФИО8 №1127 от 13 января 2025 г., составляет 1 372 200 рублей (рыночная стоимость автомобиля 1 762 300 рублей – стоимость годных остатков 390 100 рублей). Считает, что заключенный ФИО3 и ФИО5 договор купли-продажи транспортного средства является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поскольку данные лица произвели формальный переход права собственности на автомобиль во избежание обязанности возмещения ущерба ФИО3 и обращения на автомобиль взыскания по исполнительному производству.
На основании вышеизложенного и положений статей 10, 15, 168, 309, 1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), с учетом заявлений об уточнении исковых требований от 17 марта 2025 г., 28 июля 2025 г., 30 июля 2025 г., просит:
признать договор купли-продажи транспортного средства от 1 января 2025 г., заключенный между ФИО3 и ФИО5 мнимой сделкой, применив последствия признания сделки мнимой,
взыскать с надлежащего ответчика:
- ущерб в размере 1 398 400 рублей,
- расходы по оплате услуг по оценке ущерба в размере 20 000 рублей,
- расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 8 000 рублей,
- расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 рублей,
- расходы по оплате услуг нотариуса в размере 2 900 рублей,
- расходы по оплате почтовых услуг в размере 160 рублей,
- расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 722 рубля.
Определением Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 26 февраля 2025 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5
В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по тем же основаниям в полном объеме, пояснив, что считает надлежащим ответчиком по делу ФИО3, которая должна нести ответственность за причиненный ему ущерб, договор купли-продажи является мнимой сделкой, совершенной в целях избежания обращения взыскания на имущество ФИО3
В судебное заседание представитель истца ФИО1 ФИО2 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.
В судебном заседании ответчик ФИО3 возражала относительно предъявленных к ней исковых требований по основаниям, изложенным в представленных ею возражениях, дополнительно указав, что в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем управлял его собственник ФИО5, который и является надлежащим ответчиком по данному делу.
В судебное заседание представитель ответчика ФИО3 ФИО4 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежаще.
В судебном заседании ответчик ФИО5 исковые требования признал в части взыскания с него ущерба, причиненного в дорожно-транспортном происшествии, судебных расходов, пояснил, что он является виновником дорожно-транспортного происшествия, на момент которого являлся законным владельцем автомобиля.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 адвокат Рахмуков М.Ш. поддержал позицию своего доверителя.
В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика ФИО6, ФИО7, АО «Согаз» не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежаще.
Информация о дате, времени и месте судебного заседания в соответствии с частью седьмой статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации также была размещена на официальном сайте Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
По смыслу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не может быть препятствием для рассмотрения судом дела по существу.
Принимая во внимание, что лица, участвующие в деле и извещённые о слушании дела в установленном порядке, в судебное заседание не явились, в силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав объяснения явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
4 января 2025 г. в 12 часов 55 минут по адресу: Республика Мордовия, Зубово-Полянский район, 5 км автодороги Зубова Поляна - Потьма, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, который двигаясь в направлении п. Потьма, не выбрал безопасный интервал дистанции, в результате чего совершил столкновение с впереди движущимся автомобилем Лада Веста, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, которая впоследствии совершила столкновение с припаркованным на обочине автомобилем Черри Тигго 8 Pro, государственный регистрационный знак №, после чего автомобиль ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, совершил столкновение с автомобилем Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1
Постановлением 18810013240000442208 по делу об административном правонарушении от 4 января 2025 г. ФИО5, за нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью первой статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда, а равно движение по обочинам или пересечение организованной транспортной или пешей колонны либо занятие места в ней) и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 2 150 рублей.
Также, постановлением 18810013240000442218 по делу об административном правонарушении от 4 января 2025 г. установлено, что ФИО5 допустил нарушение пункта 2.1.1. Правил дорожного движения, а именно, управлял транспортным средством ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, заведомо зная об отсутствии полиса страхования своей гражданской ответственности, за что привлечен к административной ответственности по части второй статьи 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует) с назначением наказания в виде штрафа в размере 800 рублей.
Таким образом, виновным в данном дорожно-транспортном происшествии признан ответчик ФИО5
Указанные обстоятельства подтверждаются материалом по факту дорожно-транспортного происшествия и не оспариваются сторонами.
На момент дорожно-транспортного происшествия собственником автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, являлся истец ФИО1 (страховой полис ХХХ №, период действия с 5 апреля 2024 г. по 4 апреля 2025 г., выдан АО «СОГАЗ»), собственником автомобиля Лада Веста, государственный регистрационный знак №, являлась ФИО7 (страховой полис ТТТ №, период действия с 11 декабря 2024 г. по 10 декабря 2025 г., выдан АО «Альфа-Страхование»), собственником автомобиля Черри Тигго 8 Pro, государственный регистрационный знак №, являлся ФИО6 (страховой полис ХХХ №, период действия с 25 июня 2024 г. по 24 июня 2025 г., выдан АО «Альфа-Страхование»), что подтверждается карточками учета транспортных средств, копиями свидетельств о регистрации транспортных средств.
Из материалов дорожно-транспортного происшествия, карточки учета, паспорта транспортного средства №, свидетельства о регистрации транспортного средства № от 26 сентября 2023 г. следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО5, принадлежало ФИО3
В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилю Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, принадлежащему истцу ФИО1, причинены механические повреждения, которые указаны в приложении №1 к схеме ДТП, а именно: передний бампер, левое переднее крыло, левая передняя дверь, задняя левая дверь, задний правый фонарь, заднее правое крыло, задняя правая дверь, передняя правая дверь, правый порог, правое переднее крыло, передний капот, левый порог, правая блок-фара, правое зеркало заднего вида, возможны скрытые повреждения.
На момент дорожно-транспортного происшествия 4 января 2025 г. гражданская ответственность ФИО5, управляющего транспортным средством ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, в установленном законом порядке не застрахована. Согласно электронному страховому полису ХХХ № от 4 января 2025 г., данная ответственность зарегистрирована ФИО5 с 5 января 2025 г. по 4 января 2026 г.
Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации (часть первая) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть вторая).
Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из таких способов является возмещение убытков (абзац девятый названной статьи).
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Отношения по обязательствам вследствие причинения вреда урегулированы главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации причинитель вреда освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.
При этом ответственность, предусмотренная выше названной нормой закона, наступает при совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, подтвержденность размера причиненного вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.
Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу той же нормы по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.
Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» безопасность дорожного движения - это состояние данного процесса, отражающее степень защищенности его участников от дорожно-транспортных происшествий и их последствий.
В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с пунктом 2 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при возникновении права владения транспортным средством (приобретении его в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и т.п.) владелец транспортного средства обязан застраховать свою гражданскую ответственность до регистрации транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им.
В соответствии с пунктом 1 статьи 14.1 данного закона потерпевший имеет право предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, непосредственно страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу; дорожно-транспортное происшествие произошло с участием двух транспортных средств, гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с данным Федеральным законом.
Таким образом, страховое возмещение в порядке прямого возмещения убытков не производится, если гражданская ответственность хотя бы одного участника дорожно-транспортного происшествия не застрахована по договору обязательного страхования (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).
Принимая во внимание, что гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия не застрахована в установленном законом порядке, в связи с чем, истец ФИО1 лишен возможности предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, непосредственно страховщикам в порядке Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».
Истцом ФИО1 в качестве доказательства размера ущерба представлено экспертное заключение ИП ФИО8 №1127 от 13 января 2025 г., согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, составляет 3 712 800 рублей (без учета коэффициента износа составных частей), 2 355 100 рублей (с учетом коэффициента износа составных частей); стоимость автомобиля до повреждения составляет 1 762 300 рублей, стоимость годных остатков – 390 100 рублей.
В случае, если стоимость восстановительного ремонта транспортных средств превышает их среднюю рыночную стоимость, то размер причиненного ущерба определяется путем разницы между стоимостью автомобиля и стоимости остатков транспортного средства, годных для дальнейшего использования.
Таким образом, стоимость ремонта транспортного средства превышает его рыночную стоимость, в связи с чем, установлена его полная гибель, причиненный ущерб составляет 1 372 200 рублей (рыночная стоимость автомобиля 1 762 300 рублей – стоимость годных остатков 390 100 рублей).
Между тем, в ходе судебного разбирательства судом, по ходатайству ответчика ФИО5, назначена судебная автотехническая экспертиза.
Согласно выводам экспертного заключения ООО «АвтоЭКСПЕРТИЗА» №25/05/710 от 16 июня 2025 г.:
стоимость восстановительного ремонта автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, по устранению повреждений, находящихся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 4 января 2025 г., с учетом округления, на дату дорожно-транспортного происшествия 4 января 2025 г., без учета износа составляет 3 910 300 рублей, на дату производства экспертизы, без учета износа, - 4 040 200 рублей;
стоимость пригодных к использованию либо реализации годных остатков автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, на 4 января 2025 г. составляет 363 900 рублей, на дату производства экспертизы – 350 400 рублей;
рыночная стоимость автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, в неповрежденном состоянии на 1 января 2025 г. составляет 1 762 300 рублей, на дату производства экспертизы – 1 701 500 рублей.
Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность экспертного заключения ООО «АвтоЭКСПЕРТИЗА» №25/05/710 от 16 июня 2025 г., поскольку в соответствии с требованиями статьи 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, квалификация эксперта не вызывает сомнений, что подтверждается приложенными к заключению дипломами о профессиональном образовании и переподготовке; выводы эксперта подробно мотивированы в исследовательской части экспертного заключения, они логичны, последовательны, подкреплены соответствующей нормативной базой и соответствуют материалам дела. Заключение объективно, построено на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, оно основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов.
Экспертиза проведена экспертом-техником ФИО9, который имеет необходимое образование, квалификацию и стаж экспертной работы, в подтверждение чего к экспертному заключению приложены все необходимые документы, лично не заинтересован в исходе дела.
Сомнений в правильности и обоснованности данного заключения не имеется, противоречия отсутствуют, выводы ясны и понятны.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В силу положений указанной нормы закона доказательств обратного суду не представлено, заключение не опровергнуто.
Обстоятельств, предусмотренных частью второй статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности заключений эксперта, а также оснований расценивать заключение эксперта как недопустимое доказательство, не имеется.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что экспертное заключение ООО «АвтоЭКСПЕРТИЗА» №25/05/710 от 16 июня 2025 г., в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, принимает данный документ в качестве достоверного доказательства размера ущерба, причиненного истцу ФИО1 в результате повреждения принадлежащего ему автомобиля.
В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1071 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО10 и других» замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.
Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Ввиду отсутствия у ответчика договора обязательного страхования гражданской ответственности, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства в данном случае должна определяться без учета износа по среднерыночным ценам.
При этом судом берётся за основу размер ущерба, рассчитанный на дату производства судебной экспертизы, а не на дату дорожно-транспортного происшествия, поскольку размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Процессуальная обязанность доказать размер причиненного вреда, определенного по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит на потерпевшем.
Исходя из указанных разъяснений, следует, что действующее законодательство в целях восстановления нарушенного права и возмещения реального ущерба указывает на необходимость определения его размера на момент рассмотрения спора, в данном случае - на момент проведения экспертизы, как наиболее приближенной к дате рассмотрения дела.
Как установлено, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак №, по устранению повреждений, находящихся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 4 января 2025 г., без учета износа составляет 4 040 200 рублей.
Принимая во внимание, что рыночная стоимость данного автомобиля в неповрежденном состоянии составляет 1 701 500 рублей, а стоимость восстановительного ремонта, определенная в размере 4 040 200 рублей, превышает данную цену, ремонт транспортного средства является экономически нецелесообразным.
Стоимость годных остатков автомобиля Хендэ Соната, государственный регистрационный знак <***>, после дорожно-транспортного происшествия составляет 350 400 рублей. Годные остатки транспортного средства остаются у истца.
Таким образом, размер причиненного истцу ФИО1 ущерба составляет 1 351 100 рублей, представляющий собой разницу рыночной стоимости автомобиля за вычетом годных остатков (1 701 500 рублей – 350 400 рублей).
Доказательств наличия иной, реальной возможности проведения восстановительного ремонта автомобиля истца на меньшую сумму, стороной ответчика суду не предоставлено.
Обращаясь в суд с настоящим иском к ФИО3, истец ФИО1 полагал, что именно данное лицо в момент дорожно-транспортного происшествия являлось законным владельцем автомобиля, в связи с чем, является надлежащим ответчиком по делу и с неё подлежит взысканию сумма ущерба, причиненного потерпевшей стороне.
Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ (в редакции от 24 июня 2025 г.) «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в соответствии с которой им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления-транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).
В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2020 г. № 4-КГ20-11, факт передачи собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности. Предусмотренный статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, но любое из таких оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).
Таким образом, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление юридического и фактического владения источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.
Согласно представленному договору купли-продажи транспортного средства, 1 января 2025 г. ФИО3 продала ФИО5 принадлежащее ей на праве собственности транспортное средство ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, 2001 года выпуска, серебристо-зеленого цвета, за 20 000 рублей.
Истцом ФИО1 заявлено требование о признании данного договора мнимой сделкой, по тем основаниям, что она совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поскольку ответчики произвели формальный перевод права собственности автомобиль с ФИО3 на ФИО5 в целях избежания возложения обязанности по возмещению причиненного ущерба на ответчика ФИО3
Пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом (пункт 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).
В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).
В силу пункта 1 статьи 224 Гражданского кодекса Российской Федерации передачей признается вручение вещи приобретателю.
Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.
Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.
Пунктом 2 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.
Из приведенных выше положений закона следует, что транспортные средства не отнесены к объектам недвижимости, в связи с чем, являются движимым имуществом, а, следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило о моменте возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи транспортного средства.
В соответствии с пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов. Регистрация транспортных средств без документа, удостоверяющего его соответствие установленным требованиям безопасности дорожного движения, запрещается. В случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, отдельные действия по регистрации транспортных средств и выдача соответствующих документов осуществляются, в том числе в электронной форме.
Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 г. № 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и другими актами, составляющими право Евразийского экономического союза, и законодательством Российской Федерации о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.
Таким образом, регистрация транспортных средств обусловливает их допуск к участию в дорожном движении, носит учетный характер, не является обязательным условием для возникновения на них права собственности, то есть право собственности на автомобиль по общему правилу переходит к покупателю в момент его передачи, покупатель становится собственником в день подписания договора.
Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.
Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.
Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 2 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 г.
В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Таким образом, в силу требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком ФИО3 для освобождения от гражданско-правовой ответственности надлежит представить доказательства передачи права владения автомобилем ФИО5 в установленном законом порядке.
Так, во исполнение данной обязанности ответчиком ФИО3 представлен договор купли-продажи транспортного средства, заключенный ею 1 января 2025 г. с ответчиком ФИО5
Как следует из оспариваемого договора продаваемое транспортное средство пригодно для использования по его целевому назначению, претензий по техническому состоянию, состоянию кузова и характеристикам (качеству) покупатель не имеет, отдельного документа о передаче транспортного средства сторонами не составлялось; на дату заключения договора транспортное средство свободно от прав третьих лиц, никому не продано, не подарено, не заложено, в споре и под арестом (запрещением) не состоит.
Представленный договор содержит подписи сторон, без каких-либо оговорок, в ходе рассмотрения дела представлен его оригинал.
Как подтвердили ответчики в судебном заседании при заключении договора продавец ФИО3 передала покупателю ФИО5 автомобиль ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, со всеми документами, а покупатель ФИО5 передал продавцу ФИО3 денежные средства в полном размере 20 000 рублей наличными средствами, о чем представлена письменная расписка от 1 января 2025 г., стороны претензий друг к другу не имеют.
Доказательств обратно суду не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заключенный 1 января 2025 г. договор купли-продажи сторонами исполнен в тот же день.
Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности возникают, в том числе из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.
Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Исходя из пунктов 1, 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделки могут быть двух или многосторонними (договоры) и односторонними.
Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
На основании пункта 2 данной нормы закона требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
В пункте 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).
По смыслу указанных правовых норм лицо, не являющееся участником сделки, заявляющее требование о ее ничтожности, для того, чтобы претендовать на удовлетворение иска, обязано, в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представить достаточную совокупность достоверных и допустимых доказательств того, что сделка нарушает его право или посягает на имеющийся у него конкретный охраняемый законом интерес, основанный на положениях правовых актов, который однозначно и определенно может быть реализован, единственным же препятствием к такой реализации является существование оспариваемой сделки.
Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.
Анализируя представленные доказательства, суд находит, что ответчик ФИО3 после заключения договора купли-продажи и фактической передачи транспортного средства, утратила контроль над ним.
10 января 2025 г. (после окончания нерабочих праздничных дней) ФИО3 подано заявление №127452766 о прекращении регистрации транспортного средства ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, в Госавтоинспекцию ГТНиРАС ГИБДД ММО МВД России «Ичалковский».
Более того, как следует из пояснений стороны истца, отраженных в ходатайстве от 30 июля 2025 г., ФИО5 и ранее пользовался данным транспортным средством.
Также не ясно, в чем заключается охраняемый интерес истца ФИО1 в признании данного договора недействительным.
При том, что вопрос об имущественном положении ответчиков, в целях установления, кто из них является более платежеспособным, а также вероятность обращения взыскания на автомобиль в рамках исполнения решения суда, не выяснялись и юридически значимыми обстоятельствами по данному делу не являются.
Доводы стороны истца о том, что ответчик ФИО3 по материалам о дорожно-транспортном происшествии и по базам учета ГИБДД до настоящего времени является собственником автомобиля ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, опровергаются карточкой учета данного транспортного средства и информацией о регистрационных действиях, согласно которым 10 января 2025 г. совершена операция о прекращении регистрации транспортного средства за ФИО3
Также отклоняются как недоказанные доводы о том, что по состоянию на 29 января 2025 г. договор купли-продажи транспортного средства от 1 января 2025 г. не был полностью заполнен, поскольку стороны по взаимному согласию могут вносить в него изменения и дополнения.
Указание на то, что цена автомобиля занижена относительного его рыночной стоимости, является голословным, более того, согласование цены товара является прерогативой сторон договора, а не третьих лиц.
Следовательно, судом не установлена совокупность достоверных и допустимых доказательств того, что оспариваемый договор купли-продажи автомобиля нарушает право истца ФИО1 или посягает на имеющийся у него конкретный охраняемый законом интерес, основанный на положениях правовых актов, который однозначно и определенно может быть реализован, единственным же препятствием к такой реализации является существование оспариваемой сделки.
Таким образом, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и во взаимосвязи с требованиями материального закона, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО3 фактически продала, а ответчик ФИО5 - приобрел транспортное средство, договор купли-продажи транспортного средства осуществлен реально, им не нарушены охраняемые законом интересы истца ФИО1, в связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца ФИО1 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 1 января 2025 г. недействительным в силу его мнимости.
Оснований для признания данного договора недействительным в ходе судебного заседания не установлено, в связи с чем, он является действующим и имеющим юридическую силу, влекущим правовые последствия для его участников.
Из пояснений ответчика ФИО3 также следует, что спорное транспортное средство выбыло из её владения 1 января 2025 г., лицом, управлявшим 4 января 2025 г. в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, является его собственник ФИО5, который и должен нести ответственность за причиненный ущерб, поскольку своевременно не застраховал свою автогражданскую ответственность.
При таких обстоятельствах, учитывая приведенные положения, на момент дорожно-транспортного происшествия именно ФИО5 являлся собственником транспортного средства ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, и чья вина в случившемся дорожно-транспортном происшествии не оспорена.
Также судом проверен факт наличия между ответчиками трудовых или гражданско-правовых договоров, которые могли бы повлиять на квалификацию возникших правоотношений.
В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый пункта 1).
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (фактические трудовые отношения) (абзац второй пункта первого).
Однако доказательств наличия трудовых отношений или фактических трудовых отношений между ФИО3 и ФИО5 в материалах дела не имеется, в ходе судебного заседания ответчики также отрицали факт их наличия.
Так, из пояснений ответчика ФИО3, данных в судебном заседании, следует, что трудовой договор с ФИО5 ею не заключался, каких-либо гражданско-правовых отношений по выполнению водителем транспортного средства работ по её заданию за плату в момент дорожно-транспортного происшествия, не имелось. Аналогичные пояснения дал ответчик ФИО5
Таким образом, в ходе судебного заседания не установлено, что ответчик ФИО5 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей.
26 февраля 2025 г. при подготовке дела (собеседовании) при решении вопроса о составе участвующих в деле лиц, судья по своей инициативе привлек ФИО5 к участию в данном деле в качестве соответчика.
В силу абзаца четвертого статьи 148 и пункта 4 части первой статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья, при подготовке дела к судебному разбирательству, разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса и о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора, а также разрешает вопросы о замене ненадлежащего ответчика.
Согласно части третьей статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.
Абзацем вторым части третьей статьи 40 этого же кодекса предусмотрено, что в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе.
В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что разрешение при подготовке дела к судебному разбирательству вопроса о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (пункт 4 части первой статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), необходимо для правильного определения состава лиц, участвующих в деле. Невыполнение этой задачи в стадии подготовки может привести к принятию незаконного решения, поскольку разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим безусловную отмену решения суда в апелляционном и кассационном порядке (часть первая статьи 330, пункт 4 части второй статьи 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Если при подготовке дела судья придет к выводу, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, он с соблюдением правил статьи 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству ответчика может произвести замену ответчика. Такая замена производится по ходатайству или с согласия истца. После замены ненадлежащего ответчика подготовка дела проводится с самого начала. Если истец не согласен на замену ненадлежащего ответчика другим лицом, подготовка дела, а затем его рассмотрение проводятся по предъявленному иску. При предъявлении иска к части ответчиков суд не вправе по своей инициативе и без согласия истца привлекать остальных ответчиков к участию в деле в качестве соответчиков. Суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен, и только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом. Только в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе (часть третья статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что, приняв решение о привлечении лица к участию в деле в качестве соответчика в порядке абзаца второго части третьей статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд обязан рассмотреть иск не только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом, но и в отношении лица, привлеченного по инициативе самого суда. В противном случае, отказывая в иске к такому соответчику по мотиву непредъявления к нему исковых требований, суд лишает истца возможности в будущем подать соответствующий иск.
Данная позиция отражена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г. (вопрос №11), Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 2 октября 2018 г. по делу №36-КГ18-9 Т.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного суда Российской Федерации, изложенным в пункте 114 Постановления от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если потерпевший не обращался в страховую организацию с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абзац второй пункта 2 статьи 11 Закона об ОСАГО), то при предъявлении потерпевшим иска непосредственно к причинителю вреда суд в силу части третьей статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан привлечь к участию в деле в качестве ответчика страховую организацию, к которой в соответствии с Законом об ОСАГО потерпевший имеет право обратиться с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абзац второй пункта 2 статьи 11 Закона об ОСАГО).
В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064), т.е. в зависимости от вины.
Из взаимосвязи положений статьи 210, абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.
На основании изложенного, суд приходит к выводу, что в момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль ВАЗ 21102, государственный регистрационный знак №, находился в собственности и под управлением ФИО5 на законных основаниях.
Руководствуясь вышеперечисленными нормами права, установив, что ответчик ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия не являлась законным владельцем автомобиля, принимая во внимание, что гражданская ответственность причинителя вреда не была застрахована, суд находит, что лицом, ответственным за возмещение вреда, является ответчик ФИО5, как собственник транспортного средства согласно договору купли-продажи автомобиля от 1 января 2025 г., который не признан в установленном законом порядке недействительным.
Суд не находит оснований для применения положений статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшения размера возмещения материального вреда, поскольку потерпевший не признан виновным в совершении административного правонарушения, находящегося в причинной связи с фактом рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Доказательств своего имущественного положения, в соответствии с требованиями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе рассмотрения дела стороной ответчика представлено не было.
Доказательств, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц, стороной ответчика не представлено.
Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО1 суммы причиненного ему ущерба в установленном размере 1 351 100 рублей, полностью отказав в удовлетворении требований к ответчику ФИО3
Истцом ФИО1 понесены расходы в размере 20 000 рублей, в связи с оплатой им подготовленного ИП ФИО8 экспертного заключения №1127 от 13 января 2025 г., что подтверждается договором оказания услуг по проведению независимой технической экспертизы ТС №1127 от 11 января 2025 г., актом сдачи-приемки выполненных работ по данному договору, кассовым чеком от 13 января 205 г. на сумму 20 000 рублей.
Также истцом заявлено требование о возмещении ему расходов по оплате услуг эвакуатора в размере 8 000 рублей, которые подтверждены договором №9 на оказание услуг по эвакуации автомобилей от 4 января 2025 г., актом о приемке выполненных работ №9 от 4 января 2025 г. (наименование работ: эвакуация автомобиля Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак №, от 5 км автодороги р.п. Зубова Поляна – п. Потьма, до <Адрес>), квитанцией №000048 от 4 января 2025 г. на сумму 8 000 рублей.
Данные расходы необходимы с целью определения цены иска, являются необходимыми и связанными с рассмотрением данного гражданского дела, также являются убытками истца, которые в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат возмещению ответчиком ФИО5 в его пользу в полном объеме.
В соответствии с частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно части первой статьи 88 и статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом ФИО1 заявлено требование о возмещении ему расходов на оплату юридических услуг в размере 20 000 рублей.
В подтверждение понесенных расходов представлен договор на оказание услуг по представлению интересов заказчика от 9 января 2025 г., согласно которому представитель ФИО2 принял на себя обязательство представлять клиента ФИО1 и защищать его интересы в судах при рассмотрении дела, касающегося транспортного средства Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак №, пострадавшего в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 4 января 2025 г., а именно:
-изучить представленные заказчиком документы и проинформировать заказчика о возможных вариантах решения проблемы,
-осуществить деятельность по представлению заказчика и защите интересов заказчика на всех стадиях судебного процесса при рассмотрении судебного дела со всеми правами законного представителя, определенными законодательством и установленными доверенностью.
Согласно пункту 3 данного договора, стоимость услуг по договору составляет 20 000 рублей.
В счет оплаты услуг по данному договору от ФИО1 приняты денежные средства в размере 20 000 рублей, что подтверждается распиской.
Пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Возмещению подлежат фактически понесенные судебные расходы, размер которых должен быть подтвержден доказательствами, отвечающими требованиям закона об их допустимости и относимости.
Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации.
Вместе с тем, изменяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, исходя из принципа необходимости сохранения баланса между правами лиц, участвующих в деле. Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права, при этом также должны учитываться сложность, категория дела, время его рассмотрения в судебном заседании суда первой инстанции, фактическое участие представителя в рассмотрении дела.
В силу пункта 11 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.
Между тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановление Пленума от 21 января 2016 г. № 1).
Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 г. № 454-О и применимой к гражданскому процессу, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть третья) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
При определении размера судебных расходов, подлежащих возмещению, судом учитывается степень сложности дела, фактический объем юридических услуг, оказанных ФИО2, в частности, подготовка искового заявления, ходатайств от 17 марта 2025 г., 9 апреля 2025 г., 28 июля 2025 г., 30 июля 2025 г., относимость понесенных расходов с объемом защищаемого права, стоимость за аналогичные юридические услуги при сравнимых обстоятельствах.
Учитывая указанные обстоятельства, приведенные нормы права, сложность гражданского дела, период его нахождения в производстве суда, степень участия представителя истца, отсутствие заявления стороны ответчика о снижении расходов на представителя в связи с их несоразмерностью, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в общем размере 16 000 рублей, из которых 8 000 рублей за составление искового заявления, 8 000 рублей за составление иных заявлений (по 2 000 рублей за каждое).
Истцом ФИО1 заявлено требование о взыскании судебных расходов на оплату услуг нотариуса в размере 2 900 рублей.
Доверенность ФИО1 выдана ФИО2 для представления его интересов по возмещению ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 4 января 2025 г., повлекшего повреждение принадлежащего на праве собственности транспортного средства Hyundai Sonata, государственный регистрационный знак №.
Согласно доверенности 58 АА 2055693 от 9 января 2025 г. уплачено по тарифу 2 900 рублей.
С учетом разъяснений в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы по оформлению доверенности на представителя подлежат возмещению, поскольку доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле.
Почтовые расходы, понесенные истцом ФИО1 в размере 160 рублей, подтверждаются представленным кассовым чеком АО «Почта России» от 25 января 2025 г.
Данные расходы на оплату услуг почтовой связи связаны с рассмотрением дела и в силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию в пользу истца ФИО1
Таким образом, общая сумма судебных расходов составляет 19 060 рублей (16 000 рублей + 2 900 рублей + 160 рублей).
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума от 21 января 2016 г. № 1, при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Исходя из указанных разъяснений, суд при рассмотрении заявления о взыскании судебных расходов должен сначала определить разумность заявленной к взысканию суммы расходов, а затем распределить ее в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов, если такое пропорциональное распределение допускается.
В абзаце 2 пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу.
Учитывая, что поддерживаемые на момент принятия решения по делу требования истца ФИО1 о взыскании ущерба удовлетворены частично, следовательно, размер судебных расходов подлежит возмещению с учетом применения правил о пропорциональности.
Исходя из размера удовлетворенных требований в общем размере 1 351 100 рублей, требования истца ФИО1 удовлетворены на 96,62% от размера заявленных требований согласно следующему расчету: 1 351 100 рублей * 100/1 398 400 рублей.
Следовательно, с учетом принципа пропорциональности, суд приходит к выводу о наличии оснований для возмещения судебных расходов в размере 18 415 руб. 77 коп., исходя из следующего расчета: 19 060 рублей * 96,62%.
При подаче искового заявления истцом ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 28 722 рубля, то есть в размере, соответствующем подпункту 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, которая подлежит взысканию с ответчика частично исходя из размера удовлетворенных требований в размере 28 511 рублей, согласно расчету: 25 000 рублей + 1% х (1 351 100 рублей – 1 000 000 рублей).
Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, возмещении ущерба, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО5 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №):
ущерб в размере 1 351 100 рублей,
убытки в размере 28 000 рублей,
судебные расходы по оплате услуг представителя, нотариуса, почтовых услуг в размере 18 415 руб. 77 коп.,
расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 511 рублей,
а всего 1 426 026 (один миллион четыреста двадцать шесть тысяч двадцать шесть) руб. 77 коп., в остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Зубово-Полянский районный суд Республики Мордовия.
Судья Н.А. Цыганова
Мотивированное решение составлено 31 июля 2025 г.