Гр. дело №2-5336/2022

78RS0005-01-2022-003559-10

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 19 сентября 2022 года

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего - судьи Максимовой Т.А.,

при секретаре Воробьевой Л.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о нечинении препятствий в пользовании квартирой, определении порядка пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, уточнив требования в порядке ст.39 ГПК РФ, обратился в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5 о нечинении препятствий путем выдачи комплекта ключей, определении порядка пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, компенсации морального вреда в размере 50 000 руб., указав в обоснование требований, что стороны являются сособственниками квартиры по указанному адресу в равных долях – по 47/100 долей каждый, сособственниками 6/100 долей в указанном жилом помещении являются дети ФИО4 и ФИО5 – несовершеннолетние - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. – по 2/100 каждый. Жилое помещение используется непосредственно ответчиком и детьми, у истца доступ в жилое помещение отсутствует, договориться о порядке выкупа или продажи доли, а равно договориться о порядке пользования жилым помещением с ответчиком в досудебном порядке не представляется возможным, в связи с чем истец обратился за защитой нарушенного права в суд, просит обязать ответчика выдать ему комплект ключей от входной двери в квартиру, определить в пользование ответчика и несовершеннолетних детей изолированную комнату площадью 19,1 кв.м. и лоджию площадью 6,6 кв.м., в пользование истца выделить комнату 12,1 кв.м. и лоджию площадью 3,8 кв.м., места общего пользования определить в общее пользование всех собственников.

Истец ФИО4 в судебное заседание явился, уточненные требования поддержал.

Ответчик ФИО5 и ее представитель ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явились, против удовлетворения заявленных требований возражали по доводам, изложенным в письменной позиции.

Третье лицо, извещенное о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явилось, представило акт обследования жилищно-бытовых условий и заключение по существу спора, просило рассматривать дело в отсутствие своего представителя.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенного надлежащим образом третьего лица – органа опеки и попечительства – МО Пискаревка.

Изучив материалы дела, выслушав стороны, оценив все представленные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, брак между ФИО4 и ФИО5 прекращен 27.03.2018 на основании решения мирового судьи судебного участка №133 по Санкт-Петербургу от 09.11.2017.

ФИО4 и ФИО5 являются родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

ФИО4 является собственником 47/100 долей в праве общей долевой собственности на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, право собственности зарегистрировано 26.11.2019 (л.д.6-9).

Решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 18.12.2018 по гражданскому делу № произведен раздел совместно нажитого имущества ФИО4 и ФИО5 путем признания за ФИО5 права собственности на 52/66 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО4 – на 8/66 долей, за несовершеннолетними детьми – по 2/66 доли за каждым.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда Санкт-Петербурга от 05.06.2019 решение Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 18.12.2018 по гражданскому делу № изменено: за ФИО5 и ФИО4, за каждым, признано право собственности на 47/100 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, за несовершеннолетними детьми – по 2/100 доли за каждым.

В подтверждение факта чинения препятствий в пользовании жилым помещением истцом представлено заявление в правоохранительные органы, возбужден материал проверки КУСП-15945 (л.д.9-10).

Из акта обследования жилого помещения по адресу: <адрес>, следует, что обследуемое помещение представляет собой отдельную двухкомнатную квартиру, занимаемую ответчиком и несовершеннолетними детьми сторон от брака; санитарно-гигиеническое состояние квартиры хорошее, дома панельный, комнаты сухие, светлые; несовершеннолетние дети проживают в комнате площадью 19 кв.м., другую комнату занимает ответчик ФИО5

Согласно заключению органов опеки и попечительства МО Пискаревка, требования ФИО4 о нечинении препятствий, определении порядка пользования жилым помещением органы опеки оставляют на усмотрение суда.

Из ответа на запрос суда от УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга следует, что 04.04.2022 в 3 отделении полиции зарегистрированы заявления ФИО4 и ФИО5 по факту конфликта и нанесении ФИО4 телесных повреждений, заявления объединены в один материал, в рамках которого проводится проверка.

Согласно сведениям Управления Росреестра в собственности ФИО4 имеется 12/44 долей в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, а также ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <адрес>

Факт проживания в спорной квартире ответчика и несовершеннолетних детей, а также отсутствия у истца доступа в спорное жилое помещение ввиду смены ответчиком замков на входной двери ФИО5 в ходе рассмотрения дела подтвержден. Порядок пользования жилым помещением между сторонами не определен.

Согласно ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ч.2 ст.1 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В силу ст.30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования.

В соответствии со ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу п.2 ст.288 ГК РФ и ч.1 ст.17 ЖК РФ жилые помещения предназначены для проживания граждан.

На основании ст.247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации. По смыслу указанной нормы права, определение порядка пользования состоит в том, чтобы исходя из доли в праве, выделить каждому собственнику в исключительное владение и пользование часть имущества в виде отдельного жилого помещения.

При наличии нескольких собственников спорного жилого дома положения ст.30 ЖК РФ о правомочиях собственника жилого помещения владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением подлежат применению в нормативном единстве с положениями ст.247 ГК РФ о владении и пользовании имуществом, находящимся в долевой собственности.

Согласно п.37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации", разрешая требование об определении порядка, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

Как указал Верховный Суд РФ в Определении от 13.11.2018 №18-КГ18-186, по смыслу приведенных норм, применительно к жилому помещению как к объекту жилищных прав, а также с учетом того, что жилые помещения предназначены для проживания граждан, в отсутствие соглашения сособственников жилого помещения о порядке пользования этим помещением участник долевой собственности имеет право на предоставление для проживания части жилого помещения, соразмерной его доле, а при невозможности такого предоставления (например, вследствие размера, планировки жилого помещения, а также возможного нарушения прав других граждан на это жилое помещение) право собственника может быть реализовано иными способами, в частности путем требования у других сособственников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Требования о выплате компенсации ответчиком не заявлялось.

Истцом в ходе рассмотрения спора доводы ответчика о намерении продать принадлежащую ФИО4 долю в спорной квартире или приобрести долю ФИО5 не опровергались.

Ответчик в свою очередь выразила желанию приобрести долю истца, однако указала, что материальная возможность приобрести принадлежащую ответчику долю жилого помещения у нее отсутствует; иного жилья в собственности у нее, ФИО5, и несовершеннолетних детей не имеется.

Истец также указал, что действительно намеревался продать принадлежащую ему долю в спорном жилом помещении, однако на момент обращения за судебной защитой обстоятельства изменились, и он заинтересован в использовании жилого помещения по его прямому назначению, то есть для проживания.

Согласно ст.246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

При этом следует иметь в виду, что, по смыслу ст.247 ГК РФ, в удовлетворении требования об определении порядка пользования жилым помещением в случае недостижения согласия сособственников не может быть отказано.

Спорная квартира общей площадью 66,40 кв.м. состоит из двух изолированных комнат – 19,00 кв.м. и 12,40 кв.м.

Соглашение между сособственниками спорной квартиры о порядке пользования общей и жилой площадью квартиры не достигнуто, что сторонами в ходе рассмотрения дела подтверждено.

Доли истца и ответчика в праве собственности являются равными и с учетом принадлежащей им доли (47/100 на каждого), а также с учетом долей троих несовершеннолетних детей (по 2/100 на каждого) доля каждого собственника составляет – 13,28 кв.м. – на каждого.

Поскольку указанное жилое помещение состоит их двух изолированных комнат, общая площадь квартиры составляет 66,40 кв.м., жилая - 31,50 кв.м., следовательно, имеется возможность для проживания в квартире истца, постольку суд, исходя из размера принадлежащих сторонам долей спорного жилого помещения, а также принимая во внимание, что доли истца и ответчика в спорном жилом помещении являются равными, приходит к выводу о наличии правовых оснований для определения порядка пользования жилым помещением.

Вместе с тем суд учитывает, что в квартире проживают трое несовершеннолетних детей истца и ответчика от брака – 9 и 11 лет.

Из пояснений истца, данных в ходе судебного заседания, следует, что общение с детьми происходит нерегулярно по причине конфликтных отношений с бывшей супругой, однако с сыновьями он, ФИО4 общается, мальчики принимают его как отца, конфликтов между ними нет.

Ответчиком доводы истца не оспаривались.

Поскольку выделить истцу долю в спорном жилом помещении, учитывая планировку квартиры, соразмерную его доле в праве общей долевой собственности, не представляется возможным, суд полагает целесообразным определить в пользование истца и несовершеннолетнего сына - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., - комнату площадью 12,40 кв.м., а также лоджию площадью 3,8 кв.м.; в пользование ответчика и несовершеннолетних ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ выделить комнату площадью 19,10 кв.м., а также лоджию площадью 6,6 кв.м.; места общего пользования – кухню, санузел, ванную, прихожую – определить в общее пользование и владение.

Доводы ответчика о наличии в собственности истца иных жилых помещений, равно как и доводы об отсутствии в собственности ФИО5 и несовершеннолетних детей иных жилых помещений, а также факт выезда истца из спорного жилого помещения и отсутствие попыток вселения правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеют ввиду изложенных правовых норм.

Доводы ответчика о том, что целью истца является не вселение в жилое помещение, а принуждение ответчика к приобретению принадлежащей истцу доли в спорном жилом помещении суд отклоняет, поскольку намерение истца продать принадлежащую ему долю в квартире до момента обращения в суд, а равно приобрести долю ответчика таким доказательством не является.

Тот факт, что истец и ответчик приходятся друг другу бывшими супругами не свидетельствует о невозможности их проживания в одном жилом помещении – в частности в изолированных комнатах. Тем более, что из пояснений истца следует, что некоторое время после расторжения брака бывшие супруги проживали в спорной квартире. Кроме того, конфликтные отношения между супругами не могут являться основанием для отказа в удовлетворении требований истца об определении порядка пользования принадлежащей ему долей спорного жилого помещения, учитывая, что иной возможности для реализации права собственника жилого помещения у ФИО4 не имеется, поскольку продать принадлежащую ему долю в жилом помещении ответчику он возможности не имеет, о чем свидетельствует позиция ФИО5 по делу.

В подтверждение доводов ответчика о невозможности совместного проживания с истцом, в качестве свидетеля 19.09.2022 допрошена ФИО7, пояснившая, что приходится сестрой ответчику, истец является бывшим супругом ФИО5, в период совместного проживания сторон были случаи, когда ФИО4 не пускал детей и жену на кухню до вечера, потому что занимался там паяльным работами, в квартире стоял неприятный запах; по данному факту сестра не обращалась в правоохранительные органы. После расторжения брака стороны какое-то время проживали в одной квартире.

Оснований не доверять показаниям свидетеля суд не усматривает, свидетель предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Между тем показания свидетеля не подтверждают доводы ответчика о невозможности совместного с истцом проживания в одном жилом помещении, напротив, из показаний ФИО7 следует, что истец и ответчик проживали в одной квартире и после расторжения брака.

Вопреки доводам ответчика доказательств злоупотребления истцом своими правами в ходе рассмотрения дела не установлено.

Доводы ответчика о том, что проживание истца совместно с ней и детьми в одной квартире может негативно повлиять на психическое, моральное состояние здоровья детей суд отклоняет, поскольку доказательств данным доводам ответчиком не приведено. Более того, из пояснений истца, не опровергнутых ответчиком, следует, что дети общаются с отцом, конфликтов между ними нет.

Факт неоплаты истцом расходов по содержанию жилого помещения правового значения для рассмотрения дела не имеет, поскольку ответчик не лишена возможности обратиться к истцу с самостоятельными требованиями.

Рассматривая требования истца о нечинении препятствий в пользовании квартирой путем обязания передать комплект ключей, суд приходит к следующему выводу.

Из пояснений истца следует, что ключи от квартиры у него отсутствуют. Ответчиком данный факт в ходе рассмотрения дела не оспаривался. Более того, стороной ответчика указано, что истец вырезал замок на входной двери, чтобы попасть в квартиру.

По смыслу пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

В соответствии со ст.1 Жилищного кодекса РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Учитывая, что уже сам факт обращения истца с требованиями об обязании не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, выдать ключи от входной двери в судебном порядке, свидетельствует о наличии между сторонами конфликтных отношений, а также об отсутствии согласия ответчика на пользование и проживание истца в спорном жилом помещении, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований о нечинении препятствий в пользовании жилым помещением и выдаче ключей от входной двери. Факт отсутствия в квартире вещей истца ответчиком подтвержден. Кроме того, суд также учитывает намерение ответчика выкупить у истца принадлежащую ему долю в квартире, что также свидетельствует об отсутствии у ответчика желания предоставить истцу доступ в жилое помещение для проживания.

Рассматривая требования истца о взыскании неустойки за моральный вред в размере 50 000 руб., что расценивается судом как требование о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Поскольку в нарушение положений ст.56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств причинения ему моральных, психологических страданий действиями или бездействиями ответчика, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, в том числе наличие между сторонами устных договоренностей о пользовании ответчиком долей истца в спорном жилом помещении, учитывая, что обстоятельства, в результате которых истец обратился в суд, изменились непосредственно перед обращением в суд, суд не усматривает предусмотренных законом оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца.

Поскольку требования истца подлежат частичному удовлетворению, оснований для взыскания с истца в пользу ответчика расходов по оплате услуг представителя в соответствии со ст.100 ГПК РФ суд не усматривает.

В соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца надлежит взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО4 удовлетворить частично.

Обязать ФИО5 не чинить препятствия ФИО4 в пользовании жилым помещением - квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, путем выдачи комплекта ключей.

Определить следующий порядок пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес>:

- в пользование ФИО4 и несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., выделить комнату площадью 12,4 кв.м., а также лоджию 3,8 кв.м.,

- в пользование ФИО5 и несовершеннолетних ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ выделить комнату площадью 19,10 кв.м., а также лоджию 6,6 кв.м.

- места общего пользования – кухню, санузел, ванную, прихожую – определить в общее пользование и владение.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части требовании отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Калининский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.А.Максимова

Решение принято в окончательной форме 26 сентября 2022 года.