Решение по делу № 2-360/2024 от 16.05.2025 - об исключении квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов, признании права личной собственности на квартиру; встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> о признании квартиры общим имуществом супругов, её разделе.

№

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

<адрес> районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи ФИО15

при секретаре ФИО3,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца – ФИО4,

представителя ответчика – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об исключении квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов, признании права личной собственности на квартиру; встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о признании квартиры общим имуществом супругов, её разделе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 об исключении квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов, в обоснование которого указала, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ стороны состояли в браке. ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период брака, ею приобретена квартира по адресу: <адрес>, за 1 000 000 руб. Средства на покупку квартиры были подарены ей матерью – ФИО11 в размере 1 300 000 руб. на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем просит признать данное имущество ее личной собственностью.

В поданных представителем ФИО2 – ФИО6 возражениях (отзыве на иск), наряду с фактическим несогласием с исковыми требованиями содержалась просьба о разделе имущества между сторонами посредством передачи ФИО2 гаража и земельного участка (без указания идентификационных данных объектов), а также автомобиля, а ФИО1 - квартиры (также без указания её идентификационных признаков) с взысканием с бывшей супруги денежной компенсации в виде разницы стоимости имущества, переданного каждому из супругов (т.1 л.д.25-32).

Впоследствии ФИО2, действующий через своего представителя ФИО5, обратился с встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании квартиры общим имуществом супругов, её разделе, в котором просит признать квартиру по адресу: <адрес> совместно нажитым имущество супругов и произвести ее раздел между ними в равных долях, ссылаясь на то, что данная квартира была приобретена за счет общих доходов супругов (т.1 л.д.78-80).

В представленном ходатайстве ФИО2 просил считать недействительным отзыв на иск и не руководствоваться им при рассмотрении дела, в связи с расторжением соглашения с первоначальным представителем, при этом просил о рассмотрении дела в свое отсутствие (т.1 л.д.95).

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца ФИО1 привлечена ФИО11, пояснившая в ходе допроса по видеоконференц-связи обстоятельства передачи в дар ФИО1 денежных средств на покупку спорной квартиры (т.1 л.д.86-89, 120-123).

Оспаривая реальность сделки дарения, другая сторона по делу ссылалась на наличие обоснованных сомнений в подлинности подписей сторон договора (в частности элементов различия в подписях ФИО11 в паспорте и договоре дарения) и непредставлении на обозрение данного договора при имевшем ранее место разрешении спора по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования спорным жилым помещением, в связи с чем ходатайствовала о назначении по делу экспертизы в целях установления реальности дарения денежных средств по вышеуказанному договору (т.2 л.д.31-32).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-техническая экспертиза с целью установления давности выполнения договора дарения денежных средств, заключенного между ФИО12 и ФИО14, и соответствующей расписки в их получении (т.2 л.д.46-50).

Согласно заключению эксперта ФБУ <данные изъяты> лаборатория судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ установить время выполнения договора дарения денежных средств с приложенной распиской в их получении, в частности, соответствует ли время их выполнения указанным в них датам, не представляется возможным (т.1 л.д.12-13, т.2 л.д.76-87).

В ходе рассмотрения дела, с учетом представленных и истребованных документов, ФИО1 основания иска изменила, мотивируя это тем, что действительная стоимость квартиры по адресу: <адрес>, составила 2 750 000 руб., при этом на её покупку 250 000 руб. передала мать (ФИО11), а 2 500 000 руб. были выручены ею от продажи ДД.ММ.ГГГГ (то есть в тот же день) принадлежащей до брака квартиры по адресу: <адрес>

Также пояснила, что указание в договорах купли-продажи обеих квартир иной покупной стоимости, чем та, за которую они действительно были проданы, обусловлено намерением исключить начисление налога на доходы от продажи данных объектов недвижимости, в связи с чем эти подробности не озвучивались ею ранее. При этом за квартиру по <адрес> покупатель ФИО7 перевела ей на счет безналичные денежные средства (2 500 000 руб.) ДД.ММ.ГГГГ, то есть до составления и подписания договора купли-продажи. Перед этим 250 000 руб. ей перевела мать, а уже ДД.ММ.ГГГГ она рассчиталась с продавцом ФИО8 за квартиру по адресу: <адрес>, посредством перевода 2 750 000 руб., то есть также до составления между ними договора купли-продажи.

В возражениях представитель истца ФИО5 ссылался на то, что договор дарения денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1,3 млн. рублей является фиктивным, имел место не ранее ДД.ММ.ГГГГ г., составлен между близкими родственниками, то есть лицами, заинтересованными в исходе дела. Более того, по истечении месяца после даты, указанной в договоре дарения, ФИО11 оформила кредитное обязательство, что вызывает объективные сомнения в ее финансовом благополучии на ДД.ММ.ГГГГ Кроме того, ранее, ФИО1 обращалась с иском о признании ФИО2 утратившим право пользования приобретенной квартирой, в удовлетворении которого было отказано, причем на тот момент не заявляла о существовании договора дарения денежных средств, в противном случае могла сразу обратиться с аналогичными требованиями. Обстоятельства дела свидетельствуют о недобросовестности поведения истца ФИО1, как при осуществлении сделок с упоминаемой недвижимостью (в виде занижения реальной цены), так и последующего изменения оснований иска, выразившихся в том, что изначально она обосновывала покупку спорной квартиры на деньги, полученные в дар от матери, а затем стала утверждать о покупке квартиры за средства от продажи жилого помещения, приобретенного ею до заключения брака. Изменение при рассмотрении дела обстоятельств, на которых ФИО1 основывала свои требования при подаче иска, как и приведение в подтверждение их иных доказательств, свидетельствует о недобросовестности истца и в силу п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Названной статьей установлена презумпция возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество. Обязанность доказать обратное и подтвердить факт приобретения имущества в период брака за счет личных денежных средств возложена на супруга, претендующего на признание имущества его личной собственностью (Определение Верховного Суда РФ от 19.09.2017 № 18-КГ17-134).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

По общему правилу, установленному в статье 39 СК РФ, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 36 СК РФ).

Имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или личного имущества одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и т.п.) (п. 2 ст. 256 ГК РФ; ст. 37 СК РФ).

Таким образом, юридически значимым, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора, является то обстоятельство, на чьи средства была приобретена спорная квартира, а в случае, если это имущество было приобретено за счет общих доходов супругов, то размер личных средств одного из супругов, затраченных на его приобретение.

Из материалов дела и установленных при его рассмотрении обстоятельств, следует, что с декабря ДД.ММ.ГГГГ г. совместно с ФИО1 (в жилом помещении, которое она снимала) стал проживать ФИО2, а ДД.ММ.ГГГГ на основании договора купли-продажи, за имеющиеся у нее денежные средства и финансовую помощь, оказанную родителями, приобрела квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 29,7 м?, право собственности на которую было зарегистрировано ею ДД.ММ.ГГГГ (добрачная фамилия – ФИО16), что усматривается из пояснений ФИО1 в судебном заседании и соответствующего свидетельства о государственной регистрации права (т.1 л.д.58).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО1 заключили брак, который был расторгнут решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.14-15).

Согласно договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продала ФИО7 квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 29,7 м?, за 1 800 000 руб. Факт сделки подтверждается зарегистрированным в установленном порядке договором купли-продажи, при этом из акта приема-передачи квартиры и расписки о получении денежной суммы от той же даты следует, что стоимость квартиры к моменту подписания договора оплачена в полном объеме наличными денежными средствами (т.1 л.д.59-62).

Согласно договору купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 приобрела у ФИО8, то есть в тот же день, квартиру по адресу: <адрес>, общей площадью 47,9 м?. По условиям договора стоимость жилого помещения составила 1 000 000 руб., к моменту его подписания денежные средства переданы продавцу наличными, что следует из приложенных к договору акта приема-передачи квартиры и расписки в получении денежных средств (т.1 л.д.7-11).

Действительно, поясняя в судебных заседаниях природу происхождения переданных за спорную квартиру денежных средств, истец ФИО12 изначально ссылалась на представленный в материалы дела договор дарения денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 300 000 руб., заключенный между ней и ФИО11, а относительно денежных средств в сумме 1 800 000 руб., полученных по договору купли-продажи квартиры по <адрес> от ФИО7, показывала, что они были внесены ею на банковский счет, а затем потрачены на обустройство новой квартиры, затем утверждала, что часть из этих денег, наряду с подаренными, была потрачена на покупку квартиры у ФИО17, фактическая стоимость которой составила 2 750 000 руб., после чего представила ряд дополнительных доказательств (в том числе собранных посредством ходатайств к суду).

Так, согласно банковскому платежному поручению <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО7 перевела 2 500 000 рублей на банковский счет ФИО1 № (вклад <данные изъяты>, международная банковская карта), которые поступили на счет в обозначенную дату, что следует из выписки по счету <данные изъяты> (т.2 л.д.109, т.2 л.д.53-54).

В этот же день, то есть ДД.ММ.ГГГГ, названная сумма переведена со счета № на банковский вклад ФИО1 в <данные изъяты> № (т.2 л.д.53-54, т.2 л.д.55, т.1 л.д.117).

Кроме того, согласно выписке с банковского счета ФИО1 № в <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 внесла на указанный счет 250 000 рублей (т.2 л.д.122).

Аналогичная сумма (250 000 руб.) переведена на банковский счет № ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, а затем в тот же день на банковский счет ФИО12 № с которого уже ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 перечислено 2 750 000 рублей (т.2 л.д.68-71, т.2 л.д.55, т.1 л.д.117).

В обоснование приведенных доказательств ФИО1 пояснила, что поступившие от покупателя ФИО18 денежные средства предназначались за квартиру по <адрес>, а их перевод ранее даты заключения между ними письменного договора купли-продажи был обусловлен требованием ФИО19 рассчитаться за приобретаемую ФИО12 квартиру по <адрес> до заключения письменного договора купли-продажи, поскольку ему были необходимы средства на приобретение автомобиля. То обстоятельство, что в договорах купли-продажи покупная цена обеих квартир была занижена, сделано с целью избегания налогообложения продавцов, реализовывавших объекты недвижимости до истечения минимального срока владения ими, исключавшего такую обязанность.

Указание в приложениях к договорам купли-продажи квартир сведений о датах и специфике расчетов между сторонами сделок, истец обусловила требованиями МФЦ, где происходило их оформление, а процессуальную «чехарду» по делу с ее стороны - следствием наличия у нее множества банковских вкладов и сберегательных счетов (как открытых, так и закрытых), массе денежных операций по ним (в том числе с использованием наличных) в совокупности с давностью событий, а также истечением срока хранения банковской информации об отправителе ей денежных средств в размере 2 500 000 руб. Это вызвало необходимость обратиться к проживающей в ином регионе ФИО7 по вопросу наличия у той документов, подтверждающих перечисление ФИО12 указанной суммы за покупку у последней квартиры, и представления этих доказательств суду.

Оценивая представленные по делу доказательства в соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что совокупность собранных по делу доказательств свидетельствует о том, что приобретенная ФИО1 в период брака квартира по адресу: <адрес>, относится к ее личному имуществу, поскольку куплена на ее личные средства, в связи с чем заявленный иск подлежит удовлетворению.

Следует обратить внимание не только на то, что квартира по <адрес> была приобретена ФИО1 до заключения брака с ответчиком (с которым она уже фактически проживала), но и на обстоятельства, предшествующие данному приобретению, из которых усматривается, что перед покупкой указанной квартиры (имевшей место ДД.ММ.ГГГГ) ФИО9 и ФИО11, то есть родителями ФИО1, на ее банковский счет № января и ДД.ММ.ГГГГ были зачислены 2 000 000 и 190 000 рублей соответственно, что не противоречит показаниям истца об обстоятельствах приобретения данной квартиры посредством финансовой помощи родителей (т.2 л.д.111, т.2 л.д.18-20, 37-38).

Внесение ФИО20 на банковский вклад ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ безналичных денежных средств в размере 2 500 000 рублей судом интерпретируется как расчет за жилое помещение по <адрес>, поскольку иных обязательств, во исполнение которых ФИО21 непосредственно перед письменным заключением ДД.ММ.ГГГГ сделки купли-продажи передала ФИО22 такую сумму, не установлено, ответчиком не опровергнуто.

Фигурирующая в письменном договоре купли-продажи иная сумма (1 800 000 руб.), с учетом представленных доказательств не подтверждает действительную стоимость продажи объекта, не противоречит показаниям продавца об указании такой суммы в целях уклонения от уплаты соответствующего налога, как и не является основанием для признания сделки недействительной, применение же налоговых санкций к компетенции суда не относится.

То обстоятельство, что 2 500 000 руб. от продажи ФИО12 квартиры, как и поступившие ей от ФИО11 за несколько дней до этого 250 000 руб., были затрачены ДД.ММ.ГГГГ на покупку квартиры у ФИО8 по <адрес> за 2 750 000 руб., судом также под сомнение не ставится, как и то, что указание в договоре купли-продажи ее стоимости в 1 000 000 руб. было совершено по аналогичным причинам, учитывая реальную цену подобного объекта недвижимости при сопоставимых условиях.

Упоминание в договорах купли-продажи квартир и расписок к ним об оплате предмета договора (к моменту его подписания) наличными, согласуется с намерением продавцов не отражать реальную стоимость объектов недвижимости, с учетом все той же совокупности доказательств, не опровергает изложенное, при этом исходя из приведенного анализа, суд не принимает во внимание и не дает оценки оспариваемому договору дарения денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ.

Договоры купли-продажи обеих квартир были представлены ФИО1 и по делу по иску о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением и снятии его с регистрационного учета, в обоснование которого она утверждала, что спорное жилое помещение было приобретено на ее личные средства, а потому на него не распространяется режим совместной собственности супругов, при этом решением <адрес> районного суда от ДД.ММ.ГГГГ в иске было отказано ввиду избрания неверного способа защиты права.

Оснований для вывода об удержании истцом на протяжении рассмотрения дела имеющихся у нее доказательств не имеется.

Изменение при рассмотрении дела обстоятельств, на которых ФИО1 основывала свои требования при подаче иска, как и приведение в подтверждение этих требований иных доказательств, не свидетельствует о той недобросовестности, характеристики которой приведены в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", являющейся основанием для отказа в защите права.

В силу указанного пункта при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

В данном случае представление ФИО1 в ходе судебного разбирательства иных доказательств приобретения спорной квартиры на личные средства, чем те, на которых она настаивала изначально, с учетом обстоятельств настоящего (конкретного) дела и с учетом характера и последствий такого поведения истца, не могут являться самостоятельным основанием для отказа в иске, при этом в силу ч.1 ст.39 ГПК РФ истец вправе изменить фактические обстоятельства, на которых основывает своё требование. Ответственность же сторон за дачу по делу заведомо ложных объяснений относительно фактов, обосновывающих их требования и возражения, гражданским процессуальным законодательством не предусмотрена (если бы стороны не скрывали ничего от суда, сообщали суду только правду, то трудности доказывания свелись бы к нулю).

Принимая во внимание, что предметом встречных исковых требований является признание спорной квартиры общим имуществом супругов и ее раздел, то встречное исковое заявление ФИО2 подлежит оставлению без удовлетворения.

Распределяя судебные расходы по делу, суд руководствуется ч.1 ст.98 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 91 ГПК РФ цена иска – это денежное выражение стоимости спорного имущества, на которое претендует истец, в настоящем случае кадастровая стоимость спорной квартиры составляет 5 530 432 руб. 60 коп., о чем свидетельствует выписка из ЕГРН, сумма уплаченной государственной пошлины, исчисленной из цены иска, составила 35 852 руб. (исходя из порядка расчета госпошлины на момент подачи искового заявления).

Поскольку исковые требования ФИО1 были удовлетворены, то судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 (СНИЛС №) к ФИО2 (№) об исключении квартиры из состава совместно нажитого имущества супругов, признании права собственности на квартиру удовлетворить.

Исключить из состава совместно нажитого имущества супругов ФИО2 и ФИО1 квартиру по адресу: <адрес> (кадастровый №).

Признать право личной собственности ФИО1 на жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (кадастровый №).

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 35 852 руб.

Отказать в удовлетворении встречного искового заявления ФИО2 к ФИО1 о признании квартиры общим имуществом супругов, её разделе.

Решение может быть обжаловано в <адрес> областной суд путем подачи апелляционной жалобы через <адрес> районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья ФИО23