РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2022 года город Тула

Советский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Свиридовой О.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хаулиной Е.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО3, являющейся также третьим лицом по делу, представителя ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 71RS0028-01-2022-003462-33 (производство № 2-2640/2022) по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о возмещении упущенной выгоды,

установил:

истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4 о возмещении упущенной выгоды, указав в обоснование исковых требований, что на основании вступившего в законную силу заочного решения <данные изъяты> районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кадастровый номер №, ДД.ММ.ГГГГ г. за ФИО4 была произведена государственная регистрация перехода права собственности на указанный объект недвижимости.

Определением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. заочное решение <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. отменено, производство по делу было возобновлено. В ходе рассмотрения данного дела к производству суда для совместного рассмотрения с иском ФИО4 было принято исковое заявление ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Решением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании записи о государственной регистрации права, возложении обязанности, удовлетворены частично. Суд признал недействительными договор ипотеки (залога) недвижимого имущества, заключенный ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО1, ФИО2 и ФИО4; соглашение об отступном, заключенное ДД.ММ.ГГГГ г. между указанными лицами; применил последствия недействительности указанных сделок, признав за ФИО1 и ФИО2 право общей долевой собственности (за каждым по 1/2 доле) в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м, № этаж, кадастровый номер № аннулировал регистрационную запись от ДД.ММ.ГГГГ г. №№, содержащуюся в Едином государственном реестре недвижимости, о государственной регистрации права собственности ФИО4 на данное нежилое помещение.

Полагают, что ответчик ФИО4 знал об основаниях недействительности оспоримой сделки по договору ипотеки (залога), соглашению об отступном на совместно нажитую в период брака с ФИО3 1/2 долю нежилого помещения, поскольку паспорт ФИО1 с отметкой о заключении брака предоставлялся как для подготовки документов, так и при рассмотрении дела <данные изъяты> районным судом г.Тулы. Кроме того, в ранее рассмотренном гражданском деле имеется совместное заявление в многофункциональный центр от ДД.ММ.ГГГГ г. о государственной регистрации договора ипотеки (залога), на котором указано, что ФИО1 и ФИО4 женаты. Также Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области ДД.ММ.ГГГГ г. было отказано в государственной регистрации указанного договора, как нотариально не удостоверенного.

Проведенные в простой письменной форме оспоримые сделки, которые в соответствии с действующим законодательством должны быть нотариально удостоверены и с согласия третьих лиц, свидетельствуют об умышленном приобретении ФИО4 права на чужое имущество (нежилое помещение), что характеризует его поведение как недобросовестное, о чем было заявлено в правоохранительные органы ДД.ММ.ГГГГ г. и ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1 с согласия второго собственника ФИО2 был заключен договор аренды коммерческой недвижимости, по которому размер арендной платы составлял <данные изъяты> рублей в месяц.

В связи с переходом права собственности на нежилое помещение к ФИО4 было заключено дополнительное соглашение к договору аренды коммерческой недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ г. о расторжении договора с ДД.ММ.ГГГГ г. Доход, полученный за шесть месяцев ДД.ММ.ГГГГ г., ФИО1 задекларирован в соответствии с действующим законодательством.

Восстановленное право на нежилое помещение за ФИО1 и ФИО2 было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ г. после исполнения вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ г. решения <данные изъяты> районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, размер упущенной выгоды истцов за период <данные изъяты> г. составляет 330000 рублей (30000 рублей х 11 месяцев).

Просили суд взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1, ФИО2 в равных долях в качестве возмещения упущенной выгоды 330000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 6500 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании доводы искового заявления поддержал по основаниям, приведенным в нем, просил его удовлетворить в полном объеме. Пояснил, что в момент заключения сделки с ФИО4 он не знал о необходимости ее согласования с супругой ФИО3, однако ФИО4 является опытным человеком в подобных вопросах, его консультирует юрист, в связи с чем ответчик не мог не знать о необходимости нотариального удостоверения сделки, а также получения согласия на ее заключение у супруги ФИО3 Настаивал на том, что действия ФИО4, не обратившего его (истца) внимание на указанные обстоятельства, свидетельствует о недобросовестности действий.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен в установленном законом порядке, сведений о причинах неявки не представил.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО3, являющаяся также третьим лицом по делу, в судебном заседании доводы искового заявления поддержала по изложенным в нем основаниям, просила его удовлетворить в полном объеме, настаивала на том, что действия ФИО4 свидетельствуют о недобросовестности, поскольку ответчику доподлинно было известно о семейном положении ФИО1, так как они достаточно давно знают друг друга.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен в установленном законом порядке, сведений о причинах неявки не представил.

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 в судебном заседании доводы иска не признал по основаниям, приведенным в возражениях на исковое заявление, просил отказать в его удовлетворении, полагая, что обстоятельства, на которые указывают истцы, основаны на предположении и не подтверждены соответствующими доказательствами.

Третье лицо ФИО6, привлеченная к участию в деле на основании определения суда от 13 октября 2022 г., в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена в установленном законом порядке, сведений о причинах неявки не представила.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, заблаговременно и надлежащим образом извещенных о времени и месте его проведения.

Выслушав объяснения истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО3, являющейся также третьим лицом по делу, представителя ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5, исследовав материалы настоящего дела, а также гражданских дел <данные изъяты> по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании записи о государственной регистрации права, возложении обязанности, № <данные изъяты> по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа, штрафа, процентов за пользование займом, № <данные изъяты>) по иску ФИО4 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа, руководствуясь положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об обязанности доказывания обстоятельств по заявленным требованиям и возражениям каждой стороной, об отсутствии ходатайств о содействии в реализации прав в соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требованиями статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об определении судом закона, подлежащего применению к спорному правоотношению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем, в числе прочего, возмещения убытков; иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В пункте 3 указанного постановления даны разъяснения, согласно которым при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны ли необходимые для этой цели приготовления.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить эти доходы.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из правовой позиции, выраженной Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении от 2 июля 2020 г. № 32-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 15 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации и части первой статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО7», следует, что по смыслу пункта 1 статьи 15 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства по возмещению вреда обусловлены, в первую очередь, причинной связью между противоправным деянием и наступившим вредом. Иное означало бы безосновательное и, следовательно, несправедливое привлечение к ответственности в нарушение конституционных прав человека и гражданина, прежде всего права частной собственности.

Необходимым условием (conditio sine qua non) возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, включая публично-правовые образования, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении.

При этом наступление вреда непосредственно вслед за определенными деяниями не означает непременно обусловленность вреда предшествующими деяниями. Отсутствие причинной связи между ними может быть обусловлено, в частности, тем, что наступление вреда было связано с иными обстоятельствами, которые были его причиной.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из анализа вышеприведенных норм права следует, что для наступления ответственности вследствие причинения вреда необходима совокупность юридических фактов, образующих состав деликтного обязательства. К таким фактам (условиям) относятся: наличие вреда; противоправное поведение причинителя вреда; причинная связь между вредом и противоправным поведением; вина причинителя вреда.

Кроме того, следует отметить, что из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (абзац 3 пункта 2). При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения (абзацы 1 и 2 пункта 3).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5).

Как следует из материалов дела и установлено судом, заочным решением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение.

Суд

решил:

- осуществить регистрацию перехода права собственности ФИО1 к ФИО4 на 1/2 долю в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м, № этаж, кадастровый номер №

- осуществить регистрацию перехода права собственности ФИО2 к ФИО4 на 1/2 долю в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м, № этаж, кадастровый номер №

На основании данного решения ДД.ММ.ГГГГ г. за ФИО4 произведена государственная регистрация права на указанный объект недвижимости.

Определением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. заочное решение <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. отменено, производство по делу было возобновлено.

Определением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1, ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение и гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании записи о государственной регистрации права, возложении обязанности, объединены в одно производство.

Определением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. принят отказ истца ФИО4 от исковых требований, предъявленных к ответчикам ФИО1, ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение, производство по делу в указанной части прекращено.

Решением <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. исковые требования ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании записи о государственной регистрации права, возложении обязанности, удовлетворены частично.

Суд

решил:

- признать недействительным договор ипотеки (залога) недвижимого имущества, заключенный ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО1, ФИО2 и ФИО4;

- признать недействительным соглашение об отступном, заключенное ДД.ММ.ГГГГ г. между ФИО1, ФИО2 и ФИО4;

- применить последствия недействительности указанных сделок, признав за ФИО1 и ФИО2 право общей долевой собственности (за каждым по 1/2 доле) в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>.м, № этаж, кадастровый номер №

- аннулировать регистрационную запись от ДД.ММ.ГГГГ г. №№ содержащуюся в Едином государственном реестре недвижимости, о государственной регистрации права собственности ФИО4 на нежилое помещение с кадастровым номером № расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, № этаж;

- в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области в оставшейся части отказать.

Согалсно мотивировочной части данного решения, основанием для удовлетворения исковых требований ФИО3 явилось совершение ее супругом ФИО1 и ответчиком ФИО4 оспариваемых сделок в отношении объекта недвижимости, приобретенного в период брака, без получения согласия ФИО3, что противоречит требованиям действующего законодательства.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истцы ФИО1, ФИО2 указали, что ответчик ФИО4 знал об основаниях недействительности оспоримой сделки по договору ипотеки (залога), соглашению об отступном на совместно нажитую в период брака с ФИО3 1/2 долю нежилого помещения, поскольку паспорт ФИО1 с отметкой о заключении брака предоставлялся как для подготовки документов, так и при рассмотрении дела Советским районным судом г. Тулы. Кроме того, в ранее рассмотренном гражданском деле имеется совместное заявление сторон сделок в многофункциональный центр от ДД.ММ.ГГГГ г. о государственной регистрации договора ипотеки (залога), на котором указано, что ФИО1 и ФИО4 женаты. Также Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области ДД.ММ.ГГГГ г. было отказано в государственной регистрации указанного договора, как нотариально не удостоверенного. Проведенные в простой письменной форме оспоримые сделки, которые в соответствии с действующим законодательством должны быть нотариально удостоверены и с согласия третьих лиц, свидетельствуют об умышленном приобретении ФИО4 права на нежилое помещение, что характеризует его поведение как недобросовестное.

Полагали, что приведенные обстоятельства являются основанием для взыскания с ФИО4 упущенной выгоды в виде недополученной истцами за период с ДД.ММ.ГГГГ г. арендной платы в отношении нежилого помещения, являвшегося предметом спора, в размере 330000 рублей (30000 рублей х 11 месяцев).

Вместе с тем, проанализировав вышеизложенные конкретные обстоятельства в совокупности с приведенными нормами права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку само по себе заключение между сторонами договоров, впоследствии признанных недействительными на основании судебного постановления, не является основанием для возникновения у ФИО1 и ФИО2 упущенной выгоды вследствие нарушений прав истцов неправомерными действиями ответчика, поскольку доказательства с достоверностью свидетельствующие о недобросовестном поведении ФИО4 в материалы дела не представлены, в то время как в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации именно на истцах лежит обязанность доказать обстоятельства, образующие совокупность условий возникновения на стороне ответчика обязательств по возмещению убытков.

Напротив, из материалов гражданского дела № <данные изъяты> по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2, ФИО4, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, аннулировании записи о государственной регистрации права, возложении обязанности, следует, что после предъявления ФИО3 указанных самостоятельных исковых требований ФИО4 признал их обоснованность и отказался от исковых требований к ФИО1, ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение. Производство по делу в указанной части было прекращено. При этом ФИО4 при рассмотрении дела настаивал на повороте исполнения заочного решения Советского районного суда г. Тулы.

Кроме того, осознавая, что отмененное заочное решение <данные изъяты> районного суда г. Тулы не порождает правовых последствий, ФИО4 в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ 2021 г. предложил ФИО1 совершить действия по передаче (возврату) доли в праве собственности на нежилое помещение от ФИО4 к ФИО1, для чего непосредственно в судебном заседании передал ФИО1 подписанный со своей стороны акт приема-передачи (возврата) в связи с неисполнением Т-ными соглашения об отступном. Между тем, ФИО8 от подписания указанного акта приема-передачи (возврата) уклонились.

Также ФИО4 не обжаловал решение <данные изъяты> районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ г. и не препятствовал его скорейшему исполнению; в процессе разрешения судом гражданского дела <данные изъяты> ФИО4 приостановил с ДД.ММ.ГГГГ г. действие договора аренды нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ г., что следует из дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ г., до получения вступившего в законную силу судебного постановления, постоянную часть арендной платы не получал.

Иные доводы истцов основаны на предположении и не подтверждены соответствующими доказательствами. Более того, суд полагает, что объяснения истцов о том, что ФИО4 является опытным человеком в вопросах заключения сделок, имеет возможность консультироваться с юристом, опровергают доводы ФИО1 и ФИО2 о намеренном поведении ответчика, который, исходя из логики истцов, зная о недействительности сделки, все равно совершил их, действуя злонамеренно. Напротив, данные объяснения свидетельствуют о том, что ФИО4 не знал о том, что на предмет сделок распространяется режим совместной собственности супругов. Кроме того, в силу действующего законодательства не на все объекты недвижимости, приобретенные в период брака, распространяется соответствующий режим совместной собственности.

Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о недобросовестном поведении ФИО4

Кроме того, суд учитывает, что в силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснованность своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведений одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 336 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора залога залогодатель обязан предупредить в письменной форме залогодержателя о всех известных ему к моменту заключения договора правах третьих лиц на предмет залога.

Статьей 12 Федерального закона от 16 июля 1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» установлено, что при заключении договора об ипотеке залогодатель обязан в письменной форме предупредить залогодержателя обо всех известных ему к моменту государственной регистрации договора правах третьих лиц на предмет ипотеки.

В силу статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Суд обращает внимание на то, что именно истец ФИО1 должен был поставить в известность супругу ФИО3 о желании реализовать приобретенное в период брака с ней недвижимое имущество, а также сообщить ФИО4 о своем социальном положении, что им сделано не было. При этом ФИО1 пытается переложить ответственность за совершенные действия на ФИО4, обосновывая это опытом ответчика, возможностью получить консультацию юриста, что, по мнению ФИО1, свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, который якобы не мог не знать о необходимости нотариального удостоверения сделки, а также получения согласия на ее заключение у ФИО3

Вместе с тем, из материалов дела следует, что при заключении договора ипотеки (залога) недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 нарушил вышеприведенные нормы статьи 336 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Кроме того, при заключении соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО1 гарантировал и в силу статьи 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации дал заверения о том, что передаваемые в качестве отступного доли в праве собственности не обременены правами третьих лиц...ограничений и обременений в пользовании недвижимым имуществом не имеется...все согласия (одобрения) предусмотренные законом для заключения соглашения со стороны третьих лиц даны», что свидетельствует о том, что ФИО1 дал недостоверные заверения об обстоятельствах.

Также суд учитывает, что ФИО1 и ФИО2 после отмены заочного решения суда от ДД.ММ.ГГГГ. могли добровольно и своевременно в заявительном порядке осуществить регистрацию своего права собственности на основании соответствующего определения суда. Доказательств того, что в период с ДД.ММ.ГГГГ г. истцы не могли зарегистрировать за собой долю в праве собственности на нежилое помещение, не могли пользоваться нежилым помещением, в том числе сдавать его в аренду, суду не представлено.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что признание судом недействительными сделками договора ипотеки и соглашения об отступном не связаны с действиями ФИО4, а являются результатом недостоверных заверений об обстоятельствах, предоставленных ФИО1

Вышеуказанная совокупность юридических фактов, образующих состав деликтного обязательства, свидетельствующих о том, что убытки (упущенная выгода) возникли у истцов вследствие неправомерных действий ответчика, судом не установлена.

Изложенные обстоятельства позволяют суду придти к выводу о недоказанности ФИО1, ФИО2 допущения ФИО4 недобросовестного поведения при заключении с истцами оспоренных третьим лицом по делу ФИО3 договоров, в действиях истцов суд усматривает злоупотребление правом.

Рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании исковых требований, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1, ФИО2 к в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о возмещении упущенной выгоды, заявления о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г.Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда принято 29 ноября 2022 г.

Председательствующий