производство № 2-230/2026

УИД 67RS0003-01-2025-002217-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 19 января 2026 года

Промышленный районный суд города Смоленска

в составе:

председательствующего Пилипчука А.А.,

при помощнике судьи Снытко А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Банка ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, а также по встречному иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Банк ВТБ (ПАО) обратился в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, указав в обоснование заявленных требований, что 25.10.2021 между сторонами заключен кредитный договор №, по условиям которого ответчику выдан кредит в размере 268 987 руб. на срок 48 месяцев с взиманием за пользование кредитом 12,9 % годовых. Договор заключен с использованием системы дистанционного обслуживания, регулируется Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), которыми установлено, что клиенту предоставляются услуги дистанционного банковского обслуживания с использованием системы «ВТБ-Онлайн». ФИО1 обязалась возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом. По состоянию на 21.10.2023 у ответчика перед банком образовалась задолженность по рассматриваемому кредитному договору с учетом отказа от взыскания с должника суммы штрафных санкций в размере 110 801 руб. 24 коп., из которых: 86 429 руб. 66 коп. – основной долг; 22 741 руб. 48 коп. – плановые проценты за пользование кредитом; 1 630 руб. 10 коп. – задолженность по пени.

Просит суд взыскать с ответчика в свою пользу сумму задолженности по кредитному договору от 25.10.2021 №, по состоянию на 21.10.2023, в размере 110 801 руб. 24 коп., из которых : 86 429 руб. 66 коп. – основной долг; 22 741 руб. 48 коп. – плановые проценты за пользование кредитом; 1 630 руб. 10 коп. – задолженность по пени, судебные расходы по уплате госпошлины в размере 4 324 руб.

Не согласившись с предъявленными исковыми требованиями, ФИО1 обратился в суд со встречным исковым заявлением к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, указав, что она оказалась потерпевшей от мошенника, который без её ведома и участия, без документов, представившись сотрудником банка, оформил 25.10.2021 кредит в банке ВТБ на её имя на сумму 99 470 руб., которая сумма последствии увеличилась на 115 000 руб. В связи с преступным деянием было возбуждено уголовное дело 25 октября 2021 года, по которому она была признана потерпевшей. С 2022 года после возбуждения уголовного дела, к ней претензий банка ВТБ ПАО о возмещении кредита не поступало. Однако, в начале 2025 года, судебными приставами был наложен арест на её счет для взыскания кредита, в связи с вынесением судебного приказа на основании заявления банка ВТБ (ПАО), который был отменен по её заявлению. Из полученной выписки следует, что с её счета незаконно списана сумма в размере 62 835 руб. 34 коп. Просит суд признать кредитный договор № от 25.10.2021 недействительным и применить последствия недействительности, взыскав с банка ВТБ (ПАО) в её пользу денежные средства, незаконно списанные с его счета ответчиком в размере 62 835 руб. 34 коп.

Представитель истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ПАО «Банк ВТБ» ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Встречные исковые требования не признала, поддержав правовую позицию, изложенную в письменных возражениях на встречный иск (л.д. 146-150). Дополнительно указала, что ФИО1 пропущен срок исковой давности, поскольку рассматриваемый кредитный договор заключен 25.10.2021 срок истек. Просила в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании требования Банка ВТБ (ПАО) о взыскании задолженности по кредитному договору не признала, просила в их удовлетворении отказать, поскольку спорный кредит был оформлен без её участия, неустановленными лицами (мошенниками), которые получили доступ к её личным данным, она в тот же день обратилась в банк, сообщив о произошедшем. Часть денежных средств по оформленному кредиту специалистом была возвращена с её счета в погашение задолженности, в том числе и её личные денежные средства. Встречные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении, снизив размер денежных средств требуемых к возврату в связи с незаконным списанием до 22 442 руб. 13 коп. После обращения её в банк она думала, что отношения по спорному кредитному договору прекращены, о нарушении её прав ей стало известно в связи с обращением банка к ней с требованием о взыскании задолженности в суд. Просила встречный иск удовлетворить.

Представители привлеченных судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ УМВД России по г. Смоленску, ООО ПКО «ФИО6», УФССП России по Смоленской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте.

При таких обстоятельствах суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ).

Заслушав объяснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В соответствии со статьей 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ в соответствии с которым совершение лицом, получившим оферту в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товара, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.д.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

В судебном заседании установлено, что 25 октября 2021 г. между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого заемщику выдан кредит в размере 268 987 руб. на срок 48 месяцев с взиманием за пользование кредитом 12,9 % годовых.

25 октября 2021 г. денежные средства по договору перечислены на счет ФИО1 №, открытый в Банке ВТБ (ПАО), что следует из имеющейся в материалах дела выписки по счету заемщика.

Договор заключен с использованием системы дистанционного обслуживания, регулируется Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), которыми установлено, что клиенту предоставляются услуги дистанционного банковского обслуживания с использованием системы «ВТБ-Онлайн».

В соответствии с Правилами дистанционного банковского обслуживания, доступ к системе «ВТБ-Онлайн» предоставляется при условии успешной аутентификации клиента по указанному клиентом идентификатору, в том числе путем запроса и проверки пароля клиента. Электронные документы, подтвержденные (подписанные) клиентом с помощью средств подтверждения, переданные с использованием системы «ВТБ-Онлайн», удостоверяют требованию совершения сделки в простой письменной форме и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершения договоров (сделок), совершаемым с физическим присутствием лица, совершающего сделку.

Так, 25.10.2021 заемщиком с использованием «ВТБ-Онлайн» принято предложение Банка ВТБ (ПАО) на заключение кредитного договора №. По условиям договора заемщик обязался возвратить полученную сумму и уплатить проценты за пользование кредитом.

Как указывает Банк ВТБ (ПАО), обязательства по рассматриваемому кредитному договору исполняются ФИО1 ненадлежащим образом, по состоянию на 21.10.2023 у заемщика перед банком образовалась задолженность по кредитному договору в размере 110 801 руб. 24 коп., из которых: 86 429 руб. 66 коп. – основной долг; 22 741 руб. 48 коп. – плановые проценты за пользование кредитом; 1 630 руб. 01 коп. – задолженность по пени.

Уведомление о досрочном истребовании задолженности по договору от 30.08.2024 оставлено ФИО1 без удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения Банка ВТБ (ПАО) в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору.

Возражая против удовлетворения исковых требований Банка ВТБ (ПАО), ФИО1 предъявлен встречный иск к Банку ВТБ (ПАО) о признании рассматриваемого кредитного договора недействительным, с указанием на то обстоятельство, что кредитный договор, подписанный от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его обозначенными сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявления ФИО1 на возникновение кредитных правоотношений. Такой кредитный договор, по мнению ФИО1, является ничтожным.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из следующего.

Судом по делу установлено, что ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу №, возбужденному 25.10.2021 по факту того, что 25.10.2021 около 15 часов неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, представившись сотрудником банка ВТБ, используя абонентский номер №, из корыстных побуждений совершило похищение денежных средств в размере 99 470 руб. с банковского счета ФИО1, посредством оформления от её имени кредита на указанную сумму, с дальнейшим списанием с её расчетного счета № денежных средств в размере 99 470 руб. Таким образом, в результате совершенного преступления, ФИО1 был причинен значительный материальный ущерб на вышеуказанную сумму, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела и принятием его к производству, постановлением о признании потерпевшим, протоколом допроса потерпевшей ФИО1 (л.д. 115-118).

Так 25.10.2021 после оформления кредита на сумму 268 987 руб. неустановленным лицом был осуществлен перевод денежных средств, находившихся на счете ФИО1 без её волеизъявления, в размере 99 470 руб. с карты № на карту №.

25.10.2021 ФИО1 обратилась в Банк ВТБ (ПАО), сообщив, о данном факте, сотрудником банка было оформлено заявление последней о погашении кредитного договора № частью оставшихся на счете денежных средств в размере 150 000 руб., из которых 11 470 руб. являлись личными денежными средствами ФИО1

29.10.2021 по заявлению ФИО1 было списано в счет погашения указанного кредитного договора 31 000 руб., из которых 13 руб. собственные средства ФИО1

В последствии со счета, открытого на имя ФИО1 в Банке ВТБ (ПАО), было списано в счет погашения задолженности по кредитному договору №: 25.11.2021 - 2 362 руб. 03 коп.; 27.12.2021 - 1 595 руб. 02 коп.; 25.10.2023 - 7000 руб.

Таким образом, со счета ФИО1 Банк ВТБ (ПАО) списал в погашение указанного кредитного договора 22 440 руб. 05 коп. (11 470 руб. + 13 руб. + 2 363 руб. 03 коп. + 1 595 руб. 02 коп. + 7 000 руб.) личных средств последней.

Оценивая установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же Кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, статьей 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

В пункте 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, Форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).

С банковского счета заемщика может осуществляться списание денежных средств в счет погашения задолженности заемщика по договору потребительского кредита (займа) в случае предоставления заемщиком кредитной организации, в которой у него открыт банковский счет (банковские счета), распоряжения о периодическом переводе денежных средств либо заранее данного акцепта на списание денежных средств с банковского счета (банковских счетов) заемщика, за исключением списания денежных средств, относящихся к отдельным видам доходов (части 22.1 и 22.2 статьи 5).

Согласно статье 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ "Об электронной подписи" простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В силу п. 4 ст. 6 указанного закона одной электронной подписью могут быть подписаны несколько связанных между собой электронных документов (пакет электронных документов). При подписании электронной подписью пакета электронных документов каждый из электронных документов, входящих в этот пакет, считается подписанным электронной подписью того вида, которой подписан пакет электронных документов. Исключение составляют случаи, когда в состав пакета электронных документов лицом, подписавшим пакет, включены электронные документы, созданные иными лицами (органами, организациями) и подписанные ими тем видом электронной подписи, который установлен законодательством Российской Федерации для подписания таких документов. В этих случаях электронный документ, входящий в пакет, считается подписанным лицом, первоначально создавшим такой электронный документ, тем видом электронной подписи, которым этот документ был подписан при создании, вне зависимости от того, каким видом электронной подписи подписан пакет электронных документов.

В соответствии с п. 2 ст. 6 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ "Об электронной подписи", информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем.

Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи.

Статьей 9 указанного Федерального закона предусмотрено, что электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Пунктом 3.4 Правил комплексного обслуживания физических лиц в ПАО "ВТБ", предусмотрено, что в рамках Договора комплексного обслуживания (ДКО) клиент сообщает банку доверенный номер телефона, на который банк направляет временный пароль, СМС-коды/Рush-коды для подтверждения (подписания) Распоряжений/Заявлений БП, и сообщения в рамках подключенного у клиента SMS-пакета/заключенного ДБО, а также сообщения/уведомления при использовании технологии Безбумажный офис. При первой авторизации в интернет-банке Клиент должен самостоятельно изменить временный пароль на постоянный пароль.

В силу п. 3.6.2.3. указанных правил основанием для предоставления клиенту банковских продуктов в системе дистанционного банковского обслуживания (ДБО) является: Заявление БП клиента, Идентификатор + Пароль + Средство подтверждения.

Список систем ДБО, порядок идентификации, аутентификации в списках ДБО, порядок проведения операций с их использованием, порядок формирования и использования средств подтверждения регулируются в договоре ДБО. (п. 3.7 Правил комплексного обслуживания физических лиц в ПАО "ВТБ").

На основании пункта 1.10 Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО "Банк ВТБ" электронные документы, подписанные клиентом с помощью средства подтверждения, а со стороны банка с использованием простой электронной подписи уполномоченного лица банка, либо подписанные в рамках технологии Безбумажный офис, либо при заключении кредитного договора в ВТБ-Онлайн (с учетом особенностей, указанных в пункте 3.3.11 Правил), переданные/сформированные сторонами с использованием системы ДБО: удовлетворяют требованию совершения сделки в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершения договоров (сделок), совершаемым с физическим присутствием лица (взаимном присутствии лиц), совершающего (совершающих) сделку; равнозначны, в том числе имеют равную юридическую и доказательственную силу аналогичным по содержанию и смыслу документам на бумажном носителе, составленным в соответствии с требованиями, предъявляемыми к документам такого рода, и подписанным собственноручной подписью сторон, и порождают аналогичные им права и обязанности сторон по сделкам/договорам и документам, подписанным во исполнение указанных сделок/договоров; не могут быть оспорены или отрицаться сторонами и третьими лицами или быть признаны недействительными только по тому основанию, что они переданы в банк с использованием системы ДБО, каналов дистанционного доступа или оформлены в электронном виде; могут быть представлены в качестве доказательств, равносильных письменным доказательствам, в порядке, предусмотренном законодательством, при этом допустимость таких доказательств не может отрицаться только на том основании, что они представлены в виде электронных документов или распечаток их копий, заверенных в установленном порядке.

В силу п. 8.3 Правил дистанционного обслуживания клиент, присоединившийся к Правилам ДБО, имеет возможность оформить кредитный продукт в "ВТБ-Онлайн"

Согласно п. 5.1 Условий обслуживания подписание распоряжений в "ВТБ-Онлайн" производится клиентом при помощи средств подтверждения, таких как SMS/Push-коды, сформированные генератором паролей кодов подтверждения, в случае использования Мобильного приложения, в том числе при помощи Passcode.

На основании пункта 5.3.1 Условий обслуживания банк предоставляет клиенту SMS/Push-коды, формируемые и направляемые средствами "ВТБ-Онлайн" по запросу клиента на доверенный номер телефона/ранее зарегистрированное в банке Мобильное устройство клиента. Для Аутентификации, подписания распоряжения/заявления по продукту/услуге или других совершаемых действий в "ВТБ-Онлайн", в том числе с использованием Мобильного приложения "ВТБ-Онлайн", клиент сообщает Банку код - SMS/Push-код, содержащийся в SMS/Push-сообщении, правильность которого проверяется Банком.

Получив по своему запросу сообщение с SMS/Push-кодом, клиент обязан сверить данные совершаемой операции/проводимого действия с информацией, содержащейся в сообщении, и вводить SMS/Push-код только при условии согласия с проводимой операцией/действием. Положительный результат проверки SMS/Push-кода банком означает, что распоряжение/заявление по продукту/услуге или иное действие клиента в "ВТБ-Онлайн" подтверждено, а соответствующий электронный документ подписан простой электронной подписью (ПЭП) клиента (пункт 5.4.2 Условий обслуживания).

В силу пункта 7.1.3 Правил дистанционного обслуживания при выполнении операции/действия в системе ДБО, в том числе с использованием Мобильного приложения, клиент обязуется проконтролировать данные (параметры) совершаемой операции/проводимого действия, зафиксированные в распоряжении/заявлении по продукту/услуге в виде Электронного документа, сформированном клиентом самостоятельно в Системе ДБО и при условии их корректности и согласия клиента с указанными данными (параметрами) совершаемой операции/проводимого действия, подтвердить (подписать) соответствующее распоряжение/заявление по продукту/услуге средством подтверждения.

Таким образом, отразив в заявлении на предоставление комплексного обслуживания в ПАО "ВТБ-Онлайн", согласие на присоединение к Правилам комплексного обслуживания физических лиц, а также иных указанных в заявлении документов, истец по встречному иску выразил согласие с перечисленными в данных документах условиями.

В определенном Правилами ДБО порядке, на основании волеизъявления, выраженного заявителем 25.10.2021, после корректных авторизаций в ВТБ-Онлайн с использованием Passcode путем ввода в ВТБ-Онлайн средства подтверждения (одноразовый код направленный заявителю), между ФИО1 и Банком заключен кредитный договор, в связи с чем денежные средства в определенных договорами объемах зачислены на счет клиента.

Как указывает банк, назначение Passcode произведено при успешной аутентификации клиента в ВТБ-Онлайн с использование действующего идентификатора (логин) и одноразового кода, направленного заявителю.

При этом все действия по заключению кредитного договора и переводу денежных средств на счета третьих лиц со стороны потребителя были совершены путем введения цифровых кодов, направленных банком СМС-сообщениями, тогда как в силу приведенных положений закона, заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий: формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение информации об этих условиях, согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита и т.д.

Такой упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами путем введения цифровых кодов, направленных банком СМС-сообщениями, противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному приведенными выше положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.

В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и согласии с различными условиями договора и т.п. лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику СМС-сообщения с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем однократного введения цифрового СМС-кода.

Из выписки по лицевому счету заемщика также следует, что после получения кредита в течение короткого промежутка времени сумма кредитных средств в размере 99 470 руб. была переведена на счет третьего лица, с которым ФИО1 не знакома.

Банк, несмотря на совершение указанной операции в короткий промежуток времени с момента зачисления суммы кредита на счет ФИО1, подозрительными их не счел, мер направленных на проверку данных обстоятельств не принял. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.

Указанная хронология взаимодействия, в совокупности с последующими действиями ФИО1 по обращению в Банк ВТБ (ПАО), в правоохранительные органы с заявлением по факту совершения мошеннических действий, а также доводы истца об отсутствии воли на оформление кредита и распоряжение кредитными денежными средствами, свидетельствует о том, что ФИО1 не имела намерений и не выражала волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, договор заключен вопреки её воли и интересам третьими лицами, получившими доступ к личным данным истца по встречному иску.

При немедленном перечислении Банком денежных средств третьему лицу их формальное зачисление на открытый в рамках кредитного договора счет с практически одновременным списанием на счет другого лица само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.

Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

В то время как Банк, исходил только из формального соблюдения порядка подписания договора, и не убедился, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица. В рассматриваемом случае риск последствий заключения кредитного договора, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, в том числе, электронной подписью путем введения неперсонифицированного пароля, несет банк, а не лицо, которое не выражало своей воли на заключение договора.

Указанное вытекает из предпринимательских рисков, связанных с деятельностью банка, и возлагает на банк последствия таких рисков, который в своих интересах должен принять меры для предотвращения несанкционированного использования кодов, паролей в качестве аналога собственноручной подписи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг-друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Указанная выше хронология дистанционного взаимодействия истца и Банка в системе ВТБ-Онлайн, давала Банку достаточные основания усомниться в наличии согласия клиента на распоряжение кредитными денежными средствами, учитывая неоднократный запрос перевода денежных средств в короткий период времени на чужие счета.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 года № ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Суд приходит к выводу, что Банк не принял необходимых мер, направленных на блокировку подозрительной операции, учитывая, что денежные средства, в течение непродолжительного периода времени после получения кредита были перечислены на банковский счет, держателем которых ФИО1 не являлась.

При должной степени осмотрительности и предосторожности со стороны Банка, применительно к положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и частями 5 и 5.3 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ "О национальной платежной системе" позволяли оператору по переводу денежных средств, с учетом интересов потребителя и обеспечения безопасности дистанционного предоставления услуг усомниться в наличии согласия клиента на распоряжение денежными средствами путем перевода денежных средств в короткий период времени после получения кредита на счета, держателем которых истец по встречному иску не являлся, и осуществить приостановление операции, с последующим запросом у клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения.

Кроме того, Банк предоставив истцу кредит в сумме 268 987 руб., не получив информации о платежеспособности клиента, оформил названный выше кредитный договор, несмотря на то обстоятельство, что ФИО1 является пенсионером и не имеет высокого дохода.

Принимая во внимание, что установленный механизм совершения операции по расходованию кредитных средств (перевод на чужой счет) свидетельствует о совершении распоряжения от имени ФИО1, денежные средства ФИО1 не получала, после зачисления на счет сумма кредита в короткий период времени перечислена на банковский счет, держателем которых ФИО1 не является, суд приходит к выводу, что доводы Банка о действительности распоряжения о переводе денежных средств за счет кредитования счета, противоречат положениям статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

С учетом изложенного, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

При таких обстоятельствах имеются основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании кредитного договора № недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Поскольку зачисление на расчетный счет ФИО1 кредитных денежных средств при их перечислении в короткий промежуток времени на счет иного лица не может свидетельствовать о получении ФИО1 кредита, тогда как банк имеет требования к ФИО1 относительно денежных средств, полученных по кредиту, то в порядке применения последствий недействительности сделки суд полагает возможным признать задолженность истца перед Банком ВТБ (ПАО) по кредитному договору от 25.10.2021 года отсутствующей.

На основании изложенного с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма в размере 22 440 руб. 05 коп. личных средств последней, списанных в счет погашения задолженности по указанному кредиту.

Доводы представителя Банка ВТБ (ПАО) о пропуске ФИО1 срока исковой давности для оспаривания данной следки подлежат отклонению в силу следующего.

В силу ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пп. 2 и 3 ст. 434 данного кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).

Как следует из материалов дела, заявленные истцом требования о недействительности кредитного договора, основаны как на несоблюдении требования о его письменной форме, поскольку договор истцом подписан не был, так и на том, что волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

О том, что рассматриваемый кредитный договор начал исполняться и ФИО1 должно было стать известно в связи с наложением судебным приставом-исполнителем ареста на её счет, в связи с обращением Банка ВТБ (ПАО) за выдачей судебного приказа и направлением последнего в службу судебных приставов-исполнителей, что следует из ответа прокуратуры Промышленного района г. Смоленска от 05.05.2025 на обращение ФИО1 от 11.04.2025 по вопросу несогласия с действиями Банка ВТБ (ПАО) (л.д. 121-123), поскольку денежных средств по указанному кредитному договору ФИО1 не получала, все имевшиеся денежные средства перевела в счет погашения задолженности в срок до 29.10.2021, за исключением переведенных неустановленным лицом в размере 99 470 руб., по факту чего обратилась в правоохранительные органы и Банк ВТБ (ПАО), добросовестно полагая, что все от неё зависящие действия по урегулированию возникших не по её воле обязательств исполнены 29.10.2021. Встречный иск предъявлен 06.08.2025, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности.

При установленных по делу обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения требований Банка ВТБ (ПАО) о взыскании задолженности по кредитному договору не имеется, при этом встречные исковые требования ФИО1 о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, возврате незаконно списанных денежных средств в размере 22 440 руб. 05 коп., являются обоснованными и подлежат удовлетворению судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Банка ВТБ (ПАО) к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору – отказать.

Встречные исковые требования ФИО1 (СНИЛС №) – удовлетворить частично.

Признать кредитный договор №, заключенный 25.10.2021 между Банком ВТБ (ПАО) (ИНН №) и ФИО1 (СНИЛС №), на общую сумму 268 987 руб., недействительным.

В порядке применения последствий недействительности сделки признать задолженность ФИО1 (СНИЛС №) перед Банком ВТБ (ПАО) (ИНН №) по кредитному договору № от 25.10.2021 отсутствующей, взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ИНН №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) денежные средства в размере 22 440 руб. 05 коп.

В остальной части исковых требований ФИО1 (СНИЛС №) отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г. Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Пилипчук

Мотивированное решение изготовлено 30.01.2026.