Судья Дерябина Т.В. № 2-865/2022

№ 33-3-7430/2023

УИД 26RS0014-01-2022-001600-17

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Ставрополь 14 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе: председательствующего Мясникова А.А.,

судей Загорской О.В., Евтуховой Т.С.,

при секретаре судебного заседания Апариной Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ответчика АО «Почта Банк» - ФИО1 на решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 06.06.2022 по гражданскому делу по иску ФИО2 к АО «Почта Банк» о возмещении убытков, причинённых неисполнением банковского вклада,

заслушав доклад судьи Загорской О.В.,

установила:

ФИО2 (далее – истец, клиент) обратился в суд с иском к АО «Почта Банк» (далее – ответчик, банк, общество), в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу:

1408000 руб. внесенного банковского вклада;

96297 руб. процентов по банковскому вкладу;

1408000 руб. неустойки за нарушение прав потребителя;

200000 руб. компенсации морального вреда;

штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом ко взысканию.

Иск мотивирован тем, что с 2017 ФИО2 является клиентом Изобильненского отделения АО «Почта Банк», где у него открыт сберегательный счёт.

01.11.2019 ФИО2 обратился в отделение банка с целью открытия нового вклада. Сотрудник банка ФИО3 подготовила договор вклада № 48168245 на сумму 1320510 руб. сроком на 367 дней под 6,6 % годовых. По истечении срока вклада – 11.11.2020 при обращении в отделение банка ФИО3 предложила открыть новый вклад и перевести на него денежные средства с предыдущего вклада. ФИО3 вновь подготовила договор вклада от 11.11.2020 на сумму 1408000 руб. сроком на 367 дней под 6,6 % годовых. По окончании срока вклада доход должен был составить 96297 рублей.

23.11.2021 ФИО2, обратившись в отделение банка за выпиской, обнаружил, что остаток по вкладу составляет 1660 руб. Направленная в АО «Почта Банк» претензия о возврате денежных средств оставлена без удовлетворения.

Просил исковые требования удовлетворить.

Решением Изобильненского районного суда Ставропольского края от 06.06.2022 иск удовлетворён частично, судом постановлено:

взыскать с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2:

- 1408000 руб. в счёт возмещении ущерба, причиненного неисполнением банковского вклада;

- 96297 руб. процентов на сумму вклада, определённых договором банковского вклада от 11.11.2020 по ставке 6,6 %;

- 200000 руб. неустойки;

- 50000 руб. компенсации морального вреда;

- 877148,50 руб. штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя;

взыскать с АО «Почта Банк» в доход бюджета Изобильненского городского округа Ставропольского края государственную пошлину в размере 21407,23 руб.;

во взыскании с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2 остальной части заявленной неустойки в размере 1208000 руб. и заявленной компенсации морального вреда в размере 150000 руб. – отказать.

В апелляционной жалобе представитель ответчика АО «Почта Банк» ФИО1 считает решение суда от 06.06.2022 незаконным и необоснованным, судом неверно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, а установленные обстоятельства – не доказаны, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, судом неверно применены нормы материального и процессуального права.

Судом не учтено, что согласно «Стандартам продаж и сервисного обслуживания клиентов АО Почта Банк»» сотрудникам общества категорически запрещается принимать наличные денежные средства от клиентов. К иску не прилагались документы, подтверждающие передачу или зачисление истцом денежных средств на счет договора вклада. Согласно «Условиям открытия и обслуживания сберегательного счета» использование собственноручной подписи, либо ПИН, либо реквизитов карты (дополнительной карты) при проведении операций по карте (дополнительной карте) является для банка подтверждением факта проведения операции клиентом – держателем карты (дополнительной карты).

При проведении спорных операций по счету истца не были нарушены требования об идентификации держателя карты, спорные операции по карте сопровождались введением правильного одноразового пароля и до блокировки карты. Поскольку ПИН-код для совершения операций по банковской карте истца был введен правильно, банк исполнил свои обязательства в полном объеме, что исключает нарушение банком прав истца как потребителя. Спорные операции перевода денежных средств совершены банком на основании распоряжения клиента, идентифицированного должным образом в соответствии с договором и Условиями, с которыми истец был ознакомлен и согласился. На момент операции карта заблокирована не была, поэтому оснований для отказа в проведении операции у банка не имелось. При проведении операций, осуществленных корректно, предполагалось, что распоряжение на снятие денежных средств дано уполномоченным лицом, при этом обязанность сохранять коды доступа и пароли, следить за сохранностью своего имущества, не передавать карту или ее номер третьему лицу, возложена на истца. Держатель карты несет ответственность за все операции с картой, совершенные третьими лицами, до момента оповещения банка в устной или письменной форме о блокировке карты.

Полагает, что основания для возмещения клиенту понесённых им убытков у банка отсутствуют, так как клиент известил банк о факте несанкционированных операций после того, как с карты были совершены указанные операции. Считает, что в этом случае ответственность лежит на клиенте, поскольку согласно Условиям открытия и обслуживания сберегательного счёта, клиент обязан обеспечить недоступность/не сообщать и/или не передавать ПИН, CCV2/CVC2, контрольную информацию, код доступа третьим лицам.

По мнению апеллянта, исковые требования истца являются требованиями о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, поэтому они подлежат рассмотрению в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3 Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», указывает, что на АО «Почта Банк» необоснованно возложена обязанность по возмещению вреда его работником в соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ. Похищая денежные средства, ФИО3 действовала в личных интересах, а не в интересах работодателя, не по заданию работодателя и не в условиях нормального хозяйственного риска.

Также, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», указывает, что в иске отсутствует обоснование суммы, заявленной в счет компенсации морального вреда, не доказан документально характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий.

Просит решение суда от 06.06.2022 отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме, взыскать с истца государственную пошлину, оплаченную ответчиком при обращении в суд в размере 3000 рублей.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО2 просит оставить решение суда от 06.06.2022 без изменения.

Истец ФИО2, представитель ответчика АО «Почта Банк», надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания, в том числе путём размещения информации на официальном сайте краевого суда в сети Интернет, участия в нём не принимали, об уважительности причин неявки суд не уведомили, ходатайств об отложении судебного заседания либо заявлений о рассмотрении апелляционной жалобы ответчика в своё отсутствие не подавали.

Третье лицо ФИО3 извещалась судом апелляционной инстанции по месту своего содержания в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Ставропольскому краю, ходатайств об отложении судебного заседания либо заявлений о рассмотрении апелляционной жалобы ответчика в своё отсутствие также не подавала.

Судебная коллегия, руководствуясь ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ст. ст. 117, 167, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, оценив представленные доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ст. 196 ГПК РФ).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Статьей 433 ГК РФ предусмотрено, что договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224).

В соответствии со ст. 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Договор банковского вклада является реальным договором, то есть он считается заключенным с момента внесения вкладчиком денежных средств во вклад, поскольку обязательства банка возвратить сумму вклада с начисленными процентами возникают у банка только после внесения вкладчиком денежных средств на депозитный счет, открытый на его имя в банке или иной кредитной организации (ст. 224, п. 1 ст. 834 ГК РФ)

Согласно ст. 836 ГК РФ договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме. Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями. Несоблюдение письменной формы договора банковского вклада влечет недействительность этого договора.

Согласно ст. 837 ГК РФ договор банковского вклада заключается на условиях выдачи вклада по первому требованию (вклад до востребования) либо на условиях возврата вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад). Договором может быть предусмотрено внесение вкладов на иных условиях их возврата, не противоречащих закону. По договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором. Условие договора об отказе гражданина от права на получение вклада по первому требованию ничтожно.

На основании п. 4 ст. 840 ГК РФ при невыполнении банком предусмотренных законом или договором банковского вклада обязанностей по обеспечению возврата вклада, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий вкладчик вправе потребовать от банка немедленного возврата суммы вклада, уплаты на нее процентов в размере, определяемом в соответствии с п. 1 ст. 809 настоящего Кодекса, и возмещения причиненных убытков.

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (гл. 45), если иное не предусмотрено правилами гл. 44 ГК РФ или не вытекает из существа договора банковского вклада (п. 3 ст. 834 ГК РФ).

В силу ст. 856 ГК РФ в случаях несвоевременного зачисления на счет поступивших клиенту денежных средств либо их необоснованного списания банком со счета, а также невыполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, предусмотренных ст. 395 данного кодекса.

Применение положений ст. 856 ГК РФ к договору банковского вклада обусловлено как п. 3 ст. 834 ГК РФ, так и тем, что заключение такого договора оформляется открытием клиенту депозитного счета, являющегося разновидностью банковского счета.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено и из исследуемых материалов дела усматривается следующее.

11.11.2020 ФИО2 обратился в клиентский центр АО «Почта Банк», расположенный по адресу: <...>, где ранее у него был открыт сберегательный счет, с целью открытия нового денежного вклада.ФИО2 собственноручно подписано заявление об открытии вклада, согласно которому он выразил согласие на заключение договора банковского вклада (срочный вклад) от11.11.2020 №48168245 на условиях, указанных в заявлении, а именно: на сумму 1408000 руб. по ставке 6,6 % годовых, сроком на 367 дней, а также об открытии и обслуживании счёта вклада. При этом, в заявлении был указан счёт вклада№ 42306810300111177561для зачисления денежных средств по договору вклада. Данное заявление было удостоверено подписью сотрудника БанкаФИО3, выдана распечатка с реквизитами для пополнения вклада (л.д. 18-19).

По окончании срока вклада доход должен был составить 96297 руб.

23.11.2021 при обращении в клиентский центр АО «Почта Банк» истцу была выдана выписка по сберегательному счёту№ 40817810000472342253 по договору№24944768 от 19.10.2017 с остатком денежных средств1660 руб. (л.д. 20).

Истец обратился в полицию с заявлением о привлеченииФИО3 к уголовной ответственности, зарегистрированным 07.12.2021 в КУСП ГУ МВД России за № 11041 и заявлением, зарегистрированным 13.12.2021 в КУСП ОМВД России по Изобильненскому городскому округу за № 9897, было возбуждено уголовное дело № 12201070035290005 в отношенииФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по которому истец признан потерпевшим. Общий ущерб, согласно постановлению о признании его потерпевшим, причинённогоФИО3, как работником АО «Почта Банк», составил 1408000 руб. (л.д. 24-36).

23.11.2021 ФИО2 направил в адрес Банка досудебную претензию о возмещении ущерба (л.д. 38), которая АО «Почта Банк» оставлена без удовлетворения.

Посчитав свои права нарушенными, истец обратился в суд.

Оценив фактические обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, руководствуясь положениями ст. ст. 224, 333, 834, 836, 837, 840, 1101 ГК РФ, ст.ст. 103 ГПК РФ, Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд первой инстанции установил, что банк нарушил права истца как потребителя финансовой услуги, отказав ему в выдаче денежных средств по вкладу, и, исходя из того, что доказательств надлежащего исполнения обязательств по договору банковского вклада ответчиком не представлено, пришёл к выводу о необходимости частичного удовлетворения исковых требований, постановил вышеуказанное решение.

Проверяя законность решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, соглашается с выводом суда первой инстанции, обоснованного положениями главы 44 ГК РФ, Закона о защите прав потребителей, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», о том, что договор банковского вклада между истцом и ответчиком является заключенным, а также считает необходимым указать следующее.

Положения п. 1 ст. 836 ГК РФ являлись предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации в постановлении от 27.10.2015 N 28-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, Г., Г., К.С., С.А., ФИО5», согласно которому федеральный законодатель, давая нормативную дефиницию договора банковского вклада в ст. 834 ГК РФ, указал на наличие двух последовательных юридических фактов, необходимых для совершения договора, - заключение в письменной форме соглашения между банком и вкладчиком и фактическую передачу банку конкретной денежной суммы, зачисляемой на счет вкладчика, открытый ему в банке.

Таким образом, договор банковского вклада считается заключенным с момента, когда банком были получены конкретные денежные суммы; соответственно, право требования вклада, принадлежащее вкладчику, и корреспондирующая ему обязанность банка по возврату вклада возникают лишь в случае внесения средств вкладчиком.

Исходя из того, что п. 1 ст. 836 ГК РФ допускает подтверждение соблюдения письменной формы договора банковского вклада выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, установленным банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.

В подтверждение факта внесения вклада, по буквальному смыслу абз. 2 п. 1 ст. 836 ГК РФ, допускается и иными, помимо сберегательной книжки, сберегательного или депозитного сертификатов, документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в банковской практике, к числу которых может, в частности, относиться приходный кассовый ордер, который по форме отвечает требованиям, утвержденным нормативными актами Банка России (п. 3). То есть перечень документов, которые могут удостоверять факт заключения договора банковского вклада, не является исчерпывающим, внесение денежных средств на счет банка гражданином-вкладчиком, действующим при заключении договора банковского вклада разумно и добросовестно, может доказываться любыми выданными ему банком документами (п. 3.1).

При этом несение неблагоприятных последствий несоблюдения требований к форме договора банковского вклада и процедуры его заключения возлагается на банк, поскольку как составление проекта такого договора, так и оформление принятия денежных средств от гражданина во вклад осуществляются именно банком, который, будучи коммерческой организацией, самостоятельно, на свой риск занимается предпринимательской деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли (абз. 3 п. 1 ст. 2 и ст. 50 ГК РФ), обладает специальной правоспособностью и является - в отличие от гражданина-вкладчика, не знакомого с банковскими правилами и обычаями делового оборота, - профессионалом в банковской сфере, требующей специальных познаний.

В частности, если из обстоятельств дела следует, что договор банковского вклада, одной из сторон которого является гражданин, был заключен от имени банка неуполномоченным лицом, необходимо учитывать, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует (абз. 2 п. 1 ст. 182 ГК РФ). Например, когда договор оформляется в кабинете руководителя подразделения банка, то у гражданина имеются основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени банка, наделено соответствующими полномочиями. Подобная ситуация имеет место и в случае, когда договор банковского вклада заключается уполномоченным работником банка, но вопреки интересам своего работодателя, то есть без зачисления на счет по вкладу поступившей от гражданина-вкладчика денежной суммы, притом что для самого гражданина из сложившейся обстановки определенно явствует, что этот работник действует от имени и в интересах банка.

Данная правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 N 28-П, нашла отражение в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2023 N 21-КГ23-4-К5.

В рассматриваемом случае из обстановки явствовало наличие у ФИО3 полномочий на заключение с истцом договора вклада и на получение от него денежных средств, на подписание и выдачу документов от имени и в интересах банка, основания сомневаться в этом у истца отсутствовали.

Поскольку материалами дела подтверждается, что ФИО2 действительно вносил денежные средства в АО «Почта Банк», сотрудником банка ему выдавались документы об открытии вкладов, вывод суда о заключении между истцом и ответчиком договора банковского вклада является обоснованным.

Из заключенного между сторонами договора у истца возникло право требовать внесенные денежные средства и начисленные проценты, у банка - обязанность по выплате той же суммы.

Банк свою обязанность не исполнил, установленный факт совершения мошенничества сотрудником банковского учреждения не имеет юридического значения для квалификации правоотношений сторон по настоящему спору и не освобождает банк от обязанности возвратить внесенные деньги и выплатить проценты.

Установив, что ответчик не выполнил свои обязательства и не вернул истцу своевременно суммы, предусмотренные договорами вкладов, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии предусмотренных законом оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу истца в счет возмещения материального ущерба 1408000 руб., внесенных по договору, а также 96297 руб. процентов на сумму вклада, определённых договором банковского вклада от 11.11.2020 по ставке 6,6 %, поскольку правильно установлен факт нарушения прав истца вследствие хищения денежных средств сотрудником банка, а согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Пункт 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей предусматривает, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, основанием для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда и штрафа является сам факт нарушения прав потребителей.

По настоящему делу удовлетворяя требования иска о взыскании принадлежащих вкладчику денежных сумм, судом первой инстанции верно установлен факт нарушения правистца как потребителя финансовой услуги, вследствие отказа в выдаче денежных средств по вкладу с его счета.

В связи с изложенным, при наличии оснований для удовлетворения требований истца о защите его нарушенного права, как потребителя финансовой услуги, взыскание с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. и штрафа соответствует закону.

По данному делу судом первой инстанции на основании представленных доказательств, оценка которым дана по правилам ст. 67 ГПК РФ, правильно установлен факт нарушения прав истца как потребителя вследствие похищения денежных средств работником банка, что по существу в апелляционной жалобе не опровергнуто.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что взыскание судом первой инстанции неустойки за отказ о возврате банкового вклада, предусмотренной ст. ст. 22, 23 Закона о защите прав потребителей, является ошибочным исходя из следующего.

Согласно ст. 39 Закона о защите прав потребителей в случаях, когда договоры об оказании отдельных видов услуг по своему характеру не подпадают под действие гл. III Закона РФ «О защите прав потребителей», регулирующей отношения при выполнении работ (оказании услуг), применяются правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами, регулирующими отношения по договорам об оказании таких услуг. К таким договорам, в частности, относится договор банковского вклада, а также договор страхования (абз. 2 раздела II Разъяснений «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, в соответствии с п. 2 ст. 834 ГК РФ признается публичным договором. Это возмездный договор, содержание которого - оказание банком услуги вкладчику. Следовательно, отношения, вытекающие из договора банковского вклада с участием гражданина, регулируются Законом о защите прав потребителей (абз. 3 раздела II Разъяснений «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Вместе с тем отношения, возникающие между банком и его клиентами (вкладчиками) по внесению ими в банк денежных сумм (вкладов), их возврату и выплате процентов по ним, а также правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по указанному договору регламентируются главой 44 ГК РФ «Банковский вклад» и специализированным законодательством Российской Федерации.

С учетом изложенного и положений ст. 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, вытекающим из договора банковского вклада с участием гражданина, должны применяться общие правила Закона о защите прав потребителей - о праве граждан на предоставление информации, возмещение морального вреда, альтернативную подсудность и освобождение от уплаты государственной пошлины. Правовые же последствия нарушений условий таких договоров определяются ГК РФ и специальным банковским законодательством (абз. 4 раздела II Разъяснений «О некоторых вопросах, связанных с применением Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

Глава 44 ГК РФ, регулирующая отношения, связанные с договором банковского вклада, не предусматривает ответственности в виде неустойки за неисполнение обязательств по нему, установленной Законом о защите прав потребителей, что также свидетельствует о том, что действие данного Закона на эти правоотношения не распространяется.

Из разъяснений, изложенных в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, применение законодательных норм судом первой инстанции при разрешении требований в части взыскания неустойки за отказ в возврате банковского вклада является ошибочным, поскольку положения главы III Закона о защите прав потребителей при рассмотрении данного спора неприменимы ввиду наличия специальных норм, регулирующих правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору банковского вклада, в связи с чем оснований для взыскания в пользу истца неустойки, установленной ст. ст. 22, 23 п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, не имелось.

Данная правовая позиция отражена в п. 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017).

Аналогичная правовая позиция нашла отражение в судебной практике Пятого кассационного суда общей юрисдикции (определения от 10.08.2023 № 88-7136/2023, от 15.08.2023 № 88-7852/2023).

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда в части разрешения требований истца о взыскания с ответчика неустойки подлежит отмене с принятием в отмененной части нового решения об отказе в удовлетворении указанного требования.

Руководствуясь положениями п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, учитывая положения п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд обоснованно пришел к выводу о взыскал с ответчика в пользу истца штраф в размере 50 %. Вместе с тем, поскольку решение суда в части взыскания неустойки подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении данного требования, то подлежит изменению решение суда в части размера взысканного штрафа, который в этом случае составит 777148,50 руб. (1408000+96297+50000*50%).

Судебная коллегия оснований к снижению штрафа с применением ст. 333 ГК РФ, не усматривает, поскольку стороной ответчика в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, свидетельствующих о чрезмерной завышенности взыскиваемой суммы штрафа, а также о добровольном удовлетворении исковых требований до вынесения судебного решения по делу. Взыскание штрафа в меньшем размере будет противоречить правовым принципам обеспечения восстановления нарушенного права, а так же вышеуказанным требованиям норм материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Учитывая, что истец на основании подп. 2 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождён от уплаты государственной пошлины, суд первой инстанции взыскал с ответчика в доход бюджета Изобильненского городского округа Ставропольского края государственную пошлину в размере 21407,23руб.

С учетом изменения решения суда в части неустойки и штрафа, судебная коллегия полагает необходимым снизить размер взыскиваемой государственной пошлины до 15722,98руб.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции о взыскании денежных средств в размере 1408000 руб., процентов в размере 96297 руб., компенсации морального вреда и штрафа, поскольку они сделаны с учётом представленных сторонами доказательств, оцененных судом по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Все доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что исковые требования ФИО2 являются требованиями о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением и должны быть рассмотрены в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО3, судебной коллегией не принимаются во внимание, поскольку с учётом позиции пунктов 3.1, 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27.10.2015 № 28-П, разумность и добросовестность действий вкладчика (в том числе применительно к оценке предлагаемых условий банковского вклада) при заключении договора и передаче денег банку не опровергнуты, ответчиком в судебное заседание не представлено доказательств того, что истец выдавал распоряжение на снятие денежных средств и закрытие вклада и в таких случаях бремя негативных последствий должен нести банк, в частности создавший условия для неправомерного поведения своего работника или предоставивший неправомочному лицу, несмотря на повышенные требования к экономической безопасности банковской деятельности, доступ в служебные помещения банка, не осуществивший должный контроль за действиями своих работников или наделивший полномочиями лицо, которое воспользовалось положением работника банка в личных целях, без надлежащей проверки.

При этом, судебная коллегия с учётом вышеизложенного полагает, что решение суда в части требований истца о взыскания неустойки подлежит отмене, в части взысканного штрафа и государственной пошлины – изменению, а апелляционная жалоба подлежит частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 327-1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 06.06.2022 в части взыскания с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2 неустойки в размере 200000 руб. и отказа во взыскании неустойки в размере 1208000 руб. – отменить и принять в отменённой части новое решение: в удовлетворении искового требования о взыскании с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2 неустойки в размере 1408000 руб. – отказать.

Это же решение суда в части взыскания с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2 штрафа в размере 50 % от присуждённой суммы заявленных требований в размере 877148,50 руб. изменить, снизив размер взыскиваемого с АО «Почта Банк» в пользу ФИО2 штрафа с 877148,50 руб. до 777148,50 руб.

Это же решение суда в части взыскания с АО «Почта Банк» в доход бюджета Изобильненского городского округа Ставропольского края государственной пошлины в размере 21407,23 руб. изменить, снизив размер взыскиваемой АО «Почта Банк» в доход бюджета Изобильненского городского округа Ставропольского края государственной пошлины с 21407,23 руб. до 15722,98 руб.

Это же решение суда в остальной части оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ответчика АО «Почта Банк» в лице представителя по доверенности ФИО1 удовлетворить частично.

Мотивировочная часть апелляционного определения изготовлена 19.09.2023

Председательствующий:

Судьи: