Дело № <данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 января 2023 года <адрес>

Володарский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Кочневой А.С.

при секретаре ФИО7

с участием истца ФИО1, представителей адвоката ФИО8, ФИО9, действующего в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3 к ФИО2,, Управлению Росреестра по <адрес> о признании ничтожной сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительным согласия,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ. ему стало известно, что жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> перешли в собственность от ФИО4 к ФИО2,. Основанием для регистрации перехода права собственности являлся договор дарения земельного участка с жилым домом от ДД.ММ.ГГГГ., заключенный между ФИО4, и ФИО2, Поскольку его родители не имели планов на отчуждение имущества в пользу его сестры ФИО2,, у него имеются веские основания полагать, что отчуждение было произведено не вполне законным способом, а именно, что ФИО2, расписалась в договоре вместо матери ФИО1 Также он полагает, что его отец ФИО3 не расписывался в реестре нотариальных действий нотариуса по <адрес> ФИО5, за ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1 просил признать ничтожную сделку – договор дарения земельного участка с жилым домом от ДД.ММ.ГГГГ. по адресу: <адрес> недействительной; прекратить право собственности ФИО2, на домовладение, расположенное по адресу: <адрес>; признать право собственности ФИО3 на домовладение, расположенное по адресу: <адрес> размере 5/8 долей; признать право собственности ФИО1 ФИО2, и ФИО6 на домовладение, расположенное по адресу: <адрес> каждого в размере 1/8 доли.

В ходе рассмотрения дела ФИО3, от имени которого действует ФИО1, заявил ходатайство о вступлении в дело в качестве соистца.

Исковые требование были изменены, в связи с тем, что ответчик ФИО2, и третье лицо ФИО6 не вступали в права наследования после смерти ФИО4,, истцы просили признать недействительным договор дарения земельного участка с жилым домом, расположенным по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, применить последствия недействительности ничтожной сделки: прекратить право собственности ФИО2,, признать право собственности на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес> за ФИО3 на ? доли в праве общей долевой собственности, полагая, что ? доли принадлежит ФИО3 как пережившему супругу, ? как наследнику после смерти ФИО4,, и за ФИО1 признать право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности как за наследником по закону.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела было заявлено требование о признании недействительным согласия ФИО3 на дарение спорного земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству стороны истца к участию в деле в качестве соответчика привлечено Управление Росреестра по <адрес>.

В качестве оснований для признания сделки недействительной истцы ссылаются на положения ст.177 ГК РФ, указывая, что согласие на дарение ФИО3 дано под влиянием обмана, поскольку ФИО3 не понимал значение своих действий, при этом ссылаются на заключение судебной экспертизы при рассмотрении гражданского дела № по иску ФИО3 к ФИО2, о признании сделки недействительной, согласно которого подпись в согласии на дарение выполнена ФИО3 под влиянием «сбивающего» фактора, в необычных условиях и необычном психо-физическом состоянии.

Кроме того, истцы полагают, что ФИО4, подписала договор дарения также под влиянием обмана, в силу возраста и состояния здоровья не понимала значение договора дарения, договор дарения нотариально не удостоверялся, не имеется доказательств того, что договор был прочитан ФИО4, вслух, разъяснены его суть и последствия, фактической передачи дома и земельного участка ФИО2, не было.

Истцы также ссылаются на положения ч.1 ст.170 ГК РФ, указывая, что сделка является мнимой, совершена лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, поскольку дом и земельный участок новому собственнику не передавались, коммунальные услуги оплачивали прежние собственники, несли бремя содержания имущества, вели необходимые работы, связанные с содержанием дома, лицевые счета на нового собственника не оформлялись.

В обоснование притворности сделки, ч.2 ст.170 ГК РФ, истцы ссылаются на то, что сделка совершена для прикрытия иной сделки, а именно раздела наследства после смерти родителей без составления завещания на детей.

Кроме того, истцы указывают, что договор дарения был заключен без согласия супруга, поскольку согласие было оформлено после заключения сделки. Также указано, что в расписках сотрудника Управления Росреестра о приеме от ФИО4, документов, не указано о приеме нотариального документа – согласия супруга на дарение дома и земельного участка.

Истцы указывают, что договор дарения относится к сделкам, подлежащим обязательной государственной регистрации, ссылаясь на заключение судебной экспертизы, в соответствии с которой подписи в заявлениях о проведении государственной регистрации договора дарения и перехода права собственности на дом и земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ поданные в Главное Управление Росреестра от имени ФИО4,, сделаны не ей самой, а другим лицом, истцы полагают, что отсутствие волеизъявления собственника на регистрацию перехода права собственности свидетельствует о том, что такая регистрация не состоялась.

Кроме того, истцы утверждают, что в Реестре нотариальных действий, при оформлении согласия на дарение, подпись выполнена не ФИО3, что свидетельствует об отсутствии намерения выдать супруге согласие на дарение нажитого в период брака имущества.

Истец ФИО1, действующий в своих интересах и в интересах истца ФИО3, по доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал и просил удовлетворить, указывая на то, что ФИО2, дает противоречивые показания об обстоятельствах оформления договора дарения и дачи согласия ФИО3 Также указывает, что ответчица ФИО2, и третье лицо ФИО6 не заботятся об отце, не ухаживают, не принимают участие в расходах на содержание отца, вследствие их действий отец не может пользоваться домом, собственник отказывается устанавливать подъемник, поскольку отец является инвалидом-колясочником, подъемник необходим. ФИО1 также указал на отсутствие согласия на дарение при подаче документов ГУ ФРС по <адрес>, на отсутствие подписей в заявлениях от имени дарителя ФИО4,, на фальсификацию Реестра нотариальных действий, утверждая, что ФИО3 не расписывался в реестрах, считает, что нотариус ФИО5, является заинтересованным лицом. Кроме того, истец считает сделку мнимой и притворной, по обстоятельствам, изложенным в письменных объяснениях. Указал, что родители продолжали проживать в доме, ремонтировать и обслуживать дом за счет личных средств без согласования с новым собственником. ФИО2, домом не пользовалась и не пользуется до сих пор. Также считает, что родители не понимали значение своих действий при оформлении согласия и договора дарения. ФИО1 поддержал письменные пояснения, представленные в материалы дела.

Представители истца ФИО1 адвокат ФИО8 и ФИО9, изложив позицию истца, также настаивали на удовлетворении исковых требований.

Ответчик ФИО2, с иском не согласилась, указав, что договор дарения мамой ФИО4, был подписан лично, папа ФИО3 также лично оформлял согласие на дарение, договор дарения был исполнен, зарегистрирован в ФРС по <адрес>, она самостоятельно оплачивала налоги за дом и земельный участок, в соответствии с договором папа постоянно проживал в доме, они с сестрой ФИО6 ему помогали, в удовлетворении иска просила отказать.

Представитель ответчика Управление Росреестра по <адрес> в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, возражений по иску не представлено.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями ст.ст.55, 59, 60 ГПК РФ, установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

Статьёй 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей определены ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с указанной нормой закона, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации к способам защиты гражданских прав относится признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подарила жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, принадлежащих дарителю на основании Договора реестровый №, удостоверенного <адрес> государственной нотариальной конторой <адрес> ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрированного в БТИ <адрес>, Свидетельства о праве собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ, своей дочери ФИО2, На момент заключения договора дарения ФИО4 и истец ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, при этом ДД.ММ.ГГГГ от супруга ФИО3 было получено нотариальное согласие на дарение указанного жилого дома и земельного участка. Настоящее согласие было удостоверено нотариусом <адрес> ФИО5,

Право собственности ФИО2, зарегистрировано в органах государственной регистрации ДД.ММ.ГГГГ рег.№, №.

ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

На основании положений статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

По смыслу статей 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. При этом, на ее совершение необходимо выражение согласованной воли ее сторон.

Таким образом, из анализа указанных положений в их системном толковании следует, что сделка является действительной, когда воля сторон сделок является согласованной и соответствует их волеизъявлению.

В соответствии с ч.2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия.

Согласно ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п.1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Следовательно, для дарителя последствием совершения сделки дарения является прекращение права собственности на принадлежащее ему имущество безвозмездного предоставления взамен.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В обоснование исковых требований истец ссылается на положения ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая, что ФИО4 подписала договор дарения, не понимая значение договора дарения, в силу возраста и состояния здоровья, договор дарения нотариально не удостоверялся вслух прочитан не был, его суть и последствия не были разъяснены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В обоснование требований истцом представлена выписка из медицинской карты амбулаторного, стационарного больного, в соответствии с которой у ФИО4, были диагностированы заболевания: в ДД.ММ.ГГГГ году церебральный атеросклероз, в ДД.ММ.ГГГГ атеросклероз, в ДД.ММ.ГГГГ дисциркуляторная энцефалопатия, в ДД.ММ.ГГГГ ангиопатия сетчатки, катаракта и другие, кроме того ФИО4, в ДД.ММ.ГГГГ году была установлена вторая группа инвалидности. Вместе с тем, истцом не представлено доказательств того, что ФИО4, страдала какими-либо психическими заболеваниями, к врачу психиатру не обращалась, на учете не состояла, по вышеуказанным, впервые диагностированным заболеваниям, повторных обращений не было. Ходатайств о назначении судебно-психиатрической экспертизы истцом не заявлялось. Также не представлено доказательств, что ФИО4, не могла прочитать текст договора, имела плохое зрение.

Принимая во внимание вышеизложнное, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований о признании недействительным договора дарения, заключенного между ФИО4, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ по основанию, предусмотренному ч.1 ст.177 ГК РФ, поскольку стороной истца не представлено в материалы дела достаточных доказательств о том, что на момент заключения договора дарения ФИО4, не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со ст. 163 ГК РФ, нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе, в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.

Вопреки доводам истца закон не предусматривает обязательного заключения договора дарения в нотариальной форме.

Истец также ссылается на то, что ФИО4, подписала договор дарения под влиянием обмана, полагая, что подписывает какой-либо другой договор.

Согласно ч.2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как следует из заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России, подпись в договоре дарения принадлежит ФИО4, Каких-либо доказательств в подтверждение того, что действительная воля дарителя не была направлена на дарение, истцом не представлено, обстоятельств применения обмана в отношении дарителя, со стороны ответчика, применительно к ч.2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено, предположение истца, таковым не является.

Сторона истца также ссылается на мнимость сделки, поскольку фактической передачи дома и земельного участка не было.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием письменно выраженного волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей. Поскольку мнимая сделка совершается лишь для вида, одним из показателей ее мнимости служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой.

Ответчик не оспаривала тот факт, что не имела намерений проживать в спорном доме, договором дарения сохранено право пользования за ФИО3 Ответчик распорядилась имуществом путем предоставления жилого дома для проживания своему отцу ФИО3

Исходя из положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что мнимость должна исходить из волеизъявления обеих сторон. В данном случае ФИО2, отрицает, что намерения на дарение со стороны ее матери не было.

В материалах дела также имеются копии чеков о том, что ответчик производит налоговые платежи. Представленные ФИО1 квитанции об оплате коммунальных услуг по адресу спорного жилого дома, не свидетельствуют о мнимости сделки. Более того, ФИО1 ссылается на то, что именно он помогает отцу. При этом, данный факт не имеет правового значения для оспаривания сделки дарения.

С учетом изложенного, факт мнимости сделки истцом не доказан.

Доводы ФИО1 о том, что договор дарения является притворной сделкой, поскольку дарение предполагало встречное обязательство одаряемого, а именно после смерти родителей разделить наследство, продать дом и земельный участок, а денежные средства поделить между наследниками, судом отклоняются, поскольку ФИО2, приняла в дар, вступив в права собственника указанного недвижимого имущества, договор дарения не предусматривает никаких встречных обязательств.

Тот факт, что договор дарения датирован ДД.ММ.ГГГГ, а нотариальное согласие супруга на дарение датировано ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку не опровергает факта наличия такого согласия.

Расписки сотрудника Управления Росреестра о приеме документов на регистрацию также не свидетельствует об отсутствии согласия ФИО3 на дарение.

Решением Володарского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску ФИО3 к ФИО2, о признании сделки недействительной, прекращении права собственности, признании права собственности, было установлено, на основании судебной экспертизы, что согласие на дарение было подписано самим ФИО3, при этом экспертом исследовался оригинал данного согласия.

По указанным основаниям, отвергаются доводы истца о том, что ФИО3 не расписывался в Реестре нотариальных действий при оформлении согласия на дарение, что, по мнению истца, свидетельствует об отсутствии намерения выдать супруге согласие на дарение нажитого в браке имущества. Доказательств того, что согласие было получено путем обмана, в материалы дела не представлено. Как и не представлено доказательств незаконных действий нотариуса в отношении оспариваемого согласия.

ФИО1, представляя интересы ФИО3, на основании нотариально оформленной доверенности, согласно которой ФИО3 подтвердил, что является полностью дееспособным, способен понимать значение своих действий и руководить ими, указывает, что в момент подписания согласия, ФИО3 не понимал значения своих действий, ссылаясь на заключение судебной экспертизы по делу №, из которой следует, что подпись в согласии на дарение была выполнена ФИО3 под влиянием «сбивающего» фактора, в необычных условиях и необычном психо-физическом состоянии.

Тот факт, что в ходе экспертизы было установлено наличие "сбивающего" фактора, не свидетельствует о непонимании своих действий, при написании согласия. В числе «сбивающих» факторов, экспертом указано естественное старение организма в совокупности с возможно непревычными условиями письма. Доказательств того, что ФИО3 в момент подписания согласия имел какие-либо психические заболевания, суду не представлено, ходатайств о назначении судебно-психиатрической экспертизы, не заявлено.

Доводы иска о том, что договор дарения является недействительным ввиду того, что в заявлениях на регистрацию подпись принадлежит не ФИО4,, судом отклоняются ввиду следующего.

По ходатайству стороны истца судом назначена судебная почерковедческая экспертиза на предмет принадлежности подписи ФИО10 в договоре дарения и в документах, оформленных при регистрации договора дарения в ГУ ФРС по <адрес>.

Согласно заключения судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России, подписи от имени ФИО4,, расположенные в заявлениях в Главное Управление Федеральной службы по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ГУ ФРС по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. и расписках при регистрации спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены не самой ФИО4, а другим лицом с подражанием какой-то подлинной подписи ФИО4.

Истец, ссылаясь на данное обстоятельство, полагает недействительным договор дарения.

Согласно п. 1 ст. 165 ГК РФ несоблюдение нотариальной формы, а в случаях, установленных законом, - требования о государственной регистрации сделки влечет ее недействительность. Такая сделка считается ничтожной.

Таким образом, возможность признания недействительности сделки в случае невыполнения требования о государственной регистрации сделки должна устанавливаться законом.

Статья 574 ГК РФ (в редакции, действующей на момент заключения договора) предусматривает требования к форме договора дарения и последствия ее несоблюдения.

Согласно пункту 3 указанной статьи договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Поскольку вышеприведенной нормой ГК РФ не предусмотрена недействительность договора дарения недвижимого имущества в случае несоблюдения требований о подписании технических документов, связанных с подачей оспариваемого договора на государственную регистрацию, поэтому правовых оснований полагать, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным по признакам ст. 168 ГК РФ, у суда не имеется, так как указанное, не доказывает то, что оспариваемая сделка нарушает требования закона или иного правового акта.

На основании изложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

ФИО1, ФИО3 в удовлетворении исковых требований о признании ничтожной сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительным согласия, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Нижегородский областной суд через Володарский районный суд <адрес>.

Судья <данные изъяты> А.С.Кочнева

<данные изъяты>