Решение по делу № 2-137/2022 от 02.11.2022 - о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, самостоятельным требованиям администрации г. Томска к <ФИО> о признании имущества выморочным.

№ 2-137/2022 (2-2287/2021)

УИД 70RS0002-01-2021-005610-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 ноября 2022 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Перминова И.В.,

при секретаре Зависинском В.А.,

помощнике судьи Пастуховой М.И.,

с участием представителя истца ФИО2 ФИО3, представителя третьего лица администрации г. Томска ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, самостоятельным требованиям администрации г. Томска к ФИО5 о признании имущества выморочным,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО5, в котором с учетом увеличения исковых требований просит признать недействительным (ничтожным) договор дарения от 24.12.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО5 в отношении 1/2 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, применить последствия недействительности сделки в виде возврата переданного по договору дарения от 24.12.2018 имущества в наследственную массу ФИО6

В обоснование заявленных требований указала, что она является собственником 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>. Собственником другой 1/2 доли в праве собственности на указанную квартиру являлся ФИО6 Решением Ленинского районного суда г. Томска от 17.06.2019 исковые требования ФИО2 к ФИО6 и ФИО7 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением удовлетворены, на ФИО7, ФИО6 возложена обязанность не чинить препятствий ФИО2 в доступе и пользовании квартирой по адресу: <адрес обезличен>, передав ключ от входной двери на лестничную площадку, на которой расположена квартира <адрес обезличен>; на ФИО6 возложена обязанность передать ФИО2 экземпляр ключей от данной квартиры. В марте 2019 года в ходе телефонного разговора К.Е.ВА. сообщила, что ключи от квартиры находятся у нее, в конце декабря 2018 года между ней и ФИО6 заключен договор дарения принадлежащей ему доли в квартире, которую она готова продать за 500000 руб. В сентябре 2019 года на основании договора дарения доли квартиры, удостоверенной 24.12.2018 нотариусом г. Томска ФИО8, произведена государственная регистрация смены собственника принадлежащей ФИО6 доли в квартире, новым собственником указана К.Е.АБ. 11.11.2019 ФИО9 направила в адрес ФИО2 нотариально заверенное уведомление о продаже своей доли за 680000 руб., а затем установила цену в размере 750000 руб. Считает, что ФИО6 произведено возмездное отчуждение принадлежащей ему доле в квартире в обход требований ст. 250 ГК РФ о преимущественном праве истца на приобретение указанной доли, чем нарушил права последней. Также ссылается на то, что ФИО6 вел асоциальный и бродяжнический образ жизни, злоупотреблял алкоголем, в связи с чем, предположительно, страдал психическим расстройством. Кроме того, спорная квартира отнесена к объекту культурного наследия Томской области, в связи с чем в договоре дарения должны быть прописаны положения, возлагающие на одаряемого обязанности по принятию мер, направленных на сохранение данного объекта.

Третье лицо администрация г. Томска обратилась в суд с самостоятельными требованиями относительно предмета спора, в которых просила признать выморочным имуществом 1/2 доли в праве собственности в объекте недвижимого имущества по адресу: <адрес обезличен>.

В обоснование указала, что поскольку приказом Департамента по культуре и туризму Томской области от 29.03.2013 № 109/01-09 «О включении в список выявленных объектов культурного наследия зданий и сооружений, расположенных на территории Томской области» в список выявленных объектов культурного наследия включен «Жилой дом, кон. XIX в.», расположенный по адресу: <адрес обезличен>, администрация г. Томска заинтересована в признании выморочным имуществом доли в праве собственности в объекте недвижимого имущества по адресу: <адрес обезличен>, для дальнейшего принятия в муниципальную собственность. Отсутствие фактического владельца на 1/2 доли в праве собственности на указанную квартиру, являющуюся объектом культурного наследия, не позволяет осуществлять меры по сохранению данного объекта.

Определением Ленинского районного суда г. Томска от 02.11.2022 производство по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО5, ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки в части требований к ФИО6 прекращено.

Истец ФИО2, надлежащим образом извещена о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении дела не просила.

Представитель истца ФИО2 ФИО3, действующий на основании доверенности от 11.11.2021 серии 70 АА № 1614780 сроком на 20 лет, в судебном заседании исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что сделка между ФИО6 и ФИО5 являлась возмездной, поскольку ФИО2 предлагала ФИО6 приобрети принадлежащую ему 1/2 доли в спорной квартире, но ФИО6 отказался, тогда как дарение ФИО6 1/2 доли в квартире при отсутствии у него иного места жительства экономически не выгодно для последнего, что в свою очередь свидетельствует о притворности сделки. Однако доказательств получения ФИО6 денежных средств от ФИО5 или от ее матери ФИО9 не имеется. Считает, что оспариваемая сделка ничтожна, поскольку не содержит предусмотренных Федеральным законом от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» условий, возлагающих на одаряемого обязанности по соблюдению требований к сохранению выявленного объекта культурного наследия, тогда как дом по адресу: <адрес обезличен> выявлен Комитетом по охране объектов культурного наследия Томской области как объект культурного наследия. Считает, что трехлетний срок исковой давности для обращения с иском в суд не пропущен, поскольку право собственности на 1/2 доли зарегистрировано за ФИО5 09.09.2019.

Ответчик ФИО5, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении судебного заседания не ходатайствовала. Участвуя ранее в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что ФИО6 она знала с детства, он был другом ее дедушки и матери ФИО9 В 2018 году ФИО6 предложил подарить ФИО9 принадлежащую ему 1/2 долю в праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, так как боялся за свою жизнь и здоровье, поскольку в его адрес поступали угрозы, связанные с принуждением продать данную долю неизвестным лицам. Однако ФИО9 от данной доли отказался, тогда ФИО6 предложил подарить данную долю ей (ФИО5), на что она согласилась. На момент совершения сделки ФИО6 был в адекватном состоянии, алкоголь не употреблял. Какие-либо денежные средства за долю в квартире ФИО6 ни она (ФИО5), ни ее мать ФИО9 не передавали. Также ей известно, что ФИО6 проживал в квартире своей сожительницы по имени Ирина.

Также ответчик ФИО5 представила отзыв на исковое заявление, в котором указала о том, что является добросовестным приобретателем, основания для признания сделки дарения недействительной отсутствуют. Заявила о пропуске срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО5 ФИО9, действующая на основании доверенности от 17.04.2021 серии 70 АА № 1530182 сроком на десять лет, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении судебного заседания не ходатайствовала. Ранее, участвуя в судебном заседании, исковые требования не признала. Пояснила, что ФИО6 приходился другом ее семьи. ФИО6 безвозмездно подарил ФИО5 принадлежавшую ему 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, поскольку он боялся за свою жизнь и здоровье, так как ФИО2 настойчиво предлагала продать ей данную долю. В адрес ФИО6 стали поступать угрозы, связанные с продажей доли в квартире. Продавать долю в квартире он отказался, так как боялся, что его обманут, а после передачи денежных средств к нему применят физическую силу. Ей известно, что ФИО6 постоянно проживал в квартире своей сожительницы Ирины. Инициатором сделки был ФИО6 За подаренную долю квартире ни она (ФИО9), ни ФИО5 денежные средства ФИО6 не передавали. О том, что квартира относится к объектам выявленного культурного наследия ни ей, ни сторонам сделки известно не было, в ЕГРН какие-либо ограничения не регистрировались. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с требованиями о признании сделки недействительной.

Представитель ответчика ФИО5 ФИО10, действующий на основании ордера от 12.08.2022 № 26, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, об отложении судебного заседания не ходатайствовал. В письменном отзыве считал исковые требования не подлежащими удовлетворению по причине отсутствия права истца на обращение с данным иском и отсутствия у нее материально-правовой заинтересованности в разрешении данного спора. Указал на отсутствие государственной регистрации в ЕГРН выявленного объекта культурного наследия дома по адресу: <адрес обезличен>.

Представитель третьего лица администрации г. Томска ФИО4, также являющаяся представителем третьего лица муниципального образования «Город Томск» в лице администрации г. Томска, действующая на основании доверенности от 09.09.2022 №6622 сроком на один год, в судебном заседании полагала исковые требования ФИО2 подлежащими удовлетворению. Самостоятельные требования администрации г. Томска поддержала.

Третье лицо нотариус г. Томска ФИО8, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила, об отложении судебного заседания не ходатайствовала. Представила в материалы дела отзыв на исковое заявление и дополнение к отзыву, где пояснила, что 24.12.2018 к ней обратились ФИО6 и ФИО5 для удостоверения договора дарения. Личность сторон сделки была установлена, им был разъяснен смысл и правовые последствия договора дарения. ФИО6 и ФИО5 заверили, что никаких денежных расчетов между ними нет, о чем было отражено в договоре дарения. Кроме того, на день удостоверения договора дарения 1/2 доли в квартире по адресу <адрес обезличен>, сведений о включении указанного жилого дома в список выявленных объектов культурного наследия представлено не было, не отражала таких сведений и выписка из ЕГРН. Оснований для отказа в удостоверении договора не имелось.

Ранее участвуя в судебном заседании, нотариус г. Томска ФИО8 считала исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Третье лицо Комитет по охране объектов культурного наследия Томской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статей 209, 219 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении имущества.

В соответствии со ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации правоhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word41#word41 собственностиhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word42#word42 и другие вещные праваhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word43#word43 на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переходhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word45#word45 и прекращение подлежат государственнойhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word46#word46 регистрацииhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word47#word47 в едином государственномhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word48#word48 реестре органами, осуществляющими государственную регистрациюhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word50#word50 правhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word51#word51 на недвижимость и сделок с ней. Регистрацииhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word52#word52 подлежат: право собственностиhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word54#word54, правоhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word55#word55 хозяйственного ведения, правоhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word56#word56 оперативного управления, правоhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word57#word57 пожизненного наследуемого владения, правоhttp://192.168.0.4:8079/search/sa_view_doc.php?type=t&id=70600021007011038522341000011782&r=QUFBS0RNQUFMQUFBQVpNQUFT&ext= - word58#word58 постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 с 20.12.2012 является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности однокомнатной квартиры № <номер обезличен>, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, кадастровый номер <номер обезличен>.

Ответчик ФИО6 являлся собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, кадастровый номер <номер обезличен>.

Данные обстоятельства не оспариваются сторонами и подтверждаются сведениями из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Согласно договору дарения доли квартиры 70 АА 1218669 от 24.12.2018, заключенному между ФИО6 и ФИО5, ФИО6 подарил ФИО5 принадлежащую ему 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, назначение: жилое помещение, по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 22 кв.м., этаж – 1, кадастровый номер <номер обезличен> (п. 1 договора дарения).

Указанная 1/2 доля в праве собственности на квартиру принадлежит ФИО6 на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданному нотариусом г.Томска ФИО11 09.04.2009, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.04.2009 сделана запись регистрации № <номер обезличен> (п. 2 договора дарения).

Данный договор удостоверен нотариусом г. Томска ФИО8

Обращаясь в суд с иском о признании указанного договора дарения недействительной (ничтожной) сделкой, истец ФИО2 ссылалась, в том числе на те обстоятельства, что данная сделка является притворной, поскольку ФИО6 фактически продал принадлежащую ему долю в квартире ФИО5, получив за нее денежные средства, в обход соблюдения требований ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей ее (истца) преимущественное право на приобретение данной доли.

Разрешая заявленные требования, суд не находит оснований для их удовлетворения по указанному основанию в связи с отсутствием доказательств, подтверждающих данные обстоятельства.

В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Так, в силу статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации признание права является одним из способов защиты права. При этом лицо, считающее себя собственником спорного имущества, должно доказать законность оснований возникновения права собственности на недвижимость.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (пункт 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (пункт 4).

Частью 4 статьи 198 названного Кодекса установлено, что в мотивировочной части решения суда должны быть указаны доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства.

В нарушение приведенных норм гражданского и гражданского процессуального законодательства истцом в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие возмездность сделки договора дарения от 24.12.2018, получение дарителем ФИО6 денежных средств или иных материальных и (или) нематериальных благ за подаренную ФИО5 принадлежащую ему 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, а также доказательств тому, что данная сделка совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.

Напротив, в п. 6 договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 зафиксировано, что ФИО6 гарантирует, что он заключает настоящий договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для него кабальной сделкой, правовые последствия заключения настоящего договора ему нотариусом разъяснены и понятны.

Как следует из п. 8 договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 стороны при заключении настоящего договора в присутствии нотариуса дают заверения, что денежных расчетов по настоящему договору между ними не производится.

В судебном заседании ответчик ФИО5 и ее представитель ФИО9 обстоятельства возмездности договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 отрицали, пояснив, что ФИО6 являлся инициатором заключения договора дарения принадлежащей ему доли в квартире, так как он не хотел продавать данную долю третьим лицам и опасался свою жизнь и здоровье при получении денежных средств в случае заключения договора купли-продажи. При этом между ФИО6 и семьей К-ных была давняя дружба, в связи с чем ФИО6 изъявил желание подарить принадлежащую ему долю в квартире сначала ФИО9, а после ее отказа в связи с наличием собственного жилого помещения – ее дочери ФИО5 Кроме того, ФИО6 проживал в квартире своей сожительницы Ирины.

В судебном заседании свидетель ФИО1 пояснила, что зарегистрирована и проживает по адресу: г<адрес обезличен> ФИО6 являлся ее сожителем, с которым она постоянно проживала на протяжении 7 лет в принадлежащей ей квартире по месту регистрации. Ей известно, что при жизни ФИО6 имел намерение подарить принадлежащую ему 1/2 доли в квартире по адресу: <адрес обезличен>, сначала ей (свидетелю), но она отказалась, так как у нее в собственности имеется жилое помещение и отсутствует возможность нести бремя содержания двух квартир. Затем ФИО6 хотел подарить квартиру ФИО9, но она также отказалась по причине наличия собственного жилья. После этого ФИО6 предложил подарить долю в квартире ФИО5, на что последняя согласилась. При этом ФИО6 являлся другом семьи К-ных. Почему ФИО6 не хотел продавать квартиру, ей не известно, однако со слов ФИО6 ему угрожал представитель ФИО2 по имени Максим тем, что последний отберет квартиру. Со слов ФИО6 ей также известно, что денежные средства или иное имущество за подаренную долю в квартире он ни от ФИО5, ни от других лиц не получал.

Не доверять показаниям свидетеля ФИО1 у суда оснований не имеется, поскольку ее показания согласуются с материалами дела. Кроме того, свидетель предупреждена судом об уголовной ответственности, предусмотренной статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу ложных показаний и отказ от дачи показаний, что свидетельствует об отсутствии оснований сомневаться в достоверности данных показаний.

Оценив представленные по делу сторонами доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу о недоказанности истцом наличия у сторон по договору дарения доли квартиры от 24.12.2018 (ФИО6 и ФИО5) воли на совершение иной сделки, в том числе договора купли-продажи, а также о недоказанности возмездности заключенной сделки, в связи с чем не усматривает правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения недействительным и применении последствий его недействительности по доводу о ее притворности.

Довод искового заявления и представителя истца о том, что на момент заключения договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 ФИО6 не мог понимать значения своих действий, в том числе по причине злоупотребления алкоголем, суд находит необоснованным, поскольку доказательств наличия у ФИО6 таких заболеваний или нахождения его в таком состоянии, при которых он не мог понимать значения своих действий и последствий заключения оспариваемого договора дарения, суду не представлено, как и не представлено доказательств признания ФИО6 недееспособным или ограниченно дееспособным.

Напротив, в судебном заседании нотариус г. Томска ФИО8 пояснила, что на момент заключения договора дарения от 24.12.2018 она установила личность сторон сделки, разъяснен им смысл и правовые последствия договора дарения. С.А.ВБ. пояснил, что последствия заключения договора дарения ему разъяснены и понятны, данный договор он заключал добровольно, безвозмездно. На момент заключения сделки ФИО6 в состоянии опьянения не находился, был в адекватном состоянии.

Доводы искового заявления и представителя истца о признании договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 недействительной (ничтожной) сделкой по тем основаниям, что оспариваемый договор не содержит условия, возлагающих на одаряемого обязанности по соблюдению требований к сохранению выявленного объекта культурного наследия, суд считает несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно ответа Комитета по охране объектов культурного наследия Томской области от 29.08.2021 № 48-01-2211 объект по адресу: <адрес обезличен> включен в список выявленных объектов культурного наследия приказом Департамента по культуре и туризму Томской области от 29.03.2013 № 109/01-09 «О включении в список объектов культурного наследия зданий и сооружений, расположенных на территории Томской области».

Действительно, согласно п. 7 ст. 48 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» в случае, если к моменту заключения договора, предусматривающего передачу права собственности на объект культурного наследия, включенный в реестр, земельный участок, в границах которого располагается объект археологического наследия, либо права владения и (или) пользования таким имуществом, в отношении указанного объекта, земельного участка действует охранное обязательство, предусмотренное статьей 47.6 настоящего Федерального закона, такой договор должен содержать в качестве существенного условия обязательство лица, у которого на основании такого договора возникает право собственности на указанное имущество или право владения и (или) пользования этим имуществом, по выполнению требований, предусмотренных соответствующим охранным обязательством, порядок и условия их выполнения. В случае отсутствия в договоре предусмотренного настоящим пунктом существенного условия сделка является ничтожной.

Копия охранного обязательства является неотъемлемой частью договора, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

В соответствии с п. 10 ст. 48 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» договор, предусматривающий передачу права собственности на выявленный объект культурного наследия, прав владения и (или) пользования таким объектом, должен содержать в качестве существенного условия обязательство лица, у которого на основании такого договора возникают право собственности на такое имущество или права владения и (или) пользования таким имуществом, по выполнению требований, установленных пунктами 1 - 3 статьи 47.3 настоящего Федерального закона в отношении такого объекта. В случае отсутствия в таком договоре указанного существенного условия сделка является ничтожной.

Исходя из приведенных норм, как верно указано в исковом заявлении и доводах представителя истца, договор, предусматривающий передачу права собственности на выявленный объект культурного наследия, обязан содержать условия об обязательствах лица, у которого на основании такого договора возникают право собственности на выявленный объект культурного наследия, по выполнению предусмотренных ст. 47.3 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ требований к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия.

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Вместе с тем, согласно ст. 47.1 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ ограничениями (обременениями) права собственности, других вещных прав, а также иных имущественных прав на объекты культурного наследия, включенные в реестр, выявленные объекты культурного наследия, устанавливаемыми в целях обеспечения сохранности указанных объектов, обеспечения доступа граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства к объектам культурного наследия, включенным в реестр, являются установленные пунктами 1 - 3 статьи 47.3 настоящего Федерального закона требования к содержанию и использованию объектов культурного наследия, включенных в реестр, выявленных объектов культурного наследия, а также требования, установленные охранным обязательством в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 47.6 настоящего Федерального закона (далее - требования в отношении объекта культурного наследия).

Указанные ограничения (обременения) права собственности, других вещных прав, а также иных имущественных прав на объекты культурного наследия, включенные в реестр, выявленные объекты культурного наследия подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости.

В соответствии с п. 1 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ в охранном обязательстве собственника или иного законного владельца объекта культурного наследия, включенного в реестр (далее - охранное обязательство), указываются требования в отношении объекта культурного наследия, включенного в реестр, предусмотренные пунктами 1 - 3 статьи 47.3 настоящего Федерального закона.

Охранное обязательство не утверждается в отношении выявленных объектов культурного наследия, достопримечательных мест, объектов культурного наследия, являющихся отдельными захоронениями, некрополями. В отношении памятников и ансамблей, расположенных в границах территорий достопримечательных мест, охранные обязательства утверждаются (п. 7.1 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ).

Акт соответствующего органа охраны объектов культурного наследия, определенного пунктом 7 настоящей статьи, с утвержденным им охранным обязательством подлежит размещению на сайте соответствующего органа охраны объектов культурного наследия в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" и приобщается федеральным органом охраны объектов культурного наследия к учетному делу соответствующего объекта культурного наследия (п. 10 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ).

В соответствии с п. 11 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ, если иное не установлено настоящим пунктом, охранное обязательство подлежит выполнению физическим или юридическим лицом, которому объект культурного наследия, включенный в реестр, принадлежит на праве собственности, в том числе в случае, если указанный объект находится во владении или в пользовании третьего лица (третьих лиц) на основании гражданско-правового договора.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, принадлежит на праве собственности нескольким лицам, охранное обязательство подлежит выполнению каждым из указанных лиц.

В силу п. 12 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ копия акта соответствующего органа охраны объектов культурного наследия с копией утвержденного им охранного обязательства вручается под роспись или направляется заказным письмом с уведомлением о вручении собственнику объекта культурного наследия, включенного в реестр, собственнику или иному владельцу земельного участка, в границах которого располагается объект археологического наследия, другим лицам, к обязанностям которых относится его исполнение в соответствии с пунктом 11 настоящей статьи, а также в орган регистрации прав для регистрации указанных в статье 47.1 настоящего Федерального закона ограничений (обременений) прав в Едином государственном реестре недвижимости в порядке, установленном Федеральным законом от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", не позднее пятнадцати рабочих дней со дня утверждения охранного обязательства.

В случае, если к моменту перехода права владения объектом культурного наследия, включенным в реестр, в отношении указанного объекта оформлено охранное обязательство, обязанность нового владельца объекта культурного наследия, включенного в реестр, по выполнению такого охранного обязательства возникает с момента перехода к нему права владения указанным объектом культурного наследия. В иных случаях обязанность лица (лиц), указанного (указанных) в пункте 11 настоящей статьи, по выполнению охранного обязательства возникает с момента получения данным лицом документов, предусмотренных пунктом 12 настоящей статьи (п. 13 ст. 47.6 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ).

В соответствии с п. 8 ст. 16.1 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ региональный орган охраны объектов культурного наследия не позднее трех рабочих дней со дня получения информации от органа регистрации прав уведомляет собственника и (или) иного законного владельца объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, о включении указанного объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия с приложением копии решения о включении объекта в указанный перечень, а также о необходимости выполнять требования к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия, определенные пунктами 1 - 3 статьи 47.3 настоящего Федерального закона.

Обязанность собственника или иного законного владельца выявленного объекта культурного наследия по выполнению указанных в пунктах 8 и 9 настоящей статьи требований к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия возникает с момента получения данным лицом предусмотренного пунктом 8 настоящей статьи уведомления (п. 12 ст. 16.1 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ).

Исходя из анализа приведенных норм Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ выявленный объект культурного наследия подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости; региональный орган охраны объектов культурного наследия не позднее трех рабочих дней со дня получения информации от органа регистрации прав обязан уведомить собственника о включении указанного объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия с приложением копии решения о включении объекта в указанный перечень, а также о необходимости выполнять требования к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия. Кроме того, в отношении выявленного объекта культурного наследия оформляется охранное обязательство, которое должно быть вручено под роспись или направлено заказным письмом с уведомлением о вручении собственнику данного объекта.

Вместе с тем, как следует из выписки из ЕГРН от 10.01.2022 № <номер обезличен> в отношении жилого помещения по адресу: <адрес обезличен>, представленной к дополнительному отзыву нотариуса г. Томска ФИО8, а также реестрового дела в отношении спорной квартиры, сведения (ограничения, обременения) о включении объекта недвижимости в реестр объектов культурного наследия отсутствуют.

Из ответа Комитета по охране объектов культурного наследия Томской области от 29.08.2021 № 48-01-2211 после утверждения указанного приказа уведомление (сообщение) о присвоении статуса зданию, расположенному по адресу: <адрес обезличен>, в адрес ФИО6 и ФИО5 не направлялось.

Согласно ответа Департамента по культуре Томской области от 26.10.2022 № Б-237 установить факт направления уведомлений об изменении статуса объекта, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, в адрес собственников многоквартирного дома по регистрационным карточкам не представляется возможным в связи с тем, что в ходе ремонта, производимого в помещениях Департамента, утрачен доступ к базам регистрации документов, созданных (или полученных) ранее 2014 года.

При таких обстоятельствах суд находит установленным, что на момент заключения договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 ни жилой дом по адресу: <адрес обезличен>, ни находящаяся в ней квартира № <номер обезличен> не проходили государственную регистрацию в Едином государственном реестре недвижимости как выявленный объект культурного наследия, в адрес собственников жилого помещения (истца ФИО2, ФИО6, а в последующем ФИО5) по адресу: <адрес обезличен>, уведомления о включении указанного объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия с приложением копии решения о включении объекта в указанный перечень, а также о необходимости выполнять требования к содержанию и использованию выявленного объекта культурного наследия не направлялись, в отношении выявленного объекта культурного наследия охранное обязательство не оформлялось, собственникам спорного жилого помещения не вручалось.

В нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств обратного суду не предоставлено.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 ни его стороны С.А.ВБ. и ФИО5, ни оформивший данный договор нотариус г. Томска ФИО8 не знали и не могли знать, что дом по адресу: <адрес обезличен>, выявлен как объект культурного наследия, расположенный на территории Томской области, и о необходимости по включению в договор дарения доли квартиры условий, возлагающих на одаряемую ФИО5 обязательства по выполнению требований к содержанию и использованию объектов культурного наследия.

Более того, на момент заключения договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 у ФИО6 и ФИО5 отсутствовала обязанность по включению в договор дарения условий, возлагающих на одаряемую ФИО5 обязательств по выполнению требований к содержанию и использованию объектов культурного наследия, поскольку в отношении жилого помещения по адресу: <адрес обезличен> не прошло установленную Федеральным законом от 25.06.2002 № 73-ФЗ государственную регистрацию в Едином государственном реестре недвижимости как выявленный объект культурного наследия, в отношении жилого помещения не оформлялось охранное обязательство.

При этом, право собственности ФИО5 на 1/2 доли в праве общей долевой собственности жилого помещения по адресу: <адрес обезличен>, возникшее у нее на основании оспариваемого договора дарения, прошло государственную регистрацию в установленном законом порядке.

Таким образом, законных оснований для признания недействительным (ничтожным) договор дарения доли квартиры от 24.12.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО5 в отношении 1/2 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен> применении последствия недействительности сделки в виде возврата переданного по договору дарения от 24.12.2018 имущества в наследственную массу ФИО6 не имеется, а потому исковые требования ФИО2 удовлетворению не подлежат.

Довод представителя истца о том, что ФИО5 незаконно произвела перепланировку жилого помещения по адресу: г<адрес обезличен>, в результате чего вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Томска от 24.06.2022 по делу № 2-687/2022 на ФИО5 и ФИО2 возложена обязанность по приведению данного жилого помещения в прежнее состояние правового значения при решении вопроса о недействительности (ничтожности) сделки не имеет, поскольку не опровергает законность оспариваемого договора дарения доли квартиры от 24.12.2018.

Довод ответчика ФИО5 и ее представителя ФИО9 о пропуске срока исковой давности для обращения ФИО2 в суд с иском об оспаривании договора дарения доли квартиры от 24.12.2018 основан на неправильном толковании норм Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что истец ФИО2 не являлась стороной договора дарения доли квартиры от 24.12.2018, а потому не могла знать о его заключении и перехода права собственности на принадлежавшую С.А.ВВ. 1/2 доля в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, ранее государственной регистрации перехода права собственности.

Согласно выписке из ЕГРН от 21.10.2021 право собственности на 1/2 долю в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен> зарегистрировано за ФИО5 09.09.2019.

Следовательно, с 09.09.2019 ФИО2, являющаяся другим собственником 1/2 долю в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, могла знать о переходе права собственности на принадлежавшую ФИО6 долю в данной квартире иному лицу (ФИО5).

Таким образом, трехлетний срок исковой давности для подачи иска в суд с требованием о признании договора дарения от 24.12.2018 истекает 09.09.2022, тогда как иск ФИО2 направлен в Ленинский районный суд г. Томска по средствам ГАС «Правосудие» 30.11.2021, то есть в пределах срока исковой давности.

Вместе с тем, данное обстоятельство не влияет на выводы суда об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 по изложенным выше основаниям.

Учитывая, что принадлежавшая ФИО6 1/2 доля в праве собственности по адресу: <адрес обезличен> перешла в собственность ФИО5 на законных основаниях – по договору дарения от 24.12.2018, а также учитывая, что в удовлетворении требований ФИО2 о признании данного договора недействительной (ничтожной) сделкой отказано, самостоятельные требования администрации г. Томска о признании выморочным имуществом указанной 1/2 доли в праве собственности в объекте недвижимого имущества по адресу: <адрес обезличен> удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать.

В удовлетворении самостоятельных требований администрации г. Томска к ФИО5 о признании имущества выморочным отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня составления мотивированного текста решения.

Председательствующий И.В. Перминов

Мотивированный текст решения суда изготовлен 10.11.2022.