№ 2а-3776/2022
44RS0001-01-2022-004634-78
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 ноября 2022 года <...>
Свердловский районный суд г. Костромы в составе:
председательствующего судьи Ковунева А.В., при секретаре Киркиной К.Н., с участием представителя административных ответчиков и третьих лиц ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, ФСИН России о признании незаконным действий, выразившихся ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении, взыскании и компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с указанным исковым заявление в обоснование которого указывает, что ФИО1 был заключен под стражу ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области <дата> в нечеловеческие условия содержания. После обыскных мероприятий был помещен в камеру №. В указанной камере № отсутствовала вентиляция для поддержания свежего воздуха, индивидуального спального места, поскольку кровати стояли впритык друг к другу. Камера была очень маленькая, и в ней содержались от 8 до 10 человек, на окнах были приварены железные пластины, что препятствовало попаданию дневного света в камеру. На прогулку выводили не всегда, а прогулочные дворы слишком малы, чтоб гуляли все осужденные, поэтому гуляли по очереди. На полу отсутствовало деревянное покрытие, а также отопление и в камере было очень холодно. Кроме того, в камере отсутствовала тумбочка под личные и туалетные принадлежности. Туалет «Чаша Генуя» и раковина в одном огороженном помещении, не возможно пользоваться санитарными приборами по отдельности. Стол для приема пищи слишком маленький, чтоб приём пищи осуществляли все осужденные. Отсутствует уборный инвентарь для поддержания чистоты в камере. Всё тело от клопов покусано. Отсутствовало горячее водоснабжение. Истец полагает, что данные обстоятельства – это ненадлежащие условия содержания, в связи с чем, истец испытывал чувство собственной неполноценности, страх, унижение, нравственные страдания, за период указанного времени. На основании изложенного просит: в случае надобности, восстановить срок на подачу искового заявления, поскольку истец не знал, что его права нарушены, а узнал об этом от других осужденных за месяц до написания данного искового заявления, а также взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб., за указанный период времени с <дата> по январь 2000 года.
Кроме того, также дополнительно направил письменные пояснения, согласно которых полагал, что ответчик, наделенный государственными и иными публичными полномочиями, что способствует получению ими доказательств из любых источников, освобождая себя от обязанности доказывания, ссылаются на невозможность установить номера камер, их площадь и количество содержащихся в них в вместе с истцом лиц. Между тем, истцом в иске указано номера камер в которых он содержался, что также можно установить из личного дела осужденного, кроме того, в иске также указано количество лиц, которые с ним содержались в одной камере. Количество лиц в камере свидетельствует как о нарушении норм жилой площади в камере так и об общем перелимите содержащихся в СИЗО. Следовательно подтвердить или опровергнуть доводы иска ответчик может предоставив общую численность содержащихся в СИЗО в спорный период, истребовав сведения в УФСИН по области или в УФСИН России. Следовательно доводы иска в данной части и фактические обстоятельства ответчиком не опровергнуты и толкуются в пользу заявителя (истца). Указывая на соответствие условий содержащихся в СИЗО, представитель ссылается на Приказ Минюста от <дата>, соответственно такие улучшения как дощатые полы, перегородка санузла от жилзоны высотой 1,1 м. и т.д. не имели места в спорный период – до <дата>. Следовательно, доводы искового заявления в данной части находят своё подтверждение. Так, отзыв подтверждает доводы искового заявления в части нарушения прав истца, которые выражались в отсутствии приватности при санитарно-гигиенических процедурах, поскольку туалеты изолированы от жилой зоны лишь 2012 году., и в условиях неуважения и оскорбления достоинства личности при отсутствии подводки горячей воды к санитарно-гигиеническому оборудованию, что препятствовало процедур личной гигиены и поддержания тела в чистоте, в степени, необходимой для уважения личности и соседей, с которыми находишься в запираемом помещении продолжительный период времени. Поддержание тела в чистоте имеет первостепенное значение. Создание необходимых условий для осуществления лично гигиены и условий приватности установлено Минимальными стандартами, правилами обращения с заключенными п.п.10-13, 15, принятыми Правилами Конгресса ООН в Женеве в 1995 году., соблюдение и реализация которых возложены на ФСИН России согласно положению, утвержденному Указом Президента РФ №1413. В СИЗО-1 данные требования не исполнялись, надлежащие условия не создавались и в спорный период отсутствовали. Также полагал, что доводы о пропуске срока исковой давности также являются несостоятельными, ссылаясь на положения ст.219 КАС РФ, Постановления Пленума ВС РФ № от 2018 года. До настоящего времени он из мест лишения свободы не освобождался и отбывает наказание в том числе по спорному периоду. При разрешении дел о ненадлежащих условиях содержания установление вины не является обязательным условием, что установлено ст.12.1 УФСИН РФ, и компенсация присуждается исходя из требований истца и установленных судом фактических обстоятельств нарушений условий.
В судебное заседание административный истец ФИО1 не явился, извещался судом надлежащим образом по средства телефонограммы.
Представитель административных ответчиков и заинтересованного лица ФИО2 в судебном заседании доводы, изложенные в отзыве, просил в удовлетворении иска отказать, поскольку истцом пропущен процессуальный срок для обращения в суд с данного рода требованиями, а также не представлено доказательств в обоснование своей позиции. Довод истца о том, что он может обратиться в суд в течение 3-х месяцев с момента освобождения, полагает несостоятельным, поскольку освободился он сейчас не из СИЗО-1, а из иного учреждения.
Кроме того, в адрес суда ранее был представлен отзыв на административное исковое заявление от представителя административного ответчика и заинтересованных лиц, согласно которого определить в каких камерных помещениях находился истец в период 1998-2001 годы, установить их площадь, а также определить количество лиц, содержащихся одновременно с ним, не представляется возможным, в связи с тем, что камерные карточки и книги количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе за данный период уничтожены, в связи с истечением сроков их хранения. Срок хранения камерных карточек и книг количественной проверки составляет 10 лет в соответствии с приказом ФСИН России от 21 июля 2014 года N 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения». Жалоб на ненадлежащие условия содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области от ФИО1 в не поступало. Со стороны ФИО1 никаких доказательств описанных им условий содержания в СИЗО не представлено, условия содержания соответствовали требованиям законодательства. На основании вышеизложенного, полагают, что факт ненадлежащего содержания в СИЗО не доказан. Кроме того, размер исковых требований ничем не обоснован, не соответствует требованиям разумности и справедливости. Вины учреждения также не установлено. Полагают, что административным истцом пропущен трехмесячный срок обращения в суд с административным исковым заявлением, установленный ст. 219 КАС РФ. Уважительных причин пропуска срока административным истцом не представлено, ходатайств о восстановлении срока не поступило.
Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, суд приходит к следующему.
В силу частей 1 и 2 ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.
В соответствии с ч.1 ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
Статьей 219 КАС РФ установлено, что административное исковое заявление о признании незаконными решений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 3).
Частями 9, 11 статьи 226 КАС РФ установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:
1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;
2) соблюдены ли сроки обращения в суд;
3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:
а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);
б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;
в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;
4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.
Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Согласно ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч.1).
Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч.3).
При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 4).
При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).
Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».
В соответствии со ст. 4 данного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
В силу статьи 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.
Согласно ст. 23 вышеназванного федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасной. Предусмотрено обеспечение всех камер средствами радиовещания. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.
Согласно ст., 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину, в результате незаконных действий государственных органов, подлежат возмещению Российской Федерацией.
Учитывая положения ст. 124, п.1 ст. 126, ст. 1069 ГК РФ, источником возмещения таких убытков является казна Российской Федерации, которую образуют бюджетные средства и иное государственное имущество, не закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями.
Как следует из ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет. казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В соответствии с п.п. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями должностного лица государственного органа, от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджета по ведомственной принадлежности.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №. 13.от 28 мая 2019 года «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).
Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).
Согласно п.п. 1, п.п. 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента РФ от 13 октября 2004 года № 1314, Федеральная служба исполнения наказаний России осуществляет полномочия по обеспечению условий содержания осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в учреждениях, исполняющих наказания, а также функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.
Таким образом, при установлении нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении компенсация в пользу истица должна быть взыскана с Российской Федерации, в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации.
В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Необходимым условием возникновения оснований для компенсации морального вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, является нарушение личных неимущественных прав потерпевшего (статья 151 ГК).
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, лицу, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события (состава) административного правонарушения или ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение (пункты 1 и 2 части 1 статьи 24.5, пункт 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ), применяются правила, установленные в статьях 1069, 1070 ГК РФ. Требование о компенсации морального вреда, предъявленное лицом, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено по указанным основаниям, может быть удовлетворено судом при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (за исключением случаев, когда компенсация морального вреда может иметь место независимо от вины причинивших его должностных лиц) (п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года N 33).Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда (п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года N 33).
Конституция Российской Федерации, провозглашая и гарантируя права и свободы человека и гражданина, исходит из того, что их реализация осуществляется в определенном порядке, предусмотренном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, притом что при введении такого порядка не могут использоваться способы регулирования, которые посягали бы на само существо того или иного права, ставили бы его реализацию в зависимость от решения правоприменителя, допуская тем самым произвол органов власти и должностных лиц, и, наконец, исключали бы его судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.02. 2000 № 3-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2006 №534-О и от 26.11.2018 №2867-О).
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, приговор суда - это не только формальное основание для лишения лица свободы, но и главный непосредственный источник его специального правового статуса как осужденного, отбывающего наказание в местах лишения свободы. Этот статус предполагает, что лица, которые лишены свободы в установленном законом порядке, в целом обладают теми же правами и свободами, что и остальные граждане, за изъятиями, обусловленными особенностями их личности, совершенных ими преступлений и специальным режимом мест лишения свободы. При этом режим и порядок исполнения наказания в виде лишения свободы устанавливаются с тем, чтобы обеспечить изоляцию и охрану осужденных, постоянный надзор за ними, их личную безопасность, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, их исправление и предупреждение новых преступлений, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия отбывания наказания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, и при необходимости - изменение данных условий (постановления от 19.04.2016 №12-П, от 08.06.2021 №27-П и др.).
В статье 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.
В части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
Условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.
Как следует из материалов дела, а именно из учетных карточек, предоставленных административным ответчиком ФИО1, <дата> г.р., арестован <дата>, содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области в периоды, указанные в исковом заявлении: с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>, с <дата> по <дата>.
Из справки по личному делу, представленной по запросу суда по ходатайству административного истица следует, ФИО1 осужден <дата> Костромским областным судом по ст.162 ч.4 п. «В», ст. 105 ч.2 п. «В,Ж,3» УК РФ к 16 годам 10 месяцам лишения свободы, <дата> Свердловским районным судом г. Костромы по ст. 30 ч.3, ст. 228.1 ч. 1 с учетом ст. 64,70 УК РФ к 19 годам 2 месяцам лишения свободы, <дата> Красносельским районным судом Костромской области по ст.30 ч.3, ст.33 ч.3, 228.1ч.3 п. «г» УК РФ к 8 годам лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию присоединено частично неотбытое наказание по приговору от <дата> в виде 16 лет - срок 24 года лишения свободы в ИК особого режима. Срок наказания исчислять с <дата>. Конец срока: <дата>.
Согласно движению по личному делу за заявленный истцом период нарушения его прав в виде ненадлежащих условий содержания в 1998-2000 годы: <дата> - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области г.Кострома; <дата> - ФКУ ИК-1 УФСИН России по Костромской области, <дата>- ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области г.Кострома.
Так же как следует из ответа от <дата> № за подписью Врио начальника ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми (последнее исправительное учреждение, где находился истец до момента освобождения),в личном деле ФИО1 отсутствуют сведения о том, в каких камерах (номера камер) он содержался в период <дата> по <дата> в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области
В обоснование исковых требований истец заявил о том, что в период с <дата> по январь 2000 года ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области не соблюдались условия содержания, нарушена мера наполняемости, отсутствовала вентиляция, достаточное попадание дневного света в камеру, отопление, камера не оборудована тумбочкой для хранения личных вещей, малые размеры прогулочных дворов, антисанитарные условия в камерах, отсутствие уборочного инвентаря, а так же отсутствовали надлежащие условия приватности в туалете исправительного учреждения.
Вместе с тем суд полагает, что доводы истца о несоблюдении условий содержания в периоды его нахождения в указанном учреждении не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
Так согласно информации, изложенной в отзыве ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, в учреждении имелись туалеты. Туалет отгорожен от жилой зоны перегородкой высотой 1,1 метра в соответствии с законодательством РФ. С января 2012 года туалеты в камерах оборудованы в соответствии с рекомендациями Европейского суда по правам человека – отделены полностью от жилой зоны как отдельное помещение перегородкой, высота которой 1,8 м., и дверью с запирающимся устройством (шпингалетом), обеспечивающими приватность при использовании.
При этом довод административного истица в его возражениях на отзыв, что ссылка ответчика на переоборудование туалетов в камерах в СИЗО в соответствии с рекомендациями Европейского суда по правам человека только 2012 году не может свидетельствовать о том, что санузлы в период содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, без каких-либо объективных и достоверных доказательств опровергающих это, находились в состоянии, которого того требует действовавшей в данной период законодательство
Доказательств, опровергающих представленные учреждением данные о соблюдении условий приватности при пользовании туалетом в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, а также доказательств физических и нравственных страданий в связи с приведенной выше организацией работы туалета истцом не представлено. Нарушений каких – либо правовых норм и норм проектирования туалетов СИЗО в рассматриваемые периоды не установлено.
При этом судом так же не установлено каких-либо обстоятельств, имеющее значение для установления нравственных страданий истца по заявленному основанию, как половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении истцом санитарно-гигиенических процедур, возраст истца, состояние его здоровья. Каких-либо сведений о том, что туалет не предназначался исключительно для лиц мужского пола, т.е. одного пола с истцом, материалы дела не содержат. Наличие у истца индивидуальных особенностей к осуществлению санитарно-гигиенических процедур по возрасту либо по состоянию здоровья судом так же не установлено, истцом не заявлено.
Проверяя основания иска в части перелимита численности лиц в учреждении, нехватки спальных мест, в связи с этим нарушение права истца на индивидуальное спальное место, суд также не находит оснований для признания их доказанными, а требования истца подлежащими удовлетворению.
Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (абзац 5 ст. 23 Федерального закона от <дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).
Определить, в каких камерных помещениях находился ФИО1 в период <дата> года, установить их площадь, а также определить количество лиц, содержащихся одновременно с ним, не представляется возможным. Камерные карточки, книги количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе, за указанный период уничтожены, что подтверждается справкой зам. начальника ФКУ СОЗО-1 УФСИН России по Костромской области от <дата> № Срок их хранения составляет 10 лет в соответствии с приказом ФСИН России от 21.07.2014 года № 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний. Органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения».
Каких-либо доказательств, подтвердивших наличие указанных истцом в иске нарушений правил его содержания, перелимитие и превышении количества заключенных над количеством спальных мест истцом не представлено.. По сведениям ответчика установить конкретное место содержания истца в ходе рассмотрения дела не представилось возможным в виду истечения срока хранения документов. Отсутствуют данные сведения в том числе в личном деле осужденного, о чем представлены вышеуказанные сведения от ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми (последнее исправительное учреждение, где находился истец до момента освобождения), При изложенных обстоятельствах доводы истца о том, что в камерах СИЗО не соблюдались нормы санитарной площади на одного человека, не являются основанием для удовлетворения иска по данному основанию, поскольку они не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем отклоняются судом ввиду их недоказанности.
Равным образом подлежат отклонению доводы истица в части недостаточности искусственного и естественного освещения камер, вентиляции, а так же части недостаточного оборудования и состояния камеры, в которой истец содержался.
Согласно требованиям Приказа Министерства внутренних дел Российской Федерации от 20.12.1995 №486 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации», подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: - спальным местом (согласно статье 52 Федерального закона - с момента создания соответствующих условий, но не позднее 1 января 1998 года). В камерах искусственное освещение днем производится 2-мя светильниками с лампами накаливания по, 100 Вт, что обеспечивает освещенность 50 лк, включается с подъемом в 6 часов утра и выключается в 22 часа с отбоем. В ночное время с 22.00 до 6.00 включается ночное освещение с одной лампой накаливания 70 Вт. Естественное освещение в камерных помещениях определено согласно требованиям СНиП 23-05-95. Камеры оборудованы зарешеченными окнами размером не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине в соответствии с требованиями Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России. При остеклении камерных помещений используются двойные рамы. Согласно Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Федеральной службы исполнения наказаний при невозможности достичь архитектурно-планировочными и режимно-технологическими решениями исключения визуальной и иной связи между камерными помещениями в одном здании, камерными помещениями соседних зданий, камерными помещениями и территорией, прилегающей к режимной и хозяйственной зонам, допускается устанавливать с наружной стороны оконных проемов камерных помещений жалюзийные решетки.
В соответствии с п. 5.3. Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, утв. Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 20.12.1995 года № 486, камеры следственных изоляторов оборудуются: столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству мест в камере; санитарным узлом; краном с водопроводной водой; -розетками для подключения электроприборов; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова представителя администрации; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения; вентиляционным оборудованием, телевизором и холодильником (при наличии возможности); детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.
В соответствии с п. 5.4. вышеуказанных Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности
В соответствии с п. 15.1,15.3 вышеуказанных Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, а несовершеннолетние не менее двух часов. Прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя.
Согласно информации, изложенной в отзыве ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, в камерах искусственное освещение днем производится двумя светильниками с лампами накаливания по 100 Вт, что обеспечивает освещенность 50 лк, включается с подъемом в 6 часов утра и выключается в 22 часа с отбоем. В ночное время в 22.00 до 6.00 включается ночное освещение с одной лампой накаливания 70 Вт. Также в камерах предусмотрено естественное освещение через окно, оборудованное в соответствии с утвержденным нормами для подобного вида учреждений. Данные характеристики полностью удовлетворяют освещенности помещения.
Согласно отзыву ответчика полы в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области ФИО1 находились в надлежащем состоянии. В камерах имеется водоснабжение от городской центральной сети, отсутствие горячего водоснабжения полностью зависело от плановых и неплановых отключений жилого фонда на определенный период на основании распоряжений администрации города. Все камеры в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области оборудованы тепловыми радиаторами. Тепловые радиаторы в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области ФИО1 находились в надлежащем состоянии. В камерах имеется система вытяжной вентиляции с механическим побуждением, технически исправна, выполнена согласно СНиП 2.04.05-91, 2.08.02-89; в окне имеется форточка для естественной вентиляции, также проветривание камеры осуществляется путем открытия камерных дверей во время помывки заключенных в душе или их нахождения на прогулке. В ФКУ СИЗО-1 оборудованы прогулочные дворики следующих размеров: №,1 кв. м, №,58 кв. м, №,89 кв. м, №,53 кв. м, №,93 кв. м, №,44 кв. м, №,22 кв. м, №,99 кв. м, №,26 кв. м.
Как указывает в отзыве ответчик, для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдавались предметы для уборки камеры, что истцом так же в ходе рассмотрения дела никакими достоверными о допустимыми доказательствами не опровергнуто. А обязанность соблюдать требования гигиены и санитарии, проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности, возложена согласно вышеуказанным Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации на самих подозреваемых и обвиняемых, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах
Наличие тумбочек в камерных помещениях вышеуказанным Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно - исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации (п. 5.3) не предусмотрено.
При изложенных обстоятельствах доводы истца о том, что в камерах имело место недостаточность искусственного и естественного освещения камер, отсутствие или не функционирование приточной вентиляции, а так же ненадлежащего состояния камеры не нашли объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, доказательств указанным обстоятельствам истцом не представлено, истцом не оспорены представленные ответчиком доводы и доказательства.
Согласно пояснениям представителя ответчика ежегодно в профилактических целях учреждением заключаются государственные контракты на оказание услуг по дезинсекции. При этом договоры за период спорный период 1998-2000 годы уничтожены в связи с истечением срока хранения. Доводы истца о наличии в помещениях СИЗО-1 грызунов, насекомых сами по себе не могут являться достаточными для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, поскольку они так же в свою очередь ни чем не подтверждены административным истцом.
При таких обстоятельствах, оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 84 КАС РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания условий содержания ФИО1 в СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области в заявленный им период с <дата> по январь 2000 года ненадлежащими, и которые в свою очередь бы свидетельствовали о унижении и привели к нравственным страданиям, превышающим страдания, вызванные самим фактом помещения в указанные учреждения в связи с совершением преступлений. Доказательств, которые могут быть положены в основу судебного акта об удовлетворении иска, не имеется. То обстоятельство, что документы о наполняемости камер за период с 1998-2000 годы, договоры либо иные документы, касающиеся места содержания истца (конкретной камеры) и условий содержания не сохранились в связи с истечением сроков их хранения, не свидетельствует о том, что в этот период условия содержания истца были ненадлежащие. В связи с указанным суд принимает решение об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.
При принятии решения по делу, суд так же учитывает и то, что обращение ФИО1, в суд с иском о несоблюдении условий содержания в указанном учреждении последовало спустя длительное время, более 20 лет, после пребывания в рассматриваемом учреждении, в связи с чем он несет бремя последствий утраты доказательств и затруднений при объективном установлении обстоятельств дела в спорные периоды. Доказательств о том, что с настоящим иском он не имел возможности обратиться ранее, истцом не представлено. Во время содержания в изоляторе с жалобами на ненадлежащее содержание он также не обращался, сведений об обратном материалы дела не содержат. На этот факт так же указывают сведения от прокуратуры Костромской области, полученные в ходе рассмотрения дела в связи с письменным запросом истица, что за период с <дата> по январь 2000 года представления об устранения нарушений закона, регулирующего содержание подозреваемых и обвиняемых под стражей в связи с ненадлежащим и условиями содержания в камере № ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, в частности, в связи с нарушением прав ФИО1, органами прокураты не выносилось.
Кроме того суд полагает, что заслуживают внимания доводы административного ответчика о пропуске срока на подачу заявления об оспаривании действий по ненадлежащим условиям содержания со торны административного истица суд полагает следующее.
Согласно ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
Частью 7 указанной статьи предусмотрено, что пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.
Согласно ч. 8 ст. 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.
При этом согласно ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения срока обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд.
Согласно разъяснениям п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока для обращения в суд, необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно административный иск может быть подан в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.
Данные разъяснения согласуются с введенной Федеральным законом от 28.11.2018 года № 451-ФЗ частью 1.1 ст. 219 КАС РФ, согласно которой если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.
С настоящим административным иском ФИО1 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы <дата>, вместе с тем из условий, с которыми связывает обоснование иска, он убыл в 2000 году, до <дата> отбывал наказание в различных исправительных учреждениях. Суд полагает, что за период более чем 20 лет с момента убытия из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области у истца была реальная возможность обратиться в суд с данным исковым заявлением и реализовать свое право на судебную защиту в установленном порядке, установленные сроки. Несмотря на его доводы о том, что препятствием для этого было отбывание наказания в местах лишения свободы, доводов и доказательств, что по тем или иным объективным причинам он был лишен своего права направлять обращения и заявления в органы государственной власти, им не представлено.
С учетом изложенного суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 поскольку нарушений действующего законодательства и прав административного истца со стороны ответчиков по настоящему делу не установлено
Руководствуясь ст.ст.175-180 КАС РФ, суд
решил:
В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, ФСИН России о признании незаконным действий, выразившихся ненадлежащих условиях содержания в исправительном учреждении, взыскании и компенсации морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд города Костромы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Ковунев А.В.
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 08.12.2022 года.