Решение по делу № 2-3601/2025 от 26.11.2025 - о признании кредитных договоров недействительными.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2025 года г. Иркутск

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Финогеновой А.О., при секретаре Цехмайстер Л.В., с участием истца ФИО1, представителей ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3601/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ПАО Банк ВТБ, АО «Газпромбанк», ПАО «Сбербанк» о признании кредитных договоров недействительными.

УСТАНОВИЛ:

В обоснование заявленных исковых требований, измененных в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец указала, что **/**/**** в мессенджере «Телеграмм» со страницы, имеющей фотографию ее бывшего руководителя, пришли сообщения, в которых отправитель сообщил о появлении сотрудников силовых структур, работающих по факту утечки персональных данных работников, необходимости поговорить с ними по данному факту. Позднее поступили звонки от лиц, представившихся сотрудниками ЦБ РФ и ФСБ России, которые сообщили ей о блокировке ее счетов ввиду перевода денежных средств от ее имени на территорию Украины, наличии многочисленных заявок на получение кредитов для помощи Украине в рамках СВО, необходимости пресечения мошеннической операции по похищению денежных средств с ее банковских счетов, оказания сотрудничества в поимке мошенников среди работников банков. В начале разговора сообщали ей кодовое слово, направляли в мессенджере фотографии удостоверений. Под руководством посторонних лиц ею в период с 11 по **/**/**** были заключены три кредитных договора в трех банках, денежные средства по которым были ею получены наличными и переведены через банкоматы на продиктованные звонившими лицами счета. При этом на ее телефон поступили документы в виде справок о погашении ранее взятых кредитов. Кроме того, ею были сняты личные сбережения, которые также были переведены через банкоматы на продиктованные звонившими лицами счета. **/**/**** номера телефонов в мессенджере стали значится неизвестными. Истец, связавшись с бывшим руководителем, поняла, что стала жертвой мошенников и обратилась с заявлением в полицию. **/**/**** возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ, истец признана потерпевшей. При оформлении кредитов истец в дополнительных средствах не нуждалась, имела стабильный достаточный доход, денежные средства под влиянием обмана переводила неизвестным ей третьим лицам. Два кредитных договора были оформлены в дистанционной форме, один договор оформлен при участии сотрудника банка, которому был передан телефон для открытия личного кабинета и совершения всех необходимых действий по заключению договора, все подписи в заявлениях-анкетах, кредитных договорах проставлены ею в местах, отмеченных по инициативе сотрудников банка, без возможности реального согласования индивидуальных существенных условий, в силу ее нахождения в состоянии существенного заблуждения. При заключении кредитных договоров не были соблюдены ее права как потребителя в части предоставления надлежащей информации о финансовой услуге, не обеспечен баланс между безопасностью услуги и должной осмотрительностью клиента банка, с учетом того, что клиент является слабой стороной в этих правоотношениях. Полагала действия банков недобросовестными. Кроме того, полагала, что сделки были совершены не только по причине того, что она не могла пописать значение своих действий и руководить ими, а также под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны третьих лиц.

Просит признать недействительными кредитные договоры, заключенные между истцом и Банком ВТБ (ПАО), АО «Газмпробанк, ПАО Сбербанк.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, указанным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении, пояснила, что находилась при совершении сделки в таком состоянии, в котором не могла совершать действия и руководить ими, при этом при оформлении кредитов банками не учитывалась ее финансовая нагрузка. Полагала, что ее ввели в заблуждение, выдали кредиты сверх ее доходов.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, полагала, что сотрудником банка был соблюден порядок выдачи кредита. Деньги были получены истцом через банкоматы в полном объеме. Согласно выписке из лицевого счета истцом вносились платежи по кредиту, направлялись суммы в счет погашения долга, истец осознавала, что кредит необходимо платить. Доказательств введения в заблуждение не представлено. Выводы экспертизы противоречивы и не могут быть положены в основу решения суда. Оснований для признания сделки недействительной отсутствуют.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Сбербанк» ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, пояснила, что причин в отказе выдачи кредита не имелось. Заявка была подана намного раньше, чем оформлен сам кредит. У истца было время для осознания всей ситуации. Экспертиза не может быть принята во внимание при вынесении решения суда, поскольку выводы в экспертизе противоречивы, у истца не выявлены никакие психические расстройства. Доказательства обмана и заблуждения истцом не представлены.

Представитель ответчика АО «Газпромбанк» ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что истцом подписано уведомление по кредитной нагрузке, где сообщено о сумме платежей свыше 50% платежеспособности, в связи с чем, введения в заблуждение не могло быть. Платежеспособность рассчитывалась из информации о текущей задолженности. Уведомление подписано до момента совершения сделки. Банк не отказал в этом случае, посчитал, что истец вправе самостоятельно принять решение.

Выслушав истца, представителей ответчиков, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Рассматривая возражения ответчиков относительно пропуска срока исковой давности, ходатайство истца о восстановлении пропущенного срока, суд приходит к следующему.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абз. 1, 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

По общему правилу, закрепленному п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Как установлено п. 1 ст. 197 ГК РФ, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В частности, согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Истцом в обоснование доводов уважительности пропуска сроков исковой давности указано на длительное прохождение оперативного лечения, курса реабилитации, мероприятий по восстановлению двигательной функции правой руки с **/**/**** по **/**/****, позднего информирования о приостановлении производства по уголовному делу **/**/****, что подтверждается представленными в материалы дела сведениями из амбулаторной карты, выписками с консультативных приемов узких специалистов, выписным эпикризом «Иркутского научного центра хирургии и травматологии», протоколами медицинских исследований, скриншотом переписки со следователем.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, нахождение ФИО1 на лечении, начиная с **/**/****, суд приходит к выводу о необходимости восстановления пропущенного срока исковой давности и рассмотрения заявленных исковых требований по существу.

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и тому подобное), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 статьи 162).

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Согласно ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

Статьей 30 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» предусмотрено, что отношения между кредитными организациями и их клиентами осуществляются на основе договоров, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 7 Федеральным законом от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Как следует из пункта 4.2 Положения Банка России от 15.10.2015 № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», при совершении операций с использованием платежной (банковской) карты без участия уполномоченного сотрудника кредитной организации - эквайера или иной кредитной организации, не являющейся кредитной организацией - эмитентом, идентификация клиента проводится кредитной организацией на основе реквизитов платежной (банковской) карты, а также кодов и паролей.

Таким образом, заключение договора займа в электронной форме с использованием электронной подписи в виде смс-кодов соответствует требованиям закона.

Согласно пп. 1 ч. 1 ст. 5.1 Федеральный закон от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», кредитная организация или микрофинансовая организация обязана по каждому заемщику рассчитать показатель долговой нагрузки заемщика в случае принятии решения о предоставлении потребительского кредита (займа).

Показатель долговой нагрузки заемщика рассчитывается кредитной организацией или микрофинансовой организацией в процентах с точностью до одного знака после запятой как отношение суммы величин среднемесячных платежей по всем кредитам и займам заемщика, в том числе по потребительскому кредиту (займу), заявление о предоставлении которого рассматривается кредитором и (или) индивидуальные условия которого передаются заемщику (далее - сумма величин среднемесячных платежей), к величине его среднемесячного дохода.

Если значение показателя долговой нагрузки заемщика, рассчитанное кредитной организацией или микрофинансовой организацией в соответствии с настоящей статьей, превышает пятьдесят процентов, кредитная организация или микрофинансовая организация обязана уведомить заемщика в письменной форме о существующем риске неисполнения заемщиком обязательств по потребительскому кредиту (займу), в связи с которым рассчитывался показатель долговой нагрузки заемщика, и риске применения к нему за такое неисполнение штрафных санкций до момента заключения такого договора потребительского кредита (займа), а также не позднее пяти рабочих дней после дня расчета показателя долговой нагрузки заемщика в соответствии с пунктом 3 части 2 настоящей статьи (за исключением случая, если кредитор принял решение отказаться от дальнейшего кредитования заемщика по договору потребительского кредита (займа) и (или) потребовать полного досрочного возврата потребительского кредита (займа), а в случае принятия решения об изменении условий потребительского кредита (займа) до изменения условий такого договора потребительского кредита (займа).

Факт ознакомления заемщика с уведомлениями, указанными в части 5 настоящей статьи, подтверждается заемщиком собственноручной подписью или с использованием аналога собственноручной подписи.

Как следует из материалов дела и установлено судом, **/**/**** между Банк ВТБ (ПАО) и истцом заключен кредитный договор №, в соответствии с которым банк предоставил кредит на сумму 3 989 864,28 рублей сроком на 60 месяцев под 14,80 % годовых, а истец обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в размере, в сроки и на условиях договора (п.п. 1, 2, 4, 6 договора).

При заключении кредитного договора был также заключен договор в соответствии с программой добровольного медицинского страхования «Мое здоровье» с АО «СОГАЗ», договор с САО «РЕСО-Гарантия», сумма страховой премии в размере 273 864,28 рублей перечислена страховщику.

Кредитный договор подписан истцом простой электронной подписью.

**/**/**** денежные средства в размере 3 350 000 рублей сняты в кассе банка, что подтверждается представленным в материалы гражданского дела расходно-кассовым ордером, кроме того денежные средства в размере 350 000 рублей сняты в банкомате с карты наличными.

Согласно расчету задолженности по кредитному договору № от **/**/**** истцом вносились платежи: **/**/**** в сумме 3 871,73 рублей, **/**/**** - 2,52 рублей, **/**/**** – 4 000 рублей, **/**/**** – 4 000 рублей, **/**/**** – 4 000 рублей.

Как следует, из заочного решения Слюдянского районного суда Иркутской области от **/**/****, по состоянию на **/**/**** сумма задолженности составила 4 293 899,87 рублей, в том числе остаток ссудной задолженности 3 708 256,01 рублей, задолженность по процентам 577 232,03 рублей, задолженность по пени 5 937,76 рублей, задолженность по пени по просроченному основному долгу 2 474,07 рублей.

Кроме того, **/**/**** между ПАО Сбербанк и истцом заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставил кредит в размере 3 299 000 рублей на срок 60 месяцев под 21,4% годовых, а истец обязался равными суммами ежемесячно производить аннуитетными платежами в размере 89 992,94 рублей (п.п. 1, 2, 4, 6 кредитного договора).

Кредитный договор подписан истцом простой электронной подписью.

Денежные средства в размере 3 299 000 рублей перечислены истцу, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, **/**/**** между АО «Газпромбанк» и истцом заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставил заемщику денежные средства в размере 3 179 190,75 рублей сроком на 36 месяцев с процентной ставкой 24,9% годовых, размером ежемесячного платежа – 118 056 рублей.

При заключении кредитного договора подписан полис страхования с ООО «Страховая компания «Ренессанс Жизнь», подано заявление в ООО «Европейская Юридическая служба» о предоставлении услуг по тарифному плану, выдан сертификат на круглосуточную квалифицированную поддержку.

В кассе банка истцом получена сумма в размере 2 650 000 рублей, что подтверждается расходным кассовым ордером.

Сумма задолженности по кредитному договору № от **/**/**** составляет 3 932 577,82 рублей, что подтверждается справкой о состоянии задолженности по кредитному договору.

Постановлениями СО-2 СУ МУ МВД России «Иркутское» от **/**/**** по обращению истца возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ (№), истец признана потерпевшей по уголовному делу, из которых следует, что в период с **/**/**** по **/**/**** в неустановленное время неизвестные лица, находясь в неустановленном месте, путем обмана завладели денежными средствами в общей сумме 10 611 500 рублей, принадлежащими ФИО1, причинив тем самым последней ущерб в особо крупном размере.

В обращении в ФСБ РФ от **/**/**** истец просила провести проверку на предмет вовлечения ее в мошенническую схему, нарушении ее личной финансовой безопасности.

**/**/**** предварительное следствие по вышеуказанному уголовному делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Из представленного в материалы дела АО «Газпромбанк» уведомления о значении показателя долговой нагрузки, подписанного истца, следует, что банк информировал заемщика о том, что общий размер ее среднемесячных платежей по всем имеющимся обязательствам по кредитным договорам, включая платежи по предоставляемому ей кредиту от **/**/**** №, превышает 50% ее среднемесячного дохода, что существует риск неисполнения обязательств по договору потребительского кредита, применения штрафных санкций, предусмотренных условиями кредитного договора.

Сведений о том, что Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк» рассчитывали показатель долговой нагрузки материалы дела не содержат.

При этом истцом в личном кабинете системы ПАО «Сбербанк» **/**/**** создана заявка на расчет кредитного потенциала и заявка на кредит (время создания 04:21:02 и 04:21:37 соответственно).

В материалы дела истцом также представлены направленные в ее адрес третьими лицами справки за подписью заместителя начальника отдела налоговой службы ИФНС России № по .... о наличии открытых банках счетов, документы о резервировании и закрытии страховых ячеек для погашения возникшей кредитной задолженности по структурам «ВТБ» (ПАО), АО «Газпромбанк», ПАО «Сбербанк» с указанием, что по состоянию на **/**/**** открытые в указанных банках счета закрыты, кредитные условия аннулированы, справка АО «Газпромбанк» об одобрении заявки по программе кредитования с указанием реквизитов получателя кредитных средств - Г., скриншоты переписки в мессенджере с направленными в адрес истца распоряжением Управления ФСБ РФ по Иркутской области, фотографиями служебного удостоверения О, ведущего специалиста службы безопасности центральной аппаратной части банка.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика АО «Газпромбанк» указал, что сторонами было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, денежные средства по выбору заемщика перечислены ему на счет. При заключении кредитного договора истец был ознакомлен со всеми и с каждым в отдельности положениями, установленными общими условиями предоставления потребительских кредитов, размещенными на информационных стендах в подразделениях кредитора и на сайте Банка, подписью подтвердила, что на дату подписания индивидуальных условий ею получены разъяснения о содержании всех условий договора. Истцом не представлено доказательств того, что, заключая договор, она не отдавала отчета своим действиям. Действия истца, направленные на заключение кредитного договора, совершены ею при отсутствии порока воли, истец осознавала природу и последствия заключаемого договора, ее добровольное и свободное волеизъявление было направлено на получение кредитных средств, которые были предоставлены банком в соответствии с условиями кредитного договора. Стрессовое состояние в момент заключения сделок не свидетельствует, что в момент совершения сделок она не могла понимать значение своих действий и/или руководить ими. Полагал необходимым применение положений о двусторонней реституции и возложении на заемщика обязанности возвратить банку сумму кредита. При заключении кредитного договора истец не был введен в заблуждение, заблуждение могло быть лишь в последующих операциях по переводу денежных средств неустановленным лицам.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика ПАО «Сбербанк» указал, что банком соблюдаются требования закона о потребительском кредите, предусматривающего условия потребительского кредита, содержание общих и индивидуальных условий кредитования, порядок ознакомления с ними и порядок заключения договора. Из содержания представленных в материалы дела документов следует, что клиент подал заявку на получение кредита, а в последующем перед подписанием договора ознакомился с текстом индивидуальных условий кредитования и основными параметрами кредита, основные параметры кредита были направлены заемщику в тексте смс-сообщения, содержащие сумму, % ставку и срок кредитования. Порядок заключения договором посредством электронного взаимодействия урегулирован законом и договором банковского обслуживания, заключённым между истцом и банком. Оспариваемый договор заключен в офертно-акцептовом порядке, денежными средствами, перечисленными на его счет, клиент распорядился по своему усмотрению. При этом на стадии оформления кредита клиент имеет возможность отказаться от получения кредита. Оснований полагать, что действия при заключении кредитного договора совершены иным лицом, а не истцом и без ее согласия, у банка отсутствовали. Кроме того, банком блокировались операции по снятию наличных денежных средств, клиенту направлялись смс о подозрительном снятии наличных по ее карте. При звонке с номера, принадлежащего истцу, на номер 900 сотрудники контактного центра, задавая уточняющие вопросы, убедились, что говорят именно с держателем карты, предупредили о возможном мошенничестве со стороны третьих лиц, при этом истец подтвердила, что оформляла кредит самостоятельно и добровольно, ей необходимо снять денежные средства с целью приобретения транспортного средства, подтвердила операцию по снятию денежных средств. Распоряжение денежными средствами совершено после заключения кредитного договора, и не влияет на квалификацию договора как недействительной сделки. После приостановления операций клиент обращалась в банк для проведения расходных операций и подтверждения факта заключения договора, истцом получены наличные денежные средства через банкомат и кассу банка, вносилась оплата ежемесячных платежей по договору, клиент понимал источник происхождения средств, последствия распоряжения указанными средствами, признавал действительность сделки. Обстоятельств, указывающих на существенность заблуждения, касающихся природы сделки, в материалах дела не содержится, банк об обмане истца третьими лицами не знал и не мог знать. Наличие возбужденного уголовного дела не может являться основанием для признания договора недействительным и освобождения истца от обязательств по нему, хищение денежных средств, если таковое имело место быть, не ставит под сомнение сам факт заключения договора. Психическое состояние истца позволяло адекватно воспринимать действительность и не повлияло на формирование его воли.

В подтверждение доводов возражений ответчиком в материалы дела представлены условия банковского обслуживания от **/**/****, заявление истца на банковское обслуживание от **/**/****, памятка по оформлению потребительского кредита через мобильное приложение, заявление на предоставление доступа к смс-банку по единому номеру телефона от **/**/****, протокол проведения операций в автоматизированной системе, выгрузка из автоматизированной системы (журнал смс-сообщений), выписка по счету, заявление-анкета на получение потребительского кредита от **/**/****, стенограмма по исходящим звонкам клиента от **/**/****.

В связи с вышеуказанными обстоятельствами, для устранения всех противоречий, возникших в процессе рассмотрения данного гражданского дела, определением суда от **/**/**** по ходатайству истца назначена комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Иркутскому областному психоневрологическому диспансеру.

Из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов № от **/**/**** следует, что у истца хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие или иное болезненное расстройство психики в период с **/**/**** по **/**/**** (подача заявления о расчете кредитного потенциала, заключение кредитных договоров, получение кредитных средств, перевод кредитных средств на иные счета), а также в настоящее время не выявлено (шифр по МКБ-Х Z 00). Данное заключение подтверждается результатами настоящего клинического психиатрического обследования, выявившее у подэкспертной сохранность ее сознания, достаточную ориентировку в окружающем, целенаправленность действий, адекватный речевой контакт, отсутствие бредовых, галлюцинаторных переживаний, слабоумия, эмоциональную устойчивасть, достаточную критичность к своему положению и ситуации.

Психологический анализ материалов уголовного дела указывает, что воздействие на ФИО1 было достаточно длительным. Совместная с мошенниками деятельность обособлялась в общей структуре, она реализовывалась в условиях закрытой от воздействия извне коммуникации (с запретом общения и разглашения якобы секретной информации) и психологического сопровождения (убеждения и давления).

Психологический анализ материалов дела и поведения подэкспертной показывает, что обращение мошенников к подэкспертной от лица вышестоящего руководства с информацией об утечки данных сотрудников и просьбой оказать содействие в решении этого вопроса явилось пусковым механизмом криминальной ситуации. Ведущим мотивом для нее выступала помощь сотрудникам Следственного управления и ФСБ от имени вышестоящего руководства, который был «задан» ей извне, но полностью соответствовал личностным смыслам самой подэкспертной. Выработанные годами морально-этические нормы и устойчивые стереотипы - невежливо не отвечать на звонки, безапелляционно игнорировать просьбы и требования компетентных лиц или распоряжения вышестоящего начальства, напряжение текущего совладания, обусловленные внутренними механизмами (общая астенизация психической деятельности, наличие переживаний, тревожность, развитое чувство ответственности, положительный опыт непосредственного позитивного общения с работниками правоохранительных органов, приоритет вежливости и конформности в коммуникации, как и доверие; к атрибутам законности) обусловили готовность подэкспертной вступить в диалог, что позволило мошенникам найти опорные точки для последующих манипуляций. Все эти дни состояние было плохим « не могла ни спать, ни есть, начало трясти, следили за каждым шагом («мне казалось, что они сопровождают меня везде») тревога, беспокойство, сердцебиение, ощущение внутренней дрожи, лежала все время думала». Отмечает, что в банках состояние было «... дурацкое, оживленное как радостное, а домой приходила была постоянная сонливость,.. . угнетенное, мысли в разные стороны бегают, тяжесть». Она имела свою динамику, которая выражалась в преодолении/нагнетании проблем, имитации безвыходности положения, драматизации. Посягатели звонили ежедневно, были напористы, но вежливы и обходительны, интересовались даже малейшими деталями ее жизнедеятельности, выказывали переживания и заботу. Предоставляли информацию, которая не вызывала сомнений. Решающим фактором, значительно ослабившим критическое восприятие подэкспертной действий злоумышленников, выступило сообщение от своего руководителя, в котором последний сообщил подэкспертной о необходимости взаимодействия с сотрудниками правоохранительных органов. Была уверена, что выполняет свой гражданский долг, оказывает содействие сотрудникам банка и ФСБ. Являясь ответственной и исполнительной, все инструкции посягателей выполняла («Не анализируя»). Ни с кем из своего окружения данную ситуацию не обсуждала.

Навязываемый ей алгоритм действий, четкость указаний и требований при многозадачности и срочности их реализации способствовали субъективной безальтернативности транслируемых ей решений в связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации и своего положения.

Отмечались ограничение поля восприятия вследствие внешнего давления, фиксации на угрозе и защите своей безопасности, повышенное эмоциональное напряжение, что обусловило ориентацию только на внешние параметры ситуации без учета социально значимых, неблагоприятных и препятствующих факторов, а также растерянность, угнетение способности подэкспертной контролировать возникающие импульсы и прогнозировать последствия своих действий.

Отмечались снижение ресурсов волевой регуляции деятельности, ситуативность поведения, неспособность противостоять сложившимся обстоятельствам и находить конструктивный выход из такого положения, легкость принятия чужой позиции без ее анализа и оценки возможных результатов и последствий своих действий, податливость влиянию значимых лиц с готовностью к реализации транслируемых ей решений.

Выявлены недостаточность критических и прогностических способностей, трудности оценки адекватности собственных действий происходившему, непонимание социальных последствий своего поведения. Особенности личности ФИО1 в условиях направленного манипулятивного воздействия способствовали возникновению состояния заблуждения и психологического зависимого поведения, что препятствовало при формальном понимании характера собственных действий осознанию их значения, возможности руководить своими действиями в период с **/**/**** по **/**/****.

В период с **/**/**** по **/**/**** ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Правила оценки доказательств в гражданском процессе приведены в статье 67 ГПК РФ.

Осуществляя руководство процессом, суд в силу принципа состязательности, закрепленного в статье 12 ГПК РФ, и положений статьи 35 ГПК РФ разъясняет участвующим в деле лицам, что они несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

При этом в ходе проведения экспертизы должны соблюдаться определенные принципы ее проведения и требования к эксперту, предусмотренные нормами, как Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так и другими федеральными законами, в частности Законом о судебно-экспертной деятельности.

Одним из важных принципов проведения экспертизы является объективность, всесторонность и полнота исследований. Эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В соответствии со ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися доказательствами. Таким образом, заключения экспертов оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение, выполненное экспертами Иркутского областного психоневрологического диспансера, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами делу.

Заключение экспертов является ясным, полным, сомнений в правильности и обоснованности данного заключения у суда не имеется, сторонами не оспорено; экспертиза проведена по определению суда, заключение составлено квалифицированным экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, выводы экспертов носят мотивированный характер, экспертное заключение составлено в соответствии со статьей 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требованиями Федерального закона №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Данное судебное экспертное заключение соответствует требованиям ст. 67 ГПК РФ и является относимым, допустимым, достоверным доказательством по делу, подтверждающимся в совокупности с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела. Оснований к назначению повторной судебной экспертизы судом не установлено, ставить под сомнение правильность и обоснованность проведенной по делу судебной экспертизы оснований не имеется.

Само по себе несогласие лица, участвующего в деле, с выводами эксперта при отсутствии доказательств недостоверности содержащихся в заключении выводов, не исключает возможность принятия заключения эксперта в качестве допустимого доказательства по делу.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. №2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно статье 153 названного выше Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом, сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 Постановления Пленума 23.06.2015 № 25).

По смыслу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В силу статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной на основании этой статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 данного кодекса (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 171 названного кодекса ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.01.2025 №67-КГ24-13-К8).

По настоящему делу, предъявляя иск о недействительности кредитных договоров, истец ссылалась на совершение сделки в состоянии, не позволяющем понимать значение своих действий и руководить ими, а также под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны третьих лиц, что, заключая ряд кредитных договоров, она была уверена в том, что выполняет свой гражданский долг, что ее действия направлены на оказание помощи следственным органам в раскрытии мошеннических схем.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона и установленные по делу обстоятельства, в том числе заключение комплексной амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения сделок истец не могла понимать значение своих действий, прогнозировать их последствия и руководить ими в силу особенностей психоэмоционального состояния. Действия истца по заключению кредитных договоров сформировались под влиянием третьих лиц, решения истцом принимались, исходя из навязанных ей суждений, а не из корректной оценки данных суждений и принятия решений самостоятельно, на поведение истца оказала влияние выстроенная структура действий третьих лиц, навязываемый ей алгоритм действий, четкость указаний и требований при многозадачности и срочности их реализации способствовали субъективной безальтернативности транслируемых ей решений в связи с трудностями целостного осмысления всех деталей, компонентов ситуации и своего положения, что подтверждается заключением судебной экспертизы.

Суд также полагает возможным отметить, что АО «Газпромбанк», заведомо зная о превышении общего размера платежей по обязательствам пятидесяти процентного порога среднемесячного дохода заемщика, не проявив должную степень осмотрительности и добросовестности при наличии права на отказ в выдаче кредита, предоставил кредитные средства истцу, не смотря на имеющиеся риски неисполнения договора, а, уведомляя ФИО1 о данных рисках, фактически снял с себя ответственность.

Банк ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк» показатель долговой нагрузки не рассчитывали, ПАО «Сбербанк» после подачи истцом заявки на получение кредита (04:21:37) в небольшой временной промежуток (в 04:27:04) принято положительное решение, о чем истцу направлено соответствующее СМС-сообщение, что, по мнению суда, также свидетельствует о том, что банками какие-либо меры по проверке платежеспособности клиента не принимались, при этом, ответчики, не убедившись в полной мере в платежеспособности клиента, заключили с истцом оспариваемые кредитные договоры.

Доказательств того, что банки как профессиональные участники рынка были лишены права самостоятельно запросить официальную информацию, как о размере его дохода, так и иные документы в подтверждение платежеспособности клиента, либо отказать в выдаче кредита, либо предусмотреть гарантированные способы обеспечения по возврату выданных денежных средств, не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что истцом в целях получения кредитов представлена недостоверная информация либо она заведомо не собиралась их погашать.

Доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения оспариваемых договоров истец испытывала потребность в получении дополнительных кредитных средств в значительном размере, а также расходования заемных средств на собственные нужды, либо имела намерение причинить вред ответчикам, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчиков в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9000 рублей, по 3000 рублей с каждого.

Оценивая собранные по делу доказательства в совокупности, их взаимной связи, с учетом достаточности, достоверности, относимости и допустимости, суд полагает исковые требования удовлетворить.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать кредитный договор № от **/**/****, заключенный между ФИО1 и Банк ВТБ (публичное акционерное общество), недействительным.

Признать кредитный договор № от **/**/****, заключенный между ФИО1 и АО «Газпромбанк», недействительным.

Признать кредитный договор № от **/**/****, заключенный между ФИО1 и ПАО «Сбербанк», недействительным.

Взыскать с Банк ВТБ (публичное акционерное общество), ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Взыскать с АО «Газпромбанк», ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Взыскать с ПАО «Сбербанк», ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Иркутский районный суд Иркутской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья А.О. Финогенова

Мотивированное решение суда изготовлено 10 декабря 2025 года.