86RS0№-18
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
03 сентября 2025 года г. Нижневартовск
Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:
председательствующего судьи Козыревой М.А.,
при помощнике судьи Ибрагимовой С.Д.,
с участием ответчика Помпа Т.Р., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, и её представителя ФИО2, действующего на основании письменного ходатайства,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению акционерного общества «СОГАЗ» к Помпа Т.Р., ФИО1, ФИО3, третьи лица на стороне ответчиков, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4, общество с ограниченной ответственностью "АльфаВЭСК", акционерное общество «Группа страховых компаний "Югория", общество с ограниченной ответственностью "Самотлор-Хлеб", ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,
установил:
АО «СОГАЗ» обратилось в Нижневартовский городской суд с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования тем, что между ООО «АльфаВЭСК» и истцом заключен договор страхования автомобиля <данные изъяты> по риску «КАСКО», полис №. <дата> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту – ДТП) с участием автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО6, принадлежащим на праве собственности ФИО3 и автомобиля <данные изъяты> в результате которого автомобилю Lexus NX 200 причинены механические повреждения. ДТП произошло в результате нарушения требований ПДД ФИО6. По обращению потерпевшего истец признал данный случай страховым и выдал направление на ремонт, стоимость которого составила 1 016 490, 60 рублей и перечислена СТО. В связи с тем, что гражданская ответственность виновника ДТП застрахована в АО «ГСК «Югория», страховая компания покрывает 400 000 рублей. ФИО6 скончался <дата>. Со ссылкой на ст. 1068, 965, 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации и Закон об ОСАГО просит взыскать с надлежащего ответчика 616 490, 60 рублей в счет возмещения вреда, причиненного в результате повреждения застрахованного имущества и расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 364, 91 рубль.
Представитель истца АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя истца.
Ответчик Помпа Т.Р., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, пояснив, что она и несовершеннолетний сын являются наследниками ФИО6. ФИО6 в момент ДТП управлял автомобилем, предоставленным ему работодателем.
Представитель ответчика Помпа Т.Р. – ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, пояснив, что поскольку ФИО6 в момент ДТП находился в трудовых отношениях с ФИО3, ответственность должна быть возложена на него. В случае удовлетворения исковых требований, просил учесть семейное и материальное положение ответчика Помпа Т.Р.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Доказательств, подтверждающих уважительность причин неявки суду не представил. До судебного заседания направил возражение на исковое заявление, в котором указал, что, осуществляя предпринимательскую деятельность, периодически передает принадлежащие ему транспортные средства в аренду третьим лицам. В соответствии с договором аренды транспортного средства от <дата> и актом приема-передачи транспортного средства от <дата> ФИО3 передал во временное пользование ФИО6 транспортное средство для личных нужд. В соответствии с п. 5.3 договора аренды арендатор (ФИО6) несет ответственность за ущерб, причиненный в результате ДТП. Поскольку в момент ДТП владельцем источника повышенной опасности являлся ФИО6, он обязан нести ответственность за ущерб, причиненный в результате ДТП. Трудовые отношения с ФИО6 в момент ДТП отсутствовали. ФИО6 принят на работу к ИП ФИО3 на должность водителя – экспедитора <дата>.
Третьи лица и представители третьих лиц на стороне ответчиков, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4, ООО "АльфаВЭСК", АО «Группа страховых компаний "Югория", ООО "Самотлор-Хлеб", ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, приходит к следующему.
<дата> произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО6, принадлежащим на праве собственности ФИО3 и автомобиля <данные изъяты>, в результате которого автомобилю Lexus NX 200 причинены механические повреждения
В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Как следует из материалов дела автомобиль <данные изъяты> принадлежит на праве собственности ФИО5 на основании договора купли-продажи от <дата>, на момент ДТП собственником являлось ООО «АльфаВЭСК» (том 1 л.д. 147, том 2 л.д. 36, 77), автомобиль <данные изъяты> – ФИО3 (том 1 л.д. 223).
Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении следует, что ДТП произошло по вине ФИО6, управлявшего автомобилем <данные изъяты>. Вина ФИО6 также подтверждается схемой ДТП и объяснениями участников ДТП (том 1 л.д. 93-96).
Как следует из актовой записи о смерти ФИО6 скончался <дата> (том 1 л.д. 87).
Наследниками, принявшими наследство, после смерти ФИО6 являются Помпа Т.Р. и ФИО1 (том 1 л.д. 100- 130, 88,89).
В соответствии со ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
Как разъяснено в пп. 58, 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> "О судебной практике по делам о наследовании" под долгами, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (ст. 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.
Поскольку причинение имущественного вреда истцу в виде повреждения автомобиля явилось следствием противоправных действий ФИО6, связанных с нарушением правил дорожного движения обязательства ФИО6, возникшие вследствие причинения им вреда, в силу правил ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации вошли в объем наследственной массы и, соответственно, перешли к его наследникам в порядке универсального правопреемства.
При этом, в силу ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Кроме того, в соответствии с абз. 3 п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).
В определении по делу об административном правонарушении и объяснениях ФИО6 указано, что он состоит в трудовых отношениях с ООО «Самотлор-Хлеб» (том 1 л.д. 93, 96).
Из ответа на запрос суда ООО «Самотлор-Хлеб», ФИО1 в трудовых отношениях с обществом не состоял (том 1 л.д. 230).
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Самотлор-Хлеб» генеральным директором и учредителем общества является ФИО3 (том 1 л.д. 236-250).
<дата> ФИО6 принят на работу к ИП ФИО3 на должность водителя – экспедитора (том 2 л.д. 201-202, 207, 103- 124), уволен <дата> (том 2 л.д. 206).
Из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей следует, что ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которого является производство хлеба и хлебобулочных изделий недлительного хранения (том 2 л.д. 220-225).
При этом, товарно-транспортными накладными подтверждается (том 3 л.д. 67-80), что водитель ФИО6 получал товар в качестве представителя ИП ФИО3, в том числе, <дата> (дата ДТП), что свидетельствует о фактическом допуске ФИО6 к работе у ИП ФИО3
В соответствии с положениями части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3).
В соответствии с абзацем вторым статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
В силу разъяснения в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть, в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.
ИП ФИО3 является индивидуальным предпринимателем, на момент ДТП автомобиль <данные изъяты>, принадлежал ФИО3 и застрахован АО ГСК «Югория» в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством.
Товарно-транспортными накладными подтверждается, что водитель ФИО6 получал товар в качестве представителя ИП ФИО3
В связи с чем, суд приходит к выводу о наличии в момент ДТП трудовых отношений между ИП ФИО3 и ФИО6
Ссылку ответчика ФИО3 на договор аренды транспортного средства, заключенный с ФИО6 <дата> (том 2 л.д. 203, 204) суд находит необоснованной и расценивает, как способ уйти от ответственности.
Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, правовое значение имел факт выполнения ФИО6 работы в момент ДТП по заданию ИП ФИО3 (обязанностей по трудовому либо гражданско-правовому договору). При этом отсутствие письменного приказа о принятии на работу либо письменного гражданского договора само по себе не исключает наличия трудовых либо гражданско-правовых отношений между гражданином, управляющим источником повышенной опасности, и владельцем этого источника, и не предопределяет того, что имел место действительный переход права владения транспортным средством.
В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО6 использовал автомобиль в своих личных целях, как и доказательства фактического исполнения договора аренды – перечисление ФИО6 арендных платежей ФИО3
На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО3, в связи с чем исковые требования к Помпа Т.Р. и ФИО1 удовлетворению не подлежат.
В соответствии со статьей 4 Федерального закона от <дата> № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее по тексту – Федеральный закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Гражданская ответственность владельца автомобиля <данные изъяты> застрахована по договору ОСАГО в АО «ГСК «Югория» (том 2 л.д. 231).
Согласно части 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 13 Федерального закона от <дата> № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Федеральный закон об ОСАГО) в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
Согласно пункту "б" статьи 7 Федерального закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.
Статьёй 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причинённый вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В соответствии с п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой снижение рыночной стоимости поврежденного транспортного средства. Утрата товарной стоимости подлежит возмещению и в случае, если страховое возмещение осуществляется в рамках договора обязательного страхования в форме организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика заключен договор о ремонте транспортного средства, в установленном Законом об ОСАГО пределе страховой суммы.
Автомобиль <данные изъяты> на момент происшествия застрахован АО «СОГАЗ» по договору добровольного страхования автокаско страховой полис от <дата> № (том 1 л.д. 25-29)
Согласно страховому акту № размер стразового возмещения составил 1 016 490, 60 рублей (том 1 л.д. 49), согласно заказ-нарядам и счету на оплату от <дата> № АП00000223 (том 1 л.д. 51-60, 61) сумма в размере 1 016 490, 60 рублей страховой компанией платёжным поручением от <дата> № (том 1 л.д. 63).
В соответствии со ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдение правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (п. 2 ст. 965 ГК РФ).
Как следует из подпункта 4 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, при суброгации страховщик на основании закона занимает место кредитора в обязательстве, существующем между потерпевшим и лицом, ответственным за убытки.
На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб). В рассматриваемом споре ущерб подлежит возмещению в полном объеме без учета процента износа транспортного средства.
В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.
В нарушение требования ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации размер ущерба, причиненный автомобилю <данные изъяты>, выплаченный истцом в счет восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, ответчиками не оспорен, ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявлено.
Таким образом, требования истца о возмещении ущерба подлежат удовлетворению в заявленном размере – 616 490, 60 рублей (1 016 490, 60 – 400 000).
На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 364, 91 рубль.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования акционерного общества «СОГАЗ» к Помпа Т.Р., ФИО1, ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 (ОГРНИП №) в пользу акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН <***>) в счет возмещения ущерба 616 490, 60 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 9 364, 91 рубль, всего взыскать 625 855 (шестьсот двадцать пять тысяч восемьсот пятьдесят пять) рублей 51 копейку.
В удовлетворении исковых требований акционерного общества «СОГАЗ» к Помпа Т.Р., ФИО1 отказать.
Решение суда может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение одного месяца после вынесения решения в окончательной форме через Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.
Мотивированное решение составлено 17.09.2025
Судья М.А. Козырева
«КОПИЯ ВЕРНА» Подлинный документ находится в Судья ______________ М.А. Козырева Нижневартовском городском суде
Секретарь с/з _________ ФИО7 ХМАО-Югры в деле №
« ___ » _____________ 2025 г. Секретарь с/з _____ ФИО7