74RS0№-55

Дело №а-860/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(дата) (адрес)

Калининский районный суд (адрес) в составе:

председательствующего Таракановой О.С.,

при секретаре судебного заседания Крюковой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Челябинской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области о признании действий (бездействия) не соответствующими нормативным актам и нарушающим его права на надлежащие условия содержания под стражей в части предоставления законной нормы площади на каждого содержащегося под стражей, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области о признании действий (бездействия) ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области (далее - СИЗО-3) не соответствующими нормативным актам и нарушающим его права на надлежащие условия содержания под стражей в части предоставления законной нормы площади на каждого содержащегося под стражей; взыскании с Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области компенсации за причиненный моральный вред в размере 364 178 руб.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что (дата) в ходе беседы с осужденным ФИО2, отбывающим наказание в ФКУ ИК-25 ФИО3 России по (адрес) узнал, что судом удовлетворен последнему иск о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, в которых находился он в СИЗО-3. Узнал, что данные условия содержания не соответствуют требованиям, установленным законодательством Российской Федерации в части санитарных норм площади на каждого содержащегося в ПТК, тюрьмах. Считает, дату (дата) днем исчисления срока подачи настоящего иска, в соответствии со ст. 219 КАС РФ. При необходимости, просил восстановить пропущенный срок.

Указал, что по решению суда он находился в СИЗО-3:

с февраля 2015 г. по июль 2015 г. в камере, общей площадью 8 кв.м. при одновременном нахождении в камере от 5 до 7 человек, включая его,

с октября 2015 г. по январь 2016 г. в камере, общей площадью 15 кв.м., при одновременном нахождении в камере до 7 до 9 человек, включая его,

с июня 2016 г. по июль 2016 г. в камере, общей площадью 5 кв.м., при одновременном нахождении в камере 6 человек, включая его,

с августа 2016 г. по ноябрь 2016 г. в камере №171, общей площадью15 кв.м., при одновременном нахождении в ней от 6 до 8 человек, включая его,

с декабря 2016 г. по март 2017 г. в камере №64, общей площадью 6 кв.м., при одновременном нахождении в камере 7 человек, включая его,

с апреля 2017 г. по июль 2017 г. в камере, общей площадью 13 кв.м., при одновременном нахождении в камере 3 человек, включая его,

с августа 2017 г. по октябрь 2017 г. в камере №64, общей площадью 6 кв.м., при одновременном нахождении в камере от 4 до 7 человек, включая его.

Указал, что в любое время суток количество пространства на каждого содержащегося в данных камерах составляло от 0,8 кв.м. до 2,5 кв.м. Полагал, что данные камеры в спорные периоды времени были сильно переполнены по вине администрации СИЗО-3. Считал, что администрация СИЗО-3 обязана следить за соблюдением санитарных норм размещения арестованных, зная о незаконности своих действий, не предпринимала мер по недопущению и устранению нарушений.

Указал, что находясь длительный период времени (круглосуточно) в малом количестве пространства в камерах привело к тому, что он постоянно испытывал стресс, приведший к нарушению сна, головным болям, раздражительности, упадку сил, в результате чего, ухудшилось его психическое состояние в целом. По настоящее время у него имеются признаки хронического нарушения сна, что может привести к более негативным последствиям в будущем. Считал, что указанными действиями ему причинен моральный вред.

Определениями суда в протокольной форме к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены: (дата) – ГУФСИН России по (адрес), (дата) – ФСИН России.

Административный истец ФИО1 посредством видеоконференц-связи (через ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Челябинской области) в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, указал о том, что в период содержания подвал жалобы на условия своего содержания в прокуратуру, которая в свою очередь безосновательно провела проверку, без его личного опроса.

Представитель административных ответчиков СИЗО-3, ГУФСИН России по Челябинской области и ФСИН России ФИО4, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам, указанным в возражениях на иск, ходатайствовала о применении срока исковой давности.

Представители административных ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Челябинской области в судебное заседание не явились, извещались судом надлежащим образом.

Сведения о дате, времени и месте судебного разбирательства доведены до всеобщего сведения путём размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу: http://www.kalin.chel.sudrf.ru.

Суд в силу ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

При разрешении публично-правового спора для удовлетворения заявленных требований необходима совокупность двух условий: несоответствие оспариваемого решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, регулирующему спорное правоотношение, и нарушение этим решением, действием (бездействием) прав либо свобод административного истца (ч. 2 ст. 227 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Согласно ч. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами, регулирующими спорные отношения;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные правоотношения.

Согласно ч. 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п. 1 и 2 ч. 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в п. 3 и 4 ч. 9 и в ч. 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В силу вышеназванных положений процессуального закона при рассмотрении данной категории дел к обязанности административного истца относится доказывание нарушения оспариваемыми действиями (бездействием) его прав и свобод, а к обязанности административного ответчика - законности таких действий.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года, ст. ст. 2, 17, 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания; унижающим достоинство признается обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с частью 1 статьи 218, частью 2 статьи 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 КАС РФ).

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

В соответствии со ст. 11 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (часть 2).

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим).

Режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания (ч. 1 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

Согласно ч. 3 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса РФ в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст.99 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Распределение подозреваемых, обвиняемых и осужденных осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также согласно ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ФИО1 содержался в СИЗО-1 на основании п. 3 ст. 77.1 УИК РФ и на условиях отбывания им наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Согласно справке по карточке Ф-1 ФИО5 впервые прибыл в СИЗО-3 14 апреля 2015 г. из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Челябинской области, убыл (дата) в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по (адрес), (дата) убыл в ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по (адрес) (л.д. 43-44)

Условия содержания в СИЗО-3 соответствуют и соответствовали нормам Уголовно-исполнительного кодекса РФ, Федерального закона от 15 июля 1995 №103-Ф3 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Приказу Минюста России от 14 октября 2005 №189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», Приказу Минюста России от 03 октября 2005 № 204-дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащихся в следственных изоляторах и тюрьмах УИС», Приказу Минюста России от 28 мая 2001 г. №161-дсп «Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем уголовно исполнительной системы».

Согласно справке о движении по камерам, осужденный ФИО1 содержался в СИЗО-3 в 2015, 2016, 2017 годах в следующих камерах: 62 (2015) – 20 кв.м., 71 (2015) – 10,30 кв.м., 183 (2015) – 37,70 кв.м., 185 (2015) – 15,80 кв.м., 189 (2015) – 17,60 кв.м., 027 (2015) – 5,50 кв.м., 029 (2015) – 4,60 кв.м., 59 (2016) – 20,30 кв.м., 72 (2016) – 10,10 кв.м, 171 (2016) – 20,40 кв.м., 172 (2016) – 17,60 кв.м., 59 – 10,10 кв.м., 127 – 16,20 кв.м., 139 – 20,40 кв.м. (л.д. 47, 120).

По мнению Конституционного суда Российской Федерации, сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевода в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве, не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в законную силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положения лица как осужденного. «Такие лица сохраняют свой статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу и предусмотренными уголовно-исполнительным законодательством правами и обязанностями", — говорится в определении Конституционного суда Российской Федерации от (дата) №-П.

Судом установлено и не оспаривалось административным истцом, что в период содержания в СИЗО-3 ФИО1 был обеспечен индивидуальным спальным местом и восьмичасовым сном в ночное время.

Все камеры СИЗО-3, в том числе камеры №, 189,183, 185, 71, 27, 171, 172, 29, 59, 174, 127, 139 оборудованы оборудованы в соответствии с Приказом МЮ РФ № от (дата) «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих наказания в виде лишения свободы и следственных изоляторов УИС», а также согласно свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», одноярусной или двухъярусной кроватью с габаритными размерами 1.9х 0.7 метра; стол и скамейка стол и скамейка с числом посадочных мест по количеству мест в камере; шкаф для продуктов; вешалка для верхней одежды; полка для туалетных принадлежностей; зеркало, вмонтированное в стену камеры; подставка под бачок для питьевой воды; бачок для питьевой воды; радиодинамик для вещания общегосударственной программы; урна для мусора; светильниками рабочего и дежурного освещения; таз для гигиенических целей и стирки одежды; вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); вызывной сигнализацией телевизор (при наличии возможности). Камерные помещения оборудованы напольными чашами и умывальниками. Обеспечена приватность санузла. Санузлы оборудованы деревянными дверьми. Теплоснабжение подается централизованно из городских тепловых сетей. Подача горячего водоснабжения в камерах не предусмотрена. Все камеры режимных корпусов учреждения освещены в соответствии с требованиям СНиП 23-05-95 «Нормы проектирования СИЗО», утв. Приказом Минюста России №. В камере установлены люминесцентные и светодиодными светильники рабочего и дежурного освещения, обеспечивающие достаточное освещение. Согласно п. 45 приказа МЮ РФ от (дата) № «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС», не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

Согласно ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Согласно справке начальника отдела режима и надзора учреждения, ФИО1 содержался в СИЗО-3 в период с (дата) по (дата), с (дата) по (дата), где:

с (дата) по (дата) содержался в камере 62, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 2 до 5 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 189, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 6 до 7 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 183, оборудованной 10 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 3 до 7 человек,с (дата) по (дата) содержался в камере 185, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 2 до 6 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 71, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 1 до 4 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 62, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 2 до 6 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 186, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 4 до 6 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 171, оборудованной 6 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 3 до 6 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 27, оборудованной 2 спальными местами, содержался один,

с (дата) по (дата) содержался в камере 171, оборудованной 6 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 2 до 6 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 172, оборудованной 8 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 4 до 5 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 29, оборудованной 2 спальными местами, содержался один,

с (дата) по (дата) содержался в камере 72, оборудованной 4 спальными местами (до (дата)) и 6 спальными местами (с (дата)), совместно с истцом содержалось от 1 до 2 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 59, оборудованной 2 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 1 до 4 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 174, оборудованной 1 спальным местом, содержался один,

с (дата) по (дата) содержался в камере 59, оборудованной 2 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 2 до 3 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 127, оборудованной 4 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 1 до 4 человек,

с (дата) по (дата) содержался в камере 139, оборудованной 5 спальными местами, совместно с истцом содержалось от 1 до 4 человек.

Как следует из пояснений представителя административного ответчика СИЗО-3, на момент рассмотрения дела, в учреждении неоднократно менялась нумерация камер в связи с реконструкциями помещений в учреждений (л.д. 103-104).

(дата) ФИО1 обратился с жалобой в прокуратуру за соблюдением законов в исправительных учреждениях, содержащей, в том числе доводы о ненадлежащих условиях содержания в СИЗО-3 в 2016 году (л.д. 88-94).

Из представленных по запросу суда материалов проверки следует, что ФИО1 содержался в следующих камерах СИЗО-3:

с 8 по (дата) в камере № – содержался один. В камере № содержался в карцерном положении с (дата) (15ч. 20 мин.) по (дата) (15ч.20 мин.), (дата) освобожден с карцерного положения в 15ч.20 мин., ему выданы все личные вещи, предоставлено спальное место, размещен в камере № в соответствии с требованиям и ПВР СИЗО, ФЗ №103-ФЗ «О содержании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления», обеспечен всем материально-бытовыми и санитарно-гигиеническими условиями в полном объеме. В 18.00 час. (дата) переведен в карцерное положение,

с 17 по (дата) содержался в камере №. В данной камере содержался один, на основании постановления о водворении на одиночное содержание от (дата) сроком на 4 суток,

(дата) переведен на общее положение в камере № (ранее 72), содержался в соответствии со ст. 33 №103-ФЗ «О содержании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления».

(дата) в связи с изменением нумерации камер в СИЗО-3, камера № переименована в №.

(дата) был освобождён с карцерного положения в 18.00 час., ему были выданы все личные вещи, предоставлено спальное место, размещен в камере № в соответствии с требованиям и ПВР СИЗО, ФЗ №103-ФЗ «О содержании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления», обеспечен всем материально-бытовыми и санитарно-гигиеническими условиями в полном объеме (л.д. 97).

Из справки заместителя начальника СИЗО-3 следует, что камера №, площадью 4,27 кв.м., оборудована одним спальным местом, находится в пристрое к корпусу №. Камера оснащена в соответствии с приказом № от (дата), в том числе одним окном, столом, скамейкой с числом посадочных мест по количеству мест в камере, санузлом, бачком для питьевой воды, тумбочкой, полочкой под продукты питания, электрооборудованием для освещения (дежурное и основное) информационным стендом, инвентарем для уборки камеры, вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей, зеркалом, встроенным в стену, подставкой под бачок с питьевой водой, радиодинамиком для вещания общегосударственных программ, вызывной сигнализацией. Естественная вентиляция осуществляется через окно, установленное в камере и через вентиляционную отдушину. Теплоснабжение подается централизованно из городских тепловых сетей, в течение отопительного сезона температурный режим в камерах не нарушался. Сантехнические приборы, системы водоснабжения и водоотведения находятся в исправном состоянии (л.д. 101).

Согласно справке заместителя начальника СИЗО-3, камера №, общей площадью 10,1 кв.м. расположена на 1этаже главного режимного корпуса № и оборудована 2 спальными местами. Камера оснащена в соответствии с приказом № от (дата) Согласно пункту 8.57 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» оборудована: одним окном, одноярусными и двухъярусными (только в камерах)кроватями с габаритными размерами 1,9 х 0,7 м. и прикроватными тумбочками (одна на 2 человека), столы и скамейки с числом посадочных мест по количеству мест в камере из расчета периметра столов и длины скамеек по 0,4 пог. м. на одного человека, санузлом, естественной вентиляцией, шкафом для продуктов, вешалкой для верхней одежды (только в камерах), полка для туалетных принадлежностей, зеркало, вмонтированное в стену камеры, подставку под бачок для питьевой воды, бачок для питьевой воды, радиодинамиком для вещания общегосударственной программы, урной для мусора, светильник рабочего и дежурного освещения, тумбочкой под телевизор или кронштейн для крепления телевизора, телевизор и холодильник, вызывной сигнализацией. В камере установлены люминесцентные светильники рабочего и дежурного освещения обеспечивающие достаточное освещение в том числе в камерах №. Санитарный узел в камерах оборудован в соответствии с пунктом 8.66 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России», а именно, в камерах №, 68 напольные чаши и умывальник размещены в кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины имеют перегородку высотой 2,2 кв.м. от пола уборной. В соответствии с пунктом 8.64 свода правил «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» оконные переплеты в камерах створчатые и оборудованы для вентиляции форточками (л.д. 102).

По результатам проверки прокуратурой (дата) в адрес ФИО1 дан ответ, в соответствии с которым, нарушений требований Федерального закона №103-ФЗ «О содержании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления» при содержании в декабре 2016 г. в камерах 029 и 59 (ранее 72), в том числе материально-бытовое обеспечение, не выявлено (л.д. 107-108).

Таким образом, нормы санитарной площади, установленные ст. 99 УИК РФ (для осужденных), а также ст. 23 Федерального закона от (дата) №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не нарушались, перелимит в камерах, где содержался ФИО1 имелся, распределение дополнительных спальных мест по камерам производилось по мере необходимости.

Так, в целях обеспечения спецконтингента индивидуальными спальными местами, в ночное время выдавались дополнительные спальные места – раскладные.

Согласно справке главного бухгалтера СИЗО-3 на балансе учреждения числятся кровати полевые раскладные в количестве 40 шт. (приняты к учету (дата)) и кровати раскладные усиленные «П-У» в количестве 50 шт. (приняты к учету (дата)) (л.д. 46).

Осужденный ФИО1 в период пребывания в СИЗО-3 имел полное право обратиться в администрацию СИЗО с жалобой на условия содержания, в том числе, с жалобами, которые стали предметом данного иска. Такие жалобы и обращения рассматриваются администрацией СИЗО в порядке, предусмотренном законодательством РФ, также лица, содержащиеся в СИЗО могут обратиться в администрацию учреждения с просьбой вызвать их на прием к руководству изолятора. Однако, жалоб и каких-либо обращений от истца не поступало, заявлений о вызове на прием к руководству СИЗО - не поступало, материалами дела не подтверждается.

Из ответа на судебный запрос ФКУЗ МСЧ-74 ФСИН России сообщено о том, что за время пребывания в СИЗО-3 ФИО1 систематически осматривался медицинскими сотрудниками филиала МС-20 ФКУЗ МСЧ-74 ФСИН России, обращался за медицинской помощью, а именно: 29, (дата) осмотрен медицинским сотрудником, выставлен диагноз: хронический гастрит, обострение, миозит, назначенное амбулаторное лечение получил в полном объеме. (дата) осмотрен медицинским сотрудником, выставлен диагноз: миозит, назначенное амбулаторное лечение получил в полном объеме. 10, 12, (дата) осмотрен медицинским сотрудником, выставлен диагноз: дорсопатия, ремиссия, аггравация, даны рекомендации. (дата) осмотрен медицинским сотрудником, выставлен диагноз: хронический гастрит, нестойкая ремиссия, назначенное амбулаторное лечение получил в полном объеме. (дата) осмотрен врачом-неврологом, заключение: патологии не выявлено, даны рекомендации. 2, (дата) осмотрен медицинским сотрудником, выставлен диагноз: дорсопатия ремиссия, миозит, назначенное амбулаторное лечение получил в полном объеме. (дата) осмотрен медицинским сотрудником, установлен диагноз: хронический гастрит, нестойкая ремиссия, назначенное амбулаторное лечение получил в полном объеме. (дата) выданы личные лекарственные препараты (аскорбиновая кислота, бифидум). С (дата) по настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по (адрес). Указано, что медицинская помощь ФИО1 организована на основании приказа МЮ РФ от (дата) №, нарушений в действиях сотрудников ФКУЗ МСЧ-74 ФСИН России не установлено (л.д. 75-76).

Согласно ст.14 КАС РФ правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В силу ст.62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом, при этом, административным истцом не представлено суду доказательств наличия ненадлежащих условий его содержания в СИЗО-3.

По смыслу приведенных норм право на компенсацию морального вреда возникает при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага, и только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Процесс содержания лица под стражей законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения

Разрешая настоящий спор, суд, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив по правилам ст. 84 КАС РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, принимая во внимание то, что требования административного истца о присуждении ему компенсации за нарушение условий содержания под стражей фактически основаны на его утверждении о незаконности действий сотрудников СИЗО-3 по содержанию истца в ненадлежащих условиях, не находит законных оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований.

Относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств противоправности действий (бездействий) сотрудников СИЗО-3, нарушений установленных условий содержания в целях установления права административного истца на компенсацию суду в ходе судебного разбирательства не представлено.

При этом, отказывая ФИО1 в удовлетворении требований, суд исходит из того обстоятельства, что административный истец является осужденным к лишению свободы по приговору суда, а потому установленные ограничения условий отбывания наказания, тем более соответствующие требованиям законодательства, являются правомерными, обоснованными, обусловленными защитой публичного интереса (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Требования ФИО1 о компенсации морального вреда, в связи с ненадлежащими условиями содержания в СИЗО-3 не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования - о признании действий (бездействий) незаконными, в котором административному истцу было отказано.

Кроме того, как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от (дата) № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» также разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из системного толкования указанных выше правовых норм, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Совокупность собранных по делу доказательств не только не подтверждает факт причинения административному истцу физических или нравственных страданий в результате действий (бездействия) административного ответчика, но не подтверждает содержание ФИО1 в условиях, не отвечающих требованиям соответствующих нормативных актов, регулирующих порядок содержания под стражей, в том числе Федеральному закону от (дата) № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста РФ, утвержденным приказом Министерства юстиции РФ от (дата) №-дсп.

Доводы административного истца о систематическом нарушении сотрудниками СИЗО-3 прав и свобод ФИО1 являются не обоснованными, не нашедшими своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем, суд полагает, что ФИО1 причинялись лишь те ограничения и лишения, которые являются неизбежными при применении мер, связанных с лишением свободы.

Кроме того, согласно части 1 статьи 219 КАС РФ если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Из системного толкования вышеуказанных положений закона следует, что законодатель, предоставляя гражданам считающим, что их права и свободы нарушены, возможность оспорить в суде решения, действия (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, устанавливает ограничения, согласно которым в удовлетворении заявленных требований может быть отказано без рассмотрения спора.

Так, в законе установлены сроки для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момент начала их исчисления, что относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, и обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений.

То есть, самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного искового заявления может служить пропуск заявителем срока обращения в суд.

Доводы административного истца о том, что о нарушении своих прав узнал после с общения только 25 октября 2022 г. в ходе беседы с осужденным ФИО2, судом подлежат отклонению, поскольку согласно материалам дела о нарушении своего права, административному истцу было известно в дату пребывания в СИЗО-3, то есть, не позднее соответствующих дат наступления событий указанных в административном исковом заявлении.

При таких обстоятельствах, срок для оспаривания бездействия административного ответчика, указанного в административном иске, исчисляется в соответствии с частью 3 статьи 92 КАС РФ на следующий день после события, которыми определено его начало, и согласно части 1 статьи 93 поименованного Кодекса истекает в соответствующее число последнего месяца установленного срока.

ФИО1 в Калининский районный суд г.Челябинска обратился с исковым заявлением 1 декабря 2022 г., то есть спустя 6 лет после последних оспариваемых событий, произошедших в 2017 году, с пропуском установленного законом срока обращения в суд.

В силу части 1 статьи 95 КАС РФ лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», к уважительным причинам пропуска указанного срока, в частности, могут быть отнесены: обстоятельства, связанные с личностью лица, подающего апелляционную жалобу (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.); получение лицом, не присутствовавшим в судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела, копии решения суда по истечении срока обжалования или когда времени, оставшегося до истечения этого срока, явно недостаточно для ознакомления с материалами дела и составления мотивированных апелляционных жалобы, представления; неразъяснение судом первой инстанции в нарушение требований статьи 193 и части 5 статьи 198 ГПК РФ порядка и срока обжалования решения суда; несоблюдение судом установленного статьей 199 ГПК РФ срока, на который может быть отложено составление мотивированного решения суда, или установленного статьей 214 ГПК РФ срока высылки копии решения суда лицам, участвующим в деле, но не присутствовавшим в судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела, если такие нарушения привели к невозможности подготовки и подачи мотивированных апелляционных жалобы, представления в установленный для этого срок.

Указанные разъяснения в силу части 4 статьи 2 КАС РФ применимы к спорным процессуальным правоотношениям.

Из материалов дела следует, что заявление о восстановлении установленного законом срока обращения в суд, а также доказательств уважительности причин пропуска срока для обращения в суд за защитой нарушенного, по мнению административного истца права, ФИО1 не представлено.

Учитывая, что заявление о восстановлении установленного законом срока на обращение в суд, наличие уважительных причин пропуска в суд ФИО1 не представлено, срок на обращение пропущен, суд приходит к выводу об отказе административному истцу в удовлетворении заявленных требований также в связи с пропуском срока обращения в суд.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 174, 175-180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Челябинской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Челябинской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области о признании действий (бездействия) не соответствующими нормативным актам и нарушающим его права на надлежащие условия содержания под стражей в части предоставления законной нормы площади на каждого содержащегося под стражей, компенсации морального вреда - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Челябинского областного суда через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий О.С. Тараканова

Мотивированное решение суда составлено 28 марта 2023 года.

Судья О.С. Тараканова