Судья Хабибулина С.В. Дело № 22-1467

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 24 июля 2023 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Беляевой Э.А. (единолично),

при секретаре Полянской О.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Белоконевой О.В.,

осужденного ФИО1,

представителя потерпевшего ФИО15 - ФИО16,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению, дополнению к нему государственного обвинителя Михелкина К.В., апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного ФИО1, апелляционной жалобе защитника Воробьевой Н.Н. на приговор Борисоглебского городского суда Воронежской области от 21 февраля 2023 года, которым

ФИО1, 21.08.1977г.р., уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

осужден:

- по ч.1 ст.264 УК РФ (в редакции Федеральных законов от 7.12.2011 №420-ФЗ, от 31.12.2014 №528-ФЗ) к ограничению свободы на срок 2 (два) года, на основании ст.53 УК РФ ФИО1 обязан не выезжать за пределы территории муниципального образования <адрес> и не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания, на него возложена обязанность являться 1 раз в месяц на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию;

- по ст.125 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, ч.2 ст.72 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 (два) года 1 (один) месяц.

На основании ст.53 УК РФ ФИО1 обязан не выезжать за пределы территории муниципального образования <адрес> и не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания, на него возложена обязанность являться 1 раз в месяц на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию.

На основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ ФИО1 освобожден от отбывания наказания в соответствии с п.3 ч.1 ст.24, п.2 ч.5, ч.8 ст.302 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменена.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Доложив материалы уголовного дела, содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и дополнения к нему государственного обвинителя, апелляционной жалобы и дополнения к ней осужденного, апелляционной жалобы защитника, возражений на апелляционные представления и апелляционные жалобы с дополнением представителя потерпевшего-адвоката Харитонова Д.А., выслушав прокурора Белоконеву О.В., просившую изменить приговор по доводам апелляционных представлений, возражавшую в удовлетворении апелляционных жалоб и дополнений к апелляционной жалобе, осужденного ФИО1, поддержавшего доводы апелляционных жалоб с дополнением к его жалобе, просившего приговор отменить, уголовное дело прекратить за отсутствием в его действиях составов преступлений, представителя потерпевшего ФИО15- ФИО16, просившего приговор изменить по доводам апелляционного представления и дополнения к нему, а апелляционные жалобы с дополнением оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также в заведомом оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни и здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению вследствие своей беспомощности, при этом, он сам поставил потерпевшего в опасное для жизни и здоровья состояние.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде ФИО1 возражал о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

В апелляционном представлении государственный обвинитель, не оспаривая доказанности вины ФИО1 в совершении вменяемых ему преступлений, считает приговор суда подлежащим изменению ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора. Полагает, что при назначении наказания суд не в полной мере учёл личность осужденного и обстоятельства дела. Так в приговоре указано на отсутствие оснований для применения положений ч.3 ст.47 УК РФ о назначении дополнительного наказания. Вместе с тем, данное решение не мотивировано, судом не учтены обстоятельства совершения преступления, связанного с нарушением Правил дорожного движения, а также личность ФИО1, ранее привлекавшегося к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения. Указанные обстоятельства дают основание для применения ч.3 ст.47 УК РФ и назначении осужденному ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ, а также по совокупности преступлений дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель выражает несогласие с приговором суда в части установлении осужденному ограничений и возложении обязанностей, предусмотренных ч.1 ст.53 УК РФ при назначении наказания по ч.1 ст.264 УК РФ в виде ограничения свободы. Так, на основании ч.1 ст.53 УК РФ ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному определенных ограничений, в том числе не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, от одного до четырёх раз в месяц для регистрации. Установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным. Однако судом в приговоре на ФИО1 названные ограничения возложены, как обязанности, что не соответствует положениям ч.1 ст.53 УК РФ. Просит удовлетворить ранее заявленные доводы, а также изменить приговор, указав в резолютивной части установленные ограничения и возложенные обязанности осужденного в соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 считает приговор суда незаконным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ около 03 час. он на своем автомобиле «ФИО4» двигался по <адрес> в <адрес> в направлении <адрес>, со скоростью около 50 км/ч с ближним светом фар. В это время, в районе <адрес> из-за высокого отвала снега, на проезжую часть вышел пешеход, двигаясь справа налево относительно направления движения автомобиля. Расстояние от автомобиля до пешехода составляло около 15-20 метров. Обнаружив опасность для своего движения, предпринял меры экстренного торможения, но предотвратить наезд на пешехода не смог. Выйдя из машины, подошел к пешеходу, находившемуся с правой стороны дороги в районе <адрес> и предложил ему вызвать скорую или отвезти его в больницу, но пешеход отказался, сказав, что сам виноват в случившемся, что является сотрудником полиции, сейчас находится в состоянии алкогольного опьянения и ему не нужен негатив на службе. Убедившись, что пешеход находится в безопасном состоянии, уехал. Место наезда и место, где он разговаривал с пешеходом, расположено в районе <адрес> подтверждается следующими доказательствами по делу: заключением трасологической судебной экспертизы №3842 от 31.05.2019, согласно выводам которой, в момент наезда на пешехода его транспортное средство находилось слева от него (т.3 л.д.116-118); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к нему, согласно которому в районе <адрес> на проезжей части обнаружены фрагменты пластиковых частей автомобиля, пара перчаток, замок от куртки. На фототаблице зафиксирована вещественная обстановка, обнаружены предметы, в том числе отчетливо просматриваются высокие отвалы по краям проезжей части (т.1л.д.96-105). Согласно протоколу осмотра места происшествия, схеме и фототаблице к нему от ДД.ММ.ГГГГ с участием свидетеля Свидетель №7, считает, что установлено, что ДД.ММ.ГГГГ свидетель Свидетель №7 обнаружила потерпевшего ФИО15 на пешеходной части именно в районе <адрес>, то есть на значительном расстоянии от места, где был сбит пешеход Потерпевший №1 (21 метр) (т.2 л.д.160-164). Это подтверждается и протоколом проверки показаний на месте свидетеля ФИО16, схемой, фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, последний обнаружил своего сына ФИО15 на проезжей части в районе <адрес>, т.е. на значительном расстоянии (21 метр) от места, где был сбит пешеход Потерпевший №1 (т.2 л.д.165-169), вследствие чего приходит к выводу о причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшему третьими лицами при других обстоятельствах в районе <адрес>. Кроме того, его невиновность в преступлениях также подтверждается: заключением эксперта №1066 от 18.03.2020, согласно выводам которого, допустимая скорость движения его автомобиля по условиям видимости составляет 72 км/ч (т.4 л.д.81-89); заключением эксперта №2336.19 от 6.06.2019, согласно которому в сложившихся дорожных условиях, водитель ФИО1 не располагал технической возможностью предотвратить данное ДТП (т.3 л.д.132-145); Актом экспертного исследования эксперта ФИО2 ФИО5 Тамбовской лаборатории судебной экспертизы №1065/3-6 от 21.05.2020, составленного на основе договора с ним - ФИО1, согласно которому в данной дорожно-транспортной ситуации он не располагал технической возможностью на своем автомобиле предотвратить наезд на пешехода (т.6 л.д.40-42); справкой ВОКНД №47 от 6.02.2019, согласно которой зафиксирована средняя степень алкогольного опьянения ФИО15 (т.4л.д.134); показаниями в суде ФИО15, согласно которым, ДД.ММ.ГГГГ он вышел из дома своего знакомого на <адрес>, подошел к краю проезжей части, где стоял и ждал вызванное им такси, при этом на дорогу не выходил, стоял на обочине на расстоянии около 3 м от края дороги, когда увидел свет фар на расстоянии около 30-50 метров от себя, подошел ближе к краю дороги, где его сбил автомобиль белого цвета (протокол судебного заседания от 22.03.2022 т.10 л.д.206-208). Таким образом, делает вывод, что в ходе судебного следствия установлено, что Потерпевший №1 был обнаружен на расстоянии 21 метра от места столкновения автомобиля и пешехода, что, по его мнению, подтверждает факт самостоятельного передвижения ФИО15 после ДТП и разговора с ним - ФИО1 Указывает, что Потерпевший №1, оставшись дожидаться такси после ДТП и до момента его обнаружения около 06ч.10мин ДД.ММ.ГГГГ вступал в контакт с третьими лицами, об этом свидетельствует и то, что на месте обнаружения пешехода найдены и изъяты матерчатые перчатки, принадлежность которых не установлена, а также что у ФИО15 пропал сотовый телефон, место нахождения которого не установлено, что свидетельствует о причастности к ситуации третьих лиц. В суде его версия, подтвержденная указанными доказательствами, судом первой инстанции не опровергнута. Вместо этого, суд, сделав вывод о его виновности в совершении ДТП, обосновал его заключением автотехнической экспертизы №1066 от 18.03.2020, согласно которому он располагал технической возможностью предотвратить ДТП. Не согласен с данным выводом, поскольку он не соответствует фактическим обстоятельствам дела, т.к. заключением эксперта №2336.19 от 06.06.2019 и Актом экспертного исследования №1065/3-6 от 21.05.2020 эксперта ФИО2 С.А. установлено, что он не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода. Кроме того, по его мнению, судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Так, им заявлялось в суде ходатайство о допросе в качестве эксперта заведующего отделом автотехнических экспертиз эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России ФИО61 в целях установления научной обоснованности применения им методик исследования и правильности его расчётов, но в удовлетворении ходатайства судом было незаконно отказано. Вновь указывает, что в ходе судебного следствия установлено, что пешеход Потерпевший №1 был обнаружен на расстоянии 21 метра от места столкновения автомобиля с ним, что подтверждает факт самостоятельного передвижения ФИО15 после ДТП и разговора с ним. Считает, что приговор суда имеет существенные противоречия, построен на предположениях, на показаниях свидетелей, не являющихся непосредственными очевидцами ДТП, показания которых не подтверждают его вину в нарушении правил дорожного движения. В приговоре суд указал, что по двум преступлениям он вину признал частично, однако он не признал вину ни по одному из преступлений. Полагает, что приговор суда основан только на противоречивых показаниях потерпевшего ФИО15, а экспертом-автотехником, проводившим расчеты и выяснявшим возможность предотвратить наезд на пешехода ФИО15, проверялась только версия стороны обвинения, при которой пешеход Потерпевший №1 находился на проезжей части именно в статичном положении (заключение эксперта №1066 от 18.03.2020). Версия стороны защиты о возможности предотвращения ДТП водителем ФИО1 при выходе пешехода ФИО15 на проезжую часть в непосредственной близости, т.е. перед автомобилем, судом первой инстанции не проверялась. Не согласен с выводом суда, что он не предпринял достаточных мер для предотвращения ДТП и не совершил для этого манёвр объезда препятствия. Считает, что данное утверждение суда не основано на законе, поскольку иначе он выехал бы на полосу для встречного движения. Также не согласен с выводами суда о том, что нарушение им требований п.п.1.3, 1.5, 10.1, 2.5, 2.6 ПДД РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями, поскольку он не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО15 с момента, когда реально его обнаружил. Полагает, что судом нарушено его право на защиту, поскольку необоснованно были отклонены его ходатайства о проведении дополнительных судебных экспертиз, а также о признании доказательств недопустимыми, в том числе о признании недопустимым протокола проверки показаний на месте от 14.02.2020 (т.2 л.д.170-174), согласно которому расстояние, установленное с помощью рулетки, от места нахождения ФИО15 до места света фар приближающегося автомобиля, составило 496 метров, хотя согласно сведениям публичной кадастровой карты, имеющейся на сайте ФИО6, это расстояние составляет 264 метра. Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении него прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в деяниях составов преступлений.

В апелляционной жалобе защитник Воробьева Н.Н. также считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене ввиду отсутствия в действиях ФИО1 составов преступлений, поскольку его вина не установлена и не доказана. Также считает выводы суда несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Суд положил в основу обвинительного приговора недопустимые доказательства, которые были получены с нарушением закона, что является основанием для отмены приговора. Просит обвинительный приговор в отношении ФИО1 отменить.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и защитника Воробьевой Н.Н., а также на апелляционное представление государственного обвинителя представитель потерпевшего - адвокат Харитонов Д.А. считает их доводы необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного, его защитника и апелляционное представление государственного обвинителя - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершены изложенные в приговоре преступления, и которые в силу ст.73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом первой инстанции были установлены верно.

Факт наезда на пешехода сторона защиты не оспаривает, при этом утверждает, что ДТП произошло по вине пешехода, а ФИО1 не имел технической возможности предотвратить наезд.

Вместе с тем, обвинительный приговор в отношении ФИО1 основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Обжалуемый приговор соответствует требованиям ст.ст.297,307-309 УПК РФ. В нем содержатся описания деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины и последствий, проанализированы доказательства с изложением мотивированной оценки, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступлений, разрешены иные вопросы, предусмотренные ст.299 УПК РФ. Он не содержит предположений либо неоднозначных суждений в части оценки доказательств и правовой квалификации действий осужденного ФИО1

Все доказательства по делу, положенные в основу приговора, как в совокупности, так и каждое в отдельности, получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ. Каких-либо нарушений при их сборе, которые могли бы стать основанием для признания доказательств недопустимыми в соответствии со ст.75 УПК РФ, допущено не было. Все исследованные доказательства получили надлежащую оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ. При этом в соответствии с требованиями ч.2 ст.307 УПК РФ, суд привел мотивы, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие, перечислил доказательства, на которых основал свои выводы.

Так выводы о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.264, ст.125 УК РФ подтверждены показаниями самого ФИО1 в ходе предварительного следствия и в суде.

Как указано в приговоре, осужденный частично признал свою причастность к совершению преступлений, однако он пояснил в суде первой инстанции, а также сообщил в апелляционной жалобе и дополнении к ней, что свою вину в совершении преступлений не признал, показав, что ДД.ММ.ГГГГ около 03 часов ночи, возвращаясь домой на автомобиле «ФИО3» грз.<данные изъяты>, двигался по <адрес> в <адрес> со скоростью около 50-60 км/ч с ближним светом фар. Погода была морозная, пасмурная. В какой-то момент примерно в 15-20 метрах от автомобиля на перекрестке он увидел человека, вышедшего из-за отвала снега и жестикулировавшего руками, при этом двигаясь по проезжей части, он - ФИО1 не изменил траекторию своего движения, так как иначе бы выехал на полосу для встречного движения, что запрещено ПДД РФ. Нажав на тормоз, стал тормозить, но не смог предотвратить наезд на пешехода, так как не имел такой технической возможности. Когда остановился, вышел из автомашины, подойдя к пешеходу, почувствовал от него исходящий запах алкоголя. Пешеход сказал, что у него все нормально и на его предложение вызвать скорую помощь и сотрудников полиции, ответил отказом, а потому он уехал. После ДТП у его автомобиля имелись повреждения: помят капот, треснула решетка, разбит бампер, которые он решил стразу отремонтировать, отогнав автомобиль в это же утро около четырех часов автослесарю, решив немедленно отремонтировать автомобиль, так как не хотел, чтобы были видны повреждения, поскольку он намеревался его продать. В момент ДТП он не был уставшим, не находился в состоянии опьянения. Улица освещена не была. По своей инициативе скорую помощь не вызвал, так как подумал, что пешеходу ничто не угрожает, а сотрудников ДПС не вызвал по просьбе пешехода.

Несмотря на занятую позицию осужденного ФИО1, его виновность подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так потерпевший Потерпевший №1 показал, что в ночь со 02 на ДД.ММ.ГГГГг. он с Свидетель №1 пошел в гости к Свидетель №11, по адресу: <адрес>, куда пришли еще несколько человек, где он пил пиво. Около 02 часов ночи он вызвал такси, чтобы доехать до дома. Ожидая на улице такси, через некоторое время увидел свет фар, подумав, что это такси, вышел к краю проезжей части, в этот момент его сбила автомашина, которая ехала, не сбавляя скорость. Пришел в себя в больнице. Удар ему был нанесен передней частью автомобиля. Видимость во время ДТП была хорошая, проезжая часть почищена от снега, осадков не было.

В ходе проверки показаний на месте 14.02.2020 потерпевший ФИО28 указал место своего нахождения в тот момент, когда увидел свет фар автомобиля, место нахождения автомобиля в тот момент, когда вышел на проезжую часть и место наезда на него автомобиля (т.2 л.д.170-174).

Свидетель Свидетель №7 показала, что в феврале 2019г. в начале седьмого часа проезжая по <адрес>, увидела неподалеку от домов ФИО15, лежащего без сознания на проезжей части дороги, ближе к правой стороне, головой в сторону движения. Подойдя, обнаружила, что он без сознания, на нем не было одного ботинка и не было шапки. Было темно и морозно. Скорая помощь приехала минут через 20 после вызова, затем приехали сотрудники полиции. На снежном покрытии дороги в месте, где лежал Потерпевший №1, от его тела, образовалась проталина. Рядом находились части от автомобиля, в том числе: фрагмента решетки радиатора автомобиля, сколы от светлой краски автомобиля, следы бурого цвета, похожие на кровь, а также перчатки. Дорога была почищена, по ее краям имелись отвалы снега. В ходе осмотра места ДТП она указала место нахождения потерпевшего ФИО15 в момент его обнаружения, место расположения перчаток, фрагмента значка от автомобиля «ФИО4», ботинка черного цвета, пластиковых фрагментов, фрагмента решетки радиатора автомобиля, скола краски светлого цвета, следов бурого цвета, похожих на кровь. С ее участием вещественная обстановка, описанная в протоколе места происшествия, отраженная в схеме и фототаблице, отражена правильно.

Представитель потерпевшего ФИО15- ФИО28 показал, что, он как фельдшер отделения скорой помощи, в начале седьмого утра ДД.ММ.ГГГГ прибыл по вызову в <адрес>, где увидел лежавшего на проезжей части человека. Подойдя ближе, обнаружил, что это его сын Потерпевший №1, который находился без сознания, на его лице имелись ссадины, один ботинок лежал в шагах 10 от него, рядом лежали перчатки, куртка сына была наполовину расстегнута и порвана в правой части. Верхняя часть куртки была сырая насквозь, хотя на улице температура была примерно -16 градусов, от куртки исходил запах алкоголя, однако под курткой одежда была сухая. Потерпевший №1, находившийся в состоянии комы, бригадой был доставлен в больницу. Вывели его из комы 19.02.2019. Когда сын пришел в себя, пояснил, что ночью вышел к проезжей части, где ждал такси, чтобы ехать домой. Помнит только свет фар ехавшего на него автомобиля, а также, что проезжая часть дороги была расчищена, сугробы были над обочиной, но обзор дороги был хорошим, как и видимость, по ширине дороги могли бы разъехаться два автомобиля. Водителем ФИО20 причиненный вред изначально не возмещался ФИО15, позже он перевел ему на карту 300000 рублей.

При проверке показаний на месте представитель потерпевшего ФИО28 указал место нахождения потерпевшего ФИО15 в момент его обнаружения, место расположения ботинка, перчаток (т.2 л.д.165-169).

Свидетеля ФИО21, являющаяся следователем, подтвердила правильность совершенных ею процессуальных действий, зафиксированных в протоколе проверки показаний на месте.

Свидетель Свидетель №15 показала, что являясь фельдшером скорой помощи, ДД.ММ.ГГГГ по вызову, около 6-7 утра, приехала в <адрес>, где женщиной, вызвавшей скорую, на дороге был обнаружен сбитый пешеход, который лежал в позе «звездочка»: его ноги были вытянуты, руки и ноги раскинуты в стороны. Куртка была разорвана, на ощупь сырая, ботинок был на одной ноге, второй ботинок лежал на проезжей части. Потерпевший находился без сознания. Прибывший с ней фельдшер ФИО28 узнал в нем своего сына ФИО15 Проезжая часть дороги была расчищена, по краям навалы снега были. Погода была морозная.

Аналогичные показания по делу дал свидетель Свидетель №17, являвшийся водителем скорой помощи.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №12 - инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД ФИО2 по <адрес>, от оперативного дежурного поступило указание проехать в <адрес>, где произошло ДТП с пострадавшим. Прибыв с инспектором Свидетель №13 по указанному адресу, увидели следственно-оперативную группу. На месте ДТП обнаружили: фрагмент решетки автомобиля «ФИО4», фрагмент от значка данного автомобиля, перчатки светлого цвета строительные, следы бурого цвета, похожие на кровь, осколки светло-серебристого цвета. Пострадавшего до их приезда забрала скорая помощь. На заснеженной проезжей части, перпендикулярно проезжей части имелась проталина от тела, лежавшего на данном месте пешехода. В присутствии его, Свидетель №13, женщины, которая обнаружила пострадавшего на проезжей части и эксперта, следователем был проведен осмотр места происшествия. По окончании осмотра следователем были изъяты предметы, обнаруженные на месте ДТП. Автомобиль, допустивший наезд, на месте ДТП отсутствовал. Женщина, обнаружившая сбитого пешехода, поясняла, что обстоятельства ДТП ей не известны. Вблизи каких-либо транспортных средств не было. Инспектором Свидетель №13 в присутствии двух понятых была составлена схема, в которой он отразил всю вещественную обстановку. Замеры, сделанные с помощью измерительной рулетки на месте ДТП, внесены в протокол осмотра и схему. Достоверность сведений все присутствующие и участвующие лица заверили своими подписями. В ходе осмотра каких-либо замечаний от участвующих лиц не поступило. Позже поступила информация о том, что к ДТП может быть причастен автомобиль «ФИО4» грз. <данные изъяты> и его собственник ФИО1 Автомобиль в тот момент находился по адресу: <адрес>, куда они проследовали, где во дворе дома стоял данный автомобиль с повреждениями переднего капота, переднего бампера, передней решетки радиатора, переднего номерного знака. На переднем капоте имелись следы бурого вещества, похожего на кровь. Следователем был проведен осмотр места происшествия, а инспектором Свидетель №13 был осмотрен автомобиль. После осмотра автомобиль был изъят и помещен на специализированную стоянку в <адрес>.

Аналогичные показания по делу дал свидетель Свидетель №13

Свидетели Свидетель №16 и Свидетель №19, являвшиеся понятыми при осмотре места происшествия и составлении схемы ДТП, подтвердили свое участие и правильность сведений, изложенных в протоколе и схеме;

Свидетель Свидетель №18- ст. эксперт МРЭО, участвовавший ДД.ММ.ГГГГ в составе следственной группы, показал, что до приезда группы на место ДТП, пострадавшего увезли в больницу, водителя и автомобиля, допустившего наезд на пешехода, на месте не было. Проезжая часть была в виде снежного наката, ширина проезжей части позволяла свободно разъехаться двум автомобилям, по обеим сторонам проезжей части на обочинах лежал снег. На месте ДТП он увидел проталину от тела, лежавшего человека, примерно посередине проезжей части <адрес> в районе примыкания к дороге, ведущей к <адрес>, рядом с которой, на проезжей части также находились осколки стекла, пластиковых фрагментов черного цвета, пара трикотажных перчаток, возможно, строительные, замок от куртки, фрагмент решетки радиатора, один ботинок темного цвета, фрагмент значка от автомобиля «ФИО4», скол краски серебристого цвета. Он фотографировал на месте ДТП обстановку в целом и отдельные фрагменты. Следователь произвела осмотр места ДТП, по окончании которого составила протокол. Все обнаруженные предметы были надлежащим образом изъяты, упакованы и опечатаны. К моменту окончания осмотра от оперативного дежурного поступила информация о том, что к ДТП может быть причастен автомобиль «ФИО4» грз. <данные изъяты> и его водитель ФИО1 Стало известно, что указанный автомобиль находится по адресу: <адрес>, куда направились он и следователь ОМВД ФИО22 Во дворе <адрес> находился автомобиль «ФИО4» грз.<данные изъяты>. У автомобиля была повреждена передняя решетка радиатора, деформирован передний бампер. На капоте автомобиля имелись следы бурого цвета, похожие на кровь. На месте ДТП в <адрес> на снегу на проезжей части также имелись следы бурого цвета, похожие на кровь. В ходе осмотра с капота автомобиля изъяты следы вещества бурого цвета, похожего на кровь. С внутренней ручки водительской двери, с руля и коробки передач также изъяты смывы. После окончания осмотра автомобиль был помещен на специализированную стоянку.

Свидетель Свидетель №20 показала, что прибыв на место ДТП, увидела женщину, которая обнаружила пострадавшего в ДТП пешехода и вызвала скорую помощь. Примерно посередине проезжей части <адрес>, в районе примыкания дороги, ведущей к <адрес> на снежном накате имелась проталина от тела человека. Было видно, что человек лежал головой в сторону этой дороги, так как от головы на снегу осталось видимое углубление размером с голову человека. Также на проезжей части находился один ботинок темного цвета, перчатки, пластиковые фрагменты черного цвета, скол краски серебристого цвета, фрагмент значка от автомобиля «ФИО4», фрагмент решетки радиатора автомобиля. Ею был проведен осмотр места происшествия, где зафиксирована вещественная обстановка, обнаруженные предметы были изъяты.

Свидетель Свидетель №28 показала, что около 22 часов, накануне ДТП ей звонил сын Потерпевший №1 и сказал, что придет домой позже. Ближе к 7 утра следующего дня она позвонила сыну, но тот не ответил. Около 7 часов утра ей позвонил муж ФИО28 и сообщил, что сына нашли в бессознательном состоянии после ДТП.

Свидетель Свидетель №8 показал, что проживая по адресу: <адрес>, на территории домовладения ремонтирует автомобили. Рано утром ДД.ММ.ГГГГ к нему домой на автомобиле «ФИО4» грз.<данные изъяты> серебристого цвета приехал знакомый ФИО1, который попросил отремонтировать его автомобиль быстрее, так как он собирался его продавать. При каких обстоятельствах автомобиль получил повреждения, ФИО1 не пояснил. Автомобиль имел повреждения в виде деформации переднего капота в средней трети, переднего бампера в центре, разбитой передней решетки радиатора, переднего государственного номера. В этот же день к нему прибыли сотрудники полиции, от которых он узнал, что на данном автомобиле был допущен наезд на мужчину, который с телесными повреждениями госпитализирован. В присутствии понятых сотрудниками полиции проведен осмотр места происшествия, в ходе которого изъят автомобиль ФИО1 был изъят.

Свидетели Свидетель №26, Свидетель №25, Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №27, участвовавшие при производстве следственного эксперимента в целях установления видимости водителем пешехода на определённом расстоянии при определённых погодных условиях, подтвердили объективность его проведения, правильность отраженного следственного действия и достоверность протокола.

Согласно справке ФГБУ «Центрально-Черноземное УГМС» по данным наблюдения близлежащей метеостанции о погодных условиях ДД.ММ.ГГГГ с 03 часов 00 минут до 09 часов 00 минут была переменная облачность, без осадков, дымка от слабой до умеренной, видимость ухудшалась до 1 км, изморозь, иней, температура воздуха повышалась с -16,2 градуса мороза до -14,5 градусов, ветер юго-западного направления 1-3 м/с.

Согласно выводам трасологической судебной экспертизы №44 от 18.02.2019, фрагмент решетки радиатора автомобиля, изъятый в ходе осмотра предметов 4.02.2019 по адресу: <адрес> фрагмент решетки радиатора автомобиля, изъятый в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, составляли ранее одно целое (т.3 л.д.101-103).

Согласно выводам эксперта №3842/3-1 от 31.05.2019, на левой полочке утепленной куртки ФИО15 имеются динамические следы оплавления, характерные для дорожно-транспортного происшествия; судя по направленности следов в момент наезда на пешехода транспортное средство находилось слева от него (т.3 л.д.116-118).

Согласно выводам химико-трасологической судебной экспертизы №8102/7-1 от 4.10.2019, лакокрасочное покрытие, фрагмент которого изъят в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ и лакокрасочное покрытие центральной передней части автомобиля «ФИО4» грз.<данные изъяты>, образец которого представлен, имеют общую групповую принадлежность (т.3 л.д.173-188).

Из заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы №442.19К от 28.11.2019, следует, что в смешанных биологических следах, изъятых с поверхности внутренней ручки водительской двери, рулевого колеса, рычага переключения передач автомобиля «ФИО4» грз.<данные изъяты>, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе в ходе осмотра, установлено наличие пота - биологического материала ФИО1 с примесью биологического материала другого (-их) неизвестного лица (лиц), достоверно высказаться о генетических признаках которого (-ых) не представилось возможным, в связи с малым количеством этой части биологического материала (т.3 л.д.199-215).

Согласно заключению автотехнической судебной экспертизы №1066 от 18.03.2020, рабочая тормозная система, стояночная тормозная автомобиля «ФИО4» грз.<данные изъяты> находится в действующем состоянии. В ходе исследования каких-либо неисправностей рабочей и стояночной тормозной системы исследуемого автомобиля не обнаружено. Рулевое управление автомобиля на момент осмотра находится в действующем состоянии. В ходе исследования каких-либо неисправностей рулевого управления автомобиля не обнаружено. Ходовая часть автомобиля на момент осмотра находится в действующем состоянии. В ходе исследования каких-либо неисправностей ходовой части автомобиля не обнаружено. Расстояниям видимости дороги 62 м, 61,7 м, 61,9 м соответствует максимально допустимая скорость движения автомобиля, по условиям видимости дороги около 72 км/час. В заданных условиях дорожной обстановки при движении со скоростью 72 км/час водитель данного автомобиля «ФИО4» не располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие. В заданных условиях дорожной обстановки при движении со скоростью 50 км/час, 60 км/час водитель данного автомобиля «ФИО4», располагал технической возможностью предотвратить рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие. В данной дорожной ситуации водителю автомобиля «ФИО4» грз.<данные изъяты> в своих действиях следовало руководствоваться требованиями абз.2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ (т.4 л.д. 81-89).

Согласно справке БУЗ ВО «Борисоглебская РБ», потерпевший поступил в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ в 07 час. 24 мин. с закрытой черепно-мозговой травмой, сотрясением головного мозга, отеком головного мозга, ушибом легких тканей лица; госпитализирован в реанимационное отделение (т.1 л.д.143).

Свидетели Свидетель №29 - врач-нейрохирург и Свидетель №30 - врач анестезиолог-реаниматолог, пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП поступил Потерпевший №1, находившийся в состоянии комы.

Согласно выводам комплексной судебно-медицинской экспертизы №1556.20 от 15.04.2020 у ФИО15 обнаружены объективные признаки диффузного аксонального повреждения головного мозга (ДАП) с формированием геморрагических очагов в лобной, височной и теменных долях с обеих сторон, в подкорковых (в том числе в области валика мозолистого тела) и стволовых структурах мозга (в том числе ножке мозга слева, таламусе, в базальных ядрах слева), кровоизлиянием в задний рог правого бокового желудочка и субарахноидальным кровоизлиянием. Кроме того, у ФИО15 имелись следующие повреждения: перелом скуловой кости справа, перелом латеральной стенки правой орбиты, перелом задней стенки правой верхнечелюстной пазухи, ссадины в правой и левой скуловой областях, гематома волосистой части головы, гематома мягких тканей в области век правого глаза, рана на веке правого глаза, кровоизлияние в белочную оболочку правого глаза у его наружного угла, множественные ссадины конечностей, ссадина в правой поясничной области, ссадина в правой подвздошной области, отморожение пальцев правой кисти, правой и левой стопы 1-2 степени. Повреждения в виде отморожения пальцев правой кисти, левой и правой стоп 1-2 степени квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести, так как повлекли за собой временное нарушение функций органов и (или) систем (временную нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня). Остальные повреждения в совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни. Совокупность установленных у ФИО15 повреждений вещества мозга (диффузной травмы головного мозга) привела к значительному нарушению витальных функций организма, которые могли привести к летальному исходу непосредственно в момент получения травмы. Можно утверждать, что Потерпевший №1 получил весь объем вышеуказанных повреждений головного мозга сразу в момент дорожно-транспортного происшествия, одномоментно с травматическим воздействием на голову и сразу утратил сознание. Констатировано, что к утрате сознания привела совокупность всех повреждений головного мозга, поскольку, исходя из сущности ДАП, как диффузной микроструктурной травмы головного мозга, некорректно рассматривать изолированно визуализированные при КТ исследовании геморрагии в стволе мозга как основную и единственную причину утраты сознания у ФИО15 Способность человека совершать активные и целенаправленные действия обусловлена в первую очередь возможностями мозга при его нормальном функционировании анализировать поступающую информацию из внешней и внутренней среды и на основании этих данных путем передачи возбуждения по проводящим путям головного мозга (через аксоны нервных клеток) в другие органы и части тела человека совершать определенные (целенаправленные) действия. То есть способность совершать активные целенаправленные действия возможна при нахождении человека в сознании. Учитывая установленный объем и характер травмы головного мозга (диффузная, с повреждением ствола мозга), сделан вывод, что после получения травмы головы Потерпевший №1 не мог совершать активные и целенаправленные действия, поскольку сразу утратил сознание (т.4 л.д.39-53).

Допрошенный в суде эксперт Свидетель №33 подтвердил выводы экспертизы в отношении ФИО15, пояснив, что представленные ему медицинские документы содержали все необходимые и полные данные о состоянии ФИО15 Отсутствие подписей под разделом «Оценка результатов исследований» не может повлиять на достоверность и объективность их содержания, как и содержание выводов экспертов.

Эксперт Свидетель №31 в суде подтвердил выводы экспертизы и показал, что экспертиза в отношении потерпевшего была проведена по медицинским документам, а также представленным материалам уголовного дела, поскольку явиться Потерпевший №1 не мог по состоянию здоровья. Для проведения судебно-медицинской экспертизы представленных документов было достаточно, документы были непротиворечивыми, полными. Ожоговая поверхность заживает долго, процесс заживления идет долго. Эксперт не должен отталкиваться от той ситуации, что если лечение окончено, то риск повреждения здоровья окончен. Степень тяжести вреда здоровью определялась исходя из описанных в медицинских документах объема причиненных повреждений и течения патологического процесса, независимо от окончания срока лечения. Отсутствие подписей под разделом «Оценка результатов исследований» не может повлиять на достоверность и объективность их содержания, как и содержание выводов экспертов. Отсутствие алкоголя в крови может объясняться тем фактором, что между первым и вторым забором крови прошло определённое время, поскольку Потерпевший №1 после ДТП сначала утром поступил в БУЗ ВО «Борисоглебская РБ», а вечером - в БУЗ ВО ВОКБ.

Допрошенная в суде эксперт Свидетель №32 также подтвердила, что для составления заключения по результатам исследования представленных медицинских документов в отношении потерпевшего ФИО15 было достаточно. Отсутствие подписей под разделом «Оценка результатов исследований» не может повлиять на достоверность и объективность выводов экспертов.

Также вина ФИО1 в совершении данных преступлений подтверждается письменными доказательствами, подробно изложенными в приговоре: схемой места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ; протоколами осмотра места происшествия, протоколами проверки показаний на месте представителя потерпевшего ФИО16 от 16.09.2019; протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО15 от 14.02.2020; протоколом следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ с участием потерпевшего ФИО15; протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколами изъятия предметов, их осмотров, другими письменными документами.

Согласно сведениям КУЗ Воронежской области «Борисоглебский психоневрологический диспансер», КУЗ ВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер», ФИО1 на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, в связи с чем, суд признал его вменяемым в отношении инкриминируемых преступлений.

Согласно справке МСЭ-2018 №, ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ установлена первая группа инвалидности (т.1 л.д.210).

Суд дал оценку достоверности и объективности всех представленных в деле доказательств, которые сомнений не вызывают. Оценивая изложенные доказательства, суд признал каждое из них допустимым и имеющим юридическую силу, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона.

Оценив порядок производства осмотра места происшествия - места наезда на пешехода ФИО15, расположенного вблизи <адрес>, а также фиксации хода осмотра места происшествия, результатов данного следственного действия, предусмотренного ст.ст.177,180 УПК РФ, суд указал, что он был соблюден. Протоколы проверки показаний на месте составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, никто из участников следственных действий замечаний и дополнений к содержанию протоколов не сделал, в связи с чем, суд признает протоколы допустимыми доказательствами. Также, суд признал, что условия производства следственных экспериментов максимально приближены к существовавшим на месте преступления, результаты следственных экспериментов позволяют убедиться не только его фотофиксация, но и объективности сведений, отраженных в соответствующем протоколе, который составлен с соблюдением требований ст.166, ч.1.1 ст.170 УПК РФ.

Существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей обвинения суд не усмотрел, поскольку об обстоятельствах совершения преступления их показания последовательны, детальны, согласуются между собой и дополняют друг друга. Об объективности показаний потерпевшего и свидетелей свидетельствует и то, что они полностью согласуются не только между собой, но и с письменными доказательствами об обстоятельствах произошедшего. Оснований полагать, что свидетели оговаривают ФИО1, не имеется.

Несущественные противоречия в показаниях потерпевшего являются следствием его состояния здоровья после произошедшего дорожно-транспортного происшествия, а также давности произошедших событий. Следственные эксперименты проведены в соответствии с требованиями ст.181 УПК РФ с разъяснением участвующим лицам их процессуальных прав.

Ставить под сомнение выводы заключений экспертов, представленных стороной обвинения, оснований у суда не имеется, поскольку исследования проведены экспертами, обладающим специальными познаниями, достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст.ст.307,310 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Заключения экспертов соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, не являются противоречивыми, согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в них выводам не имеется. Вышеуказанные экспертизы проведены компетентными экспертами, данные ими заключения составлены в соответствии с требованиями закона, соответствуют материалам дела и содержат мотивированные выводы. Выводы экспертов понятны, не противоречивы, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами.

Оценив доводы ФИО1, что на представленной им схеме, составленной при осмотре места происшествия от 9.04.2019 в присутствии свидетеля Свидетель №7, потерпевший лежал в ином месте, отличном от места ДТП, суд указал, что это не свидетельствует о порочности схемы места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ и схемы осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, составленных непосредственно после произошедшего ДТП, поскольку схема от 9.04.2019 составлена через значительный промежуток времени, что может свидетельствовать о том, что свидетель Свидетель №7 может допускать незначительные противоречия в показаниях, в связи с давностью событий, а также субъективного восприятия свидетелем вещественной обстановки.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что, как следует из показаний свидетеля Свидетель №7, первой обнаружившей ФИО15 на проезжей части, эксперта Свидетель №18, понятых, участвующих при осмотре места ДТП, инспекторов ДПС Свидетель №12, Свидетель №13, проезжая часть дороги была в виде снежного наката, ширина проезжей части позволяла свободно разъехаться двум автомобилям, на месте ДТП все они увидели проталину от тела, неподвижно лежавшего с полученными травмами от ДТП пешехода ФИО15, как они пояснили, примерно посередине проезжей части дороги по <адрес> в районе примыкания к дороге, ведущей к <адрес>, рядом с данной проталиной от тела ФИО15, на проезжей части находились осколки стекла, пластиковые фрагменты, пара трикотажных перчаток, замок от куртки, фрагмент решетки радиатора, один ботинок темного цвета, фрагмент значка от автомобиля «ФИО4», сколы краски серебристого цвета, что было зафиксировано при осмотре, в том числе с помощью фотографирования, что неоспоримо подтверждает факт наезда на пешехода ФИО15 именно в данном месте, то есть где имелась проталина от тела ФИО15, лежавшего несколько часов на дороге в бессознательном состоянии, а также части от автомобиля ФИО1

По заключению автотехнической судебной экспертизы №1066 от 18.03.2020 в условиях сложившейся дорожной обстановки, состояния дороги, ее обустройства и других особенностей, у водителя автомобиля ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие, то есть наезд на потерпевшего.

В судебном заседании осужденный и не оспаривал, что не предпринял достаточных мер для избежания дорожно-транспортного происшествия. Судом первой инстанции признан как несостоятельный, не свидетельствующий об отсутствии вины довод осужденного, что он не пытался предотвратить наезд путем сворачивания в сторону, для чего, как он пояснил, ему предстояло бы выехать на полосу встречного движения, что он не сделал, поскольку данный маневр запрещен ПДД. Однако, доказательств того, что при предотвращении иным способом ДТП, осужденный мог бы создать угрозу иным участникам движения, материалы дела не содержат. Более того, доказательства того, что потоки противоположных направлений на автодороге в месте ДТП отграничены друга от друга сплошной линией разметки, а равно наличие дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен» материалы дела не содержат, что допускало выезд на полосу встречного движения при объезде потерпевшего. Об отсутствии сплошной линии разметки и указанного дорожного знака в районе места ДТП свидетельствуют протоколы осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.96-105), от 9.07.2019 (т.2 л.д.160-164), протоколы проверки показаний на месте (т.2 л.д.165-169, 170-174), а также показания свидетелей Свидетель №12 и Свидетель №13

Суд дал верную оценку доводу осужденного о наличии отвалов - высоких сугробов препятствовавших ему своевременно увидеть пешехода, что, по сути, подтверждает обязанность водителя ФИО1, двигаясь в населенном пункте, и, предполагая наличие пешеходов, снизить скорость, обеспечивая постоянный контроль за движением транспортного средства.

Кроме того, по заключению эксперта в условиях сложившейся дорожной обстановки, состояния дороги, ее обустройства и других особенностей, у водителя автомобиля ФИО1 имелась техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие, то есть наезд на потерпевшего.

К показаниям ФИО1 об обстоятельствах ДТП, которые опровергаются представленными в деле доказательствами, суд обоснованно отнесся критически, как к способу защиты и желанию уйти от уголовной ответственности. Доводы осужденного об отсутствии технической возможности предотвратить ДТП, так как, увидев пешехода, он предпринял торможение, однако в связи с незначительным расстоянием, полностью остановить транспортное средство не представилось возможным, городской суд обоснованно оценил как не влияющие на выводы о его виновности.

Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, повлиявших на выводы суда о доказанности вины подсудимого, квалификацию его действий не имеется.

Суд объективно установил, что причиной ДТП явилось нарушение правил дорожного движения водителем ФИО1, который, управляя автомобилем, неправильно оценил дорожную обстановку, дорожные и метеорологические условия, неверно избрал скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства, имея реальную возможность обнаружить пешехода, допустил наезд на пешехода ФИО15, причинив ему тяжкий вред здоровью.

Управляемый ФИО1 автомобиль находился в технически исправном состоянии, при соблюдении Правил дорожного движения он имел техническую возможность предотвратить ДТП. ФИО1, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступающие последствия, отнесся невнимательно к дорожной обстановке и ее изменениям, и не убедился в безопасности движения управляемого им автомобиля.

В связи с чем, доводы ФИО1 об отсутствии технической возможности предотвратить ДТП, так как, увидев пешехода, он предпринял торможение, однако в связи с незначительным расстоянием, полностью остановить транспортное средство не представилось возможным, на выводы суда о его виновности не влияют.

В приговоре суд обоснованно сослался на положения с разъяснениями, содержащимися в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.12.2008 №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить ДТП в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с п.10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При решении вопроса о технической возможности предотвращения ДТП судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

В связи с этим, обязанность водителя ФИО1 при управлении источником повышенной опасности, в соответствии с п.10.1 ПДД РФ, проявить должную степень осторожности и внимательности, а также учитывая дорожную обстановку и ее изменение, вести транспортное средство со скоростью, обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, учитывая при этом особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия. При возникновении опасности для движения, водитель должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства для устранения негативных последствий. Таким образом, обязанность водителя ФИО1 при управлении источником повышенной опасности, в соответствии с ПДД РФ, проявить должную степень осторожности и внимательности, а также учитывая дорожную обстановку и ее изменение, вести транспортное средство со скоростью, обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, учитывая при этом особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия. При возникновении опасности для движения, водитель должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства для устранения негативных последствий (п.10.1 ПДД).

Ссылка осужденного о наличии высоких сугробов, как обоснованно указал суд в приговоре, подтверждает, что ФИО1, двигаясь в населенном пункте, и, предполагая наличие пешеходов, обязан был снизить скорость, обеспечивая постоянный контроль за движением транспортного средства.

Довод осужденного о том, что он никак не мог предотвратить наезд на пешехода, поскольку иначе произошел бы его выезд на полосу для встречного движения, однако данный маневр запрещен ПДД РФ, не свидетельствующий об отсутствии его вины. Доказательств того, что при предотвращении иным способом ДТП, осужденный создавал бы угрозу иным участникам движения, материалы дела не содержат. Исходя из изложенного, суд сделал правильный вывод, что в создавшейся дорожной обстановке именно действия ФИО1 находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

При этом суд, с учетом установленных обстоятельств нарушения осужденным ПДД РФ, пришел к выводу об отсутствии прямой причинной связи в действиях пешехода и наступившими последствиями, поскольку водитель автомобиля был обязан действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Суд первой инстанции дал надлежащую оценку, как несостоятельным, доводам ФИО1 и его защитника о его невиновности поскольку заключение автотехнической экспертизы №1066 от 18.03.2020, опровергается двумя доказательствами, рассмотренными в судебном заседании - заключением эксперта №2323.19 от 06.06.2019 и Актом экспертного исследования эксперта ФИО2 С.А. №1065.3-6 от 21.05.2020, согласно которым осужденный не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода. Помимо того, осужденный считает, что судом первой инстанции допущены существенные нарушения норм УПК РФ - его права на защиту, выразившееся в лишении возможности допроса специалиста - заведующего отделом автотехнических экспертиз ФБУ Тамбовской ЛСЭ ФИО2 С.А., который проводил экспертное исследование №1065/3-6 от 21.05.2020, на которое осужденный ссылается, как на доказательство стороны защиты, и которое, по его мнению, подтверждает довод ФИО1 о том, что он не имел технической возможности предотвратить ДТП. Целью допроса эксперта ФИО2 С.А. как предложила сторона защиты - установление научной обоснованности примененных им методик исследования и правильности именно его расчетов.

Оснований ставить под сомнение заключение автотехнической экспертизы №1066 от 18.03.2020, как правильно указал в приговоре суд, не имелось, поскольку для ее производства были представлены все необходимые сведения: протокол осмотра места происшествия со схемой ДТП и фототаблицей к нему, осмотр места происшествия – автомобиля ФИО23 с повреждениями капота и декоративных элементов кузова автомобиля в передней его части и фототаблицей к нему, заключениями судебно-медицинских экспертиз, которыми определена степень тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшего, а также повреждения вещества мозга (диффузной травмы головного мозга), которая лишила возможности потерпевшего после получения травмы совершать активные и целенаправленные действия, поскольку он сразу утратил сознание, протокол следственного эксперимента от 14.02.2020 с участием потерпевшего ФИО15, в ходе которого получены исходные данные для производства автотехнической судебной экспертизы, протокол следственного эксперимента от 18.02.2020, в ходе которого получены исходные данные замедления автомобиля «ФИО4», заключением автотехнической экспертизы, согласно которому водителю следовало руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ, и в заданных условиях дорожной обстановки при движении в населенном пункте со скоростью 50 км/ч, 60 км/ч ФИО1 располагал технической возможностью предотвратить данное ДТП.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами городского суда, что каких-либо оснований ставить под сомнение заключение автотехнической экспертизы №1066 от 18.03.2020 не имелось, так как она проведена с соблюдением требований норм УПК РФ, экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт проводивший экспертизу обладает специальными познаниями, необходимыми для проведения экспертизы и дачи заключения, его выводы сделаны в рамках поставленных вопросов и в пределах его компетенции, заключение автотехнической экспертизы, вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, содержит ясные, подробные и мотивированные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и не противоречит иным установленным по делу доказательствам.

Заключение эксперта №2336.19 от 6.06.2019 постановлением следователя признано недопустимым доказательством, так как исходные данные, полученные в ходе следственного эксперимента без участия потерпевшего ФИО15, а также в связи с иными нарушениями закона. Протокол следственного эксперимента от 28.02.2019, так же как и заключение эксперта №2336.19 от 6.06.2019 признаны недопустимыми доказательствами, а потому в силу ст.75 УПК РФ не могут использоваться в процессе доказывания. Помимо того, в ходе следственного эксперимента от 28.02.2019 были получены исходные данные только на видимость препятствия, данных о замедлении автомобиля не устанавливалось.

Судом первой инстанции обоснованно дана критическая оценка представленному стороной защиты Акту экспертного исследования эксперта ФИО2 С.А. (т.6 л.д.43), поскольку исходные данные, представленные ФИО1, существенно отличаются от представленных органом предварительного расследования. Так, для производства судебной автотехнической экспертизы органом предварительного расследования были представлены материалы дела, содержащие исходные данные, полученные в ходе следственных экспериментов, осмотра места происшествия, показаниями осужденного, потерпевшего. Иными материалами дела, тогда как эксперт, согласно Акту располагал данными, представленными самим ФИО24, то есть материалы уголовного дела ему не предоставлялись.

В приговоре обоснованно указано, что в соответствии с ч.5 ст.164 УПК РФ, если в производстве следственного действия участвует потерпевший, свидетель, специалист, эксперт или переводчик, то он также предупреждается об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст.307,308 УК РФ, однако Акт экспертного исследования, на который ФИО1 ссылается, как на доказательство своей невиновности, не содержит сведений о предупреждении эксперта ФИО2 С.А. об уголовной ответственности по ст.ст.307,308 УК РФ.

В связи с изложенным выше, доводы апелляционных жалоб стороны защиты о необоснованности отказа судом в допросе эксперта ФИО2 С.А. являются несостоятельными. Кроме того, вопросы, входящие в профессиональную компетенцию эксперта ФИО2 С.А., были подробно изложены и разъяснены им в приобщенном стороной защиты Акте, получившим надлежащую оценку в приговоре.

Помимо того, вопросы об оценке соответствия действий участников ДТП правилам дорожного движения разрешались в автотехнической экспертизе.

Суд апелляционной инстанции не усматривает процессуальных нарушений при рассмотрении ходатайств стороны защиты, в том числе об отказе в допросе эксперта ФИО2 С.А., все эти ходатайства были разрешены в соответствии с нормами УПК и по результатам их рассмотрений приняты обоснованные решения.

Доводы ФИО1 о наличии алкогольного опьянении у пешехода не свидетельствуют о наличии вины ФИО15 в ДТП. Как показали свидетели, Потерпевший №1 находился в разумном состоянии, у последнего была легкая степень опьянения, потерпевший понимал происходившие события, что исключает попадание пешехода под колеса автомобиля по вине последнего. Согласно заключению комиссионной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы №2362 от 10.09.2020 Потерпевший №1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишавшими его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела в период совершения в отношении него противоправных действий, не страдал. В период совершения в отношении него противоправных действий у него также не наблюдалось и признаков какого-либо временного расстройства психической деятельности: он правильно ориентировался в окружающем, у него отсутствовала психотическая симптоматика, и поэтому, он мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела.

Кроме того, городской суд правильный установил, что ФИО1, имея возможность и будучи обязанным в соответствии с требованиями п.п.2.5, 2.6 ПДД РФ принять меры для оказания первой помощи пострадавшему, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, указанных действий не выполнил, с места происшествия скрылся, заведомо оставив без помощи ФИО15, находившегося в опасном для жизни и здоровья состоянии из-за полученных травм.

Пункт 2.6 ПДД РФ обязывает водителя принять меры к оказанию первой медицинской помощи пострадавшим, доставлению их в медицинскую организацию.

В соответствии с п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.12.2008 №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», действия водителя транспортного средства, поставившего потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия в опасное для жизни или здоровья состояние и в нарушение требований Правил (п.2.6) не оказавшего ему необходимую помощь, если он имел возможность это сделать, подлежат квалификации по ст.125 УК РФ.

Под заведомостью оставления без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии, следует понимать случаи, когда водитель транспортного средства осознавал опасность для жизни или здоровья потерпевшего, который был лишен возможности самостоятельно обратиться за медицинской помощью вследствие малолетства, старости, болезни или беспомощного состояния (например, в случаях, когда водитель скрылся с места происшествия, не вызвал скорую медицинскую помощь, не доставил пострадавшего в ближайшее лечебное учреждение и т.п.).

Свидетель Свидетель №7 подтвердила, что обнаруженный ею на проезжей части Потерпевший №1 находился без сознания. Данное обстоятельство подтверждается картой вызова скорой медицинской помощи, а также судебно-медицинским заключением, в котором изложены сведения о характере полученных потерпевшем при ДТП травм и его состоянии комы при доставления в больницу.

С учетом указанных обстоятельств, зимнего времени года, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1, имея возложенную на него обязанность принять меры для оказания первой помощи пострадавшему в ДТП вызвать скорую медицинскую помощь, полицию и т.д. (п.2.6 ПДД), скрылся с места происшествия, заведомо оставив потерпевшего в опасном для жизни и здоровья состоянии.

Осужденный не намеревался оказать помощь потерпевшему после ДТП, а желал скрыть свое участие в нет, что подтверждается тем, что непосредственно после наезда на пешехода, он уехал с места ДТП, отогнал на ремонт автомобиль, получивший в результате ДТП механические повреждения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований сомневаться в объективности рассмотрения судом первой инстанции настоящего уголовного дела, которое рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15 УПК РФ. Судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, судом были исследованы надлежащим образом. Все заявленные стороной защиты ходатайства были рассмотрены судом с принятием по ним обоснованных, мотивированных решений. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о допущенных в ходе производства по уголовному делу нарушениях права осужденного на защиту, иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судом апелляционной инстанции отвергаются довод апелляционных жалоб стороны защиты, что обвинительный приговор основан на вызывающих сомнения показаниях потерпевшего, его представителя, свидетелей, экспертных заключений, констатируя, что оснований не доверять указанным доказательствам не имеется, поскольку показания получены с соблюдением требований норм УПК РФ, согласованы между собой и подтверждаются совокупностью других исследованных судом доказательств по делу.

Суд привел в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства в качестве допустимых и достоверных, отверг другие доказательства. Оснований для иной оценки исследованных судом доказательств и доводов, приведенных сторонами по делу, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Разрешая вопрос о виде и мере наказания, подлежащего назначению суд, в соответствии с требованиями ст.6, ч.3 ст.60, УК РФ, учел характер и общественную опасность совершенных преступлений, относящихся к категории небольшой тяжести, наличие обстоятельств смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности виновного, а также влияние назначаемого наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

С учетом установленных обстоятельств, суд признал по обоим преступлениям смягчающими наказание обстоятельствами ФИО1 в соответствии с п.п.«г»,«и» ч.1 ст.61 УК РФ: явку с повинной, наличие малолетнего ребенка, а также ряд смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с ч.1 ст.62 УК РФ: частичное признание вины, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, наличие имеющихся заболеваний, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики по месту жительства и месту работы, наличие грамот и благодарственных писем, частичное возмещение имущественного ущерба и морального вреда.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

При назначении наказания суд принял во внимание принципы справедливости и задачи уголовной ответственности, а именно то, что наказание и иные меры уголовного характера должны быть справедливыми и соответствовать характеру преступления.

Учитывая смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденного, характеризующегося положительно, его отношение к содеянному, в целях его исправления и предупреждения совершения новых преступлений суд пришел к выводу о возможности назначения ФИО1 наказания по ч.1 ст.264 УК РФ в виде ограничения свободы, по ст.125 УК РФ в виде обязательных работ.

Поскольку санкцией ч.1 ст.264 УК РФ возможность назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью предусматривается только одновременно с отдельными видами основного наказания, к числу которых ограничение свободы не относится, то при назначении этого основного наказания дополнительное наказание может быть назначено лишь на основании ч.3 ст.47 УК РФ, однако суд не нашел оснований для применения положений ч.3 ст.47 УК РФ.

Оснований для применения положений ст.64, ч.6 ст.15 УК РФ, суд также не усмотрел.

Оба преступления, предусмотренные ч.1 ст.264 УК РФ и ст.125 УК РФ, в силу ч.2 ст. 15 УК РФ относятся к категории небольшой тяжести. В соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года. Преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ. При таких обстоятельствах, срок давности уголовного преследования в отношении ФИО1 по обоим эпизодам преступлений истек. Согласно п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, в том числе по основаниям истечения сроков давности уголовного преследования. Положения п.1 ч.1 ст.254 УПК РФ предусматривают, что суд прекращает уголовное дело в судебном заседании, в том числе в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п.п.3-6 ч.1 ст.24 и п.п.2-6 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Поскольку ФИО1 возражал в прекращении уголовного дела по двум преступлениям, в связи с чем, оснований для прекращения уголовного дела не имелось, а потому городским судом по делу постановлен обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного наказания.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления старшего помощника межрайпрокурора, находит приговор подлежащим изменению.

Так при назначении ФИО1 наказания суд учел смягчающие наказание обстоятельства, однако не в полной мере учел личность осужденного и обстоятельства дела. В приговоре верно указано, что согласно санкции ч.1 ст.264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначается лишь к наказаниям в виде принудительных работ и к лишению свободы. Таким образом, при назначении основного наказания в виде ограничения свободы лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, может быть назначено только на основании ч.3 ст.47 УК РФ, согласно которой лишение права заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного наказания в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей УК РФ, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права заниматься определенной деятельностью. В приговоре указано на отсутствие оснований для применения положений ч.3 ст.47 УК РФ о назначении дополнительного наказания, однако данное свое решение судом не мотивировано и принято без учета обстоятельств совершения преступления, связанных с нарушением Правил дорожного движения при совершении ДТП, а также без учета личности ФИО1, который ранее привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД.

В связи с этим, учитывая данные о личности осужденного, ранее привлекавшегося к административной ответственности за нарушение ПДД, а также с учетом обстоятельств совершенного преступления, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на определенный срок и назначении ему окончательного наказания в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений с учетом дополнительного наказания.

Кроме того, при назначении осужденному наказания в виде ограничения свободы на определенный срок, суд в резолютивной части приговора, установленные осужденному ограничения указал как обязанности, в связи с чем, назначенное судом наказание в виде ограничения свободы необходимо привести в соответствие с требованиями ч.1 ст.53 УК РФ, то есть, установив ФИО1 соответствующие ограничения.

При этом согласно положениям, изложенным в п.22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», при назначении ограничения свободы в качестве основного или дополнительного наказания за каждое или некоторые из преступлений, образующих совокупность, срок ограничения свободы необходимо указывать за каждое из таких преступлений, а соответствующие ограничения и обязанность - после назначения окончательного наказания.

Таким образом, установление осужденному соответствующих ограничений и возложении обязанности, требуется лишь при назначении окончательного наказания по совокупности преступлений.

Помимо того, осужденный ФИО1 вину в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.264, ст.125 УК РФ не признал, о чем он заявлял в городском суде, а также в своей апелляционной жалобе и дополнении к ней, в связи с чем, указание о частичном признании им вины в данных преступлениях необходимо исключить, указав в описательно-мотивировочной части приговора о не признании ФИО1 своей вины в совершении данных преступлений. При этом, нет оснований для исключения из числа смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч.2 ст.61 УК РФ по двум преступлением - «частичное признание вины», поскольку это бы привело к ухудшению положения осужденного.

На основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ ФИО1 от наказания необходимо освободить ввиду истечения 02.02.2021 сроков давности привлечения к уголовной ответственности за указанные преступления.

Оснований для отмены приговора, вопреки доводам апелляционных жалоб защитника и осужденного либо изменения приговора по другим основаниям, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Борисоглебского городского суда Воронежской области от 21 февраля 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно - мотивировочной части приговора указание о признании ФИО1 вины в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.264, ст.125 УК РФ, указать, что ФИО1 не признал вину в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.264, ст.125 УК РФ;

- по ч.1 ст.264 УК РФ на основании ч.3 ст.47 УК РФ назначить ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года;

- на основании ч.2 ст.69 УК РФ, ч.2 ст.72 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначить ФИО1 окончательное наказание в виде 2 (двух) лет 1 (одного) месяца ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 (два) года.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования <адрес>, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания; возложить на ФИО1 обязанность являться 1 раз в месяц на регистрацию в указанный государственный специализированный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

На основании п.3 ч.1 ст.24, п.2 ч.5, ч.8 ст.302 УПК РФ, п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ ФИО1 от назначенного наказания освободить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменения, удовлетворив апелляционное представление и дополнительное апелляционное представление старшего помощника межрайпрокурора, а апелляционные жалобы и дополнение к ним осужденного и защитника оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7,401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Беляева Э.А.