Мотивированное решение изготовлено 12 сентября 2025 года. Дело № 2-254/2025 №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 сентября 2025 года пос.Коноша
Коношский районный суд Архангельской области в составе:
председательствующего Волощенко Е.Н.,
при секретаре Фафуриной Н.И.,
с участием истца ФИО3,
представителя ответчика ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5, указав, что она является дочерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ей выданы свидетельства о праве на наследство по закону на имущество в виде 1/3 доли в праве общей долевой собственности на здание по адресу: <адрес>; в виде 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: <адрес>; в виде 1/3 доли в праве собственности на автомобиль марки ФИО27; в виде 1/2 доли в праве на денежные средства, находящиеся на лицевых счетах в АО «ПОЧТА БАНК». Такие же свидетельства о праве на наследство по закону (за исключением Свидетельства о праве на наследство по закону в праве на денежные средства) были выданы её родному брату ФИО10 На протяжении нескольких лет отцу ФИО1 на праве собственности принадлежал индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. Данный жилой дом отец строил, находясь в зарегистрированном браке с её матерью ФИО29. ФИО30. и ФИО8 находились в браке в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Во время строительства дома отец неоднократно, даже после расторжения брака с матерью ФИО8, говорил им с братом о том, что строит этот дом для них, его детей. Однако после ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ответчик заключили договор дарения, согласно которому ФИО1 подарил ФИО5 жилой дом по вышеуказанному адресу. Обстоятельства последних недель жизни ФИО1, обстоятельства его гибели <данные изъяты> тот факт, что договор дарения вышеуказанного жилого дома был заключен за месяц до смерти ФИО1, ответчик является ФИО1 пасынком, с которым ФИО1 практически не общался, ответчик в указанном жилом доме не проживает и не зарегистрирован (а проживает третье лицо- мать ответчика ФИО20), убеждает её в том, что в момент совершении сделки ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. В результате совершения данного договора дарения нарушено её право и её законный интерес на получение наследства по закону в виде доли в праве общей долевой собственности на указанный жилой дом.
Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске. Дополнила, что настаивает на исковых требованиях о признании недействительным договор дарения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5, поскольку сделка отцом была совершена неосознанно<данные изъяты>
Истцу ФИО3 и представителю истца ФИО21 в ходе рассмотрения дела неоднократно разъяснялось, что признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки относятся к одному из способов защиты гражданских прав, предусмотренному законом (абз.4 ст.12 ГК РФ), однако истец и представитель истца указали, что настаивают только на исковых требованиях о признании договора дарения недействительным, исковых требований о применение последствий недействительности договора дарения заявлять не желают.
Представитель истца ФИО21 о дате, месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в судебном заседании участия не принимал.
Ответчик ФИО5 о дате, месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия, исковые требования не признает, по доводам, изложенным в возражениях. Из письменных возражений следует, что ФИО1 администрацией МО «Коношский муниципальный район» ДД.ММ.ГГГГ выдано разрешение на ввод в эксплуатацию индивидуального жилого дома, расположенного по адресу <адрес> на земельном участке с кадастровым номером №. Право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ. Брак с ФИО8 расторгнут в ДД.ММ.ГГГГ. С момента расторжения брака спора о праве на индивидуальный жилой дом между бывшими супругами не было. Доводы истца о том, что ФИО1 строит дом для своих детей полагает несостоятельными. Между ним и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения жилого дома по вышеуказанному адресу. В соответствии с пунктом 5.1 договора Даритель заявляет, что жилой дом, указанный в договоре, никому не продан, не подарен, не обременен правами третьих лиц, не заложен, в споре и под арестом (запрещением) не состоит. Исходя из норм гражданского законодательства, собственник вправе свободно распоряжаться принадлежащим ему на праве собственности имуществом: продать, подарить, завещать третьим лицам либо распорядиться имуществом любым иным, не противоречащим закону способом. Согласно Договору передача вышеуказанного дома и его приемка одаряемым в собственность осуществлена, согласно пункту 6.3. Договора, договор является одновременно и актом приема-передачи. Спорный договор дарения зарегистрирован надлежащим образом, что подтверждается государственной регистрацией права собственности. В настоящее время он несет расходы по содержанию жилого дома. Пунктом 5.2. Договора стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обязательства, вынуждающие совершат договор дарения на крайне невыгодных для себя условиях. Даритель лично участвовал в заключении договора дарения, выразил свою волю на государственную регистрацию перехода права собственности. Указанный договор дарения ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в ГАУ АО «МФЦ», сторонами договора в присутствии сотрудников регистрирующего органа были подписаны заявления на регистрацию права собственности, лично дарителем сданы документы и отозваны не были. У ФИО1 не имелось психических нарушений вследствие каких-либо заболеваний и в силу его возраста. Им не принималось препаратов, влияющих на психическое состояние, в том числе и на момент заключения договора дарения. А также доказательством данного факта является наличие у ФИО1 разрешения на хранение и ношение огнестрельного оружия, действительного до ДД.ММ.ГГГГ. Просит в иске отказать.
Представитель ответчика ФИО20 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать. Указала, что оспариваемый договор дарения был подписан именно её супругом ФИО1, при подписании указанного договора ФИО1 не страдал каким-либо психическим расстройством, осознавал характер и последствия своих действий. Она с ДД.ММ.ГГГГ проживает в данном доме, супруг был инициатором заключения договора дарения. Для составления договора дарения они обращались за юридической помощью к юристу, договор подписывали в МФЦ. Форма договора дарения соответствует установленной законом форме. Документы на проведение государственной регистрации сделки были направлены в Росреестр до смерти ФИО1 ФИО5 помогал в строительстве дома, покупал строительные материалы. Между ним и ФИО1 были тесные отношения. Истец оговаривает отца, доказательств того, что он был недееспособным не имеется. Истец виделись и созванивались с отцом редко. Показания свидетелей со стороны истца о плохом психическом состоянии ФИО1 ничем объективно не подтверждаются.
Третье лицо - представитель ГАУ АО «Архангельский региональный многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг», извещённый о дате, месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, в судебное заседание не явился, направлен отзыв в котором просят рассмотреть дело без участия их представителя, решение оставляют на усмотрение суда.
Третье лицо - представитель Управления Росреестра по <адрес> о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебном заседании представитель не присутствовал.
Суд, на основании ст.167 ГПК РФ рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников процесса.
Заслушав истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого исследованного доказательства, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности, суд приходит к следующему.
Согласно п.2 ст.1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.
В силу статьи 11 ГК РФ, суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных прав.
Исходя из вышеназванных положений закона, сторона по делу самостоятельно определяет характер правоотношений, и если считает, какое-либо её право нарушено, то определяет способ его защиты в соответствии со статьи 12 ГК РФ, а суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных прав.
В судебном заседании установлено, что истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО1 и ФИО2.
ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с ФИО31 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО20 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из письменных материалов дела.
Ответчик ФИО6 является сыном ФИО20 Указанные обстоятельства подтверждаются письменными материалами дела.
ДД.ММ.ГГГГ администрацией МО «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдано разрешение на строительство жилого дома по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ администрацией МО «Коношское» ФИО1 выдано разрешение на ввод в эксплуатацию жилого дома по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5 заключен договор дарения жилого дома по адресу: <адрес>, общей площадью 70,3 кв.м., кадастровый №.
Из пунктов 1.1, 2 Договора следует, что ФИО1 подарил ФИО5, а ФИО5 принял в собственность жилой дом по адресу: <адрес>, общей площадью 70,3 кв.м., кадастровый №.
Согласно п.5.1 Договора по заявлению дарителя указанный жилой дом никому не продан, не подарен, не обременен правами третьих лиц, не заложен, в споре и под арестом (запрещением) не состоит.
Пунктом 5.2 Договора предусмотрено, что стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеванием, препятствующим осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.
Согласно п.6.3 Договора стороны настоящего договора пришли к соглашению о том, что вышеуказанный жилой дом считается переданным ФИО5 с момента подписания ими настоящего договора. В соответствии со ст.556 ГК РФ настоящий договор является одновременно и актом приема-передачи.
Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости и основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости право собственности на спорный жилой дом было зарегистрировано за ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии со ст.574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Однако п.8 ст.2 Федерального закона от 30 декабря 2012 года №302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 ГК РФ, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, то есть после 01 марта 2013 года.
По правилам п.1 ст.551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
Таким образом, государственная регистрация спорного договора, заключённого ДД.ММ.ГГГГ, не требовалась, в рассматриваемом случае требовалась только государственная регистрация перехода права собственности, которая была произведена ДД.ММ.ГГГГ.
При этом материалами дела установлено, что документы для оформления перехода права собственности на спорный объект недвижимости были поданы сторонами договора дарения в Отделение по <адрес> ГАУ АО «МФЦ» ДД.ММ.ГГГГ, то есть ещё до смерти дарителя ФИО1
ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается записью акта о смерти от ДД.ММ.ГГГГ №.
Из ответа нотариуса нотариальной палаты <адрес> ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что в производстве нотариуса находится наследственное дело № к имуществу ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ. С заявлениями о принятии наследства по всем основаниям наследования ДД.ММ.ГГГГ обратилась дочь наследодателя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ обратилась супруга наследодателя ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ сын наследодателя ФИО10 Согласно заявлений наследниками по закону являются: дочь ФИО3, супруга ФИО20, сын ФИО10 Наследственное имущество: здание (жилой дом), местоположение: <адрес>); земельный участок, находящийся по адресу: <адрес> автомобиль марки ФИО32, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска; 1/2 (одна вторая) доля на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся в АО «ПОЧТА БАНК»; любое другое имущество, в чём бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось. Свидетельство о праве на наследство по закону на 1/3 долю вышеуказанного здания (жилого дома), 1/3 долю вышеуказанного земельного участка, 1/3 долю вышеуказанного автомобиля, 1/6 долю прав на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся в АО «ПОЧТА БАНК», выдано супруге наследодателя ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ. Свидетельство о праве на долю в общем имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу на 1/2 долю прав на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся в АО «ПОЧТА БАНК», выдано супруге наследодателя ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ. Свидетельства о праве на наследство по закону на 1/3 долю вышеуказанного здания (жилого дома), 1/3 долю вышеуказанного земельного участка, 1/3 долю вышеуказанного автомобиля, 1/6 долю прав на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся в АО «ПОЧТА БАНК» выданы дочери наследодателя - ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. Свидетельства о праве на наследство по закону на 1/3 долю вышеуказанного здания (жилого дома), 1/3 долю вышеуказанного земельного участка, 1/3 долю вышеуказанного автомобиля, 1/6 долю прав на денежные средства, внесенные во вклады, хранящиеся в АО «ПОЧТА БАНК» выданы сыну наследодателя - ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ.
Истец ФИО3, обращаясь в суд с иском о признании договора дарения недействительным, в обоснование своих требований указала, что в момент совершении сделки ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, а также сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).
Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.
Согласно ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2).
В соответствии со ст.209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии со ст.572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Правовой сущностью договора дарения является безвозмездная передача имущества от дарителя в собственность к одаряемому. При этом совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего вещного права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.
В соответствии с п.1 ст.177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно разъяснениям, данным в п.73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Согласно положениям ст.17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.
В силу ст.21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст.22 ГК РФ).
Исходя из вышеизложенного, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, так как это проистекает из требований ст.ст.17,21,22 ГК РФ.
При этом суд отмечает, что в соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с частью 3 статьи 123 Конституции РФ и частью 1 статьи 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Таким образом, в силу приведенных правовых норм бремя доказывания указанных ФИО3 доводов об отсутствии у ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения им ДД.ММ.ГГГГ оспариваемого договора дарения лежит на истце ФИО3
Согласно части 1 статьи 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.
Допрошенные по ходатайству истца в качестве свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО33 и ФИО34, которые являются родственниками истца, показали, что перед смертью у ФИО1 было странное поведение<данные изъяты>, бывшая супруга ФИО35 и сын ФИО13 виделись очень редко с ФИО1
Допрошенные по ходатайству истца в качестве свидетелей ФИО14 и ФИО15 показали, что ФИО1 вел разговоры про СВО, ничего странного в поведении ФИО1 не замечали, раньше был другим, в последнее время стал замкнутым.
Из материала об отказе в возбуждении уголовного дела № усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> межрайонном следственном отделе СУ СК РФ по <адрес> зарегистрирован материал проверки по сообщению, поступившему из дежурной части ОМВД России по <адрес>, по факту обнаружения ДД.ММ.ГГГГ в хозяйственной постройке на территории частного дома, расположенного по адресу: <адрес> трупа ФИО1 <данные изъяты>
Материалами проверки достоверно установлено, что ФИО1 проживал совместно со своей супругой ФИО20 в доме <адрес><данные изъяты>. ФИО1 являлся охотником, вследствие чего имел разрешение на хранение огнестрельного оружия, охотничий билет, а также ружье и боеприпасы к нему, которые хранил в доме по адресу проживания. Однако, по причине ухудшения зрения, на охоту он последнее время не ходил. <данные изъяты>.
Согласно сведениям из отделения лицензионно-разрешительной работы (по <адрес>) Управления Росгвардии по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 числится как владелец огнестрельного оружия марки МЦ-20-01 калибра 20/70 № сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а также марки Вепрь12 калибра № сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Последний раз проверен ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства, нарушений не выявлено. ФИО1 являлся владельцем огнестрельного оружия с ДД.ММ.ГГГГ, имел право на хранение и ношение огнестрельного оружия, патронов и взрывчатых веществ. За период владения оружием ФИО1 к административной и уголовной ответственности не привлекался, условий хранения и пользования огнестрельным оружием и патронов к нему не нарушал.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Постановлением следователя по особо важным делам <адрес> МРСО СУ СК РФ по <адрес> ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела <данные изъяты>, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч1 с.105, ч.1 ст.109, ст.110, ст.110.1, ст.110.2, ч.4 ст.111 УК РФ.
Согласно справке-заключению ГБУЗ АО «Коношская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на учете у врача психиатра, врача психиатра-нарколога не состоял.
<данные изъяты>
Иных доказательств, подтверждающих обоснованность доводов истца, что в момент совершения оспариваемого договора дарения ФИО1 находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в судебное заседание не представлено.
Неспособность дарителя в момент заключения договора дарения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данных сделок недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в данном случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент заключения договора, степень его тяжести, имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Вместе с тем, допустимых и достоверных доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием к признанию договора дарения спорного жилого дома недействительным по основаниям статьи 177 ГК РФ, объективных доказательств полагать, что волеизъявление ФИО1 на заключение сделки противоречило его воле и составление договора дарения происходило в момент нахождения дарителя в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не установлено.
Оснований полагать, что ФИО1 был ограниченно дееспособным или недееспособным на момент заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ из-за алкогольной зависимости, наличия головных болей, депрессии, не имеется.
В установленном законом порядке, решением суда (ст.ст.29,30 ГК РФ) ФИО1 не был признан недееспособным либо ограниченно недееспособным.
ФИО1 не состоял на учете у врача-нарколога и у врача-психиатра, что подтверждают стороны по делу и следует из письменных материалов дела.
Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 не был ознакомлен с содержанием договора, был введен в заблуждение относительно условий договора дарения, не мог понимать значение своих действий и руководить ими на момент заключения договора, стороной истца не представлено.
Показания свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО36., ФИО37., ФИО15 и ФИО14 не указывают на наличие у ФИО1 на ДД.ММ.ГГГГ каких-либо изменений психики, которые бы свидетельствовали о явных отклонениях от сопутствующего возрасту и известным заболеваниям обычного состояния ФИО1, что он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими на момент заключения договора дарения.
Ссылку истца на показания данных свидетелей в обоснование своих доводов суд не принимает во внимание, поскольку свидетели не имеют образования психиатра, оценивали состояние ФИО1 с позиции обывателя, ни один из свидетелей при подписании оспариваемого договора дарения не присутствовал, обстоятельств подписания договора не знают.
В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны ответчика были допрошены свидетели ФИО17, ФИО18 и ФИО19 которые показали, что они были знакомы с ФИО1, при общении с ними он вел себя адекватно. Показания данных свидетелей суд также при разрешении исковых требований истца во внимание не принимает по вышеуказанным основаниям.
В судебном заседании установлено, что вплоть до своей смерти ФИО1 являлся самодостаточным, не нуждался в постороннем уходе, данных о том, что ФИО1 обращался за медицинской помощью в связи с заболеванием, позволяющим усомниться в его дееспособности, не имеется, о назначении экспертизы сторона истца не ходатайствовала, заявляя о том, что доказательством наличия оснований для признания сделки недействительной по п.1 ст.177 ГК РФ является, то что ФИО1 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими в момент заключения договора дарения, поскольку часто жаловался на головные боли и в последнее время проявлял странное поведение.
Между тем, для признания сделки недействительной по основаниям, установленным ч.1 ст.177 ГК РФ, является не само по себе наличие у лица психического заболевания или расстройства, а наличие лишь таких заболеваний в такой степени выраженности, которые лишают его способности понимать значение своих действий или руководить ими. Доказательств наличия таких заболеваний в той степени выраженности, что лишают гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, у ФИО1 не выявлено.
Истцом ФИО3 в нарушение требований закона допустимых, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение своих доводов о том, в момент совершения оспариваемого договора дарения ФИО1 находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.
Исходя из правового смысла статьи 170 ГК РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом, обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.
В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статьи 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.
Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон мнимой сделки. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств по правилам статьи 67 ГПК РФ.
Между тем доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что при совершении спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5 данная сделка совершались без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, не представлено. ФИО5 как сторона сделки отрицает совершение им данной сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Сведений о том, что ФИО1 при жизни предпринимались меры к отмене дарения, расторжению указанного договора, его оспаривании материалы дела не содержат.
Согласно сведениям о переходе права собственности, предоставленным ППК «Роскадастр» по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, был предоставлен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, который указывает на то, что сделка по передаче имущества от ФИО1 своему пасынку ФИО5 в дар была проведена на законных основаниях, сторонами были согласованы все существенные условия. Договор дарения подписан лично сторонами, данный договор зарегистрирован в установленном законом порядке, прошел регистрацию в Управлении Росреестра, сделка по форме и содержанию соответствует требованиям законодательства. Более того, заключенный сторонами договор дарения не содержал обещания дарителя передать одаряемому имущество в будущем и был исполнен его сторонами. На момент совершения дарения ограничения в отношении недвижимого имущества в установленном законом порядке наложены не были, объект недвижимости не имел никаких обременении, в связи с чем, как у ФИО1, так и ФИО5 не было препятствий к распоряжению данным имуществом. Даритель ФИО1 лично участвовал при совершении сделки, чем выразил свою волю на безвозмездную передачу своего имущества (жилого дома) в собственность одаряемого. Оспариваемый договор дарения соответствует требованиям, установленным законом, был заключен в письменной форме, с соблюдением статьи 574 ГК РФ, оснований для запрещения дарения и ограничения дарения, предусмотренных ст.575,576 ГК РФ, не имеется.
Таким образом, в судебном заседании установлено, что на основании заявлений сторон сделки в Управлении Росреестра по <адрес> зарегистрирован переход права собственности на жилой дом на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Договор дарения заключен сторонами, по условиям договора имущество передано одаряемому, произведена государственная регистрация перехода права по заявлению сторон сделки. Какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии порока воли сторон сделки, а также того, что спорная сделка была совершена с заведомой целью ее неисполнения или ненадлежащего исполнения, что обе стороны при заключении договора дарения преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться сторонами, и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен быть получен при заключении данной сделки, что договор дарения осуществлен ответчиком исключительно с намерением причинить вред истцу или по иным недобросовестным мотивам, истцом ФИО3 не представлены.
При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что сторонами договора дарения были совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих договору дарения правовых последствий, связанных с переходом права собственности на жилой дом, что соответствует правомочиям собственника, предусмотренным положениями статьи 209 ГК РФ.
Судом также учитывается, что стороны в установленном порядке обратились с заявлениям о регистрации перехода права собственности на основании договора дарения, в результате чего было произведено изменение регистрационных данных в части сведений о собственнике, что свидетельствует о наступивших правовых последствиях совершенной сделки, а именно об исполнении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Факт передачи одаряемому дара отражен в договоре дарения, который имеет силу акта приема-передачи.
С учетом вышеизложенного, доводы истца ФИО3 о мнимом характере договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в ходе рассмотрения дела подтверждения не нашли.
Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований, предусмотренных п.1 ст.170, п.1 ст.177 ГК РФ, для признания недействительным договора дарения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО5
Основываясь на вышеизложенном, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО3 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Архангельского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Коношский районный суд Архангельской области.
Председательствующий - Е.Н. Волощенко