Судья Сангаджиева О.А.

дело № 22-290/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Элиста 25 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего

судей

- судьи Андреева Э.Г.,

- Пугаева М.С. и Саранова В.С.,

при секретаре

с участием:

осужденного

его защитника

прокурора уголовно-судебного

отдела прокуратуры РК

- ФИО1,

- ФИО2,

- адвоката Доржиева В.Б.,

- Дамбинова С.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Доржиева В.Б. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Яшкульского районного суда Республики Калмыкия от 26 мая 2023 года, по которому

ФИО2, родившийся ***, ранее судимый:

- приговором Ики-Бурульского районного суда Республики Калмыкия от 14 ноября 2006 года по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, 25 марта 2016 года освобожден по отбытии срока наказания;

- приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 7 апреля 2022 года по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, неотбытый срок наказания в виде лишения свободы составлял 1 год 9 месяцев 1 день,

осужден по ч. 3 ст. 321 УК РФ к лишению свободы на срок 5 лет.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 7 апреля 2022 года окончательно назначено 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 1 февраля 2023 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск по делу не заявлен. Приговором разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Саранова В.С., изложившего обстоятельства уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, возражений государственного обвинителя, выслушав выступления осужденного ФИО2, адвоката Доржиева В.Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Дамбинова С.О., полагавшего приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, судебная коллегия

установила:

Согласно приговору ФИО2 признан виновным в применении насилия, опасного для здоровья, в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности, при следующих обстоятельствах.

*** года примерно в 9 часов 20 минут младший инспектор группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-* УФСИН России по Республике Калмыкия Г.И.А., осуществляя свои должностные полномочия, совместно с дежурной сменой, после проведения неполного обыска в отношении осужденного ФИО2, содержащегося в камере № * ШИЗО вышеуказанного исправительного учреждения, потребовал последнего представиться (назвать установочные данные). Однако ФИО2, находясь в коридоре ШИЗО рядом с камерой № *, в целях дезорганизации деятельности исправительного учреждения, в присутствии других сотрудников ФКУ ИК-* УФСИН России по Республике Калмыкия, нанес один удар левой рукой в правую височную область головы Г.И.А., причинив ему повреждение в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, ушиба мягких тканей в правой височной области, расценивающиеся как легкий вред, причиненный здоровью человека.

В судебном заседании ФИО2 виновным себя в предъявленном обвинении не признал. При этом указал, что действительно нанес удар потерпевшему в целях самообороны, чтобы прекратить действия Г.И.А., выраженные в постоянном кашле, от чего у него наступает психическое расстройство, не выявленное при проведении соответствующей экспертизы по делу.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Доржиев В.Б. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, ставит вопрос об его отмене и вынесении оправдательного приговора в отношении ФИО2 в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. Ссылаясь на медицинскую справку врача-терапевта медицинской части №* ФКУЗ МСЧ-30 ФСИН России Л.В.Ю., ее письмо главному врачу БУ РК «***» от *** года и письменное согласие ФИО2 от *** года на стационарное лечение в условиях специализированного учреждения, а также показания свидетелей Л.В.Ю., М.Б.В. и Д.Х.В., ставит под сомнение психическое состояние ФИО2 в момент совершения инкриминируемого преступления. Полагает, что судом без вынесения постановлений и удаления в совещательную комнату было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о предоставлении сведений о состоянии здоровья ФИО2 из психиатрической больницы УФСИН по Ярославской области, ФКУ ИК-* УФСИН России по Республике Мордовия и о назначении комплексной судебно-психиатрической экспертизы, а также оставлены без внимания ходатайства об истребовании медицинских журналов, письменных жалоб ФИО2, записей с нагрудных видеорегистраторов свидетелей (сотрудников учреждения). Подробно анализируя показания свидетелей в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, приводит доводы о противоречивости показаний свидетелей Л.В.Ю., М.Б.В., Д.Х.В. в части наличия медицинского журнала и по вопросу приезда комиссии врачей из г. ***; о наличии противоречий в показаниях потерпевшего Г.И.А., свидетелей Х.А.В., Ш.Б.М., М.Е.Л., Б.Б.Э., М.В.В., Э.В.С. и Э.Б.Б. об обстоятельствах нанесения ФИО2 удара потерпевшему, о времени смены в дежурстве Г.И.А., а также о идентичности показаний указанных свидетелей в ходе предварительного следствия. По мнению автора жалобы, положенные в основу приговора показания свидетелей при проверке показаний на месте в силу однотипности доказательственного значения не имеют, так как не раскрывают обстоятельства события происшествия. Обращает внимание, что в ходе следствия у всех очевидцев-сотрудников исправительного учреждения были изъяты нагрудные видеорегистраторы, однако по делу приобщена только одна видеозапись, на которой не видно, куда был нанесен удар потерпевшему. Считает, что показания свидетелей Б.Б.Э., М.А.О. и Х.А.В. следует поставить под сомнение, так как они в настоящее время привлекаются к уголовной ответственности и им избрана мера пресечения в виде заключения под стражей. С учетом изложенного полагает, что сотрудники исправительного учреждения, зная о психическом расстройстве ФИО2 и его реакцию, спровоцировали последнего на агрессию и конфликт. Кроме того, считает, что суд назначил ФИО2 чрезмерно суровое наказание, не соответствующее требованиям уголовного закона и данным о личности.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу адвоката Доржиева В.Б. государственный обвинитель Бовальдинов М.А. выражает несогласие с изложенными в ней доводами, считает их необоснованными, просит приговор оставить без изменения, а жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав выступления участников процесса в судебном заседании, судебная коллегия пришла к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в применении насилия, опасного для здоровья, в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности при обстоятельствах, установленных в судебном заседании и изложенных в приговоре, являются верными и основаны на совокупности исследованных доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает.

Так, из показаний потерпевшего Г.И.А. следует, что заступив на суточное дежурство с 8 часов 30 минут *** года и осуществляя совместно с сотрудниками Х.А.В., Ш.Б.М., М.Е.Л., Б.Б.Э., М.А.О., М.В.В., фельдшером Э.В.С., психологом Э.Б.Б. прием дежурства, он провел неполный обыск в отношении осужденного ФИО2, содержащегося в камере № * ШИЗО и потребовал, чтоб тот представился (назвал установочные данные). В этот момент ФИО2, находясь в коридоре ШИЗО, неожиданно нанес ему кулаком левой руки удар в правую височную область, отчего он почувствовал резкую боль.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Х.А.В., Ш.Б.М., М.Е.Л., Б.Б.Э., М.А.О., М.В.В., Э.В.С., Э.Б.Б., сотрудники исправительного учреждения, сообщили аналогичные сведения по поводу применения осужденным ФИО2 насилия в отношении сотрудника исправительного учреждения Г.И.А., указав, что в ходе проведения режимных мероприятий на объекте ШИЗО/ПКТ/БМ осужденный ФИО2 в ответ на требования Г.И.Л. назвать свои установочные данные, нанес последнему один удар левым кулаком в правую височную область, в связи с чем Ш.Б.М. и Б.Б.Э. применили к нему физическую силу и специальное средство (наручники).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № * от *** года, у Г.И.А. установлены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей в правой височной области. Указанные повреждения образовались от ударного воздействия твердого тупого предмета (предметов) незадолго до поступления в больницу (20 сентября 2022 года), и по признаку кратковременного расстройства здоровья (менее 21 дня) расцениваются в совокупности как причинившие легкий вред здоровью человека (т. 2 л.д. 9-10).

Показания потерпевшего и допрошенных свидетелей объективно согласуются и подтверждаются письменными доказательствами, приведенными в приговоре, в числе которых протоколы проверки показаний на месте свидетелей потерпевшего Г.И.А., свидетелей Б.Б.Э, М.В.В., Ш.Б.М., Э.В.С., М.А.О., Х.А.В., М.Е.Л., Э.Б.Б.; протоколы осмотра места происшествия, изъятой видеофонограммы; документы, подтверждающие служебные полномочия потерпевшего Г.И.А, а также другие доказательства.

В судебном заседании также непосредственно была воспроизведена и исследована видеозапись с событием происшествия с камеры видеорегистратора от *** года.

Сам осужденный ФИО2 в судебном заседании факт применения насилия в отношения Г.И.А. не отрицает.

Имеющие значение для дела обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, были всесторонне исследованы и проанализированы судом первой инстанции, представленные сторонами доказательства проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ и каждому из них дана надлежащая оценка по правилам ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. При этом суд привел в приговоре конкретные доказательства, совокупность которых признана достаточной для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора в отношении ФИО2, выводы суда в приговоре об оценке доказательств и доводов стороны защиты надлежаще мотивированы.

Суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора показания потерпевшего Г.И.А., свидетелей М.В.В., Ш.Б.М., Э.В.С., М.Е.Л., Э.Б.Б., Б.Б.Э., М.А.О. и Х.А.В., поскольку они являются последовательными и объективно согласуются с иными доказательствами, представленными стороной обвинения, в том числе видеозаписью события происшествия.

Тот факт, что допрошенные свидетели являются сотрудниками исправительного учреждения, а Б.Б.Э., М.А.О. и Х.А.В. привлекаются к уголовной ответственности по другим уголовным делам, не свидетельствует о недопустимости их показаний, данных по настоящему уголовному делу, и не ставит под сомнение достоверность их в части сведений о причастности ФИО2 к совершению преступления.

Каких-либо данных о заинтересованности потерпевшего и свидетелей при даче показаний в отношении ФИО2, оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в показаниях по обстоятельствам дела, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности осужденного, на правильность применения уголовного закона и назначенное наказание, судом первой инстанции, как и судом апелляционной инстанции, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выявленные в судебном заседании противоречия в показаниях потерпевшего, свидетелей были устранены судом первой инстанции путем оглашения в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ их показаний, данных при производстве предварительного расследования и исследованных с их участием, оценка которым дана судом в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Проверка показаний свидетелей на месте в ходе предварительного расследования произведена в соответствии с положениями ст. 194 УПК РФ, содержащиеся в показаниях сведения в соответствии со ст. 74 УПК РФ имеют значение для доказывания обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в связи с чем, вопреки утверждению адвоката, протоколы данного следственного действия обоснованно признаны допустимыми доказательствами.

Имеющиеся в показаниях свидетелей Л.В.Ю., М.Б.В., Д.Х.В. противоречия о наличии медицинского журнала, приезда врачей из г. *** в исправительное учреждение, а также доводы о времени смены потерпевшего Г.И.А. с дежурства, не имеют существенного значения для разрешения уголовного дела по существу, не влияют на правильность выводов суда о причастности ФИО2 к применению насилия в отношении Г.И.А.

Доводы адвоката о том, что судом не рассмотрены ходатайства стороны защиты о предоставлении медицинских документов в отношении ФИО2, а также записей с видеорегистраторов сотрудников исправительной колонии, являются несостоятельными и опровергаются материалами дела. Судом были направлены соответствующие запросы и на них получены ответы (т. 3 л.д.73, 67).

Суд первой инстанции тщательно проверялись доводы стороны защиты о совершении сотрудниками исправительного учреждения в отношении ФИО2 провоцирующих действий, а также вопрос о психическом состоянии осужденного, которые получили надлежащую оценку с приведением убедительной аргументации в приговоре.

Суд правильно пришел к выводу, что изложенная стороной защиты версия обстоятельств относительно произошедшего, не нашла своего объективного подтверждения, опровергается совокупностью собранных по делу доказательств, а данные о психическом состоянии ФИО2 не исключают его привлечение к уголовной ответственности за содеянное.

Согласно выводам амбулаторной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы № * от *** года, сделанным на основе изучения представленных материалов уголовного дела и непосредственного обследования ФИО2, он в период инкриминируемого ему деяния хроническим, психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным расстройством психической деятельности не страдал и не страдает в настоящее время; выявленное у ФИО2 эмоционально-неустойчивое расстройство личности (эмоционально-волевой сферы, колебания настроения, склонность к аффективным импульсивным реакциям на фоне завышенной самооценки и уровня притязаний и т.д.) не лишало его возможности осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими в полной мере; в мерах медицинского характера не нуждается (т. 2 л.д. 29-30).

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований сомневаться в выводах судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2 у суда не имелось. Как правильно указал суд, при производстве данной экспертизы нарушений уголовно-процессуального законодательства, а также иных правил производства экспертизы по уголовным делам не допущено, она соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Указанная экспертиза проведена квалифицированными специалистами, имеющими значительный стаж и опыт работы по специальности, они предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. В заключении экспертов указан примененный метод клинико-психопатологического исследования, приведены результаты непосредственного исследования психического состояния ФИО2, учтены представленные на исследования материалы уголовного дела, в том числе характеризующие осужденного сведения о вспыльчивости, агрессивности, его пояснения о «колебании настроения по незначительному поводу», «плохой переносимости шума, кашля, от которого у него «мозг раздувается», на что ссылается адвокат в обоснование доводов о наличии психического заболевания у осужденного, выводы экспертов надлежаще оформлены, получены ответы на поставленные вопросы, которые обоснованы и ясны, не содержат противоречий, требующие устранения путем проведения повторной или дополнительной судебно-психиатрической экспертизы.

Кроме того, судом первой инстанции дана надлежащая оценка представленным стороной защиты медицинским документам, которые, по их мнению, наряду с показаниями свидетелей – врача-психиатра М.Б.В. и врача-терапевта Л.В.Ю. свидетельствуют о наличии у ФИО2 психического расстройства. Суд правильно пришел к выводу, что указанный ими диагноз носил предположительный характер, комиссией врачей не подтвержден, и не ставят под сомнение достоверность заключения судебно-психиатрической экспертизы № * от *** года.

Судебная коллегия также не находит оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов.

Принимая во внимание заключение экспертов-психиатров о том, что обнаруженное у ФИО2 эмоционально-неустойчивое расстройство личности не лишало его возможности осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими в полной мере в момент совершения инкриминируемого деяния, суд обоснованно признал его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Суд первой инстанции в приговоре также правильно признал заключение судебно-медицинского эксперта № * от *** года о характере, механизме образования и степени тяжести выявленных у потерпевшего Г.И.А. телесных повреждений допустимым и достоверным доказательством, соответствующим требованиям ст. 204 УПК РФ, на недопустимости которого настаивал адвокат Доржиев В.Б. в судебном заседании.

Оснований для признания заключений судебно-психиатрической и судебно-медицинской экспертиз недопустимыми доказательствами, назначения повторной или дополнительной экспертиз, у суда первой инстанции не было.

Судом в приговоре также дана оценка показаниям свидетелей стороны защиты Д.Ч.Л. и К.Н.Б., родной сестры и дяди осужденного, которые не ставят под сомнение правильность выводов суда о виновности осужденного в преступлении, за которое он осужден.

Предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось и таковые в апелляционной жалобе не приведены.

Доводы осужденного и его защитника о незаконности приговора, необоснованном осуждении с изложением собственной оценки доказательств по делу и действий осужденного, являются, по сути, их процессуальной позицией, фактически сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой доказательств и выводами о правовой квалификации содеянного ФИО2, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ, что не свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора суда.

Как видно из протокола судебного заседания и приговора, вопреки доводам апелляционной жалобы, все доводы стороны защиты о невиновности ФИО2 в совершении преступления, проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятых решений. Судебная коллегия, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобе и в ходе апелляционного рассмотрения дела, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой. Суд привел в приговоре мотивы, по которым он принял одни доказательства в качестве допустимых и достоверных и отверг другие доказательства, указав причины по которым отверг показания осужденного ФИО2

На основании полно и объективно исследованных в судебном заседании доказательств судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и постановлен обвинительный приговор в отношении ФИО2 Вопреки доводам жалобы, суд пришел к обоснованному выводу об умышленном совершении осужденным действий, направленных на дезорганизацию деятельности исправительного учреждения, то есть применении насилия, опасного для здоровья, в отношении сотрудника места лишения свободы Г.И.А. в связи с осуществлением им служебной деятельности, а не из неприязненных отношений, возникших вследствие провоцирующих действий со стороны сотрудников исправительного учреждения, как об этом утверждают осужденный и его защитник.

Сомнений в том, что обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения наступили в связи с насилием со стороны осужденного, не имеется.

При таких обстоятельствах действия ФИО2 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 321 УК РФ, при этом выводы суда о юридической оценке действий осужденного мотивированы в приговоре.

Несогласие осужденного ФИО2 и его защитника с данной судом оценкой показаниям потерпевшего, свидетелей, заключениям судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз, исследованной видеозаписи и другим указанным в апелляционной жалобе доказательствам, не ставит под сомнение правильность выводов суда о виновности ФИО2 в содеянном.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон, при этом ограничение прав участников уголовного судопроизводства допущено не было. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон. Вопреки утверждениям защитника, заявленные ходатайства рассмотрены судом в соответствии с требованиями ст. 256 УПК РФ, принятые решения надлежащим образом мотивированы с занесением в протокол судебного заседания либо путем вынесения его в совещательной комнате в виде отдельного процессуального решения (постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении повторной комплексной судебно-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2 от *** года (т. 3 л.д. 92, 94). Данных о необоснованных отклонениях ходатайств не установлено.

При решении вопроса о назначении наказания ФИО2 суд, исходя из требований ст. 6, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, смягчающие и отягчающее обстоятельства, сведения о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, судом в соответствии со ст. 61 УК РФ признаны: частичное признание вины, положительная характеристика, статус ветерана боевых действий, награждение знаком отличия. Все смягчающие наказание обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были учтены судом.

В то же время суд в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ обоснованно признал в действиях ФИО2 наличие особо опасного рецидива преступлений и учел рецидив в порядке ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств содеянного, а также данных о личности ФИО2 суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы, размер которого определил с учетом положений, закрепленных в ч. 2 ст. 68 УК РФ.

При этом суд обоснованно посчитал, что исправление осужденного невозможно без изоляции от общества и не нашел достаточных оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с требованиями ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для применения положений ч. 3 ст. 68, ст. 64, 73 УК РФ. В приговоре приведены убедительные мотивы принятого в этой части решения, оснований не согласиться с которым судебная коллегия не усматривает.

Назначенное осужденному ФИО2 наказание судебная коллегия находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Решение суда о назначении осужденному ФИО2 окончательного наказания по совокупности приговоров соответствует требованиям ст. 70 УК РФ и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», оснований не согласиться с таким решением по делу нет.

Считать, что назначенное осужденному ФИО2 наказание в виде лишения свободы по своему виду и размеру является чрезмерно суровым, оснований не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному ФИО2 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, судом определен правильно, в соответствии с положениями п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительная колония особого режима.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступного деяния, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденного и мотивированы выводы относительно квалификации преступления.

Нарушений уголовно-процессуального закона и уголовного закона, которые повлияли бы на выводы суда о виновности осужденного и послужили основанием для отмены или изменения приговора суда либо для постановления оправдательного приговора, как об этом ставится вопрос осужденным и его защитником, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Яшкульского районного суда Республики Калмыкия от 26 мая 2023 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Доржиева В.Б. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Э.Г. Андреев

Судьи М.С. Пугаев

В.С. Саранов