УИД 61RS0018-01-2022-002561-24
№ 2-1736/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 ноября 2022 года г. Миллерово
Ростовской области Миллеровский районный суд Ростовской области в составе
председательствующего судьи Корчинова М.В.,
при секретаре судебного заседания Огарковой Н.В.,
с участием представителя истца ФИО1,
с участием представителя ответчика ФИО5,
рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО11 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка ничтожным, применении последствий недействительности ничтожной сделки,
УСТАНОВИЛ:
В Миллеровский районный суд Ростовской области обратилась истец ФИО6 с иском к ФИО11 о признании договора дарения № от 11.01.2022 г. жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 68,8 кв.м., и расположенного под ним земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 578 кв.м., ничтожным в связи с его притворностью, применении последствий недействительности ничтожной сделки к договору дарения № от 11.01.2022 г. правил договора пожизненного содержания с иждивением (ренты) и возвращении сторон в первоначальное положение.
В обоснование исковых требований истец указала, между ФИО6 и ФИО11 был заключен договор дарения № от 11.01.2022 г., согласно которому последняя получила в дар от истца жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, общей площадью 68,8 кв.м., а также расположенный под ним земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 578 кв.м. При этом, заключая вышеуказанный договор дарения, обе стороны исходили из того, что ФИО6 подарит ФИО11 вышеуказанный жилой дом и земельный участок, а ответчик пообещала, что ее семья в обмен на полученное имущество будет содержать истца до самой смерти с правом проживания в указанном домовладении.
На заключении договора дарения настояла ФИО11, которая пояснила необходимость именно договора дарения опасением, что договор ренты может быть оспорен родственниками ФИО6 в будущем, после ее смерти, а также нежеланием участвовать в возможных судебных процессах. Учитывая тот факт, что в силу своего возраста, а также прогрессирующей болезни истец не могла самостоятельно за собой ухаживать и поссорилась со своими родственниками, а ответчик не соглашалась на иных условиях осуществлять уход за нею, она приняла решение заключить притворную сделку дарения в силу своей неграмотности, не отдавая себе отчет в возможных последствиях. Кроме того, ФИО6 была заверена ответчиком о том, что договор дарения будет содержать все обязательства, которые взяла на себя ФИО11 по уходу за истцом. А в силу того, что истец не имеет одного глаза, а вторым очень плохо видит, не могла проверить подписываемый ею документ, а в органах МФЦ ей его не зачитывали при сдаче сделки на регистрацию в органы Росреестра. Таким образом, ответчик воспользовалась беспомощным состоянием ФИО6, стремительно развивающаяся болезнь (рак груди) которой требовала постоянного постороннего ухода, и заключила договор с истцом на крайне невыгодных для последней условиях.
Следует отметить, что стороны притворного договора дарения в родстве не состоят, до подписания сделки по отчуждению жилого дома и земельного участка были друг другу не знакомы и познакомились посредством дочери ответчика, которая работала в магазине неподалеку.
Вопреки форме и содержанию договора, ФИО6 осталась проживать в спорном доме, где и проживает по сегодняшний день. Таким образом, ответчик выполнила свое обязательство в части сохранения права пользования ФИО6 в жилом доме после его отчуждения ФИО11, но свои обещания о постоянном уходе и содержании истца под различными предлогами не выполняла.
Примерно в августе этого года ФИО11 заявила, что не желает больше, чтобы ФИО6 проживала совместно с ней, уже в ее доме, и с этого момента всячески начала выживать бывшую хозяйку из дома, который для нее является единственным местом жительства и в котором ее семья прожила 36 лет.
Факт заключения притворной сделки подтверждается тем, что в спорном домовладении остались зарегистрированными как сама ФИО6, так и две ее внучки, в то время как сам договор дарения не содержит никакой информации о лицах, зарегистрированных в указанном доме и сохраняющих право пользования им, так и информации о сроках снятия их с регистрационного учета, как то принято при заключении сделок, направленных на отчуждение недвижимого имущества. При этом, сама ответчик и ее семья не зарегистрировались во вновь приобретенном домовладении, несмотря на отсутствие иного места жительства, принадлежащего им.
Отмечает, что ответчиком в рамках исполнения притворной сделки вплоть до августа 2022 года было выполнено такое существенное условие прикрываемой сделки пожизненного содержания с иждивением, как сохранение права пользования (проживания) ФИО6 жилым домом до самой смерти.
Истец ФИО6 в судебное заседание не явилась, предоставила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя ФИО1 Ранее в ходе судебного разбирательства поясняла, что договор дарения был заключен добровольно, однако сам договор она не читала, содержание договора ей не зачитывали. На заключении договора дарения настаивала ответчик, она же имела ввиду договор ренты. Считает, что ответчик должна была за ней ухаживать, готовить еду. После заключения договора дарения ответчик не сразу вселилась в дом, сначала сделала ремонт за свой счет. В материальной помощи ответчика она не нуждалась. До настоящего времени проживает в этом доме, в спальне. Сначала ответчик за ней ухаживала, примерно два месяца, кушать готовила, посуду мыла. Ответчик продукты и одежду ей не покупала, лекарства покупала соцработник.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.
Ответчик ФИО11 в судебное заседание не явилась, предоставила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием представителя ФИО5, в удовлетворении исковых требований просила отказать.
Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований, пояснила, что договор дарения был составлен по обоюдному согласию. Истец сама неоднократно обращалась к дочери ответчика с просьбой составить договор, на что дочь ответчика ответила истцу, что ее мать ФИО11 заключит с истцом договор. ФИО6 добровольно пришла в МФЦ для оформления договора дарения. После составления договора дарения, истец подписала договор, а также заявления на переход права собственности. То есть сделка добровольная, соответствует требованиям закона. Никаких условий содержаний или иных действий со стороны ФИО11 в договоре не прописано и не оговаривалось. ФИО6 хотела, чтобы была семья, жили как члены семьи. Довод о том, что ФИО6 осталась проживать в домовладении, также не влияет на недействительность сделки, не может быть признана данная сделка ничтожной. Сама истец поясняла, что ответчик никаких денежных средств ей не давала, никакой помощи не оказывала. ФИО11 зарегистрирована в данном доме с 16.02.2022 г. 08.06.2022 г. ответчик зарегистрировала в данном доме дочь и внука. При этом, регистрация по месту жительства дочери и внука не согласована с ФИО2, потому что ФИО11 на тот момент уже являлась собственником. Изначально ответчик не заселилась в дом, потому что делала ремонт, поменяла трубы, частично окна, пол застелила линолеумом, заменила сантехнику. Финансовой помощи ФИО2 не оказывала, участие в ремонте не принимала. В настоящее время истец проживает в доме как член семьи. ФИО11 оплачивает коммунальные платежи.
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны истца ФИО7 пояснила, что ФИО6 дружила с ее мамой, приходила к ним в гости, говорила о том, что подарила свой дом и земельный участок ФИО11, а взамен та будет за ней ухаживать, помогать ей. Со слов ФИО6 ей также стало известно, что ФИО11 не разрешает ей принимать гостей, родственников. ФИО2 говорила ей, что новые собственники должны ей за ее денежные средства покупать лекарства.
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны истца ФИО8 пояснила, что ФИО6 знает с 1986 года, являются соседями. ФИО6 проживает с ФИО18 и ФИО3, фамилии их не знает. Со слов ФИО2 ей стало известно, что она заключила договор ренты. Она говорила ФИО6, что это ни те люди, которые ее «досмотрят», ФИО6 до настоящего времени сама в состоянии себя обслужить, стирает, готовит, в огороде убирает. За ФИО6 никто не ухаживает. Она спрашивала у ФИО6 будут ли новые собственник помогать ей деньгами, на что та ответила, что нет. Новые собственники домовладения не препятствуют ее общению с ФИО6 Коммунальные платежи оплачивают новые собственники, но летом еще оплачивала ФИО6
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны ответчика ФИО9 пояснила, что ФИО6, которая проживает по <адрес> в <адрес>, знает около 20 лет. Ранее данное домовладение находилось в собственности истца. Потом ФИО6 попросила ее найти человека, который бы ее «досмотрел». Нашли ФИО11 ФИО3 ей не знакома, она знает ее дочь ФИО19. От ФИО2 ей стало известно, что ФИО11 согласилась «досмотреть» ФИО6 Сейчас собственником домовладения является ФИО11 После того, как в доме стала проживать ФИО11, поклеили обои, постелили линолеум, вставили окно в кухне. Со слов дочери ФИО11 ей известно, что ремонт делала ФИО11 за свой счет. Также со слов ФИО20 ей известно, что они готовят кушать и ФИО2, но та отказывается от их помощи.
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны ответчика ФИО10 пояснила, что ей знакомы и истец и ответчик. ФИО11 со своей дочерью ФИО21 около года проживают по <адрес>, с ФИО6 Со слов ФИО11 ей известно, что та переехала в новую квартиру, так как ей ее «отписали». ФИО23 говорила ей, что тетя ФИО24 просит ее, чтобы она поговорила с ФИО25, чтобы та переехала к ней жить. После переезда в новый дом, ФИО3 и ФИО26 поклеили в доме обои, постелили линолеум. Этой ей известно со слов ФИО22 ФИО4.
Допрошенная в судебном заседании свидетель со стороны истца Свидетель №1 пояснила, что является социальным работником. На протяжении двух лет, три раза в неделю, осуществляет уход за ФИО6, убирает в ее комнате, ходит за продуктами, покупает лекарство в поликлинике. На продукты и лекарства ей дает деньги ФИО6 Знает, что ФИО29 и ФИО30 проживают с ФИО6 ФИО6 говорила ей, что оплачивает коммунальные платежи. О переходе права собственности ей ничего не известно. ФИО6 говорила ей, что просила ФИО27 ухаживать за ней. ФИО3 и ФИО28 постелили в доме линолеум, купили кровать, повесили люстру в комнате ФИО6 В доме они также поменяли линолеум, поклеили обои, люстры повесили за свой счет. ФИО6 говорила ей, что сначала ее кормили, а теперь она сама готовит себе еду.
На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие истца, ответчика в соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ.
Суд, выслушав представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО5, свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, Свидетель №1, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.
В соответствии с ч.2 ст.1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В силу ч.1 ст.9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии с ч.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Согласно ч.3 ст.154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон. Из положений ст.421 ГК РФ следует, что принцип свободы договора является одним из наиболее важных гражданско-правовых принципов. В соответствии с гражданско-правовым смыслом указанной нормы права свобода договора заключается в том, что каждый участник гражданского оборота вправе самостоятельно решать, вступать или не вступать в договорные отношения.
В соответствии с ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
Положениями ч.2, 3 ст.574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (ч. 1 ст. 425 ГК РФ).
В соответствии со ст. 223 ГК РФ, в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
На основании статьи 166 ГК РФ Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (часть 1).
Согласно ч.1, 2 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу ч.1 ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу ч.2 ст.168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.
На основании ч.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В соответствии с ч.1 ст.583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.
Статьей 584 ГК РФ предусмотрено, что договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации.
В соответствии со ст. 601-603 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты (договора пожизненного содержания) - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).
Таким образом, правовым последствием заключения как договора ренты, так и договора дарения является переход права собственности на имущество, к плательщику ренты это право переходит возмездно (взамен на предоставление содержания с иждивением в натуре за счет своих средств), а к одаряемому - безвозмездно, то есть без какого-либо встречного предоставления (ни в денежной, ни в натуральной форме).
Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.
По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.
При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, о чем указано в исковом заявлении, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.
Из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что 11.01.2022 г. ФИО6 заключила с ФИО11 договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> (л.д. 12).
Государственная регистрация договора дарения и права собственности совершены Управлением Росреестра по <адрес> 17.01.2022 г., о чем в ЕГРП сделана запись регистрации №, № (л.д. 13).
Судом установлено, что договор дарения был заключен в установленной письменной форме, содержит все существенные условия, подписан (что не оспаривалось сторонами). Каких-либо нарушений при оформлении договора дарения спорного жилого дома и земельного участка допущено не было. Правовые последствия договора дарения наступили – право собственности на жилой дом и земельный участок за одаряемой зарегистрировано в установленном порядке.
Суд считает, что стороны достигли соглашения по всем существенным условиям договора дарения и произвели все необходимые действия, направленные на его исполнение.
При этом даритель, ознакомившись с условиями договора, была вправе отказаться от заключения договора дарения, с целью заключения договора пожизненной ренты на приемлемых для нее условиях. Оспариваемый договор не содержит каких-либо условий относительно пожизненного содержания истца.
В силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.
Между тем, доказательства того, что ФИО11 предоставляла ФИО6 содержание с иждивением в определенном объеме (прибиралась, покупала и приносила продукты, готовила, стирала, оплачивала коммунальные платежи и т.п.) отсутствуют, то есть юридические и фактически последствия ренты не наступили. Напротив, стороной ответчика представлены суду копии квитанций об оплате коммунальных платежей по адресу: <адрес> (л.д. 49-54).
Указанное, в свою очередь, препятствует признанию договора дарения притворным, а именно, заключенным с целью прикрыть сделку на иных условиях.
Проверяя доводы истца о притворности сделки договора дарения, суд полагает, что воля сторон была направлена на заключение договора дарения, а не договора пожизненного содержания.
Довод о том, что на самом деле истец ФИО6 не намеревалась дарить ответчику жилой дом и земельный участок, что договор дарения не был безвозмездным, судом отклоняется.
При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суд применяет правила толкования договора, установленные статьей 431 ГК РФ.
Согласно указанной статье при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Суд, оценив спорный договор дарения жилого дома и земельного участка по правилам статьи 431 ГК РФ, полагает, что содержание спорного договора дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ей имущества. Из него прямо следует, что ФИО6 подарила ФИО11, а она приняла жилой дом и земельный участок в дар и даритель в действительности имела намерение подарить одаряемой жилой дом и земельный участок. Каких-либо условий об обременении спорный договор дарения не содержит.
Кроме того, суд отмечает, что ФИО6 и ФИО11 ничто не препятствовало заключать между собой иные договоры и соглашения, как до заключения договора дарения, так и после состоявшейся сделки.
Сам по себе тот факт, что истец произвела отчуждение в пользу ответчика своего единственного жилья, о пороке воли истца свидетельствовать не может и доказательством недействительности заключенного договора не является.
Отсутствие у дарителя иного пригодного для проживания жилого помещения не является безусловным основанием для признания договора дарения недействительным, поскольку не исключает намерения дарителей проживать в жилом доме безвозмездно по согласованию с новым собственником или приобрести другое жилое помещение.
Довод стороны истца в обоснование притворности сделки о том, что истец продолжает проживать в доме, который она подарила ответчику на основании договора дарения, суд признает несостоятельным, поскольку действующее законодательство не исключает того, что находящееся в собственности гражданина жилое помещение может быть предметом договора безвозмездного пользования, что прямо предусмотрено частью 2 статьи 30 Жилищного кодекса РФ, либо предоставлено для проживания на праве члена семьи.
Также необходимо отметить, что показания свидетелей не содержат данных, свидетельствующих о том, что в период заключения сделки состояние здоровья ФИО6 не позволяло ей как прочитать договор, так и правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для принятия решения о сделке, а также сформировать адекватное представление о природе сделки.
Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (ч.3 ст.179 ГК РФ).
Для признания сделки кабальной необходимо наличие совокупности условий таких, как: нахождение лица, совершающего сделку, в тяжелых обстоятельствах; совершение сделки на крайне невыгодных для потерпевшего условиях; причинно-следственная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.
Между тем, доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности, бесспорно подтверждающих факт совершения сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств, истцом не представлено.
Кроме того, суд учитывает, что невыгодность условий договора дарения, по мнению истца, подписанного ею по собственной воле, не может сама по себе свидетельствовать о кабальности договора, каких-либо доказательств, что заключение договора дарения произошло на крайне невыгодных условиях для истца, а также осведомленности ответчика о тяжелом стечении обстоятельств, вынуждающих истца соглашаться на подобную сделку, тем не менее, пользующейся сложившимся положением и предлагающей потерпевшему заключить сделку на кабальных условиях, не представлено.
Разрешая заявленные истцом требования, суд не установил наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что сделка является притворной, в связи с чем, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований по указанным выше основаниям.
На основании изложенного и, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО11 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка ничтожным, применении последствий недействительности ничтожной сделки, отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Миллеровский районный суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.
Судья
Миллеровского районного суда
Ростовской области М.В. Корчинов
Решение в окончательной форме
составлено 22.11.2022 г.