Дело № 2-316/2025 (УИД 36RS0016-01-2025-000250-73)
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Калач 30 сентября 2025 г.
Калачеевский районный суд Воронежской области в составе:
председательствующего судьи Тронева Р.А.,
при секретаре Звир Н.А.,
с участием представителя ответчика ФИО2 по доверенности
ФИО3,
рассмотрев в закрытом судебном заседании в помещении Калачеевского районного суда Воронежской области гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, о применении последствий недействительности сделки и о признании права общей долевой собственности на наследственное имущество,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратилась в Калачеевский районный суд Воронежской области с исковым заявлением к ФИО2, в котором просит суд признать недействительным договор дарения земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1072 кв.м. и жилого дома с кадастровым номером №, площадью 68,3 кв.м., находящихся по адресу: <адрес> от 30.06.2022 г., заключенный между ФИО1 и ФИО2 и применить последствия недействительности сделки; признать за ней, в порядке наследования по закону после смерти матери - ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ право общей долевой собственности в размере 1/2 доли на жилой дом и земельный участок, находящихся по вышеуказанному адресу.
В обоснование заявленных исковых требований ФИО4 указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать - ФИО1. Ее наследниками по закону первой очереди являются она и ее брат - ФИО2. В феврале 2025 г. она обратилась к нотариусу нотариального округа Калачеевского района Воронежской области ФИО5 с заявлением о принятии наследства по закону после смерти матери. После обращения к нотариусу ей стало известно о том, что ее мать – ФИО1 на основании заключенного с ФИО2 договора дарения от 30.06.2022 г. подарила последнему земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес>. Полагает, что в силу своего психического состояния, вызванного рядом заболеваний, ФИО1 на день заключения договора дарения (30.06.2022 г.) не могла понимать значение своих действий и руководить ими (л.д. 5-7).
Истец ФИО4 и ее представитель - адвокат Юдина Е.А. надлежащим образом извещены о дате, месте и времени судебного заседания в судебное заседание не явились. Истец ФИО4 просит суд рассмотреть дело по существу в ее отсутствие, а также в отсутствие ее представителя – адвоката Юдиной Е.А.. Заявленные исковые требования поддерживает в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и просит суд их удовлетворить (л.д. 150, 160).
Ответчик ФИО2 надлежащим образом извещен о дате, месте и времени судебного заседания в судебное заседание не явился. Просит суд рассмотреть дело по существу в его отсутствие с участием его представителя по доверенности ФИО3 (л.д. 51, 153).
В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО3 заявленные исковые требования от имени своего доверителя не признал в полном объеме по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление (л.д. 50-51). При этом указал, что срок исковой давности для предъявления иска по указанному основанию, в силу п. 2 ст. 181 ГК РФ, составляет 1 год, поскольку сделка является оспоримой. Ссылаясь на разъяснения, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", а также на заключение комиссии экспертов от 02.07.2025 г. № 1431 полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленному требованию об оспаривании договора дарения от 30.06.2022 г., поскольку ФИО4 обратилась в суд настоящим исковым заявлением в марте 2025 г., что свидетельствует о пропуске срока исковой давности, что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Просит суд в удовлетворении заявленного иска отказать в полном объеме.
Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Воронежской области надлежащим образом извещен о дате, месте и времени судебного заседания в судебное заседание не явился. Просит суд рассмотреть дело по существу в его отсутствие. Возражений относительно заявленных исковых требований суду не представил (л.д. 155 оборотная сторона).
Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные материалы, суд приходит к следующему:
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Пунктом 1 статьи 131 ГК РФ предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
Из представленных материалов следует, что 30.06.2022 г. между ФИО1 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) был заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1072 кв.м. и жилого дома с кадастровым номером №, площадью 68,3 кв.м., находящихся по адресу: <адрес> (л.д. 9, 37-38).
07.07.2022 г. Управлением Росреестра по Воронежской области на основании вышеуказанного договора дарения за ответчиком ФИО2 было зарегистрировано право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1072 кв.м. и жилой дом с кадастровым номером №, площадью 68,3 кв.м., находящиеся по адресу: <адрес>, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости (л.д. 13-14).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8).
ФИО4 (истец по настоящему делу) и ФИО2 (ответчик по настоящему делу) являются детьми ФИО1 и соответственно наследниками по закону к имуществу последней.
Судом от нотариусов нотариального округа Калачеевского района Воронежской области ФИО5 и ФИО6 истребованы данные о лицах, принявших наследство после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ. Из информации нотариуса ФИО6 от 18.04.2025 г. следует, что наследственное дело после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ не заводилось (л.д. 33 оборотная сторона).
Из информации нотариуса ФИО5 от 18.04.2025 г. следует, что в производстве нотариуса имеется наследственное дело № после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированной на день смерти по месту жительства по адресу: <адрес>, которое было начато 07.02.2025 г. по заявлению дочери наследодателя - ФИО4, зарегистрированной на день смерти наследодателя по адресу: <адрес>. Заявление было принято до истечения шестимесячного срока для принятия наследства. В своем заявлении ФИО4 указала другого наследника по закону – сына наследодателя ФИО2, зарегистрированного на день смерти наследодателя совместно с наследодателем по вышеуказанному адресу, которому 07.02.2025 г. было направлено извещение об открывшемся наследстве. Однако заявлений о принятии наследства или об отказе от наследства от ФИО2 нотариусу не поступило. Сведений о других наследниках, как и заявлений о принятии или об отказе от наследства по закону или по завещанию, в наследственном деле не имеется (л.д. 36).
Из обстоятельств, на которых истец ФИО4 основывает свои требования, следует, что после обращения к нотариусу нотариального округа Калачеевского района Воронежской области ФИО5 с заявлением о принятии наследства по закону после смерти матери ей стало известно о том, что ее мать – ФИО1 на основании заключенного с ФИО2 договора дарения от 30.06.2022 г. подарила последнему земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес>.
Обращаясь в суд с настоящими исковыми требованиями, истец ФИО4 мотивирует основания заявленных требований тем, что ее мать – ФИО1 страдала рядом заболеваний и в силу своего психического состояния на день подписания договора дарения (30.06.2022 г.) не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (далее - постановление Пленума N 9), сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления (пункт 73 постановления Пленума N 9).
В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент заключения договора дарения понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данного договора недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент заключения договора дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Как указал Верховный Суд Российской Федерации в абзаце 3 пункта 13 постановления Пленума от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу на основании ходатайства стороны истца определением Калачеевского районного суда Воронежской области от 11.06.2025 г. по делу назначена комиссионная посмертная судебно - психиатрическая экспертиза. На разрешение экспертов был поставлен следующий вопрос: могла ли ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ в юридически значимый период - на момент подписания 30.06.2022 г. договора дарения жилого дома и земельного участка, заключенного между ФИО1 и ФИО2 по своему психическому состоянию понимать значение своих действий и руководить ими и с учетом ответа на поставленный вопрос экспертам необходимо было установить, могла ли ФИО1 с учетом своего психического состояния после совершения ею указанного договора дарения осознавать наличие возможности оспорить его в судебном порядке? Проведение экспертизы было поручено экспертам КУЗ ВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер», расположенного по адресу: <...> (л.д. 104-106).
Согласно заключению комиссии экспертов от 02.07.2025 г. № 1431 ФИО1 при жизни, на момент составления договора дарения от 30.06.2022 г. и до момента ее смерти каким-либо психическим расстройством, лишавших ее возможности понимать характер и значение своих действий и руководить ими, в том числе в юридически значимый период не страдала, а обнаруживала ряд соматических заболеваний: <данные изъяты>. Как следует из материалов дела, испытуемая в юридически значимый период не находилась в таком «состоянии», которое исключало бы способность понимать характер и значение своих действий и руководить ими, так как она была в этот период правильно ориентирована в обстановке, узнавала окружающих и поддерживала с ними адекватный речевой контакт, при оказании амбулаторной и стационарной медицинской помощи в связи с соматическими заболеваниями психическое состояние сомнений не вызывало, консультации психиатров не назначались. В записях объективного статуса в медицинских документах никаких сведений о наличии у ФИО1 временных психических расстройств, старческих заболеваний (деменция) на протяжении ряда лет (с 2022 г. по 2024 г.) нет. Все вышеуказанное свидетельствует о ее осведомленности, сохранной адаптации в наиболее важных сферах жизни. В медицинской документации не содержится сведений о том, что в исследуемый период времени у нее имелись грубые изменения интеллектуально - мнестической сферы, которые могли бы нарушить способность к адекватному и полноценному речевому контакту, осуществлению целенаправленной деятельности, а также свободному волеизъявлению. Следовательно, ФИО1 по своему психическому состоянию к моменту принятия решения о данном правовом действии и в момент подписания договора дарения 30.06.2022 г. могла правильно воспринимать существенные для дела обстоятельства, правильно осознавать внутреннее содержание совершаемых действий и в полной мере прогнозировать их последствия и руководить ими (л.д. 110-113).
Оснований не доверять вышеуказанному заключению экспертов у суда не имеется. Выводы экспертизы основаны на научных познаниях. Квалификация и уровень знаний экспертов, сомнений у суда не вызывают.
Согласно пункту 1 статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.
Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Из приведенных правовых норм следует, что действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.
Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", срок исковой давности по требованиям о защите права физического лица, не обладающего полной гражданской (гражданской процессуальной) дееспособностью, в случае, когда это право нарушено законным представителем такого лица, исчисляется с момента, когда о нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо когда представляемый узнал или должен был узнать об этом нарушении и стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде.
Действительно, истцу стало известно о заключении 30.06.2022 г. наследодателем с ответчиком договора дарения, зарегистрированного 07.07.2022 г., при обращении к нотариусу – 07.02.2025 г.
Вместе с тем, из обстоятельств дела следует, при жизни ФИО1 имела право оспорить договор дарения по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако в суд не обращалась.
При этом срок исковой давности для предъявления иска по указанным основаниям, в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет 1 год, поскольку сделка является оспоримой.
Разрешая заявленные истцом исковые требования по существу, и оценив собранные по делу доказательства, в том числе заключение комиссии экспертов от 02.07.2025 г. № 1431, суд приходит к выводу о том, что заявленные ФИО4 исковые требования к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, о применении последствий недействительности сделки и о признании права общей долевой собственности на наследственное имущество являются необоснованными и удовлетворению не подлежат, поскольку суд исходит из того, что договор дарения между ФИО1 и ФИО2 был заключен в простой письменной форме, существенные условия договора были согласованы, договор при жизни ФИО2 не признан в установленном порядке недействительным, при этом воля дарителя ФИО1 при заключении договора дарения жилого дома и земельного участка была направлена на безвозмездную передачу имущества в собственность одаряемого ФИО2, что согласуется с последующими действиями сторон договора дарения - подписание договора, его регистрация в Управлении Росреестра по Воронежской области.
Кроме этого с исковым заявлением об оспаривании договора дарения от 30.06.2022 г. истец обратилась в суд 17.03.2025 г., что свидетельствует о пропуске срока исковой давности, что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО4 (ИНН №) к ФИО2 (ИНН №) о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, о применении последствий недействительности сделки и о признании права общей долевой собственности на наследственное имущество - отказать.
Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Калачеевский районный суд Воронежской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Председательствующий судья Тронев Р.А.
Мотивированное решение суда изготовлено 08 октября 2025 г.
Председательствующий судья Тронев Р.А.