Решение по делу № 2-323/2022 от 05.12.2022 - о расторжении кредитного договора № от 10 марта 2017 года и взыскании задолженности по кредитному договору.

УИД 56RS0004-01-2022-000228-33

Дело № 2-323/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Александровка 5 декабря 2022 года

Александровский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего - судьи Топильчук И.С.,

при секретаре судебного заседания Жихаревой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела

по исковому заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» к ФИО1, администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области, ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью страховой компании «Сбербанк Страхование жизни», ФИО3 о расторжении кредитного договора № от 12 августа 2019 года, взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на предмет залога,

по исковому заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области о расторжении кредитного договора № от 10 марта 2017 года и взыскании задолженности по кредитному договору,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее - ПАО «Сбербанк») обратилось в суд с иском к ФИО4, ФИО1 о расторжении кредитного договора № от 12 августа 2019 года, взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на предмет залога.

В обоснование исковых требований истец указал, что между банком и ФИО1, ФИО4 заключен кредитный договор № от 12 августа 2019 года на сумму 595 000 руб. сроком 120 месяцев с уплатой 10,7 % годовых на приобретение объектов недвижимости – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, которые переданы банку в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств. При заключении договора заемщики приняли на себя обязательства возвратить сумму кредита и уплатить проценты за пользование им, однако свои обязательства надлежащим образом не исполнили. Заемщик ФИО1 умер 12 мая 2020 года, предполагаемыми наследниками умершего являются супруга – ФИО4, которая также является созаемщиком по указанному кредитному договору, и сын - ФИО1 По состоянию на 16 ноября 2021 года задолженность по кредитному договору составляет 609 654,19 руб.

В адрес ответчиков направлялись письма с требованием о возврате суммы задолженности и расторжении кредитного договора, которые до настоящего времени не исполнены.

Истец просил суд:

- расторгнуть кредитный договор № от 12 августа 2019 года;

- взыскать солидарно с ФИО4, ФИО1 в пользу ПАО «Сбербанк» сумму задолженности по кредитному договору № от 12 августа 2019 года за период с 12 августа 2019 года по 16 ноября 2021 года в размере 609 654,19 руб., в том числе: просроченный основной долг – 553 659,23 руб., просроченные проценты – 52 261,93 руб., договорная неустойка/штраф/пени – 3 733,03 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 15 296,54 руб.;

- обратить взыскание на предмет залога: жилой дом, назначение: жилое, площадью 82,9 кв.м., кадастровый №, и земельный участок, площадью 4 400 кв.м. кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>, путем проведения публичных торгов, установив начальную продажную стоимость равной залоговой, то есть 632 700 руб., из которой: жилой дом – 441 000 руб., земельный участок – 191 700 руб.

22 марта 2022 года ПАО «Сбербанк» обратилось в суд с иском к ФИО4, ФИО1 о расторжении кредитного договора № от 10 марта 2017 года и взыскании задолженности по кредитному договору.

В обоснование исковых требований истец указал, что между банком и ФИО1 заключен кредитный договор № от 10 марта 2017 года на сумму 59 000 руб. сроком 60 месяцев с уплатой 17,9 % годовых. При заключении договора заемщик принял на себя обязательства возвратить сумму кредита и уплатить проценты за пользование им, однако свои обязательства надлежащим образом не исполнил. Заемщик ФИО1 умер 12 мая 2020 года, предполагаемыми наследниками умершего являются супруга ФИО4 и сын ФИО1 По состоянию на 16 ноября 2021 года задолженность по кредитному договору составляет 23 366,61 руб.

В адрес ответчиков направлялись письма с требованием о возврате суммы задолженности и расторжении кредитного договора, которые до настоящего времени не исполнены.

Истец просил суд:

- расторгнуть кредитный договор № от 10 марта 2017 года;

- взыскать солидарно с ФИО4, ФИО1 в пользу ПАО «Сбербанк» сумму задолженности по кредитному договору № от 10 марта 2017 года за период с 14 января по 16 ноября 2021 года в размере 23 366,61 руб., в том числе: просроченный основной долг – 20 014,47 руб., просроченные проценты – 3 352,14 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 901 руб.

Определениями суда от 29 декабря 2021 года и 24 января 2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО СК «Сбербанк страхование жизни», ФИО3, ФИО2

Определениями суда от 9 февраля, 2 марта и 17 ноября 2022 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены администрация Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской, ФИО2, общество с ограниченной ответственностью страховая компания «Сбербанк Страхование жизни», ФИО3

Определением суда от 25 апреля 2022 года вышеуказанные гражданские дела по искам ПАО «Сбербанк» объединены в одно производство.

Определением суда от 5 декабря 2022 года производство по гражданскому делу в части требований к ответчику ФИО4 прекращено.

Представитель истца ПАО «Сбербанк» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, ходатайствовал о проведении судебного разбирательства в его отсутствие, что отражено в просительной части исковых заявлений.

Представители ответчиков - администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской, ООО СК «Сбербанк Страхование жизни», ответчики ФИО1, ФИО2, ФИО3, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли, об уважительности причин неявки суду не сообщили. До начала судебного заседания от главы администрации Ждановского сельсовета ФИО10 поступило в суд письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд в порядке статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статей 807 - 811, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором.

Заемщик обязан возвратить сумму кредита в сроки определенные условиями договора, уплатить кредитной организации проценты за пользование кредитом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 10 марта 2017 года между банком и ФИО1 заключен кредитный договор № на сумму 59 000 руб. сроком 60 месяцев с уплатой 17,9 % годовых (том 3 л.д. 18-20).

Согласно пункту 11 индивидуальных условий целью использования заемщиком потребительского кредита установлено: на цели личного потребления.

При этом в пункте 14 индивидуальных условий закреплено, что заемщик ознакомлен и согласен с общими условиями кредитования.

Согласно пункту 2.1 общих условий кредитования кредит предоставляется единовременно по заявлению заемщика путем зачисления на счет кредитования. Датой фактического предоставления кредита является дата зачисления кредита на счет кредитования (пункт 2.2).

В подтверждение доводов о заключении с ФИО1 кредитного договора истцом представлены: индивидуальные условия «Потребительского кредита» от 10 марта 2017 года; выписка из лицевого счета от 17 февраля 2022 года за период с 10 марта 2017 года по 17 марта 2017 года, из которой усматривается, что 10 марта 2017 года на счет ФИО1 зачислены денежные средства в сумме 59 000 руб.

В соответствии с пунктом 6 индивидуальных условий количество платежей – 60 ежемесячных аннуитетных платежей в размере 1 495,00 руб.

Учитывая вышеизложенное, а также то обстоятельство, что индивидуальные условия договора потребительского кредита подписаны истцом и ФИО1, суд приходит к выводу, что между банком и ФИО1 заключен кредитный договор на условиях, закрепленных в данных индивидуальных условиях.

В силу пункта 4.3.1 общих условий заемщик обязан возвратить кредит в соответствии с условиями договора.

В соответствии с пунктом 3.4 общих условий при несвоевременном перечислении платежа в погашение кредита и /или уплату процентов за пользование кредитом заемщик уплачивает кредитору неустойку в размере, указанном в индивидуальных условиях кредитования.

В пункте 12 индивидуальных условий договора установлена ответственность заемщика за ненадлежащее исполнение условий договора. За несвоевременное перечисление платежа в погашение кредита и/или уплату процентов за пользование кредитом (в соответствии с пунктом 3.3 общих условий кредитования) в размере 20 (двадцать) % годовых с суммы просроченного платежа за период просрочки с даты, следующей за датой наступления исполнения обязательств. Установленной договором, по дату погашения просроченной задолженности по договору (включительно).

Как следует из истории погашений, ФИО1 исполнял обязательства по договору ненадлежащим образом, в установленные сроки не производил возврат кредита и уплату процентов в полном объеме.

Судом также установлено, что 2 августа 2019 года между банком и ФИО1, ФИО4 заключен кредитный договор № на сумму 595 000 руб. сроком 120 месяцев с уплатой 10,7 % годовых. Дата фактического предоставления кредита 12 августа 2019 года (том 1 л.д. 8-12).

Согласно пункту 11 индивидуальных условий целью использования заемщиками потребительского кредита установлено: на приобретение объектов недвижимости – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.

В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору созаемщики предоставляют кредитору до выдачи кредита объект недвижимости (в том числе указанный в пункте 11 договора) в залог жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, залогодателя ФИО1

Из содержания пункта 12 индивидуальных условий кредитного договора следует, что за несвоевременное перечисление платежа в счет погашения кредита и/или уплату процентов за пользование кредитом заемщик несет ответственность в размере 7,25% годовых с суммы просроченного платежа за период просрочки с даты, следующей за датой наступления исполнения обязательств, установленной договором по дату погашения просроченной задолженности по договору.

С общими условиями кредитования заемщики ознакомлены, о чем свидетельствуют их подписи в индивидуальных условиях.

В соответствии с пунктом 18 индивидуальных условий кредитного договора, титульным созаемщиком указан ФИО1

Согласно пункту 2.1 общих условий датой фактического предоставления кредита является дата зачисления кредита на счет кредитования.

Банк во исполнение обязательств по кредитному договору перечислил титульному заемщику сумму кредита, что подтверждается выпиской из лицевого счета от 26 ноября 2021 года за период с 12 августа 2019 года по 26 ноября 2021 года, из которой усматривается, что 12 августа 2019 года на счет ФИО1 зачислены денежные средства в сумме 595 000 руб.

Созаемщики обязались возвратить полученную сумму кредита и уплатить проценты за пользование кредитом в определенном договором размере.

Согласно выписке по счету, представленной истцом, поступление платежей в счет погашения обязательств прекратилось после января 2021 года.

В связи с неисполнением созаемщиками обязательств, связанных с возвратом денежных средств по вышеуказанным кредитным договорам, истец направлял ответчикам требования о полном досрочном исполнении денежных обязательств, которые исполнены не были.

В судебном заседании достоверно установлено, что согласно свидетельству о смерти заемщик по вышеуказанным кредитным договорам - ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о смерти №, место смерти - <адрес> (свидетельство о смерти II-РА № от 19 мая 2020).

Из сведений, предоставленных нотариусом с. Александровка и Александровского района, к имуществу умершего ФИО1 заведено наследственное дело №, его наследниками по закону являются супруга ФИО4, а также дети - ФИО3, ФИО2, ФИО1 В установленный законом срок с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратилась супруга - ФИО11

Иные наследники первой очереди с заявлением о принятии наследства в установленный шестимесячный срок для принятия наследства не обратились к нотариусу, от наследства в установленном законом порядке не отказались.

На основании поданного заявления ФИО11 выданы свидетельства о праве на наследство по закону от 16 ноября 2020 года, в том числе о праве собственности на долю в общем совместном имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу, согласно которым наследственное имущество состоит из земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, а также автомобиля марки ВАЗ-21101, 2005 года выпуска.

Кроме того, из справок кредитных учреждений установлено наличие счетов, открытых на имя ФИО1 по состоянию на 12 мая 2020 года: в ПАО «Сбербанк» на общую сумму 2 719,60 (2074,05+455,05+448,50) руб., в АО «Россельхозбанк» - 350,42 (29,66+320,76) руб.

Вместе с тем, согласно записи акта о смерти № от 30 июля 2021 года ФИО11 умерла 23 июля 2021 года, место смерти - <адрес> (свидетельство о смерти II-РА № от 30 июля 2021 года).

Согласно сведениям, предоставленным нотариусом с. Александровка и Александровского района, к имуществу умершей ФИО1 наследственное дело не заводилось.

В силу статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации смерть заемщика не является основанием для прекращения обязательств, вытекающих из кредитного договора, как по уплате основной суммы долга, так и процентов за пользование кредитом.

На основании статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно части 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Статья 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

В силу статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства (пункт 2). При этом под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания) (пункт 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 вышеприведенного постановления Пленума, при рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д.

Из материалов наследственного дела следует, что умерший ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с 20 марта по 12 мая 2020 года был зарегистрирован по адресу: <адрес>.

Согласно адресным справкам от 13 января и 4 марта 2022 года умершая ФИО4 в период с 20 марта 2020 года по 23 июля 2021 года на день смерти была зарегистрирована по адресу: <адрес>; дочь - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 13 июля 1995 года по настоящее время зарегистрирована по адресу: <адрес>; дочь - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 26 апреля 2016 года по дату выдачи справки зарегистрирована по адресу: <адрес>, сын - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 11 августа 2010 года по дату выдачи справки зарегистрирован по адресу: <адрес>.

Из адресных справок от 31 октября и 23 ноября 2022 года следует, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 18 июля 2022 года по настоящее время зарегистрирована по адресу: <адрес>; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 26 апреля 2016 года по настоящее время зарегистрирована по адресу: <адрес>, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 11 августа 2010 года по настоящее время зарегистрирован по адресу: <адрес>.

Вместе с тем, согласно сведениям администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области от 2 февраля 2022 года, от 7 апреля 2022 года, на день смерти ФИО1 и ФИО4 с ними совместно проживали их дочь ФИО2, внучка ФИО12

Из справки администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области от 23 ноября 2022 года № следует, что на дату смерти с умершим ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совместно проживали следующие граждане: жена - ФИО4, дочь - ФИО2., внучка - ФИО12; на дату смерти с умершей ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совместно проживали следующие граждане: дочь - ФИО2., внучка - ФИО12

Совместное проживание наследников с наследодателем предполагает фактическое принятие ими наследства, даже если такое жилое помещение не является собственностью наследодателя и не входит в состав наследства, поскольку в жилом помещении наличествует имущество (предметы домашней обстановки и обихода), которое, как правило, находится в общем пользовании наследодателя и совместно проживающих с ним наследников и принадлежит в том числе наследодателю, этим имуществом продолжает пользоваться наследник и после смерти наследодателя.

Предметы обычной домашней обстановки и обихода входят в состав наследства и наследуются на общих основаниях. Преимущественное право на предметы обычной домашней обстановки и обихода принадлежит наследнику, проживавшему совместно с наследодателем на день открытия наследства, вне зависимости от продолжительности совместного проживания (пункт 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9).

Поскольку совместное проживание наследников с наследодателем в одном жилом помещении на день открытия наследства прямо предусмотрено законом и разъяснениями по его применению в качестве действия, свидетельствующего о фактическом принятии наследства, так как совместное проживание предполагает совместное использование предметов домашней обстановки, то одного этого обстоятельства достаточно для признания наследника фактически принявшим наследство, пока наследниками не доказано иное.

По смыслу статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации вступление наследника во владение любой вещью из состава наследства, управление любой его частью рассматривается как принятие наследства в целом. Под фактическим принятием наследства следует понимать любые действия наследника по управлению, распоряжению и пользованию этим имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В условиях установления приведенных обстоятельств отсутствие у наследника намерения принять наследство такой наследник должен доказать.

Наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства, не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства (пункт 37 постановления Пленума ВерховногоСуда РФ от 29 мая 2012 года № 9 "О судебной практике по делам о наследовании").Поскольку дочь наследодателей ФИО1 и ФИО4 – ФИО2 проживала совместно с умершими на день смерти каждого из них, использовала оставшееся в доме имущество, предметы бытовой обстановки, тем самым приняла наследство одним из установленных законом способов, совершив действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, и пока не доказано иное, в силу вышеуказанных норм права и разъяснений Пленума, ответчика ФИО2 следует считать фактически принявшей наследство после смерти ФИО1 и ФИО4, в связи с чем к ней перешли в составе наследственного имущества их обязанности по погашению кредитной задолженности по спорным кредитным договорам.

При этом суд учитывает, что ФИО2 с заявлением к нотариусу об отказе от наследства в установленный шестимесячный срок не обращалась, заявление об установлении факта непринятия наследства в суд также не подавала.

Доказательств отсутствия у наследника ФИО2 намерения принять наследство по истечении срока принятия наследства в материалы дела ею не представлено, тогда как именно на ней лежала обязанность по доказыванию данного факта.

Данных о том, что ФИО2 не проживала с наследодателями в юридически значимый период времени, не продолжила распоряжаться и пользоваться предметами домашней обстановки, материалы дела не содержат.

Таким образом, как указано выше, наследник должников при условии принятия им наследства становится должником перед кредитором в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что с родителями - ФИО1 и ФИО4 она проживала непродолжительное время, совместного хозяйства с ними не вела, их имуществом не пользовалась, поскольку самостоятельно получала доход от деятельности в сети «Интернет», являются несостоятельными, поскольку совместное проживание наследников с наследодателем в одном жилом помещении на день открытия наследства свидетельствует о фактическом принятии наследства, так ка совместное проживание предполагает совместное использование предметов домашней обстановки, поэтому одного этого обстоятельства достаточно для признания наследника фактически принявшим наследство, пока не доказано иное.

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом (пункт 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").

При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 4 пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").

Следовательно, размер долга наследодателя, за который должны отвечать наследники умершего, определяется в пределах рыночной стоимости перешедшего к ним наследственного имущества на момент смерти наследодателя, то есть на момент открытия наследства.

Из материалов дела установлено, что умершей ФИО4, принявшей наследство после смерти супруга – ФИО1, на момент смерти –ДД.ММ.ГГГГ принадлежало следующее имущество: здание (назначение объекта – жилое), площадью 82,9 кв.м., кадастровый №, земельный участок (вид разрешенного использования – личное подсобное хозяйство), площадью 4 537+/-24кв.м., кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

Кроме того, из справок кредитных учреждений установлено наличие счетов, открытых на имя ФИО4, на общую сумму 2 987,12 руб., из них в Оренбургском РФ АО «Россельхозбанк» - 591,65 руб., в ПАО «Сбербанк» - 10,02 руб. и 2 385,45 руб.

Из выписок из ЕГРН следует, что кадастровая стоимость объектов недвижимого имущества по состоянию на 12 мая 2020 года составляет: 102 581,57 руб. – кадастровая стоимость земельного участка; 182 656,89 руб. - жилого дома.

Вместе с тем, истцом в материалы дела представлен отчет о рыночной стоимости вышеуказанных объектов – жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, из которого следует, что рыночная стоимость недвижимого имущества по состоянию на 24 июля 2019 года составляет 703 000 руб., в том числе: жилой дом - 490 000 руб., земельный участок - 213 000 руб. Данный отчет в установленном законом порядке сторонами не оспорен, соответствующих ходатайств о назначении судебной экспертизы в ходе судебного разбирательства не заявлялось.

Следовательно, ответчик ФИО2, как наследник, фактически принявший наследственное имущество, должна отвечать по долгам ФИО1 и ФИО4 в пределах стоимости наследственного имущества, то есть в пределах 709 057,14 руб. (490 000 (стоимость жилого дома)+ 213 000 (стоимость земельного участка) + 2 987,12 (размер денежных средств на счетах ФИО4Я)+3 070,02 (денежные средства на счетах ФИО1) руб.

В соответствии с частью 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик ФИО1 по кредитному договору № от 10 марта 2017 года и созаемщики ФИО1 и ФИО4 по кредитному договору№ от 12 августа 2019 года обязаны были возвратить банку полученные денежные суммы и уплатить на них проценты.

Статья 314 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает выполнение обязательств в установленный срок.

По состоянию на 16 ноября 2021 года задолженность составляет:

-по кредитному договору № от 10 марта 2017 годаза период с 14 января по 16 ноября 2021 года в размере 23 366,61 руб., в том числе: просроченный основной долг – 20 014,47 руб., просроченные проценты – 3 352,14 руб.;

-по кредитному договору№ от 12 августа 2019 года за период с 12 августа 2019 года по 16 ноября 2021 года в размере 609 654,19 руб., в том числе: просроченный основной долг – 553 659,23 руб., просроченные проценты – 52 261,93 руб., договорная неустойка/штраф/пени – 3 733,03 руб.

Расчеты суммы задолженности соответствует условиям договора и закону, математически верны, ответчиками в установленном законом порядке не оспорены, в связи с чем принимаются судом.

Из материалов дела следует, что при заключении кредитного договора № от 12 августа 2019 года титульный заемщик ФИО1 подписал заявление на заключение договора страхования жизни по программе «Защищенный заемщик», из которого следует, что договором страхования покрываются такие страховые риски как смерть, смерть вследствие НС, смерть вследствие заболевания, инвалидность 1 и 2 группы, инвалидность 1 или 2 группы вследствие НС, инвалидность 1 или 2 группы вследствие заболевания. При наступлении страхового случая выгодоприобретателем по договору страхования является банк до 00 час. 00 мин. даты полного досрочного погашения задолженности по кредитному договору и страхователь (его наследники) –в случае полного досрочного погашения задолженности с 00 час. 00 мин. даты полного досрочного погашения.

За подключение к программе страхования заемщик оплатил страховую премию в размере 12 923 руб.

Из материалов дела установлено, что в связи с наступлением страхового случая – установлении застрахованному лицу ФИО1 первой группы инвалидности в результате общего заболевания 17 марта 2020 года с заявлением на страховую выплату по программе страхования к договору страхования 1600194225 от 12 августа 2019 года обратилась в ООО СК «Сбербанк страхование жизни» ФИО4, а после смерти заемщика ФИО1 1 июня 2020 года с заявлением обратился его сын – ФИО1 Однако письмами исполнительного директора ООО СК «Сбербанк Страхование жизни» от 6 апреля, 5 июня, 22 июля 2020 года и 12 февраля 2021 года заявители проинформированы о необходимости представления дополнительных документов.

Из ответа ООО СК «Сбербанк страхование жизни» от 16 июня 2020 года по результатам рассмотрения документов, касающихся смерти заемщика ФИО1, следует, что при подписании договора страхования № № от 12 августа 2019 года ФИО1 письменно подтвердил, что он является застрахованным лицом при соблюдении следующих условий - на момент заключения договора страхования застрахованное лицо не имеет до даты начала первого или нового периода непрерывного страхования следующих заболеваний: онкологического заболевания, заболевания сердечно-сосудистой системы (ишемическая болезнь сердца, стенокардия), цирроз печени, инсульт, инфаркт миокарда). Из представленных документов следует, что до даты начала непрерывного периода страхования в 2007 году ФИО1 установлен диагноз: Забрюшинная Sа Т2N0М0. Оперативное лечение (2007) (выписка из амбулаторной карты №, выданная ГБУЗ «ООКОД»). Таким образом, до начала непрерывного периода страхования ФИО1 имел онкологическое заболевание.

На основании пункта 2.2 договора страхования страховщик не заключает договоры страхования на условиях, указанных в настоящем страховом полисе в отношении лиц, указанных в подпунктах 2.1.1-2.1.4 страхового полиса. Данное условие является существенным условием договора страхования. То есть, если лицо, указанное в пункте 2.3 страхового полиса не соответствует условиям, указанным в подпунктах 2.1.1-2.1.3 страхового полиса, договор страхования является незаключенным ввиду его несогласованности сторонами существенных условий договора. В таком случае страховщик производит возврат поступивших денежных средств лицу, совершившему платеж, в порядке и сроки, предусмотренные правилами страхования, после предоставления соответствующего заявления. Таким образом, ООО СК «Сбербанк страхование жизни» отсутствуют основания для произведения страховой выплаты.

В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В пункте 2 этой статьи предусмотрено, что если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем.

Нормой пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

В заявлении на заключение договора страхования жизни ФИО1 подтвердил, в том числе, что не является инвалидом 1,2 и 3 группы и не имеет действующего направления на медико-социальную экспертизу; не имеет и не имел в прошлом следующие заболевания: онкологическое заболевание, ишемическую болезнь сердца (инфаркт миокарда, стенокардию), цирроз печени, не переносил ранее инсульт.

ООО СК "Сбербанк Страхование жизни" приняло от ФИО1 удостоверенное его подписью на заявлении сведения о состоянии здоровья и тем самым получило информацию об отсутствии каких-либо заболеваний.

Из поступивших в материалы дела медицинских документов следует, что на основании акта освидетельствования в ФГУУ МСЭ №ДД.ММ.ГГГГ/2020 от 5 февраля 2020 года ФИО1 установлена <данные изъяты> (выписка из акта освидетельствования гражданина, признанного инвалидом серии МСЭ-2018 №, протокол проведения МСЭ №ДД.ММ.ГГГГ/2020 от 5 февраля 2020 года, направление на МСЭ № от 4 февраля 2020 года).

Из выписки из а/к № ГУЗ ООКОД следует, что ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>.

Согласно справке о смерти №А-00171 ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО1 является <данные изъяты>

Учитывая вышеизложенное, суд полагает, что ФИО1 подпадает под категорию лиц, которые согласно установленным ограничениям не подлежат страхованию. Доказательств обратного не представлено.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований к ООО СК "Сбербанк страхование жизни" следует отказать, поскольку ООО СК "Сбербанк страхование жизни" не является надлежащим ответчиком в рассматриваемом споре.

При этом суд также не усматривает правовых оснований для взыскания кредитной задолженности с ответчиков ФИО1, ФИО3, поскольку последние фактических действий по принятию наследства после смерти родителей не осуществляли. Доказательств обратного в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Также суд не усматривает оснований для удовлетворения иска к администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области, поскольку в рамках настоящего спора наследственное имущество выморочным не является.

Как указано выше, каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку ФИО2 фактически приняла наследство после смерти ФИО1 и ФИО4, в связи с чем она в порядке универсального правопреемства унаследовала и долги ФИО1 и ФИО4, а потому должна нести ответственность перед истцом по выплате задолженности умерших должников по спорным кредитным договорам в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества. При этом суд учитывает, что стоимость принятого наследства явно превышает размер задолженности наследодателей.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что исковые требования ПАО «Сбербанк» в части взыскания задолженности по кредитным договорам подлежат удовлетворению в полном объеме с ФИО2 в указанных выше размерах.

При этом суд полагает необходимым отметить следующее.

Ранее по настоящему делу выносилось заочное решение от 25 апреля 2022 года, которое определением суда от 5 октября 2022 года отменено.

Вместе с тем в рамках исполнения заочного решения Александровского районного суда Оренбургской области от 25 апреля 2022 года с ответчика ФИО2 в пользу ПАО «Сбербанк» было взыскано 31 524,81 руб., что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя Александровского РОСП ГУФССП России по Оренбургской области от 9 ноября 2022 года (том 4 л.д.135).

Оснований для поворота заочного решения суда от 25 апреля 2022 года в силу положений статьи 443 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом не установлено.

Как указывалось выше, задолженность рассчитана истцом по спорным кре6дитным договорам по состоянию на 16 ноября 2021 года. В последующем исковые требования истцом не изменялись.

Поскольку требования истца основаны на документах, подтверждающих задолженность по кредитным договорам на определенную дату, сведений об иных платежах, совершенных до 16 ноября 2021 года и не учтенных истцом, ответчиками не представлено, то средства, внесенные после указанной даты, не могут быть приняты к зачету в судебном порядке. Вместе с тем, ответчик ФИО2 не лишена права указывать на внесенные после 16 ноября 2021 года платежи в порядке исполнения решения суда, а также при предъявлении истцом требований о взыскании задолженности за последующий период.

В силу положений статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит также к выводу, что имеются достаточные основания для удовлетворения требований о расторжении кредитных договоров № от 12 августа 2019 года и № от 10 марта 2017 года.

Кроме того, истцом заявлены требования об обращении взыскания на предмет залога по кредитному договору № от 12 августа 2019 года, поскольку в обеспечение исполнения обязательств заемщика по вышеуказанному договору выступила ипотека приобретенных объектов недвижимости - жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.

Согласно пунктам 4.3.4 общих условий банк при неисполнении заемщиком требований о возврате кредита вправе обратить взыскание на предмет залога.

В силу статей 334, 337, 348, 349, 350, 350.1 Гражданского кодекса Российской Федерации банк вправе требовать обращения взыскания на заложенное имущество путем его продажи с публичных торгов для удовлетворения своих требований по кредитному договору, поскольку обязательства по погашению кредита ответчиком не исполняются.

Как следует из статьи 56 Федерального закона от 16 июля 1998 года № 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание в соответствии с настоящим Федеральным законом, реализуется путем продажи с публичных торгов, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом

Пунктом 10 кредитного договора залоговая стоимость объекта недвижимости установлена в размере 90% от его стоимости в соответствии с отчетом об оценке стоимости объекта недвижимости.

Истцом суду представлен отчет об оценке рыночной стоимости указанного недвижимого имущества ООО «Регистратор-Плюс» от 24 июля 2019 года, согласно которому рыночная стоимость объектов оценки по состоянию на 24 июля 2019 года составляет 703 000 руб., из них: 490 000 руб. – жилой дом, 213 000 – земельный участок.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность представленного отчета, поскольку он составлен компетентным оценщиком, имеющим стаж в оценочной деятельности, соответствующее образование, оценка проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства, выводы оценщика аргументированы.

Вместе с тем суд не усматривает правовых оснований для установления начальной продажной стоимости залогового имущества равной 90 % от его стоимости в соответствии с отчетом об оценке стоимости объекта недвижимости, поскольку в силу подпункта 4 пункта 2 статьи 54 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" в том случае, если начальная продажная цена заложенного имущества определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной 80% рыночной стоимости такого имущества, определенной в отчете оценщика.

Обстоятельств, исключающих возможность обращения взыскания на заложенное имущество, предусмотренных пунктом 2 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 54.1 ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", судом не установлено.

Учитывая установленные судом обстоятельства дела, приведенные нормы права, сумму долга, период просрочки исполнения обязательства, суд считает необходимым удовлетворить требование истца об обращении взыскания на принадлежащее ФИО4 заложенное имущество путем реализации жилого дома и земельного участка на публичных торгах, установив начальную продажную стоимость жилого домав размере – 392 000 руб., земельного участка – 170 400 руб.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО2 в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная истцом при подаче исков, в общей сумме 16 197,54 руб.

Доводы ответчика ФИО1 о необходимости передать настоящее гражданское дело для рассмотрения в г. Оренбург по месту его жительства отклоняются судом, поскольку иные соответчики по настоящему делу зарегистрированы и фактически проживают и находятся на территории Александровского района, в связи с чем настоящий спор подсуден Александровскому районному суду Оренбургской области.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» - удовлетворить частично.

Расторгнуть кредитный договор № от 10 марта 2017 года, заключенный между публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и ФИО1.

Взыскать с ФИО2 в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России» сумму задолженности по кредитному договору № от 10 марта 2017 года за период с 14 января по 16 ноября 2021 года в размере 23 366,61 руб., в том числе: просроченный основной долг – 20 014,47 руб., просроченные проценты – 3 352,14 руб., атакже судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 901 руб., в пределах стоимости перешедшего ей наследственного имущества.

Расторгнуть кредитный договор № от 12 августа 2019 года, заключенный между публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и ФИО1, ФИО4.

Взыскать с ФИО2 в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России» сумму задолженности по кредитному договору № от 02 августа 2019 года за период с 12 августа 2019 года по 16 ноября 2021 года в размере 609 654,19 руб., в том числе: просроченный основной долг – 553 659,23 руб., просроченные проценты – 52 261,93руб., договорная неустойка/штраф/пени – 3 733,03 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 15 296,54 руб., в пределах стоимости перешедшего ей наследственного имущества.

Обратить взыскание на заложенное имущество - жилой дом, назначение: жилое, площадью 82,9 кв.м., кадастровый №, и земельный участок, площадью 4 400 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

Установить начальную продажную цену объекта недвижимости -жилого дома, назначение: жилое, площадью 82,9 кв.м., кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, в размере 392 000 руб.

Установить начальную продажную цену объекта недвижимости - земельный участок, площадью 4 400 кв.м. кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, в размере 170 400 руб.

Реализовать указанное имущество с публичных торгов.

Вырученные от реализации имущества денежные средства выплатить залогодержателю - публичному акционерному обществу «Сбербанк России» для удовлетворения его требований о возврате суммы долга по кредитному договору №, заключенному12 августа 2019 года с ФИО1, ФИО4.

В удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью Страховая компания «Сбербанк страхование жизни», администрации Ждановского сельсовета Александровского района Оренбургской области, ФИО1, ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Александровский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий И.С. Топильчук

Мотивированное решение составлено 12 декабря 2022 года