Дело №2-17/2022 года
УИД 07RS0004-01-2021-000938-82
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Чегем 26 сентября 2022 года
Чегемский районный суд КБР в составе:
председательствующего – судьи Кумыковой Ж.Б.,
при секретаре судебного заседания – Шереужевой Л.Ж.,
с участием помощника прокурора Чегемского района КБР Доткулова Б.М.; истца (по первоначальному иску) ФИО1, его представителей ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом Нальчикского нотариального округа КБР НкХ, зарегистрированной в реестре под номером № и ФИО3, действующей на основании части 6 статьи 53 ГПК РФ; ответчика (по первоначальному иску) ФИО4 и её представителя ФИО5, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом Чегемского нотариального округа КБР КАМ, зарегистрированной в реестре под номером №,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным и выселении,
по встречному исковому заявлению ФИО4 в интересах своих несовершеннолетних детей БМХ, БШМ, БШМ, БМР к ФИО1 о выселении,
установил :
ФИО1 с учетом уточнений обратился в Чегемский районный суд КБР с исковым заявлением о признании договора дарения ? доли в праве на жилой дом и ? доли в праве на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, недействительным и о выселении ответчика из указанного домовладения.
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ введя в заблуждение относительно истинных мотивов своих действий ФИО6 привела истца к нотариусу, где воспользовавшись его состоянием здоровья и непросвещенностью в юридических моментах, обманным путем заставила последнего подписать документы, а именно договор дарения, которым он, не имея на то своего волеизъявления, безвозмездно подарил своим детям: БМХ и БШМ, принадлежащую истцу ? долю в праве на жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>. Также, ссылаясь на то, что он является законным представителем своих несовершеннолетних детей, будучи не лишенным родительских прав отношении несовершеннолетних детей, которые являются собственниками спорного домовладения, просил выселить ФИО6 из указанного домовладения. Мотивировал следующим, в домовладении, расположенном по адресу: <адрес> он проживает в настоящее время. Его бывшая супруга ФИО6, вместе с их несовершеннолетними детьми, переехала на постоянное место жительства в <адрес>, мотивируя свой переезд тем, что не имеет желания проживать совместно с истцом и в отсутствие нужды в проживании в указанном домовладении. Ответчик ФИО6 в спорном домовладении не появляется, каких-либо вещей в нем не хранит и не имеет, общего хозяйства с ФИО1 не ведет, связей не поддерживает, коммунальные услуги не оплачивает, не проживает в спорном домовладении длительный период времени. Полагая, что сохраняя право на проживание в спорном домовладении, ФИО6 препятствует ему в действиях по полноценному пользованию жилым помещением и вселению в него других лиц, просил выселить ФИО6 из указанного домовладения. В свою очередь, ФИО6, действующая в интересах своих несовершеннолетних детей М, БШМ, М и М обратилась с встречным исковым заявлением к ФИО1 о выселении последнего из домовладения, расположенного по адресу: <адрес>. Требования мотивированы тем, что их несовершеннолетние дети являются собственниками жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>. В указанном домовладении проживает ответчик ФИО1, совместное проживание с которым невозможно, поскольку поведение последнего в отношении ФИО6, как матери несовершеннолетних детей, выражающееся в скандалах и побоях с его стороны, негативно воздействуют на психику детей. Данный факт установлен вступившим в законную силу судебным решением, которым определен порядок общения отца (ФИО1) с детьми только в присутствии матери (ФИО6), в силу психологического состояния детей, которое обусловлено действиями отца. Собственники домовладения – несовершеннолетние дети вынуждены были переехать в дом своей бабушки, поскольку совместное проживание с отцом не представляется возможным. При этом, ФИО1 проживает в домовладении, с его разрешения в домовладении проживает племянница ответчика и его сестра. Поскольку совместное проживание с ответчиком не представляется возможны, а добровольно ФИО1 выселиться не желает, более того вселил в домовладение своих родственников, не являющихся членами семьи собственников домовладения, иным путем, кроме к в судебном порядке разрешить вопрос о выселении ФИО1 не имеется возможности, просила выселить ФИО1 из спорного домовладения.
В судебном заседании ФИО1 требования о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и выселении ФИО6 из домовладения по адресу: <адрес> поддержал в полном объеме по мотивам указанным в исковых заявлениях. Пояснил, что ФИО6 воспользовавшись его состоянием здоровья, а именно паническими атаками, нервозным состоянием в силу которых, он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, обманным путем вынудила его подписать оспариваемый договор, с учетом того, что у него никогда не было намерения дарить свою долю в праве на дом и земельный участок кому бы то ни было. В требованиях ФИО6 о его выселении из жилого дома просил отказать.
Представители ФИО1 – ФИО2 и ФИО3 заявленные требования ФИО1 поддержали в полном объеме, просили удовлетворить исковые требования по мотивам, изложенным в иске. В требованиях ФИО6 о выселении ФИО1 из жилого дома просили отказать.
ФИО4 в судебном заседании просила требования о выселении ФИО1 удовлетворить, по мотивам, изложенным в иске; требования ФИО1 о признании договора дарения недействительным и ее выселении оставить без удовлетворения. Пояснила, что действия ФИО1 по факту дарения ? доли в праве на жилой дом и земельный участок совершены ФИО1 добровольно, какого-либо принуждения либо обмана с ее стороны не было. Более того, при подписании ФИО1 оспариваемого договора он понимал значение своих действий, в полной мере руководил ими. Ссылки ФИО1 на состояние здоровья являются необоснованными. Действительно, ФИО1 наблюдался у врача-невролога относительно имевшихся у него панических атак, ему были прописаны медицинские препараты, однако на психику ФИО1 данные препараты не имели негативного влияния, в связи с чем, считает, что доводы последнего не могут быть признаны судом обоснованными. В части ее выселения, пояснила, что каких-либо препятствий в распоряжении и пользовании ни домом, ни земельным участком она ФИО1 не чинит, в связи с чем, считает требования не подлежащими удовлетворению.
Представитель ФИО4 – ФИО5, заявленные требования своей доверительницы о выселении ФИО1 поддержала в полном объеме, просила удовлетворить их по мотивам, изложенным в иске. В удовлетворении требований ФИО1 просила отказать.
Выслушав стороны, помощника прокурора Доткулова Б.М. полагавшего заявленные требования сторон о выселении, не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В соответствии с частью 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Статья 572 ГК РФ предусматривает, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Положениями частей 2, 3 статьи 574 ГК РФ определены требования к форме договора дарения недвижимого имущества, который должен быть совершен в письменной форме и подлежит государственной регистрации.
На основании пункта 3 статьи 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО1 (даритель) передал своим детям: БМХ и БШМ (одаряемые), принадлежащую истцу ? долю в праве на жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>
Договор был удостоверен нотариусом Нальчикского нотариального округа КБР ГЗК и зарегистрирован в Управлении Росреестра по КБР ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из искового заявления, ФИО1 оспаривает данную сделку по основаниям, предусмотренным статьями 177 и 178, пунктом 2 статьи 179 ГК РФ, утверждая, что ФИО7, воспользовавшись его состоянием здоровья, а именно паническими атаками, нервозным состоянием в силу которых, он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, обманным путем вынудила его подписать оспариваемый договор, с учетом того, что у него никогда не было намерения дарить свою долю в праве на дом и земельный участок кому бы то ни было, фактически указав на основание, заявляемое в качестве признании сделки недействительной – введение его в заблуждение и (или) нахождение в момент совершения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.
Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу пункта 1 статьи 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).
Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
Для установления факта нахождения лица в момент заключения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, необходимо подтверждение соответствующего психического состояния лица в момент совершения сделки.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст.177 ГК РФ).
Вместе с тем, в соответствии со статьей 29 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" судебная экспертиза живого лица проводится в добровольном порядке при наличии его письменного согласия. Возможности проведения в данном случае принудительной экспертизы закон не предусматривает.
В силу статьи 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Представленные ФИО1 медицинские документы: первичный осмотр невролога от ДД.ММ.ГГГГ, консультативные заключения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, доказательством того, что в момент совершения сделки он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не являются.
О назначении судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 не просил.
Как следует из пункта 8 оспариваемого Договора, стороны заявили, что они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии доказательств, вынуждающих их совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях.
Доказательств, свидетельствующих о том, что в момент совершения сделки истец находился в состоянии, при котором не мог понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.
ФИО1 на момент заключения оспариваемого им договора дарения не был лишен либо ограничен в дееспособности по основаниям и в порядке, предусмотренном действующим законодательством.Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ФИО1 не предоставлено, в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что в момент заключения договора он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, соответственно - не доказано наличие обстоятельств для признания договора дарения недействительным по основаниям, предусмотренным статьей 177 ГК РФ.
В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
По смыслу вышеприведенной статьи сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.
Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.
Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.
Обращаясь в суд с иском, ФИО1 сослался на то, что он заблуждался относительно подписываемого договора дарения, однако не указал в исковом заявлении и не смог пояснить суду в судебном заседании, в чем конкретно выражалось его заблуждение, доказательств преднамеренного создания у него не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение, суду не представил.
Так, в оспариваемом договоре дарения, сторонами по делу согласованы все существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон. Данный договор дарения, составленный в письменной форме, собственноручно подписан сторонами, в том числе и ФИО1, при этом по своей форме и содержанию он соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, а также прошел государственную регистрацию.
Таким образом, ФИО1 в нарушение статьи 56 ГПК РФ, не представил допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый им договор дарения совершен под влиянием существенного заблуждения в отношении природы сделки.
Также судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих об основаниях для признания сделки недействительной вследствие обмана (пункт 2 ст.179 ГК РФ).
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Указывая в качестве одного из оснований недействительности оспариваемого договора дарения заключение его под влиянием обмана, ФИО1 также не указал, в чем конкретно заключался обман со стороны его бывшей супруги, и не привел никаких доказательств данному утверждению.
Таким образом, истцом не представлено, а судом не добыто доказательств в подтверждение наличия оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения, которые предусмотрены статьями 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Более того, все обоснования данные в исковом заявлении, свидетельствуют о том, что ФИО1, заключая договор дарения, понимал сущность заключаемой сделки, сделка была совершена при соблюдении баланса взаимных прав и обязанностей сторон, которые они надлежаще исполнили, в связи с чем, заявленные истцом основания иска, являются надуманными и недоказанными.
В судебном заседании истец ФИО1 основания признания сделки недействительной изменил, дополнив их утверждением, что подпись от его имени в оспариваемом договоре ему не принадлежит. В доказательство указанного довода, им было представлено заключение специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № согласно которому рукописный текст «ФИО1» и подпись от имени ФИО1 в строке «даритель» договора дарения 1/4 доли в праве на жилой дом и 1/4 доли в праве на земельный участок от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не ФИО1, а другим лицом.
По ходатайству стороны истца-ответчика, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО Центр судебных экспертиз «Эксперт-Профи».
Как следует из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, рукописный текст «ФИО1» и подпись, выполненные от имени ФИО1 в графе «Даритель» в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ принадлежат самому ФИО1.
Не доверять указанному заключению у суда оснований не имеется, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют необходимое образование и квалификацию, выводы изложены однозначно и сомнений не вызывают, в связи с чем, суд приходит к выводу, что данное экспертное заключение может быть положено в основу решения суда.
При этом судом учитывается, что в своем исковом заявлении ФИО1 не оспаривал факт подписания им договора дарения, указывая на иные основания его недействительности.
С учетом установленных судом вышеизложенных обстоятельств, не подлежит удовлетворению и требования ФИО1 о выселении ФИО4 из спорного домовладения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 40 и пункта 1 статьи 45 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.
Согласно части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ЖК РФ) собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.
Частью 1 статьи 31 ЖК РФ определено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.
Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.
Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность (пункт 2 статьи 30 ЖК РФ).
В соответствии с частью 4 статьи 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также, если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.
В силу пункта 1 статьи 35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.
В Жилищном Кодексе РФ отсутствуют нормы, касающиеся случаев выселения лиц, проживающих в жилых помещениях, являющихся частной собственностью граждан.
Однако, частью 1 статьи 7 ЖК РФ предусмотрено, что в случаях, если жилищные отношения не урегулированы жилищным законодательством или соглашением участников таких отношений, и при отсутствии норм гражданского или иного законодательства, прямо регулирующих такие отношения, к ним, если это не противоречит их существу, применяется жилищное законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона). В соответствии с указанной нормой для случаев выселения из жилых помещений, являющихся частной собственностью применима норма статей 84, 91 ЖК РФ по аналогии.
Судом установлено, что ФИО1 и ФИО7 прекратили семейные отношения, брак между ними расторгнут ДД.ММ.ГГГГ.
Собственниками по 1/8 доли спорного жилого помещения - жилого дома, расположенного на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес> являются дети ФИО1 и ФИО7 - БМХ, БШМ, М и М, которые проживают с матерью - ФИО7 по адресу: <адрес>
В силу вышеуказанных положений Жилищного кодекса РФ, ФИО1 является бывшим членом семьи собственников жилого помещения. В свою очередь, ФИО7 таковым остается, и в силу положений части 2 статьи 31 ЖК РФ имеет право пользования данным жилым помещением наравне с его собственниками (ее малолетними сыновьями), для которых она является законным представителем.
При этом, судом учитывается, что ФИО7 фактически не проживает в спорном домовладении, на что указывается ФИО1 в исковом заявлении.
С учетом установленных судом вышеизложенных обстоятельств, не подлежит удовлетворению и требования ФИО7 о выселении ФИО1 из спорного домовладения.
В соответствии с частью 4 статьи 31 ЖК РФ, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также, если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда.
С учетом установленного в судебном заседании факта прекращения семейных отношений между ФИО4 и ФИО1, за последним право пользования данным жилым помещением, как за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохранилось. Между тем, в судебном заседании также установлено, что ФИО1 на сегодняшний день не имеет иного жилья, средств на приобретение либо аренду иного жилого помещения также не имеет. С учетом установленных судом вышеизложенных обстоятельств, требование ФИО7 о выселении ФИО1 из спорного домовладения удовлетворению не подлежит.
Согласно положениям статей 56, 67 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истица ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,
решил :
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и выселении, отказать.
Встречные исковые требования ФИО4 в интересах своих несовершеннолетних детей БМХ, БШМ, БШМ, БМР к ФИО1 о выселении, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КБР в течение месяца с момента его принятия в окончательной форме через Чегемский районный суд КБР.
Мотивированное решение изготовлено 11 октября 2022 года.
Председательствующий - /подпись/
Копия верна:
Судья - Ж.Б. Кумыкова