Решение по делу № 2-106/2022 от 23.06.2022 - о признании недействительным распоряжения об отмене завещания.

Дело № 2-106/2022 23 июня 2022 года

78RS0001-01-2021-00522-05

Решение

Именем Российской Федерации

Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Минихиной О.Л.,

при ведении протокола помощником ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО14 к Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании недействительным распоряжения об отмене завещания,

Установил:

26.01.2021 года ФИО14 обратился в Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском к Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании недействительным распоряжения об отмене завещания.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 22.02.2011 года ФИО1, XX.XX.XXXX года рождения, составила завещание, которым завещала ему принадлежащую ей квартиру расположенную по адресу: ..., с находящейся в ней мебелью и предметами домашнего обихода. Завещание № 78 ВМ 0901729 от 22.01.2011 года удостоверено нотариусом ФИО2, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Санкт-Петербурга ФИО3, и зарегистрировано в реестре № О-557.

18.01.2017 года ФИО1 составлено распоряжение № 78 АБ 2013652 об отмене завещания № 78 ВМ 0901729 от 22.01.2011 года, удостоверенное нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО15, зарегистрированное в реестре под № 3-103.

21.12.2019 года умерла ФИО1, XX.XX.XXXX года рождения.

После составления распоряжения иных завещаний на недвижимое имущество по указанному адресу ФИО1 не составлялось, законных наследников не имеется.

По мнению истца, ФИО1 в юридически значимый период (18.01.2017 года) находилась в таком состоянии (физическом и психическом), которое могло оказать существенное влияние на ее сознание и поведение, лишая ее способности понимать значение своих действий или руководить ими, и к самостоятельному волеизъявлению при оформлении распоряжения.

Принимая по внимание, что ФИО1 при жизни в период с 26.04.2017 года по 12.04.2017 года находилась на обследовании и проходила лечение в неврологическом отделении № 1 СПб ГУЗ Больницы № 46 Святой Евгении с диагнозом: цереброваскулярная болезнь: Дисциркуляторная энцефалопатия III степени с кохлеовестибуло-атактическим синдромом, атеросклероз церебральных артерий и БЦА без гемодинамически значимых стенозов, имеются основания полагать, что наследодатель в последние годы своей жизни не понимала значение своих действий и не могла руководить ими. Истец полагает, что на момент составления распоряжения об отмене ранее составленного завещания ФИО1 не была способна понимать значения своих действий руководить ими.

На основании изложенного, истец просил суд:

признать недействительным составленное ФИО1, XX.XX.XXXX года рождения, зарегистрированное и удостоверенное нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО15 распоряжение № 78 АБ 2013652 от 18.01.2017 года об отмене завещания № 78 ВМ 0901729 от 22.01.2011 года;

применить последствия недействительности сделки в виде оставления в силе завещания № 78 ВМ 0901729 от 22.01.2011 года, удостоверенного нотариусом ФИО2, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа города Санкт-Петербурга ФИО3, и зарегистрированное в реестре № О-557;

признать право собственности за ФИО14, XX.XX.XXXX года рождения, на недвижимое имущество, находящееся по адресу: ..., с находящейся в ней мебелью и предметами домашнего обихода.

Истец в судебное заседание не явился, воспользовался правом, предоставленным ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) на ведение дел через представителя.

Представитель истца ФИО16, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования, настаивал на их удовлетворении по обстоятельствам, изложенным в иске.

Представитель ответчика Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга ФИО17, действующая на основании доверенности в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения заявленных требований.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования – нотариус ФИО15 в судебное заседание не явились, о дне и времени рассмотрения извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявлял.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц в порядке ст. ст. 48, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, опросив эксперта, показания свидетелей, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности по правилам ст. 55 ГПК РФ с учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального и процессуального права, суд приходит к следующему.

Целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений (ст. 2 ГПК РФ).

В развитие закрепленной в ст. 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая ст. 3 ГПК РФ устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться с суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения ст. 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований полагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 года № 998-О).

Между тем, в силу положений ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанный основополагающий принцип осуществления гражданских прав закреплен также и положениями ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

На основании положений ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По смыслу данной нормы собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, если это не нарушает охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Принцип международной защиты прав человека, в том числе наследственных, закреплен в ч. 3 ст. 46 Конституции РФ.

Право наследования, гарантированное ч. 4 ст. 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством.

Статьей 1111 ГК РФ предусмотрено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Статья 1118 ГК РФ устанавливает, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания, которое может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами Гражданского кодекса Российской Федерации о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст. 1130 ГК РФ (п. 1 ст. 1119 ГК РФ).

Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания, (п. 2 ст. 1119 ГК РФ).

В силу ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч.2 ст.154 ГК РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

В соответствии со ст. 1130 ГК РФ завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Завещание может быть отменено также посредством распоряжения о его отмене. Распоряжение об отмене завещания должно быть совершено в форме, установленной настоящим Кодексом для совершения завещания. К распоряжению об отмене завещания соответственно применяются правила пункта 3 настоящей статьи.

Согласно ст. 58 Основ законодательства РФ о нотариате, распоряжение об отмене завещания должно быть нотариально удостоверено.

Согласно разъяснениям п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года № 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (п. 2 ст. 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (п.п. 3 и 4 ст. 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (п. 1 ст. 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных п. 3 ст. 1126, п. 2 ст. 1127 и аб. 2 п.1 ст. 1129 ГК РФ (п. 3 ст. 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом. Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абз. 2 п. 3 ст. 1125 ГК РФ), требованиям, установленным п. 2 ст. 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (п. 2 ст. 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

При рассмотрении спора по существу судом были установлены следующие обстоятельства.

22.02.2011 года ФИО1 составила завещание на бланке № 78 ВМ 0901729, согласно которому на случай своей смерти она делает следующее распоряжение: из принадлежащего ей имущества ... с находящейся в ней мебелью и предметами домашнего обихода, она завещает ФИО14 (л.д. 22, 155 том 1).

21.12.2019 года ФИО1 умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти (л.д. 20 т. 1).

На момент смерти ФИО1 ей принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: ....

06.02.2020 года после смерти ФИО1 нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга заведено наследственное дело № 10/2020 (л.д. 133 том 1).

Из наследственного дела следует, что истец в установленный законом срок обратился к нотариусу ФИО4 с заявлением о принятии наследства, состоящим из: вклада с процентами в ВТБ 24 (ПАО) в Санкт-Петербурге на счете XXX, вкладов с процентами в АО «Банк Русский Стандарт» на счетах: XXX и XXX (л.д. 135 т.1).

Наряду с истцом к нотариусу с заявлениями о принятии наследства в виде вкладов с процентами в Банках ВТБ 24 (ПАО) в Санкт-Петербурге и в АО «Банк Русский Стандарт» в Санкт-Петербурге обратились ФИО5, ФИО6; ФИО7 обратился к нотариусу с заявлением о выдаче постановления о предоставлении денежных средств в размере 56 530 руб. с принадлежавшего ФИО1 счета в Северо-Западном банке ПАО «Сбербанк России» для возмещения расходов на похороны ФИО1 (л.д. 137-139).

Распоряжением от 18.01.2017 года ФИО1 отменила ранее составленное завещание на имя ФИО14, удостоверенное 22.02.2011 года ФИО2, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО3, за реестровым № О-557. Распоряжение подписано собственноручно ФИО1 и удостоверено нотариусом ФИО15, зарегистрировано в реестре за № 3-103 (л.д. 153,154 т. 1).

Считая свое право наследования по завещанию нарушенным, ФИО14 обратился в суд с иском о признании недействительной сделки по отмене завещания, составленного 18.01.2017 года, ссылаясь на положения ст. 177 ГК РФ, полагая, что на момент составления распоряжения об отмене завещания ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО1 в момент оформления распоряжения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений ее интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Суд исходит из презумпции действительности сделки до того времени, пока с достоверностью не будет доказано обратное, так как судебной защите подлежат не только права и охраняемые законом интересы истца, но и ответчика.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Не исполнение стороной указанной обязанности на представление доказательств или злоупотребление им (ч. 1 ст. 35, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, п. 2 ст. 10 ГК РФ), влечет соответствующие процессуальные последствия – в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.

Согласно ст. ст. 55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио - и видеозаписей, заключений экспертов. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле (ч.1 ст. 57 ГПК РФ).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

В силу ч.2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно п. 13 разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 26.06.2008 г. № 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции", исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (ст. ст. 59, 60 ГПК РФ).

Согласно разъяснениям п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.07.2008 года № 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

В силу положений Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года № 3185-1 (в редакции от 30.12.2021 года) "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" действует презумпция полноценного психического состояния здоровья гражданина пока не доказано иное.

В соответствии со ст. 62 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности. Порядок проведения судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз и порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Судом для выяснения обстоятельств об особенностях психологического состояния, наличия, либо отсутствия психического заболевания ФИО1 в момент оформления распоряжения, была назначена посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам СПб ГУЗ «Городская психиатрическая больница № 6» (л.д. 15 т. 2).

Согласно выводам экспертов, изложенным в заключении № 6944.3854.2, у ФИО1 при жизни, а также на момент подписания Распоряжения № 78 АБ 2013652 об отмене завещания 18.01.2017 года имелись признаки <данные изъяты> С учетом изложенного, в связи с отсутствием объективного описания психического состояния в юридически значимый период, оценить степени выраженности интеллектуально-мнестических, эмоционально-волевых нарушений и способность ФИО1 на момент подписания Распоряжения 78 АБ 2013652 об отмене завещания 18.01.2017 года понимать значение своих действий и руководить ими не представляется возможным (39-52 т.2).

При рассмотрении и разрешении спора по существу с соблюдением процессуального порядка был допрошен врач-докладчик, врач судебно-психиатрический эксперт ФИО8, которая принимала участие в составе комиссии при проведении посмертной СПЭ, подтвердила выводы судебной экспертизы, также пояснила, что у покойной ФИО1 имело место <данные изъяты> Состояние ФИО1 в 2017 году на момент совершения сделки оценить не представляется возможным, в связи с тем, что ее состояние согласно медицинской документации меняется, то в лучшую сторону, то в худшую. На 2017 год, на период совершения сделки никаких документов не имеется. Колебания в ее состоянии присутствуют, но именно на 2017 год, однако, конкретного ответа дать не можем. ФИО1 могла осознавать значение своих действий и руководить ими при наличии у нее органического расстройства личности <данные изъяты> (л.д. 143-148 т.2).

По ходатайству представителя истца определением суда от 14.04.2022 года по делу назначена повторная посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации (л.д. 150 т. 2).

Согласно выводам экспертов, изложенным в заключении № 254/з от 06.06.2022 года, примерно с 2010 года, а также во время составления Распоряжения об отмене завещания 18.01.2017 года у ФИО1 имелось <данные изъяты> Однако в связи с отсутствием объективных сведений о психическом состоянии ФИО1 в периоды, непосредственно приближенные к юридически значимой дате, тенденций <данные изъяты>, противоречивостью и неоднозначностью свидетельских показаний, дифференцированно оценить выраженность и глубину нарушений психической деятельности у ФИО1 на момент подписания Распоряжения об отмене завещания 18.01.2017 года не представляется возможным (ответ на вопросы №№ 2,3).

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Исходя из содержания абз. 3 ч. 2 ст. 79 ГПК РФ стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы.

Согласно ст. 86 ГПК РФ эксперт дает заключение в письменной форме. Заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 настоящего Кодекса.

В силу п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 85 ГПК РФ в случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение.

В силу ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту (ч. 1). В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам (ч. 2).

Вопреки доводам представителя истца, суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку экспертиза проведена комиссией компетентных экспертов, имеющих значительный стаж работы судебно-психиатрическими экспертами, в соответствии с требованиями Федерального Закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31.05.2001 года № 73-ФЗ, комиссией врачей-экспертов ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации в соответствии с определением суда о поручении проведения экспертизы этому учреждению, в соответствии с профилем деятельности, определенным для ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Министерства здравоохранения Российской Федерации, экспертиза проведена на основании определения суда, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в распоряжение экспертов были представлены все необходимые для проведения экспертизы документы, комиссией экспертов исследованы все представленные на экспертизу документы, использованы рекомендованные современной наукой и судебно-экспертной практикой методы и методики, в экспертном заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, вывод экспертов является логическим следствием осуществленного исследования, заключение не содержит внутренних противоречий, вывод экспертов достаточно мотивирован. Подробно исследована медицинская документация, что отражено в заключении.

Суд полагает необходимым отметить, что в состав комиссии экспертов вошли высококвалифицированные врачи-специалисты, в том числе в области психиатрии со стажем экспертной работы, обстоятельств прямой или косвенной заинтересованности экспертов в исходе дела не установлено, отводов экспертам не заявлено, экспертиза проведена с соблюдением требований ст. 85, ст. 86 ГПК РФ, экспертное заключение составлено по материалам гражданского дела и медицинской документации, с учетом всех имеющихся в материалах дела письменных документов. Ни один из экспертов, входящих в состав комиссии, не высказал особого мнения по поставленным на разрешение экспертизы вопросам, эксперты дали мотивированный ответ на поставленные перед ними вопросы.

С учетом изложенного предусмотренных ст. 87 ГПК РФ оснований для проведения по делу дополнительной посмертной судебно-психиатрической судом установлено не было.

Таким образом, заключение повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, истцом не представлено каких-либо обоснованных доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы.

Заключение повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы согласуется с собранными по делу доказательствами, в том числе письменными доказательствами по делу о состоянии здоровья умершей.

Представителем истца было заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной посмертной судебно-психиатрической экспертизы.

Однако основания для назначения дополнительной экспертизы отсутствуют, поскольку объективных данных, опровергающих заключение повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической, материалы дела не содержат. Само по себе несогласие истцовой стороны с выводами заключения судебной экспертизы, не является основанием для назначения повторной экспертизы. Доводы представителя, выражающие сомнения в полноте, научной обоснованности итоговых выводов экспертов, являются несостоятельными, надлежащими доказательствами не подтверждены.

В то же время, суд, при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения экспертов, должен учитывать и иные доказательства по делу и дать им надлежащую оценку. Полученное заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов иным доказательствам не противоречит.

ФИО1 при жизни недееспособной не признавалась; с подобным заявлением в суд ФИО14 или иные лица при жизни ФИО1 не обращались.

В ответе от 25.06.2021 года за исх. № 986/120 на запрос суда Психоневрологический диспансер № 1 г. Санкт-Петербурга указал на отсутствие сведений в отношении ФИО1 (л.д. 189 т.1, 30 т.2).

Согласно ответу СПб ГАУЗ «Городская поликлиника № 40» от 23.08.2021 года № 566 на запрос суда, медицинская карта ФИО1 отсутствует, представлена копия исследования от 11.04.2016 года <данные изъяты>

По сведениям, полученным из ФГБУН Институт мозга человека им. Н.П. Бехтревой Российской академии наук, ФИО1 стационарного лечения в клинике не проходила (л.д. 127, 186 т.1).

Как следует из ответа Местной администрации внутригородского муниципального образования Санкт-Петербурга муниципального округа Морской от 15.05.2021 года за № 222 на запрос Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга, ФИО1 на учете в органе опеки и попечительства МА МО Морской, как находящаяся под опекой (попечительством) или нуждающаяся над ней опеки или попечительства не состояла (л.д.165 т. 1).

Из ответа Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Василеостровском районе Санкт-Петербурга от 17.05.2021 года за № 11-1/02-1605 на запрос Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга усматривается, что выплата пенсии ФИО1 производилась на расчетный счет, открытый в ПАО «Сбербанк России». Сведениями о доверенности не располагают (л.д. 166 т. 1).

Судом установлено, что оспариваемое Распоряжение 78 АБ 2013652 об отмене завещания от 18.01.2017 года удостоверено нотариусом Санкт-Петербурга, зарегистрировано в реестре за № 3-103.

В соответствии со ст. 57 «Основ законодательства РФ о нотариате» (далее - Основы) нотариус удостоверяет завещания дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства РФ и лично представленные ими нотариусу. Удостоверение завещаний через представителей не допускается.

Порядок совершения нотариальных действий нотариусами устанавливается Основами и другими законодательными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (ст. 39 Основ).

При совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность обратившегося за совершением нотариального действия гражданина (ст. 42 Основ). Установление личности должно производиться на основании паспорта или других документов, исключающих любые сомнения относительно личности гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия. При удостоверении сделок выясняется дееспособность граждан (ст. 43 Основ).

В соответствии со ст. 44 Основ содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам. Документы, оформляемые в нотариальном порядке, подписываются в присутствии нотариуса.

Все нотариальные действия, совершаемые нотариусом, регистрируются в реестре (ст. 50 Основ).

Как следует из оспариваемого Распоряжения 78 АБ 2013652 об отмене завещания от 18.01.2017 года оно удостоверено нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО15; текст распоряжения записан нотариусом со слов ФИО1 и до его подписания прочитан ФИО1 вслух лично в присутствии нотариуса; содержание распоряжения соответствует волеизъявлению обратившегося лица, личность которого установлена, дееспособность проверена; распоряжение подписано в присутствии нотариуса (л.д. 19 т. 1).

Указанное свидетельствует о том, что нотариус не усомнился в психическом состоянии ФИО1, ее способности понимать значение своих действий и не отказал ей в совершении нотариальных действий. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

По ходатайству истца до назначения посмертной судебной экспертизы в ходе судебного разбирательства 13.10.2021 года с соблюдением процессуального порядка в качестве свидетелей были допрошены свидетели ФИО6, ФИО9, ФИО10

Так, свидетель ФИО6 показала, что являлась лучшей подругой ФИО1, была знакома с ней последние 15-18 лет. Познакомилась с ФИО1, когда ее муж умер, и у нее никого не осталось из родственников. ФИО1 проживала одна в квартире по адресу: .... Также, свидетель пояснила, что начала ухаживать за ФИО1, когда та стала терять разум, считала, что ее обворовывают, путала день с ночью, среди ночи могла позвонить и сказать, что в ее квартире кто-то находится, не могла обращаться с деньгами. Странности в поведении ФИО1 начались приблизительно в 2016-2017 годах. По словам свидетеля, умершая ФИО1 оказывала истцу ФИО14 помощь, но при каких обстоятельствах и когда они познакомились пояснить не смогла. При этом, свидетель также пояснила, что ФИО14 ухаживал за ФИО1 На тему, когда и при каких обстоятельствах умершая отменила завещание в отношении ФИО14, они не разговаривали. Пенсию ФИО1 получала самостоятельно на Одоевского в отделении Сбербанка, свидетель была рядом. Относительно того, получала ли ФИО1 пенсию до самой смерти, свидетель пояснить не смогла. О причине смерти ФИО1 свидетелю неизвестно. Как указал свидетель, за полгода до смерти ФИО1 полностью изменила свое отношение к ней. Кроме того, свидетель пояснила, что иногда ФИО1 была «в своем уме», при этом пояснить, в какой точно промежуток времени ФИО1 была в нормальном состоянии, свидетель не смогла.

Свидетель ФИО10, являющаяся социальным работником показала, что ФИО1 являлась ее подопечной. К умершей она начала ходить в конце 2011 года по понедельникам и четвергам, два раза в неделю. В 2018-2019 гг. приходила к ФИО1 по мере необходимости, по ее телефонному звонку. До 2011 года ФИО1 уже состояла на социальном обслуживании. Как пояснила свидетель, по началу ее помощь ФИО1 заключалась в доставке продуктов и лекарств. В разговорах с ФИО1 узнала про ФИО14, что он ставил умершей новую входную дверь, красил окна, умершая познакомилась с ним еще в студенческие годы, он снимал у нее комнату в квартире и у них были дружеские отношения. По словам свидетеля, ФИО1 возможно воспринимала ФИО14 как близкого человека, своего ребенка. Обстоятельства получения ФИО1 пенсии свидетелю неизвестны, по ее предположениям, ФИО1 могла получать ее вместе с ФИО14 Как указал свидетель, она единственный раз сопровождала ФИО1 при получении пенсии последней в 2018 году в банк «Русский Стандарт» на ... острова. В 2017 году свидетель поместила ФИО1 в больницу Блокадников по направлению невропатолога. Согласно пояснениям свидетеля, ФИО1 перестала что-то понимать в конце 2018 г. – начале 2019 г. До этого времени ФИО1 за собой следила. В больнице Блокадников умершая, пробыла три недели, путала день с ночью, могла выйти ночью на площадку, позвонить соседке и сказать, что ей нечего кушать. Когда в 2018 г. свидетель привезла ФИО1 в больницу, ФИО1 сама позвонила ФИО14, он прислал свой номер телефона для того, чтобы в случае необходимости могла с ним связаться. После больницы дядя ФИО14 должен был ремонтировать замок в двери умершей. В 2017 г. ФИО1 аннулировала завещание в отношении ФИО14 По словам свидетеля, с конца 2017 г. между ФИО1 и ФИО14 что-то произошло. У свидетеля сложилось впечатление, что она была на него обижена. Как пояснила свидетель, она сопровождала ФИО1 к нотариусу для оформления отказа от завещания. В день отказа от завещания ФИО1 была возбужденной, в то время она ничего не путала. Знала, что у нее имеются вклады в Банке «Русский Стандарт». Все действия по операциям в банке ФИО1 совершала лично, помощь не просила. В 2017 г. сопровождала ФИО1 к невропатологу из-за того, что ее «шатало из стороны в сторону», по словам врача, это возрастные изменения. Как пояснил свидетель, с 2015 г. по 2018 г. они часто ходили с ФИО1 к врачам, в психоневрологический диспансер ФИО1 не ходила, соответствующее направление врачами не выдавалось, психиатра или психолога умершей не вызывали, только невропатолога из-за того, что ФИО1 «шатало из стороны в сторону». В 2018 г. ФИО1 приглашала через знакомых на дом работников, которые оказывали ей помощь в бытовом плане. Умершая, совершала сделки бытового характера самостоятельно. ФИО1 понимала, какое время года, осознавала, какая погода за окном. При этом, одежду ФИО1 подавала свидетель. Задолженность по оплате коммунальных услуг образовалась в конце 2018 г.- начале 2019 г. По предположениям свидетеля, в 2019 г. ФИО1 уже не ходила за получением пенсии. О том, кто содержал ФИО1 свидетелю неизвестно. В конце 2018 г. при посещении врача-невролога в клинике ФИО18, ФИО1 было сказано, что у нее прогрессирует деменция. Как пояснила свидетель, до 2018 г. ФИО1 ориентировалась во времени.

Свидетель ФИО9 показала, что не часто контактировала с ФИО1, так как работала тогда в школе. Видела ФИО1 приблизительно в начале осени-зимы, как она стояла на площадке и не могла попасть в квартиру, забывала, что ключи у нее с собой, просила помощи. По словам свидетеля, ФИО1 могла внезапно сказать, что перед ней всплывает незнакомое лицо человека. Свидетель не смогла точно пояснить, когда у ФИО1 начались странности в поведении. Свидетель предположила, что странности в поведении ФИО1 возникли за год-полтора до ее смерти. ФИО1 могла в 3 часа ночи стучаться соседям в дверь, говорила, что в ее квартире кто-то находится. При проверке свидетелем данного факта, в квартире никого не оказывалось. Также, по словам свидетеля, ФИО1 путала время суток, просила покупать ей продукты. Как пояснила свидетель, ФИО1 осознавала, что может обратиться к ней по любым вопросам. В обслуживании ФИО1 не нуждалась, так как справлялась самостоятельно, не была беспомощной. Свидетель также пояснила, что видела ФИО14, когда он ремонтировал ФИО1 дверь.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

У суда нет оснований не доверять показаниям данных свидетелей (во всех аспектах, кроме оценки дееспособности наследодателя), предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, поскольку они последовательны, не противоречивы, согласуются между собой.

Однако, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним. Показания свидетелей со стороны истца, которые не смогли дать оценку внутреннему психическому состоянию ФИО1 в момент совершения распоряжения об отмене завещания, поскольку не являются специалистами в области психиатрии, любые внешние обстоятельства (поведение ФИО1 в различных жизненных ситуациях) имеют лишь косвенное значение для подтверждения того, было ли лицо способно в конкретный момент понимать значение своих действий или руководить ими, в связи с чем не доказывают порочность распоряжения об отмене завещания. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают.

Представителем истца в судебном заседании 23.06.2022 года было заявлено письменное ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО5, а также об отложении судебного заседания, в связи с их неявкой в данное судебное заседание по причине занятости на работе.

Отклоняя указанное ходатайство, суд принимает во внимание, что данное ходатайство истцом заявлялось ранее, было удовлетворено в судебном заседании 23.09.2021 года (л.д. 217 т.1), судебное заседание отложено на 13.10.2021 года, при этом обеспечение явки данных свидетелей была возложена на сторону истца. В судебное заседание 13.10.2021 года, стороной истца была обеспечена явка иных свидетелей: ФИО6, ФИО9, ФИО10, о допросе которых в судебном заседании ходатайствовал представитель истца, представив соответствующее письменное ходатайство. В данном судебном заседании было удовлетворено ходатайство стороны истца о назначении судебной экспертизы, производство по делу было приостановлено, в связи с поступлением заключения экспертизы производство по делу было возобновлено и назначено к слушанию на 02.03.2022 года, в котором стороной истца не заявлялось о невозможности обеспечения явки ранее заявленных им свидетелей, также как и не заявлялось в последующих судебных заседаниях 16.03.2022 года, 22.03.2022 года, 29.03.2022 года, 08.04.2022 года, 14.04.2022 года, 02.06.2022 года.

Также, суд учитывает длительность нахождение дела в производстве суда (с 26.01.2021 года) и то обстоятельство, что ничто не мешало истцу до судебного заседания 23.06.2022 года обратиться в суд за получением повесток и самостоятельно вручить их указанным свидетелям.

Ссылка представителя истца в ходатайстве на то, что заявляемые свидетели не являлись в судебные заседания по причине отъезда, не подтверждена допустимыми доказательствами, учитывая, что о причинах невозможности явки указанных свидетелей и необходимости оказания содействия в их вызове стороной истца не заявлялось в ходе рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах, заявленное стороной истца ходатайство расценивается судом как свидетельствующее о злоупотреблении правом и направленное на искусственное затягивание судебного процесса.

В силу ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Указанный принцип возлагает на сторону, не предоставляющую доказательств в обоснование своей позиции, риск наступления неблагоприятных последствий.

Учитывая, что правосудие осуществляется на основании принципов состязательности и равноправия сторон, истец не был лишен возможности представления доказательств в обоснование своих исковых требований.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с распределенным бременем доказывания в данных правоотношениях и относительно предмета иска на истца возлагалась обязанность доказать наличие оснований к признанию сделки недействительной, однако относимых и допустимых доказательств истцом представлено суду не было.

Принимая во внимание изложенное, п. 3 ст. 196 ГПК РФ, установленные по делу обстоятельства, оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что со стороны ФИО14 не представлено доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых истцовая сторона основывает свои требования, а именно не доказано, что в момент составления 18.01.2017 года распоряжения об отмене завещания ФИО1 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Представленные и собранные по делу доказательства не содержат сведений о том, что ФИО1 в момент составления распоряжения об отмене завещания страдала таким психическим расстройством, которое по степени его тяжести и степени имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня могло повлечь неспособность ФИО1 отдавать отчет своим действиям на момент подписания оспариваемого распоряжения об отмене завещания.

В силу изложенного у суда не имеется правовых оснований для признания оспариваемого распоряжения об отмене завещания недействительным по основаниям ч. 1 ст. 177 ГК РФ.

Одновременно суд отмечает, что истцовая сторона не смогла пояснить суду, кем приходится истец ФИО14 умершей ФИО1 При этом, истец указал в исковом заявлении на отсутствие наследников по закону, а также на то, что иное завещание на спорное недвижимое имущество, кроме составленного ФИО1 в его пользу не составлялось, что влечет в дальнейшем установление правого статуса на недвижимое имущество как выморочного в пользу Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга. Документы, подтверждающее родство ФИО14 с ФИО1 в материалы дела истцом представлены не были. При жизни ФИО1 ФИО19 с заявлением в суд о признании ее недееспособной либо ограниченно дееспособной не обращался, хотя в исковом заявлении утверждает, что в юридически значимый период ФИО1 не могла понимать значение своих действий или руководить ими.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 50, 55, 56, 67, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО14 к Администрации Василеостровского района Санкт-Петербурга о признании недействительным распоряжения об отмене завещания - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд г. Санкт-Петербург.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено XX.XX.XXXX.