Судья г/с Щепкина К.С.

Дело № 22-3721/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 30 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего судьи Тиуновой Е.В.,

судей Воробьевой Н.С., Мельникова Д.А.,

при секретаре Пановой С.А.,

с участием прокурора Климентьевой Е.В.,

осужденного ФИО1 (система видеоконференц-связи),

представителя потерпевшего ФИО8,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Первушиной Г.Н. на приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 24.05.2023, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> <адрес>, <данные изъяты> <адрес> <данные изъяты>: <адрес>, судимый:

20.01.2009 мировым судьей судебного участка № 1 Беловского района Кемеровской области (с учетом постановления Беловского городского суда Кемеровской области от 12.04.2012) по ч.1 ст. 112 УК РФ к 1 году 5 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении;

10.02.2010 Кемеровским областным судом по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, ч.5 ст. 69 УК РФ (приговор от 20.01.2009) к 14 годам 1 месяцу лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строгого режима. Освобожден по отбытию наказания 12.03.2021. Решением Беловского городского суда Кемеровской области от 28.10.2020 установлен административный надзор на 3 года,

осужден по ч.1 ст. 111 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда. Срок отбытия наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 24.05.2023 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. С ФИО1 в пользу ФИО8 взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей. Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Тиуновой Е.В., выслушав осужденного ФИО1, поддержавшего доводы апелляционных жалоб, прокурора Климентьеву Е.В., возражавшую против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 приговором осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Преступление совершено 30.10.2021 в 02.00 в г. Белово Кемеровской области при установленных в судебном заседании и изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит переквалифицировать его действия на ст. 118 УК РФ и смягчить назначенное наказание, либо отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение.

Полагает, что его действия были не умышленными, а спонтанными, защищаясь, он по неосторожности причинил вред потерпевшему.

Также обращает внимание, что при назначении наказания не была учтена расписка от потерпевшего о том, что он претензий к нему не имеет.

В апелляционной жалобе адвокат Первушина Г.Н. приговор считает подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовного закона и несправедливостью.

Ссылаясь и цитируя заключения СМЭ № 90 от 31.01.2022 и № 628 от 04.07.2022, указывает, что выводы эксперта носят предположительный характер, а все сомнения должны толковаться в пользу осужденного, в связи с чем его действия следует квалифицировать по ст. 118 УК РФ. При этом необходимо учитывать показания свидетеля ФИО9 о том, что после того, как потерпевший упал на асфальт, он перевернул ФИО7 на правый бок и голова ФИО7 скатилась с бордюра, а также выводы эксперта, который только предполагает, что травма могла образоваться в результате однократного травмирующего воздействия, в связи с чем можно говорить и о том, что дополнительное травмирующее воздействие на голову потерпевшего было еще при ударе с высоты бордюра.

Полагает также, что суд при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, необоснованно не применил правила ч.3 ст. 68 УК РФ.

Просит приговор изменить, действия ФИО1 переквалифицировать на ч.1 ст. 118 УК РФ, наказание определить в пределах санкции данной статьи, компенсацию морального вреда уменьшить с учетом неосторожности в действиях осужденного.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционной жалобы с дополнениями осужденного, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника, все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции по данному уголовному делу были выполнены.

Судебное следствие по делу проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства в условиях состязательности сторон. Из протокола судебного заседания усматривается, что суд создал сторонам обвинения и защиты равные условия для исполнения ими своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Каких-либо оснований ставить под сомнение объективность и беспристрастность суда не имеется.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, из показаний самого ФИО2, данных в ходе предварительного расследования и подтвержденных в судебном заседании, следует, что около двух часов ночи 30.10.2021, он, находясь возле кафе «Шоколад» <адрес> <адрес>, нанес ФИО7 удар кулаком в височную область головы справа за то, что тот толкнул ФИО9, отчего ФИО7 упал на спину на асфальт.

Согласно показаниям потерпевшего ФИО7, оглашенными в судебном заседании на основании п. 1 ч.2 ст. 281 УПК РФ, 30.10.2021 около 01 часа 30 минут он вышел из кафе «Шоколад». Слева от крыльца стояли парни, к которым он подошел. Убедившись, что обознался, он извинился и пошел в сторону дома. Дальнейшие обстоятельства не помнит. Пришел в себя 05.11.2021 в палате нейрохирургического отделения, где ему стало известно о том, что он поступил 01.11.2021 с открытой ЧМТ головы.

Представитель потерпевшего ФИО8 показала, что в ночь на 30.10.2021 ей по телефону сообщили, что ее супруг ФИО7 проводил время в кафе «Шоколад», после закрытия кафе был обнаружен лежащим на улице на асфальте без сознания, доставлен в больницу. Он находился в тяжелом состоянии, был в коме, ему сделали операцию. После выписки из больницы муж рассказывал, что 30.10.2021 был в кафе «Шоколад», на выходе из кафе обознался, хлопнул по плечу незнакомого парня, извинился перед ним и дальше ничего не помнит.

Свидетель ФИО9 показал, что около двух часов ночи 30.10.2021, находясь возле кафе «Шоколад» <адрес>, в ответ за толчок в спину он нанес удар ФИО7 в область челюсти слева, а ФИО1 почти одновременно нанес ФИО7 удар кулаком правой руки в область головы справа, отчего ФИО7 упал на спину головой вверх. Он пытался оказать ему помощь.

Свидетель ФИО10 показала, что 29.10.2021 в кафе «Шоколад» видела ФИО7, который был выпивши. 30.10.2021 около двух часов ночи в стороне парковки у кафе увидела, как молодой человек падает плашмя на асфальт, рядом с ним стояли двое парней. Подойдя ближе, увидела, что на земле лежит ФИО7 без сознания, из его правого уха шла кровь.

Из протокола осмотра места происшествия от 30.10.2021 усматривается, что осматривалась заасфальтированная парковка, расположенная в 3 метрах вправо от кафе «Шоколад» <адрес>. Парковка огорожена бордюром. С правой стороны от здания расположена опора линии электропередач, имеется камера видеонаблюдения (т.1 л.д. 15-17).

Согласно заключениям эксперта № 90 от 31.01.2022 и № 628 от 04.07.2022, у ФИО7 имелись следующие повреждения: <данные изъяты> Указанная травма образовалась от воздействия твердого тупого предмета (предметов), квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Данная травма могла образоваться в результате однократного травмирующего воздействия (т.1 л.д. 42-44).

Из заключения эксперта № 628 от 04.07.2022 усматривается, что возможность причинения ФИО7 открытой черепно-мозговой травмы при нанесении однократного удара кулаком руки в височную область справа, не исключается. Возможность причинения данной открытой черепно-мозговой травмы при нанесении однократного удара кулаком руки в область челюсти слева, маловероятна. Возможность получения данной открытой черепно-мозговой травмы при падении навзничь на асфальт и при ударе теменно-затылочной частью головы об асфальт, маловероятна (т.1 л.д. 182-184).

Согласно заключению эксперта № 1456 от 13.01.2023, местом приложения травмирующего предмета в области головы ФИО7 является правая височная область. Вследствие травмирующего воздействия в правую височную область образовались следующие повреждения: <данные изъяты> Ссадина в затылочной области справа и кровоподтек в правой теменно-затылочной области, вероятнее всего образовались в результате последующего падения пострадавшего из положения стоя и ударе головой об асфальтное покрытие. При обстоятельствах, указанных на видеозаписи (взаиморасположение потерпевшего и нападавшего, локализация нанесения травмирующего воздействия, количество травмирующих воздействий) - человек совершает замах правой руки и наносит удар в область головы справа, стоящему слева от него мужчине, место приложение травмирующего предмета соответствует локализация нанесенного удара… Место приложения травмирующего предмета в области лица потерпевшего отсутствует. Следовательно, судить о последствия нанесения данного удара не представляется возможным (т.2, л.д. 138-140).

Согласно протоколам осмотров предметов с участием ФИО11, ФИО1 и представителя потерпевшей ФИО8, при осмотре файла с оптического диска, установлено, что перед кафе «Шоколад» расположена парковка со стоянкой. На крыльце и на площадке стоят молодые люди. В 02.00 от крыльца кафе слева мимо двух парней проходит мужчина. Он оборачивается к двум парням и пятится назад, затем поворачивается спиной. Двое мужчин догоняют его, обходят и встают напротив. Мужчина в футболке с коротким рукавом встает напротив справа, мужчина в головном уборе встает слева. В 02-00-13 мужчина в футболке делает замах правой рукой, наносит удар в область головы справа стоящему напротив мужчине, отчего тот падает на асфальт … Присутствующие при осмотре ФИО9 и ФИО1 в мужчине в футболке с коротким рукавом опознали ФИО1, представитель потерпевшего ФИО8 в мужчине, которому был нанесен удар опознала своего супруга ФИО7 (т.1 л.д. 114-149,170-174, т.2 л.д. 3-5).

Суд обоснованно учел в качестве доказательств виновности осужденного и другие, приведенные в приговоре доказательства.

Все положенные в основу обвинительного приговора доказательства были получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, всесторонне, полно и объективно проанализированы судом, согласуются между собой и в своей совокупности с достоверностью подтверждают виновность ФИО1 в инкриминируемом деянии.

Мотив преступления, а именно личные неприязненные отношения в результате ссоры с потерпевшим, судом установлен правильно.

Доводы жалобы об отсутствии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, лишены оснований, поскольку совокупностью доказательств достоверно установлено, что целенаправленные действия ФИО1, который без какого-либо предупреждения, в отсутствие угрозы для его жизни и здоровья со стороны ФИО7, нанес потерпевшему удар кулаком в область расположения жизненно-важного органа человека - голову, свидетельствуют о наличии у него прямого умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, вывод эксперта о маловероятности получения ФИО7 открытой черепно-мозговой травмы в результате падения навзничь на асфальт и при ударе теменно-затылочной частью головы об асфальт, не свидетельствует о невиновности осужденного в инкриминируемом ему преступлении, а напротив, находится в логической связи с другими приведенными доказательствами, в том числе показаниями очевидцев о том, что потерпевший упал на асфальт от удара ФИО1 кулаком в височную область головы потерпевшего.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о том, что открытая черепно-мозговая травма ФИО7 причинена именно насильственными действиями осужденного, оснований не согласиться с правильностью данного вывода у судебной коллегии оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о том, что дополнительное травмирующее воздействие на голову потерпевшего было еще при ударе с высоты бордюра, несостоятельны, материалами дела не подтверждены. При этом, из показаний свидетеля ФИО9, на которые ссылается адвокат в апелляционной жалобе, усматривается, что после того, как ФИО7 упал, он пытался оказать ему помощь, перевернул на правый бок, и тот скатился плавно с бордюра на асфальт снова на спину. Таким образом, из показаний указанного свидетеля не следует, что потерпевший ударялся головой с высоты бордюра.

Таким образом, судебная коллегия считает, что суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного ФИО1, и его действия правильно квалифицированы по ч.1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 302-309 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть которого, согласно требованиям п.1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступления.

Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не представляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Приведенные осужденным и его защитником в апелляционных жалобах доводы фактически направлены на переоценку доказательств, при этом несогласие с данной судом доказательствам оценкой, а также выводами суда, изложенными в приговоре, на правильность этих выводов и, прежде всего, о виновности ФИО1 в содеянном, не влияют.

Между тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, суд в приговоре сослался на рапорт об обнаружении признаков преступления № 19373 от 30.10.2021 (т.1 л.д. 3) как на доказательство виновности ФИО1 в совершении преступления.

Как указано в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 "О судебном приговоре", в силу положений ст. 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Между тем, как видно из протокола и аудиозаписи судебного заседания, указанный рапорт не исследовался в суде, а потому не мог быть приведен в приговоре в качестве доказательства виновности ФИО1, в связи с чем ссылка на него, как на доказательство вины осужденного, подлежит исключению из приговора.

При этом судебная коллегия отмечает, что исключение из приговора вышеприведенного доказательства не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО1 и квалификацию его действий, поскольку совокупность других приведенных в приговоре доказательств, подробное содержание которых приведено в приговоре, является достаточной и по результатам их исследования в виновности ФИО1 никаких сомнений не возникает.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.60 УК РФ: с учётом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности виновного, смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также с учётом влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом учтены: полное признание вины и раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка, участие в содержании и воспитании двоих малолетних детей гражданской супруги, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче полных, правдивых и последовательных показаниях, участие в следственных действиях, принесение извинений перед представителем потерпевшего.

Помимо этого, по делу правильно установлено отягчающие обстоятельство – рецидив преступлений, в связи с чем, судом правильно назначено наказание с применением правил ч.2 ст.68 УК РФ и обоснованно не применены правила ч.1 ст.62 УК РФ.

При этом назначение наказания по правилам ч.3 ст.68 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. В данном случае суд не усмотрел таковых оснований, не усматривает этого и судебная коллегия, так как оснований для применения правил ч.3 ст.68 УК РФ не имеется, учитывая характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления, суд правильно назначил наказание по правилам ч.2 ст.68 УК РФ.

Суд при постановлении приговора и назначения наказания осужденному не нашел оснований для применения ст. 64 УК РФ, не усматривает этого и судебная коллегия, поскольку не имеется исключительных и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления. Совокупность смягчающих наказание осужденного обстоятельств, также, по мнению судебной коллегии, не является исключительным обстоятельством, позволяющим применить правила ст. 64 УК РФ, поскольку существенно не уменьшает степень общественной опасности совершенного преступления.

Суд правильно пришел к выводу, что оснований для изменения категории преступления, исходя из общественной опасности содеянного и фактических обстоятельств совершенного осужденным преступления, указанного в приговоре, не имеется.

Учитывая общественную опасность содеянного и данные о личности осуждённого, с учетом требований п. «в» ч.1 ст. 73 УК РФ, суд правильно назначил наказание в виде реального лишения свободы и не усмотрел оснований для применения к осужденному правил ст.73 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать назначенное судом наказание, определен верно, на основании п. «в» ч. 1 ст.58 УК РФ.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела, ФИО8 (женой потерпевшего ФИО7) в ходе предварительного расследования заявлен иск в своих интересах о взыскании денежной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 300 000 рублей, который приговором суда удовлетворен частично в сумме 200 000 рублей.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п.1 ст. 1 СК РФ).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч.1 ст. 151 ГК РФ).

Из содержания искового заявления, пояснений ФИО8, данных в судебном заседании в суде первой, а также апелляционной инстанций, следует, что требования о компенсации морального вреда были заявлены ФИО8 в связи с тем, что лично ей в связи с причинением тяжкого вреда здоровью ее мужу ФИО7 причинены нравственные страдания: в связи с полученной травмой муж длительное время находился в больнице, не работал, семью не содержал, на ее иждивении находилось трое малолетних детей, ей потребовалось нести заботу о пострадавшем, испытывать переживания за его судьбу и состояние его здоровья, причиненная ФИО7 травма повлекла изменения в привычном образе жизни их семьи.

ФИО1 в суде первой исковые требования ФИО8 признал частично, полагая сумму завышенной, в суде апелляционной инстанции пояснил, что согласен с взысканной с него суммой денежной компенсации морального вреда; приговор в данной части не оспаривает, готов иск погашать.

Учитывая установленные по делу фактические обстоятельства, характер причиненных ФИО8 нравственных страданий, принцип разумности и справедливости, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда о необходимости взыскания с ФИО1 в пользу ФИО8 денежной компенсации морального вреда в указанном в приговоре размере.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Беловского городского суда Кемеровской области от 24.05.2023 в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении доказательств виновности ФИО1 ссылку на доказательство – рапорт об обнаружении признаков преступления № 19373 от 30.10.2021 (т.1 л.д. 3).

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Первушиной Г.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Тиунова Е.В.

Судьи: Воробьева Н.С.

Мельников Д.А.