Дело № 2-2105/2025
УИД 18RS0003-01-2024-014215-41
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
04 августа 2025 года город Ижевск
Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Шахтина М.В.,
при секретаре Казариновой Э.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Уралнеруд» о взыскании задолженности по договору поставки,
установил:
ФИО1 (далее – истец, покупатель, ФИО1) обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Уралнеруд» (далее – ответчик, поставщик, ООО «Уралнеруд») о взыскании задолженности по договору поставки, убытков, расходов по оплате государственной пошлины.
Исковые требования мотивированы тем, что между ООО «Уралнеруд» и ФИО1 заключен договор поставки от <дата>.
Согласно п. 1.1 договора поставки, ООО «Уралнеруд» обязуется передать в собственность ФИО1, а ФИО1 принять и оплатить строительный песок мелкой фракции (товар), в порядке и на условиях, предусмотренных договором.
Согласно п. 4.1 договора поставки, стоимость товара составляет:
- 30,00 руб. за 1 тонну товара, при условии приобретения в объеме не менее 5 000 тонн и более, в месяц;
- 40,00 руб. за 1 тонну товара, при условии приобретения в объеме менее 5 000 тонн в месяц.
В целях обеспечения исполнения обязательств, стороны заключили дополнительное соглашение от <дата>.
Согласно п. 1 дополнительного соглашения, истец обязуется обустроить подъездной путь к месту погрузки в рамках договора поставки, путем частичной отсыпки подъездных путей шлаком, боем кирпича, либо иным пригодным материалом и дальнейшего выравнивания дорожного полотна специальной техникой, а ответчик обязуется оплатить указанные работы путем отгрузки 9 000 тонн песка техникой ответчика в транспорт истца по заявке истца.
Согласно акту сдачи-приемки выполненных работ от <дата> по дополнительному соглашению, истец выполнил, а ответчик принял работы по обустройству подъездного пути к месту погрузки в рамках договора поставки, путем частичной отсыпки подъездных путей шлаком, боем кирпича, либо иным пригодным материалом и дальнейшего выравнивания дорожного полотна специальной техникой без претензий.
Согласно п. 3.2 договора поставки, не позднее 1 рабочего дня с момента получения заявки ответчик направляет истцу счет на оплату аванса.
<дата> ФИО1 была направлена заявка на отгрузку товара, общий объем, подлежащий поставке, составлял 29 000 т. (20 000 т.+ 9 000 т.).
Истец указывает, что им произведена оплата по договору поставки на общую сумму 600 000,00 руб., что подтверждается квитанциями к приходному кассовому ордеру, платежным поручением, однако до настоящего времени поставка товара не произведена.
<дата> стороной истца в адрес ответчика направлено уведомление о расторжении договор поставки от <дата> с требованием о возврате денежных средств, которое оставлено без удовлетворения.
Как указывает истец, задолженность по договору составляет 870 000,00 руб., из которых:
- 600 000,00 руб. – стоимость товара объемом, равным 20 000 т.;
- 270 000,00 руб. – стоимость товара объемом, равным 9 000 т.
Кроме того, истец полагает, что в результате действий ответчика, которые выразились в непоставке товара, он понес убытки в виде разницы между установленной ценой по договору поставки и текущей ценой товара на момент расторжения договора.
Согласно справке об оценке рыночной стоимости, сумма товара на момент расторжения договора составляла 190,00 руб. за 1 тонну. Учитывая объем, подлежащий поставке, истец считает, что убытки составили 4 640 000,00 руб. (29000 т. * (190,00 руб. – 30,00 руб.)).
На основании вышеизложенного и ссылаясь на ст. ст. 487, ст. 506, п.1 ст. 523, п. 3 ст. 524 ГК РФ, ст. 90 ГПК РФ, истец ФИО1 просит суд взыскать с ответчика ООО «Уралнеруд» в свою пользу задолженность по договору поставки от <дата> в размере 870 000,00 руб., убытки в размере 4 640 000,00 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины.
Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска от <дата> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена З.А.В. (далее – З.А.В.).
В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме.
В судебном заседании директор ООО «Уралнеруд» ФИО3, действующий на основании Устава, и представитель ООО «Уралнеруд» ФИО4, действующая на основании доверенности, просили в удовлетворении исковых требований отказать полном объеме. Ранее ответчиком представлен письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому ООО «Уралнеруд» несогласно с предъявленными требованиями, полагает, что предъявленный договор поставки является мнимой сделкой, поскольку заявка, представленная истцом в материалы дела, не имеет даты, не содержит обязательных требований (сроков поставки и цены товара), аванс по заявке не был оплачен, представленные истцом платежные документы не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами в связи с тем, что оплаты противоречат условиям договора, в них не содержится ссылок на указанный договор как на основание платежа, часть денежных средств была внесена до заключения договора поставки и получения истцом статуса индивидуального предпринимателя, наличные денежные средства в кассу ООО «Уралнеруд» не оприходованы, что свидетельствует о недействительности платежа, подача заявки лишена экономического смысла, так как истец не может осуществлять предпринимательскую деятельность ввиду отсутствия у него статуса индивидуального предпринимателя на день отправки заявки, истец должен доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействий) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков, истец не принял мер по получению готового к отгрузке товара, на протяжении трех лет не обращался с заявкой о передаче товара, договор в настоящее время не расторгнут, истец не требует ни его расторжения, ни его исполнения, выдвигаются лишь требования о возврате денежных средств, интереса получения товара не был, истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт принятия мер для совершения сделки взамен расторгнутого договора либо доказательств невозможности совершения замещающей сделки согласно п. 3 ст. 524 ГК РФ. Кроме того стороной ответчика были представлены письменные возражения на пояснения истца, в которых ответчик указывает, что платежные документы подписаны З.А.В., которая не являлась и не является сотрудником ООО «Уралнеруд» и не была уполномочена на принятие денежных средств от имени ответчика, наличие печати ООО «Уралнеруд» на платежных документах не свидетельствует о наличии полномочий на принятие денежных средств от имени юридического лица у З.А.В. Также, сторона ответчика, возражая против удовлетворения требований, отмечала, что на момент подписания спорного договора, З.Л.В. не был генеральным директором и не являлся уполномоченным лицом, имевшим право подписывать документы от имени ООО «Уралнеруд».
Третье лицо З.А.В. в судебное заседание не явилась, о времени, дате и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, причины неявки суду не сообщила.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участков процесса.
Исследовав и проанализировав материалы дела, принимая во внимание пояснения сторон, суд приходит к следующему.
<дата> между ООО «Уралнеруд» (поставщик) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор поставки.
Согласно п. 1.1 договора поставки, поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить строительный песок мелкой фракции (товар), в порядке и на условиях, предусмотренных договором.
Согласно п. 3.2 договора поставки, не позднее 1 рабочего дня с момента получения заявки, поставщик направляет покупателю счет на оплату аванса.
Согласно п. 4.1 договора поставки, стоимость товара составляет:
- 30,00 руб. за 1 тонну товара, при условии приобретения в объеме не менее 5 000 тонн и более, в месяц;
- 40,00 руб. за 1 тонну товара, при условии приобретения менее 5 000 тонн в месяц.
В целях исполнения договора поставки, стороны заключили дополнительное соглашение от <дата> к договору поставки от <дата>., согласно п. 1 которого истец обязуется обустроить подъездной путь к месту погрузки в рамках договора поставки, путем частичной отсыпки подъездных путей шлаком, боем кирпича, либо иным пригодным материалом и дальнейшего выравнивания дорожного полотна специальной техникой, а ответчик обязуется оплатить указанные работы путем отгрузки 9 000 тонн песка техникой ответчика в транспорт истца по заявке истца.
Согласно акту сдачи-приемки выполненных работ от <дата> по дополнительному соглашению от <дата> к договору поставки от <дата>, истец выполнил, а ответчик принял работу по обустройству подъездного пути к месту погрузки в рамках договора поставки, путем частичной отсыпки подъездных путей шлаком, боем кирпича, либо иным пригодным материалом и дальнейшего выравнивания дорожного полотна специальной техникой, без претензий.
В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.
На правоотношения сторон распространяется положения ГК РФ о поставке товара. Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.
Пунктом 1 статьи 509 ГК РФ установлено, что поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.
В соответствии с пунктом 1 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450 ГК РФ).
Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (абзац 4 статьи 450 ГК РФ).
Как следует из материалов дела, <дата> покупателем была направлена заявка на отгрузку товара в объеме 29 000 тонн (20 000 тонн и 9 000 тонн).
Истцом произведена оплата по договору на общую сумму 600 000,00 руб., что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, а также платежным поручением <номер> от <дата>.
Поставка товара ответчиком по заявке не произведена, доказательств обратного участниками процесса в материалы дела не представлено.
Право на односторонний отказ от договора согласовано сторонами в пункте 5.3 договора поставки от <дата>.
Истцом в адрес ответчика направлено уведомление о расторжении договора с требованием о возврате оплаченного аванса в размере 600 000,00 руб. и возмещении денежных средств за объем непоставленного товара, равный 9 000 тонн.
Уведомление получено ответчиком <дата>, что подтверждается отчетом об отслеживании почтового отправления, требование оставлено без удовлетворения.
Согласно п. 3 статьи 487 ГК РФ, в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.
Указанная норма подразумевает наличие у покупателя право выбора способа защиты нарушенного права: требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата суммы предварительной оплаты.
С момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему исполнению условий договора, а договор - прекратившим свое действие (определение Верховного Суда Российской Федерации № 309-ЭС17-21840 от 31.05.2018 г.).
Иными словами, для удовлетворения требования покупателя о взыскании суммы предварительной оплаты необходимо установить исполнение покупателем обязанности по перечислению предварительной оплаты и неисполнение поставщиком обязательства по передаче товара в согласованный срок.
При этом требование о возврате предварительной оплаты есть по своей сути допускаемый законом односторонний отказ покупателя от исполнения договора в связи с неисполнением продавцом обязанности по поставке товара в согласованный срок, влекущий прекращение такового с момента получения продавцом соответствующего уведомления.
В уведомлении истец требовал возврата суммы предварительной оплаты и возмещения денежных средств за объем непоставленного товара, при этом уведомление не содержало требования о передаче товара.
Таким образом, до момента предъявления требования о возврате суммы предварительной оплаты ответчик оставался должником по неденежному обязательству, связанному с передачей товара.
Предъявляя ответчику требование о возврате ранее перечисленной предварительной оплаты, истец выразил свою волю, которую следует расценивать как отказ стороны от исполнения договора, что в соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ влечет за собой установленные правовые последствия - его расторжение.
Следовательно, с момента реализации истцом права требования возврата суммы предварительной оплаты за товар договор поставки прекратил свое действие, в связи с чем на стороне ответчика возникло денежное обязательство.
При указанных обстоятельствах суд отклоняет доводы ответчика о том, что спорный договор не расторгнут.
Также, вопреки доводам ответчика, пункт 1 статьи 523 ГК РФ не ограничивает перечень нарушений поставщика, которые могут быть признаны существенными применительно к положениям пункта 2 статьи 450 ГК РФ, а поименованные в пункте 2 статьи 523 ГК РФ нарушения со стороны поставщика (поставка товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократное нарушение сроков поставки товаров) исходя из буквального прочтения нормы образуют лишь презумпцию правомерности совершенного покупателем отказа от исполнения договора («предполагаются существенным»), которая может быть опровергнута поставщиком, путем реализации им бремени доказывания.
Действующее гражданско-правовое регулирование института ответственности по общему правилу исходит из того, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).
В то же время пунктом 3 статьи 401 ГК РФ из данного правила установлено исключение в отношении лиц, действующих в рамках осуществления предпринимательской деятельности. Указанные лица несут ответственность за ненадлежащее исполнение обязательства при любых обстоятельствах, за исключением случаев, когда надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.
В данном случае, вопреки требованиям 56 ГПК РФ, процессуальная обязанность доказывания наличия обстоятельств непреодолимой силы, исключающей правомерность отказа истцом от договора, ответчиком не реализована, возражения относительно невозможности поставки товара в согласованный сторонами срок не представлены.
Довод ответчика об отсутствии в заявке даты, сроков поставки и цены товара судом отклоняется, поскольку датой заявки в данном случае считается дата отправки почтового отправления, представленное в материалы дела. Отсутствие срока поставки в заявке не имеет правового значения для настоящего спора, поскольку не указание срока в заявке не влечет признание её недействительной или не подлежащей исполнению, а лишь возлагает на поставщика обязательство по поставке товара в установленный срок.
Цена согласована сторонами в п. 4.1 договора поставки. Объем товара, указанный в заявке, был авансирован по цене, установленной договором, что подтверждается платежным поручением и приходно-кассовыми ордерами. Следовательно, наличие или отсутствие цены в заявке не имеет решающего значения для исполнения обязательств, поскольку заявленный объем был предварительно оплачен, а требования о поставке товара сверх согласованного объема истцом не заявлялись.
Довод ответчика о том, что платежные документы не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами в связи с тем, что оплаты противоречат условиям договора, в них не содержится ссылок на указанный договор как на основание платежа отклоняются судом на основании следующего.
Согласно ст. 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.
Согласно ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Платежные документы, представленные истцом в материалы дела, являются надлежащими и не противоречат формам оплаты, установленным законодательством РФ. Обязательное указание «Назначение платежа» в данном случае законодательством не предусмотрено.
Суд отмечает, что платежные документы содержат печать ООО «Уралнеруд», каких-либо доказательств, что документ не соответствует действительности, в материалы не представлено, ходатайство о фальсификации ответчиком не заявлено.
Ответчик указывает, что приходно-кассовые ордеры подписаны неуполномоченным лицом — З.А.В., ставя под сомнение её полномочия на принятие денежных средств.
Вместе с тем, в силу абзаца первого пункта 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.
В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 182 ГК РФ наличие у представителя полномочий действовать от имени юридического лица может явствовать из обстановки, в которой действует такой представитель.
Из смысла приведенных норм следует, что представительство является средством временного юридического расширения личности представляемого для его участия в гражданском обороте, позволяющим приобретать права и исполнять обязанности через представителей одновременно и в территориально удаленных друг от друга местах, исключающих его личное присутствие. По общему правилу, оно оформляется письменным уполномочием, которое может быть предъявлено иным лицам, в том числе должникам в обязательствах, обладающим правом на информирование об исполнении обязательства надлежащему лицу (статья 312 ГК РФ).
Однако в целях защиты добросовестных контрагентов представляемого закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности.
Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие у него полномочий, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.
В этой связи, к одному из признаков подобной обстановки относится наличие у представителя печати юридического лица, об утере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 г. № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 г. № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 г. № 307-ЭС15-9787).
Суд обращает внимание, что на момент подписания приходно-кассовых ордеров З.А.В. являлась одним из учредителей ООО «Уралнеруд», что подтверждается данными из ЕГРЮЛ.
Поведение стороны, допускающей подписание юридически значимых документов вместо уполномоченного лица иными лицами, не должно противопоставляться ее контрагенту, который с учетом презумпции добросовестности стороны, разумно полагался на их подписание уполномоченными лицами.
Таким образом, несмотря на подписание квитанций к приходным кассовым ордерам З.А.В., полномочия которой оспаривает ответчик, последующее скрепление печатью документов, опосредующих оплату товара, по сути, подтверждает последующее одобрение ответчиком сделки (пункты 1, 2 статьи 183 ГК РФ).
Суд отмечает, что ответчик не заявлял об утере печати или ее фальсификации, доказательств неправомерного выбытия печати из обладания ответчика либо неправомерного использования ее неуполномоченными лицами не представил, равно как не представил заявление об указанных фактах в правоохранительные органы.
Таким образом, доводы ответчика о недопустимости и не относимости приходно-кассовых ордеров несостоятельны.
Довод ответчика о том, что большинство кассовых ордеров свидетельствуют о внесении денежных средств до заключения договора и получением истцом статуса индивидуального предпринимателя подлежит отклонению как не имеющий правового значения для рассмотрения настоящего спора. Кроме того, действующим законодательством не установлено запретов по оплате товара, приобретаемого по будущей сделке, если условия следки не противоречат стоимости и объему оплаченного товара.
Суд принимает во внимание пояснения истца, что указание в платежном поручении <номер> от <дата> назначения платежа «оплата по договору поставки от 03.10.2021» является технической ошибкой, совершенной при формировании документа, считает, что указанное несоответствие не несет правовых последствий, поскольку между сторонами был заключен договор поставки от <дата>, иных договорных обязательств между сторонами не имеется, доказательств иного в материалы дела не представлено.
Довод ответчика, что денежные средства в кассу общества не оприходованы, признан судом несостоятельным, поскольку истец не несет ответственности за соблюдение ответчиком контрольно-кассовой дисциплины.
Суд отклоняет довод ответчика о том, что подача заявки лишена экономического смысла, поскольку истец не может осуществлять предпринимательскую деятельность, на основании следующего.
Действующим законодательством физическому лицу не запрещается осуществлять предпринимательскую деятельность без регистрации в качестве ИП.
Рисками отсутствия регистрации в качестве ИП является:
- невозможность применять специальный налоговый режим и платить пониженные налоги;
- штрафы, предусмотренные налоговым и административным законодательством (п. 2 ст. 116 Налогового кодекса РФ, ч. 1-2 ст. 14.1 КоАП РФ)
- гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 4 ст. 23 ГК РФ)
Иных последствий осуществления физическим лицом предпринимательской деятельности без регистрации в качестве ИП действующим законодательством не предусмотрено.
Таким образом, отсутствие статуса ИП при заключении и исполнении договора поставки не влечет недействительности договора, не прекращает правоотношения, не изменяет условий договора. Кроме того, изменение правового статуса лица (приобретение или утрата статуса ИП) не порождает юридически значимых последствий, поскольку не приводит к возникновению нового субъекта правоотношений.
Суд отмечает, что стороной ответчика не представлено доказательств того, что З.Л.В. не являлся уполномоченным лицом, имевшим право подписывать документы от имени ООО «Уралнеруд».
Довод ответчика, что истец не принял мер по получению готового к отгрузке товара, опровергается представленной в материалы дела заявкой.
Судом отклоняется довод ответчика о том, что истец на протяжении трех лет не обращался с заявкой о передаче товара, как не имеющий правового значения.
Возражая относительно иска, ответчик указывает на мнимость совершенной сторонами сделки.
Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
То есть при мнимой сделке стороны могут совершать определенные действия, но у них нет цели получить соответствующие правовые последствия. Если же подобные последствия возникают, такая сделка не имеет характера мнимой.
Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.
Для признания сделки мнимой необходимо установить однонаправленность намерений обеих сторон, не желающих порождения правового результата. Существенными признаками мнимой сделки является то, что стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; стороны преследуют иные цели, нежели предусмотренные в сделке.
Таким образом, при совершении действий в виде мнимой сделки отсутствует главный признак сделки - ее направленность на создание, изменение или прекращение предусмотренных условиями данной сделки гражданских прав и обязанностей.
Вместе с тем, анализ деятельности ответчика, на основании сведений, содержащихся в общедоступных источниках, свидетельствует, что основным видом деятельности общества является разработка гравийных и песчаных карьеров, добыча глины и каолина
Следовательно, заключение спорного договора и осуществление поставки по нему, не противоречит деятельности ответчика и тем более не указывает на мнимость сделки.
Исполнение обязанности по заключенному договору в виде частичной оплаты товара, а также направления заявки свидетельствует о том, что истцом исполнялись достигнутые соглашения по заключенному договору поставки, что исключает возможность признания указанного договора недействительными (мнимыми).
При этом предоплата по спорному договору была произведена истцом путем внесения наличных денежных средств в кассу ООО «Уралнеруд» и безналичным перечислением на счет ООО «Уралнеруд», то есть со стороны истца наличествует фактическое исполнение договорных обязательств.
Кроме того, установленный факт исполнения стороной покупателя обязательства по предоплате товара, исключает возможность признания сделки мнимой, поскольку покупателем осуществлены реальные действия, направленные на исполнение сделки.
Отсутствие встречного исполнения в таком случае свидетельствует о нарушении обязательства стороной поставщика, и не может рассматриваться как основание для признания сделки мнимой.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что требование истца о взыскании 870 000,00 руб. подлежит удовлетворению.
Рассматривая требование о взыскании убытков, суд приходит к следующему.
В силу пункта 3 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.
Согласно пункту 1 статьи 524 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке (конкретные убытки).
Если после расторжения договора по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 настоящей статьи, не совершена сделка взамен расторгнутого договора и на данный товар имеется текущая цена, сторона может предъявить требование о возмещении убытков в виде разницы между ценой, установленной в договоре, и текущей ценой на момент расторжения договора (абстрактные убытки) (пункт 3 статьи 524 ГК РФ).
Следовательно, покупатель вправе обратиться за взысканием убытков, возникших вследствие заключения замещающей сделки (в таком случае сумма убытков исчисляется путем разницы между ценой договора с нарушившим контрагентом и ценой замещающего договора), а также за взысканием убытков в случае отсутствия замещающей сделки (в таком случае сумма убытков будет исчисляться путем разницы между текущей ценой на товар и ценой договора с нарушившим контрагентом).
Взыскание убытков возможно при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.
При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.
Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.
Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.
Если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора (пункт 1 настоящей статьи), но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.
Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов (пункт 2 статьи 393.1 ГК РФ).
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства. В указанном случае убытки в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой возмещаются соответствующей стороной независимо от того, заключалась ли другой стороной взамен прекращенного договора аналогичная (замещающая) сделка. Если в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения таких убытков и тогда, когда замещающая сделка им не заключалась (пункт 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.
В определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2018 г. № 309-ЭС18-8924 отмечено, что указанная норма права содержит специальное основание для взыскания убытков, закон предоставил кредитору право на взыскание абстрактных убытков в случае, предусмотренном статьей 393.1 ГК РФ, исчисляемых в виде разницы между ценой, установленной в расторгнутом договоре, и ценой замещающей сделки, а также любые другие понесенные им убытки.
Аналогичные положения содержатся в главе 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, отсутствие доказательств заключения замещающей сделки, равно как и усилий для ее заключения, не является основанием по смыслу пункта 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации для отказа в иске о взыскании абстрактных убытков. Более того, действующее законодательство предусматривает право покупателя на возмещение убытков в случае досрочного прекращения контракта.
Следовательно, неисполнение ответчиком обязательств, предусмотренных спорным договором повлекло его досрочное расторжение, в связи с чем у истца появилось право требования убытков.
Вместе с тем, ответчик, опровергающий утверждение истца о наличии причинно-следственной связи между своими действиями (бездействием) и возникшими у истца убытками, вправе представить доказательства, подтверждающие иную причину возникновения указанных убытков.
В соответствии с принципом презумпции вины, установленным гражданским законодательством, вина ответчика в нарушении обязательства презюмируется, если не доказано иное. Бремя доказывания отсутствия вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства возлагается на ответчика. Вместе с тем, отсутствие причинно-следственной связи ответчиком не доказано.
Довод ответчика о том, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт принятия мер для совершения сделки взамен расторгнутого договора либо доказательств невозможности совершения замещающей сделки, судом отклоняется, как основанный на неверном толковании норм права.
Стоимость товара определена истцом на основании справки ООО «Оценка Экспертиза Право» об оценке рыночной стоимости одной тонны песка строительного (карьерного) самовывозом в карьера в УР, согласно которой ориентировочная рыночная стоимость товара пот состоянию на <дата> округленно составляет 190,00 руб. за 1 тонну. Указанная справка ответчиком не оспорена, доказательств иной цены товара на момент расторжения договора ответчиком не представлено.
При указанных обстоятельствах, суд признает исковые требования в части взыскания убытков подлежащими удовлетворению в полном объеме.
Кроме того, оценив представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, судом приходит к выводу, что в рассматриваемых правоотношениях подлежит применению принцип эстоппель и правило venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).
Запрет противоречивого поведения рассчитан на пресечение злонамеренного поведения участника оборота, дающего повод другой стороне обязательства для разумных правомерных ожиданий следования им определенной модели поведения, которые впоследствии без должных тому оправданий нарушаются этим субъектом, действующим исключительно в собственной выгоде и изменяющим отношение к фактам и доводам, исходя из конкретной ситуации.
Таким образом, эстоппель предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданскоправового спора, если данные возражения противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)).
Вместе с тем, в отзыве ответчика содержатся две противоречивые позиции:
1) ответчик полагает, что спорная сделка является мнимой,
2) ответчик полагает, что договор заключен (не расторгнут).
Соответственно, исходя из позиции ответчика сделку нельзя признать мнимой, поскольку ответчик намерен исполнять договор при наличии заявки, то есть признает наличие обязательств и как следствие наличие в договоре цели.
Принимая во внимание вышеизложенное, суд признает требования истца правомерными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным судом требованиям.
Учитывая положения ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма уплаченной государственной пошлины в размере 62 570,00 руб.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Уралнеруд» (ИНН <***>) о взыскании задолженности по договору поставки, убытков удовлетворить в полном объеме.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уралнеруд» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН <***>) задолженность по договору поставки от <дата> в размере 870 000,00 руб., убытки в размере 4 640 000,00 руб.
Взыскать с ООО «Уралнеруд» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 62 570,00 руб.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики через Октябрьский районный суд г. Ижевска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате.
Решение в окончательной форме изготовлено 23 сентября 2025 г.
Председательствующий судья М.В. Шахтин