Дело № 10-4631/2023 судья Винников Ю.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Челябинск 26 июля 2023 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего судьи Антоновой Е.Ф.,

судей Станелик Н.В. и Домокуровой И.А.,

при ведении протокола помощником судьи Шариповой Л.Б.,

с участием прокурора Ефименко Н.А.,

осужденного ФИО1,

его защитника адвоката Халитова Р.М.,

защитника осужденного ФИО2 - адвоката Тюльковой Н.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Суходоева А.Г., апелляционной жалобе адвоката Тюльковой Н.В., поданной в интересах осужденного ФИО2, апелляционной жалобе адвоката Халитова Р.М., поданной в интересах осужденного ФИО1, на приговор Курчатовского районного суда г.Челябинска от 15 мая 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, судимый:

1) 31 августа 2020 года Центральным районным судом г. Челябинска по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам сроком на 180 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года (основное наказание отбыто ДД.ММ.ГГГГ);

2) 05 мая 2021 года Курчатовским районным судом г. Челябинска по ст. 264.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, сроком на 2 года 6 месяцев, на основании статьи 70 УК РФ по совокупности с приговором от ДД.ММ.ГГГГ путем частичного присоединения неотбытой по нему части дополнительного наказания к 8 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, сроком на 3 года, на основании ст.73 УК РФ в части основного наказания условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев;

осужденного 02 августа 2022 года Миасским городским судом Челябинской области по п.п. «а,б» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 160 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 14 декабря 2022 года) с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, приговор от 05 мая 2021 года постановлено исполнять самостоятельно,

осужден по по п.п. «г,з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, с отменной на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условного осуждения по приговору Курчатовского районного суда г. Челябинска от 05 мая 2021 года, в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 05 мая 2021 года к 6 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 3 дня, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений с приговором Миасского городского суда Челябинской области от 02 августа 2022 года путем частичного сложения наказаний окончательно к 6 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 3 дня.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания под стражей с 21 января 2022 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в г.Челябинске, гражданин Российской Федерации, судимый 08 июля 2015 года Центральным районным судом г.Челябинска по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока наказания,

осужден по по п.п. «г,з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы, по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ к 4 годам лишения свободы, на основании ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Антоновой Е.Ф., выступления прокурора Ефименко Н.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного ФИО1, адвокатов Халитова Р.М., Тюльковой Н.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за умышленное причинение группой лиц по предварительному сговору потерпевшему Потерпевший №2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Они же признаны виновными и осуждены умышленное причинение группой лиц по предварительному сговору потерпевшему Потерпевший №1 среднего вреда здоровью, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Преступления совершены 21 января 2022 года в Курчатовском районе г.Челябинска при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Суходоев А.Г. просит приговор отменить, поскольку, по его мнению, судом учтены не все юридически значимые обстоятельства, которые могли повлиять на квалификацию действий осужденных, а также на выводы об их виновности и выборе назначенного наказания.

Считает, что вопреки положениям ст.ст.46,49,75,92 УПК РФ суд первой инстанции признал допустимым доказательством чистосердечое признание ФИО1, составленное в отсутствие адвоката, а также без разъяснения осужденному положений ст. 51 Конституции РФ и права пользоваться помощью защитника.

Отмечает, что судом при назначении наказания учтены характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, а также его более активная роль. При этом, в чем выражалась более активная роль осужденного, в приговоре не указано. В этой связи полагает, что данное обстоятельство также подлежит исключению из приговора.

По мнению автора представления, суд в приговоре при описании обстоятельств совершенных преступлений необоснованно указал о совершении осужденными преступлений совместно с ФИО3, уголовное преследование в отношении которого судом ранее было прекращено в связи со смертью последнего, что обязывало суд не упоминать данные этого лица.

Полагает, что показания ФИО2 как в ходе предварительного следствия, а также в судебном заседания о действиях ФИО3, согласно которым последний перед дверью квартиры достал биту, первым кинулся в квартиру, нанес удары битой потерпевшим, в результате чего Потерпевший №1 упал на пол, после чего тому (Потерпевший №1) ФИО1 нанес несколько ударов ножом, а затем он же (ФИО1) побежал в комнату догонять второго потерпевшего Потерпевший №2, необходимо признать в качестве явки с повинной, либо иного смягчающего вину обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ. При этом обращает внимание, что суд сам в описательно-мотивировочной части приговора указал, что ФИО2 в ходе судебного следствия вину в совершении преступлений признал частично, что, по мнению государственного обвинителя, свидетельствует о наличии в действиях ФИО2 смягчающего вину обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ - активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, адвокат Халитов Р.М. просит приговор отменить и вынести в отношении его подзащитного оправдательный в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Считает, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «г,з» ч. 2 ст. 112, п. «а» ч. 3 ст. 11 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

По мнению адвоката, суд необоснованно не принял во внимание показания ФИО1 о том, что 21 января 2022 года братья ФИО24 избили его. Именно поэтому спустя некоторое время он (ФИО1) вместе с ФИО2 и ФИО3 вернулся в квартиру, где в отношении него были совершены противоправные действия, чтобы поговорить с Х-выми. Никакого распределения ролей между ними на применение насилия в отношении потерпевших не было. В квартире Потерпевший №2 первым набросился на ФИО2, а на него (ФИО1) из кухни выскочил Потерпевший №1 с ножом в руке. Ему (ФИО1) удалось выхватить этот нож, которым он стал размахивать, защищаясь от братьев ФИО24.

Автор апелляционной жалобы считает, что суд необоснованно опроверг доводы ФИО1 о нахождении его в состоянии необходимой обороны, положив в основу приговора противоречивые показания потерпевших.

Также полагает, что судом не дана должная оценка заключению судебно-медицинской экспертизы, согласно которой у ФИО1 имела место рана пальца правой руки ( т. 2 л.д. 167-169), тогда как данное телесное повреждение подтверждает показания ФИО1 о его оборонительных действиях от насилия, опасного для жизни, примененного Потерпевший №1

По мнению адвоката, судом необоснованно не принято во внимание и не дана должная оценка доказательству невиновности ФИО1 – протоколу его объяснения от 22 января 2022 года, в котором он описывает агрессивные действия потерпевших и наличие реальной угрозы со стороны Потерпевший №1, набросившегося на него с ножом.

С учетом изложенного полагает, что ФИО1 действовал исключительно в рамках необходимой обороны, учитывая субъективное восприятие им возникшей конфликтной ситуации и насильственных действий со стороны потерпевших.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах осужденного ФИО2, адвокат ФИО21 просит приговор в отношении своего подзащитного также отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания.

По мнению адвоката, выводы суда о виновности ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, п.п. «г,з» ч.2 ст.112 УК РФ не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, и не подтверждаются доказательствами, поскольку ФИО2 не имел умысла на причинение тяжкого вреда Потерпевший №2, а также среднего вреда здоровью Потерпевший №1, он (ФИО2) с ФИО1 и ФИО3 заранее об этом не договаривался, ударов Потерпевший №2 не наносил, никаких предметов не использовал. Как следует из показаний ФИО2, он не пошел бы в квартиру, где были ФИО24, если бы знал, что ФИО1 будет всех «резать ножом». Сам же он нанес лишь несколько ударов руками и ногами Потерпевший №1

В связи с этим, по мнению адвоката, с учетом заключений судебно-медицинских экспертиз действия ФИО2 по факту причинения телесных повреждений Потерпевший №1 необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 115 УК РФ, поскольку все сомнения должны толковаться в пользу обвиняемого (статья 14 УПК РФ).

Кроме того полагает, что судом не учены противоправные действия самих потерпевших, явившиеся поводом для преступления, и факт того, что Потерпевший №2 первым нанес удар ФИО2 в область головы.

Выслушав участников процесса, проверив доводы апелляционных представления и жалоб, изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия апелляционной инстанции нарушений уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену постановленного по настоящему уголовному делу приговора, вопреки доводам представления и жалоб, не находит.

ФИО1 и ФИО2 обоснованно осуждены за совершение преступлений, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Фактические обстоятельства совершенных осужденными преступлений, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, в том числе характеризующие место, время и способ совершения преступлений, а также правильные выводы суда о виновности последних в содеянном, соответственно, установлены и основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре: показаниях на досудебной стадии производства самих осужденных, а также ФИО3, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью; показаниях потерпевших братьев ФИО24; свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО14, ФИО19, ФИО15; протоколах следственных действий; заключениях судебно-медицинских экспертиз и других доказательствах, содержание которых подробно приведено в приговоре.

В частности, из показаний потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1, как на предварительном следствии, так и в суде, следует, что в день произошедших событий между ними с одной стороны и ФИО1 с ФИО2 с другой в квартире общего знакомого ФИО17, где они совместно употребляли спиртные напитки, произошел конфликт, после чего ФИО1 и ФИО2 ушли. Через некоторое время в дверь квартиры постучали. Они (Потерпевший №2 и Потерпевший №1), поскольку сидели на кухне за столом ближе всех к выходу, пошли открывать дверь. Как только ее открыли, ранее незнакомый им ФИО3, который пришел вместе с ФИО1 и ФИО2, сразу нанес по одному удару по голове битой каждому из них, от чего Потерпевший №1 упал на пол, а Потерпевший №2, удержавшись на ногах, попятился в комнату. После этого ФИО1 и ФИО2 стали вместе избивать лежащего на полу Потерпевший №1, который, защищаясь от ударов, прикрыл голову руками и курткой. А ФИО3 проследовал в комнату за Потерпевший №2, где так же стал его избивать. К тому присоединился ФИО2. Последние били Потерпевший №2 руками и ногами. После чего в комнату забежал ФИО1 и крикнул «Держите его». Тогда ФИО3 и ФИО2 схватили Потерпевший №2 сзади за цепочку и стали душить. В это время ФИО1 нанес ему (Потерпевший №2) по телу удары ножом. Братья ФИО24 поочередно выбежали из квартиры, при этом в подъезде дома Потерпевший №2, догнав его, ФИО1 нанес еще один удар ножом в спину. Потерпевший №1, находясь на улице, понял, что ему были причинены наряду с другими и ножевые ранения.

Показания братьев ФИО24 об обстоятельствах избиения их осужденными, являющиеся последовательными и неизменными в части изложения значимых для разрешения дела сведений на протяжении всего производства по делу, полностью согласуются с показаниями свидетелей обвинения, перечисленных выше по тексту апелляционного определения, из которых ФИО17, ФИО18, ФИО19 явились очевидцами происшедших событий, а также с заключениями экспертов о характере повреждений у потерпевших и их локализации, механизме причинения и тяжести.

Оснований для оговора осужденных потерпевшими, а также какой-либо заинтересованности в исходе дела со стороны свидетелей, в том числе, являвшихся очевидцами совершенных преступлений, установлено не было, в связи с чем суд обоснованно положил их показания в основу вывода о виновности осужденных.

Более того, показания потерпевших подтверждаются и показаниями самих осужденных на досудебной стадии производства по делу.

Так, допрошенный в качестве подозреваемого в присутствии своего защитника ФИО1 показывал, что после конфликта, возникшего между ним с ФИО2 с одной стороны и братьями Х-выми с другой в квартире ФИО17, он, отлежавшись у себя дома, пошел к ФИО2, где они вместе стали пить пиво. В ходе разговора они решили вернуться в квартиру к ФИО17, чтобы ФИО24 «показать свою силу» и при необходимости побить. Он с собой взял кухонный нож, который показал ФИО2, пояснив, что этим ножом припугнет ФИО24. Также позвонил общему знакомому ФИО3, позвал его с собой, чтобы у них был численный перевес. ФИО3 пришел с битой. Они втроем отправились в квартиру ФИО17. Когда вошли в квартиру, он Потерпевший №1 нанес около двух ударов ножом, после этого побежал за Потерпевший №2, которому тоже нанес ножом около двух-трех ударов. Когда последний убежал из квартиры, он подошел к лежащему на полу Потерпевший №1 и спросил, все ли у того нормально. Потерпевший №1 ответил, что все нормально, после чего он, ФИО3 и ФИО2 друг за другом ушли из квартиры (том 2, л.д.136-139).

После предъявления обвинения в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Потерпевший №2 с применением ножа ФИО1 виновным себя признал полностью, подтвердив свои показания, данные в качестве подозреваемого (том 2, л.д.148-150).

В ходе очной ставки с потерпевшим Потерпевший №1, который подтвердил свои показания об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений, ФИО1 не отрицал нанесение тому ножевых ранений (том 2 л.д.182-185).

ФИО2, допрошенный в качестве подозреваемого в присутствии своего защитника, показывал, что когда во время распития пива в его квартире ФИО1 предложил «дать сдачи» братьям ФИО24, то показал ему нож, пояснив, что этим ножом припугнет ФИО24. Также ФИО1 пригласил с собой ФИО3, который пришел с битой. Когда зашли в квартиру ФИО17, в руках ФИО1 был нож, а в руках ФИО3 бита. Последний каждому из братьев ФИО24 нанес по одному удару по голове битой. От полученного удара Потерпевший №1 упал на пол, а он (ФИО2) наклонился и нанес тому несколько ударов руками и ногами, а ФИО1 – ножом. Остальные события он не помнит, т.к. находился в состоянии опьянения. Смутно помнит, что заходил в комнату, где находился Потерпевший №2 (том 2, л.д. 92-95).

Приведенные показания осужденных на предварительном следствии полностью согласуются с показаниями потерпевших, а также иными исследованными в судебном заседании, положенными в основу обвинительного приговора. При этом оснований для самооговора не установлено. Правила допроса, установленные уголовно-процессуальным законом, соблюдены. ФИО1 и ФИО2 были допрошены с участием защитников, каких-либо заявлений лиц, участвующих в допросах, протоколы не содержат. Правильность изложенных в них сведений удостоверена подписями самих осужденных. Замечаний по содержанию текста протоколов от участвующих лиц, в том числе и от адвокатов, не поступало.

Таким образом, у суда не имелось оснований ставить под сомнение вышеприведенные показания ФИО1 и ФИО2, они оценены судом в совокупности с другими доказательствами, обоснованно признаны достоверными и положены в основу приговора. В связи с чем изменение показаний осужденными относительно обстоятельств причинения потерпевшим телесных повреждений, расценивается как способ защиты, связанный с желанием уменьшить степень ответственности за содеянное. Исследованные судом первой инстанции показания ФИО1 и ФИО2 в ходе всего досудебного производства по делу и судебного следствия свидетельствуют лишь о свободе выбора ими позиции защиты по делу. При этом судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем показаниям осужденных. Судом правильно признаны достоверными те показания осужденных, которые соответствуют совокупности имеющейся в деле доказательств, поэтому они обоснованно использованы судом при установлении обстоятельств, указанных в статье 73 УПК РФ.

Вместе с тем приговор суда в этой части подлежит изменению, поскольку суд в обоснование своего вывода о виновности осужденных сослался в приговоре также на заявление ФИО1 о чистосердечном признании (т. 2, л.д. 126).

Признавая данное заявление о чистосердечном признании доказательством по делу, суд не принял во внимание, что оно получено в отсутствие адвоката до придания ФИО1 статуса подозреваемого. В судебном заседании ФИО1 с предъявленным ему обвинением не согласился.

В соответствии со ст. 75 УПК РФ любые доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми и не могут быть положены в основу обвинения. К числу недопустимых доказательств относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в отсутствие защитника и не подтвержденные в судебном заседании.

В связи с этим судебное решение подлежит изменению, с исключением ссылки на заявление о чистосердечном признании ФИО1 (т. 2, л.д. 126), как на доказательство вины осужденных в совершении преступления.

Внесение данных изменений в приговор не влияет на доказанность вины осужденных и квалификацию их действий, поскольку их виновность в содеянном подтверждена достаточной совокупностью других доказательств, подробно изложенных в приговоре.

Вопреки доводам жалоб, все остальные положенные в основу приговора доказательства были получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. ст. 87 и 88 УПК РФ проверены судом и оценены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают и каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 в содеянном, не содержат.

Судебная коллегия отмечает, что все доводы, изложенные в апелляционных жалобах, о неправильной оценке доказательств по существу сводятся к переоценке доказательств, исследованных судом и оцененных по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Несовпадение оценки доказательств, данной судом в обвинительном приговоре, с позицией стороны защиты не свидетельствует о нарушении требований ст. 88 УПК РФ.

Суд мотивировал, почему отдал предпочтение одним доказательствам и отверг другие, в том числе показания ФИО2, отрицавшего применение им насилия к Потерпевший №2, а также показаниям обоих осужденных об отсутствии у них предварительного сговора на причинение телесных повреждений потерпевшим с применением предметов, используемых в качестве оружия, в том числе ножа, а также о согласованности их действий в момент совершения преступлений.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Нарушений права осужденных на защиту ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не допущено. Как следует из протокола судебного заседания, суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. При этом сторона защиты активно пользовалась предоставленными законом правами, в том числе, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Все заявленные стороной защиты ходатайства были разрешены в установленном законом порядке. В каждом случае выяснялось мнение сторон по заявленным ходатайствам. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе проведения предварительного расследования и судебного разбирательства не допущено. Процессуальных нарушений при производстве предварительного расследования, в том числе при проведении следственных действий с участием осужденных и потерпевших, а также данных, указывающих на неполноту судебного следствия, судебной коллегией не установлено.

В соответствии с установленными фактическими обстоятельствами дела действия ФИО1 и ФИО2 правильно квалифицированы судом, как преступления, предусмотренные:

- п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия;

- п.п. «г,з» - умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Оснований для иной юридической квалификации содеянного осужденными, переквалификации их действий на менее тяжкие преступления судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалоб защитников осужденных, ФИО1 и ФИО2 обоснованно оба признаны виновными в умышленном причинении тяжкого и среднего вреда здоровью потерпевших, поскольку они совместно нанесли удары по голове, туловищу и конечностям потерпевших, в том числе применяя предметы, используемые в качестве оружия (нож и биту), умысел каждого был направлен на причинение вреда здоровью потерпевших, что объективно подтверждает достижение ими преступного результата: потерпевшему Потерпевший №1 были причинен вред здоровью средней тяжести, а потерпевшему Потерпевший №2 тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Квалифицирующий признак совершения каждого преступления в составе группы лиц по предварительному сговору нашел свое полное подтверждение в судебном заседании.

Судом сделан верный вывод о том, что ФИО1 и ФИО2 предварительно договорились между собой и с лицом, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью, в квартире ФИО2 на применение насилия в отношении потерпевших, при этом ФИО1 взял с собой нож, а лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи со смертью, биту. В ходе совершения преступления, соучастники, действуя совместно и согласованно, нанесли удары, в том числе предметами, используемыми в качестве оружия (ножом и битой) в область жизненно-важных органов потерпевших. При этом каждый из них предвидел и сознательно допускал причинение в результате своих действий тяжкого и среднего вреда здоровью потерпевших, то есть действовали умышленно.

Приведенные в приговоре по этому поводу мотивы убедительны, соответствуют требованиям ч. 2 ст. 35 УК РФ и подтверждаются совокупностью исследованных доказательств.

Довод апелляционной жалобы адвоката ФИО21 о том, что в действиях ФИО2 отсутствуют составы преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ и п.п. «г,з» ч.2 ст. 112 УК РФ, поскольку заранее он с ФИО1 об использовании ножа в качестве оружия не договаривался, сам никакого предмета не использовал, являются несостоятельными. Судом правильно установлено, что умысел ФИО2 и его соучастников был направлен на умышленное причинение потерпевшим телесных повреждений, их действия носили согласованный характер, что свидетельствует о наличии между ними предварительного сговора на совершение преступлений с применением предметов, используемых в качестве оружия, в процессе которых был причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего Потерпевший №2 и средний вред здоровью потерпевшего Потерпевший №1, при этом все соучастники преступления наносили потерпевшим множественные удары по голове и телу, в том числе, ФИО1 – ножом, а лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью - битой, используемыми в качестве оружия. Тот факт, что осужденный ФИО2 лично не наносил потерпевшим ударов этими предметами, не влияет на квалификацию им содеянного.

Наличие квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», объективно подтверждено совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, судебная коллегия находит его правильными, поскольку о наличии между осужденными предварительного сговора на преступления свидетельствует, прежде всего, согласованный характер их действий. Из исследованных доказательств видно, что осужденные, преследуя причинения телесных повреждений потерпевшим, действуя слаженно во исполнение единого умысла, помогали друг другу в достижении задуманного. Так, в то время, когда ФИО1 наносил каждому из потерпевших удары ножом, ФИО2 наносил им удары руками и ногами, тем самым лишая их возможности защищаться от действий ФИО1 Действия осужденных были очевидны для каждого из них, каждый принимал действия другого, соглашался с ними, с места преступления они скрылись вместе. При этом соучастники осознавали преступный характер своих действий, действовали согласованно, одновременно причиняя телесные повреждения, подавляли возможность потерпевшего к сопротивлению, облегчая тем самым достижение преступной цели.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО21, указанные действия ФИО2, который непосредственно участвовал в процессе причинения телесных повреждений потерпевшим, а значит должен был и мог предвидеть причинение любого вреда здоровью, в том числе и тяжкого, и среднего, свидетельствуют об умышленном, групповом характере его действий, что в полной мере соответствует положениям уголовного закона, признающего совершение данного преступления группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение тяжкого либо среднего вреда здоровью, к нему с той же целью присоединилось другое лицо и необязательно, чтобы повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, были причинены каждым из соучастников.

Доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО22 о том, что ФИО1 находился в состоянии необходимой обороны либо превысил ее, собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями очевидцев, не подтверждаются. Данные доводы тщательно проверялись, и обоснованно опровергнуты судом первой инстанции по мотивам, которые суд апелляционной инстанции находит верными и убедительными и отмечает, что сама версия стороны защиты о том, что ФИО1 нож, которым были причинены ножевые ранения потерпевшим, отобрал у потерпевшего Потерпевший №1, первым напавшего на него, возникла только на стадии судебного разбирательства дела и никем, даже соучастниками ФИО1 подтверждена не была, напротив полностью, бесспорно опровергнута всей совокупностью положенных в основу приговора доказательств.

Вопреки доводам, как апелляционных жалоб, так и апелляционного представления государственного обвинителя ФИО13 о том, что судом учтены не все юридически значимые обстоятельства, влияющие на выводы суда о виновности осужденных и квалификацию их действий, как уже отмечалось выше, районным судом всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании представленные сторонами доказательства, с соблюдением требований ст. ст. 87 и 88 УПК РФ они проверены и оценены в приговоре, каких-либо существенных противоречий в выводах суда, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 в содеянном и квалификации их действий, не содержат.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия считает необходимым внести в приговор изменения в части описания преступный деяний совершенных осужденными, поскольку согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре», использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается. Если дело в отношении другого обвиняемого выделено в отдельное производство, прекращено в связи со смертью, то в приговоре указывается, что преступление совершено с другими лицами без указания фамилии, но с указанием принятого в отношении него процессуального решения.

В нарушение этих требований в описательно-мотивировочной части приговора в отношении ФИО1 и ФИО2 судом указано на совершение ими преступления по предварительному сговору с ФИО3, уголовное дело в отношении которого было прекращено в связи со смертью, поэтому обвинительный приговор в отношении которого не постановлялся. В связи с этим судебная коллегия также считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения, на существо и законность приговора не влияющие.

При назначении наказания осужденным ФИО1 и ФИО2 суд исходил из характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, личности виновных, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи, а также с учетом смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств.

В отношении ФИО2 отягчающим наказание обстоятельством по каждому из совершенных им преступлений обоснованно признан рецидив преступлений, с правильным установлением его вида по каждому из преступлений.

Также судом учтено состояние здоровья ФИО2, наличие постоянного места жительства, где он характеризуется положительно, частичное признание вины в совершении преступлений.

Одновременно суд указал об отсутствии обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, с чем судебная коллегия согласиться не может.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ и разъяснениями, данными в абз. 2 п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», перечень обстоятельств, смягчающих наказание (ч.1 ст.61 УК РФ), не является исчерпывающим, суд вправе признать смягчающими наказание осужденного любые обстоятельства, такие как признание вины, в том числе и частичное, его состояние здоровья и др.

Поэтому установленные судом первой инстанции неудовлетворительное состояние здоровья ФИО2, частичное признание им вины, а также наличие постоянного места жительства, где он характеризуется положительно, судебная коллегия считает необходимым признать смягчающими наказание осужденного ФИО2, исключив из приговора выводы об отсутствии смягчающих его наказание обстоятельств.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств районным судом не установлено.

Вместе с тем, при назначении ему наказания суд указал об учете его более активной роли в совершении преступлений по сравнению с ФИО2.

В силу разъяснений, данных в абз. 3 п. 28 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, предусмотренный ст. 63 УК РФ перечень обстоятельств, отягчающих наказание, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. С учетом изложенного, обстоятельства, отягчающие наказание, в приговоре должны быть указаны таким образом, как они прописаны в уголовном законе. При этом признание каких-либо других обстоятельств, влияющих на наказание осужденного в сторону ухудшения его положения, уголовным законом не допускается.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия ссылку суда об учете при назначении наказания более активной роли ФИО1 в совершении преступления по сравнению с ФИО2 считает необходимым из приговора исключить.

Смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством районный суд признал наличие на иждивении двоих малолетних детей.

При этом также учел состояние его здоровья, состояние здоровья его матери, имеющей неизлечимое заболевание, наличие постоянного места жительства, где он характеризуется с положительной стороны, написание чистосердечного признания в ходе следствия.

Неудовлетворительное состояние здоровья осужденного ФИО1 и его матери, а также наличие у него постоянного места жительства, где он характеризуется положительно, написание чистосердечного признания в ходе следствия, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ признать смягчающими наказание обстоятельствами по аналогичным мотивам, приведенным выше по тексту апелляционного определения в отношении ФИО2

Кроме того, при назначении ФИО1 и ФИО2 наказания суд не обсудил вопрос о наличии или отсутствии в их действиях такого смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления. Какого-либо мотивированного суждения о невозможности признания в их действиях данного смягчающего наказание обстоятельства в приговоре не содержится.

Вместе с тем, по смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления. Кроме того, любые законные действия, направленные на изобличение соучастника преступления, также является обстоятельством, смягчающим наказание, предусмотренным п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, даже при единичном факте активного содействования изобличению соучастника преступления.

В качестве доказательств виновности осужденных судом, наряду с другими доказательствами, признаны показания ФИО1 и ФИО2 в качестве подозреваемых, согласно которым первый сразу после задержания дал показания, в которых раскрыл практически все обстоятельства преступлений, в совершении которых он и был признан виновным по приговору суда, а ФИО2 в своих показаниях изобличил ФИО1 и третьего соучастника, уголовное преследование которого было прекращено в связи со смертью, что также способствовало правильному установлению всех обстоятельств по делу, подлежащих доказыванию.

В связи с изложенным судебная коллегия считает необходимым дополнительно признать смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ:

в отношении ФИО1 - активное способствование расследованию преступлений;

в отношении ФИО2 – активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений.

Иных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью, поведением осужденных во время и после их совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного ими, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы апелляционных жалоб защитников осужденных о противоправности поведения потерпевших, явившегося поводом для преступления, не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим обстоятельством признается противоправность или аморальность поведения потерпевшего, которое непосредственно явилось поводом к преступлению. Однако такого поведения со стороны потерпевших судом не установлено.

Как видно из материалов уголовного дела, преступление совершено осужденными ФИО1 и ФИО2 на почве личных неприязненных отношений братьям ФИО24, возникших в результате произошедшего между ними незадолго до рассматриваемых конфликта в ходе совместного распития спиртных напитков. При этом объективных данных, свидетельствующих о том, что в ходе этого конфликта ФИО1 и ФИО2 потерпевшими Х-выми был причинен какой-либо вред здоровью, материалы дела не содержат. Не представлено таковых и суду апелляционной инстанции. Поэтому предусмотренных законом оснований для признания наличия в действиях осужденных смягчающего их наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО21, не имеется.

Мотивы необходимости назначения ФИО1 и ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, отсутствия оснований для применения к ним положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ, в приговоре приведены, и не согласиться с ними оснований не имеется даже с учетом вносимых в приговор изменений.

Отмена предыдущего условного осуждения ФИО1 безусловна, в связи с совершением им в период испытательного срока преступления, относящегося к категории особо тяжких.

Вид исправительного учреждения назначен осужденным согласно п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, в связи с признанием дополнительных смягчающих наказание осужденных обстоятельств, фактического исключения ухудшающего положение ФИО1 обстоятельства, судебная коллегия считает необходимым смягчить назначенное обоим осужденным наказания путем сокращения его срока, как по каждому из преступлений, так и окончательного. При этом в отношении ФИО1 суд апелляционной инстанции применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ по всем преступлениям, по которым он осужден. При смягчении наказания ФИО2 эти положения закона не применимы в силу запрета, обусловленного наличием в его действиях отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений. Однако совокупность признаваемых судебной коллегией обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, позволяет применить положения ч.3 ст.68 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, суд

определил:

приговор Курчатовского районного суда г.Челябинска от 15 мая 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

- в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступных деяний вместо ФИО3 везде указать «лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи со смертью»;

- исключить ссылку суда на чистосердечное признание ФИО1 (том 2, л.д.126), как на доказательства вины осужденных;

- исключить ссылку суда при разрешении вопроса о назначении наказания ФИО1 на его более активную роль в совершении преступлений;

- исключить вывод суда об отсутствии смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств;

- признать смягчающими наказание ФИО2 обстоятельствами по каждому из преступлений неудовлетворительное состояние его здоровья, наличие постоянного места жительства, где он характеризуется положительно, частичное признание вины в совершении преступлений, активное способствование изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений;

- признать дополнительно смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами по каждому из преступлений неудовлетворительное состояние здоровья и его матери, наличие постоянного места жительства, где он характеризуется положительно, написание чистосердечного признания в ходе следствия, активное способствование расследованию преступлений;

- смягчить назначенные ФИО2 наказания в виде лишения свободы путем сокращения его срока с применением положений ч.3 ст.68 УК РФ по п.п. «г,з» ч.2 ст.112 УК РФ до одного года девяти месяцев, по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ до трех лет девяти месяцев;

- смягчить назначенные ФИО1 наказания в виде лишения свободы путем сокращения его срока с применением положений ч.1 ст.62 УК РФ по п.п. «г,з» ч.2 ст.112 УК РФ до двух лет трех месяцев, по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ до четырех лет трех месяцев.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком пять лет.

На основании ч.5 ст.74 УК РФ отменить условное осуждение ФИО1 по приговору Курчатовского районного суда г.Челябинска от 05 мая 2021 года и в соответствии со ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого по нему наказания к вновь назначенному назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком пять лет шесть месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок один год три дня.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору Миасского городского суда Челябинской области от 02 августа 2022 года окончательно ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы сроком пять лет девять месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок один год три дня с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком четыре года шесть месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, иные доводы апелляционного представления государственного обвинителя Суходоева А.Г., апелляционных жалоб адвокатов Тюльковой Н.В. и Халитова Р.М - без удовлетворения.

Настоящее судебное решение вступает в законную силу с момента его вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения, а осужденными в тот же срок с момента вручения им копии данного решения с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: