Судья Роговая С.А. дело №22-4271/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 14 ноября 2023 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Захаров В.А.,

при секретаре Долгай Ю.М.,

помощнике судьи Ускове С.В.,

с участием:

прокурора Семченко М.И.,

потерпевшей ФИО3,

потерпевшей ФИО2,

представителя потерпевших ФИО3, ФИО2 – адвоката Ковальчук Я.А.,

осужденного ФИО1,

адвоката Кузнецова В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шалахова А.Н., апелляционным жалобам представителя потерпевших ФИО2, ФИО3 – адвоката Ковальчук Я.А., осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда г. Ставрополя от 29 июня 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, являющийся <данные изъяты>, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, имеющий на иждивении четверых малолетних детей, ранее судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ Грачевским районным судом Ставропольского края по ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ, ч. 2 ст. 159 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года строгого режима; 04.09.2015 – освобожден по отбытию наказания;

осужденный:

- ДД.ММ.ГГГГ Промышленным районным судом г. Ставрополя по ч. 2 ст. 159 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год 7 месяцев, условно с испытательным сроком 2 года 10 месяцев;

ОСУЖДЕН по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ФИО2) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком на 1 год.

Возложена на осужденного ФИО1 обязанность в период испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за проведением условно осужденных, являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных.

Мера процессуального принуждения, избранная в отношении ФИО1, в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации ущерба, причиненного преступлением <данные изъяты> рублей, оставлен без удовлетворения.

По этому же приговору ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации (по эпизоду с ФИО3) признан невиновным и оправдан за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Признано за ФИО1 право на реабилитацию и разъяснен ему порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в соответствии со ст. ст. 133-138 УПК РФ.

Приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ постановлено исполнять самостоятельно.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Захарова В.А. изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб, выступления прокурора Семченко М.И., просившей приговор изменить, в вводной части приговора указав о секретаре судебного заседания и государственных обвинителях, исключения из описательно-мотивировочной части указания о возможности сохранения условного осуждения по приговору Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ, отмене приговора в части оправдания ФИО1 по эпизоду в отношении ФИО3 и направлении дела в этой части на новое рассмотрение, выступления адвоката Ковальчук Я.А., потерпевших ФИО3, ФИО2, поддержавших доводы жалоб о назначении реального срока отбывания наказания и отмене приговора в части оправдания по одному эпизоду, выступления адвоката Кузнецова В.В., осужденного ФИО1, просивших приговор отменить, вынести по эпизоду с ФИО2 оправдательный приговор, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину (по эпизоду ФИО2), при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шалахов А.Н. просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о возможности сохранения условного осуждения по приговору Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ и отсутствии оснований для применения ст. 70 УК РФ; указать в вводной части приговора о секретарях судебного заседания и государственных обвинителях кто участвовал по делу; отменить приговор в части оправдания ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, по эпизоду в отношении ФИО3, в этой части уголовное дело передать на новое рассмотрение. Указывает, что мошенничество ФИО1 было окончено 05.02.2020, а приговор Промышленного районного суда <адрес> постановлен 19.07.2021, в связи с чем отсутствуют основания применения ст. 70 УК РФ в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ. Не соглашается с оправданием ФИО1 по эпизоду совершения мошенничества в отношении потерпевшей ФИО3, приводит в обоснование своей позиции обстоятельства заключения договора, передачу денежных средств, считает, что является необоснованным указание суда на наличие гражданско-правовых отношений, поскольку, по мнению автора представления, ФИО1 желал завладеть деньгами и договор служил лишь прикрытием преступных намерений.

В апелляционной жалобе адвокат Ковальчук Я.А. в интересах потерпевшей ФИО2 просит приговор изменить, исключить применение ст. 73 УК РФ, по эпизоду с ФИО2, просит назначить наказание в виде реального срока лишения свободы с назначением дополнительного наказания в виде запрета осуществления деятельности, связанной с выполнением административно-хозяйственных функций в юридических лицах и осуществления вида деятельности, связанной с оказанием юридической помощи, взыскать с осужденного причиненный преступлением ущерб, исключить применение ст. 70 УК РФ в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ, отменить приговор в части оправдания по эпизоду ФИО3 и в этой части передать уголовное дело на новое рассмотрение. Считает назначенное условное наказание чрезмерно мягким и просит исключить ст. 73 УК РФ. Обращает внимание, что ФИО1 с 2010 года неоднократно привлекался к ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ст.ст. 158, 159 УК РФ. Указывает, что по приговору от 2014 года он осуждался за тяжкое и средней тяжести преступления, освободился в 2015 году, а также по приговору от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ, таким образом, в его действиях усматривается рецидив преступлений. Просит обратить внимание, что ФИО1 вину в совершенных преступлениях не признал и не раскаялся. Считает необоснованным признание суда в качестве смягчающих вину обстоятельств наличие троих детей на иждивении. Поскольку осужденный должен выполнять обязанности по воспитанию и материальному содержанию ребенка, кроме того, имеется у осужденного задолженность по алиментам, сам осужденный не принимает участие в воспитании детей. Считает, суд не обоснованно не принял во внимание позицию потерпевших и государственного обвинителя, просивших назначить ФИО1 наказание в виде реального срока лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Ковальчук Я.А. в интересах потерпевшей ФИО3 приводит аналогичные доводы, дополнив тем, что в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие вину ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ в отношении ФИО3, а вывод суда о наличии гражданско-правовых отношений является необоснованным.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить, по предъявленному обвинению оправдать. Указывает, что он был председателем правления товарищества, и он мог заключать договор возмездного оказания услуг с ФИО2 Полагает, что имеющиеся в материалах дела документы свидетельствуют о том, что осужденным предпринимались действия по исполнению условий договора. Указывает, что при обращении к нему за оказанием юридических услуг ФИО2 сообщила недостоверные сведения. Обращает внимание, что ФИО2 пыталась мошенническим путем похитить не принадлежавший земельный участок, о чем стало известно лишь после получения денежных средств. Указывает, что ФИО2 не являлась членом <данные изъяты> и не может претендовать на получение в собственность бесплатно земельного участка. Полагает, все действия связанные с получением юридической помощи ФИО2 проводила специально для придания видимости законности своей деятельности.

В возражениях на апелляционные жалобы представителя потерпевших и апелляционного представления государственного обвинителя, сторона защиты осужденного ФИО1 просит приговор в части оправдания осужденного оставить без изменения, апелляционные жалобы и представление - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, и возражений на них, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению, в связи с неправильным применением уголовного закона.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Указанные требования закона, судом первой инстанции выполнены не в полной мере.

Вопреки доводам осужденного и его защитника, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ФИО2) основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, представленных стороной обвинения, а именно:

показаниями потерпевшей ФИО2, данными ею в судебном заседании, о том, что ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 стал убеждать ее, провести водопровод на улице в <данные изъяты>, где находится ее участок, что нужно для этого <данные изъяты> рублей. ФИО1 приехал за деньгами, у нее были наличные, он написал расписку. ФИО1 уверял, что проложат трубы и проведут воду, когда растает снег, ничего в итоге не случилось;

показаниями свидетеля ФИО7 в 2021 году, весной, к нему обратилась ФИО2, так как ФИО1 взялся оформлять ее земельный участок, но, 2 года не мог ничего сделать. ФИО1 по поводу ФИО2 не обращался к нему, он посоветовал поменять ФИО1 на другого юриста. ФИО2 (ФИО2) была членом товарищества. ФИО2 пришла к нему, и сказала, что ей советуют написать на ФИО1 заявление, так как помимо денег за участок, ФИО1 взял с нее деньги за строительство водопровода. Водопровод на семи улицах, из восьми проведен в ДСНТ. Где участок ФИО2, там воды нет, так как средств не хватило. Деньги все сдаются в качестве членских взносов в кассу, садоводам выдают квитанции. Товарищество, на тот момент, когда ФИО1 собирал деньги, занималось тем, что гасило долги перед подрядчиками, с подрядчиками до конца не рассчитались. Никто, кроме председателя не имеет права подписывать документы, осуществлять финансовые операции. Деньги передаются в товарищество, в кассу, кассир корешок делает приходного ордера. В 2021 году в июле месяце он погасил все долги перед подрядчиками и собирался провести воду. Но, вода до сих пор не проведена;

показаниями свидетеля ФИО8, что с ДД.ММ.ГГГГ занимает должность юрисконсульта в водоканале г. Ставрополя. В его обязанности входит: взыскивание кредиторской задолженности, консультация по вопросам, относящихся к его компетенции, ответы на запросы контрагентов и третьих лиц. В январе 2022 он был вызван по вопросу: «обращался ли ФИО1 в водоканал по <данные изъяты>?». Договора по <данные изъяты> нет. У них есть договор с «<данные изъяты>», к которому подключены другие ДСНТ, которым не нужно согласовывать с водоканалом вопросы подключения. Подключение воды определенных участков <данные изъяты> было б нецелесообразно и затратно;

показаниями свидетеля ФИО4, что с 2020 года она является собственником участка в <данные изъяты>, который находится недалеко от участка ФИО2. В мае 2021 года она, ФИО2, и соседка на их улице <данные изъяты> организовали благоустройство дороги. Была определена сумма и ФИО1 сказал, что он представляет интересы ФИО2 в суде, так как ее дача не была приватизирована. На их улице в <данные изъяты> не построен водопровод, хотя на всех остальных улицах есть, взнос за воду был оплачен в 2011 году. ФИО1, опубликовал требование о возврате взноса за водопровод ФИО2, он посоветовал и ей обратиться за возвратом взноса, который был внесен в момент управления <данные изъяты>. ФИО1 был членом правления, у него не было участка в <данные изъяты>;

показаниями свидетеля ФИО5, что ФИО2 давала ФИО1 деньги на приватизацию земельного участка или проведение воды, он деньги не возвратил. Она является с 2018 членом правления <данные изъяты>, а с 2011 года членом товарищества <данные изъяты>. ФИО1 является председателем <данные изъяты>. В 2017 году, он взял 6000 рублей у нее, на то, чтобы поставить отдельный трансформатор для их улицы. ФИО1 рассказывал, что служил в Чечне, ФСБ и она ему доверяла. Она обращалась к ФИО1 с просьбой вернуть <данные изъяты> рублей, он первый раз говорил, что вернет, прошло полгода, но он не отдал. Потом ФИО1 пригрозил ей и оскорбил. Она не обращалась в полицию по данному поводу;

согласно справки о доходах ФИО2 ее средняя месячная заработная плата на период совершения преступления осужденным составляла <данные изъяты> рублей.

Кроме этого, вина осужденного в совершении мошенничества с причинением значительного ущерба потерпевшему подтверждается протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого был осмотрен участок местности по адресу: <адрес>, где ФИО2 передала денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей ФИО1

Вопреки доводам жалобы осужденного, сам ФИО1 косвенно подтвердил данные обстоятельства что брал деньги от потерпевшей, перечислив на счет ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, указав в назначении платежа возврат ранее полученных денежных средств на строительство подземного водопровода.

Являются несостоятельными доводы стороны защиты, что ФИО1 намеревался, будучи фактическим руководителем <данные изъяты> на момент передачи ему денежных средств ДД.ММ.ГГГГ, провести водопровод к участку ФИО2, поскольку им каких либо действий, направленных на строительство подземного водопровода, не осуществлялось. Более того, ФИО1 осознавал, что какими либо полномочиями, позволяющими ему выполнить взятые на себя перед ФИО2 обязательства по установке водопроводных труб к ее участку в <данные изъяты>, он не обладал. Данное обстоятельство указывает на корыстный преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, возникший у подсудимого ФИО1 при передаче ему денежных средств ФИО2 в счет оплаты за установку водопроводных труб, заранее не намереваясь выполнять взятые на себя обязательства.

Судом правильно установлено, что ФИО1 имея умысел на мошенничество, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ путем обмана, под заведомо надуманным для него предлогом установки водопроводных труб убедил ФИО2 передать ему денежные средства в счет оплаты за установку водопроводных труб <данные изъяты> рублей, заранее не намереваясь выполнить взятые на себя обязательства. ФИО2, будучи введенная в заблуждение относительно истинных намерений ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, находясь на автомобильной парковочной стоянке, расположенной по адресу: <адрес> передала ФИО1 денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, которыми он распорядился по собственному усмотрению.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ, так как он совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Значительный ущерб был причинен потерпевшей ФИО2 и подтвержден этот квалифицирующий признак в судебном заседании. Суд в приговоре правильно мотивировал причинение значительного ущерба, исходя из стоимости похищенного, размера причиненного ущерба и имущественного положения потерпевшей ФИО2

Из протокола судебного заседания следует, что потерпевшей ФИО2 также причинен значительный ущерб. На момент совершения ФИО1 преступления её заработная плата составляла <данные изъяты> рублей, на коммунальные услуги – около <данные изъяты> рублей; кредит – <данные изъяты> рублей; лекарства – около <данные изъяты> рублей, а остальные деньги она тратила на проживание.

В суде апелляционной инстанции потерпевшая ФИО2 подтвердила, что ее зарплата тогда составляла <данные изъяты> рублей. Средний совокупный доход с ее мужем составлял на момент совершения преступления <данные изъяты> рублей. В тот период в Ростове-на-Дону обучался их сын. Они обеспечивали его материально, оплачивали за его питание, одежду, проживание. Из этих <данные изъяты> рублей за один месяц, которые уточнила потерпевшая, она оплачивала коммунальные услуги – около <данные изъяты> рублей; кредит – <данные изъяты> рублей; лекарства – около <данные изъяты> рублей, а также питание семьи.

Таким образом, причиненный ущерб потерпевшей ФИО2 в сумме <данные изъяты> рублей действительно является для неё значительным.

Вопреки доводам апелляционного представления, апелляционных жалоб, доказательства судом оценены в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, исходя из которых, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ФИО2) и обоснованно усмотрел гражданско-правовые отношения, по эпизоду с ФИО2, по осуществлению юридических услуг.

Суд считает, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, прийти к правильному выводу о его виновности, а также квалификации его действий.

Суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Какие-либо неустранимые противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его вины в совершении инкриминируемого преступления, по делу отсутствуют.

Что касается доводов представителя потерпевших и представления государственного обвинителя, то суд обоснованно усмотрел в действиях ФИО1 в отношении потерпевшей ФИО2 гражданско-правовые отношения, поскольку отсутствовал умысел у осужденного на завладение имущества, путем мошенничества по обязательствам по осуществлению юридических услуг, связанных с регистрацией права собственности на земельный участок, на общую сумму <данные изъяты> рублей.

Как следует из показаний потерпевшей ФИО2 и подтверждается исследованной в судебном заседании копией договора на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, ею был заключен договор с ФИО1, действующим на основании Свидетельства о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя, на оказание услуг. Предметом договора явилось поручение заказчика – ФИО2, исполнителю – ФИО1 оказать услуги правового характера.

Исходя из анализа показаний потерпевшей ФИО2 следует, что потерпевшая подтвердила факт оказания юридических услуг со стороны ФИО1, качество и обоснованность которых и оспаривается. Таким образом, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, проанализировав показания потерпевшей, осужденного, свидетелей в совокупности с исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, обоснованно пришел к выводу о том, что у ФИО1 отсутствовал прямой умысел на хищение денежных средств путем мошенничества по договору от ДД.ММ.ГГГГ, за оформление земельного участка, поскольку денежные средства от ФИО2 поступали в счет оплаты оказанных ФИО1 юридических услуг. Суд обоснованно пришел к выводу, что между ФИО1 и ФИО2 имелись гражданско-правовые отношения.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении гражданского иска потерпевшей ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации ущерба, причиненного преступлением в сумме <данные изъяты> рублей, так как было установлено, что не нашли своего подтверждения обстоятельства, связанные с получением ФИО1 при получении денежных средств от ФИО2 в счет оплаты оказанных им юридических услуг по договору от ДД.ММ.ГГГГ прямого умысла на их хищение путем мошенничества. Все эти вопросы потерпевшая вправе решать в гражданско-правовом суде.

Что касается доводов представления государственного обвинителя и представителя потерпевших о незаконности и необоснованности постановленного судом оправдательного приговора в отношении ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ФИО3), за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления и признании права на реабилитацию, суд апелляционной инстанции считает эти доводы несостоятельными.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 перевела, передала ФИО1 денежные средства на общую сумму <данные изъяты> рублей. ФИО1 указанные денежные средства неправомерно обратил в свою пользу, распорядившись ими по собственному усмотрению, не выполнив взятые на себя перед ФИО3 обязательства по осуществлению юридических услуг, связанных с восстановлением срока обжалования решения по наследственному делу, на общую сумму <данные изъяты> рублей, причинив потерпевшей значительный ущерб.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 договорилась и подписала договор с ФИО1, действующем на основании Свидетельства о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя, на оказание услуг. Предметом договора явилось поручение заказчика – ФИО3, исполнителю – ФИО1 оказать услуги правового характера, а именно: осуществить сбор документов необходимых для предварительного анализа и разработки позиции относительно вопроса по предстоящему спору связанного с недвижимым имуществом; представлять интересы Заказчика в судебном заседании суда 1 инстанции; судебное представительство; составление и подача исковых заявлений, встречных исковых заявлений, возражений, апелляционных жалоб в интересах Заказчика; представлять интересы Заказчика во всех государственных органах и учреждениях. В пункте 3 указанного договора определена стоимость услуг в размере 35 000 (тридцати пяти тысяч) рублей, и указаны возможные расходы, не входящие в стоимость услуг.

После чего ФИО3, в счет оплаты по договору на оказание юридических услуг, осуществила безналичные онлайн переводы, в счет оплаты по договору оказания юридических услуг денежные средства на общую сумму <данные изъяты> рублей,

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости оправдания ФИО1 по ч. 2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду с ФИО3), поскольку в судебном заседании не установлено в деянии подсудимого состава преступления в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Как следует из показаний осужденного ФИО1, данных им в судебном заседании, ФИО3 обратилась за оказанием юридической помощи, ДД.ММ.ГГГГ они заключили договор на оказание услуг. Стоимость услуг составила <данные изъяты> рублей, в стоимость услуг не входили расходы. ФИО10 сначала оплатила <данные изъяты> рублей - наличными, и потом <данные изъяты> - безналичным путем, он выдал ей чек-ордер. В процессе оказания юридических услуг не было достигнуто соглашение, в связи с чем ФИО3 попросила вернуть деньги. ДД.ММ.ГГГГ деньги были возвращены, было подписано соглашение о расторжении договора, претензий с ее стороны не было.

Как следует из показаний потерпевшей ФИО3 и подтверждается исследованной в судебном заседании копией договора на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ ею был заключен договор с ФИО1, действующем на основании Свидетельства о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя, на оказание услуг. Предметом договора явилось поручение заказчика – ФИО3, исполнителю – ФИО1 оказать услуги правового характера, а именно: осуществить сбор документов необходимых для предварительного анализа и разработки позиции относительно вопроса по предстоящему спору связанного с недвижимым имуществом; представлять интересы Заказчика в судебном заседании суда 1 инстанции; судебное представительство; составление и подача исковых заявлений, встречных исковых заявлений, возражений, апелляционных жалоб в интересах Заказчика; представлять интересы Заказчика во всех государственных органах и учреждениях. В пункте 3 указанного договора определена стоимость услуг в размере <данные изъяты> рублей, и указаны возможные расходы, не входящие в стоимость услуг. Все перечисления с банковского счета ФИО3 в адрес ФИО1, указанные в обвинении, согласно показаний, как потерпевшей так и подсудимого были сделаны в счет оплаты стоимости услуг и текущих расходов, связанных с исполнением ФИО1 договора от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 каких либо результатов по итогам своей работы заказчику ФИО3 не обещал. Условиями заключенного между ними договора желаемые результаты юридической деятельности ФИО1 не определены. Более того, в своих показаниях данный факт подтверждает потерпевшая ФИО3. Так же ФИО3 подтверждает факт оказания ФИО1 ей юридических услуг, но оспаривает их качество и обоснованность. Согласно показаниям свидетеля ФИО6, данных в судебном заседании В 2020 году, она с Крыловой договаривались о мировом соглашении. ФИО1 представлял интересы ее тети ФИО3, звонил и предлагал много вариантов мирового соглашения. Не получилось договориться с тетей по поводу недвижимости и порядка общения с ребенком потому, что ФИО3 не захотела. Свидетель ФИО9 в суде пояснил, что ФИО3 сказала ему, что у нее имеются вопросы имущественного характера и ей нужен был юрист, который решит вопрос. Он, по ее просьбе дал ей номер ФИО1, который ранее ему оказывал юридическую помощь, результатами которой он остался доволен. ФИО3 также хвалила ФИО1, что он очень активно взялся за дело. Затем, ФИО3 поясняла, что у нее есть претензии к ФИО1.

В соответствии с исследованным в суде соглашением о расторжении договора на оказание услуг от ДД.ММ.ГГГГ, подписанным ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 подтвердила, что на день подписания соглашения получила от ФИО1 денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей, уплаченную ей в счет исполнения договора от ДД.ММ.ГГГГ и не имеет претензий к ФИО1. Так же, в судебном следствии потерпевшая ФИО3 подтвердила подлинность данного соглашения и факт передачи ей денежных средств. На вопросы суда пояснила, что претензий к ФИО1 по поводу денежных средств или юридических услуг, оказанных по договору, не имеет, но просит суд строго наказать ФИО1, потому, что он не порядочный человек и многих людей обманывает, как ей стало известно. Так же пояснила, что когда шла в полицию с заявлением, не хотела возбуждения уголовного дела, а хотела наказать ФИО1, чтобы он больше никому не оказывал юридических услуг.

Отсутствие в действиях ФИО1 состава преступлению, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, по эпизоду ФИО3, подтверждается также письменными доказательствами:

- копией договора на оказание юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ;

- соглашением о расторжении договора на оказание услуг от ДД.ММ.ГГГГ, подписанным ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательства судом оценены в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии в деянии осужденного состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ по эпизоду в отношении ФИО3, поскольку в их отношениях установлен гражданско-правовой характер.

Не заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы потерпевшей стороны о том, что осужденный недобровольно вернул денежные средства, а лишь после обращения в полицию, поскольку ФИО1 предпринимал попытки по возвращению денежной суммы, осуществив первую передачу денег ДД.ММ.ГГГГ, в размере <данные изъяты> рублей, то есть до обращения ФИО3 в полицию ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, уголовное дело по этому эпизоду было возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя некоторое время, когда уже был расторгнут договор между сторонами.

Таким образом, между ФИО1 и ФИО3 имелись гражданско-правовые отношения и отсутствовал состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 159 УК РФ. ФИО1 осуществлял свою деятельность по договору, а ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 составлено и подписано соглашение о расторжении договора на оказание услуг от ДД.ММ.ГГГГ, в котором ФИО3 подтвердила, что на день подписания соглашения получила от ФИО1 денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей, уплаченную ей в счет исполнения договора и не имеет претензий к ФИО1

При таких обстоятельствах ФИО1 обоснованно оправдан судом первой инстанции по эпизоду с ФИО3, за отсутствием в его деянии состава преступления.

Вместе с тем, приведенные в апелляционной жалобе представителя потерпевшей ФИО2 – адвокатом Ковальчук Я.А. доводы о чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания, необоснованности применения ст. 73 УК РФ, то есть о несправедливости приговора, заслуживают внимания.

Согласно п. 4 ст. 389.15, ст. 389.18 УПК РФ основанием для изменения приговора является его несправедливость. Несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 6 и ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, оно должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

По смыслу закона, при учете характера общественной опасности преступления следует иметь в виду, прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред, а степень общественной опасности преступления зависит от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла.

Судебная коллегия считает, что назначенное осужденному ФИО1 наказание не отвечает указанным выше принципам и целям, поскольку не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, обстоятельства их совершения и данные о личности осужденного.

Так согласно приговора, при назначении наказания суд в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признал наличие малолетних детей, в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – добровольное возмещение имущественного ущерба. Согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом учтены положительные характеристики, молодой возраст, состояние здоровья осужденного.

Судом допущена техническая описка в приговоре, что при назначении наказания учитываются положения ст. 66 УК РФ.

Суд обосновано не усмотрел оснований для применения в отношении ФИО1 положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не учитывает мнение потерпевшей ФИО2 о назначении строгого наказания осужденному, это указание суда подлежит исключению из приговора.

Суд первой инстанции указал в качестве отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств – рецидив преступлений, однако фактически не учел это обстоятельство и назначил несправедливое наказание с применением ст. 73 УК РФ.

Из материалов дела видно, что на момент совершения умышленного преступления средней тяжести по настоящему уголовному делу ФИО1 имел непогашенную в установленном законом порядке судимость за совершение тяжкого преступления. В период непогашенной судимости ФИО1 совершил преступление, относящееся к категории средней тяжести. На основании ч. 1 ст. 18 УК РФ в действиях ФИО1 имеется рецидив преступлений, что является в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание.

Вопреки требованиям вышеперечисленных норм, суд не указал мотивы, по которым пришел к выводу о возможности восстановления социальной справедливости и достижения иных целей наказания путем назначения ФИО1 условного наказания.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред.

Суд первой инстанции при назначении наказания не дал надлежащей оценки характеру общественной опасности совершенного преступления и оценки его степени, формально сослался на общие начала назначения наказания, указанные в ст. 60 УК РФ, однако фактически не учел данные о личности осужденного.

Тем самым суд первой инстанции назначая условное наказание осужденному, нарушил принцип справедливости, предусмотренный ч. 1 ст. 6 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного по представлению прокурора либо по жалобам потерпевших.

Являются обоснованными доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей об исключении применения ст. 73 УК РФ в отношении ФИО1 Назначенное осужденному наказание с применением ст. 73 УК РФ, с испытательным сроком не отвечает целям восстановления социальной справедливости, грубо искажает принцип справедливости вследствие его чрезмерной мягкости.

Доводы стороны защиты осужденного, что ФИО1 оказывает помощь в СВО, не могут повлиять на назначенное апелляционной инстанцией реальное наказание.

Режим отбывания наказания в исправительной колонии необходимо назначить строгий ФИО1 и следует взять его под стражу в зале суда немедленно, для исполнения приговора.

Судом обсуждался вопрос о назначении дополнительного наказания, однако с учетом обстоятельств дела, отсутствуют основания дня назначения ФИО1 дополнительного наказания о лишении осужденного заниматься определенной деятельностью, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что исключение из приговора применение ст. 73 УК РФ и назначения наказания в виде реального, является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Приговор также подлежит изменению по следующим основаниям.

Являются обоснованными доводы апелляционного представления и доводы представителя потерпевших об исключении из описательно-мотивировочной части приговора ссылки суда на положения ч. 4 ст. 74 УК РФ.

Как следует из обжалуемого приговора, ФИО1 осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 1 год.

При этом судом первой инстанции не учтено, что по первому и второму приговору ФИО1 осужден к наказанию в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно и оставлена без внимания правовая позиция, приведенная в п. 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58, о том, что при условном осуждении по второму приговору за преступление, совершенное до провозглашения первого приговора, по которому также было применено условное осуждение, суд в резолютивной части второго приговора должен указать на самостоятельность исполнения указанных приговоров, поскольку испытательный срок, устанавливаемый при условном осуждении, не является наказанием и не может быть ни поглощен более длительным испытательным сроком, ни частично или полностью сложен.

Судом установлено, что преступные действия ФИО1 по настоящему уголовному делу были окончены ДД.ММ.ГГГГ, то есть до постановления приговора Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 2 ст. 159 УК РФ с назначением ФИО1 наказания в виде лишения свободы сроком на 1 года 7 месяцев условно с испытательным сроком 2 года 10 месяцев.

Суд первой инстанции необоснованно мотивировал само сохранение условного осуждения, то есть применение, или неприменение ч. 4 ст. 74 УК РФ, а также применение или не применение ст. 70 УК РФ, поскольку преступление за которое осуждается ФИО1 было совершено не после приговора от ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период испытательного срока, а до постановления этого приговора. Само сохранение или не сохранение условного осуждения не могло обсуждаться судом в настоящем приговоре, тем более применение или не применение ст. 70 УК РФ по вышеуказанной причине. По вышеуказанному приговору также не применима и ч. 5 ст. 69 УК РФ, поскольку назначено по приговору от ДД.ММ.ГГГГ, условное осуждение и этот приговор должен исполняться самостоятельно, о чем и указано судом в резолютивной части настоящего приговора, но формулировка в описательно-мотивировочной части приговора применена не правильно.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора формулировку суда о разрешении вопроса о возможности отмены или сохранения условного осуждения ФИО1 в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ по приговору Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ. Что касается самого приговора Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ то его необходимо исполнять самостоятельно.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным доводы апелляционного представления об изменения приговора суда в связи с не указанием во вводной части приговора всех участвовавших секретарей и государственных обвинителей, поскольку уголовно-процессуальным законом, в частности п. 3 ст. 304 УПК РФ обязательное указание всех секретарей, государственных обвинителей во вводной части приговора суда не предусмотрено.

Таким образом, допущенные нарушения суда первой инстанции устранимы в суде апелляционной инстанции без передачи уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Нарушений уголовно-процессуального закона при расследовании дела и рассмотрении его в суде, влекущих отмену приговора, не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

постановил:

Приговор Ленинского районного суда г. Ставрополя от 29 июня 2023 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора формулировку суда о разрешении вопроса о возможности отмены или сохранения условного осуждения ФИО1 в соответствии с ч. 4 ст. 74 УК РФ по приговору Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ.

Исключить применение ст. 73 УК РФ в отношении ФИО1

Назначенное наказание ФИО1 в виде 2 лет лишения свободы отбывать в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 взять под стражу в зале суда.

Приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от ДД.ММ.ГГГГ исполнять самостоятельно.

В остальной части приговор и в части оправдания за отсутствием в деянии ФИО1 состава преступления, в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ (по эпизоду с ФИО3) - оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Шалахова А.Н. – удовлетворить частично, апелляционные жалобу адвоката Ковальчук Я.А. удовлетворить частично, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Мотивированное решение вынесено 14 ноября 2023 года.

Председательствующий