Приговор по делу № 1-100/2023 от 21.07.2023.

Дело № 1-100/2023

УИД 11RS0005-01-2023-000125-72

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ухта Республики Коми

21 июля 2023 года

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Тихомировой А.Ю.,

при секретаре Сергеевой М.Г.,

с участием государственного обвинителя Матненко С.С.,

подсудимого ФИО1,

его защитников – адвокатов Глущука И.С., Айназарова А.А..

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2 , ....

ранее судимого 04.02.1992 Печорским городским судом Республики Коми по ч. 1 ст. 188, ст. 41 Уголовного кодекса РСФСР (далее – УК РСФСР) к 3 годам лишения свободы, освободившегося 21.10.1994 по отбытию срока наказания,

осужденного 13.05.2020 Пролетарским районным судом г. Твери Тверской области по ч. 1 ст. 318 Уголовного кодекса РФ (далее – УК РФ) к штрафу в размере 40 000 рублей, освобожденного от наказания в связи с зачетом срока содержания под стражей,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ст. 102 УК РСФСР (в редакции Закона Российской Федерации от 29.04.1993 № 4901-1),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное убийство двух лиц, при следующих обстоятельствах.

В период времени с <...> г. по <...> г. между находившимися в квартире по адресу: ...., ФИО1, П* и ЮН возникла ссора, в ходе которой у ФИО1, пребывавшего в состоянии опьянения, на почве личных неприязненных отношений возник умысел на убийство П* и ЮН

Реализуя свой умысел, ФИО1, находясь в вышеуказанное время в вышеуказанном месте, вооружился топором и, осознавая, что своими противоправными действиями он может причинить смерть потерпевшим, желая их смерти, умышленно нанес не менее 1 удара обухом топора в голову П* и не менее 3 ударов обухом топора в голову ЮН, после чего скрылся с места преступления. В результате вышеуказанных действий ФИО1, потерпевшие П* и ЮН скончались на месте преступления через непродолжительное время.

Потерпевшему П* действиями ФИО1 причинены телесные повреждения в виде:

- открытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя кровоизлияния в мягкие ткани левой височно-теменной области и левой затылочной области, вдавленный перелом чешуи левой височной кости с переходом на кости основания черепа слева (пирамидку левой височной кости), которые квалифицируются в совокупности по признаку опасности для жизни как причинившие тяжкий вред здоровью и являются непосредственной причиной наступления смерти П*

Потерпевшему ЮН действиями ФИО1 причинены телесные повреждения в виде:

- ушибленной раны на лице в правой лобной области, которая по признаку кратковременности расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня, которая квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью;

- линейной ссадины на лице в проекции левой надбровной дуги, не причинившей вреда здоровью;

- открытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя ушибленную рану на лице в лобной области слева, ушибленную рану на волосистой части головы в левой теменно-затылочной области, открытый дырчатый перелом лобной кости слева с повреждением твердой мозговой оболочки, открытый вдавленный перелом затылочной кости слева с повреждением твердой мозговой оболочки, с переходом на кости основания черепа, которые квалифицируются в совокупности по признаку опасности для жизни как причинившие тяжкий вред здоровью и являются непосредственной причиной наступления смерти ЮН

Между умышленными действиями ФИО1 и наступлением смерти П* и ЮН имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 вину в убийстве П* и ЮН не признал и показал, что он освободился <...> г. из ПЛ-35/5 г. Печоры Республики Коми, но домой в Беларусию поехал не сразу, дня три жил в г. Печоре у знакомого. Когда собрался ехать на поезде домой, на вокзале г. Печоры познакомился с двумя мужчинами, сейчас знает, что это были П* и ЮН, накормил их в столовой за свой счет, т.к. заработал много денег во время отбывания наказания. Мужчины рассказали, что они из г. Ухты, предложили поехать к ним домой, где они угостят ФИО1 рыбой и подарят лисий хвост, ФИО1 согласился, но он не помнит, как они добирались до г. Ухты, в какое время пришли домой к этим охотникам, где именно те жили. Помнит только то, что дом был многоэтажный, а квартира на одном из верхних этажей. Они втроем зашли в квартиру, обстановку в которой описать не может, т.к. не помнит. В квартире, когда они пришли, уже находился еще один мужчина по имени Валера. Сейчас ФИО1 знает его фамилию – Кричко, потому что этого Кричко в 2022 году посадили в одну камеру следственного изолятора с ФИО1, и Кричко, узнав ФИО1, хотел его задушить, но вмешались сотрудники изолятора. А тогда, в 1994 году, в квартире они вчетвером сидели на кухне, у них было сало и водка. ФИО1 не пил, но наливал водку остальным, и ел сало, которое резал кухонным ножом. П* и ЮН сказали ФИО1 не наливать Валере, т.к. он в их отсутствие продал рыбу и лисий хвост, которые они обещали подарить ФИО1 Затем на этой почве между П* и ЮН, с одной стороны, и КВ с другой стороны, возник конфликт, в ходе которого П* и ЮН стали избивать КВ, ФИО1 за него заступился, разнимал их и просил успокоиться. Тогда П* и ЮН переключились на ФИО1: кто-то из них схватил топор, ФИО1 топор отобрал и отбросил в сторону, второй взял в каждую руку по ножу и кинулся на ФИО1, но он ударил ногой нападавшего в паховую область, тот упал, а ФИО1 сразу же из этой квартиры ушел, помнит, что была ночь. Других ударов, в том числе топором, ФИО1 никому не наносил, ничего не поджигал. Его тоже никто в этой квартире ни бил, деньги у него не отбирал. Когда он уходил, в квартире оставались трое: П*, ЮН и КВ, все они были в одежде. Уверен, что это КВ убил П* и ЮН, он же хотел убить и ФИО1 в камере следственного изолятора в 2022 году. Уйдя из квартиры, ФИО1 в тот же день уехал на автобусе в г. Сыктывкар, оттуда выехал на поезде в г. Москву, а затем также на поезде уехал домой к маме в Белоруссию. В марте 1995 года совершил кражу, был арестован и осужден.

В судебном заседании в связи с существенными противоречиями оглашены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия в присутствии защитника.

При допросе в качестве подозреваемого <...> г. ФИО1 показал, что мужчины, с которыми он познакомился на вокзале г. Печоры, приехали из г. Ухты на рыбалку, рассказали, что в лесу у них есть избушка, там сети, ружья. Когда они сидели в столовой в ...., к ним подходили сотрудники милиции, хотели забрать их в отделение, но ФИО1 договорился и их отпустили. В .... они втроем приехали ближе к вечеру, по дороге домой зашли в магазин, где ФИО1 купил 4 бутылки водки. В квартире на кухне они втроем стали распивать спиртное, ФИО1 выпил примерно полтора стакана водки. Потом в квартиру пришел незнакомый ему мужчина, лет 40, может, чуть больше, описать его затрудняется, как его звали, не помнит. Тот присоединился к ним, выпил и лег спать в комнате на полу, а они втроем на кухне продолжили распивать спиртное. У ФИО1 в нагрудном кармане были деньги, около 27 000 рублей (в ценах 1994 года), которые он заработал, когда отбывал наказание. Эти двое увидели деньги, стали ФИО1 избивать. Один из них схватил в руки топор с деревянной ручкой, стал размахивать топором, угрожал, но удары не наносил. Второй взял в руки два ножа, тоже стал угрожать, но удары не наносил, потом ножи куда-то положил. У того, что был с топором, ФИО1 топор из рук выхватил и отбросил на пол. Мужчины набросили на ФИО1, сбили с ног и, когда он лежал на полу, избивали его ногами, отбили ему все бока. Затем эти двое забрали у него из кармана все деньги. ФИО1 испугался, что его могут убить, вырвался и ушел из этой квартиры. По поводу того, что его избили и забрали деньги, ФИО1 никуда не обращался. Никого в г. Ухте ФИО1 не убивал. Арестовывать и допрашивать его надо было в «девяносто четвертом» (т. 2 л.д. ....).

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1 пояснил, что никого не убивал, и подтвердил свои показания в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. ....).

После оглашения этих показаний в судебном заседании ФИО1 подтвердил всё, кроме того, что его избили и забрали деньги. Почему дал такие показания, объяснить не смог.

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1 показал, что когда он ушел из той квартиры в ...., там оставалось трое, у них конфликт был из-за рыбы и шкурок, двое начали третьего «тормошить», вот они и перемолотили друг друга. Кто был третьим, ФИО1 не знает. ФИО1 с ними драться не хотел, поэтому ушел. У ФИО1 при себе были деньги, никто их у него не забирал. Но они на него с топором кидались, чуть не зарубили его, хотя никаких конфликтов у него с ними не было (т. 3 л.д. ....).

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1 показал, что, находясь в квартире П* и ЮН, он не брал в руки никакие колюще-режущие предметы, ничего не резал. Когда один из мужчин накинулся на ФИО1 с топором, замахнулся и хотел ударить, ФИО1 схватился за топор руками, выхватил и отбросил его в сторону. Второй мужчина пошел на него с двумя ножами, ФИО1 ударил его ногой в пах, тот упал на коленки, ножи оставались у него в руках, ФИО1 эти ножи точно не трогал. Как на ноже, обнаруженном в руке П*, оказались отпечатки его пальцев, не знает. Когда ФИО1 из квартиры уходил, там оставался еще один молодой мужик. У них был спор из-за рыбы и воротника. Убийства двух лиц в квартире в г. Ухта в 1994-1995 годы ФИО1 не совершал (т. 3 л.д. ....)

При допросе в качестве обвиняемого <...> г. ФИО1 показал, что в квартире, куда его привели П* и ЮН находился молодой мужчина, он или открыл им дверь в квартиру. На кухне они вчетвером распивать водку. ФИО1 опьянел и уснул. Очнулся от того, что над ним стоял один из мужчин, тот, что постарше, с топором в руках. ФИО1 встал, схватился за топор двумя руками, и вырвал его из руки мужчины и откинул в сторону. Тот, что помоложе, сразу подбежал к ФИО1 с двумя ножами. ФИО1 ударил его ногой в пах, тот упал на пол, на коленки. Куда он дел ножи, ФИО1 не знает. Это всё происходило в комнате или на кухне. Считает, что напали на него из-за денег, т.к. у него с собой в нагрудном кармане в куртке, было 27000 рублей (в ценах 1994 года). Деньги они так и не забрали, т.к. ФИО1 сразу из квартиры ушёл. Во время конфликта третий мужчина продолжал сидеть в кресле и курил, возможно, он был на кухне. Когда ФИО1 уходил из квартиры, то у П*, ЮН и третьего мужчины происходили какие-то разборки из-за рыбы. Кто убил П* и ЮН, он не знает (т. 3 л.д. ....).

Показания, данные в качестве обвиняемого <...> г., <...> г., <...> г., ФИО1 в судебном заседании подтвердил.

В судебном заседании исследованы следующие доказательства, подтверждающие вину ФИО1 в умышленном убийстве П* и ЮН

По информации ИЦ МВД по Республике Коми ФИО1 освободился <...> г. из ПЛ-350 г. Печора Республики Коми (т. 5 л.д. ....).

Согласно архивной справке, ФИО2 , <...> г. г.р. в период отбывания наказания в учреждении ПЛ-350/5 Печорского УЛИТУ МВД РФ выплачивалась заработная плата за фактически отработанное время с апреля 1992 года по <...> г., в сентябре 1994 года заработная плата составила 115 725 рублей. (т. 5 л.д. ....).

<...> г. дежурному МВД Коми АССР поступило сообщение о том, что <...> г. в 09 часов 45 минут по адресу: ...., обнаружены трупы П* и ЮН с выраженными гнилостными изменениями (т. 1 л.д. 2)

Из протокола осмотра места происшествия от <...> г. следует, что .... расположена на 9-ом этаже 9-тиэтажного жилого дома, на момент начала осмотра входная дверь вскрыта. Квартира однокомнатная. В комнате мебель отсутствует, на полу матрас. В комнате обнаружены рюкзак и чемодан с вещами, в которых, помимо прочего, обнаружены документы на имя П* и ЮН В прихожей на полу обнаружен труп мужчины (опознан как ЮН), который лежит на спине, имеет гнилостные изменения, левая рука вытянута и отведена от тела ладонью вниз, первый, четвертый и пятый пальцы подогнуты, под вторым и третьим пальцами находится топорище топора. На острие рабочей части топора и верхней части топорища обнаружены сгустки крови. Труп одет в рубашку, брюки, трико, трусы. Рубашка частично расстегнута, на передней поверхности рубашки в области ворота и рукавов пятна, брызги и потеки буроватой подсохшей жидкости. Возле входной двери на полу обнаружены зубные коронки с клыком и коренным зубом. В прихожей на стене с левой стороны и на входной двери обнаружены следы вещества бурого цвета, похожего на кровь в виде пятен и брызг, локализованные на высоту до 50 см от пола. Справа от входа в квартиру расположена кладовка, возле нее на стенах и на полу имеются следы бурой жидкости, похожей на кровь, в виде брызг и помарок. В кухне на полу обнаружен труп второго мужчины (опознан как П*). Труп имеет гнилостные изменения, лежит на левой задней боковой поверхности тела у наружной стены кухни. Правая рука отведена от тела, ладонной стороной обращена к полу и под ее кистью находится пустая бутылка из-под водки емкостью 0,5 л. Кисть находится в расслабленном состоянии, в нее клинком вверх и наружу вложен кухонный нож с деревянной ручкой. Бедра и пах накрыты курткой, в которой обнаружены деньги в сумме 2500 рублей. Труп одет в рубашку, которая расстегнута, и носки. За головой трупа находится разбитая бутылка из-под водки емкостью 0,5 л. Явных следов крови в кухне, кроме как под трупом и возле него, не обнаружено. В квартире беспорядок, антисанитария, грязь, обстановка крайне скудная, мебели почти нет. В кухне находится стол, три табуретки, напольный шкаф от кухонного гарнитура, газовая плита. На полу возле мойки обнаружена различная одежда и обувь, осколки разбитой посуды: чашек, бутылок из-под водки. Справа от входа в кухню на полу обнаружена дамская белая сумка, наполовину сгоревшая, в ней обгоревшие документы на имя П* и его отца. На столе в кухне обнаружены, среди прочих предметов, куски хлеба и сала, а также чашки, под столом обнаружены 2 бутылки из-под водки «Русская». На чашках и 4-х бутылках из-под водки обнаружены следы рук, откопированные на 8 отрезков следокопированной пленки. С места происшествия изъяты: 8 отрезков следокопировальной пленки со следами рук, металлические коронки с зубами, топор, нож и документы (т. 1 л.д. .... т. 3 л.д. ....).

В ходе дополнительного осмотра места происшествия от <...> г., в квартире по адресу: ...., тщательно осмотрены все помещения, мебель, одежда и обувь. Никаких ключей, в том числе от входной двери не обнаружено. Среди имеющихся на подоконнике квитанций об оплате за квартиру и электроэнергию, обнаружены последние листки по оплате за октябрь 1994 года (т. 1 л.д. ....)

Согласно заключениям экспертов .... от <...> г. ....-Д от <...> г. у трупа ЮН обнаружены следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма, включающая в себя ушибленную рану на лице в лобной области слева (рана ....), ушибленную рану на волосистой части головы в левой теменно-затылочной области, открытый дырчатый перелом лобной кости слева с повреждением твердой мозговой оболочки, открытий вдавленный перелом затылочной кости слева с повреждением твердой мозговой оболочки, с переходом на кости основания черепа; ушибленная рана на лице в правой лобной области (рана № 2), линейная ссадина на лице в проекции левой надбровной дуги.

Непосредственной причиной наступления смерти ЮН явилась открытая черепно-мозговая травма с открытыми переломами лобной и затылочной костей, с переходом на кости основания черепа и повреждениями твердой мозговой оболочки. Открытые переломы костей свода черепа являются опасными для жизни повреждениями, на основании данного признака повреждения, включенные в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, квалифицируются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью. Смерть ЮН стоит в прямой причинной связи с данными повреждениями.

Ушибленная рана на лице в лобной области справа у живых лиц обычно квалифицируется по признаку кратковременности расстройства здоровья сроком не свыше 21 дня как легкий вред здоровью и не состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью. Линейная ссадина в проекции левой надбровной дуги у живых лиц обычно как вред здоровью не расценивается.

Повреждения, включенные в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, и ушибленная рана на лице в лобной области справа могли образоваться от ударного воздействия тупых твердых предметов, вероятно, имеющих ребро (двугранный угол) на поверхности соударения, возможно, с ограниченной рёбрами контактной поверхностью, в том числе и при ударах той или иной частью обуха топора. Всего имело место не менее 3-х травматических воздействий подобным предметом (предметами) в направлениях спереди назад (повреждения на лице), сзади наперед и несколько сверху вниз (повреждения на волосистой части головы – условия верны для вертикального положения тела пострадавшего). Линейная ссадина в проекции левой надбровной дуги могла образоваться от давяще-скользящего либо ударно-скользящего воздействия твёрдого предмета с заостренным ребром, концом, при этом нельзя полностью исключить возможность образования данной ссадины одномоментно с образованием ушибленной раны с переломом подлежащей кости в лобной области слева (например, от воздействия выступающего элемента конструкции топора).

Выявленные при исследовании трупа гр. ЮН телесные повреждения могли быть причинены потерпевшему в любом из трех основных положений тела (стоя, сидя, лежа), пострадавший при этом был обращен лицом к пострадавшему. Можно предположить, что первоначально был нанесен удар в затылочную область сзади, когда потерпевший находился в вертикальном положении тела, а затем наносились удары в область лица, по относительно неподвижному телу, когда потерпевший уже лежал, и удары наносились сверху вниз. После причинения повреждений, включенных в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, учитывая тяжесть травмы, пострадавший, вероятнее всего, до наступления смерти находился в бессознательном состоянии и не мог более совершать каких-либо активных осознанных действий.

Судя по степени выраженности гнилостных изменений на момент обнаружения трупа и его исследования в морге, смерть ЮН могла наступить не менее, чем за 2-3 недели до момента его обнаружения. С учетом обстоятельств обнаружения трупов, возможность наступления смерти ЮН в ноябре-декабре 1994 года исключить нельзя (т. 1 л.д. ....).

Согласно заключениям экспертов .... от <...> г. и ....-Д от <...> г. у трупа П* обнаружено телесное повреждение в виде открытой черепно-мозговой травмы, включающей в себя кровоизлияния в мягкие ткани левой височно-теменной области и левой затылочной областей, вдавленный перелом чешуи левой височной кости с переходом на кости основания черепа слева (пирамидку левой височной кости). Перелом костей свода и основания черепа является опасным для жизни повреждением и квалифицируются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью. Смерть П* стоит в прямой причинной связи с данными повреждениями.

Имевшиеся повреждения могли образоваться незадолго до смерти потерпевшего, о чем свидетельствует тяжесть травмы. Данные повреждения могли образоваться в результате не менее чем однократного ударного воздействия твердым тупым предметом с ограниченной контактной поверхностью в левую височную область головы в направлении слева направо (условие верно для вертикального положения тела пострадавшего). Кровоизлияние в мягкие ткани затылочной области могло образоваться как от ударного воздействия твердого тупого предмета, особенности контактировавшей поверхности которого в повреждении не отобразились (прямой удар, соударение с твердой поверхностью, предметом при падении из положения стоя). Возможность образования выявленных повреждений в результате удара по голове обухом топора не исключается.

Выявленные при исследовании трупа П* телесные повреждения могли быть причинены потерпевшему в любом из трех основных положений тела (стоя, сидя, лежа), пострадавший при этом, вероятно, был обращен лицом к пострадавшему. После причинения повреждений, включенных в комплекс открытой черепно-мозговой травмы, учитывая тяжесть травмы, пострадавший, вероятнее всего, до наступления смерти находился в бессознательном состоянии и не мог совершать каких-либо активных осознанных действий.

Судя по степени выраженности гнилостных изменений на момент обнаружения трупа и его исследования в морге, смерть П* могла наступить не менее, чем за 2-3 недели до момента его обнаружения. С учетом обстоятельств обнаружения трупов, возможность наступления смерти П* в ноябре-декабре 1994 года исключить нельзя (т. 1 л.д. ....).

По заключению эксперта .... от <...> г. на основании медико-криминалистического исследования материалов уголовного дела, сделаны следующие выводы:

- на лице трупа ЮН обнаружены следы вещества бурого цвета, похожие на кровь, в виде потеков, которые образовались в результате истечения крови из источника кровотечения (наиболее вероятно из носа и/или рта) в сторону пола с формированием лужи под головой трупа, при этом труп находился в горизонтальном положении лежа на спине;

- на одежде трупа ЮН на передней поверхности рубашки слева возле ворота обнаружены брызги средней скорости, которые образовались в результате удара каким-либо предметом по поверхности с наличием жидкой крови, в том числе не исключается в результате удара по части тела человека;

- на полу коридора возле входной двери в квартиру (слева от трупа ЮН) обнаружены брызги крови средней скорости, которые образовались в результате удара по предмету с наличием жидкой крови, в том числе не исключается в результате удара по части тела человека;

- на входной двери в квартиру с внутренней стороны обнаружены брызги крови средней скорости, которые образовались в результате удара по предмету с наличием жидкой крови, в том числе не исключается в результате удара по части тела человека, учитывая направление брызг на полу возле входной и на рубашке трупа ЮН, данные брызги образовались одновременно, при этом источник брызг находился примерно на уровне пола;

- на стене справа от двери в санузел обнаружены брызги крови средней скорости, которые образовались в результате размахивания окровавленным предметом, что подтверждается расположением следов в виде дорожки, направление движения брызг было от двери в санузел в сторону боковой стены коридора и несколько кверху;

- на правой боковой поверхности грудной клетки трупа П*, правой поле и правом рукаве рубашки трупа обнаружены следы вещества бурого цвета, которые образовались в результате падения капель крови с небольшой высоты, на правом рукаве рубашки обнаружены следы вещества бурого цвета в виде мазков, которые образовались в результате попадания жидкой крови на поверхность рукава с последующим её растиранием и растеканием по поверхности соответственно складкам материала рубашки;

- на передней поверхности радиатора отопления в кухне возле головы трупа П* обнаружен потек вещества бурого цвета, который образовался в результате попадания небольшого количества жидкой крови на поверхность радиатора с последующим стеканием крови под действием силы тяжести.

- под радиатором отопления в кухне обнаружены множественные следы вещества бурого цвета, которые образовались в результате падения капель крови друг на друга с небольшой высоты, в том числе не исключается при падении капель крови с окровавленного предмета, расположенного на радиаторе или на столе.

- на фото на стене слева от головы трупа П* обнаружено пятно бурого цвета, которое образовалось в результате падения капли крови под острым углом относительно стены (практически отвесно) с небольшой высоты, не исключается в результате стряхивания с окровавленного предмета (т. 4 л.д. ....).

По заключению эксперта от <...> г. .... кровь ЮН относится к А? (II) группе с сопутствующим антигеном Н, кровь П* относится к О?? (I) группе. На представленном для исследования топоре, на металлической части и на топорище найдена кровь человека, которая может происходить от потерпевшего ЮН (в случае происхождения крови от одного лица), так и от ЮН и П* (в случае происхождения крови от нескольких лиц) (т. 1 л.д. ....).

Согласно заключению эксперта № МСК-10084-2022 от <...> г., на рукояти ножа обнаружены смешанные следы биологического происхождения, которые преимущественно произошли от ЮН, примесный компонент мог произойти от ФИО1 (т. 5 л.д. ....)

Согласно заключению комиссии экспертов .... от <...> г., черепно-мозговые травмы, подобные зафиксированным на трупах П* и ЮН, в момент причинения обычно сопровождаются утратой сознания и способности к активным самостоятельным действиям; учитывая, что на момент обнаружения трупы П* и ЮН с тяжелыми черепно-мозговыми травмами находились в разных помещениях, возможность обоюдного причинения повреждений в данном случае исключается, поскольку оба потерпевших после получения черепно-мозговых травм, вероятнее всего, находились без сознания и не могли самостоятельно переместиться в другое помещение.

Телесные повреждения ЮН были причинены в прихожей, на месте обнаружения трупа, на что указывает характер следов крови (брызг), обнаруженных на внутренней поверхности входной двери, на полу возле входной двери и на стене справа от двери в санузел. Высказаться о том, в каком месте квартиры были причинены телесные повреждения П*, на основании имеющихся данных не представляется возможным.

Выявленные при исследовании трупа гр. ЮН телесные повреждения могли быть причинены потерпевшему в любом из трех основных положений тела (стоя, сидя, лежа). Можно предположить, что первоначально был нанесен удар в затылочную область сзади, когда потерпевший находился в вертикальном положении тела, а затем наносились удары в область лица, по относительно неподвижному телу, когда потерпевший уже лежал, и удары наносились сверху вниз, что также подтверждается характером следов крови, обнаруженных в прихожей на месте обнаружения трупа.

Выявленные при исследовании трупа гр. П* телесные повреждения могли быть причинены потерпевшему в любом из трех основных положений тела (стоя, сидя, лежа), в том числе взаимное положение потерпевшего и нападавшего могло изменяться в ходе причинения повреждений.

Признаков перемещения трупов по данным представленных материалов не выявлено (на месте происшествия и на трупах не описаны следы волочения, повреждения и иные признаки, на основании которых возможно предполагать изменение положения трупов после наступления смерти). Смерть ЮН, вероятнее всего, наступила на месте обнаружения трупа (что подтверждается характером следов крови, обнаруженных в прихожей). Высказаться о том, в каком месте квартиры наступила смерть П*, на основании имеющихся данных не представляется возможным. (т. 4 л.д. ....).

По заключению комиссии экспертов .... от <...> г., исходя из степени выраженности гнилостных изменений, зафиксированных при осмотре трупов на месте происшествия от <...> г., и при судебно-медицинской экспертизе трупов, смерть П* и ЮН наступила не менее чем за 2-3 недели до момента обнаружения трупов. Возможность наступления смерти потерпевших в период с <...> г. по <...> г. не исключается при условии нахождения трупов в условиях относительно низкой температуры (порядка 5-15°С). Этот вывод дополнительно подтверждается показаниями свидетелей: на момент вскрытия помещения в зимнее время года окно было открыто, в квартире, где находились трупы, было прохладно (точная температура не зафиксирована), гнилостный запах появился приблизительно в декабре 1994 года и не был сильно выражен (т. 4 л.д. ....).

По информации Филиала ФГБУ Северное УГМС «Коми ЦГМС» температура воздуха с ноябре 1994 года по <...> г. ежедневно была ниже 0°С, неоднократно опускалась до -20 и даже до -30 °С (т. 4 л.д. ....).

Согласно показаниям потерпевшего П*, его брат, П*, <...> г. г.р., проживал по адресу: ...., с другом их отца ЮН <...> г. П* сообщили из ЖЭУ, что из квартиры брата исходит запах, будут вскрывать дверь, попросили его поприсутствовать. П* приехал по месту жительства брата, где находились работники ЖЭУ и участковый инспектор милиции. Когда вскрыли входную дверь, в квартире обнаружили трупы П* и ЮН Последний раз он видел их примерно в <...> г. года, заходил к ним домой. Оба были выпившие, говорили, что собираются ехать в г. Печору на рыбалку и поискать работу. Ездили они туда или нет, не знает, с тех пор больше их не видел. П* и ЮН нигде постоянно не работали, злоупотребляли спиртным, бывали в запоях, на что жили, не знает. Оба не были судимы, приводов в милицию не имели. В состоянии опьянения П* и ЮН вели себя спокойно, между собой никогда не ссорились, поэтому они не могли убить друг друга. Брат по характеру был отшельником, постоянно один, женщины, друзей, знакомых у него не было. ЮН выглядел как старик, зубные металлические коронки принадлежат ему (т. 1 л.д. ....

По информации ЖЭУ-9 П* прописан один с <...> г. по адресу: ...., жалоб от жильцов второго подъезда указанного дома в ЖЭУ-9 на него не поступало (т. 1 л.д. ....).

Из показаний свидетеля ЭА следует, что <...> г. в 9 утра он, работая плотником в ЖЭУ-9, был направлен по адресу: ...., для вскрытия ..... Дверь в квартиру была закрыта на верхний замок, следов взлома не имела. ЭА и второй плотник ЖЭУ-9 Ч*, в присутствии работников ЖЭУ-9 Г* и ТА, участкового инспектора милиции ИА и брата хозяина квартиры, вскрыли входную дверь, но открыть её смогли на 40-50 см, потом дверь во что-то уперлась. Первым в квартиру зашел участковый, за ним брат проживавшего в квартире мужчины. Затем они вышли, прикрыли входную дверь, участковый сообщил, что в квартире два трупа и побежал звонить в милицию. В дальнейшем ЭА участвовал в осмотре места происшествия в качестве понятого. В квартиру можно было зайти и выйти из нее, не двигая труп. Замок входной двери изнутри и снаружи можно отрыть и закрыть только ключом, ключа в замке не было (т. 1 л.д. ....).

Свидетель Ч*, плотник ЖЭУ-9, дал показания, аналогичные показаниям свидетеля ЭА, об обстоятельствах вскрытия квартиры и участия в качестве понятого при осмотре места происшествия, дополнив, что ключа от входной двери в квартире следственная группа не нашла (т. 1 л.д. ....).

Согласно показаниям свидетеля ТА, <...> г. около 10 часов утра она, работая техником в ЖЭУ-9, присутствовала при вскрытии квартиры по адресу: ...., из которой исходил трупный запах. Соседка из .... пояснила, что жильцов из .... давно не видела. Дверь вскрывали плотники ЖЭУ-9, в присутствии брата, у которого ключей не было, и участкового милиции. Дверь приоткрылась на 40 см, ключа изнутри в замке не было. В квартиру ТА не заходила (т. 1 л.д. ....).

Из показания свидетеля Т*, данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что она с семьей проживала по адресу: ..... В квартиру заселилась в апреле 1994 года, когда дом был построен и сдан в эксплуатацию. Примерно через месяц в .... вселился П* Стены между их квартирами тонкие, поэтому она многое слышала. Однажды в конце октября – начале <...> г. года в .... был сильный скандал. Т* слышала пьяные мужские голоса, был ли среди них голос П*, не знает. Ругались двое, кричали друг другу «убью», «зарежу». Также из квартиры раздавался звук, как будто кто-то стучал железным предметом по другому железному предмету. К П* часто приходили мужчины, она видела, как один из его гостей открывал дверь ключом. Последний раз Т* видела соседа живым в конце октября – начале <...> г. года, точно до 7 ноября. После этого его не видела, в квартире было тихо, как будто там никого нет, в квартиру никто не заходил, никто из нее не выходил. В середине или конце <...> г. соседа искали его брат с женой и сыном, сообщили, что её сосед с каким-то мужчиной ездил в ...., после чего сосед заходил к ним, а потом пропал. Примерно в <...> г. года Т* почувствовала на площадке их этажа неприятный запах, но не придала этому значения. При этом она, часто моя полы на площадке, чувствовала, что в .... постоянно открыта форточка в кухне, т.к. по полу через входную дверь квартиры тянуло холодом, а кухня в квартире П* расположена напротив входа. Затем запах усилился, Т* поняла, что давно не видела соседа, поэтому в <...> г. года она обратилась в ЖЭУ-9. Дверь в .... вскрывали утром, когда она была на работе, вечером узнала от соседей, что в квартире обнаружили 2 трупа (т. 1 л.д. ....).

Согласно показаниям свидетеля А*, в квартире с П* жил какой-то дед, на вид 45-50 лет, из-за стены он слышал, как дед кашлял. А* с соседями не общался. Последний раз А* видел П* в <...> г. года, потом А* уехал в отпуск, отсутствовал с сентября по <...> г. года, а после возвращения ни П*, ни деда не встречал, в их квартире было тихо, сложилось впечатление, как будто в квартире никто не живет. Со слов супруги А* известно, что, когда он был в отпуске, в .... был какой-то шум (т. 1 л.д. ....).

Из показаний свидетеля И* следует, что он проживал по адресу: ..... С П*, проживавшем в ...., они раньше вместе работали, отношения были дружеские. Потом П* с работы уволили за пьянку. Заселился П* в эту квартиру летом <...> г. года, жил один, но к нему часто ходил пожилой мужчина. Шума из .... И* не слышал. По характеру П* был спокойным, даже когда выпивал, агрессивным не становился, врагов не имел. Последний раз И* видел П* до нового 1995 года, точнее не помнит (т. 1 л.д. ....).

Согласно показаниям свидетеля Н*, с соседом из .... П* она не общалась, в его квартире никогда не была. Когда видела П* в последний раз, не помнит. До <...> г. года она видела, как какой-то дед открывал своим ключом дверь квартиры П*, самого П* рядом не было. До этого видела П* и этого дела вместе. Шума в квартире П* она не слышала, сосед был тихим. Неприятный запах из .... Н* почувствовала в <...> г. года (т. 1 л.д. ....).

Из показаний свидетеля Б* следует, что она проживала по адресу: ..... Над её квартирой располагалась квартира, в которой жил П* Осенью слышала, что в квартире П* пьянки. Она с мужем иногда даже ночью просыпались от громких голосов, топота ног, катания бутылок по полу. Пьянки в квартире были часто, почти каждый день, но они с П* по этому поводу не разговаривали, кто у него бывал в гостях, не знают. Последний раз Б* видела П* примерно в <...> г. года, а потом в квартире стало тихо (т. 1 л.д. ....).

Согласно показаниям свидетеля В*, сосед из .... был человеком забитым, тихим, любил выпить. По вечерам из квартиры слышался шум, как будто по полу катались пустые бутылки. Последний раз В* видел соседа в конце октября – начале <...> г. года. После этого сосед куда-то пропал, в квартире стояла совершенная тишина, там точно никто не жил (т. 1 л.д. ....)

Из показаний свидетеля СК следует, что П* он знал хорошо, как сына своего друга. П* любил выпить. ЮН работал с отцом П*, так они и познакомились, а потом стали жить вместе, т.к. ЮН из Украины, в г. Ухте у него никого не было. П* был очень спокойным парнем, который и мухи не обидит. С ЮН они жили мирно, вместе пили, но побить, а тем более убить другу друга они не могли. СК последний раз видел их в августе 1994 года, П* вернул ему долг, ЮН рассказывал, что они с П* поедут на рыбалку в г. Печору и будут искать работу (т. 1 л.д. 107).

Из показаний свидетеля ГГ следует, что П* приходился ему двоюродным братом, отношения между ними были родственные. В начале ноября 1994 года П* и ЮН пришли домой к ГГ, были выпившие, попросили бродни, сказали, что собираются съездить в г. Печору, в тайгу, где раньше работал ЮН, за какими-то вещами. ГГ дал им свои сапоги. Вернул сапоги П* примерно <...> г.. Пришел тогда один, сказал, что они с ЮН съездили в г. Печору, но на место в тайге не попали, так как на реке пошел лед. Также П* рассказал, что они встретили на вокзале какого-то «бича», тот нашел рядом с вокзалом квартиру, где они пьянствовали. Еще П* рассказал, что они втроем пили в какой-то столовой. ЮН там упал пьяный, повара вызвали милицию, пришел старшина и выгнал их из столовой, пригрозив, что, если они еще раз появятся, то он отправит их в медвытрезвитель. После этого разговора П* ушел и больше ГГ его не видел. ГГ и его жена несколько раз ходили к П* домой, но не застали ни его, ни ЮН Жена записку в дверях оставляла, чтобы П* зашел к ним, потому что до отъезда в г. Печору ГГ заняли у П* 10 000 рублей и хотели вернуть. Эту записку ГГ, который ходил к П* примерно раз в неделю, долгое время видел в дверях, поэтому считает, что всё это время П* дома не было. С улицы ГГ видел, что форточка на кухне в квартире П* открыта, но света не было. Жили П* и ЮН мирно. Последнее время они не работали, денег у них не было, они сдавали бутылки, выпивали. Бывало, что гости к ним приходили знакомые, чтобы выпить. Ключ от квартиры у П* и ЮН был один на двоих. ГГ полагает, что П* и ЮН сами друг друга убить не могли (т. 1 л.д. ....).

Согласно показаниям потерпевшей ОС, её сын ЮН в 1980 году уехал из Украины в Россию на заработки. Семьи у сына не было, жил он на квартире в г. Ухте у друга П* Кирилла, а затем у его сына – П* С*. ЮН был хорошим человеком, только любил выпить, но в состоянии опьянения агрессивности не проявлял, сразу ложился спать. Последний раз ЮН приезжал к матери в <...> г. года, после этого она его не видела, не слышала, писем не получала. О личной жизни сына ей ничего не известно (т. 1 л.д. ....).

Из показаний потерпевшей П* следует, что П* доводился ей дядей. Со слов отца ей известно, что дядю обнаружили мертвым в своей квартире, ей тогда было 6 или 7 лет. Об обстоятельствах смерти дяди ей ничего не известно. Со слов отца знает только, что того убили. Последнее время до смерти дядя жил с каким-то мужчиной. Её отцу это не нравилось, т.к. они злоупотребляли спиртными напитками. Своего дядю помнит тихим, спокойным, не конфликтным человеком. Семьи у него не было, папа всегда брата ругал, найди, говорит, себе женщину, что ты живешь с этим дядькой. Помнит, что один раз она вместе с папой и мамой приходили в дом, где жил дядя, искали его, т.к. он пропал. Зайти в квартиру не могли, т.к. у них не было ключей. Потом дядю обнаружили мертвым (т. 3 л.д. ....).

Из показаний свидетеля В*, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. ....), которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что в октябре-ноябре 2022 года он находился в одной камере № 58 следственного изолятора с ФИО1 и М* При помещении в камеру ФИО1 рассказывал, что его обвиняют в двойном убийстве, совершенном в <...> г. году. Сначала он говорил, что не виноват в этом убийстве. Но однажды начал рассказывать, что встретил на вокзале двоих, потом они втроем пили на квартире в г. Ухте, еду и спиртное покупал ФИО1, т.к. у него была большая по тем временам сумма денег – 27 000 рублей. Когда ФИО1 опьянел и уснул, эти двое решили у него деньги отобрать – один пошел на него с топором, а второй с двумя ножами. ФИО1 отобрал топор, ударил обухом топора сначала одного, потом второго. Четвертого человека с ними в квартире не было. Еще ФИО1 сообщил, что готов признаться в убийстве, когда его повезут на следственные действия, и удивлялся, зачем они это дело подняли, сроки давности уже истекли. Но когда ФИО1 через несколько дней вернулся от следователя, то сообщил, что не признался в убийстве, хотя это он его совершил, потому что испугался, что его отправят в Белоруссию, где действует смертная казнь, и его за двойное убийство там расстреляют. В* не сомневается в том, что это ФИО1 убил двоих мужчин в г. Ухте в 90-ые годы, потому что он каждый раз, рассказывая в камере об этом, сообщал какие-то новые обстоятельства, детали, о которых может знать только причастный, например, что топор он оставил в квартире. ФИО1 не такой простой, как кажется, он тщательно продумывает свои слова и выбирает выгодную ему манеру поведения.

Свои показания свидетель В* подтвердил на очной ставке с ФИО1 (т. 3 л.д. ....

Из показаний свидетеля М* следует, что он содержался в одной камере следственного изолятора с ФИО1 и В* в октябре 2022 года. ФИО1 рассказал, что его обвиняют в двойном убийстве. Затем он начал рассказывать более подробно. Со слов ФИО1 следовало, что он познакомился на вокзале с двумя мужчинами, у которых произошел конфликт с милицией, а ФИО1 разрешил эту ситуацию, и они поехали на квартиру в г. Ухте, где втроем выпивали. ФИО1 уснул, а когда проснулся, увидел, что над ним стоит человек с занесенным топором, хочет его ударить. ФИО1 топор отобрал, отшвырнул. Затем появился второй человек с топором. Что было дальше ФИО1 не рассказал, а на вопрос М*: «Ты их убил?», ответил: «Может, я, а может, не я». Помнит, что ФИО1 собирался признаться в убийство, но потом передумал. ФИО1 в зависимости от ситуации или ведет себя адекватно, или прикидывается глупым.

По информации, представленной из ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, ФИО1 содержался в камере .... с В* в период с <...> г. по <...> г. и в этой же камере с М* в период с <...> г. по <...> г..

Из показаний свидетеля ВА, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. 158-161, 162-164), которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что в ноябре 2022 года, когда он отбывал наказание в ФКЛПУ Б-18, в терапевтическое отделение поступил ФИО1, который сообщил, что подозревается в двойном убийстве <...> г. года. О том, что произошло в 1994 году, ФИО1 рассказывал по-разному. Сначала сообщил, что, когда освободился из колонии в г. Печоре, на вокзале познакомился с двумя мужчинами, поехал с ними в г. Ухте, на квартире они выпивали. У ФИО1 с собой была большая по тем временам сумма денег, 27 000 рублей. В квартире еще четвертый был, которого те двое начали избивать из-за проданного мехового воротника, а ФИО1 за него заступился. Потом те двое хотели ограбить ФИО1, деньги забрать. Дальнейшие события описывал по-разному. Сначала, что один пошел на него с топором, ФИО1 топор забрал, отбросил в сторону и ушел из квартиры. Потом говорил, что тот, который напал на него с топором, повалил ФИО1 на пол, прижал топорище к горлу, ФИО1 сумел вырваться, топор отобрал и отбросил, тогда на его напал второй с двумя ножами. ФИО1 ударил второго ногой в пах, тот согнулся. После этого ФИО1 ушел. ВА было интересно, ФИО1 ли убил этих мужчин, поэтому неоднократно его об этом прямо спрашивал, но ФИО1 всегда от ответа уходил, отмалчивался или переводил разговор на другую тему, но иногда проговаривался. Так, однажды в разговоре с МВ сказал: «тогда либо я их, либо они меня». В ФКЛПУ Б-18 ФИО1 проходил лечение по поводу переломов ног, говорил, что ему в г. Москве ноги сломали, поэтому у него была шаркающая походка. МВ однажды сказал ФИО1, что он так громко ночью шаркает ногами, что ему мужики тумаков надают. А ФИО1 в ответ сказал: «У меня уже есть два трупа, будет третий». МВ понял, что он говорит об убийстве тех двух лиц в 1994 году, в котором его подозревают, и ехидно спросил: «Ты же говорил, что не убивал их?», на что ФИО1 ответил: «Это я! ФИО3». Еще ФИО1 о себе рассказывал, что в г. Москве ему в ДТП сломали ноги и врач в больнице хотел их ампутировать, на что ФИО1 врачу сказал: «Если отрежешь, я тебя удавлю». ФИО1 не так прост, как кажется. Он хитрый, подстраивается под ситуацию в выгодном для себя свете.

Согласно ответа из Филиала «Больница» ФКЗУ МСЧ-11 ФСИН России от в период с <...> г. по <...> г. ФИО1 находился в амбулаторном отделении, направлялся для консультации врачами-специалистами по поводу имеющихся у него хронических заболеваний (т. 6 л.д. ....)

Из показаний свидетеля ИА, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. <...> г.), которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что с 1992 по 2010 годы он работал участковым уполномоченным. В феврале 1995 года поступило сообщение о неприятном запахе из ...., расположенной в .... в ..... В один из дней он, плотники и техники ЖЭУ-9 прибыли на вскрытие входной двери в эту квартиру. Когда дверь взломали, ИА первым туда зашел и увидел, что в прихожей на полу лежит труп, в руку трупа вложен топор, труп весь укрыт тряпками, одеждой. На кухне лежал второй труп, без штанов, область гениталий прикрыта курткой или рубашкой, в руке этого трупа был нож. Было похоже, что нож и топор в руки трупов были вложены после смерти, они просто лежали в открытых ладонях. В квартиру следом за ИА зашел только родственник хозяина квартиры, но далеко не проходил, как и ИА, ничего не трогал, они сразу оба вышли из квартиры. ИА пошел вызывать опергруппу. Когда группа приехала, ИА присутствовал при осмотре места происшествия. Трупы имели гнилостные изменения, один, по словам эксперта, подсох, как мумия. В квартире была открыта форточка, воздух был холодным.

Согласно показаниям свидетеля Э*, в <...> г. году он работал старшим следователем прокуратуры ..... <...> г. им проводился осмотр места происшествия по сообщению об обнаружении трупов двух мужчин по адресу: ..... Кроме него в состав следственно-оперативной группы входили: судебно-медицинский эксперт ЮА и эксперт АА На месте происшествия также находились сотрудники Ухтинского РОВД, в том числе участковый ИА Входная дверь в квартиру была вскрыта до прибытия следственно-оперативной группы работниками ЖЭУ в присутствии участкового милиции ИА Осмотр места происшествия проводился в присутствии двух понятых, с участием брата одного из убитых – П* Ход и результаты осмотра места происшествия отражены в протоколе. В квартире было прохладно. Обстановка на месте происшествия свидетельствовала о том, что в квартире употребляли спиртные напитки, а затем было совершено двойное убийство П* и ЮН Преступник пытался инсценировать так, как будто они убили друг друга, одному вложил в руку нож, другому топор. Смерть П* и ЮН наступила от тяжелых открытых черепно-мозговых травм, такие повреждения они друг другу причинить не могли. Входная дверь, до того, как ее вскрыли, была закрыта на замок, ключей от замка в квартире они не нашли. В ходе осмотра экспертом АА пустые бутылки из-под спиртных напитков и другая посуда были обработаны дактилоскопическим порошком, обнаруженные следы рук откопированы на 8 отрезков следо-копировальной пленки. В последующем по изъятым следам рук Э* назначена дактилоскопическая экспертиза. Помимо следов рук с места происшествия были изъяты: топор, обнаруженный в левой руке трупа Иванюты, кухонный нож, обнаруженный в правой руке трупа П*. В кухне на полу были обнаружены следы пожара: обгоревшая сумка и какие-то бумаги. По всей видимости, после убийства преступник пытался совершить поджог и, таким образом, уничтожить следы преступления, но по какой-то причине пожар не случился. Можно предположить, что преступник поджог сумку с бумагами непосредственно перед тем, как покинул место преступления, закрыл входную дверь на ключ, бумаги сгорели, сумка обгорела, а затем огонь потух. В ходе расследования уголовного дела на причастность к совершению данного преступления проверялся ЮБ, <...> г. г.р., который проходил обвиняемым по другому уголовному делу об убийстве двух лиц, совершенном при схожих обстоятельствах, но причастность ЮБ к убийству П* и ЮН не подтвердилась (т. 3 л.д. ....).

Из показаний свидетеля АА, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. ....), которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что с 1992 года он работает экспертом в отделе милиции (полиции) г. Ухты. В феврале 1995 года в качестве эксперта он участвовал в осмотре квартиры на .... в г. Ухте, где были обнаружены 2 трупа с признаками насильственной смерти. При осмотре трупов было очевидно, что имеются следы инсценировки, что в руки трупов вложены предметы после смерти, поскольку, когда человек, держащий в руке предметы, падает после нанесения ему смертельных ранений, предметы из рук выпадают, т.к. мышцы расслабляются. В квартире также имелись следы горения. АА обработал порошком бутылки, кружки, топор, ножи и другие предметы, находившиеся в квартире, обнаружил отпечатки пальцев, откопировал их на 8 отрезков пленки. Когда через четверть века ему, уже начальнику ЭКО ОМВД России по г. Ухте, поступило постановление следователя о проведении экспертизы и конверт с отрезками, он узнал эти отрезки, следы на них были пригодны для идентификации. Он уверен, что это именно те отрезки со следами рук, которые он откопировал в 1995 году на месте преступления, по ним было видно, что они четверть века пролежали, но сохранились.

Из протокола осмотра предметов следует, что осмотрен почтовый конверт светло-желтого цвета, на котором имеется пояснительная надпись: «к протоколу ОМП от <...> г. по факту обнаружения 2х трупов мужчин по адресу ..... 8 отр СКП со следами рук изъятые с бутылок из-под 6 отр водки Русская и 2 отр с чашек»; подписи эксперта АА, двух понятых и следователя; в левом нижнем углу рукописный текст, выполненный красителем черного цвета – 685806 (номер уголовного дела); в правом нижнем углу и на оборотной стороне оттиски круглой печати прокуратуры г. Ухта «Для пакетов». Клапан конверта заклеен, края конверта заклеены четырьмя отрезками бумаги с оттисками круглой печати МВД по Республике Коми «Экспертно-криминалистический отдел по г.Ухте». В конверте находятся 8 отрезков светлой следо-копировальной пленки, пронумерованы №...., 2, 3, 4, 5, 6, 7 и 8, на которых имеются следы пальцев рук в виде папиллярных узоров, образованные темным красящим веществом (дактилоскопическим порошком) (т. 4 л.д. ....).

Согласно заключению дополнительной судебно-дактилоскопической экспертизы .... от <...> г. следы пальцев рук на 6-ти отрезках дактилоскопической плёнки, изъятые в ходе осмотра места происшествия, оставлены ФИО1 (т. 2 л.д. ....)

По заключению эксперта .... от <...> г., на дактилоскопической карте на имя ФИО1, заполненной <...> г., и двух экземплярах дактилоскопической карты на имя ФИО1, заполненных <...> г., выполнены отпечатки одного и того же лица (т. 5 л.д. 23-29).

Из показаний свидетеля К*, данных в ходе судебного заседания и предварительного расследования (т. 3 л.д. ....), которые были оглашены и подтверждены свидетелем, следует, что он работает оперуполномоченным в ОМВД России по г. Ухте. В апреле 2022 его и участковую ПА направили в командировку в г. Москву для проведения обыска в квартире подозреваемой Б* и для доставления Б* в г. Ухту на допрос. Вместе с ними поехал в г. Москву также оперуполномоченный АВ, цель которого была найти ФИО1, подозреваемого в убийстве. ФИО1 они увидели возле магазина, отвезли сначала в приют, где его помыли и обработали от насекомых. АВ пояснил ФИО1, по поводу чего его повезут в г. Ухту, тот понял и не возражал, вел себя спокойно. Затем цель своей командировки выполнили К* и ПА В итоге, в г. Ухту поехали на автомашине «Газель» таким составом: ПА и Б*, которые сидели на передних сиденьях рядом с водителем, в салоне сидели ФИО1, АВ и К*, который никогда не работал по делу ФИО1 и не знал обстоятельств уголовного дела. В дороге АВ разговаривал с ФИО1 и тот рассказал, что в <...> г. году он освободился в г. Печоре, там познакомился с двумя мужчинами, поехал с ними в г. Ухту, на какой-то квартире распивал спиртное, потом произошел конфликт и ФИО1 их убил топором. На вопрос АВ: «Зачем ты их убил?», ФИО1 ответил: «Если бы не я, то они бы меня замочили». Про нахождение в квартире еще кого-то, ФИО1 ни разу не сказал. Еще ФИО1 говорил про какую-то свечку, которую оставил в квартире, хотел устроить пожар, чтобы всё сгорело. К* спросил АВ, было ли такое, на что АВ сказал, что не знает о таких обстоятельствах. Рассказывал ФИО1 всё это спокойно, даже улыбался. К* запомнилась такая фраза: «Нормально я их тогда замочил».

Свидетель ПА суду показала, что работает участковым уполномоченным ОМВД России по г. Ухте. В апреле 2022 года она оперуполномоченный К* были направлены в командировку в г. Москву для доставления в отдел полиции г. Ухты подозреваемой по уголовному делу. Поехали на служебном автомобиле «Газель». С ними также поехал оперуполномоченный АВ в целях отыскания и доставления в г. Ухту ФИО1 В г. Москве они обнаружили около магазина, отвезли сначала в приют, чтобы его помыли. Затем забрали подозреваемую женщину и все вместе поехали в г. Ухту. ПА и подозреваемая ехали на передних сиденьях, ФИО1 и оперуполномоченные – на задних. В дороге всё было спокойно. ПА слышала, как ФИО1 рассказывал, что в 90-ые годы он освободился, приехал в квартиру знакомых, где произошел конфликт и Новиков совершил убийство.

Свидетель Б* суду показала, что в апреле 2022 года за ней по месту жительства в г. Москве приехали оперативные сотрудники, чтобы привести её в г. Ухту на следственные действия по уголовному делу, по которому её подозревали в хищении имущества родственника. В г. Ухту ехали на автомашине «Газель», в салоне находились трое сотрудников полиции, 2 мужчины и 1 женщина, а также гражданин по фамилии Новиков. В салоне машины Б* сидела с женщиной-сотрудницей впереди, остальные позади. В дороге всё было спокойно, Новиков не кричал, не жаловался.

Согласно заключению психолого-лингвистической судебной экспертизы от <...> г. следует, что экспертами сделаны следующие выводы:

ФИО1 обладает следующими психологическими характеристиками: его поведение характеризуется импульсивностью (периоды спокойствия сменяются эмоциональными всплесками), характер – вспыльчивый, истеричный, тип акцентуации характера - неуравновешенный. У ФИО1 меланхолический тип темперамента, который присущ людям с инертной, неустойчивой, слабой нервной системой, постоянным чувством тревоги. При общении ФИО1 старается избегать зрительного контакта с собеседником, при этом внимательно следит за ним, анализирует его реакции. Лексически речь достаточно развитая, чистая, почти свободная от бранных слов, грамматика высказываний достаточно сложная, что свидетельствует о достаточно хорошем уровне образовании ФИО1 (уровня техникума). Во время допросов ФИО1 несколько раз проговаривается, тем самым показывая, что понимает, о чем его спрашивают, делая акцент на определенных словах и выбирая местоимения, показывающие, что ФИО1 понимает, о каком преступлении, произошедшем в Ухте, идет речь. Исследование не показало явных нарушений в его интеллектуальной сфере: процессы восприятия, памяти, мышления ФИО1 не нарушены.

Коммуникативные задачи ФИО1: по возможности уклониться от исчерпывающих ответов на вопросы, умолчать по поводу одного эмоционально значимого для ФИО1 события; разъяснить мотивы своего поступка во время какого-то эмоционально значимого для ФИО1 события; переложить вину на кого-то другого; завершить дискомфортный для него акт коммуникации.

Целевые установки ФИО1: убедить следователя, что он не имеет отношения к преступлению, совершенному в Ухте 27 лет назад, в 1994 году; избежать ответственности за какое-то эмоционально значимое для ФИО1 событие; показать себя в качестве жертвы обстоятельств.

В показаниях ФИО1, записанных на представленных носителях информации, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие о ложности высказываний ФИО1 в части причастности к убийству П* и ЮН, к ним относятся:

1) противоречивость высказываний, несоответствие их другой имеющейся информации, различное объяснение одних и тех же событий, вызванное забыванием деталей своих прошлых объяснений.

2) неопределенность, неконкретность сведений, являющихся ложными.

3) чрезмерная, нарочитая точность описания событий, что является следствием заучивания заранее подготовленной ложной информации, настойчивое, неоднократное инициативное повторение.

4) «проговорки» в ходе общения.

Выявляются психолингвистические и нейролингвистические признаки, свидетельствующие о ложности высказываний ФИО1 в части причастности к убийству П* и ЮН:

1) напряженная поза, в которой сидит ФИО1, он часто облизывает губы, когда прожевал всухомятку хлеб, то долго не может проглотить, потому что во рту сухо, внимательно следит за следователем, при этом делает вид, что хочет спать, зевает, требует дать то закурить, то поесть, перебивая тем самым диалог.

2) ФИО1 очень хорошо помнит имена людей, с которыми встречался много лет назад, дату рождения брата, номера колоний, даты, номер техникума, в котором в Кронштадте учился на моряка (вспоминая, глаза поднимает вправо вверх), при этом лжет по поводу даты приезда в Белоруссию (зрачки глаз поднимаются влево вверх), якобы освободился 21-го числа, 22-го уехал из Печоры, 23-го был в ...., выдумывает про службу в горячих точках (зрачки глаз поднимаются влево вверх).

3) видимое спокойное состояние, в котором находится ФИО1, сменяется эмоциональными всплесками, когда речь заходит о событии в Ухте в 1994 году: ФИО1 выпрямляется, жестикулирует, речь становится эмоциональной, он апеллирует к собеседнику.

4) ФИО1 постоянно пытается перебить ход беседы, требует, то есть, то курить, то делает вид, что зевает.

Таким образом, в показаниях ФИО1, записанных на представленных носителях информации имеются нейролингвистические, лингвистические и психолингвистические признаки, свидетельствующие о ложности высказывания о своей непричастности к убийству П* и ЮН, в том числе с учетом наблюдаемых у него психофизиологических реакций.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические и психолингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, в том числе на задаваемые вопросы участниками следственного действия, следователем и адвокатом, в подаче сведений (в виде оговорок, попыток эмоционального переключения собеседника на другую тематику, не реализация ответа на вопросы следователя (адвоката), т.е. переспрашивание их, дача неопределенных ответов и их конкретизация уже при изменяющихся условиях подачи информации, выборочность адекватной реакции на поставленные вопросы), которые свидетельствуют о скрываемой информации либо попытках сокрытия информации.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются следующие признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно значимости обсуждаемых событий:

1) психолингвистические: напряженная поза (сидит сжавшись, обхватив тело руками, иногда трогает лицо рукой, проводит рукой по волосам, при этом закрывая ладонью лицо от наблюдения), эмоциональные всплески, внимательное наблюдение за собеседниками, переспрашивание вопросов, попытки перебить ход беседы (ФИО1 требует, то есть, то курить, то делает вид, что зевает);

2) лингвистические: в памяти ФИО1 четко сохранился 1994 год, какое-то эмоционально значимое для него событие произошло ровно 27 лет назад. Очевидно, что в 1994 году, 27 лет назад, в Ухте ФИО1 испытал серьезное эмоциональное потрясение, сильный стресс, вокруг которого в памяти ФИО1 образовался своего рода эмоциональный защитный блок. Это свидетельствует о такой форме психологической защиты, как вытеснение, при котором психотравмирующий фактор исчезает из сознания, вытесняясь в бессознательное (человек как бы забывает неприятный для него факт и впоследствии отрицает его существование).

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно понимания вопросов, которые задаются следователем и адвокатом.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно своего присутствия в г. Ухте, относящегося к месту и времени происшествия. ФИО1 постоянно употребляет местоимения и обстоятельственные наречия, свидетельствующие о том, что у определенного события, произошедшего в Ухте 27 лет назад, в 1994 году, было определенное место («там», «оттуда») и время («потом», «тогда»).

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно распития спиртного в г. Ухте с двумя малознакомыми лицами П* и ЮН к месту и времени происшествия. ФИО1 постоянно употребляет местоимения и обстоятельственные наречия, свидетельствующие о том, что речь идет о «тех» мужчинах (то есть как минимум не один мужчина, что у события было определенное место («там», «оттуда») и время («потом», «тогда»).

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, отсутствуют лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно мотива конфликта в .... между потерпевшими (ЮН и П*) и ним (ФИО1) и последующего нападения потерпевших на него. Этот мотив – корыстный с их стороны.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно причастности ФИО1 к причинению смерти ЮН и П*, в том числе по месту и времени происшествия.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно орудия преступления, в том числе к месту и времени происшествия.

В видеозаписях, регистрирующих поведение и ответы ФИО1, выявляются лингвистические признаки, свидетельствующие об умышленном редактировании происшедших событий, которые свидетельствуют о скрываемой информации относительно последующих действий ФИО1 (после преступления), направленных на инсценировку происшедшего, иных действий, в том числе относимых к месту и времени происшествия (т. 4 л.д. ....).

По информации, предоставленной ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, гражданин по фамилии Кричко (либо ....) .... в период с <...> г. по июнь 2023 в СИЗО-2 не содержался. Информации о применении к ФИО1 насилия или угроз применения насилия со стороны других лиц, заключенных под стражу, не поступало, ФИО1 с подобными заявлениями к сотрудникам СИЗО-2 не обращался.

После исследования в судебном заседании всех доказательств, в прениях сторон защитник просил признать недопустимым доказательством протокол явки с повинной ФИО1 от <...> г., поскольку явка написана в отсутствие адвоката и подсудимый её не подтвердил в судебном заседании.

Суд соглашается с доводами стороны защиты и на основании п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ признает протокол явки с повинной ФИО1 от <...> г. (т. 2 л.д. ....) недопустимым доказательством, поскольку явка с повинной написана обвиняемым ФИО1 в отсутствие адвоката, который уже участвовал в деле, и подсудимый не подтвердил в судебном заседании изложенные в явке с повинной сведения.

Также суд соглашается с доводами стороны защиты и признает недопустимым доказательством показания свидетеля АВ, данные в ходе предварительного расследования (т. 3 л.д. ....) и в судебном заседании <...> г. по следующим основаниям.

Государственный обвинитель в качестве доказательства виновности ФИО1 сослался на показания свидетеля АВ, согласно которым последний осуществлял оперативное сопровождение уголовного дела, возбужденного по факту убийства П* и ЮН, и по поручению следователя выезжал в г. Москву для установления места нахождения и доставления ФИО1 к следователю. По пути следования из г. Москвы в г. Ухту АВ в ходе беседы с ФИО1 получил от последнего устную информацию о причастности к убийству П* и ЮН

В соответствии с определением Конституционного суда РФ от 06.02.2004 № 44-О суд не вправе использовать в качестве доказательства показания дознавателя, следователя, а также сотрудников полиции, осуществлявших оперативное сопровождение уголовного дела, о содержании показаний подозреваемых и обвиняемых, данных в ходе досудебного производства и не оформленных предусмотренным законом образом, то есть путем допроса с составлением соответствующего протокола.

Учитывая изложенное, показания оперативного сотрудника полиции АВ, согласно ч. 1 ст. 75 УПК РФ, являются недопустимыми доказательствами.

Все остальные исследованные в судебном заседании доказательства суд признает допустимыми, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ.

Оснований для признания по ходатайству стороны защиты недопустимыми доказательствами показаний свидетелей К* и ПА, в связи с тем, что они также являются сотрудниками полиции, суд не усматривает.

В судебном заседании установлено, что оперуполномоченный К* и участковый инспектор ПА не осуществляли оперативное сопровождение уголовного дела, возбужденного по факту убийства П* и ЮН Они следовали в одной автомашине с ФИО1 и АВ, поскольку выполняли поручение следователя СО ОМВД России по г. Ухте по другому уголовному делу: провели обыск в квартире Б*, проживающей в г. Москве, а затем осуществляли привод Б* из г. Москвы к следователю в г. Ухту, что подтверждается представленными стороной обвинения материалами уголовного дела, возбужденного по факту хищения чужого имущества, а также показаниями свидетеля Б*

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что показания сотрудников полиции К* и АЮ, не работавших по уголовному делу ФИО1, но находившихся в ним в одной автомашине и слышавших пояснения ФИО1, являются допустимыми доказательствами.

Суд признает достоверными показания всех допрошенных по делу свидетелей и потерпевших, поскольку их показания последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами, изложенными выше. Оснований для оговора свидетелями подсудимого ФИО1 суд не усматривает.

Доводы ФИО1 о том, что свидетели В*, М* и МВ его оговаривают, т.к. являются осужденными, которым верить нельзя, а свидетели К* и АЮ оговаривают, т.к. являются сотрудниками полиции и выполняют указания следователя ВЮ, являются необоснованными.

Все указанные свидетели заявили о своей незаинтересованности в исходе дела, ранее с ФИО1 знакомы не были, неприязненные отношения между ними отсутствуют, свидетели К* и АЮ не находятся в подчинении или служебной зависимости от следователя ВЮ, все свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем оснований сомневаться в достоверности данных ими показаний не имеется. Кроме того, вопреки доводам ФИО1, он действительно содержался в одной камере следственного изолятора с В* и М*, а также в больнице ФСИН в один период времени с МВ

Выводы, изложенные в заключениях всех проведенных по уголовному делу судебных экспертиз, не вызывают сомнений у суда, поскольку судебные экспертизы проведены экспертами, обладающими специальными познаниями в соответствующей области знаний, имеющими достаточный стаж работы по специальности, не заинтересованными в исходе уголовного дела и не находящимися в служебной или иной зависимости от сторон.

Анализируя показания подсудимого ФИО1, суд приходит к выводу о том, что его показания о непричастности к убийству П* и ЮН являются недостоверными, направленными на избежание уголовного наказания за особо тяжкое преступление. ФИО1 в ходе предварительного расследования неоднократно изменял свои показания, отказывался от ранее данных в присутствии защитника показаний, выстраивая выгодную для него версию произошедшего.

Так, ФИО1 изначально отрицал, что когда-либо, в том числе после освобождения в 1994 году был в г. Ухте. Затем признался, что находился в квартире П*, употреблял спиртные напитки, но сразу ушел, когда между П*, ЮН и еще одним мужчиной начался конфликт. Затем ФИО1 утверждал, что П* и ЮН напали на него с топором и ножами, ФИО1 отбился и ушел. В другом допросе сообщал, что П* и ЮН его избили и избрали деньги, от этой версии в дальнейшем отказался. В судебном же заседании ФИО1 заявил, что убийство совершил ФИО4.

При этом, изучив видеозаписи допросов ФИО1 при производстве психолого-лингвистической экспертизы, эксперт сделал выводы о том, что ФИО1 понимает, о каком преступлении, произошедшем в г. Ухте в 1994 году, идет речь и пытается убедить следователя в непричастности к этому преступлению, лжет по поводу приезда в Белоруссию <...> г., умышленно редактирует произошедшие события, скрывая достоверную информацию о причинах произошедшего конфликта между ним и потерпевшими, о причастности к причинению смерти П* и ЮН, об орудии убийства и инсценировке произошедшего после преступления. Эксперт делает вывод о том, что в памяти ФИО1 четко сохранился 1994 года, когда произошло эмоционально значимое для него событие, когда он испытал серьезное эмоциональное потрясение, сильный стресс, вокруг которого в памяти образовался эмоциональный защитный блок – такая форма психологической защиты, как вытеснение, пои котом человек как бы забывает неприятный для него факт и впоследствии отрицает его существование.

Таким образом, оценивая показания ФИО1, данные в ходе производства по уголовному делу, наряду с иным доказательствами, суд приходит к выводу о том, что его показания являются нестабильными, противоречивыми и недостоверными в части отрицания своей причастности к убийству П* и ЮН, а его версия о том, что убийство совершил некий Кричко, который сидел с подсудимым в одной камере следственного изолятора и чуть его не задушил, была проверена и подтверждения в судебном заседании не нашла.

На основе исследованных в судебном заседании доказательств установлено следующее.

Согласно показаниям подсудимого, данным после его задержания в 2022 году в ходе досудебного и судебного производства по делу, ФИО1, освободившись <...> г. из исправительной колонии, не сразу уехал по месту своего жительства в Республику Беларусь, а остался проживать в г. Печоре Республики Коми. В один из дней ФИО1 познакомился на железнодорожном вокзале с П* и ЮН, после знакомства и совместно употребления в столовой вокзала спиртных напитков, во время которого к ним подходил сотрудник полиции, ФИО1 поехал с П* и ЮН в г. Ухту.

Из показаний потерпевшего П*, свидетелей ГГ, СК, данных в 1995 году, следует, что в октябре-ноябре 1994 года П* и ЮН поехали в г. Печору на рыбалку.

При этом ГГ также показал, что со слов вернувшегося с рыбалки П* следовало, что в .... на вокзале они познакомили с мужчиной, употребляли в столовой спиртное, пока их не выгнал сотрудник милиции.

Таким образом, показания ФИО1, впервые данные им в 2022 году, и ГГ, данные в 1995 году, об обстоятельствах знакомства ФИО1, П* и ЮН совпадают и подтверждают факт знакомства подсудимого и потерпевших после освобождения <...> г. ФИО1 из мест лишения свободы, после которого ФИО1 приехал с П* и ЮН в г. Ухту, где проживал некоторое время в квартире потерпевших, поскольку в г. Ухте был впервые и других знакомых у него не было.

Из показаний потерпевшего П*, свидетелей ГГ, Т*, Б*, Н* следует, что в последний раз они видели П* и ЮН в конце октября – в ноябре 1994 года. В этот же период времени, со слов соседей, в квартире, где проживали потерпевшие, стало тихо, никаких звуков, свидетельствующих о том, что в квартире живут люди, не раздавалось. Дверь в квартиру на стук родственников – П* и ГГ никто не открывал. Вложенная ГГ в конце ноября 1994 года в дверь записка, долгое время находилась в двери нетронутой.

Кроме того, в ходе осмотра места происшествия обнаружена книжка с квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг, из которой следует, что последняя оплата произведена П* за октябрь 1994 года.

Из показаний свидетеля Т*, соседки П*, следует, что неприятный запах из квартиры она почувствовала в январе 1995 года, при этом, когда она мыла полы на лестничной клетке, она чувствовала, что в квартире П* открыто окно, т.к. из-под двери его квартиры по полу дуло. Когда в феврале 1995 года запах из квартиры соседа усилился, Т*, осознав, что не видела соседа несколько месяцев, позвонила в ЖЭУ, после чего дверь в квартиру П* вскрыли.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, при вскрытии квартиры <...> г. обнаружены трупы П* и ЮН с признаками насильственной смерти и топор со следами крови.

По заключению экспертов, возможность наступления смерти потерпевших в период с <...> г. по <...> г. не исключается при условии нахождения трупов в условиях относительно низкой температуры (порядка 5-15°С). Из показаний свидетелей Т*, ГГ, ИА следует, что форточка на кухне квартиры П* была открыта, в квартире было холодно. Температура воздуха с ноября 1994 года по февраль 1995 года каждый день была 0°С, неоднократно опускалась до -20 и даже до -30 °С.

Таким образом, смерть потерпевших могла наступить в период, когда в их квартире стало тихо, а самих потерпевших перестали видеть соседи и родственники, то есть в конце октября – в ноябре 1994 года.

По заключениям судебно-медицинских экспертиз, смерть потерпевших наступила в результате открытых черепно-мозговых травм, переломов костей черепа, которые образовались от воздействия твердого тупого предмета, не исключено, что от ударов обухом топора. По заключению биологической экспертизы, кровь на топоре, обнаруженном на месте преступления, могла произойти от ЮН и П*

Согласно заключению экспертизы по материалам уголовного дела, черепно-мозговые травмы, зафиксированные на трупах П* и ЮН, в момент причинения сопровождаются утратой сознания и способности к активным действиям; поскольку потерпевшие находились в разных помещениях квартиры, возможность обоюдного причинения ранений исключена.

Согласно показаниям свидетеля Т*, соседки П*, в квартире последнего в конце октября – начале ноябре 1994 года был сильный скандал, она слышала, как ругались мужчины, кричали «убью», «зарежу», раздавались звуки от ударов металлическими предметами. В этот же промежуток времени Т* видела соседа в последний раз.

Из показаний свидетелей ЭА, Ч*, ТА, Э*, протокола осмотра места происшествия, следует, что входная дверь в квартиру П* была закрыта на замок, ключ в замке изнутри квартиры отсутствовал, следовательно, входная дверь была закрыта снаружи после смерти потерпевших.

Также из протокола осмотра места происшествия следует, что в квартире возле входа на кухню, недалеко от трупа ЮН, имелись следы поджога – обнаружена обгоревшая сумка с документами на имя П*, трупы накрыты предметами одежды с целью упрощения их воспламенения, в руку трупа ЮН вложен топор, в руку трупа П* – нож, что свидетельствует об инсценировке нападения потерпевших друг на друга и попытке скрыть следы преступления путем поджога.

Учитывая вышеизложенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что телесные повреждения П* и ЮН, повлекшие смерть потерпевших, были причинены третьим лицом.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, в квартире, где были обнаружены трупы П* и ЮН, эксперт АА изъял следы пальцев рук с бутылок и чашек на 8 отрезков светокопировальной пленки, также был изъят нож.

Согласно заключениям экспертов на рукоятке ножа обнаружены следы биологического происхождения ФИО1, изъятые следы рук принадлежат также ФИО1 При этом, эксперты определили, что на дактокарте ФИО1, заполненной в 1991 году, и дактокарте ФИО1, заполненной в 2022 году, имеются отпечатки одного и того же человека – подсудимого ФИО1

После установления места нахождения ФИО1 и доставления к следователю из г. Москвы в г. Ухту, К* и ПА, ехавшие с ФИО1 в одной машине, слышали, как последний признался в убийстве топором двух мужчин, совершенном в г. Ухте в 1994 году. Также, по словам К*, ФИО1 рассказал, что хотел устроить пожар в квартире, оставил свечку, чтобы всё сгорело, чем удивил оперуполномоченного АВ, который не знал о наличии на месте преступления следов поджога.

О своей причастности к убийству двух лиц, совершенном в г. Ухте в 1994 году, ФИО1 рассказывал В*, содержащемуся с ним в одной камере следственного изолятора, и осужденному ВА, работавшему в больнице ФСИН, куда ФИО1 поступил на обследование. Осужденный М*, также содержащийся в одной камере следственного изолятора, показал, что ФИО1 не отрицал свою причастность к убийству и хотел признаться в нем, но потом передумал.

Таким образом, оценивая все исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что убийство П* и ЮН при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговоре, совершил именно подсудимый ФИО1

Доводы ФИО1 о том, что убийство совершил некий ФИО4, который содержался с ним в одной камере следственного изолятора и хотел задушить, что предотвратили сотрудники изолятора, были проверены и подтверждения не нашли: такой человек в следственном изоляторе не содержался, нападений на ФИО1 и его жалоб по поводу применения насилия не зафиксировано.

Вывод о недостоверности показаний ФИО1 о том, что убийство совершил не он, а некий мужчина, суд также основывает на противоречивости показаний подсудимого об этом, поскольку изначально ФИО1 не сообщал о присутствии четвертого человека в квартире потерпевших, затем по-разному описывал его появление в квартире и поведение во время распития спиртных напитков: говорил, что этот мужчина был в квартире, когда они пришли, затем утверждал, что тот пришел после них; сначала заявлял, что этот мужчина выпил рюмку и уснул, затем – что он не спал и конфликтовал с потерпевшими, затем – что просто сидел и смотрел, как на ФИО1 напали потерпевшие.

Также суд не доверяет показаниям ФИО1 о том, что потерпевшие на него напали в целях ограбления по следующим основаниям. Согласно протоколу осмотра места происшествия, в одной из курток обнаружены 2 500 рублей. П* не имел задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг. Из показаний свидетеля ГГ следует, что перед объездом на рыбалку в г. Печору, П* занял ему 10 000 рублей. Следовательно, деньги у потерпевших имелись.

Кроме того, по показаниям родственников и знакомых погибших – П*, ГГ, И*, СК, потерпевшие были тихими, спокойными, не агрессивными людьми. Согласно собранным характеризующим данным П* и ЮН приводов в полицию не имели, судимы не были, жалобы на их поведение в быту не поступали, по работе они также характеризовались положительно.

Давая оценку показаниям ФИО1 как недостоверным, суд учитывает заключения экспертов о том, что ФИО1 умышленно скрывает информацию о причинах конфликта, возникшего между ним и потерпевшими, и о своей причастности к их убийству.

О наличии у ФИО1 умысла на убийство потерпевших и отсутствии признаков самообороны в действиях ФИО1 свидетельствует орудие преступления, сила и количество ударов, локализация телесных повреждений у потерпевших, последующее поведение подсудимого.

В судебном заседании установлено, что подсудимый для нанесения ударов вооружился топором, которым целенаправленно нанес удары потерпевшим в область расположения жизненно-важных органов человека – в голову: ЮН – не менее 3-х ударов, П* – не менее 1 удара. В результате нанесенных ударов у потерпевших образовались переломы костей черепа, открытые черепно-мозговые травмы, что свидетельствует о нанесении ударов со значительной силой.

Своими действиями подсудимый ФИО1 причинил П* и ЮН тяжкий вред здоровью, опасный для жизни в момент причинения, в результате чего смерть потерпевших наступила на месте происшествия.

После совершения преступления ФИО1 предпринял меры к сокрытию следов преступления, попытавшись инсценировать убийство потерпевшими друг друга, устроить в квартире пожар, затем закрыл дверь в квартиру снаружи и скрылся с места преступления.

Таким образом, нанося в одно время со значительной силой целенаправленные удары топором, обладающим поражающими человека свойствами, в голову каждого из потерпевших, при этом первый из трех ударов в голову ЮН был нанесен в затылочную область сзади, ФИО1 осознавал и предвидел, что его действия могут привести к смерти потерпевших и желал этого, то есть совершил убийство двух лиц, не находясь при этом в состоянии необходимой обороны.

Согласно заключению стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 обнаруживает признаки органического расстройства личности, осложненного синдромом зависимости от алкоголя, данное расстройство не соответствует критериям хронического психического расстройства, слабоумия и иного болезненного расстройства психики, в связи с чем ФИО1 способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 4 л.д. ....).

Учитывая выводы комиссии экспертов, суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым.

Оценив в совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом деянии.

При квалификации действий ФИО1 суд учитывает, что в соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, а санкция ст. 102 УК РСФСР является менее строгой, чем санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ. Согласно ч. 1 ст. 10 УК РФ, уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Учитывая изложенное, суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «з» ст. 102 УК РСФСР (в редакции Закона Российской Федерации от 29.04.1993 № 4901-1) как умышленное убийство двух лиц.

При назначении ФИО1 наказания, суд в соответствии со ст. 6, ч. 2 ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, в том числе, состояние его здоровья, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

В соответствии с положениями статей 23 и 24 УК РСФСР, учитывая правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 24.01.2008 № 54-О-О, преступление, предусмотренное ст. 102 УК РФ, относится к категории особо тяжких.

Следовательно, ФИО1 совершил особо тяжкое преступление. На момент его совершения он был судим по приговору Печорского городского суда от 04.02.1992 за преступление небольшой тяжести (с учетом изменений, внесенных в статьи 188 и 188.1 УК РСФСР Законом Российской Федерации от 18.02.1993 № 4512-1) (т. 5 л.д. ....). Иные судимости ФИО1 учету при назначении наказания не подлежат, в связи с тем, что осуждался ФИО1 судами другого государства.

ФИО1 является иностранным гражданином, но по месту регистрации в Республике Беларусь длительное время не проживает (т. 6 л.д. 96), в Российской Федерации места жительства и работы не имеет, на момент задержания вел бродяжнический образ жизни (т. 2 л.д. 30, 91-104). Из следственного изолятора ФИО1 характеризуется удовлетворительно, к дисциплинарной ответственности не привлекался.

ФИО1 сообщил о наличии у него сына, <...> г. г.р., то есть достигшего совершеннолетия, который, с его слов, проживал в интернате (т. 6 л.д. ....). Сведений о наличии у ФИО1 иждивенцев не имеется.

На учете у нарколога и психиатра ФИО1 не состоит (т. 6 л.д. ....), имеет тяжелые хронические заболевания (т. 6 л.д. ....).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает:

на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, в качестве которой суд расценивает сообщение ФИО1 о совершенном убийстве, сделанное им при допросе в качестве свидетеля <...> г., согласно которому ФИО1 чистосердечно рассказал следователю о том, что у него хотели украсть деньги, один схватил нож, другой топор, ФИО1 отобрал топор и ударил им по голове, убивать не хотел, так получилось, выбора у него не было (т. 2 л.д. ....),

на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – пожилой возраст подсудимого и наличие у него тяжелых хронических заболеваний.

Явку с повинной, написанную ФИО1 <...> г. в следственном изоляторе, суд не признает обстоятельством, смягчающим наказание, поскольку она написана после задержания ФИО1 <...> г. по подозрению в совершении именно этого преступления и после предъявления ему <...> г. обвинения в совершении убийства П* и ЮН (т. 2 л.д. ....).

Данную явку с повинной суд также не расценивает в качестве активного способствования расследованию преступления и не признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку явка с повинной была написана в отсутствие адвоката, и ФИО1 на первых же допроса от неё отказался, заявив, что явку с повинной не писал. В судебном заседании явку с повинной ФИО1 также не подтвердил, в связи с чем, в силу положений п. 1 ч. 2, ч. 1 ст. 75 УПК РФ, явка с повинной является недопустимым доказательством.

Кроме того, в явке с повинной от <...> г. и в протоколе допроса свидетеля от <...> г. ФИО1 не сообщил каких-либо новых, не известных следственного органу сведений об обстоятельствах совершенного преступления, поскольку следствие уже располагало информацией о способе и орудии убийства, а также о причастности к нему ФИО1, которому уже было предъявлено обвинение. Какими-либо иными активными действиями следствию ФИО1 также не способствовал.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание, предусмотренном п. 1 ст. 39 УК РСФСР, – совершение преступления лицом, ранее совершившим какое-либо преступление, в силу ч. 1 ст. 10 УК РФ, суд не усматривает, поскольку ст. 63 УК РФ не содержит такого обстоятельства.

Также в силу положений ч. 1 ст. 10 УК РФ не имеется оснований для признания обстоятельством, отягчающим наказание, предусмотренном п. 10 ст. 39 УК РСФСР, – совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, поскольку такое отягчающее обстоятельство отсутствовало в ст. 63 УК РФ с момента введения в действие УК РФ и до 01.11.2013.

В силу положений п. «а» ч. 4 ст. 18 УК РФ рецидив в действиях ФИО1 отсутствует.

Принимая во внимание фактические обстоятельства и общественную опасность преступления, оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, для изменения категории преступления, совершенного ФИО1, на менее тяжкую не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что для достижения целей наказания, а именно: восстановления социальной справедливости, предотвращения совершения подсудимым новых преступлений, его исправления – наказание ФИО1 должно быть назначено в виде лишения свободы.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления и указанные выше данные о личности ФИО1, суд не усматривает оснований для его условного осуждения, то есть применения ст. 73 УК РФ и ст. 44 УК РСФСР, приходя к выводу о возможности исправления подсудимого только в условиях реального отбывания наказания в условиях изоляции от общества.

Законных оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ и замены лишения свободы на принудительные работы не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, либо связанных с поведением подсудимого до, во время или после преступления, дающих право назначить ФИО1 наказание с применением ст. 64 УК РФ и ст. 43 УК РСФСР, не установлено.

Поскольку в действиях ФИО1 установлено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а отягчающие его наказание обстоятельства отсутствуют, при назначении наказания суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Преступление по данному делу ФИО1 совершено до постановления в отношении него приговора Пролетарского районного суда г. Твери от 13.05.2020, однако оснований для применения положений ч. 5 ст. 69 УК РФ суд не усматривает, поскольку ФИО1 по приговору от 13.05.2020 был полностью освобожден от назначенного ему наказания (т. 5 л.д. ....).

Оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования ФИО1 в связи с истечением сроков давности не имеется.

Согласно ч. 2 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу.

Санкция ст. 102 УК РСФСР предусматривала наказание в виде лишения свободы на срок от 8 до 15 лет или смертной казни.

В соответствии со ст. 48 УК РСФСР срок давности за совершение преступления, предусмотренного ст. 102 УК РСФСР, составляет 10 лет. Поскольку ФИО1 совершил преступление в период времени с <...> г. по <...> г., ФИО1 от следствия и суда не скрывался, течение срока давности по данному уголовному делу не прерывалось и не приостанавливалось, в связи с чем сроки давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности истекли.

Вместе с тем, в силу ч. 4 ст. 78 УК РФ вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. Если суд не сочтет возможным освободить такое лицо от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы к нему не применяются, а наказание назначается в соответствии с положениями ст. ст. 43, 60 УК РФ.

Принимая во внимание обстоятельства совершения ФИО1 преступления в отношении двух лиц, а также характер содеянного, не утратившего своей общественной опасности и на данный момент, суд считает невозможным освободить ФИО1 от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного п. «з» ст. 102 УК РСФСР, в связи с истечением срока давности.

Поскольку ФИО1 осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, ранее он отбывал лишение свободы, но рецидив в его действиях отсутствует, в соответствии со ст. 24 УК РСФСР и п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 9, суд назначает ФИО1 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

В целях исполнения приговора меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу следует оставить прежней в виде содержания под стражей.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей со дня его фактического задержания до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Постановлением следователя от 23.12.2022 адвокату Глущуку И.С., выплачено вознаграждение за участие по назначению следователя в качестве защитника обвиняемого ФИО1 по данному уголовному делу на стадии предварительного расследования, в размере 91 922 рубля.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам отнесены суммы, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката по назначению, которые, в соответствии с ч.ч. 1, 6 ст. 132 УПК РФ, взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 достиг пенсионного возраста, однако получателем пенсии не является в виду образа жизни и длительного не проживания по месту регистрации, также страдает тяжелыми хроническими заболеваниями, фактически является в силу возраста и состояния здоровья нетрудоспособным.

Учитывая изложенное, суд считает возможным освободить ФИО1 от возмещения процессуальных издержек по причине его имущественной несостоятельности в полном размере.

Гражданский иск не заявлен.

В отношении вещественных доказательств суд принимает решение на основании ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ст. 102 УК РСФСР (в редакции Закона Российской Федерации от 29.04.1993 № 4901-1), и назначить ему наказание в виде 09 (девяти) лет 06 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

До дня вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 оставить прежней в виде содержания под стражей.

Зачесть в срок отбывания наказания время нахождения ФИО1 под стражей со дня его задержания, то есть с <...> г., до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Вещественные доказательства:

- 8 отрезков следокопировальной пленки со следами рук, нож, металлические коронки (зубной мост) и остатки зубов, марлевый тампон с образцами крови из трупа П*, образцы волос с 5 областей головы от трупа П*, образцы мышечной ткани от трупа ЮН, образцы волос с 4 областей головы от трупа ЮН – уничтожить,

- 12 оптических дисков – хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения дела.

От возмещения процессуальных издержек в размере 91 922 рубля осужденного ФИО1 освободить в полном размере.

Приговор может быть обжалован участниками судебного разбирательства в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня получения копии приговора.

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем осужденный должен указать в своей апелляционной жалобе, а в случае, если уголовное дело будет рассматриваться в апелляционном порядке по жалобе иного лица или по представлению прокурора, то о своем участии и участии защитника в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, осужденный должен указать в отдельном ходатайстве или в возражениях на апелляционные жалобу или представление.

Председательствующий А.Ю. Тихомирова