Дело № 2-415/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 октября 2025 года г. Тверь
Заволжский районный суд г. Твери в составе:
председательствующего судьи Янчук А.В.,
при секретаре судебного заседания Ежове А.А.,
с участием представителя ответчика ФИО1 – ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску САО «ВСК» к ФИО1, ФИО3 о возмещении ущерба в порядке суброгации,
установил:
САО «ВСК» обратилось в суд с иском к ФИО1, в котором просило взыскать убытки в размере 1876000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины – 33760 рублей.
В обоснование требования указано, что 14 декабря 2021 года произошло дорожно-транспортное происшествие по адресу: <адрес> с участием транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО4, и транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, вод управлением водителя ФИО1
Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1, который управляя транспортным средством ГАЗ, в нарушение требований Правил дорожного движения РФ, допустил наезд на стоящее транспортное средство Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, владельцем которого является ООО «ОССП».
На момент дорожно-транспортного происшествия транспортное средство Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты> было застраховано в САО «ВСК» по договору добровольного страхования № 2100AV5000588-00037 в соответствии с Правилами комбинированного страхования автотранспортных средств САО «ВСК» № 171.1 от 27 декабря 2017 года и получило повреждения в результате указанного события.
САО «ВСК» признало событие страховым случаем и 20 сентября 2024 года произвело выплату страхового возмещения, согласно условиям договора страхования, в размере 2276000 рублей.
Стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля превысила 75 % от размера страховой суммы по договору страхования, что в соответствии с правилами страхования признается полным уничтожением (гибелью) застрахованного имущества.
Несмотря на полную гибель застрахованного имущества и на основании пункта 5 статьи 10 Закона РФ от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страхователь оставил транспортное средство в поврежденном состоянии (годные остатки) в своей собственности. Стоимость годных остатков транспортного средства составила 658000 рублей.
Таким образом, во исполнение договора страхования САО «ВСК» произвело выплату страхового возмещения равную страховой сумме, определенной на дату события за вычетом стоимости годных остатков, в размере 2276000 рублей.
В пределах лимита, установленного Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в размере 400000 рублей ответственность по данному страховому случаю несет ПАО СК «Росгосстрах».
Ответчик ФИО1 является лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.
Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ПАО СК «Росгосстрах».
Определением суда от 19 сентября 2025 года, занесенным в протокол судебного заседания, по ходатайству истца к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3 (собственник транспортного средства).
Представитель истца САО «ВСК» при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без участия представителя.
Представитель САО «ВСК» ФИО5 направила письменные пояснения, в которых указала, что выводы эксперта не дают однозначный ответ о том, действия кого из водителей находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.
Ответчик ФИО1 в нарушение пунктов 8.1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ не осуществлял постоянный контроль за движением транспортного средства и за дорожной обстановкой, не выдержал безопасную дистанцию до движущегося впереди автомобиля, вследствие чего не обнаружил своевременно опасность для движения. Скорость водителя ФИО1 экспертом определена лишь со слов свидетеля, который находился с ним в машине, то есть фактически он заинтересован в исходе дела. Более того, в момент непосредственного столкновения транспортные средство Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты> уже остановилось и стояло на обочине.
Ответчиком ФИО1 не представлены доказательства, которые объективно опровергали бы указанные выше обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и подтверждали бы его полную невиновность в произошедшем дорожно-транспортном происшествии.
При невозможности определить степень вины участников дорожно-транспортного происшествия, доли признаются равными.
Ответчик ФИО1 при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил участие своего представителя.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 возражал против удовлетворения требований в полном объеме. Пояснил, что непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия являются действия водителя автомобиля Renault Master, который должен был остановиться на обочине. Водитель ФИО1 применил экстренное торможение, но времени для полной остановки не хватило. Просил учесть, что ответчик является многодетным отцом.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения гражданского дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Направила письменный отзыв, в котором указала, что ответчик ФИО6 является ее супругом, Автомобиль приобретен в период брака. На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО6 управлял автомобилем на законных основаниях. С учетом изложенного ФИО3 является ненадлежащим ответчиком по делу.
Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах», ООО «ОССП», третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились, ходатайств не поступило.
Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Заслушав представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было бы нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).
Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.
В соответствии с приведенными нормами закона для возложения ответственности за причинение вреда должен быть установлен состав деликтного правоотношения: факт причинения вреда, противоправность действий и вина причинителя вреда, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими последствиями.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 14 декабря 2021 года на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО4, и транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, вод управлением водителя ФИО1
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, собственником которого является ООО «ОССП», получило механические повреждения.
Как указано в материале по факту дорожно-транспортного происшествия, водитель ФИО1, управляя транспортным средством ГАЗ, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, по неустановленной причине допустил наезд на стоящее транспортное средство Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>.
Определением инспектора ДПС ГИБДД от 14 декабря 2021 года в возбуждении дела об административном правонарушении отказано на основании части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с отсутствием состава административного правонарушения в действиях водителя ФИО1
Определением Заволжского районного суда г. Твери от 24 декабря 2024 года по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «ЦСЭ Партнер» ФИО7
Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении № 4177 от 06 июня 2025 года, механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 14 декабря 2021 года по адресу: <адрес> с участием транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО4, и транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, вод управлением водителя ФИО1, можно описать следующим образом.
Автомобиль ГАЗ, под управлением ФИО1 (с одним пассажиром) двигался по правой полосе движения <адрес> со скоростью около 80 км/ч (со слов водителя).
Впереди него в попутном направлении с неустановленной материалами дела скоростью двигался автомобиль Renault, под управлением ФИО4 (наличие груза и пассажиров материалами дела не установлено), располагаясь правыми колесами на обочине, а левыми на проезжей части.
Состояние проезжей части в момент дорожно-транспортного происшествия мокрый асфальт (определено по фото с места дорожно-транспортного происшествия и объяснениям водителей).
Со слов свидетеля перед дорожно-транспортным происшествием автомобиль Renault обогнал автомобиль ГАЗ, после чего перестроился, выехал на обочину и резко затормозил, остановившись частично на обочине, а частично на правой полосе движения, по которой двигался автомобиль ГАЗ.
Этот маневр водителя ФИО4 создал опасность для движения водителя ФИО1, который для предотвращения наезда применил экстренное торможение. Однако расстояние до внезапно остановившегося автомобиля Renault не позволило водителю ФИО1 предотвратить столкновение.
Экспертным путем не представляется возможным определить были ли включены в момент дорожно-транспортного происшествия установленное на крыше автомобиля Renault электронное табло (инфракрасная стрелка об объезде препятствия) и огни аварийной сигнализации. Однако можно категорически утверждать, что в момент столкновения (наезда) конусов на проезжей части не было выставлено, что с экспертной точки зрения свидетельствует о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло практически сразу после остановки автомобиля Renault на проезжей части.
В кульминационной стадии дорожно-транспортного происшествия автомобиль ГАЗ своей передней правой частью контактировал с задней левой частью автомобиля Renault. В момент столкновения (наезда) автомобиль ГАЗ получил крутящий момент и развернулся вправо в результате удара.
После столкновения автомобиля ГАЗ и Renault совместно перемещались вперед и вправо от места столкновения. Перемещение автомобилей прекратилось в результате наезда передней правой части автомобиля Renault на опору металлического бордюрного ограждения автодороги.
Действия водителя автомобиля Renault ФИО4 могли не соответствовать требованию пункта 10.5 Правил дорожного движения РФ (в случае если он резко затормозил перед автомобилем ГАЗ) и пункта 7.2 Правил дорожного движения РФ (если он не включил аварийную сигнализацию при остановке на проезжей части).
На проезжей части зафиксированы следы торможения автомобиля ГАЗ, что говорит о применении водителем ФИО1 мер, предусмотренных требованиями пунктом 10.1 Правил дорожного движения РФ. Однако не установлено, на каком именно расстоянии для водителя автомобиля ГАЗ возникла опасность для движения в виде остановившегося на проезжей части автомобиля Renault. Поэтому экспертным путем можно говорить о том, что действия водителя ФИО1 могли не соответствовать требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, только в случае если он несвоевременно применил меры к снижению скорости движения в момент возникновения опасности, вызванной остановкой автомобиля Renault на проезжей части.
По имеющимся материалам дела невозможно установить непосредственную техническую причины дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 14 декабря 2021 года по адресу: <адрес>
Остановка автомобиля Renault на проезжей части явилась предпосылкой рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия и создала опасную дорожную ситуацию.
Экспертным путем определить наличие либо отсутствие у водителя автомобиля ГАЗ технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия, не представляется возможным.
Достоверно не известно, на каком именно расстоянии до автомобиля ГАЗ находился автомобиль Renault в момент остановки. В рассматриваемом случае, водитель автомобиля Renault остановился, располагаясь на проезжей части, чем создал опасность для движения автомобиля ГАЗ, который двигался по правой полосе движения. Водитель автомобиля ГАЗ ФИО1 не имел техническую возможность предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие, в случае если автомобиль Renault остановился на проезжей части на удалении менее чем за 92 метра от места столкновения (наезда).
Водитель транспортного средства Renault нарушил следующие пункты раздела 10 Стандарта Государственной компании «Автодор» СТО АВТОДОР 4.2-2020, а именно: двигаться по крайней правой полосе со скоростью транспортного потока; приводить в действие проблесковые оранжевые маячки и другие сигнализирующие устройства при снижении скорости ниже скорости транспортного потока, либо при движении по остановочной полосе; использовать остановочную полосу, как полосу для торможения при заезде на нее, останавливаться как можно ближе к барьерному ограждению.
Стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства Renault, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, по средним ценам Московского региона на дату дорожно-транспортного происшествия составляет без учета износа на заменяемые детали 1516100 рублей.
Рыночная стоимость транспортного средства Renault, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, составляет 2391900 рублей, стоимость годных остатков – 780000 рублей.
14 октября 2025 года в суд поступило письменные пояснения эксперта ФИО7 к заключению эксперта № 4177 от 06 июня 2025 года, согласно которым в выводах заключения эксперта № 4177 имеются технические ошибки, а именно перепутаны местами суммы по стоимости восстановительного ремонта и рыночной стоимости транспортного средства Renault.
Оснований не доверять заключению эксперта № 4177 от 06 июня 2025 года суд не усматривает. Заключение соответствуют требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано в письменной форме, содержит подробное описание и результаты проведенного исследования, анализ имеющихся данных, ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, полным, достаточно обоснованными и непротиворечивыми. Эксперт ФИО7 до начала производства экспертизы предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Эксперт имеет необходимое для проведения подобного рода экспертиз образование, квалификацию, стаж экспертной работы.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участником Правил дорожного движения Российской Федерации.
На основании изложенного, проанализировав обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, роль каждого из водителей в его возникновении, развитии и последствиях в виде причинения вреда, с учетом представленных доказательств, в том числе материалов проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, схемы дорожно-транспортного происшествия, фотоматериала, показаний участников происшествия, данных ими в рамках проверки, заключения судебной экспертизы в их совокупности, суд не усматривает наличия оснований, исключающих вину кого-либо из водителей по факту данного дорожно-транспортного происшествия.
Исходя из обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, места столкновения транспортных средств, с учетом положений Правил дорожного движения Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что обоюдные несоответствия действий водителей ФИО4 и ФИО1 требованиям Правил дорожного движения РФ явились условием возникновения опасной обстановки и находятся в причинно-следственной связи с последствиями дорожно-транспортного происшествия, при этом при определении степени вины сторон суд не усматривает оснований для отступления от принципа равенства вины указанных водителей в возникшем в результате столкновения ущербе.
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Таким образом, для возложения ответственности за материальный ущерб, причиненный при взаимодействии двух транспортных средств, необходимо установить являлось ли лицо, управлявшее автомобилем и нарушившее Правила дорожного движения, законным владельцем источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.
Из материалов дела следует, что автомобиль, которым управлял ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия, зарегистрирован в органах ГИБДД за его супругой ФИО3
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
Таким образом, независимо от того, на кого из супругов зарегистрировано или приобретено имущество, оно считается общей совместной собственностью, которой на законном основании вправе владеть любой из супругов, регистрация автомобиля в органах ГИБДД не является регистрацией права собственности на это имущество.
На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО1, владеющий автомобилем ГАЗ 3302, государственный регистрационный номер <данные изъяты> на законных основаниях и на момент дорожно-транспортного происшествия управлявший указанным автомобилем.
С учетом изложенного исковые требования САО «ВСК» к ФИО3 о возмещении ущерба в порядке суброгации удовлетворению не подлежат.
Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя ФИО1 была застрахована по договору ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах» (полис № ТТТ 7004775012).
Транспортное средство Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты> было застраховано в САО «ВСК» по договору комбинированного страхования автотранспортных средств № 2100GH1003433 от 28 июля 2021 года.
Страховая сумма по застрахованным рискам на начало действия договора страхования – 2934000 рублей.
Договор добровольного страхования имущества заключен на условиях, изложенных в Правилах комбинированного страхования автотранспортных средств, утвержденных страховщиком 27 декабря 2017 года.
15 декабря 2021 года представитель ООО «ОССП» обратился в САО «ВСК» с заявлением о наступлении страхового случая.
В этот же день САО «ВСК» проведен осмотр поврежденного транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, составлен акт осмотра.
По заказу САО «ВСК» проведена экспертиза. Согласно экспертному заключению ООО № 8373373 от 01 октября 2024 года, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, на дату дорожно-транспортного происшествия – 14 декабря 2021 года составляет 2484793 рубля 00 копеек.
САО «ВСК» указано, что, несмотря на полную гибель застрахованного имущества, страхователь оставил транспортное средство в поврежденном состоянии (годные остатки) в своей собственности. Стоимость годных остатков транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты>, составила 658000 рублей, что подтверждается отчетом по торгам от 30 сентября 2024 года.
15 августа 2024 года САО «ВСК» утвержден страховой акт, дорожно-транспортное происшествие признано страховым случаем и в пользу ООО «Объединенные Системы Сбора Платы» 20 сентября 2024 года произведена выплата страхового возмещения в размере 2276000 рублей (из расчета: 2934000 рублей (страховая сумма) – 658000 рублей (стоимость годных остатков).
В силу статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно (пункт 1).
Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (пункт 2).
В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 10 марта 2017 года № 6-П, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В пункте 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» даны разъяснения, что, если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из условий договора комбинированного страхования автотранспортных средств от 28 июля 2021 года, заключенного между САО «ВСК» и ООО «ОССП», страхование осуществлялось и по риску «повреждение».
Истцом САО «ВСК» заявлены требования о возмещении убытков в порядке суброгации в сумме 1876000 рублей – в размере разницы между произведенной страховщиком выплатой (2276000 рублей) с учетом лимита страхового возмещения по договору ОСАГО, в рамках которого была застрахована ответственность ФИО1 (400000 рублей).
Как указано выше, САО «ВСК» выплачено страховое возмещение в размере 2276000 рублей исходя из полной гибели застрахованного имущества.
Судом по результатам проведенной судебной экспертизы установлено, что полная гибель транспортного средства Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты> в дорожно-транспортном происшествии не наступила, восстановительный ремонт экономически целесообразен, его стоимость без учета износа составляет 1516100 рублей 00 копеек, что не превышает 75 % от размера страховой премии по договору страхования.
Следовательно, возникшее у истца из договора страхования обязательство по выплате страхового возмещения должно было соответствовать указанной стоимости восстановительного ремонта. В соответствующем размере у истца возникло и право требования в порядке суброгации к причинителю вреда.
Установление в результате судебного разбирательства отсутствия оснований для выплаты страхового возмещения по правилам полной гибели застрахованного имущества не лишает истца права на возмещение убытков в порядке суброгации в том размере, который соответствовал бы правильно определенной сумме страховой выплаты.
Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:
а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;
б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;
в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;
г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам. При наличии вины обоих владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого из них.
Из материалов дела следует, что ПАО СК «Росгосстрах» по требованию САО «ВСК» о возмещении убытков произвело в пользу последнего выплату в размере 400000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 81540 от 23 октября 2024 года.
Поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло по обоюдной вине водителей автомобиля Renault Master, государственный регистрационный номер <данные изъяты> – ФИО4 и автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный номер <данные изъяты> – ФИО1, степень их вины является равной по 50%, размер ущерба, причиненного САО «ВСК» законным владельцем автомобиля ГАЗ, исходя из заявленных исковых требований, составит 758050 рублей (из расчета: 1516100 рублей х 50%), из которого необходимо вычесть размер страхового возмещения, полученного САО «ВСК» в счет страхования ответственности владельца автомобиля ГАЗ, в размере 400000 рублей.
Таким образом, с ответчика ФИО1 в пользу САО «ВСК» подлежат взысканию в счет возмещения вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 358050 рублей (из расчета: (1516100 рублей х 50 %) – 400000 рублей).
В остальной части исковые требования САО «ВСК» удовлетворению не подлежат.
Общий принцип распределения судебных расходов установлен частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
При подаче искового заявления, САО «ВСК» при цене иска в размере 1876000 рублей оплачена государственная пошлина в размере 33760 рублей 00 копеек, что подтверждается платежным поручением № 13330 от 22 октября 2024 года.
Суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований на сумму 358050 рублей, что составляет 19%.
Поскольку суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований САО «ВСК», с ответчика ФИО1 в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 6414 рублей 00 копеек (из расчета: 33760 рублей х 19 %).
В остальной части требования САО «ВСК» о взыскании расходов по оплате государственной пошлины удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования САО «ВСК» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) в пользу САО «ВСК» (ИНН <***>) в порядке суброгации в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 358050 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины – 6414 рублей 00 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований САО «ВСК» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации – отказать.
В удовлетворении исковых требований САО «ВСК» к ФИО3 (паспорт гражданина РФ <данные изъяты>) о возмещении ущерба в порядке суброгации – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий А.В.Янчук
Мотивированное решение изготовлено 13 ноября 2025 года.
Председательствующий А.В.Янчук