№ 2-451/2023

47RS0002-01-2023-000370-51

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Волосово 11 декабря 2023 года

Волосовский районный суд Ленинградской области в составе:

судьи Егоровой С.Е.,

при секретаре Самойловой С.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО16 о признании брачного договора недействительным, о применении последствий недействительности сделки, признании недвижимого имущества совместно нажитым имуществом и признании права собственности на недвижимое имущество,

с участием истца ФИО4,

представителя истца ФИО4 – адвоката Тарбаевой В.А., действующей на основании ордера № № от ДД.ММ.ГГГГ, доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО16,

представителя ответчиков ФИО5 и ФИО16 – адвоката Безбородникова И.В., действующего на основании ордеров № и № от ДД.ММ.ГГГГ, доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратилась в Волосовский районный суд Ленинградской области с иском к ответчикам ФИО5, ФИО16 о признании брачного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании недвижимого имущества совместно нажитым имуществом и признании права собственности на недвижимое имущество, в ходе судебного разбирательства по настоящему делу реализовала право на внесение изменений в исковые требования в порядке части 1 статьи 39 ГПК РФ (т. 1 л.д. 245-254), просит суд признать недействительным брачный договор, применить последствия недействительности сделки, признать недвижимое имущество совместно нажитым имуществом, признать право собственности на недвижимое имущество – земельные участки и взыскать с ФИО5 денежную компенсацию в счет причитающейся ей ? доли в праве собственности на жилой дом.

В обоснование иска ФИО4 указывает, что жилой дом и земельный участок были приобретены в браке с ФИО2 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и являются совместно нажитым имуществом в браке. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 заключен брачный договор в отношении земельного участка и расположенного на нем жилого дома, находящихся по адресу: <адрес>, распорядившись совместно нажитым имуществом в браке с истцом ФИО1 без ее письменного согласия.

В этой связи истец ФИО4 находит наличие оснований для применения положений статей 166-168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 33, 34, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), и требовала судебной защиты нарушенного имущественного права с использованием вышеприведенного средства гражданского судопроизводства.

В судебном заседании истец ФИО4, представитель истца ФИО4 - адвокат Тарбаева В.А., настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований.

Ответчик ФИО5, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания, в суде явился, воспользовался правом, предоставленным ему ч. 1 ст. 48 ГПК РФ на ведение дела через представителя.

Ответчик ФИО16, представитель ответчиков ФИО17 и ФИО16 – адвокат Безбородников И.В., в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения уточненных исковых требований.

Заслушав истца ФИО4, представителя истца ФИО4 - адвоката Тарбаеву В.А., ответчика ФИО16, представителя ответчиков ФИО5 и ФИО16 – адвоката Безбородникова И.В., свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, Свидетель №1, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 состояли в браке, что не оспаривалось сторонами.

ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО1 и ФИО2 прекращен основании решения мирового судьи судебного участка № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС администрации МО Волосовский муниципальный район <адрес> составлена запись акта о расторжении брака № (т.1 л.д. 10).

В период брака ФИО1 и ФИО2 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ был приобретен земельный участок площадью 1 200 кв.м. с жилым домом по адресу: <адрес>; право собственности было зарегистрировано на ФИО2, что не оспаривалось сторонами (т. 1 л.д. 130-131, 153-154).

На данном земельном участке был расположен жилой дом, который в период рассмотрения дела, был демонтирован ответчиками, что ими не оспаривалось.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО10 был заключен брак, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО20.

ДД.ММ.ГГГГ между супругами ФИО2 и ФИО3 заключен брачный договор, которым установлен режим раздельной собственности на все движимое и недвижимое имущество, приобретенное в период брака, как до заключения договора, так и в будущем после заключения договора (т. 1 л.д. 67-72).

По указанному брачному договору земельный участок с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, Волосовский муниципальный район, <адрес>, перешел в личную собственность ФИО3, что подтверждается выписками ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 20-43).

Согласно правовой позиции истца, брачный договор является ничтожной сделкой, поскольку данный земельный участок и жилой дом были приобретены в период брака с истцом, в связи с чем, данная сделка является ничтожной. При этом указание в декларации о том, что дом был построен в 2020 году является подложным, так как иных домов на месте купленного дома на земельном участке не воздвигалось. Кроме того, ответчики в ходе судебного разбирательства, злоупотребляя своими правами, демонтировали данный дом с целью сокрытия того факта, что данный дом был построен до 2011 года, лишив истца возможности права заявить ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы, в том числе для целей определения стоимости спорного недвижимого имущества.

ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании, по ходатайству истца, были допрошены свидетели ФИО11, ФИО12, ФИО6, ФИО7, ФИО8

Свидетель ФИО11 пояснил, что находился в дружеских отношениях с семьей ФИО20, с которой познакомился в ДД.ММ.ГГГГ, при этом в их доме был неоднократно, в том числе с ДД.ММ.ГГГГ год осуществлял в доме ремонтные работы - переделывал кухню и санузел из гаража, в ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО2 пристраивал к дому эркер. Также свидетель ФИО11 пояснил, что последний раз был в доме примерно в ДД.ММ.ГГГГ., указал, что сам дом не изменился.

Свидетель ФИО12 сообщил, что находился в дружеских отношениях с семьей ФИО20 до их расторжения брака, ежедневно был у них дома, работал у ИП ФИО2 Свидетель ФИО12 также указал, что он строил семье ФИО20 сарай, переделывал одну из комнат на первом этаже в кабинет, а также примерно в 2006-2007 гг. (на протяжении 10 дней) обшивал дом вагонкой совместно с одним из работников пилорамы. ФИО12 пояснил, что был очевидцем строительства второго этажа дома, а также указал, что дом был полностью построен со вторым этажом и гаражом в браке с ФИО1 Последний раз свидетель был в доме в 2011 году. Свидетель также показал, что большую комнату и эркер в доме строил ФИО11, эркер дома был сделан из бруса, он утеплялся, обшивался гипроком. Дом стоял на старом фундаменте, эркер строился на отдельном новом фундаменте, то есть комната увеличивалась за счет сноса стены и постройки эркера. Также свидетель пояснил, что проезжая по <адрес> после 2020 года он видел, что визуально дом не изменился.

Свидетель ФИО6 пояснила, что с 1994 года была знакома с ФИО1 и ФИО2 В 1996 году супруги ФИО20 приобрели дом, но в нем не жили в силу его технического состояния, это был отдельно стоящий дом, рядом с которым располагался кирпичный гараж. В 1997 году семья ФИО20 въехала в дом, к 2000 году дом благоустраивался, был построен эркер, началось строительство второго этажа. Свидетель пояснила, что приезжала в дом в период его строительства, на первом этаже дома был расположен зал, кабинет, столовая, прихожая и кухня, на втором – 3 комнаты, ванная комната, санузел; последний раз была в доме в 2010 году, после этого проезжала мимо дома, который визуально не изменился.

Свидетель ФИО7 пояснил, что ФИО1 и ФИО2 приходятся ему родителями, в спорном доме он зарегистрирован с рождения, в настоящее время по адресу регистрации не проживает, последний раз был в доме в 2019 году, в 2020-2022 гг. заходил в гости. Свидетель указал, что помнит все этапы строительства дома, после которого визуально дом не изменился, в 2007 году второй этаж был построен полностью из каркаса и доски, гипсокартона, дом обшит доской.

Свидетель ФИО8 указал, что ФИО1 и ФИО2 приходятся ему родителями, в спорном доме он проживал до 2015 года, после чего был в доме в 2022 году; в доме был построен эркер, второй этаж, в 2006 году закончилось строительство дома, который обшит деревянной доской с рисунком в форме «елочки». До 2011 года он с родителями жил в доме, его мать – ФИО1 в связи с разногласиями с новой супругой отца – ФИО3 вынуждена была уйти из дома. По состоянию на 2015 год и 2022 год дом не изменился.

Оценивая показания данных свидетелей по правилам ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, суд с доверием относится ких показаниям, поскольку их показания последовательны, логичны, непротиворечивы, не опровергаются другими доказательствами, согласуются друг с другом и с письменными материалами дела.

ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании, по ходатайству ответчиков, были допрошены свидетели ФИО9 и Свидетель №1

Свидетель ФИО9 пояснила, что знакома с семьей ФИО20 более 15 лет. Около 12 лет назад ФИО2, поскольку она работала землеустроителем, обратился к ней в целях приобретения земельного участка для ФИО1, она ему рекомендовала земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>. Указанный земельный участок был предоставлен ФИО2 в аренду, а в дальнейшем было оформлено право собственности. Свидетель также пояснила, что около 10 лет назад ФИО2 ей пояснил, что данный участок ФИО1 не подходит, обратился к ней с аналогичной просьбой, она сообщила ему о продаже земельного участка, принадлежащего ее знакомой, расположенного в <адрес>, который был приобретен ФИО2 и на нем построен дом.

Свидетель Свидетель №1 пояснил, что ФИО2 приходится ему родным братом, весной 1996 года их мать позвонила своему брату ФИО13 и обратилась с просьбой в помощи приобретения дома для ее сына – ФИО2 В марте 1996 года ФИО13 подарил ФИО2 денежные средства на приобретение дома. В 2001 и 2002 годах он, Свидетель №1, давал денежные средства своему брату ФИО2 в долг, после чего в 2009 году брат ему частично вернул деньги, однако для этого он вынужден был взять кредит, в том числе под залог квартиры, принадлежащей его супруге – ФИО3 Приехав к ФИО2 в 2020 году он увидел, что спорный жилой дом был реконструирован, в том числе за счет увеличения площади и изменения планировки. В 1996 году семья ФИО2 денежными средствами на приобретение земельного участка и жилого дома, не располагала.

Оценивая данные в ходе судебного заседания показания свидетеля ФИО9, суд исходит из того, что сами по себе действия ФИО2, направленные на приобретение земельных участков, не являются безусловным и исключительным доказательством факта разрешения вопроса о разделе имущества между ФИО2 и ФИО1 и подлежат оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены в том числе, предшествующие и последующие взаимоотношения сторон.

К показаниям свидетеля Свидетель №1 суд относится критически, поскольку передача денежных средств не может подтверждаться свидетельскими показаниями. Допустимых и относимых доказательств, которые бы подтверждали, что денежные средства передавались Свидетель №1 лично ФИО2 по договору дарения, материалы дела не содержат.

Ответчиками в материалы дела представлен протокол допроса свидетеля ФИО13, допрошенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Иркутского нотариального округа нотариальной палаты <адрес> ФИО14, согласно которых свидетель ФИО13 на вопросы нотариуса указал, что в первых числах марта 1996 года в <адрес>, по просьбе своей сестры ФИО15, написав от руки договор дарения, он подарил своему племяннику ФИО2 (сыну ФИО15) денежные средства в размере около 65 000 000 руб.

Протокол допроса свидетеля, удостоверенный нотариусом, судом отклоняется как недопустимое доказательство, поскольку в соответствии статей 69-70 ГПК РФ, свидетели допрашиваются непосредственно судом, с предупреждением об уголовной ответственности по статьям 307, 308 УК РФ, а не делают нотариально удостоверенные заявления, которые показаниями свидетеля не являются.

Доводы ответчиков о том, что ФИО2 брал в долг у родного брата Свидетель №1 денежные средства на ремонтные работы и покупку строительных материалов, которые ответчики вернули после получения кредита, надлежащими доказательствами не подтверждены, в том числе с учетом того, что представленное ответчиками кредитное соглашение заключено между ЗАО Банк ВТБ 24 и индивидуальным предпринимателем ФИО2, с указанием цели кредита – пополнение оборотных средств.

Иных доказательств приобретения спорного имущества при указанных обстоятельствах ответчиками в материалы дела не представлено. Кроме того, суд учитывает, что передача денежных средств одному из супругов его родственниками в отсутствии иных доказательств не свидетельствует о дарении данных денежных средств конкретно данному супругу.

Таким образом, доводы ответчиков о приобретении спорного имущества за счет личных денежных средств не нашли своего подтверждения, надлежащих доказательств данного обстоятельства ответчиками в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, тогда как истец данное обстоятельство отрицала, а с учетом приобретения спорного имущества в период брака сторон, в отсутствии доказательств обратного, презюмируется его приобретение за счет совместных денежных средств супругов.

Ссылки ответчиков на отсутствие денежных средств на момент приобретения спорного имущества у семьи ФИО20 не свидетельствуют о наличии оснований для исключения спорного имущества из совместно нажитого имущества. В данном случае бремя доказывания обстоятельства отнесения спорного имущества к личной собственности одного из супругов лежало на ФИО2, в связи с чем, доводы последнего о непредставлении ФИО1 доказательств наличия финансовой возможности приобретения имущества являются несостоятельными.

В силу п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности, который действует, если брачным договором не установлено иное. Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (п. 1 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся в том числе доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого и кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно п. 1 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

В соответствии с пунктом 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации).

В ходе рассмотрения дела установлено, что между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 брачный договор не заключался, договором режим спорного имущества не определялся, доказательств обратного не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации к личной собственности каждого из супругов относится имущество, принадлежавшее до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во врем брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11. 1998 № «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пп. 1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128 и 129, пп. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 16 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации имущество, которое имелось у супругов ко времени фактического прекращения брачных отношений, приобретенное в период брака, является их общим имуществом, и подлежит разделу между ними. При этом общность имущества, приобретенного в период брака, является его личной собственностью, в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен представить в подтверждение этому доказательства.

Оценив представленные в материалы дела по делу доказательства в их совокупности, суд не усматривает оснований для исключения спорного имущества из состава общего имущества супругов, отступления от принципа равенства долей супругов в отношении спорного имущества.

Из показаний свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО6, ФИО7, ФИО8, следует, что спорный объект недвижимости приобретался и реконструировался ФИО1 и ФИО2 в период брака.

Принимая во внимание отсутствие допустимых доказательств того, что спорный объект приобретался за счет личных денежных средств ответчика, суд приходит к выводу, что спорный объект недвижимости является совместно нажитым имуществом супругов и подлежит разделу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость (пункт 16).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Действующим законодательством презюмируется добросовестное поведение участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите ими гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сказано, что согласно п. 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В абз. 3, 4 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под злоупотреблением правом понимается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, т.е. поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Согласно статье 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников; совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3).

При признании сделки по распоряжению общим имуществом бывших супругов недействительной как совершенной без согласия одного из них применяются общие положения о последствиях недействительности сделки, т.е. каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (пункт 2 статьи 167 ГК Российской Федерации). В случае, если к моменту признания недействительной сделки по распоряжению имуществом, находившимся в совместной собственности, это имущество на основании последовательно совершенных сделок оказалось во владении у иного лица, признание сделки недействительной приводит к тому, что последний приобретатель, ставший собственником имущества, лишается своего права собственности или доли в нем. Сособственник же, оспоривший первоначальную сделку как совершенную без его согласия, может с точки зрения правоприменительной практики рассчитывать на удовлетворение требования, предъявленного к последнему приобретателю по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу требований ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пп. 1-3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10 ГК РФ применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств, действия ответчиков по заключению брачного договора следует расценивать как недобросовестные, предпринятые в ущерб интересам истца, снижения объема совместно нажитого имущества в браке с истцом, на долю которого истец может претендовать, и создания препятствия в защите своего нарушенного права.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного раздела совместно нажитого имущества.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В настоящем случае право истца не может быть защищено путем признания права на ? долю в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом, учитывая, что именно об этом истец просила в первоначальных исковых требованиях, поскольку он был демонтирован ответчиками в ходе судебного разбирательства по настоящему делу, а кроме того судом в ходе судебного разбирательства установлено, что право собственности на данное ныне демонтированное строение, было зарегистрировано за ответчиком на основании декларации, содержащей неверные сведения о годе постройки жилого дома.

Таким образом, исковые требования истца в части взыскания денежной компенсации по кадастровой стоимости в размере 1 797 194, 73 руб. в счет причитающейся ей ? доли в праве собственности на жилой дом суд признает обоснованными, учитывая, что в результате демонтажа ответчиками спорного дома в ходе судебного разбирательства истец лишилась возможности произвести оценку жилого дома.

Вместе с тем суд отклоняет ссылки ответчиков на пропуск истцом трехлетнего срока исковой давности для обращения в суд с иском об оспаривании брачного договора между ответчиками, поскольку в настоящем случае для истца, не являющегося стороной данной сделки, такой срок начал течь с даты, когда истец могла узнать о нарушении своих прав данной сделкой.

Как указано в Определении Верховного суда РФ от 20.01.2015 N 5-КГ14-144, по своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеет свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства. Семейным кодексом РФ срок исковой давности в отношении требования супруга о признании брачного договора недействительным (п. 2 ст. 44 СК РФ) не установлен. В связи с этим исходя из положений ст. 4 СК РФ к такому требованию в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности по требованиям о признании сделки недействительной, предусмотренный ст. 181 ГК РФ.

Согласно статье 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до ДД.ММ.ГГГГ) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (пункт 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

В соответствии с абзацем вторым пункта 15 Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Из изложенного следует, что при оспаривании супругом действительности брачного договора или его условий по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда этот супруг узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение. В данном случае такой момент совпадает с разделом имущества, осуществляемого по условиям брачного договора, в результате исполнения которого сложилась ситуация, свидетельствующая о том, что один супруг полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака.

Таким образом, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с приведенными нормами действующего законодательства, суд находит исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить.

Признать недействительным брачный договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Прекратить (аннулировать) записи № и № от ДД.ММ.ГГГГ в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № и на жилой дом с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>.

Признать земельный участок с кадастровым номером: № и земельный участок с кадастровым номером №, жилой дом с кадастровым номером: №, по адресу: <адрес>, совместно нажитым имуществом в браке между ФИО2 и ФИО1.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения <адрес>, пол – женский, гражданство Российская Федерация, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ ТП № отдела <адрес>, код подразделения №, зарегистрированной по адресу: <адрес> право собственности на ? долю земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию в размере 1 797 194 рублей 73 копейки в счет причитающейся ей ? доли в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером: №, по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд через Волосовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: С.Е. Егорова

Решение изготовлено в окончательной форме 18 декабря 2023 года.