Решение по делу № 2-7131/2024 от 25.11.2025 | Октябрьский районный суд г. Новосибирска (Новосибирская область)

Дело № 2-940/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Октябрьский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Козловой Е.И.

при секретаре Шелковой А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новосибирске

18.07.2025 года

гражданское дело по иску истец к ЗАО «ответчик» о защите прав потребителей, компенсации морального вреда,

УСТАНОВЛЕНО:

истец обратился в суд с исковым заявлением к ЗАО «ответчик» о защите прав потребителей, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что /дата/ между истцом и ответчиком заключен договор на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым ответчик обязался оказать перечень медицинских услуг в соответствии с договором, который определяется в заказ-наряде №//дата/, являющегося неотъемлемой частью договора, а истец - оплатить за оказанные услуги денежную сумму в размере 7 376 руб. /дата/ указанные услуги истцом были оплачены.

В ходе оказания ответчиком медицинских услуг были допущены нарушения, выразившиеся в следующем: проведена инструментальная и медикаментозная обработка, пломбирование 15 зуба, в ходе чего медицинский инструмент сломался и его фрагмент остался I в зубном канале. Кроме этого, в дистально-щечном корневом канале отсутствуют следы пломбировочного материала, что подтверждается рентгенологическим отчетом от /дата/. В результате оказания некачественных услуг стал ощущать боль и дискомфорт, а также во время приема пищи не мог полноценно пережевывать пищу, из-за чего испытывал моральные переживания и нравственные страдания. Таким образом, недостатки лечения повлекли осложнения состояния здоровья истца, они являются существенными, устранимыми со значительными затратами времени и денежных средств.

/дата/ истцом была направлена претензия в адрес ответчика. /дата/ поступил ответ на претензию, в котором ответчик сообщил, что нарушений при оказании медицинской помощи не установлено.

В связи с предоставлением некачественной услуги истец был вынужден обратиться в стоматологическую клинику ООО «клиника» и оплатить установку пломбы в размере 6000 руб. Причиненный ответчиком моральный вред оценивает в размере 25 000 руб.

Просит суд взыскать с ответчика уплаченную сумму за услугу ненадлежащего качества в размере 7 376 руб., компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., убытки от оказания услуги ненадлежащего качества в размере реального ущерба - 6000 рублей, штраф.

В ходе судебного разбирательства по делу истцом были уточнены основания заявленных требований, согласно которых дополнил, что /дата/ обратился к своему лечащему врачу ответчика с просьбой получить имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, сделать копию медицинской карты, на что лечащий врач отказала, не предоставила возможность ознакомиться с информацией о состоянии здоровья, и не предоставила возможность сделать копии медицинской карты. /дата/, опасаясь за свое здоровье, истец обратился за оказанием медицинской услуги в стоматологическую клинику «Дентал-Сервис», что подтверждается рентгенологическим отчетом от /дата/. Согласно рекомендации рентгенологического отчета от /дата/, была необходима установка постоянной пломбы зуба 15. Согласно полученной рекомендации и опасаясь за существенное ухудшение своего здоровья, /дата/ истец обратился за оказанием медицинской услуги в ООО «клиника где мне была установлена постоянная пломба на зуб 15.

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивал, заявлений уточнений не представил.

Представитель ответчика в судебном заседании возражала относительно заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле о рассмотрении дела извещены надлежащем образом, причина неявки суду не известна, заявлений и ходатайств суду не представили.

Помощник прокурора в судебном заседании полагал исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Выслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшего требования истца к подлежащих удовлетворению, с учетом определения размера компенсации морального вреда на усмотрение суда с учетом разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в редакции, действовавшей на дату смерти ФИО1 - 29 ноября 2019 г.).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом первым статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом первым статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие причинения вреда» и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага. (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред, юридически значимыми обстоятельствами являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда.

При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только наличие прямой причинной связи.

Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

В соответствии со ст. 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (ст.ст. 702-729 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положения о бытовом подряде (ст.ст. 730-739 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит ст.ст. 779-782 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии с п. 3 ст. 730 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным Гражданским кодексом Российской Федерации, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними.

В силу п. 27 постановления Правительства Российской Федерации от 4 октября 2012 года № 1006 «Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг» исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Аналогичные положения изложены в ч. 8 ст. 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

В соответствии с абз. 7, 8 п. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон «О защите прав потребителей») потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Согласно п. 6 указанной статьи в случае выявления существенных недостатков работы (услуги) потребитель вправе предъявить исполнителю требование о безвозмездном устранении недостатков, если докажет, что недостатки возникли до принятия им результата работы (услуги) или по причинам, возникшим до этого момента. Это требование может быть предъявлено, если такие недостатки обнаружены по истечении двух лет (пяти лет в отношении недвижимого имущества) со дня принятия результата работы (услуги), но в пределах установленного на результат работы (услуги) срока службы или в течение десяти лет со дня принятия результата работы (услуги) потребителем, если срок службы не установлен. Если данное требование не удовлетворено в течение двадцати дней со дня его предъявления потребителем или обнаруженный недостаток является неустранимым, потребитель по своему выбору вправе требовать:

соответствующего уменьшения цены за выполненную работу (оказанную услугу);

возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами;

отказа от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и возмещения убытков.

Согласно преамбуле Закона «О защите прав потребителей» под существенным недостатком товара (работы, услуги) понимается неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

В соответствии с п. 1 ст. 31 Закона «О защите прав потребителей» требования потребителя о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные п. 1 ст. 28 и п.п. 1, 4 ст. 29 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

Судом установлено, что /дата/ между истцом и ответчиком был заключен договор возмездного оказания медицинских услуг, в соответствии с которым ответчик обязался оказать медицинские услуги в сфере стоматологии, а истец - оплатить за оказанные услуги (вложение в медицинскую карту стоматологического больного № г.

Из пояснений истца следует и не оспаривается ответчиком, что /дата/ истец обратился к ответчику за оказанием ему платных медицинских услуг ввиду боли в 15-ом зубе. В этот же день после проведенного осмотра ему был установлен диагноз: <данные изъяты>

/дата/ указанные услуги истцом были оплачены в размере 7 376 руб., согласно представленных истцом чеков: наложение временной пломбы на сумму 88 руб., разовый набор – 97,90 руб., использование системы изоляции рабочего поля – 361,90 руб., анестезия – 689,70 руб., пломбирование двух корневых каналов зуба термопластической гуттаперчей – 2533,30 руб., инструментальная и медикаментозная обработка хорошо проходимых 2-х корневых каналов - 3269,20 руб., на общую сумму 7040 руб., а также радиовизиография – 305 руб., индексация – 31 руб. на общую сумму 336 руб. (л.д.15-17).

Также как следует из пояснений истца, во время первого приема врач пояснила, что медицинский инструмент сломался в ходе процедуры и остался в корневом канале, ввиду чего наложила временную пломбу, более никаких действий врач не производила, о необходимости лечить третий канал зуба не разъяснила. В последующем, обеспокоенный наличием в канале зуба отломка медицинского инструмента, истец обратился за медицинской помощью с жалобой на боль в ООО «Дентал-Сервис»,

Согласно заключения врача ООО «клиника» от /дата/ в отношении истца (<данные изъяты> (л.д. 19-21).

Согласно представленного истцом чека от /дата/ им оплачено в ООО «клиника» 6000 руб.: за описание и интерпретацию рентгенографических изображений – 400 руб., инфильтрационную анестезию – 600 руб., восстановление зуба пломбой с нарушением контакт.пункта II, III класс по Блэку с использованием мате на сумму 5000 руб. (л.д.

/дата/ истцом была направлена претензия в адрес ответчика о возврате оплаченных им денежных средств, в ответе на которую ответчик сообщил, что нарушений при оказании медицинской помощи не установлено.

Истец считает, что ответчиком были оказаны некачественные стоматологические услуги, поскольку врачом был оставлен в 15-ом зубе осколок медицинского инструмента, а также не был пролечен третий корневой канал 15-го зуба, о чем узнал от врача иной стоматологической клиники, а в последующем был вынужден нести расходы на установку постоянной пломбы, поскольку денег на лечение третьего корневого канала не имел, ввиду чего обратился с настоящим исковым заявлением в суд.

С учетом наличия спора относительно качества оказанной истцу медицинской услуги, по ходатайству представителя ответчика судом по настоящему делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «Центральное Бюро Судебных Экспертиз №1». Согласно выводам, изложенным в экспертном заключении №-МЭ от /дата/ в период времени обследования и лечения истец в ЗАО ответчик» в период времени с /дата/ по /дата/ были допущены следующие недостатки обследования и лечения:

А). Недостатки предварительной диагностики: не выполнены рутинные диагностические медицинские манипуляции перед терапевтическим лечением зуба 1.5 по поводу пульпита, кратность выполнения которых составляет 1 (т.е. проводятся в 100% случаев): исследование зубов с использованием стоматологического зонда, термодиагностика зубов, определение прикуса, перкуссия зубов, электроодонтометрия.

Б). Недостатки терапевтического (эндодонтического) лечения зуба 1.5: не проведено измерение рабочей длины корневых каналов; не проведен рентгенологический контроль прохождения корневых каналов с применением эндодонтических инструментов и/или гуттаперчевого штифта; не проведено пломбирование дистально-щечного канала зуба 1.5.

Наличие указанных недостатков подтверждается данными исследования представленной медицинской документации, а также результатами судебно-гентгенологического исследования представленных визиограмм от /дата/ на имя истец

Также был установлен недостаток оформления медицинской документации в ЗАО ответчик» в отношении истец: заполнены не все разделы, предусмотренные медицинской картой стоматологического больного. Установленные в рамках настоящей экспертизы недостатки ведения медицинской документации не оказали влияния на состояние его здоровья, что подтверждается их характером.

Установленные в рамках настоящей экспертизы недостатки предварительной диагностики и последующего терапевтического лечения зуба 1.5 по поводу пульпита в период времени с /дата/ по /дата/ у истец (не выполнены рутинные диагностические медицинские манипуляции перед терапевтическим лечением зуба 1.5 по поводу пульпита, кратность выполнения которых составляет 1 (т.е. проводятся в 100% случаев): исследование зубов с использованием стоматологического зонда, термодиагностика зубов, определение прикуса, перкуссия зубов, электроодонтометрия; не проведено измерение рабочей длины корневых каналов; не проведен рентгенологический контроль прохождения корневых каналов с применением эндодонтических инструментов и/или гуттаперчевого штифта; не проведено пломбирование дистально-щечного канала зуба 1.5) не оказали влияния на состояние его здоровья, что подтверждается данными представленной документации, результатами рентгенологического исследования от /дата/ (отсутствие признаков развития осложнений и прогрессирования заболевания (в т.ч. развития периодонтита)).

Высказаться более конкретно о степени влияния указанных недостатков на течение патологического процесса не представляется возможным, поскольку лечение зуба 1.5 не было завершено по причине отказа пациента от дальнейшего (повторного эндодонтического) лечения в ЗАО «ответчик» /дата/ и не проведенного рекомендованного в ООО «клиника» /дата/ повторного эндодонтического лечения зуба 1.5.

Принятое решение о проведении «2 этапа лечения» в настоящем случае направлено на устранение недостатка первичного эндодонтического лечения (отсутствие пломбировочного материала в дистально-щечном канале) и не может рассматриваться как недостаток/дефект лечения.

Вместе с тем, проведение рентгенологического контроля прохождения корневых каналов с применением эндодонтических инструментов и/или гуттаперчевого штифта позволяло выявить наличие дистально-щечного канала и завершить лечение в один этап.

Согласно п. 5. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от 24 апреля 2008 г. № 194н, под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия Физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды.

Согласно п. 23. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от 24 апреля 2008 г. № 194н, при производстве судебно-медицинской экспертизы в отношении живого лица, имеющего какое-либо предшествующее травме заболевание либо повреждение части тела с полностью или частично ранее утраченной функцией, учитывается только вред, причиненный здоровью человека, вызванный травмой и причинно с ней связанный.

Согласно п.24. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом МЗиСР от 24 апреля 2008 г. № 194н, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В ходе исследования представленных материалов дела и медицинской документации каких-либо повреждений не причинено, оказанные медицинские вмешательства не повлекли ни тяжкого вреда здоровью, ни стойкой утраты трудоспособности, ни временного расстройства здоровья.

Установленные в рамках настоящей экспертизы недостатки предварительной диагностики; терапевтического (эндодонтического) лечения зуба 1.5; ведения медицинской документации не оказали влияния на состояние здоровья истец Таким образом, при оказании медицинской помощи истец в ЗАО «ответчик» вред здоровью не причинен.

2. В ходе исследования представленных материалов дела и медицинской документации, а также судебно-рентгенологического исследования представленных в медицинской карте визиограмм признаков наличия отломков стоматологического инструмента в корневых каналах не установлено.

3. Согласно данным представленных материалов дела и медицинских документов, истец проходил обследование и лечение в ООО «клиника /дата/ При осмотре предъявлял жалобы «на скол пломбы, застревание пищи». На основании проведенного обследования установлен диагноз: «<данные изъяты>

С позиции судебно-медицинской экспертизы, медицинскими услугами, связанными с устранениями ранее допущенных дефектов оказанной медицинской помощи, следует считать такие медицинские вмешательства или комплексы медицинских вмешательств, которые направлены на непосредственное устранение допущенных ранее недостатков, или возникших от этих недостатков негативных последствий.

Для устранения допущенных в ЗАО «ответчик» недостатков лечения истец необходимо проведение повторного эндодонтического течения. Проведенное в ООО «Дентика» лечение направлено на восстановление коронки туба 1.5, повторное эндодонтическое лечение не проводилось.

Таким образом, проведенное в ООО «клиника» лечение не направлено на непосредственное устранение допущенных ранее недостатков, и/или возникших от этих недостатков негативных последствий.

Также в мотивированной части экспертного заключения экспертами сделан вывод, что принятое решение о проведении «2 этапа лечения», в настоящем случае, направлено на устранение недостатка первичного эндодотического лечения (отсутствие пломбировочного материала в дистально-щечном канале) и не может рассматриваться как недостаток/дефект лечения; вместе с тем, проведение рентгенологического контроля прохождения корневых каналов с применением эндодонтических инструментов и/или гуттаперчевого штифта не исключало возможность выявления наличия дистально-щечного канала и завершения лечения в один этап (1 абз. стр. 18). Для устранения допущенный в ЗАО «ответчик» недостатков лечения истец необходимо проведение повторного эндодонтического лечения (абз. 4 стр. 18).

Опрошенный посредством видео-конференц связи с Пушкинским районным судом <адрес> в целях разъяснения и дополнения заключения эксперт эксперт в судебном заседании, выводы заключения поддержал, пояснил, что экспертом сделан вывод об отсутствии в зубе 15 истца отломков стоматологического инструмента, поскольку при лечении корневых каналов используется только металлический стоматологический инструмент (пластиковые и иные материалы не используются, также указания об использовании неметаллических стоматологических инструментов в медицинской карте отсутствуют), который просматривается на рентгеновских снимках, однако в имеющихся в материалах дела видеограмм металлические частицы не усматриваются, при этом представленных эксперту материалов было достаточной для ответа на данный вопрос. Также пояснил, что в первый день лечения в ЗАО «ответчик» истец два корневых канала зуба 15 были запломбированы постоянной пломбой, что говорит о завершении лечения. При установлении постоянной пломбы прикорневых каналов – второй этап лечения уже не имеет смысла, поскольку на втором приеме врач должна была распломбировать корневые каналы, прочистить, пролечить третий корневой канал и установить постоянную пломбу. Ввиду этого экспертами сделан вывод, что истец необходимо проведение повторного эндодонтическое лечение, что можно было бы избежать, если бы врач сделал бы необходимые медицинские манипуляции, указанные экспертами в качестве недостатков лечения истца. Также врачом в первый день лечения должен был быть произведен рентгенологический контроль канала до установления постоянной пломбы, чего не было сделано. Экспертами не отражено использование врачом Алекс локатора, поскольку это относится к звуковому инструментальному лечению, а потому его использование должно быть занесено в мед.карту пациента, что врачом сделано не было. Алекс локатором можно провести обследование, но эксперты пришли к выводу, что это сделано врачом не было сделано, поскольку записей об этом в медицинской карте не имеется, ввиду чего эксперт пришел к выводу, что корневой канал не измерен. Также отсутствует информация о зонировании в конце лечения, а не во время диагностики, также отсутствует термодиагностика зубов, поскольку в карте не отражено. Вместе с тем, указанные недостатки лечения не повлияли на здоровье пациента. Медицинская карта ЗАО «ответчик» на имя истец оформлена по форме №043/у, утвержденной приказом Минздрава, который утратил силу, в указанной медицинской карте не заполнен титульный лист в полном объеме, отсутствует указания в полях: профессия, диагноз, жалобы, перенесенные сопутствующие заболевания, развитие настоящего заболевания, как то требует Приказ МЗ РФ от 10.05.2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 г. №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК РФ, заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Приведенное выше заключение судебной экспертизы суд принимает в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона Российской Федерации от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит полные, мотивированные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы. Заключение содержит сведения о нормативно-технической литературе. В исследовательской части заключения приведены ссылки на нормативные акты. Изложенные в заключении выводы являются ясными и непротиворечивыми, соответствуют иным представленным по делу доказательствам. Исследование проведено экспертами, которые обладают необходимым уровнем образования и квалификации, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, эксперт по инициативе суда допрошен в судебном заседании, ответил на заданные сторонами вопросы.

Разрешая при установленных обстоятельствах спор, оценив представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая выводы судебно-медицинской экспертизы, суд исходит из того, что ответчиком истцу оказаны стоматологические услуги по лечению зуба 1.5 с допущением недостатков предварительной диагностики, терапевтического лечения, а также ведения медицинской документации, наличие которых не оказало влияния на состояние здоровья истца, но не позволило выявить наличие дистально-щечного канала и завершения лечения в один этап и привело к необходимости проведения повторного энтодонтического лечения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что факт оказания некачественной медицинской помощи (недостатки предварительной диагностики, терапевтического (эндодонтического) лечения зуба <данные изъяты> подтверждается указанным экспертным заключением.

При этом суд критически относится к доводу ответчика о том, что исходя из перечня выполненных истцу работ (л.д. 26) врачом была проведена радиовизиография зуба 15 истца дважды, поскольку представленный ответчиком перечень выполненных работ истцом не подписан, не соответствует наименованиям выполненных манипуляции и использованных материалов, указанных в представленном истцом чеке (л.д. 15), не в полном объеме соответствует записям врача в медицинской карте истца, что было подтверждено в судебном заседании экспертом эксперт Доказательств доведения лечащим врачом до истца информации о 3-ем корневом канале его 15 зуба в материалах дела не имеется.

Согласно части 1 статьи 29 Закона "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем.

Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Вместе с тем, в абзаце восьмом преамбулы к Закону о защите прав потребителей указано, что недостаток услуги определяется как несоответствие услуги или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условии обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых услуга такого рода обычно используется, или целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении договора.

Абзацем 9 преамбулы Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени или выявляется неоднократно, или предъявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Принимая во внимание указанное, а также то, что ответчик, будучи профессиональным участником оказания стоматологических услуг должен был предпринять меры по недопущению возникновения подобной ситуации, назначить наиболее оптимальный план лечения, не разделяя его на два этапа, а также то, что по вине ответчика ввиду допущения им недостатков проведенного медицинского обследования и лечения у истца имеется необходимость повторного эндодонтического лечения (которое им на момент рассмотрения дела истцом не получено по причинам личного характера) направленное на очистку запломбированных корневых каналов от постоянной пломбы и их медикаментозную обработку и пломбирование, с применением анестезии и использованием разового набора инструментов и системы изоляции рабочего поля, за что истцом было оплачено ответчику 6952 руб. (разовый набор 97,90 руб. + анестезия 689,70 руб. + система изоляции рабочего поля 361,90 руб. + пломбирование 2-х корневых каналов 2533,30 руб. + инструментальная и медикаментозная обработка 2-х корневых каналов 3269,20 руб. = 6952 руб.), учитывая, что указанный недостаток оказанной истцу медицинской помощи не может быть устранен без несоразмерных расходов, поскольку проведение повторного эндодонтического лечения, включает в себя помимо указанных выше расходов на сумму 6952 руб., дополнительные манипуляции (согласно выводам эксперта) по очистке запломбированных корневых каналов от постоянной пломбы и их медикоментозной обработке и их пломбирование, а также обработка и пломбирование непролеченного третьего дистально-щечного канала, суд приходит к выводу о наличии существенного недостатка оказанной ответчиком истцу услуги, а потому в силу п. 1 ст. 29 Закона «О защите прав потребителей», требования истца о возмещении ответчиком понесенных им расходов по оплате указанных медицинских услуг: наложение временной пломбы на сумму 88 руб., разовый набор – 97,90 руб., использование системы изоляции рабочего поля – 361,90 руб., анестезия – 689,70 руб., пломбирование двух корневых каналов зуба термопластической гуттаперчей – 2533,30 руб., инструментальная и медикаментозная обработка хорошо проходимых 2-х корневых каналов - 3269,20 руб., на общую сумму 5802,50 руб.

Оснований для взыскания с ответчика радиовизиографии 1 зуба от /дата/ в сумме суд не находит, поскольку доказательств некачественности указанной рентгенологической диагностики в материалах дела не имеется, а необходимость ее проведения в качестве контроля после произведенного врачом истцу лечения подтверждена заключением судебной экспертизы, результаты указанной радиовизиографии применены врачом, т.к. после их получения врачом обнаружен третий корневой канал под вопросом, назначен второй этапа лечения.

При этом, поскольку полученная истцом медицинская помощь в ООО «клиника» на сумму 6000 руб. не относится к расходам, состоящим в причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, поскольку не связаны с перелечиванием, или долечиванием каналов зуба 1.5, которое не было окончено по личным причинам истца, суд не находит оснований для взыскания с ответчика в пользу истца заявленных убытков на сумму 6000 руб.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей, моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Суд критически оценивает доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода (абзац третий пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно абзацу четвертому пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Вместе с тем, таких доказательств ответчиком не представлено, результаты проведенной по делу судебной экспертизы также не оспорены.

Позиция ответчика о том, что именно действия истца по отказу от продолжения лечения повлекли невозможность проведения полноценного лечения, опровергается заключением экспертов и показаниями эксперта эксперт, согласно которых второй этап лечения нецелесообразен, ввиду необходимости проведения повторного эндодонтического лечения, связанного с дополнительной манипуляцией по <данные изъяты>.

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что в случаях, если законом предусмотрена обязанность ответчика компенсировать моральный вред в силу факта нарушения иных прав потерпевшего (например, статья 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей"), при доказанности факта нарушения права гражданина (потребителя) отказ в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не допускается.

Таким образом, поскольку судом достоверно установлен факт нарушения прав истца как потребителя, ответчиком он не опровергнут допустимыми и относимыми доказательствами, то суд приходит к выводу об обоснованности требования истца о взыскании компенсация морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимая во внимание основания для его взыскания (наличие недостатков предварительной диагностики, терапевтического лечения зуба, ведения медицинской документации, которые не причинили истцу вред здоровья, однако повлияли ли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения и подлежат устранению путем проведения повторного эндодонтического лечения, т.е. привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья), по своему внутреннего убеждению и с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из степени вины ответчика, характера допущенного нарушения прав истца, учитывая, что выявленные нарушения не привели к негативным последствиям для здоровья истца, ухудшение состояния здоровья не произошло, приходит к выводу о необходимости удовлетворить требования о компенсации морального вреда в сумме 20 000 руб., считая, что указанный размер возмещения соответствует требованиям разумности, справедливости и не соразмерен допущенному ответчику нарушению.

Частью 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом вышеприведенной нормы права судом первой инстанции был взыскан штраф в размере 12904,25 руб. (5802,50 +20000 руб./2).

Суд доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания штрафа находит основанными на неверном толковании норм материального права, поскольку размер штрафа определяется не в момент нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) обязанности добровольно удовлетворить законные требования потребителя, а в момент присуждения судом денежных сумм потребителю и зависит не от обстоятельств нарушения названной выше обязанности (объема неисполненных требований потребителя, длительности нарушения и т.п.), а исключительно от размера присужденных потребителю денежных сумм.

Согласно письма АНО «ЦБСЭ №1» стоимость произведенной судебной экспертизы составила 148000 руб., из которых 98000 руб. ответчиком оплачено, 50000 руб. – внесено на счет депозита УСД по <адрес>. Ввиду чего разрешение вопроса о взыскании указанных расходов в пользу экспертного учреждения не требуется.

Поскольку истцом были заявлены требования как неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, так и требования имущественного характера о возмещении стоимости оплаченной услуги, которые были удовлетворены частично, то оснований для возложения обязанности по несению расходов на оплату судебных экспертиз, положенных в основу решения суда в части взыскания, в том числе, компенсации морального вреда, у суда не имеется.

Также ответчиком заявлено ходатайство о взыскании с истца судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 80000 руб.

Частью первой статьи 98 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В абзаце 2 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежит применению при разрешении, в частности: исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Поскольку истцом были заявлены требования как неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, так и требования имущественного характера о возмещении стоимости оплаченной услуги, которые были удовлетворены частично, то оснований для возложения обязанности по несению расходов на оплату судебных экспертиз, положенных в основу решения суда в части взыскания в том числе компенсации морального вреда, у суда первой инстанции не имелось.

Учитывая указанные положения, поскольку решение суда состоялось не в пользу ответчика, указанные расходы не подлежат взысканию с истца в его пользу.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в пользу бюджета <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 532 руб. (232 руб.+300 руб.).

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ЗАО «ответчик» (ИНН №) в пользу истец (паспорт №) убытки в сумме 5 802,5? руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 руб., штраф в размере 12 901,25? руб.

В удовлетворении иных исковых требований отказать.

Взыскать с ЗАО «ответчик» (ИНН № в пользу АНО «Центральное бюро судебных экспертиз № 1 стоимость судебной экспертизы в размере 50000 руб.

Взыскать с ЗАО «ответчик» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 532 руб.

В удовлетворении заявления ЗАО «ответчик» о взыскании судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд <адрес>.

Мотивированное решение изготовлено /дата/.

Председательствующий (подпись) Е.И. Козлова