Дело № 2-1206/2025
УИД 02RS0003-01-2025-002407-88
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
село Майма 31 октября 2025 года
Майминский районный суд Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи Голотвиной Л.И.,
при секретаре судебного заседания Мандаевой М.Э.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 11 марта 2025 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недвижимого имущества, а именно квартиры с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельного участка с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> расположенных по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования в ЕГРН реестровых записей <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> от 12 марта 2025 года о праве собственности ФИО2 на спорные квартиру и земельный участок, восстановления права собственности ФИО1 на спорные квартиру и земельный участок с внесением регистрационной записи о праве собственности в ЕГРН. Исковые требования мотивированы тем, что между истцом и его внуком ФИО2 была достигнута договоренность о том, что внук будет осуществлять за ФИО1, который является инвалидом 2 группы и имеет ряд заболеваний, и его супругой ФИО4 постоянный пожизненный уход, оказывать материальную помощь, помогать содержать спорные квартиру и земельный участок, взамен чего истец пообещал передать ответчику спорные квартиру и земельный участок. 11 марта 2025 года истец и ответчик заключили договор дарения вышеуказанных квартиры и земельного участка. Встречные обязательства, которые согласовали истец и ответчик, ответчик выполнять отказывается. В мае 2025 года истец после прогрессирующей гангрены пальцев перенес ампутацию левой стопы. Согласно поставленному диагнозу, истец страдает облитерирующим атеросклерозом сосудов нижней конечности, диабетической ангиопатией нижних конечностей. Истец не может передвигаться самостоятельно, находится в лежачем положении, уход за ним осуществляет супруга, которая в силу преклонного возраста также нуждается в уходе. Договоренности о помощи в уходе и по содержанию недвижимого имущества ответчик не выполняет, в связи с чем, жизнь истца и его супруги значительно ухудшилась, фактически проживание в частном доме стало для них невозможным. Таким образом, обязательным условием передачи ответчику спорных квартиры и земельного участка являлось встречное предоставление ухода за истцом и его супругой, помощь в содержании указанной недвижимости. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением, к такому договору применяются правила, предусмотренные п.2 ст.170 ГК РФ о притворности сделки.
Определением судьи от 25 сентября 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме. Дополнительно пояснил, что ФИО2 приходится ему внуком, он заключил с ним договор дарения под его давлением, в связи с тем, что внук обещал ему помогать, ухаживать за ним и его супругой, то есть взял на себя обязательства, он, в свою очередь, рассчитывал на исполнение этих обязательств. После подписания договора дарения он ответчика не видел, обязательства свои ответчик не выполняет, в сентябре 2025 года приезжал ответчик и предлагал убрать траву в огороде. При заключении сделки с ответчиком он понимал, что заключает договора дарения, заключил договор дарения добровольно, после согласования этого решения с супругой ФИО4 На учете у врача психиатра он не состоит, психических заболеваний не имеет. Просит признать договор дарения недействительным, так как желает улучшить свои жилищные условия, продать спорные квартиру и земельный участок и приобрести квартиру в благоустроенном доме.
Представитель истца, действующий на основании доверенности, ФИО3 на заявленных требованиях настаивал, просил их удовлетворить, дополнительно пояснил, что договор дарения был заключен между истцом и ответчиком под условием выполнения ответчиком обязательств обеспечения ухода за истцом, стороны не знали про договор ренты, полагает, что произошла подмена договора ренты договором дарения.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебном заседании поддержала исковые требования истца, пояснила, что истец и ответчик заключили договор дарения у нотариуса в ее присутствии, перед заключением указанной сделки она в письменном виде дала согласие своему бывшему супругу ФИО1 подарить на его условиях и по его усмотрению ФИО2 нажитое ей и ФИО1 в браке имущество, а именно квартиру, расположенную по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>. Нотариус ей и ФИО1 разъяснял последствия ее согласия и последствия заключения договора дарения недвижимого имущества, то есть безвозмездной сделки. Внук обещал помогать, но после подписания договора дарения больше не появлялся. ФИО1 сам решил подарить внуку спорные квартиру и земельный участок. Внук хотел взять на себя ответственность и помогать им. Если бы в момент заключения договора дарения ответчик отказался выполнять обязательства, то не подарили бы имущество.
Ответчик ФИО2 участия в судебном заседании не принимал, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Согласно пункту 5 той же статьи добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
По смыслу указанной нормы, действия участников гражданского оборота предполагаются разумными и добросовестными, пока не доказано обратное.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (п.3 ст.154 ГК РФ).
Положениями пунктов 1 и 2 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Для сделок дарения правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора. Из смысла правовых норм о договоре дарения следует, что договор дарения является безвозмездной сделкой, и хотя данная сделка является двусторонней, ее существо по своей правовой природе в основном зависит от воли дарителя, при этом вещь обязательно должна быть передана одаряемому.
Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных п.1 ст.178 ГК РФ, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п.2 ст.178 ГК РФ).
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.3 ст.178 ГК РФ).
Заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении природы сделки.
В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (абзац 2 п.2 ст.179 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах 3, 4 и 5 пункта 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Из Определения Конституционного Суда РФ от 29 мая 2014 года № 1324-О следует, что содержащееся в абзаце 3 пункта 2 статьи 179 ГК РФ правовое регулирование, устанавливающее условия, при наличии которых сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, направлено на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно - на обеспечение баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки.
В соответствии с п.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Согласно пунктам 1, 2 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении имущества (пункт 2 статьи 218 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 на праве собственности принадлежали квартира с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельный участок с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН>, расположенные по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права на указанное недвижимое имущество и выписками из ЕГРН.
11 марта 2025 года ФИО1, действуя с письменного согласия бывшей супруги ФИО4, удостоверенного нотариусом нотариального округа «Майминский район» Республики Алтай, и ФИО2 заключили договор дарения недвижимого имущества, по условиям которого ФИО1 безвозмездно передал, ФИО2 принял в дар квартиру с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельный участок с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН>, расположенные по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>.
В соответствии с п. 3.3 данного договора в квартире зарегистрированы по месту жительства и проживают ФИО1 и ФИО4, которые в соответствии с законом сохраняют за собой право пользования спорной квартирой, что подтверждается заверением сторон.
В соответствии со ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Переход права собственности на квартиру с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельный участок с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН>, расположенные по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, зарегистрирован в ЕГРН, собственником объектов с 12 марта 2025 года является ответчик ФИО2
В исковом заявлении и в судебном заседании истец ФИО1 указал, что решение о передаче в дар внуку принадлежавших ему квартиры и земельного участка он принял, предварительно согласовав его с бывшей супругой ФИО4, поскольку взамен ответчик обещал осуществлять пожизненный постоянный уход за ним и за его бывшей супругой, помогать содержать квартиру и земельный участок. Однако после заключения сделки внук никаких обещанных им действий не совершал.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 показал, что он приходится родным братом истцу ФИО1 ФИО1 подарил квартиру внуку Илье, поскольку внук обещал ему помогать. После подписания договора дарения внук истцу не помогает. Он не присутствовал при заключении сделки между братом и внуком брата, знает про обстоятельства дела со слов брата.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 показала, что она приходится родной сестрой истцу ФИО1 ФИО1 подарил квартиру внуку ФИО2, поскольку внук обещал ему помогать. После подписания договора дарения внука истец больше не видел. Сама она не присутствовала при заключении сделки между братом и внуком брата, знает про обстоятельства дела со слов брата, который ей рассказал, что внук взял на себя обязательства помогать ему.
Оценивая требования истца о признании недействительным договора дарения от 11 марта 2025 года недвижимого имущества, суд не находит оснований для их удовлетворения. Истцом заявлены требования о признании сделки недействительной по основаниям ее притворности, то есть совершения с целью прикрыть другую сделку, а именно договор ренты.
В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Из собранных по делу доказательств усматривается, что договор дарения квартиры с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельного участка с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН>, расположенных по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, 11 марта 2025 года заключен между ФИО1 и ФИО2 в нотариальной форме.
Из п. 5.6 договора усматривается, что настоящий договор прочитан вслух и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь тот в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора.
Согласно п. 5.4 указанного договора содержание статей 167, 209, 223, 288, 292, 572, 578 ГК РФ, статьи 35 ЗК РФ, пункта 18.1 статьи 217 НК РФ нотариусом сторонам разъяснено.
Условия сделки соответствуют действительным намерениям сторон. Договор удостоверен нотариально, зарегистрирован в установленном порядке. ФИО1, с письменного согласия бывшей супруги ФИО4, распорядился принадлежащим ему спорным недвижимым имуществом, заключив договор дарения 11 марта 2025 года. Никаких претензий стороны друг к другу не предъявляли до подачи настоящего иска.
Таким образом, оценивая требования о признании договора дарения недействительной сделкой по основаниям притворности, суд учитывает, что основным критерием притворности сделки признается то обстоятельство, что в результате ее совершения не возникает прав и обязанностей, характерных для сделок соответствующего вида. Должен быть доказан факт заключения сделки в отсутствие у сторон намерения создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием является порочность воли каждой из сторон. Однако, в данном случае договор дарения зарегистрирован в установленном порядке, новый собственник зарегистрировал переход права собственности в ЕГРН. Таким образом, воля сторон была направлена на создание правовых последствий, соответствующих содержанию договора дарения.
Отвергая доводы истца о заблуждении относительно природы и последствий договора дарения, суд полагает, что заблуждение истца относительно предмета и природы сделки не установлено, истец понимал, что заключает именно договор дарения, предусматривающий безвозмездную передачу имущества, последствием которого является переход права собственности на предмет сделки, не установлено судом и заблуждение истца относительно существенных условий договора, обмана, доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении сделки преследовали иную цель судом также не установлено, договор дарения не содержит условий об оказании истцу помощи при условии заключения договора дарения квартиры и земельного участка, доказательств наличия между сторонами такого соглашения на момент заключения договора не представлено.
При заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения конкретного недвижимого имущества. Сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, содержит все существенные условия договора дарения, подписана сторонами, зарегистрирована в установленном законом порядке.
Заблуждение относительно последующего поведения одаряемого по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания сделки недействительной по основаниям статей 178, 179 ГК РФ.
Доказательств того, что договор заключен под давлением либо в результате обмана, либо что дарение квартиры и земельного участка было обусловлено иными обязательствами, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представил.
Показания свидетелей ФИО5 и ФИО6 не могут свидетельствовать об обмане ответчиком их брата ФИО1 при заключении сделки. Из показаний свидетелей следует, что о совершении сделки они узнали от брата, обстоятельства заключения сделки им не известны.
При этом суд отмечает, что договор дарения заключен в письменной форме, соответствует требованиям статей 572, 574 ГК РФ, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: истец передала ответчику в дар квартиру и земельный участок, договор зарегистрирован в установленном законом порядке.
Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд не находит оснований для признания вышеуказанной сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 11 марта 2025 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недвижимого имущества, а именно квартиры с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН> и земельного участка с кадастровым номером <НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН>, расположенных по адресу: <АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН>, применении последствий недействительности сделки – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Майминский районный суд Республики Алтай.
Судья Л.И. Голотвина
Решение в окончательной форме принято 01 ноября 2025 года