Решение по делу № 2-2/2025 от 31.01.2025 - о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на квартиру и признании права собственности на долю в квартире в порядке наследования.

Дело № 2-2/2025

УИД: 48RS0003-01-2023-000454-12

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 января 2025 года г. Липецк

Правобережный районный суд г. Липецка в составе:

председательствующего судьи Ситниковой Н.Е.,

при секретаре Дегтяревой А.В.,

с участием истца ФИО16, представителя истца Б.Е.АА.,

представителя ответчика ФИО17

с использованием средств аудиофиксации,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО16 к ФИО18 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на квартиру и признании права собственности на долю в квартире в порядке наследования,

установил:

ФИО19 обратилась в суд с иском к ФИО18 о признании недействительным договора дарения квартиры, признании права собственности на квартиру. Истец просит суд признать недействительными договор дарения двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО19 и ФИО18 и применить последствия недействительности сделки, а также признать за истцом право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. В обоснование заявленных требований истец указала, что намерений заключать договор дарения у ФИО19 не было, договора дарения она не подписывала, страдает сосудистыми заболеваниями, заболеваниями опорно-двигательного аппарата, которые в полной мере не позволяют ей осознавать последствия юридических действий, истец не передвигается, не ориентируется в пространстве, ей трудно понимать речь, поэтому совершить сделку по своей воле она не могла. Договор дарения квартиры заключен обманным путем и под влиянием заблуждения относительно природы сделки.

18 июля 2023 года истец ФИО19 умерла, что подтверждается записью акта о смерти, выданным 19.07.2023 г. Липецким городским отделом № 1 ОБУ «УМФЦ Липецкой области».

Определением суда от 31 января 2024 года произведена замена стороны истца ФИО19 на ее правопреемника ФИО16 по данному гражданскому делу.

ФИО16 уточнила основания заявленных требований, указала, что ни одна из сторон сделки ее не исполняла, сделка была заключена для вида со стороны ответчика, который в квартиру не вселялся, не содержал ее, не оплачивал коммунальные услуги и скрывал от ФИО19, что квартира давно принадлежит ему. Стороны не намеревались создать соответствующие договору дарения правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой. В силу психического и психологического состояния ФИО19 легко было ввести в заблуждение, обмануть, она была введена в заблуждение относительно природы сделки. ФИО19 продолжала проживать в квартире после совершения сделки, была там зарегистрирована, несла бремя содержания квартиры, все лицевые счета были оформлены на имя ФИО19 по день ее смерти. Ответчик воспользовался состоянием здоровья бабушки, ее душевным расстройством, которое проявилось позднее явно, длительное пребывание в психиатрической клинике перед смертью свидетельствует о том, что деменция носила постоянный прогрессирующий характер. Прижизненные обращения ФИО19 в правоохранительные органы о том, что квартира ей не принадлежит свидетельствуют о том, что сделка совершена под влиянием обмана. Кроме того, договор дарения заключен на крайне невыгодных для дарителя условиях, поскольку квартира по адресу: <адрес> для дарителя являлась единственным жильем.

Затем, ФИО16 неоднократно уточнила заявленные требования и основания, в окончательном варианте истец просила суд признать недействительным договор дарения от 27.04.2015 г., применить последствия недействительности сделки, включить квартиру по адресу: <адрес> наследственную массу, прекратить право собственности ответчика на указанную квартиру, признать за ФИО16 право собственности на ? квартиры в порядке наследования по закону по праву представления. В обоснование заявленного требования ФИО16 указала, что договор не соответствует ст. 572 ГК РФ, поскольку реальной передачи квартиры в пользование ответчика не было, ФИО19 продолжала проживать в указанной квартире производила оплату коммунальных услуг. Договор дарения не был удостоверен нотариусом, одаряемый во владение и пользование квартирой не вступал, поэтому сделка является мнимой. Кроме того, ФИО18 предоставлял ФИО19 встречное предоставление тем, что оказывал ей материальную постоянную поддержку, приобретал продукты, лекарственные препараты, оплачивал медицинские услуги. Ст.177, 178 ГК РФ применимы к данным правоотношениям, согласно собранным по делу доказательствам, ФИО19 не могла в полной мере осознавать юридические последствия совершаемой сделки в силу преклонного возраста, невысокого уровня грамотности, полной юридической неграмотности, неудовлетворительного состояния здоровья, инвалидности.

В судебном заседании ФИО16 и ее представитель ФИО20 поддержали заявленные требования, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении с учетом уточнения.

ФИО18 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела судом извещался в установленном законом порядке, в суде интересы ответчика представлял ФИО17, который против удовлетворения иска возражал. Ранее в судебном заседании ФИО18 в письменных и устных объяснениях на иск указывал, что ФИО19 первоначальный иск к нему не предъявляла, поскольку с 07.12.2022г. находилась в ГУЗ ЛОПБ. В 2015 г. ФИО19 дееспособна и в добром здравии подарила ФИО18 квартиру <адрес> г. Липецка и все эти годы не было сомнений в этом дарении. ФИО16 никогда не общалась с ФИО19, они не знали друг друга и никто из семьи ответчика не знал о существовании ФИО16 и ее матери ФИО2

Представитель Управления Росреестра по Липецкой области в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела судом извещался в установленном законом порядке, причины неявки суду не известны.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с ч.1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему(п1.ч.1).

В соответствии с ч.1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч.1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Частью 1 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (ч.2ст. 8.1 ГК РФ).

Установлено, что 27.03.2015г. между ФИО19 и ФИО18 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ул. № в <адрес>, по условиям которого ФИО19 обязалась передать в собственность ФИО18 двухкомнатную квартиру по адресу: <адрес>.

28.03.2015 года ФИО19 обратилась в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области с заявлением о переходе права собственности на квартиру № <адрес> г.Липецка на основании договора дарения от 27.03.2015г., заключенного между ФИО19 и ФИО18

Из представленного суду в материалы дела кадастрового дела на квартиру <адрес> следует, что право собственности ФИО19 на указанную квартиру возникло на основании договора мены недвижимости от 15.06.2001г.

Согласно выписки из ЕГРН от 07.12.2022г., 16.03.2023г. с 02.04.2015г. за ФИО18 зарегистрировано право собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Как следует из представленной суду расширенной выписки из домовой книги и выписки из лицевого счета ООО «Объединенные вычислительные центры» на квартиру <адрес>, адресной справки отдела адресно-справочной службы УВМ УМВД России по Липецкой области от 21.03.2023г. в квартире с 09.06.2001г. по 18.07.2023г. была зарегистрирована ФИО19 Снята с регистрационного учета в связи со смертью.

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

На основании с п. п. 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.15. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ», согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии со ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии со ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки(ч.2).

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего(ч.3).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки(ч.4).

В подтверждение заявленных исковых требований о том, что в момент подписания договора дарения ФИО19 в силу своего психического состояния, а также под влиянием заблуждения не могла осознавать последствия своих действий, сторона истца давала объяснения, ссылалась на сведения о состоянии здоровья ФИО19, отраженные в ее медицинских картах, выписках, исследованиях, результатах осмотра, заключение судебной экспертизы, показания свидетелей, а также на сведения об обращении в правоохранительные органы.

В судебном заседании истец ФИО16 в письменных и устных объяснениях указывала, что доводы ответчика ФИО18 о том, что она никогда не знала свою бабушку не соответствуют действительности. Бабушка истца, ФИО19 с детства имела слабое здоровье, страдала сосудистыми, неврологическими нарушениями, истец замечала, что у нее был тремор подбородка и рук, она с трудом и медленно говорила. Бабушка по линии мамы говорила ФИО16 о том, что с ФИО19 трудно общаться, она малограмотна, ничем не интересуется, не читает. ФИО19 не любила разговаривать по телефону, в старости пользовалась им только с помощью своего сына. С 90-х годов ФИО19 страдала расстройством памяти, интеллекта, поведения. С 1993г. ФИО19 является инвалидом <данные изъяты> и нуждается в постороннем уходе. В период проживания в квартире на <адрес> соседи характеризовали ФИО19 как закрытого человека, ее постоянно навещал сын и у нее были помощники по хозяйству. В 2019 г. отец говорил ФИО16, что ФИО19 все хуже, ее нельзя оставлять одну дома, забывает дорогу домой из магазина. После того, как с ней случился сердечный приступ, она не могла проживать одна, поэтому ее переезд для проживания в квартиру ее сына по <адрес> носил вынужденный характер, квартиру по <адрес> она дарить никому не собиралась. В медицинские центры ее возил ее сын, ему и внуку ФИО19 доверяла и подписывала всю документацию, которую они скажут подписать. После смерти ФИО19, ФИО18 избавился т ФИО19 таким образом, что поместил ее в ГУЗ ЛОПБ, чтобы сдавать квартиру на <адрес>. Кроме того, ФИО16 объясняла, что в момент составления договора дарения ФИО19 не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими, договор заключен в отсутствие выгоды от совершенной сделки. Учитывая заключение экспертизы, возраст ФИО19, юридическую безграмотность, волеизъявление на заключение договора дарения не было свободным.

Из материалов дела следует, что ФИО19 с 21.10.1992г. является инвалидом <данные изъяты> по общему заболеванию бессрочно, нетрудоспособна, нуждается в постоянном, постороннем уходе, который с 01.11.2009г. по 29.11.2011г. осуществлялся ФИО19, с 26.12.2011г. по 01.02.2013г. осуществлялся ФИО3, с 01.02.2013 г. по 09.10.2013г. осуществлялся ФИО4, с 09.10.2013г. по 25.10.2019г., осуществлялся Свидетель №1, с 25.10.2019 г. по 18.07.2023г. осуществлялся ФИО5, что подтверждается справкой серии ВТЭ-137 от 21.10.1992г., 21.07.2011г., справкой поликлиники городской больницы №1 от 13.07.1993г., заявлением нетрудоспособного гражданина, подтверждающего за ним уход от 19.11.2009г., 26.12.2011г., с 01.02.2013 г., 09.10.2013г. и заявлением о прекращении компенсационных выплат.

С 01.09.1994г. ФИО19 назначена пенсия по инвалидности распоряжением Правобережного райсобеса г.Липецка.

Согласно решению заведующего отделом Правобережного УПФР г.Липецка с 01.11.2003 г. ФИО19 назначена пенсия по случаю потере кормильца. 01.01.2005г. ФИО19 назначена ежемесячная денежная выплата по категории: инвалиды.

В судебном заседании в качестве свидетеля допрошена ФИО6 Свидетель суду показала, что является родной сестрой ФИО19, которая сказала ей, что хочет подарить квартиру <адрес> своему единственному внуку. На момент рассмотрения дела ФИО19 находится в ЛОПНБ. Проживала ФИО19 с сыном и снохой.

Свидетель ФИО7 суду показала, что ФИО19 приходится ей тетей по линии матери. В течение четырех лет ФИО19 проживала с сыном и снохой. После смерти сына у нее возникли проблемы со здоровьем, поэтому она проходила лечение в ЛОПНБ.

Свидетель ФИО8 суду показала, что ФИО19 является ее свекровью. На семейном совете с мужем и свекровью было принято решение, что ФИО19 будет проживать со свидетелем и ее мужем, а квартиру по <адрес> она подарит ФИО18 В 2019 году у ФИО19 случился инфаркт и она переехала жить к ФИО8 и ФИО19 С декабря 2022г. ФИО19 находилась в ЛОПНБ

Свидетель №3 суду показал, что ФИО19 приходится ему двоюродным братом, а ФИО18 приходится племянником. Свидетель общался с ФИО19, иногда помогал ей по дому, когда она проживала в квартире по <адрес>. Когда у ФИО19 случился инфаркт, она переехала жить к сыну. Отношения в семье у В-вых были хорошие, Анна Ивановна хорошо относилась к ФИО18 От своей матери свидетелю было известно, что ФИО19 подарила квартиру на <адрес> ФИО18 В 2015г. свидетель общался с ФИО19 на разные темы, она все понимала, правильно отвечала на вопросы, гуляла на улице.

Свидетель ФИО9 суду показала, что ФИО19 приходится ей тетей, с которой она общалась, однажды в разговоре ФИО19 сообщила свидетелю, что она будет жить в квартире у сына, а свою квартиру планирует подарить внуку Дмитрию. В своей квартире она не планировала проживать по состоянию здоровья и возрасту. Когда ФИО19 проходила стационарное лечение, ФИО18 навещал ее и приобретал ей лекарства. От ФИО8. свидетелю стало известно, что ФИО19 попала в ЛОПНБ.

Свидетель Свидетель №1 суду показала, что является супругой ФИО18 с августа 2011г. В 2012 году свидетель оставляла своего ребенка с бабушкой своего супруга, поскольку ей нужна была помощь с ребенком. При этом, состояние здоровья ФИО19 было нормальным, она стирала, накрывала на стол, делала ремонт квартиры. ФИО19 подарила свою квартиру супругу свидетеля, поскольку они проживали в другом городе. На момент совершения сделки она понимала значение своих действий и не страдала психическими заболеваниями. В 2019 году у нее произошел инфаркт и ей потребовалась посторонняя помощь.

Свидетель ФИО10 суду показала, что является тещей ФИО18, знает семью В-вых 12 лет, знала ФИО19 Свидетель также показала, что с ФИО19 было приятно общаться, она любила дочь свидетеля и их ребенка. Когда пришло время рожать дочери свидетеля, то она и ФИО18 ушли жить на квартиру, так как не хотели жить с родителями. ФИО19 переехала жить к сыну, а свою квартиру решила подарить внуку, при этом, она объяснила, что сделала это, потому, что у них нет своего жилья. ФИО18 заботился об отце и бабушке. ФИО19 была нормальным, здоровым человеком, а заболела она после смерти своего сына.

Свидетель ФИО15 суду показала, что является родственником ФИО1 и ФИО19, свидетелю известно, что с 1953 года по 2001 год ФИО19 проживала в доме по <адрес>, работала до пенсионного возраста, в ее доме всегда было чисто. В дальнейшем ФИО19 стала проживать в квартире по <адрес> и говорила, что эту квартиру она хочет передать своему внуку, Дмитрию, а сама решила жить с сыном. С 2015 г. по 2019 г. ФИО19 все понимала и все знала, говорила о том, что сама обращалась в МФЦ для того, чтобы оформить право на квартиру на <адрес> на внука и, что это была ее инициатива.

Свидетель ФИО11 суду показал, что является соседом ФИО18, знаком с ФИО19, поскольку она проживала в квартире по <адрес> и свидетель общался с ней 2-3 года назад. При этом, ФИО19 сама ходила по дому и на улицу с ФИО1 Однажды в разговоре, примерно три года назад ФИО19 говорила, что хочет подарить свою квартиру.

Свидетель ФИО12 суду показала, что является соседкой ФИО13, которая проживала у своего сына и снохи. ФИО12 вместе с ФИО19 прогуливались возле дома, смотрели телевизор и играли в карты. В ходе прогулок ФИО19 говорила, что живет у сына, а свою квартиру подарила своему внуку Дмитрию. В дальнейшем свидетелю стало известно, что ФИО19 поместили сначала в пансионат, а затем в психиатрическую больницу.

Свидетель ФИО14 суду показал, что знаком с ФИО1, а также с ФИО19, которая проживала в квартире на <адрес>. В 2019 году у ФИО19 произошел инфаркт, поэтому она стала проживать с сыном у него в квартире, ФИО19 и ФИО1 говорили свидетелю о том, что Анна Ивановна подарила квартиру своему внуку Дмитрию. В дальнейшем свидетелю стало известно, что ФИО19 проходит лечение в психиатрической больнице.

Свидетель Свидетель №5 суду показала, что знакома с ФИО1 и ФИО19, встречалась и общалась с ней, ФИО19 говорила свидетелю, что свою квартиру на <адрес> она хотела бы отдать своему сыну, но отдаст ее своему внуку, поскольку у него нет своего жилья. Свидетель показала, что Анна Ивановна не была больна, она работала и была очень гостеприимна, с 2015 г. по 2019 г. она была здорова, а потом заболела.

Свидетель ФИО5 суду показал, что знаком с ФИО19 с 1973 года, последний раз общался с ФИО19 больше полгода назад, она нормально разговаривала, была в адекватном состоянии.

Свидетель Свидетель №2 суду показала, что знакома с ФИО1 по работе, с ФИО19 познакомилась в связи с получением ею пенсионных выплат и общалась с ней всего 2-3 раза. Летом 2017 г. ФИО19 приходила в клиентскую службу отделения Пенсионного фонда с ФИО1 по вопросу перерасчета пенсии, она была в адекватном состоянии, после этого звонила по телефону, до 2017 г. приходила по вопросу пенсионных выплат в 2012г.

Свидетель №4 суду показал, что ФИО18 является мужем подруги его жены, в связи с чем, он общался с ФИО1 и ФИО19 В 2015 году встречался с ФИО19 на отдыхе, видел ее в 2022г., она понимала значение своих действий, признаков психического расстройства у нее не было. В 2015 или в 2016г. на отдыхе, в лагере ФИО19 сказала, что подарила свою квартиру.

Свидетель ФИО2 суду показала, что ФИО16 приходится ей дочерью. ФИО19 свидетель знает с 1977 г. Когда она познакомилась с ФИО1, то ее удивило то, что он не имел образования и жил в бедности со своими родителями, у них не было книг и журналов. Потом свидетелю стало понятно, что это от того, что мама ФИО19 была больна, она была агрессивна, у нее не было человечности и эмпатии, она угрожала топором своей родной сестре, отравила собаку, в стрессовых ситуациях вела себя неадекватно, говорила, что хотела повесится, потом стало понятно, что это признаки шизофрении. ФИО19 была очень привязана к своей квартире по <адрес> и не хотела из нее переезжать.

Свидетель Свидетель №6 суду показала, что была знакома с ФИО19, поскольку она была приятельницей мамы, в с 2014 года по 2018 год общалась с ФИО19 Она говорила о своем внуке, что он учится, а также т о, что заболел ее сын и что она будет проживать в своей квартире. В это время она принимала лекарства и ее легко было обмануть.

ФИО16 в письменных и устных объяснениях на иск просила отнестись критически к показаниям свидетеля ФИО6, поскольку ее личность не была установлена, она являлась пожилым и больным человеком, которому на момент опроса было 89 лет. Ответчик мог возить ее в МФЦ вместо бабушки на сделку, так как у них похожи почерки и внешне они были очень похожи. К показаниям ФИО8 следует отнестись критически в части того, что она навещала ФИО19 в психиатрической больнице, так как согласно проверкам и ответам Россдравнадзора, УЗО Липецкой области, прокуратуры Липецкой области подтверждено, что с 26.06.2023г. очное посещение было запрещено ввиду угрозы распространения коронавирусной инфекции. К показаниям Свидетель №4 следует отнестись критически поскольку Т-вы никогда не были в ГУЗ ЛОПНБ и «Политехник», не являлись близкими родственниками, указанный свидетель дал показания со слов ответчика. Кроме того, ФИО16 просила суд исключить из числа доказательств показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №5, ФИО15, ФИО14, ФИО8, Свидетель №4 поскольку они дали суду заведомо ложные показания, которые противоречат другим доказательствам.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

Суд, оценивает вышеприведенные показания свидетелей в совокупности и приходит к выводу, что они не противоречат друг другу, сводятся к тому, что ФИО19 выражала намерение на дарение принадлежащей ей квартиры ФИО18, оформление указанной сделки, в ее поведении не усматривалось признаков того, что она неспособна понимать значение совершаемых ею действий в силу имеющихся заболеваний, при этом, описанное свидетелем ФИО2 поведение ФИО19 не свидетельствует о высказанных свидетелем предположениях о наличии у ФИО19 заболеваний, препятствующих ей понимать совершаемых ею действий либо о том, что она заблуждается в силу введения ее в заблуждение другими людьми. Факт дачи заведомо ложных показаний свидетелями не подтвержден надлежащими доказательствами.

Суду представлено ФКУ «ГБ МСЭ» Минтруда России копия дела освидетельствования ФИО19 в бюро МСЭ с индивидуальной программой реабилитации, копия медицинской карты № 2190/22 стационарного больного ГУЗ «Липецкая областная психиатрическая больница» о прохождении лечения с 07.12.2022г. по 18.07.2023г., копия медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях ГУЗ диспансерное отделение «Липецкая областная психиатрическая больница» об обращении за медицинской помощью 24.11.2022г., копии журнала обращений в травматологическое отделение ГУЗ «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» от 24.05.2024г. ФИО19 по поводу перелома шейки бедра, сведения об осмотре врачом-психиатром 10.06.2020г., врачом-онкологом 18.04.2019г., направление на консультацию врача-психиатра, сведения об осмотре врачом- психиатром от 24.11.2022г., сведения об осмотре врача общей практики от 24.11.2022г., врача-терапевта от 11.05.2019г., об осмотре в консультативном кабинете поликлиники НП «НМЦ» врачом-кардиологом от 02.07.2014г., об осмотре ООО «ЛДЦ «Ваш доктор» от 31.09.2015г., сведения о консультации врача-кардиолога МЦ «Импульс» от 23.01.2017г., сведения о проведенной консультации в диспансерном отделении Липецкой областной психоневрологической больницы №1 от 26.11.2014г., сведения об осмотре участкового врача-психиатра от 26.02.2024г., результаты маммографического исследования, договор об оказании платных медицинских услуг № 106531 от 18.04.2019г., выписка из медицинской карты ООО «Первый нейрохирургический» ФИО19 от 19.04.2019г., выписка из истории болезни ГУЗ «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» от 27.02.2019г., выписка из истории болезни ГУЗ «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи №1» от 24.05.2019г., выписка из амбулаторной карты ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №2», выписка из истории болезни ГУЗ «Липецкая городская больница №1» от 05.12.2008г., выписка из медицинской карты стационарного больного ГУЗ «Липецкая городская больница №3» от 26.05.2011г., выписка из медицинской карты амбулаторного больного ГУЗ «Липецкая городская больница №2» от 15.04.2014г., выписка из медицинской карты ГУЗ «Липецкая областная клиническая больница» от 31.08.2015г., выписной эпикриз из истории болезни ГУЗ «Областная больница №2» от 07.10.2010г., выписка-эпикриз ГУЗ «Липецкая областная психиатрическая больница» от 09.07.2023г., выписка из журнала записи вызовов СМП ФИО19 ГУЗ «Центр скорой медицинской помощи и медицины катастроф Липецкой области» за 2021г., 2023г.

Суду представлен фотоматериал с изображением ФИО19 с сыном, внуком, снохами и другими родственниками, видеозаписи с участием ФИО19

Определением суда по делу назначена комплексная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ОГБУЗ «Смоленский областной психоневрологический клинический диспансер».

Согласно заключению ОГБУЗ «Смоленский областной психоневрологический клинический диспансер» проанализировав представленную медицинскую документацию, фотоматериалы и другие доказательства, комиссия установила, что в 1992г. установлена <данные изъяты> инвалидности по общему заболеванию, бессрочно. Диагноз: «<данные изъяты>». Согласно представленнои? в материалах гражданского дела медицинскои? документации, у Водопьяновои? Л.И. с 1993 года устанавливалась <данные изъяты>. Из справки No 255 врачебнои? комиссии городскои? поликлиники No2 от июля 1993 года ФИО19 является инвалидом <данные изъяты>, инвалидом труда. Диагноз: <данные изъяты>. Отмечено, что нуждается в постоянном постороннем уходе. При второи? стадии <данные изъяты> формируются определенные клинические синдромы, снижающие функциональные возможности больного, в том числе когнитивные нарушения (снижение памяти, внимания, замедление психических процессов, мышления, способности планировать и контролировать свои деи?ствия), эмоционально-личностные расстрои?ства (апатия, притупление аффекта, эмоциональная лабильность, неустои?чивость повышенная раздражительность или расторможенность, снижение критики). С учетом возрастных инволюционных процессов постепенно происходит нарастание степени снижения психических процессов, что подтверждает устанавливаемая в 2008, и далеев 2010, 2011, 2014 годах <данные изъяты>, устанавливаемые выраженные когнитивные расстрои?ства с 2008 года, устанавливаемая в 2010 году. <данные изъяты>, рекомендации с 2008 года о консультациях врача-невролога и психиатра, рекомендации на наблюдение и лечение у врача-психиатра с 2010 года. Кроме того, в представленнои? медицинскои? документации в материалах гражданского дела имеются указания на нарушение психических функции? с 2008 года с рекомендациями консультации? врача-психиатра и осмотры врачом-психиатром. В 2010 году рекомендовалось наблюдение и лечение у врача-психиатра, отмечалась слабость, нарушения сна, памяти, психотические включения в виде галлюцинаторнои? симптоматики. В 2014 году отмечалось дезориентированное поведение. С учетом прогредиентного характера нарушении? в 2022 году была установлена «<данные изъяты>», отмечалось резкое снижение интеллектуально-мнестических функции?. малопродуктивныи? контакт (из выписки из медицинскои? карты стационарного больного ГУЗ «Липецкая областная психиатрическая больница»). Психические нарушения расценивались врачом-психиатром как «<данные изъяты>», однако при анализе медицинскои? документации и материалов гражданского дела убедительные описания о шизофреническом патопсихологическом симптомокомплексе у подэкспертнои? отсутствуют. С учетом наличия длительных соматических заболевании?, таких как <данные изъяты>, клиническая картина которых проявляется снижением когнитивных (познавательных) функции? с прогредиентностью их течения (указания в медицинскои? документации на выраженность когнитивных расстрои?ств, астенизацию, нарушения памяти, дезориентированное поведение, указания врачом-психиатром от ноября 2014 года на грубое снижение интеллекта и памяти, неровнос настроение) у подэкспертнои? на момент юридически значимого деи?ствия 27.03.2015г. выявлялись проявления органического патопсихологического симптомокомплекса, с психотическими включениями, галлюцинаторнои? симптоматикои?, бредовыми идеями. «Ядром» органического патопсихологического симптомокомплекса является снижение интеллектуальных процессов, памяти, внимания, мышления и умственнои? работоспособности, а также изменения эмоционально-волевои? и личностнои? сфер со снижением критико-прогностических способностеи?, ослабленнем самоконтроля за поведением, ведомостью, зависимостью от внешних факторов. С 2022 года устанавливался диагноз «<данные изъяты>». Таким образом, учитывая старческии? возраст Водопьяновои? А.И. (82 года на момент совершения юридически значимого деи?ствия), ретроспективно оценивая медицинскую документацию в материалах гражданского дела, на период совершения юридически значимого деи?ствия (27.03.2015г.) у Водопьяновои? А.И. имелись выраженные когнитивные нарушения: нарушения памяти, внимания, основных мыслительных процессов, сниженные интеллектуальные возможности, а также нарушения в эмоционально-волевои? и личностнои? сфере, в том числе в виде эмоциональнои? неустои?чивости, астенизированности, грубо сниженных критико-прогностических возможностеи? с прогредиентным течением расстрои?ств, поведение Водопьяновои? А.И. в исследуемыи? период было обусловлено механизмами не психологического, а более глубокого психопатологического уровня регулации психическои? деятельности.На основании изложенного, комиссия приходит к заключению, что ФИО19, в юридически значимыи? период (27.03.2015) обнаруживала признаки психического расстрои?ства: «<данные изъяты>» (F 07.9), о чем свидетельствуют данные анамнеза о длительном соматическом (<данные изъяты>) и неврологическом (<данные изъяты>) неблагополучии, что проявлялось жалобами церебрастенического характера (слабость, головные боли, головокружения, шум в голове, частые смены настроения) с выраженнои? неврологическои? симптоматикои? (вестибулоатаксическии? синдром, эссенциальныи? тремор), что носило прогредиентныи? характер течения, в связи с чем с 1992 года являлась инвалидом <данные изъяты>, с 1993 года врачебнои? комиссиеи? признана нуждающеи?ся в постоянном постороннем уходе, с последующим нарастанием когнитивных нарушении?, которые, согласно медицинскои? документации, носили с 2008 года выраженныи? характер, с психотическими включениями - галлюцинаторная симптоматика (указания с 2010 года), дезориентированного поведения (указания в апреле 2014 года) и требовали с 2008 года консультации невролога и психиатра, а с 2010 года наблюдения и лечения у психиатра (согласно рекомендациям из выписного эпикриза из истории болезни No 4437/1 ГУЗ «Областная больница No2»), что в дальнеи?шем привело к «<данные изъяты>» (F 02.8), установленнои? в 2022 году. Психические нарушення расценивались психиатром как «<данные изъяты>», однако при анализе медицинскои? документации и материалов гражданского дела данныи? диагноз вызывает сомнения в связи с отсутствием анамнестических сведении? о развития данного заболевания, прогредиентности его течения, убедительных описании? психического статуса. Вероятно, проявления психотическои? симптоматики отмечались в рамках сосудистых и органических расстрои?ств. Анализ медицинскои? документации показал, что в ноябре 2014 года при осмотре психиатра отмечалась частичная ориентировка поджспертнои?, ориентация только с постороннеи? помощью, затрудненныи? контакт, ввиду выраженных когнитивных расстрои?ств, грубое снижение памяти и интеллекта, а также психотическая симптоматика в виде наличия бредовых идеи? и слуховых галлюцинации?, изменения мышления, что требовало назначения антипсихотических препаратов, которые подэкспертная принимала на протяжении длительного периода времени (о чем свидетельствует рецепт на Флупентиксол от 25.02.2015 г, а также указания на ухудшение состояния после приема неи?ролептиков от 25.01.2017г) (ответ на вопрос 1). Указанные психические нарушения имеют прогредиентныи? характер и приводят к снижению продуктивности психическои? деятельности, нарушения внимания, мнестических функции?, специфических личностных изменении?, эмоционально-волевых расстрои?ств, затруднению в планировании и прогнозе последствии? собственных поступков, ведомость, зависимость от внешних средовых факторов, что, учитывая сенильныи? возраст подэкспертнои?, имеющиеся у нее соматические заболевания, с большеи? долеи? вероятности существенным образом повлияли на ее возможность адекватно воспринимать окружающее и происходящее (объективно оценивать ситуацию), анализировать объективную реальность с ее учетом (осознавать деи?ствительное положение дел), деи?ствовать в собственных интересах, прогнозировать и оценивать возможные правовые и реальные социально-бытовые последствия этих деи?ствии?, что соответственно, с большеи? долеи? вероятности, дишало ФИО19 в момент совершения юридически значимых деи?ствии? (составление договора дарения квартиры от 27.03.2015г.) возможности правилно оценивать свои деи?ствия, руководить ими, а также осознавать их юридические последствия (ответ на вопросы 2,3). В материалах гражданского дела и медицинскои? документации отсутствуют указания на прием Водопьяновои? А.И. лекарственных препаратов непосредственно в юридически значимыи? период (ответ на вопрос 5). Отмеченные в медицинскои? документации лекарственные препараты, принимаемые в терапевтических дозировках, не оказывают влияния на способность осознавать и руководить своими деи?ствиями. Также врачи-эксперты обращают внимание инициаторов экспертизы, что ретроспективная оценка психического и соматического здоровья подэкспертного основывается исключительно на объективнои? медицинскои? документации, заполненнои? при жизни подэкспертного, а показания свидетелеи? со стороны истца и ответчика принимаются во внимание, но имеют косвенное значение при вынесении экспертного решения. Участвующий при проведении экспертизы врач-психолог дал заключение о том, что учитывая старческии? возраст Водопьяновои? А.И., ретроспективно оценивая медицинскую документацию в материалах гражданского дела, на период совершения юридически значимого деи?ствия (27.03.2015г.) у Водопьяновои? А.И. имелись выраженные когнитивные нарушения: нарушения памяти, внимания, основных мыслительных процессов, сниженные интеллектуальные возможности, а также нарушения в эмоционально-волевои? и личностнои? сфере, в том числе в виде эмоциональнои? неустои?чивости, астенизированности, грубо сниженных критико-прогностических возможностеи? с прогредиентным течением расстрои?ств, поведение Водопьяновои? А.И. в исследуемыи? период было обусловлено механизмами не психологического, а более глубокого психопатологического уровня регуляции психическои? деятельности (ответы на вопрос No 4).

Согласно представленной суду рецензии НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» методика исследования в отношении объекта экспертизы выбрана верно, исследование проведено в полном объеме. Нарушений при анализе заключения не выявлено, указанное заключение является объективным, обоснованным и полным, составленным на строго научной и практической основе, с исчерпывающими, достоверными и обоснованными ответами по поставленным вопросам. Выводы подтверждены выполненным исследованием. Анализ представленных материалов показал, что у ФИО19 на 27.03.2015г. имеющиеся тяжелые соматические заболевания, она осматривалась неврологом, психиатром, ей назначался нейролептик, что привело к формированию в это время психоорганического синдрома с когнитивными и эмоционально-волевыми нарушениями, в связи с чем, у нее могла нарушиться способность понимать значение своих действий и руководить ими. В связи с имевшимся у ФИО19 психоорганическим синдромом с когнитивными и эмоционально – волевыми нарушениями можно говорить о том, что она не могла понимать значение своих действий и не могла руководить ими на юридически значимый момент, 27.03.2015г.

Определением суда по делу также назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено КУЗВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер».

Согласно заключению КУЗВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в юридически значимыи? период (27.03.2015г.) обнаруживала признаки психического расстрои?ства: «<данные изъяты>» (F 07.9 по МКБ-10), что в отечественнои? классификации соответствует диагнозу «<данные изъяты>», о чем свидетельствуют данные анамнеза о наличие множественных хронических соматических заболевании? (<данные изъяты>), а также хронических неврологических заболевании? (<данные изъяты>), она с 1992 года являлась инвалидом <данные изъяты>, с 1993 года врачебнои? комиссиеи? признана нуждающеи?ся в постоянном постороннем уходе, с последующим нарастанием когнитивных нарушении?, которые, согласно медицинскои? документации, носили с психотическими включениями 2008 года выраженныи? характер, с галлюцинаторная симптоматика (указания с 2010 года), дезориентированное поведение (указания в апреле 2014 года) и требовали с 2008 года консультации невролога и психиатра, а с 2010 года наблюдения и лечения у психиатра (согласно рекомендациям из выписного эпикриза из истории болезни No 4437/1 ГУЗ «Областная больница No2»), что в дальнеи?шем в силу прогредиентного течения заболевания привело к слабоумию в виде «<данные изъяты>» (F 02.8), установленнои? в 2022 году. Диагноз «<данные изъяты>», выставленныи? еи? психиатром, не нашел своего подтверждении? в дальнеи?шем. В записи отсутствует подробное описание анамнеза и психического статуса больнои?, что свидетельствовало бы в пользу данного диагноза, поэтому вероятно имела место неправильная оценка имеющихся расстрои?ств и неверная диагностика, а указанные симптомы были проявлениями органического психосиндрома. Анализ медицинскои? документации показал, что в ноябре 2014 года при осмотре психиатра отмечалась частичная ориентировка подэкспертнои?, ориентация только с постороннеи? помощью, затрудненныи? контакт, ввиду выраженных когнитивных расстрои?ств, грубое снижение памяти и интеллекта, а также психотическая симптоматика в виде наличия бредовых идеи? и слуховых галлюцинации?, изменения мышления, что требовало назначения антипсихотических препаратов (о чем свидетельствует рецепт на Флупентиксол от 25.02.2015 г.). В показания свидетелеи? как со стороны ответчика, так и со стороны истца отсутствуют объективные данные о состоянии и поведении Водопьяновои? в юридически значимыи? период (27.03.2015 г.), и соответственно они имели косвенное значение и не принимались во внимание при вынесении заключения (ответ на вопрос No 1). Основными симптомами органического психосиндрома является эмоциональная неустои?чивость, ухудшение памяти, снижение интеллекта и как следствие нарушение критических и волевых способностеи?, что приводит к снижению продуктивности психическои? деятельности, нарушению внимания, затруднению планирования и последствии? собственных поступков, что с большеи? долеи? вероятности существенным образом повлияло на ее возможность адекватно воспринимать окружающее и происходящее (объективно оценивать ситуацию), анализировать объективную реальность с ее учетом (осознавать деи?ствительное положение дел), деи?ствовать в собственных интересах, прогнозировать и оценивать возможные правовые и реальные социально бытовые последствия этих деи?ствии?, что соответственно, с большеи? долеи? вероятности, лишало ФИО19 в момент совершения юридически значимых деи?ствии? (составление договора дарения квартиры от 27.03.2015 г.) возможности правильно, оценивать свои деи?ствия, руководить ими. Однозначно ответить на вопрос не представляется возможным, так как отсутствуют объективные данные о психическом состоянии Водопьяновои? А.И. в юридически значимыи? период (27.03.2015) г., а течение заболевания и выраженность симптомов при органическом психосиндроме может иметь волнообразныи? характер и варьировать даже в течение нескольких часов (ответ на вопрос No2). В материалах гражданского дела и медицинскои? документации отсутствуют указания на прием Водопьяновои? А.И. лекарственных препаратов непосредственно в юридически значимыи? период. В то же время указанные в медицинскои? документации лекарственные препараты, которые назначались Водопьяновои? А.И., при приеме в терапевтических дозировках, не оказывают влияния на способность осознавать характер совершаемых ею деи?ствии? и совершаемых ею сделок (ответ на вопрос No3). В показаниях свидетелеи?, как со стороны ответчика, так и со стороны истца отсутствуют объективные данные о состоянии и поведении Водопьяновои? в юридически значимыи? период (27.03.2015 г.), они принимались во внимание, но имели косвенное значение при вынесении заключения.

Исходя из содержания представленных заключений экспертов, используемой при их проведении литературы, суд приходит к выводу, что заключения являются допустимыми доказательствами, при проведении экспертиз соблюдены требования процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, имеют большой стаж работы, заключение соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы с обоснованием о невозможности однозначных выводов.

Таким образом, заключением экспертизы не установлено достоверно, что в момент совершения юридически значимого деи?ствия (составление договора дарения квартиры от 27.03.2015 г.) ФИО19 не имела возможности в силу состояния своего здоровья правильно, оценивать свои деи?ствия, руководить ими, поскольку заключение давалось о ее состоянии на момент проведения исследования.

При этом судом установлено, что ФИО16 обращалась в суд с заявлением о признании недееспособной ФИО19, на основании определения суда проведена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза ФИО19

Согласно заключению комиссии от 09.06.2023г. ФИО19 страдает <данные изъяты>, о чем свидетельствуют данные анамнеза о длительно текущей гипертонической болезни, преклонном возрасте подэкспертной, возникновение аффективных нарушений с последующим прогрессивным нарастанием выраженных мнестических и интеллектуальных расстройств, что обусловило социальную дезадаптацию, наблюдение врачами-психиатрами с констатацией выраженного интеллектуально-мнестического снижения. В ходе клинического психиатрического и психопатологического обследования выявлено глубокое обеднение всей психической деятельности, нарушения памяти, касающиеся процессов запоминания, фиксации, затруднения воспроизведения хронологии событий, дат, сведений из личного опыта, дезориентировкой, ограничение объема внимания, нарушение качества восприятия, замедленность темпа психических процессов, торпидность и малопродуктивность мышления, снижение психической активности, пассивность, значительное нарушение критики, неспособность целостного осмысления ситуации. Имеющееся у ФИО19 психическое расстройство выражено столь значительно, что, что лишает ее способности понимать значение своих действий или руководить ими.

Вместе с тем, указанное обстоятельство при наличии вышеприведенных заключений комиссий экспертов не свидетельствует о том, что ФИО19 на момент составления договора дарения квартиры от 27.03.2015 г. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

При этом, в силу приведенных положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорного договора дарения лежит на истце.

Оценив в совокупности показания свидетелей, сведения, имеющиеся в медицинской документации о прохождении обследовании и лечения ФИО19, заключение ОГБУЗ «Смоленский областной психоневрологический клинический диспансер», КУЗВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер», суд приходит к выводу, что истцом не представлено суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что ФИО19 в момент подписания договора дарения от 27.03.2015 г. в силу имеющегося у него заболевания не мог понимать значения своих действий и руководить ими. Наличие у ФИО19 психического заболевания не свидетельствует о его неспособности понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора при том, что согласно заключениям экспертиз отсутствуют объективные данные о психическом состоянии Водопьяновои? А.И. в юридически значимыи? период (27.03.2015) г., а течение заболевания и выраженность симптомов при органическом психосиндроме может иметь волнообразныи? характер и варьировать даже в течение нескольких часов.

В подтверждение факта о том, что ФИО19 не выражала воли на заключение договора дарения квартиры и была введена в заблуждение относительно природы сделки по ходатайству истца ФИО16 УМВД России по г.Липецку сообщило суду, что в книге учета сообщений и заявлений о преступлениях и административных правонарушениях зарегистрированы два факта обращения ФИО19 по факту признания договора дарения квартиры недействительным. Для проведения проверки и принятия решения по обращению ФИО19 материалы были направлены по территориальности в ОП №4 УМВД России по г.Липецку.

Суду представлен материал проверки № 780/276 по обращению ФИО19 по вопросу законности заключения от ее имени договора дарения принадлежащей ей квартиры. В материале имеется текст обращения ФИО19, постановлением ст. оперуполномоченного ОУР ОП №4 УМВД России по г.Липецку от 04.02.2023г. отказано в возбуждении уголовного дела по обращению ФИО19 в связи с отсутствием события преступления ст. 159 УК РФ. Прокуратурой Правобережного района г. Липецка сформировано надзорное производство № 391ж-2023 по жалобе ФИО19 на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.02.2023г. Постановлением и.о. заместителя прокурора Правобережного района г.Липецка от 02.03.2023г. отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного от 10.02.2023гю вынесенное участковым уполномоченным ОП№4 УМВД России по г. Липецку. Прокуратурой Правобережного района г. Липецка сформировано надзорное производство № 2084Ж-2022 по обращению ФИО19 по вопросу законности заключения от ее имени договора дарения принадлежащей ей квартиры. Прокуратурой проведена проверка, направлена информация для рассмотрения по существу в порядке ст.144-145 УПК РФ о совершении мошеннических действий со стороны ФИО18

Указанные обращения ФИО19 поступали после 27.03.2015 г., следовательно, оснований считать, что на момент заключения сделки ФИО19 была введена в заблуждение относительно природы совершаемой ею сделки дарения квартиры не имеется. Не свидетельствует об отсутствии воли на совершение сделки и заблуждении относительно природы совершаемой сделки представленное суду письмо ФИО19 в адрес нотариуса от 24.11.2022г., поскольку оно также написано после 27.03.2015 г.

Факт того, что ФИО19 выражала намерения о дарении квартиры ФИО18, о ее отношении к внуку подтверждается показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании, заключении договора, регистрации его в органах регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом, обстоятельств того, что на момент заключения договора дарения ФИО19 находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий или руководить ими установлено не было, доказательств тому, что сделка была совершена под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие его истинной воли совершаемому действию, истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, оспариваемая сделка совершена в надлежащей письменной форме и содержала все существенные условия, исключающие их неоднозначное толкование.

Доводы истца о том, что договор дарения не был удостоверен нотариусом, одаряемый во владение и пользование квартирой не вступал, поэтому сделка является мнимой не может свидетельствовать о недействительности договора дарения, поскольку факт того, что лицевые счета в ресурсоснабжающих организациях оставались открытыми на имя ФИО19 не свидетельствует о мнимости договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от 27.03.2015 года. Кроме того, сторона ответчика представила суду сведения об оплате коммунальных услуг, поставляемых в квартиру по адресу: <адрес> ответчиком и его супругой. При этом, довод истца о том, что ФИО18 оказывал ФИО19 постоянную материальную поддержку, приобретал продукты, лекарственные препараты, оплачивал медицинские услуги не свидетельствуют о встречном предоставлении, поскольку указанные действия ответчика говорят о том, что он проявлял заботу о своей бабушке.

При таких обстоятельствах не имеется оснований для вывода суда о недействительности договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 27.03.2015 года и прекращении права на указанную квартиру за ФИО19

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

Поскольку на момент смерти ФИО19 квартира, расположенная по адресу: <адрес> не принадлежала наследодателю, оснований для включения указанной квартиры в наследственную массу и признании за ФИО16 права собственности на ? долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес> не имеется.

руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО16 отказать в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО18 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, заключенного 27.03.2015 года между ФИО19 и ФИО18, применении последствий недействительности сделки, включении квартиры в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО19, прекращении права собственности ФИО18 на указанную квартиру, признании за ФИО16 права собственности на ? долю квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Правобережный районный суд г. Липецка.

Председательствующий /подпись/ Н.Е. Ситникова

Мотивированное решение изготовлено 14.02.2025.