Решение по делу № 2А-380/2023 от 07.09.2023 - о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Дело № 2а-380/2023 (2а-4590/2022)

УИД 11RS0005-01-2022-006851-54

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре Писаревой М.А., с участием административного истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте 07 сентября 2023 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 А.В. к Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница №18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний», Федеральной службе исполнения наказаний и заведующему хирургическим отделением Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница №18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми ФИО2 о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по РК, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФСИН России о взыскании денежной компенсации в размере 500000 рублей, в обоснование заявленных требований указав, что административные ответчики допустили оказание медицинской помощи ненадлежащего качества. В период отбывания уголовного наказания административный истец находился в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми. <...> г. ему была проведена операция по В результате ненадлежащим образом оказанной медицинской помощи административный истец стал испытывать острые режущие боли кроме того, у него открылось кровотечение. Спустя 04 месяца в результате обследования врачом-хирургом ФИО2 ФИО1 был установлен не существующий диагноз - ». <...> г. административный истец убыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по РК, где с момента прибытия и до настоящего времени он неоднократно обращался за оказанием медицинской помощи в форме госпитализации. Однако медицинская помощь надлежащего качества ему до настоящего времени не оказывается, в связи с чем, последовало обращение с исковым заявлением в суд.

На стадии подготовки дела к судебному разбирательству определением от 03.11.2022 к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее - ФКУЗ МСЧ-11), Федеральное казенное лечебно-профилактическое учреждение «Больница №18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми (далее - ФКЛПУ Б-18), Федеральная служба исполнения наказаний (далее - ФСИН России).

Протокольным определением суда 22.08.2023 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечен заведующий хирургическим отделением ФКУЗ МСЧ-11 ФИО2

Административный истец в судебном заседании требования поддержал в полном объеме, на их удовлетворении настаивал.

Административные ответчики ФКУЗ МСЧ-11, ФКЛПУ Б-18, ФСИН России, заведующий хирургическим отделением ФКУЗ МСЧ-11 ФИО2, извещены судом надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, правом участия в суде не воспользовались, о причинах неявки суду не сообщили.

В соответствии со ст. 150 КАС РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения административного истца, исследовав материалы настоящего дела, медицинскую документацию в отношении ФИО1, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

Статья 53 Конституции РФ гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании ст. 1069 ГК РФ возмещение вреда предусмотрено в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления соответственно за счёт казны РФ, казны субъекта РФ, казны муниципального образования.

Согласно ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 6 ст. 12 УИК РФ, осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Исходя из положений ч. 1 ст. 101 УИК РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. В ИУ осуществляется: медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение, а также определение их трудоспособности.

Согласно ст. 26 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В соответствии с пунктами 2, 3 и 9 ч. 5 ст. 19 ФЗ № 323, пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организация в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, а также на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии со ст. 10 и ст. 11 ФЗ № 323, качество медицинской помощи обеспечивается применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, а отказ в оказании медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и взимание платы за ее оказание медицинской организацией, участвующей в реализации этой программы, и медицинскими работниками такой медицинской организации не допускаются.

Согласно ст. 37 ФЗ № 323, медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Назначение и применение лекарственных препаратов, медицинских изделий и специализированных продуктов лечебного питания, не входящих в соответствующий стандарт медицинской помощи, допускаются в случае наличия медицинских показаний (индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям) по решению врачебной комиссии (части 1, 2, 5).

В соответствии с ч. 2 ст. 70 ФЗ № 323, лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных ч. 4 ст. 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

Как предусмотрено Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным Приказом Минюста России от 28.12.2017 № 285, лицам, заключенным под стражу, или осужденным первичная медико-санитарная помощь в амбулаторных условиях оказывается в медицинской части (здравпункте) или в процедурных кабинетах медицинской части, расположенных в режимных корпусах СИЗО и тюрем, в штрафном изоляторе (далее - ШИЗО), дисциплинарном изоляторе (далее - ДИЗО), в помещении, функционирующем в режиме СИЗО (далее - ПФРСИ), в помещении камерного типа (далее - ПКТ), едином помещении камерного типа (далее - ЕПКТ), в запираемых помещениях строгих условий отбывания наказания (далее - медицинские кабинеты), при их наличии, в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта).

В соответствии с п. 31 Порядка в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев.

Медицинские осмотры и диспансерное наблюдение осужденных осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере охраны здоровья (п. 32 Порядка). Медицинская помощь в амбулаторных условиях осужденным оказывается в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта) по предварительной записи (п. 33 Порядка).

Направление лиц, заключенных под стражу, или осужденных в больницу в плановом порядке осуществляется медицинским работником по предварительному письменному запросу с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на соответствующие года. К запросу прилагаются выписка из медицинской документации пациента и информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство лица, заключенного под стражу, или осужденного. Срок рассмотрения запроса руководством больницы не может превышать 7 рабочих дней со дня его получения.

Лица, заключенные под стражу, или осужденные, нуждающиеся в оказании медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, госпитализируются в больницу без предварительного письменного запроса по согласованию с медицинской организацией УИС.

Как разъяснено в пунктах 2, 3 и 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на охрану здоровья (в частности, ст. 20, 21, 41 Конституции РФ, ч. 3, 6, 6.1 ст. 12, ст. 13, 101 УИК РФ) (п. 2 Постановления Пленума).

Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц (п. 3 Постановления Пленума).

При рассмотрении административных дел, связанных с не предоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (ст. 41 Конституции РФ, ст. 4, ч. 2, 4 и 7 ст. 26, ч. 1 ст. 37, ч. 1 ст. 80 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников (ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ч. 7 ст. 101 УИК РФ). При этом, необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация (п. 17 Постановления Пленума).

Судом установлено, что административный истец ФИО1 осужден к лишению свободы приговором суда, в настоящее время отбывает уголовное наказание в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми.

Как указано в иске и пояснениях административного истца, в период отбывания уголовного наказания он находился в ФКЛПУ Б-18. <...> г. ему была проведена операция по . В результате ненадлежащим образом оказанной медицинской помощи административный истец стал испытывать острые режущие боли кроме того, у него открылось кровотечение. Спустя 04 месяца в результате обследования врачом-хирургом ФИО2 ФИО1 был установлен не существующий диагноз - « ». <...> г. административный истец убыл для отбытия наказания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по РК, где с момента прибытия и до настоящего времени он неоднократно обращался за оказанием медицинской помощи в форме госпитализации.

В связи с тем что доводы административного истца о ненадлежащем оказании ему медицинской помощи в исправительном учреждении по имеющимся хроническим заболеваниям требуют медицинских похнаний, судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Из экспертного заключения ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ....Л.д.109-121) следует, что по данным представленной медицинской документации и материалам административного дела оценить правильность диагноза « установленного ФИО1 <...> г. г., не представляется возможным в связи с недостаточными объективными данными: при осмотре врачом-хирургом <...> г. зафиксирована субъективная болезненность в , в . При дальнейших осмотрах до <...> г.

Таким образом, в период с <...> г. у ФИО1 не зафиксировано достоверных признаков заболеваний: « Эти диагнозы установлены па основании субъективных жалоб и не подтверждены данными объективного клинико-инструментального обследования пациента. По описанным объективным данным ( жалобы состояние пациента в указанный период более соответствовало основному диагнозу « ». По данным ректороманоскопии от <...> г. г. признаков « » и достоверных признаков « также не описано: диагноз « » установлен «под вопросом».

По данным представленной медицинской документации показаний к хирургическому вмешательству в экстренной или неотложной форме в <...> г. г. не выявлено:

При оказании медицинской помощи ФИО1 после <...> г. выявлены следующие дефекты:

- дефекты заполнения медицинской документации: не во всех случаях имеются «Листы назначений», в связи с чем, не представляется возможным оценить объем лечения, фактически полученный пациентом; данные объективных осмотров зафиксированы кратко, малоинформативно;

- дефекты обследования и диагностики: при обследованиях пациента не всегда описаны и зафиксированы достаточные объективные данные, позволяющие подтвердить установленный диагноз; в ряде случаев диагнозы установлены только на основании субъективных жалоб и не подтверждены какими-либо объективными данными, что затрудняет оценку качества медицинской помощи;

- дефекты лечения: диагноз « » был впервые установлен пациенту <...> г., назначено лечение. В соответствии с современными клиническими рекомендациями не рекомендуется проводить консервативную (при ее неэффективности) более 8 недель (2 месяцев), необходимо решить вопрос о хирургическом лечении. В данном случае хирургическое лечение было проведено <...> г. (через 6 месяцев), т.е. с задержкой. В период с <...> г. зафиксировано 11 обращений ФИО1 с жалобами на снижение зрения,

Операция от <...> г. выполнена в полном объеме, по показаниям, каких-либо дефектов хирургического вмешательства или послеоперационных осложнений по данным представленной медицинской документации не выявлено. Причинно-следственная связь между операцией от <...> г. и возникновением у истца в дальнейшем хронической возникшей необходимостью повторного хирургического вмешательства отсутствует, что подтверждается значительным промежутком времени между проведенной операцией и возникновением указанных заболеваний, отсутствием по данным представленных медицинских документов каких-либо дефектов при проведении операции <...> г..

По данным представленной медицинской документации состояние ФИО3 в динамике соответствует характеру и тяжести имеющихся хронических заболеваний. У пациента не зафиксировано развития принципиально новых заболеваний и состояний, либо потенциально предотвратимого прогрессирования имеющихся хронических заболеваний, которые могли бы быть связаны с выявленными дефектами медицинской помощи. Степень тяжести вреда здоровью оценке не подлежит в связи с невозможностью установить сущность вреда. Кроме того, экспертами отмечена склонность пациента к демонстративно-шантажному поведению, аггравации (осознанному или бессознательному преувеличению имеющихся симптомов), что выражается в агрессивном и демонстративно-шантажном поведении (установлено психиатром <...> г.), актах членовредительства, несоответствии предъявляемых многообразных жалоб данным объективного обследования пациента, в том числе при обследовании в условиях стационара (например, в представленных медицинских документах <...> г. отмечено, что жалобы . Пациент неоднократно отказывался от медицинских осмотров и лечения (<...> г. – отказался от осмотра перед водворением в ШИЗО, <...> г. - отказался от лечения , <...> г. отказался от осмотра, <...> г. отказался от лечения; в более ранние периоды зафиксированы неоднократные отказы пациента от обследования и лечения по заболеванию « »), пациент не выполняет врачебные рекомендации в части отказа от курения. Такие особенности личности пациента объективно затрудняли оценку состояния пациента и установление правильного диагноза.

Заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 82 КАС РФ.

Давая оценку, представленному заключению, суд приходит к выводу, что оно является полным, обоснованным и содержит исчерпывающие выводы, основанные на специальной литературе и проведенных медицинских исследованиях, отвечает требованиями ст.84 КАС РФ, сторонами не представлено доказательств, подтверждающих недостоверность выводов проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы.

При проведении судебной экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе имеющаяся медицинская документация на имя ФИО1

Экспертиза проведена экспертами, обладающими специальными познаниями в соответствующей области, имеющими значительный стаж работы по специальности, являющимися лицами, не заинтересованными в рассмотрении дела. Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов её проводившей и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, сторонами также не представлено.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым принять указанное заключение экспертов, как допустимое доказательство.

Из материалов дела так же следует, что в <...> г. Ухтинской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях с привлечением специалистов Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Коми, в том числе на основании обращения осужденного ФИО1 проведена проверка в филиалах медицинских частей ФКУЗ МСЧ-11, по результатам которой в деятельности филиалов «Медицинская часть № 14», «Медицинская часть № 13» ФКУЗ МСЧ-11 выявлены нарушения.

Проверка показала, что осужденный ФИО1 находился на стационарном обследовании и лечении в хирургическом отделении филиала Больница ФКУЗ МСЧ-11 с <...> г.. В нарушение требований действующего законодательства при наличии медицинских показаний от <...> г. осужденный ФИО1 не был направлен к врачу-колопроктологу. При установлении диагноза осужденному не были проведены инструментальные методы исследования, а именно . При установлении <...> г. диагноза лечение не проведено. Каких-либо сведений о наблюдении,

При осмотре врачом-хирургом филиала «Больница» от <...> г. отсутствует запись установления врачом с соответствующей записью « . По указанному заболеванию назначено лечение, однако данных о его исполнении не имеется.

Выявленные нарушения отражены в представлении об устранении нарушений уголовно-исполнительного законодательства, внесенного <...> г. прокуратурой в адрес начальника ФКУЗ МСЧ-11.

В этой связи, учитывая выводы судебно-медицинской экспертизы, нарушения, выявленные органами прокуратуры и отраженные в представлении от <...> г., суд приходит к выводу, что доводы ФИО1 о ненадлежащем оказании ему медицинской помощи частично нашли свое подтверждение при условии не соблюдения полноты лечения по имеющимся хроническим заболеваниям. Административными ответчиками доказательств надлежащего оказания медицинской помощи и в полном объеме административному истцу не представлено.

Кроме того, судом отмечается, что на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Положения Конституции Российской Федерации указывают на добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций.

При этом суд отмечает, что доказательств, свидетельствующих о нарушении медицинским работником - врачом-хирургом ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ФИО2 своих должностных обязанностей или превышение им полномочий, административным истцом не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не установлено. Как видно из материалов дела следует, что <...> г. врачом-хирургом ФИО2 был осуществлен медицинский осмотр административного истца, по результатам которого ФИО1 выставлен диагноз. Каких либо доказательств того, что по результатам осмотра указанным врачом административному истцу выставлен не правильный диагноз, повлекший ухудшение здоровья административного истца либо иные негативные последствия, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд не усматривает незаконных действий (бездействия) ФИО2

С учетом изложенного, установив в целом факт нарушения прав ФИО1 на надлежащее медицинское обслуживание, определяя размер компенсации, суд исходит из фактических обстоятельств дела, степени и характера перенесенных административным истцом нравственных страданий, индивидуальных особенностей (возраста, состояния здоровья), принципов разумности и справедливости, учитывая, что согласно экспертного заключения у административного истца объективных признаков ухудшения состояния здоровья за <...> г. не выявлено: его состояние соответствует характеру и тяжести имеющихся хронических заболеваний и полагает необходимым взыскать денежную компенсацию в размере 15 000 руб.

Требования о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания в соответствии с п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ подлежат удовлетворению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает главный распорядитель по ведомственной принадлежности – Федеральная служба исполнения наказаний.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

Признать незаконными действия (бездействие) федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний», выразившиеся в ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию за ненадлежащее оказание медицинской помощи в размере 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части административных исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница №18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть № 11 Федеральной службы исполнения наказаний», Федеральной службе исполнения наказаний и заведующему хирургическим отделением Федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница №18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми ФИО2 о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащее оказание медицинской помощи, отказать.

Решение в части взыскания денежной компенсации подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2023 года.