Судья Смоленкова Л.А. Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 08 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам <адрес>вого суда в составе:

Председательствующего судьи ФИО16,

судей: ФИО17, Ворончук О.Г.,

при секретаре судебного заседания ФИО6,

с участием: прокурора ФИО7,

осужденного ФИО1

(посредством систем видеоконференц-связи),

защитника-адвоката ФИО8,

потерпевшего ФИО9,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшего ФИО9, осужденного ФИО1, адвоката Клёцкина А.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Первореченского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не судимый,

осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года.

Наказание в виде ограничения свободы постановлено исполнять после отбытия основного наказания.

После отбытия наказания в виде лишения свободы установлено ограничение на изменение места жительства или пребывания и ограничения на выезд на пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно – исполнительной инспекции. Данные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы. Обязать после освобождения из мест лишения свободы встать на учет в орган, владеющий исполнением приговора в соответствии с предписанием, полученным при освобождении из учреждения, в котором он отбывал лишение свободы, являться в данный орган на регистрационную отметку один раз в месяц.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена прежней до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу, зачтено в срок наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до момента вступления приговора в законную силу на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день нахождения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданские иски ФИО10 и ФИО11 удовлетворить, взыскано с ФИО1 в пользу ФИО10 3 000 000 рублей, в пользу ФИО11 3 000 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО17, выступления потерпевшего, осужденного и адвоката, поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда; мнение прокурора об отсутствии оснований для отмены либо изменения приговора; судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1, на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, признан виновным и осужден за то, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 15 часов 00 минут до 17 часов 40 минут, находясь в гостиной комнате <адрес> по проспекту Красного Знамени в <адрес> края совершил убийство своей супруги ФИО12, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО9 просит отменить приговор, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию. Полагает, что суд был заинтересован в вынесении обвинительного приговора. Во время стадии предоставления доказательств суд запретил подсудимому, стороне защиты и ему во время дачи показаний каким- либо образом упоминать обстоятельства получения следствием явки с повинной подсудимого, при этом позволил использовать явку с повинной стороне обвинения в качестве доказательства. Явка с повинной дана ФИО1 под психологическим давлением и угроз со стороны сотрудников УВД на <адрес> было запрещено озвучивать это перед присяжными заседателями, хотя это является существенным обстоятельством. Во время предоставления доказательств, председательствующий намекал прокурору, что та забыла предоставить в качестве доказательства явку с повинной. Когда сторона защиты пыталась в полном объеме предоставить доказательства со своей стороны, то была ограничена и это ограничение ни чем не мотивировано. Судья неоднократно останавливала его, когда он давал показания, перебивала и не давала рассказывать определенные вещи. На протяжении всего судебного процесса отчетливо прослеживается отказ в удовлетворении всех, за исключением нескольких, ходатайств стороны защиты и принятия практически всех ходатайств стороны обвинения, которые были не мотивированными. Полагает, что все указанные ограничения были направлены на то, чтобы склонить присяжных заседателей к вынесению обвинительного приговора. Во время напутственного слова для присяжных заседателей, судом был сделан явный акцент на то, чтобы присяжные заседатели обратили внимание именно на показания подсудимого, данные в ходе предварительного следствия, намекая на явку с повинной.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не согласен с приговором, просит его отменить. Указывает, что в связи с существенным нарушением уголовно- процессуального закона он был лишен и органичен в праве на защиту, стороне обвинения предоставлено больше полномочий, полагает, что нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, которые свидетельствуют о явном обвинительном уклоне суда, а также несоблюдения процедуры судопроизводства. На предварительном слушании судья пыталась убедить и пыталась заставить его изменить его решение и отказаться от суда с участием присяжных заседателей, поскольку это займет очень много времени, решение может быть неожиданным, адвокат не понимает ответственности судопроизводства с участием присяжных заседателей. Считает, что суд ограничил его права, поскольку в судебном заседании он хотел отказаться от показаний, которые давал в ходе предварительного следствия под давлением: его заставляли признать себя виновным, при этом угрожали применить физическое насилие с тяжкими и унизительными последствиями, с унизительным содержанием в СИЗО, угрожали признать его жену заказчиком убийства, а сыну подкинуть наркотики в его личный автомобиль. Не выдержав угроз в адрес его жены и сына, он вынужден был себя признать виновным в преступлении, которое не совершал. Он хотел рассказать, какое моральное и психологическое давление на него было оказано. Но судья удалил присяжных заседателей из зала суда, и он давал полные показания судье, но присяжные их не услышали. Судья приняла решение, что данная информация не может быть доведена до присяжных заседателей. В дальнейшем судья неоднократно останавливала выступление адвоката и его показания, чем сломал всю линию защиты, а присяжным заседателем так и не объяснил причины, по которым он оговорил себя. Было полной неожиданностью, что сторона обвинения представляла доказательства – продемонстрировать видеозапись допроса подсудимого от ДД.ММ.ГГГГ, сторона защиты возражала, поскольку был исследован протокол допроса, но суд разрешил показать данную запись. Также было заявлено ходатайство об оглашении ФИО17 показаний, данных в 2013 году, а также схемы квартиры, но было отказано. Судья намерено поставил прения и последнее слово на ДД.ММ.ГГГГ, а напутственное слово и вынесение вердикта на ДД.ММ.ГГГГ, тем самым создав искусственную ситуацию для присяжных заседателей, чтобы они забыли основные моменты и доводы стороны защиты, озвученные в прениях и в последнем слове, которые ярко подтвердили его невиновность. Государственный обвинитель в прениях не смог привести ни одного аргументированного доказательства его виновности, кроме явки с повинной, которую он вынужден был дать под давлением; в речи содержались фразы, которые эмоционально воздействовали на присяжных заседателей, озвучены были вопросы, на которые они должны были ответить при вынесении вердикта, хотя в этот момент вопросы еще не были сформулированы и озвучены председательствующим. Но судья не останавливал выступление государственного обвинителя, вообще никак не реагировал. Судья приготовил вопросы с формулировками, которые однозначно оказывали на присяжных заседателей эмоциональное воздействие, создавая в их воображении страшную, кровавую картину; в вопросе № включено подробное медицинское описание всех телесных повреждений полученных погибшей. Возражения стороной защиты не были приняты судом. Также не принято судьей ходатайство о внесении в вопросный лист двух дополнительных вопросов. Напутственное слово было построено с явным обвинительным подтекстом, были зачитаны показания потерпевших и свидетелей, озвучены моменты, которые его характеризовали отрицательно, а также на доказательства, которые уличают его, при этом старательно умалчивал доказательства стороны защиты. Были озвучены его показания, но судья сделал акцент, что данные показания получены законным путем. А позицию стороны защиты судья изложил очень кратко – защита считает подсудимого невиновным. Не было разъяснено присяжным заседателям, что они имеют право на дополнительные разъяснения.

В апелляционной жалобе адвокат Клёцкин А.В. в интересах осужденного ФИО1 не согласен с приговором, просит уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию. Полагает, что при рассмотрении уголовного дела допущены существенные нарушения требований уголовно – процессуального закона. Указывает, что при формировании коллегии присяжных заседателей была получена информация о том, что супруг кандидата № ФИО13 работает в органах МЧС. Стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении указанного кандидата из списка присяжных заседателей, но судом оно было отклонено. Суд сформировал коллегию присяжных заседателей, которая носит тенденциозных характер, лишена объективности и беспристрастности. Согласно информации, размещенной в открытом доступе на сайте Главного управления МЧС России по <адрес>, в указанном органе проходит службу подполковник ФИО2 - по всей вероятности супруг кандидата в присяжные (а в последующем и присяжной) №. Главное управление МЧС России по <адрес> является краевой структурой (уровня субъекта РФ), прокурорский надзор за деятельностью также осуществляет прокуратура <адрес>. В рассматриваемом случае имеется явный конфликт интересов. С одной стороны, прокуратура <адрес> как процессуальный оппонент стороны защиты, заинтересована в вынесении обвинительного вердикта присяжных заседателей в отношении ФИО18, с той стороны муж одной из присяжных находится в зависимости от структуры <адрес>, так как является работником поднадзорного органа. Сам факт наличия такой зависимости уже лишает объективности присяжную №. В напутственном слове председательствующий нарушил принцип объективности и беспристрастности, о чем сторона защиты в его лице являла возражения в судебном заседании. Донося до присяжных заседателей, в общем то правильную мысль о том, что между показаниями допрошенных лиц могут быть противоречия, в том числе они могут быть и в показаниях одного и того же лица, данных в разное время, в последующем председательствующий обращает особое внимание именно на показания подсудимого которые он тал в ходе предварительного следствия. В отношении иных процессуальных фигур, таких как свидетели, потерпевшие, суд такого выделения не делает. Поскольку те показания, которые подсудимый давал на следствии в качестве обвиняемого, носят признательный характер, тот факт, что председательствующий обратил отдельное внимание присяжных заседателей именно на них, дезориентировал их, создав ощущение, что именно признательные показания подсудимого следует учитывать при вынесении вердикта, что именно эти показания являются верными (относимыми, допустимыми, правдивыми), то есть оказал влияние на присяжных, лишив их объективности. Перечисляя те доказательства, которыми надлежит руководствоваться присяжным заседателям при вынесении вердикта, председательствующий еще раз выделил тот вид доказательств, которые относятся к доказательствам обвинения, призвав присяжных не забывать о тех данных, которые содержаться «на видеоносителях» та информация, которая подтверждает версию обвинения. Ни одной видеозаписи, подтверждающей версию защиты, не имеется. Соответственно, делая акцент именно на данном способе доказывание, суд явно «подыгрывает» стороне обвинения, нарушая принципы объективности, равенства сторон и презумпцию невиновности. Полагает, что именно фотографии содержали доказательства невиновности подсудимого, что подробно раскрыто у него в прениях сторон. Вынесенный приговор излишне суров и не учитывает данные о личности подсудимого, который характеризуется положительно, ранее не судим, отягчающих обстоятельств по делу не установлено. Полагает, что судом нарушено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, а также имеет место быть несправедливость приговора. Допущенные нарушения неустранимы в суде апелляционной инстанции.

Суд определил порядок исследования доказательств и в отсутствие присяжных заседателей, только потом предоставил сторонам возможность выступить с вступительным словом перед присяжными заседателями. В судебном заседании суд не обоснованно отклонил ходатайство защиты об оглашении показаний Котиковой в части суммы, которая семья ФИО18 платила ей ежемесячно за аренду квартиры. Данные показания крайне важны, поскольку подтверждают, что непосредственно перед убийством в квартире ФИО18 хранились деньги, предназначенные для оплаты аренды квартиры. Однако, после убийства они не были обнаружены в ходе осмотра места происшествия. Следовательно, деньги были кем-то похищены, то есть данное обстоятельство подтверждает версию защиты о том, что на супругов ФИО18 было совершено нападение третьих лиц. Судом неправомерно, несмотря на возражения защиты, удовлетворено ходатайство обвинения об оглашении такого доказательства как явка с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и отклонено ходатайство защиты о признании его недопустимым доказательством. Обсуждение этого вопроса происходило в судебных заседаниях 15 и ДД.ММ.ГГГГ и отражено на листах 112-121 протокола судебного заседания, когда суд принял решение о признании явки с повинной допустимым доказательством. А ДД.ММ.ГГГГ суд удовлетворил повторное ходатайство государственного обвинителя о его оглашении (лист 136 протокола судебного заседания). Данное доказательство является недопустимым, в связи с чем не подлежало оглашению. Судом неправомерно ограничены возможности защит представлению доказательств невиновности подсудимого присяжным заседателям, что выразилось в отказе обеспечения явки для дачи показаний эксперта ФИО3, который проводил судебно-медицинское исследование трупа потерпевшей. Оглашенное перед присяжными заключение эксперта содержит большое количество специальной (медицинской) терминалогии, для понимания которой нужны специальные познания, которыми присяжные заседатели не обладают. В заключении экспертизы содержались противоречивые сомнительные выводы.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора <адрес> ФИО14 просил приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения. Приговор является законным, обоснованным и справедливым. Оснований ставить под сомнение правильность вердикта коллегии присяжных заседателей, не имеется, в связи с чем доводы апелляционных жалоб об отсутствии по делу доказательств вины ФИО1, не может являться основанием к отмене приговора. Предварительное следствие и судебное разбирательство по делу с участием присяжных заседателей проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, вердикта коллегии присяжных заседателей об отсутствии снисхождения и других обстоятельств, влияющих на вид и размер наказания; назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному. Доводы защиты о необоснованном отказе в удовлетворении мотивированного отвода кандидата в присяжные заседатели, не нашли своего подтверждения. Адвокат Клёцкин А.В. указал, что муж кандидата в присяжные заседатели работает в Министерстве чрезвычайных ситуаций (МЧС), и, соответственно, заинтересована в вынесении обвинительного вердикта. То, что супруг указанного лица состоит на службе в МЧС, не может служить основанием для невключения кандидата № в коллегию присяжных заседателей. При формировании коллегии, судом выяснялся вопрос о возможности оказания влияния на ее (кандидата в присяжные заседатели) решение данного факта, на что получен отрицательный ответ. В связи с чем, она была обоснованно включена в коллегию присяжных отелей. Стороной обвинения представлены присяжным заседателям только допустимые доказательства, процедура допросов оглашения показаний свидетелей, предусмотренная уголовно-процессуальным законом, судом соблюдена. Принцип состязательности сторон не нарушен. После представления доказательств стороной обвинения, сторона защиты в полной мере реализовала свое право на представление доказательств, о чем свидетельствуют допросы свидетелей, о которых ходатайствовала сторона защиты, а также исследование большого количества ФИО17 доказательств по инициативе стороны защиты, на которые она имела возможность ссылаться в судебных прениях. Заявленное стороной государственного обвинения ходатайство об оглашении явки с повинной, данной подсудимым в ходе предварительного следствия, рассмотрено судом в отсутствие коллегии присяжных заседателей. Выслушав позиции сторон, пришел к выводу о допустимости указанного доказательства, после чего, оно было доведено до коллегии присяжных заседателей. В судебном заседании председательствующий уточнял и у стороны защиты о намерении представить те или иные доказательства, в том числе, неоднократно стороне защиты напоминалось о возможности повторного допроса потерпевших и свидетелей, о которых ими заявлялось ранее. В ходе предварительного слушания председательствующий судья разъяснял ФИО1 порядок рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей, его права и обязанности, а также последствия такого решения, о чем последний дал ФИО17 согласие. Опросный лист сформулирован в соответствии с положениями ст. ст. 338 УПК РФ. При этом, в полной мере были учтены, как мнение адвокатов, так мнение самого подсудимого ФИО1, в связи с чем судьей полностью убран один из абзацев обвинения. Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям УПК РФ. Довод стороны защиты о необъективном и неполном изложении обстоятельств защиты является оценочным. В напутственном слове огласил исследованные доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, кратко изложив их. При этом, суд указал, что показаниями допрошенных лиц могут быть противоречия, и на то, что противоречия также могут быть и в показаниях одного и того же лица, данных в иное время. Вынесенный коллегией присяжных заседателей вердикт является ясным и непротиворечивым. Суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденного с четом обстоятельств, установленных вердиктом. Приговор суда постановлен в очном соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденного в содеянном, основанным на всестороннем и полном исследовании материалов дела.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Исходя из положений ст.389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора и иного решения суда первой инстанции.

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено судом с участием коллегии присяжных заседателей по ходатайствам, заявленным обвиняемым ФИО1 в установленном законом порядке.

В соответствии со ст.389.27 УПК РФ обвинительный приговор, постановленный на основании обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен либо изменен по основаниям, предусмотренным п. п. 2 - 4 ст. 389.15 УПК РФ.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО1 признан виновным в совершении инкриминированного ему деяния. Вердикт присяжных заседателей в соответствии с ч.2 ст.348 УПК РФ является обязательным для председательствующего. Правильность вердикта присяжных заседателей в соответствии с ч. 4 ст. 347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение.

Поскольку дело рассмотрено с участием присяжных заседателей, то приговор не подлежит пересмотру в суде апелляционной инстанции в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, доказательства, относящиеся к фактическим обстоятельствам обвинения, судом апелляционной инстанции не проверяются. Представленные сторонами доказательства оценивались присяжными заседателями при вынесении вердикта в порядке, предусмотренном ст.ст.341, 342, 343 УПК РФ, в соответствии с их исключительной компетенцией, указанной в ч.1 ст.334 УПК РФ.

С учетом указанных требований закона, основанный на вердикте присяжных заседателей вывод суда первой инстанции о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, а также о фактических обстоятельствах, признанных доказанными присяжными заседателями, не может быть поставлен под сомнение судом апелляционной инстанции.

Вопреки содержащимся в апелляционных жалобах утверждениям, коллегия присяжных заседателей, вынесшая вердикт по данному уголовному делу, была сформирована с соблюдением процедуры, предусмотренной ст.328 УПК РФ.

Так, из положений ч.3 ст.328 УПК РФ следует, что кандидаты в присяжные заседатели обязаны правдиво отвечать на задаваемые вопросы, а также представлять необходимую информацию о себе и об отношениях с другими участниками процесса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей», при опросе кандидатов в присяжные заседатели сторонами председательствующий должен принять меры к тому, чтобы задаваемые вопросы понимались однозначно, не повторяли ранее заданные вопросы, были конкретными, связанными только с теми обстоятельствами, которые препятствуют участию кандидатов в присяжные заседатели в рассмотрении данного уголовного дела; сокрытие кандидатами в присяжные заседатели, впоследствии включенными в состав коллегии, информации, которая могла повлиять на принятие решения по делу и лишила стороны права на мотивированный и немотивированный отвод, является основанием для отмены приговора.

При этом из представленных судебной коллегии сведений следует, что супруг кандидата № ФИО13, впоследствии включенной в состав коллегии, является сотрудником МЧС, о чем указанный кандидат довела информацию в ходе опроса председательствующему.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, указанные фактические обстоятельства не препятствовали исполнению ФИО13 обязанностей присяжного заседателя, поскольку не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ч.ч.2,3 ст.4, п.2 ст.7 Федерального закона «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации», а также положениям ч.ч.3,7 ст.326 УПК РФ, которые подлежали выяснению при опросе в ходе формирования коллегии присяжных заседателей. При опросе кандидатов в присяжные сторонами с целью реализации права на мотивированный отвод какая-либо информации, которая могла бы повлиять на принятие решения по делу и лишила стороны права на мотивированный и немотивированный отвод, не была сокрыта.

Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим судьей в соответствии с ч.7 ст.328 УПК РФ была предоставлена возможность сторонам заявить мотивированные отводы кандидатам в присяжные заседатели, которой воспользовались и сторона обвинения, заявившая мотивированные отводы кандидату №, и сторона защиты, заявившая мотивированные отводы кандидатам №, 7. Немотивированные отводы кандидату в присяжные заседатели № не заявлялись.

При этом судебная коллегия полагает, что доводы стороны защиты в отношении кандидата в присяжные заседателей № ФИО13, приведенные как в самих мотивированных ходатайствах об отводах, так и в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о наличии обстоятельств, препятствующих участию указанного кандидата в качестве присяжного заседателя, и обоснованно были отклонены председательствующим. Таким образом, принятое судом первой инстанции решение по мотивированным отводам присяжных заседателей, в том числе кандидата №, соответствует требованиям ст.328 УПК РФ, нарушений при формировании коллегии присяжных заседателей судом апелляционной инстанции не установлено.

Сторона защиты имела возможность задать кандидату № в присяжные заседатели иные вопросы, связанные с выяснением ее объективности и беспристрастности по данному делу, однако этого сделано не было. Каких-либо оснований для утверждения о предвзятости указанного присяжного заседателя в отношении осужденного ФИО1 не имеется.

По окончании формирования коллегии присяжных заседателей на вопросы председательствующего судьи стороны заявили, что не имеют заявлений о тенденциозности, предвзятости сформированной коллегии, неспособности вынести объективный вердикт в данном составе (том 11 л.д. 57). Оснований для роспуска коллегии присяжных заседателей ввиду тенденциозности ее состава в соответствии с положениями ст. 330 УПК РФ не имелось, и судебной коллегией не установлено.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие, вопреки доводам апелляционной жалобы, проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей, их полномочиями, установленными ст. 334 УПК РФ.

Доводы апелляционных жалоб о том, что в ходе предварительного слушания на обвиняемого ФИО1 председательствующим оказывалось давление с целью отказа его от рассмотрения уголовного дела с участием присяжных заседателей, являются несостоятельными. Как следует из материалов уголовного дела, ходатайство о рассмотрении настоящего уголовного дела с участием присяжных заседателей было поддержано обвиняемым ФИО1 в ходе предварительного слушания и удовлетворено судом, о чем свидетельствует постановление о назначении уголовного дела к рассмотрению с участием присяжных заседателей.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд определил порядок исследования доказательств в отсутствие присяжных заседателей, и только потом предоставил сторонам возможность выступить с вступительным словом перед присяжными заседателями, не свидетельствуют о допущении судом существенных процессуальных нарушений, которые влекут за собой незаконность принятого решения.

В судебном заседании с участием присяжных заседателей были исследованы все представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты доказательства, а заявленные сторонами ходатайства разрешены председательствующим в установленном законом порядке. Доводы апелляционных жалоб о нарушении судом принципа состязательности сторон, судебная коллегия находит несостоятельными.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судьей, председательствующим по делу, государственному обвинителю было сделано напоминание об оглашении протокола явки с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, являются не состоятельными.

Указанное доказательство было заявлено к исследованию государственным обвинителем в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, также как и показаний подсудимого, данных им в ходе предварительного следствия, а также просмотре видеозаписи проверки показаний на месте с его участием и продублировано ДД.ММ.ГГГГ.

При этом защитник Клецкин заявлял ходатайства о признании данных доказательств недопустимыми, которое было оставлено судом без удовлетворения, с приведением убедительных мотивов, с которыми судебная коллегия полагает необходимым согласиться.

При таких данных председательствующий обосновано удовлетворил ходатайство государственного обвинителя об оглашении в присутствии присяжных заседателей протокола явки с повинной ФИО1 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, также как и его показаний, данных в ходе предварительного следствия и просмотра видеозаписи проверки показаний на месте с его участием.

В соответствии с ч.1 ст.282 УПК РФ по ходатайству сторон или по собственной инициативе суд вправе вызвать для допроса эксперта, давшего заключение в ходе предварительного расследования, для разъяснения или дополнения данного им заключения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд не отказывал в допросе эксперта ФИО3. Однако допрос его не состоялся, поскольку явка эксперта в суд не была обеспечена стороной защиты в судебное заседание ДД.ММ.ГГГГ. Судебное следствие судом было окончено без допроса указанного эксперта, постановление суда об этом является мотивированным и не расценивается судом апелляционной инстанции как нарушение принципа состязательности сторон, с учетом того, что сторонам было предоставлено две недели для предоставления дополнительных доказательств. При этом доводы апелляционной жалобы о том, что выводы, изложенные в заключении эксперта № не понятны присяжным заседателям и требуют разъяснения, являются голословными, так как удалившись в совещательную комнату, своим правом обратиться за разъяснениями неясности, уточнением формулировки поставленных вопросов, получении дополнительных разъяснений по вопросному листу, присяжные заседатели не воспользовались. Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, указанное право присяжным заседателям было разъяснено в напутственном слове (т.11 л.д.237)

В ходе судебного разбирательства присяжным заседателям были представлены все доказательства, признанные судом допустимыми. Оценка же доказательств на предмет их достоверности, определения наличия в них противоречий является исключительной компетенцией присяжных заседателей, в связи с чем, доводы жалоб о том, что присяжным заседателям были представлены противоречивые доказательства, которые могли ввести в заблуждение коллегию, в том числе заключения экспертиз, являются необоснованными.

При этом доводы апелляционных жалоб осужденного и потерпевшего о том, что суд ограничивал их право в предоставлении доказательств, не давая возможности сообщить присяжным заседателям обстоятельства получения явки с повинной и признательных показаний от ФИО1 в ходе предварительного следствия, а также проверки показаний на месте с его участием, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку вопросы процессуального характера, в том числе разрешение вопроса о допустимости доказательств, подлежат рассмотрению в отсутствии присяжных заседателей, что и было выполнено в судебном заседании по настоящему уголовному делу.

Действия председательствующего по ведению судебного следствия осуществлялись в рамках процессуальных полномочий, предоставленных ему ст. 335 УПК РФ, в ходе судебного разбирательства исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами.

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении показаний свидетеля ФИО4, данных в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, судебная коллегия отклоняет, поскольку согласно протоколу судебного заседания (т.11 л.д.125-128) сторона защиты не заявляла ходатайство об оглашении показаний указанного свидетеля во время ее допроса с целью устранения имеющихся противоречий. Ходатайство об оглашении показаний указанного свидетеля после того, как она покинула зал судебного заседания, было разрешено председательствующим в соответствии с требованиями ст.271, 281 УПК РФ и не свидетельствуют о последующем вынесении неправосудного вердикта присяжными заседателями.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на вынесение вердикта коллегией присяжных заседателей и постановление судом законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено, доводы апелляционных жалоб об этом, судебная коллегия находит несостоятельными.

Председательствующий обоснованно и своевременно в необходимых случаях останавливал стороны, предупреждал их, отводил и снимал вопросы, не подлежащие выяснению с участием присяжных заседателей, делал замечания, обращался к коллегии присяжных заседателей с соответствующими разъяснениями. К таким вопросам, в том числе, относится вопрос к свидетелю ФИО15 ДД.ММ.ГГГГ, известны ли ей обстоятельства убийства ФИО18 Людмилы в 2013.

Доводы апелляционной жалобы защитника Клецкина об отмене замечаний в его адрес со стороны председательствующего, судебная коллегия отклоняет, поскольку это не относится к предмету проверки в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Как следует из протокола судебного заседания, в необходимых случаях председательствующим судьей объявлялся перерыв, присяжным заседателям неоднократно разъяснялось, что сведения, характеризующие личность подсудимого и потерпевшей, не должны учитываться при разрешении поставленных перед присяжными заседателями вопросов; о недопустимости учитывать заявления участников об образе жизни подсудимого и потерпевшей, любой негативной информации, характеризующей их личности, вновь было указано председательствующим судьей в напутственном слове.

Все представленные сторонами доказательства были исследованы непосредственно, заявленные сторонами ходатайства, направленные на окончание судебного следствия, разрешены председательствующим в установленном законом порядке.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о том, что судом стороне защиты было отказано в исследовании показаний ФИО1, данных в качестве потерпевшего в 2013г. и схемы квартиры, приложенной к ним, судебная коллегия находит несостоятельными. Ходатайство об оглашении указанных показаний было отклонено председательствующим с приведением соответствующих мотивов, с которыми соглашается судебная коллегия. При этом схема квартиры была доведена до сведения присяжных заседателей во время исследования протокола осмотра места происшествия, а именно квартиры, расположенной по адресу <адрес> знамени, <адрес>, что не лишало сторону защиты ссылаться на указанную схему в прениях сторон.

Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что судом были допущены нарушения в процессе оглашения ФИО17 доказательств, а именно было постановлено не оглашать первые листы протоколов, на которых содержится информация о дате, времени и месте проведения следственного действия и лице, его проводившем, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку установленный порядок оглашения протоколов следственных действий не влияет на полноту восприятия присяжными заседателями доказательств, так как содержание указанных протоколов было раскрыто в ходе судебного следствия в полном объеме и не свидетельствует об обвинительном уклоне в действиях председательствующего.

Прения сторон проведены в соответствии с требованиями ст. ст. 292, 336 УПК РФ. Доводы апелляционной жалобы защитника о том, что государственный обвинитель, выступая в судебных прениях, довела до присяжных заседателей те вопросы, на которые по ее мнению им предстояло ответить, чем были нарушены положения ч.1 ст.334 УПК РФ, судебная коллегия находит несостоятельными, так как присяжные заседатели в совещательной комнате ответили на вопросы, сформулированные в вопросном листе, а не в речи государственного обвинителя в судебных прениях. При этом сторона защиты ошибочно расценивает выступление государственного обвинителя в судебных прениях как желание ввести присяжных заседателей в заблуждение.

Председательствующим в судебных прениях стороне защиты обоснованно была запрещена демонстрация в прениях «увеличенной схемы места происшествия» и макета ремня, поскольку указанные предметы не исследовались как доказательства по уголовному делу.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что председательствующий намеренно назначил прения и последнее слово на ДД.ММ.ГГГГ, а напутственное слово на ДД.ММ.ГГГГ, чтобы присяжные заседатели забыли основные моменты и доводы стороны защиты о невиновности ФИО1, озвученные в прениях и последнем слове, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку уголовно-процессуальный закон не содержит требований о проведении прений сторон, последнего слова и напутственного слова председательствующего судьи в один день, а указанные выше даты определены судом исходя из объема запланированных действий, с учетом графика рабочего времени.

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ. Нарушения принципа объективности и беспристрастности не допускалось. Председательствующий напомнил присяжным заседателям об исследованных доказательствах, изложил позицию защиты, разъяснил основные правила оценки доказательств, сущность принципа презумпции невиновности, порядок подготовки ответов на поставленные вопросы, голосования по ответам и вынесения вердикта.

При этом доводы апелляционных жалоб о том, что председательствующим в напутственном слове был сделан акцент именно на признательных показаниях, данных ФИО1 в ходе предварительного следствия, а также на явке с повинной, что по мнению автора жалобы указывает на обвинительный подтекст, являются несостоятельными, поскольку в напутственном слове председательствующий указал присяжным заседателям на все исследованные в ходе судебного следствия доказательства, не выделяя какие-либо среди них. Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, напутственное слово не содержало сведений, характеризующих ФИО1 с отрицательной стороны.

Вопросы, подлежащие рассмотрению присяжными заседателями, были поставлены с соблюдением требований ст.ст.252,339 УПК РФ, правильно сформулированы председательствующим с учетом результатов судебного следствия и с учетом предъявленного обвинения.

Довода апелляционной жалобы осужденного и его защитника о том, что вопросы были сформулированы таким образом, чтобы оказать на присяжных заседателей эмоциональное воздействие, создавая в их воображении страшную, кровавую картину, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку описание в вопросном листе имевшихся у потерпевшей телесных повреждений не могут расцениваться как способ воздействия на присяжных.

Согласно ч.1 ст.343 УПК РФ, присяжные заседатели при обсуждении поставленных перед ними вопросов должны стремиться к принятию единодушных решений. Если присяжным заседателям при обсуждении в течение 3 часов не удалось достигнуть единодушия, то решение принимается голосованием. Указанные положения также соблюдены.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия не усматривает нарушений уголовно-процессуального закона при принятии вердикта по делу. Вердикт коллегии присяжных заседателей ясный и непротиворечивый, соответствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ, и является обязательным для председательствующего судьи.

Правовая оценка действиям осужденного ФИО1 судом дана в соответствии с фактическими обстоятельствами, установленными вердиктом присяжных заседателей.

Наказание ФИО1 назначено с учетом отсутствия отягчающих и наличия смягчающих наказание обстоятельств, в качестве которых судом первой инстанции признаны явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления на стадии предварительного следствия, также учтено состояние здоровья ФИО1, наличие на иждивении пожилого родителя, заботу на протяжении многих лет о своем ребенке, оставшимся без матери, помощь ему в совершеннолетнем возрасте. Также судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, характеризующие данные о личности осужденного, который по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет награды, грамоты, иные поощрения его трудовой и общественной деятельности, влияния назначенного наказания на исправление, а потому его следует признать справедливым и соразмерным содеянному.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, а также для применения положений ст.ст.64, 73 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, наказание в виде лишения свободы назначено осужденному ФИО1 с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ. Назначение дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы также мотивировано.

Режим отбывания наказания в виде лишения свободы на основании п.«в» ч. 1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима судом назначен правильно.

Также судом первой инстанции верно зачтено время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до момента вступления приговора в законную силу на основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день нахождения под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исковые требования ФИО11, ФИО10 разрешены в соответствии с требованиями гражданского законодательства, а размер компенсации определен с учетом принципа разумности и справедливости.

С учетом изложенного приговор соответствует ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым, оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционных жалоб судебной коллегией не установлено.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Первореченского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевшего ФИО9, осужденного ФИО1, адвоката Клёцкина А.В. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий ФИО16

Судьи ФИО17

О.<адрес>