Дело № 2-7/2025

10RS0006-01-2023-000896-59

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Лахденпохья Республика Карелия 24 ноября 2025 года

Лахденпохский районный суд Республики Карелия в составе судьи Сущевской Е.А., при секретаре Нефедовой Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО6 к ФИО7 о взыскании денежных средств,

установил:

ФИО4 и ФИО3 обратились в суд с вышеназванным исковым заявлением, в котором просят суд взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 и ФИО3 денежные средства в размере 4 920 000 рублей, в счет возмещения затрат, понесенных на строительство двухэтажной пристройки к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>, по следующим основаниям.

Решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ по делу № отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4, ФИО8 о выселении из жилого помещения. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ решение по делу изменено, апелляционная жалоба удовлетворена, иск удовлетворен. Судебная коллегия обратила внимание на то, что «... доводы ответчиков, что в период проживания в спорном жилом помещении они произвели реконструкцию помещения... При этом вопросы распределения понесенных сторонами расходов на реконструкцию жилого дома подлежат разрешению в отдельной правовой процедуре». Определением третьего Кассационного суда общей юрисдикции апелляционное определение Верховного Суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения. Решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ по делу № с совокупностью доказательств (письменные свидетельские показания и др.) установлено, что с момента возведения и по настоящее время ответчик никогда не вселялась в пристройку, участия в ее строительстве и содержании не несла; до настоящего времени ответчик не провела оформление в собственность возведенной ФИО4 и ее умершим супругом, пристройки, также не оформила как новый объект - жилой дом, который включал бы в себя самовольно возведенную пристройку, тем не менее, считает пристройку своей собственностью, поскольку требует от истцов освободить ее для своего владения и использования. Согласно справке о рыночной стоимости от ДД.ММ.ГГГГ, рыночная стоимость двухэтажной пристройки к жилому дому, расположенной по адресу: <адрес>, на ДД.ММ.ГГГГ составляет 4920000 рублей.

Ссылаясь на положения ст. ст. 218, 244, 245 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истцы просят взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 и ФИО3 денежные средства в размере 4920000 рублей, в счет возмещения затрат, понесенных на строительство двухэтажной пристройки к жилому дому, расположенному по адресу: <адрес>.

В процессе рассмотрения дела истцы изменили основания заявленных требований. Указали, что ответчик не намерен сносить пристройку, это нецелесообразно. Поэтому будет пользоваться жилым домом и пристройкой к нему как целым домом. При этом денежные средства на пристройку потрачены истцами, в связи с чем, ответчик неосновательно обогатился за счет истцов. Поэтому истцы, ссылаясь на статьи 1102, 1103 Гражданского кодекса ФИО5 Федерации, просят суд взыскать с ответчика 4920000 рублей неосновательного обогащения.

В судебном заседании истец ФИО4 просила заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО3, надлежащим образом извещенный, в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.

Представитель истцов ФИО4 и ФИО3 по доверенности ФИО19, в судебном заседании требования поддержала в полном объеме. В письменной позиции по делу указала, что в результате рассмотрения двух гражданских дел о выселении и о признании права на наследственное имущество, ФИО9 и ФИО3 вынуждено выселены из жилого дома, права на него в настоящее время не имеют. При рассмотрении дел было установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО10 при жизни осуществил постройку блока, но ввиду отсутствия документов, а также спора о праве, при жизни не оформил надлежащим образом свои права на блок жилого дома. В настоящее время, ФИО2 является собственником земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: <адрес>, на основании права на наследование по завещанию всего имущества после смерти ее матери ФИО11, и высказывает позицию об отсутствии необходимости в жилом блоке, но ее действия говорят об обратном. Та последовательность и упорная позиция об отсутствии права у истцов на жилой блок, об отсутствии самостоятельных требований о сносе постройки и приведении земельного участка в первоначальное состояние, говорит скорее о намерении в будущем пользоваться, владеть и распоряжаться имуществом, как своим, а значит иметь возможность извлекать прибыль из приобретённого жилого блока - продажа, сдача в аренду, проживание, при этом, не вложив ни копейки в его строительство. Умерший ФИО10 и истец ФИО4 с 1998 года проживали одной семьей, вели общее хозяйство, ДД.ММ.ГГГГ у них родился ребенок - ФИО3 В 1997 году ФИО10 начал строительство пристройки с разрешения родителей, с 1998 года стали в ней жить. Возведенная пристройка и основной дом, имеют отдельные выходы на земельный участок, самостоятельные системы отопления, водоснабжения и электроснабжения, оплата электроэнергии осуществляется по разным лицевым счетам - т.е. самостоятельный жилой блок. В результате вступления в наследство, ФИО2 получила в наследство не только дом общей площадью 43,2 кв.м., но и жилой блок – пристройку к дому 79,9 кв.м., который не строил наследодатель, что и является по факту увеличение размера имущества на одной стороне и соответствующего уменьшения на второй, при этом, правовых оснований у ФИО2 на это имущество нет, поскольку оно построено не ею. Просила взыскать с ответчика в пользу истцов 4900000 рублей.

Ответчик и её представитель адвокат ФИО17, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. Считали, что истцами пропущен срок исковой давности, не доказан размер вложений в строительство спорной пристройки, неверно применены нормы права и сделана оценка с применением неверного подхода. Пояснили, что осуществление стороной истца работ по строительству пристройки и стоимость данных работ не является неосновательным обогащением ответчика по смыслу закона, регулирующего данные нормы. Истцу и его родственникам было известно, что дом и земельный участок им не принадлежат, имеет другого собственника. Стороной истца фактически самостоятельно осуществлено строение, на что разрешение ответчика не было получено, ввиду чего сторона истца действовала на свой страх и риск. Кроме того, ответчик не согласен с размером неосновательного обогащения, поскольку неосновательное обогащение заявлено истцом в размере полной стоимости (рыночной) пристройки, в материалах дела отсутствуют доказательства стоимости проведенных работ.

Выслушав позиции сторон, исследовав материалы настоящего дела, гражданских дел № и №, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

При этом в силу положений части 2 данной статьи предусмотренные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

В соответствии со статьей 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, исходя из особенности предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределения бремени доказывания, на истца, заявляющего требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств:

1) наличие обогащения; 2) обогащение за счет другого лица; 3) отсутствие правового основания для такого обогащения.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения.

Под правовым основанием обогащения может пониматься экономическая цель имущественного предоставления, вытекающая из закона, а одновременное наличие этих двух элементов, то есть цели имущественного предоставления и закона, направленного на достижение этой цели, является необходимым и достаточным для того, чтобы приобретение, полученное одним лицом за счет другого лица, рассматривалось как правомерное и основательное.

Ответчик в свою очередь, должен представлять доказательства правомерности получения имущества либо имущественных прав, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

Статья 56 ГПК РФ устанавливает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В судебном заседании установлено следующее.

Истец ФИО4 и ФИО10 с 1998 года проживали по адресу: <адрес>, одной семьей, вели общее хозяйство.

ДД.ММ.ГГГГ у них родился ребенок - ФИО3 (истец по делу).

Ответчик ФИО2 и ФИО10 (отец истца ФИО12) приходятся родными братом и сестрой.

В период № годах ФИО10 начал строительство пристройки к дому № по <адрес> в <адрес>, без получения разрешительных документов.

Дом, в котором проживали ФИО4 и ФИО10, был собственностью ФИО11 и ФИО13 (родители ФИО2 и ФИО10).

После смерти родителей собственником <адрес> в <адрес> стала ФИО2

Так, из материалов регистрационного дела на жилой дом с КН № следует, что право собственности ответчика ФИО2 на указанный дом возникло на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, состоящий из основного брусчатого строения общей площадью № кв.м., жилой – № кв.м., на указанном земельном участке также расположены: надворные постройки, пристройка дощатая, три дощатых сарая, и свидетельство о праве на наследство по завещанию на земельный участок с кадастровым номером №, находящегося по адресу: <адрес>, на землях населенных пунктов, предоставленный под индивидуальный жилищный фонд.

Согласно сведениям ЕГРН здание с кадастровым номером №, поставлено на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ, имеет инвентарный №, местоположение: <адрес>, площадь – № кв.м., назначение – жилое, наименование – жилой дом, год завершения постройки – № одноэтажный, рубленный, правообладателем с ДД.ММ.ГГГГ является ФИО2 Жилой дом расположен на земельном участке с КН 10:№ (образованном из земельного участка с КН №), расположенного по адресу: <адрес>, площадью № кв.м.

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО10 (отец истца).

После смерти ФИО10, единственным наследником является его сын – ФИО3 (истец). ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на автомобиль № Иного имущества ко дню смерти ФИО10 нотариусом не установлено.

Решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО2 к ФИО4 и ФИО3 о выселении из жилого помещения оставлены без удовлетворения. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ решение Лахденпохского районного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ отменено, принято новое решение об удовлетворении исковых требований: о выселении ФИО4 и ФИО3 из жилого дома (пристройки), расположенного по адресу: <адрес>.

Так, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что имеющаяся пристройка к жилому дому не является самостоятельным объектом права собственности, возведена с нарушением установленного порядка (ст. 84 ЖК РСФСР) на земельном участке, предоставленном ФИО13 под строительство индивидуального жилого дома. В соответствии с выводами, изложенными в определении, ФИО2 является собственником всего объекта, так как изменен первоначальный объект - жилой дом, ФИО3 прав на пристройку не имеет, соответственно был выселен по решению суда.

Кроме этого, решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о включении имущества в наследственную массу, признании права собственности на имущество в порядке наследования отказано.

Поскольку в указанном деле принимали участие те же стороны, то для настоящего спора это решение в силу положений ст. 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение, данные обстоятельства не подлежат оспариванию и доказыванию вновь.

Судебными решениями установлено, что возведенная пристройка к жилому дому не зарегистрирована в установленном законом порядке. Доказательств наличия соответствующего разрешения на переустройство жилого дома, предусмотренного ст. 84 ЖК РСФСР, материалы дела не содержат.

В настоящее время ФИО2 является наследником по завещанию всего принадлежащего на день смерти ФИО11 имущества.

Поводом для обращения истцов с настоящим исковым заявлением послужило то, что ФИО2 получила в наследство жилой дом, общей площадью 43,2 кв.м., и жилой блок – пристройку к данному дому, площадью 79,9 кв.м., которую возводил отец истца ФИО3 в период его совместного проживания с ФИО4 В связи с чем, истцы полагают рыночную стоимость в размере 4920000,0 рублей за возведенную пристройку к дому ответчика, подлежащей взысканию с ФИО2

В связи с этим, предметом правопритязаний истцов по настоящему делу является возмещение произведенных истцом ФИО4 и ее гражданским мужем (умершим отцом второго ответчика) затрат на строительство пристройки, в соответствии с чем подорожал объект недвижимости, принадлежащий ответчику.

Утверждая о наличии между сторонами отношений, вытекающих из неосновательного обогащения, истцы ссылаются на оценку рыночной стоимости пристройки, произведенной оценщиком ФИО14, согласно которой рыночная стоимость двухэтажной пристройки к жилому дому по адресу: <адрес>, на ДД.ММ.ГГГГ составляет 4920000 рублей.

Кроме того, по ходатайству стороны истца судом была назначена судебная экспертиза, согласно заключения эксперта ИП ФИО18, рыночная стоимость жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, с пристройкой к нему по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 7060000 рублей, без пристройки по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 2820000 рублей.

При этом разница рыночной стоимости жилого дома с учетом пристройки и без ее учета, по мнению стороны истцов, и составляет неосновательное обогащение ответчика в указанном размере, поскольку он получил практически другой дорогой объект недвижимости, находящийся в его собственности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит выводу о недоказанности факта неосновательного обогащения ответчика за счет истцов.

Так, при жизни наследодателю ФИО10 было достоверно известно, что он не является собственником возводимой пристройки, пристройка возводилась к принадлежащему дому отца, действий, направленных на оформление прав он не осуществлял. Так, ФИО10 при жизни ни к своим родителям, ни к ФИО2 с исковым заявлением о взыскании денежных средств, потраченных им на реконструкцию жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, не обращался. Иного суду не представлено.

После смерти отца ФИО10 – ФИО15, когда пристройка уже была возведена, ФИО10 отказался от принадлежащего отцу имущества в пользу матери ФИО11 (бабушки истца). После смерти матери никаких притязаний ни в отношении пристройки, ни в отношении другого наследственного имущества, в том числе земельного участка, не заявлял, достоверно зная, что все имущество завещано сестре ФИО2

Суд считает, что обязанность по возмещению стоимости пристройки, составляющих, по мнению стороны истцов, неосновательное обогащение, не может быть возложена на ответчика, поскольку сторона истцов, производя строительство без урегулирования отношений с ответчиком, не могла не понимать, что пристройка находится только в их фактическом пользовании и что истцы не приобрели на нее либо жилой дом право собственности, что влечет отсутствие со стороны ответчика обязательств по возмещению расходов на такую пристройку.

Кроме того, по мнению суда, истцы не доказали и размер неосновательного обогащения, поскольку в обоснование иска представлены оценка пристройки и рыночная стоимость объекта: жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, с пристройкой и без, при том положении, что они не могут быть тождественными размеру неосновательному обогащению.

Вместе с тем, указанные истцами обстоятельства исключают и не могут быть квалифицированы как неосновательное обогащение ответчика.

Согласно пункту 4 статьи 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

С учетом названной нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.

Как следует из материалов дела, возведение пристройки осуществлялось в отсутствие каких-либо обязательств перед ответчиком, добровольно, безвозмездно и без встречного предоставления, в связи с чем, в силу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ потраченные, таким образом, денежные средства стороной истцов не подлежат взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения даже в случае доказанности их действительного расходования истцами на указанные цели.

Наличие между истцами и ответчиком каких-либо соглашений о создании пристройки либо о компенсации затрат, понесенных на возведение пристройки, судом не установлено, ответчиком категорически оспаривалось, а истцами допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами не подтверждено.

Таким образом, вложение истцами денежных средств в строительство пристройки, в которой они проживали своей семьей, с согласия родителей умершего ФИО16, осуществлялось в собственных интересах и не может считаться неосновательным обогащением ответчика.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее гражданское законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу осуществления им профессиональной деятельности или объективных обстоятельств, должно было узнать о таком нарушении права.

Учитывая, что ФИО2 обратилась в Лахденпохский районный суд Республики Карелия с иском к ФИО4 и ФИО3 о выселении из жилого помещения ДД.ММ.ГГГГ, в то время как истцы обратились с настоящим с иском в Лахденпохский районный суд Республики Карелия ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что истцами срок исковой давности не пропущен, поскольку представленными в дело доказательствами установлено, что, проживая в пристройке, с требованием о взыскании неосновательного обогащения истцы обращаться не собирались, а при инициировании иска ФИО2 о выселении, узнали о нарушении своего права.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 и ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия через Лахденпохский районный суд Республики Карелия в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.А.Сущевская

Мотивированное решение принято 08.12.2025