77RS0015-02-2024-007197-19
Дело 2-367/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
23 июня 2025 года адрес
Люблинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Стратоновой Е.Н., при секретаре фио,
с участием представителя истцов, представителя ответчика,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-367/2025 по иску ФИО1, ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,-
УСТАНОВИЛ:
Истцы ФИО1, ФИО1 обратились в суд с иском к ответчику ФИО2 о признании завещания, составленного фио 02.02.108 года, удостоверенного нотариусом адрес фио, зарегистрированного в реестре № 77/587-н/77-2018-1-271, недействительным.
В обоснование иска истцы указали, что 23.10.2023 года умерла фио, наследниками которой являются дочь ФИО1 (Истец); сын ФИО1 (Истец); муж ФИО2 (Ответчик). В наследственную массу входит квартира по адресу Москва, адрес. корпус 1, квартира 174 и денежные средства на банковских счетах. Наследники в установленном законом порядке наследство приняли, наследственное дело № 239/2023 открыто у нотариуса адрес фио Ответчик предъявил нотариусу завещание фио от 02.02.2018 года, удостоверенное нотариусом адрес, зарегистрированное в реестре № 77/587-Н/77-2018-1-271, которым она завещала квартиру по адресу: Москва, адрес Ответчику. Наследодатель фио состояла на диспансерном психоневрологическом учете. На протяжении долгих лет у нее наблюдались нарушения когнитивной функции, эмоциональной регуляции или поведения. фио не могла работать, не справлялась с повседневными задачами в личной, семейной жизни, не занималась воспитанием детей, вследствие чего в 2004 году распался ее брак с отцом Истцов. При расторжении брака место жительства Истца ФИО1 было определено с отцом, Истца ФИО1 (не достигшей на тот момент возраста 5 лет) - с матерью. Фактически воспитанием Истца ФИО1 занимался дедушка со стороны матери фио В последние годы состояние фио значительно ухудшилось. В 2022 году она находилась на лечении в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения адрес клиническая больница № 11 Департамента здравоохранения адрес». Истцы полагают, что в момент совершения завещания 02.02.2018 года наследодатель фио из-за болезни находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Истцы в судебное заседание не явились, извещены, обеспечили явку представителя ФИО3, которая доводы иска поддерживала, настаивала на исключении из числа доказательств судебной экспертизы.
Представитель ответчика по доверенности фио в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать по доводам, ранее представленных письменных возражений.
Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, извещались своевременно и надлежащим образом о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.
Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие неявившихся лиц.
Суд, изучив материалы дела, выслушав представителя истцов и представителя ответчика, приходит к следующим выводам.
Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами 2 и 3 п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (абз. 2 п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Положениями п. 1 и 3 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно п. 2. ст. 218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
В соответствии со ст. 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.
В силу ст. 1141 Гражданского кодекса РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст. ст. 1142 - 1145 и 1148 Гражданского кодекса РФ.
Согласно ст. 1144 Гражданского кодекса РФ если нет наследников первой и второй очереди, наследниками третьей очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры родителей наследодателя (дяди и тети наследодателя); двоюродные братья и сестры наследодателя наследуют по праву представления.
В силу п. 2 ст. 1141 Гражданского кодекса РФ наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления.
Согласно ч. 1 ст. 1146 Гражданского кодекса РФ доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем, переходит по праву представления к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных п. 2 ст. 1144 Гражданского кодекса РФ и делится между ними поровну.
Пунктами 1, 2 ст. 1131 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Таким образом, юридически значимыми и подлежащими доказыванию в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ являются два обстоятельства - порок воли завещателя, либо не соблюдение установленной законом формы совершения завещания.
В судебном заседании установлено, что 02 февраля 2018 года фио было составлено завещание № 77 АВ 6956286, удостоверенное нотариусом адрес фио, зарегистрированного в реестре № 77/587-н/77-2018-1-271, согласно которому фио завещала все свое имущество в виде квартиры № 174, расположенной по адресу: адрес ФИО2 (л.д. 8)
Из единого жилищного документа № 10307364 от 25.11.2023 года следует, что единоличным собственником вышеуказанной квартиры являлась фио на основании договора дарения квартиры, заключенного 12.09.2011 года и представленного в адрес суда.
Помимо фио в спорном жилом помещении были зарегистрированы ФИО2, ФИО1, ФИО1
Как следует из представленного в адрес суда свидетельства о заключении брака <...> от 26.07.2017 года, между ФИО2 и фио был зарегистрирован брак. (л.д. 7 том дела I)
фио скончалась 23 октября 2023 года, что следует из свидетельства о смерти <...>, выданного25 октября 2023 года на основании актовой записи о смерти № 170239775006100444007. (л.д. 19 том дела I)
ФИО1 является сыном фио, что следует из представленного в адрес суда свидетельства о рождении <...> от 03.12.2004 г. (повторное) (л.д. 5 том дела I)
ФИО1 также является дочерью фио, что следует из представленного в адрес суда свидетельства о рождении <...> от 05.08.2000 г. (л.д. 20)
Из материалов наследственного дела № 36023192-239/2023, заведенного после смерти фио, следует, что с заявлением о принятии наследства обратились ФИО1, ФИО2
Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы полагали, что последние годы состояние фио значительно ухудшилось. В 2022 году она находилась на лечении в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения адрес клиническая больница № 11 Департамента здравоохранения адрес», в связи с чем, истцы полагали, что в момент совершения завещания 02.02.2018 года наследодатель фио из-за болезни находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчиком в адрес суда представлены письменные возражения, согласно которым, ответчик отмечал, что до момента смерти, наследодатель находилась в здравии, до 2011 года ежегодно проходила медосмотр, предусмотренный для педагогов, о чем в подтверждение в материалы дела представлены копия трудовой книжки на имя фио
Для установления фактических обстоятельств дела, в ходе судебного заседания, назначенного на 12 февраля 2025 года, в качестве свидетелей были допрошены:
- фио, указавший, что является отцом истцов, ответчика свидетель не знает, свидетель совместно с наследодателем прекратил брачные отношения на фоне личных конфликтов, появившихся после рождения дочери, умершая часто вела себя неадекватно, такие действия происходили в 2002-2003 гг. Всегда казалось, что она живет в другом мире. Начиная с 2000 года свидетель и умершая проживали раздельно, однако у них был конфликт об определении места жительства несовершеннолетних детей. После разъезда с умершей, начиная с 2004 года свидетель несколько раз видел ее, когда приезжал к дочери. В последнюю встречу умершая беспокоила свидетеля своим внешним видом, поскольку она выглядела болезненно.
- фио, указавшая, что являлась подругой умершей, начиная с 2009 года. После смерти фио, ей стало известно, что она повторно вышла замуж за ответчика. Свидетель и умершая встречались несколько раз в месяц, однако при обсуждении здоровья, умершая жаловалась на боли, как последствие грыжи. В последние годы перед смертью, умершая на головные боли не жаловалась, в поведении ничего странного свидетелем замечено не было. О смерти фио свидетелю стало известно, поскольку возникла необходимость возврата ей долга, который был передан умершей в 2016 году.
- фио, указавшая, что умершая являлась ее соседкой, фио дочь фио, а ответчик это ее второй супруг. Поскольку свидетель проживал с умершей на одной лестничной площадке, они часто виделись и общались. Начиная с 2017 года, умершая проживала с супругом вдвоем. О завещании свидетелю известно, что изначально было иное завещание, которое было составлено в отношении истцов и ответчика, однако поскольку дети перестали общаться с матерью, фио переписала завещание на ответчика. Последние годы фио являлась спокойной, каких-либо проблем с психикой не отмечалось.
- фио, указавшая, что фио была ее приятельницей, фио свидетель также знает, поскольку она является дочерью фио. Поскольку свидетель являлась соседкой фио, они часто контактировали. фио всегда была спокойной, ее поведение не вызывало беспокойств. О завещании свидетелю стало известно не так давно, за некоторое время до смерти, фио рассказала свидетелю, что фио составила завещание на второго мужа фио.
- фио, указавшая, что, начиная с 1974 года, ей была знакома умершая, с которой они общались достаточно плотно. О состоянии здоровья свидетелю известно, что фио какими-либо хроническими заболеваниями, не страдала, странного поведения замечено не было. О завещании свидетелю стало известно после момента, как испортились отношения между умершей и истицей. Завещание было составлено по волеизъявлению фио.
Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с иными собранными по делу доказательствами (вышеуказанными письменными), однако сами по себе показания свидетелей не могут служить достаточным основанием для установления обстоятельств по делу и оцениваются в совокупности с имеющимися иными доказательствами по делу.
К показаниям свидетеля фио суд относится критически, поскольку они опровергаются показаниями других свидетелей и материалами дела. Кроме того, суд учитывает, что фио состоит с истцами в родственных отношениях, является их отцом, является заинтересованным лицом в исходе дела.
Согласно справке, выданной ПКД № 11 по адрес, 24.08.2004 года, фио на учете у врача психиатра не состояла. (л.д. 65 том дела I)
В материалы дела также представлена выписка из медицинской карты больной фио, датированной 14.04.2022 года, согласно которой у фио был поставлен диагноз «Серопозитивный ревматоидный артрит, умеренной активности, поздняя стадия». (л.д. 66)
Согласно сведениям, представленным из ДЗМ ГБУ адрес «ПКБ № 13 филиал № 1» по запросу суда, следует, что фио получала консультативную помощь в филиале №1 ГБУЗ «ПКБ №13 ДЗМ» с 21.11.2022г. по 12.01.2024г., диагноз: «Острое полиморфное психотическое расстройство с симптомами шизофрении» Е23.11. При первичном обращении фио в филиал №1 ГБУЗ «ПКБ №13 ДЗМ» была заведена Учетная форма № 025/у "Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях» № К 1208/22-1. (л.д. 120 том дела I)
По ходатайству представителя истцов по делу была назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза. (л.д. 125-126 том дела II)
Согласно заключению комиссии экспертов ГБУ ДЗМ ПКБ № 1 им. фио Департамента здравоохранения от 16 мая 2025 года № 225-4, в материалах гражданского дела и представленной медицинской документации отсутствуют сведения о каких-либо психических расстройствах, признаках нарушенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), выраженных расстройствах памяти, мышления, интеллекта, эмоционально-волевой сферы, которые лишали бы фио способности понимать значение своих действий и руководить ими при подписании завещания 02 февраля 2018 года.
Ретроспективный психологический анализ материалов гражданского дела и приобщенной к нему медицинской документации позволяет сделать вывод, что в представленных материалах отсутствуют сведения о наличии у фио в юридически значимый период (02.02.2018 г.), а также в период, наиболее приближенный к нему нарушений когнитивной и эмоциональной сферы, особого психологического (эмоционального) состояния, признаков повышенной внушаемости, пассивной подчиняемости, нарушений критических и прогностических способностей, которые лишали бы фио способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период (л.д. 189-190 том дела II)
У суда не имеется оснований не доверять выводам экспертного заключения, поскольку они последовательны, не противоречат материалам дела, согласуются с другими доказательствами по делу. Суд отмечает, что при проведении экспертизы были изучены все возможные медицинские документы на фио, экспертами проанализированы все представленные материалы дела, члены комиссии имеют большой практический опыт, их выводы научно обоснованы.
У суда не имеется оснований не доверять выводам комиссии экспертов, как доказательству, полученному в соответствии с требованиями главы 6 ГПК РФ, статьи 8 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ", в связи с тем, что объективность проведенного исследования не вызывает сомнений, поскольку экспертиза проведена в специализированном учреждении, экспертами, имеющими высшее образование, заключение дано на основании проведенного исследования по медицинским документам, соответствующими экспертами, обладающим специальными познаниями в области психиатрии и психологии, и достаточным стажем работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Обстоятельств, свидетельствующих о неясности или неполноте заключения, а также дающих основания для вывода о наличии обстоятельств, на основании которых можно усомниться в правильности или обоснованности заключения судебной экспертизы, судом не установлено.
Из материалов гражданского дела усматривается, что сбор медицинской документации для проведения экспертизы осуществлен судом в установленном гражданским процессуальным законодательством порядке, о необходимости предоставления дополнительной документации, комиссия экспертов не ходатайствовала, таким образом, представленных материалов было достаточно для дачи заключении, эксперты располагали и дали оценку всем имеющимся документам.
Выводы посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы мотивированы, ответы на вопросы и само исследование изложено в ясной и понятной форме, ответы экспертов носят категоричный характер, являются убедительными, квалификация экспертов сомнений не вызывает, в связи с чем, правовых оснований не доверять заключению у суда не имеется.
В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Собранными по делу доказательствами в их совокупности подтверждаются доводы ответчика о способности наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий и руководить ими. Наличие у умершего ряда заболеваний не свидетельствует о пороке воли наследодателя и не является основанием для признания завещания недействительным по ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
Из положений указанной нормы закона следует, что назначение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, и связано с необходимостью получения ответов на вопросы, связанные с проведенным исследованием для устранения сомнений и неясностей в экспертном заключении.
Учитывая то, что заключение судебной экспертизы содержит подробное описание проведенного исследования и сделанные в результате него выводы, и ответы на поставленные судом вопросы, оснований для назначения повторной экспертизы не имеется.
Разрешая настоящий спор, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований о признании завещания недействительным, поскольку факт того, что в момент составления завещания фио не была способна понимать значение своих действий и руководить ими не нашел своего подтверждения имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе заключением посмертной комплексной судебно-психолого-психиатрической экспертизы.
Заявляя требования о признании завещания недействительным по мотиву отсутствия у завещателя способности понимать значение своих действий и руководить ими вследствие наличия хронических заболеваний, истцам надлежало доказать наличие у завещателя в указанный момент психического заболевания и неспособность завещателя вследствие такого заболевания понимать значение своих действий и руководить ими.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Вместе с тем, в нарушение вышеуказанных требований закона, истцами факт неспособности фио понимать значение своих действий и руководить ими, вследствие наличия психического заболевания в момент составления завещания от 02.02.2018 года не доказан, тогда как бремя доказывания обстоятельств недействительности завещания по статье 177 ГК РФ возлагается именно на истцов.
Также суд исходит из отсутствия доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии у фио на юридически значимый момент порока воли, в силу которого она утратила возможность полностью или частично отдавать отчет своим действиям и руководить ими, и которые могли бы свидетельствовать о недействительности составленного на имя ответчика ФИО2 завещания.
При разрешении вопроса о признании завещания недействительным законодатель требует учитывать подлинность воли наследодателя.
Истцами не предоставлено достаточных и допустимых доказательств в подтверждение доводов о нахождении завещателя в момент подписания завещания в состоянии утраты им волевого контроля и морально-этического снижения личности, неспособности понимать значение своих действий и руководить ими.
Обстоятельств, свидетельствующих о нахождении завещателя в состоянии неспособности понимать значение своих действий и руководить ими, не установлено.
Завещатель в установленном законом порядке не был признан недееспособным или ограниченно дееспособным.
При таких обстоятельствах, суд не может принять позицию истцов, что в момент совершения завещания завещатель не обладала дееспособностью в полном объеме, страдала пороком воли.
Процедура удостоверения завещания нотариусом соблюдена, завещание по форме соответствует требованиям законодательства, предъявляемых к составлению завещания.
Истцы, на которых лежит бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, не представили суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что фио в момент подписания завещания в силу своего состояния не могла понимать значения своих действий и руководить ими.
В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.
Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, то есть осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.
Рассматривая спор, суд исходит из презумпции дееспособности завещателя и добросовестности действий нотариуса, оснований ставить под сомнение добросовестность действий нотариуса и выполнение ей при удостоверении завещания фио порядка совершения нотариальных действий, не имеется.
При таких обстоятельствах исковые требования о признании завещания недействительным, удовлетворению не подлежат в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца с даты принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Люблинский районный суд адрес.
Судья Е.Н. Стратонова
Решение в окончательной форме принято 12 сентября 2025 года.
Судья Е.Н. Стратонова