Судья: Рыблов А.А.

Дело № 22-1881/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 июля 2023 года

г. Саратов

Судебная коллегия по уголовным делам Саратовского областного суда в составе: председательствующего Царенко П.П.,

судей Роя А.Н., Куликова М.Ю.,

при секретаре Степанове С.А.,

с участием прокурора Дорониной М.В.,

осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Козловского С.Б.,

осужденной ФИО4, ее защитника – адвоката Пустошной Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению по измененным основаниям государственного обвинителя ФИО12, апелляционной жалобе и дополнению к ней осужденного ФИО3 и действующего в его интересах адвоката Козловского С.Б. на приговор Волжского районного суда г.Саратова от 12 апреля 2023 года, которым

ФИО3, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый;

осужден:

- по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок четыре года;

- по ч. 2 ст. 327 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок два года, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия соответствующей уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложена обязанность 1 раз в месяц являться на регистрацию в контролирующий орган.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание назначено путем поглощения менее строгого наказания более строгим и назначено наказание в виде лишения свободы сроком на четыре года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок назначенного наказания время содержания под стражей с 4 марта 2022 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Взысканы с ФИО3 процессуальные издержки в виде оплаты труда адвокату ФИО8 за участие по назначению в ходе предварительного следствия в размере № ) рублей.

Снят арест, наложенный по постановлению Волжского районного суда г. Саратова от 4 октября 2022 года на принадлежащий ФИО3 автомобиль.

ФИО4, <дата> года рождения, уроженка <адрес>, зарегистрированная по адресу: <адрес>, проживающая по адресу: <адрес>, <адрес>, не судимая;

осуждена:

- по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок назначенного наказания время содержания под стражей с 12 апреля 2023 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Взыскать с ФИО4 процессуальные издержки в виде оплаты труда адвокату ФИО10 за участие по назначению в ходе предварительного следствия в размере №) руб.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Куликова М.Ю., мнение осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Казловского С.Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы с дополнением, осужденной ФИО4, ее защитника – адвоката Пустошной Ю.В., а также прокурора Дорониной М.В., полагавшей приговор подлежащим изменению, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 и ФИО4, по приговору суда, совершили покушение на мошенничество, группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину в особо крупном размере, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Кроме того, по приговору суда ФИО3 осужден за совершение подделки иного официального документа, предоставляющего права и освобождающего от обязанностей, в целях его использования, совершенная с целью облегчить совершение другого преступления.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении по измененным основаниям государственный обвинитель ФИО12, выражает несогласие с приговором, считает, что он подлежит изменению. Указывает, что суд излишне квалифицировал действия ФИО3 по ч.2 ст.327 УК РФ, так как они охватываются квалификацией по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ и являются способом совершения преступления. Кроме того, полагает, что квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину», при квалификации действий ФИО3 и ФИО4 по ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ, подлежит исключению так как он охватывается ч.4 ст.159 УК РФ. Просит изменить приговор в отношении ФИО3 и ФИО4 по указанным доводам.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО3 и действующий в его интересах адвокат Козловский С.Б., выражают несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, ввиду недоказанности вины ФИО3 Полагают, что приговор основан на предположениях, отмечают обвинительный уклон при рассмотрении уголовного дела, обвинение по ч.2 ст.327 УК РФ сфабриковано органами следствия. Обращают внимание, что потерпевшему ФИО14 не известны обстоятельства изготовления поддельного свидетельства о заключении брака между ФИО4 и ФИО21 Отмечают, что свидетели ФИО15 и ФИО16 показали, что договор на предоставление интересов ФИО4 в Волжском районном суде по гражданскому делу ФИО3 не подписывал, не передавал, на приеме у адвокатов не присутствовал. Считают, что свидетели ФИО17, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО9, ФИО11, ФИО13, ФИО39 - не подтверждают вину ФИО3 Обращают внимание, что изъятые в ходе обыска документы на спорную квартиру, также не подтверждают вину ФИО3, так как были переданы ему ФИО4 после рассмотрения гражданского дела в Волжском районном суде, а также могли быть переданы ему его супругой – ФИО19 Отмечают, что к изобличающим ФИО3 показаниям ФИО4 следует отнестись критически, поскольку у нее была заинтересованность, а именно: уменьшить свою роль в преступлении, кроме того дача ею изобличающих ФИО3 показаний была признана в качестве смягчающего наказание обстоятельства, что повлияло на наказание. Кроме того, согласно обвинению по ч. 2 ст.327 УК РФ, преступление совершено в период с 10 июня 2016 года по 9 февраля 2018 год, учитывая сроки привлечения к уголовной ответственности, согласно ст.78 УК РФ, ФИО3 подлежал освобождению от уголовной ответственности в связи с их истечением. Осужденный отмечает, что в материалах дела отсутствуют оригиналы документов, а именно самого свидетельства о заключении брака между ФИО4 и ФИО21, что исключает его виновность по ч. 2 т. 327 УК РФ, нет также показаний свидетелей, подтвердивших его вину. Отмечает, что согласно заключению эксперта способ изготовления свидетельства о браке установить не представилось возможным ввиду отсутствия оригинала. Полагает, что нарушено его право на защиту, поскольку не исследовано заключение почерковедческой экспертизы /т.6 л.д.83/, согласно которой не усмотрено подчерка ФИО3 в свидетельстве о браке между ФИО4 и ФИО21 Также считает, что суд не учел отсутствие у него техники и аппаратуры для изготовления соответствующего свидетельства. Свидетель ФИО15 показал, что ФИО3 не был посвящен в юридические дела ФИО4, она сама принесла все документы, в том числе оригиналы по наследственному делу, затем он их передал обратно ФИО4 Считают, что имелись основания для признания обстоятельствами смягчающими наказание – наличие на иждивении престарелой матери и ее состояние здоровья. Полагают, что суд не в полной мере учел, что ФИО3 не судим, обвинение предъявлено в неоконченном преступлении, что снижает его общественную опасность, его устойчивые социальные связи, постоянное место жительства, постоянно место работы, факт того, что он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, более 20 лет занимается грузоперевозками и риелторской деятельностью, характеризуется исключительно положительно, а также его возраст и состояние здоровья, наличие заболеваний. С их учетом, возможно, было применение положений ст. 64 и 73 УК РФ. Просят приговор в отношении ФИО3 отменить, его оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника государственный обвинитель ФИО12 выражает несогласие с приведенными в ней доводами, полагает, что она не подлежит удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы с дополнением, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Несмотря на непризнание своей вины осужденным, вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, а также вина ФИО18, не отрицавшей свою причастность к совершенному преступлению, нашла свое подтверждение в судебном заседании.

Так, выводы суда о виновности ФИО3 и ФИО4 соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного заседания доказательств, а именно:

- показаниями осужденной ФИО4, оглашенными в порядке ст. 276 УПК РФ, согласно которым, ФИО3 предложил ей через суд получить право собственности на квартиру, хозяин которой (ФИО38) давно умер, после чего ФИО3 её продаст, а ей передаст 50 000 рублей. Со слов ФИО3, ей нужно было представляться супругой ФИО38, и что ФИО3 сделает всё как надо, ей не нужно будет посещать судебные процессы, он предоставит ей представителей. По договоренности с ФИО3 она предоставила ему свои анкетные и паспортные данные (копию паспорта), ходила к нотариусам, где оформила доверенности на юристов ФИО42, ФИО43 и ФИО44 для представления ее интересов, а также подписывала два заявления от своего имени в Волжский районный суд. г. Саратова о том, что не желает участвовать в судебных заседаниях. Одно она писала под диктовку ФИО3, а другое, которое уже было напечатано и привезено ФИО3, она просто подписала. Все эти заявления она писала и подписывала у ФИО3 в автомобиле, когда тот приезжал к ней по месту регистрации. О том, что в материалах гражданского дела содержалась копия свидетельства о браке между ней и ФИО45, она впервые узнала только от сотрудников правоохранительных органов. Деньги на оплату доверенностей у нотариусов ей передавал ФИО3 Оформленные нотариальные доверенности она передавала ФИО3 У нее не было никаких документов, необходимых для судебного процесса. Что касается показаний ФИО3 и ранее ей неизвестного ФИО17, которые те дали в суде по гражданскому делу, то эти показания не соответствуют действительности, она никогда с ФИО38 вместе не проживала, у него в данной квартире никогда не была. Эти показания являются ложными, как и текстовка в иске и свидетельство о браке. Деньги на оплату госпошлины и услуг ЖКХ по квартире покойного ФИО46 также выделял ФИО3;

- показаниями потерпевшего ФИО14, в том числе оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, со ФИО19 стал сожительствовать с мая 2016 года в её квартире. От ФИО19 ему известно, что она вступила в наследство на имущество своего покойного дяди ФИО21, а именно <адрес>. Из-за наличия коммунальных задолженностей по данной квартире, отсутствия денег и документов ФИО19 не могла зарегистрировать свое право на данное имущество. В августе 2018 года ему стало известно о знакомстве ФИО19 с ФИО3, который стал предпринимать попытки расположить к себе ФИО19 под предлогами оказания ей помощи в оформлении всех документов на принятую в наследство квартиру от ФИО21 В феврале 2020 года ФИО19 сообщила ему о том, что заключила брак с ФИО3, доверившись последнему в том, что в таком случае будут решены все вопросы по данной квартире. При этом ФИО19 продолжала сожительствовать с ним. В марте 2020 года он уговорил ФИО19 расторгнуть брак с ФИО3 и прекратить с ним какое-либо общение. ФИО19 подала заявление на расторжение брака с ФИО3 Последний раз ФИО19 он видел 01 июля 2020 года, после этого было возбуждено уголовное дело по факту убийства ФИО19, но тело ее не обнаружили. Если бы ФИО3 приобрел права на квартиру ФИО19 в результате совершения преступления, то последней был бы причинен значительный ущерб;

- показаниями свидетеля ФИО20, в том числе оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, наследственное дело № за 2007 год после умершего ФИО21 велось ею. В 2005 году ФИО21 завещал все свое имущество ФИО19 ФИО19 путем подачи заявления от 28 ноября 2007 года надлежащим образом приняла наследство на всё имущество, оставшееся после ФИО21, в том числе <адрес>. ФИО19 не обращалась к нотариусу для оформления свидетельства о праве на наследство. Собственником всего имущества после ФИО22, является ФИО19 с момента открытия наследства после смерти ФИО21 Она являлась участником гражданского дела в Волжском районном суде <адрес>, к ней предъявляли иск, которым хотели оспорить подлинность завещания ФИО21 В суде она давала аналогичные пояснения относительно ведения этого наследственного дела. В суде подлинность завещания ФИО21 пытался оспорить адвокат ФИО15, который приходил к ней в нотариальную контору. По прибытии он представил подлинники документов, с которых она сняла копии и приобщила к материалам наследственного дела: нотариальная доверенность от ФИО4 на ФИО15 и свидетельство о заключении брака между ФИО4 и ФИО21 ФИО15 сказал, что он действует в интересах супруги покойного ФИО21, и что ему необходимо получить свидетельство о праве на наследство. Она пояснила, что данное свидетельство не может быть выдано, поскольку в деле имеется завещание ФИО21 на другого человека (ФИО19), а квартира ФИО21 вообще была получена по договору приватизации и не может относиться к общей доле супругов. Что касается подлинника свидетельства о заключении брака между ФИО4 и ФИО22, бланк имел серию и номер, в связи с чем, у нее не возникло никаких сомнений в его подлинности;

- показаниями свидетеля ФИО23, оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, она состоит в должности начальника правового отдела Саратовской областной нотариальной палаты. По результатам ознакомления с представленными ей на обозрение копиями наследственного дела после умершего ФИО21 она пояснила, что согласно завещанию ФИО21, наследником всего его имущества является ФИО19, указанное завещание удостоверено нотариусом ФИО20 <дата>. Также на завещании имеется отметка нотариуса ФИО24 о том, что в период с 29 августа 2005 года по 21 августа 2007 года, оно не отменено и не изменено. Согласно заявлению ФИО19 от 28 ноября 2007 года она вступила в наследство ФИО21 На заявлении имеется оттиск круглой печати и штамп консула Генерального консульства РФ в <адрес> (<адрес>). ФИО19 путем подачи вышеуказанного заявления надлежащим образом приняла наследство на всё имущество, оставшееся после ФИО21 Исходя из материалов данного наследственного дела и норм законодательства, собственником всего имущества после ФИО21 является ФИО19 Также в материалах наследственного дела имеется справка о том, что ФИО21 в вышеуказанной квартире проживал один. ФИО19 является единственной наследницей;

- показаниями свидетеля ФИО15, в том числе оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, ФИО4 и ФИО3 являлись его клиентами. Он представлял интересы ФИО2 по двум гражданским делам в <адрес>. ФИО25 и ФИО26 являлись его стажерами по адвокатской практике. Не исключает, что его как адвоката для ФИО4 мог посоветовать ФИО3 ФИО4 оформила на него, ФИО26 и ФИО25 нотариальные доверенности. На основании её пояснений и представленных ею документов он составил текст искового заявления, подписал его, а после представил в Волжский районный суд г. Саратова с копиями необходимых документов, среди которых находилось свидетельство о заключении брака между ФИО4 и ФИО21 После того, как в удовлетворении иска им было отказано, он в интересах ФИО4 подавал другой иск о признании завещания ФИО21 недействительным, в удовлетворении которого судом также было отказано;

- показаниями свидетеля ФИО25, согласно которым, он работал с адвокатом ФИО15 ФИО3 и ФИО4 обращались в адвокатскую контору по вопросам наследственного дела. Он отдавал гражданский иск в суд, так как доверенность выступать в суде от имени ФИО4 оформлялась на него. В судебном заседании он не был, лишь оплачивал госпошлину по гражданскому иску;

- показаниями свидетеля ФИО26, оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, он стажировался в адвокатском кабинете адвоката ФИО15 У ФИО15 были его паспортные данные, поскольку на его имя составлялось много доверенностей;

- показаниями свидетеля ФИО17, в том числе в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, он участвовал в судебном заседании в Волжском районном суде г. Саратова, где давал показания в качестве свидетеля в пользу истца – ранее неизвестной ему ФИО4 Эти показания он дал в суде по инициативе ФИО3 ФИО3 рассказал о том, что в Волжском районном суде г. Саратова проходит судебный процесс, где истцом является хорошая знакомая ФИО3 по фамилии ФИО7, которая пытается по закону получить право на наследование квартиры своего покойного супруга, однако у нее нет документальных подтверждений брачных отношений, и что необходимо дать свидетельские показания, подтверждающие ее совместное проживание с супругом в данной квартире. ФИО3 заверил его, что ФИО4 честный и хороший человек, что ей надо помочь, что никакого криминала нет. Он поверил ФИО3 и согласился дать в гражданском суде фактически заведомо ложные показания. С ФИО4 и её предполагаемым супругом он ни разу не виделся, и не знал. Весь текст показаний, который он дал в суде, ему сообщил ФИО3 перед судебным процессом;

- показаниями свидетеля ФИО27, оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, с ФИО3 он знаком на протяжении свыше 10 лет и постоянно поддерживал общение. ФИО3 предлагал ему купить в 2016 году – квартиру в престижном месте в районе городской набережной. ФИО3 сказал, что у того намечается удачная сделка по этой квартире. Адрес данной квартиры ему указал ФИО3: <адрес>;

- показаниями свидетеля ФИО28, оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, ее квартира расположена в 3-м подъезде <адрес>. В <адрес>, в которой проживал ФИО21 В 2007 году ФИО21 умер, после чего данная квартира пустовала много лет, задолженность за коммунальные услуги к 2018 году составляла свыше № рублей. У ФИО21 была родственница ФИО19 До 2020 года эта квартира продолжала пустовать и туда никто не приходил;

- показаниями свидетеля ФИО29, оглашенными в порядке ст.281 УПК РФ, согласно которым, прямо над ее квартирой расположена <адрес>, в которой много лет назад проживал ФИО21 В 2007 году ФИО21 умер, после чего данная квартира пустовала много лет. У ФИО21 была племянница ФИО19 До появления ФИО40 квартира покойного ФИО21, была бесхозной. На тот момент квартира находилась в очень «запущенном» состоянии. Нина говорила, что после вступления в наследство и оформления на себя права собственности на данную квартиру намерена ее продать;

- показаниями свидетеля ФИО30, оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ, согласно которым, ей неизвестно о том, что ФИО3 состоял в браке со ФИО19, и про последнюю она ранее никогда не слышала;

- показаниями свидетеля ФИО36, оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ, согласно которым, 29 августа 1987 года он заключил брак с ФИО31 и им выдано свидетельство о заключении брака, которое в 1991 году они сменили в органе ЗАГС на повторное, в связи с изменением его супругой фамилии ФИО47 на ФИО48. Первоначальное свидетельство о заключении брака они третьим лицам никогда не передавали и его не теряли. ФИО1, ФИО2, ФИО15 им неизвестны;

Указанные показания судом обоснованно признаны достоверными и допустимыми доказательствами, верно положены в основу приговора, поскольку получены с соблюдением требований закона, кроме того, они подтверждаются и другими доказательствами по делу:

- протоколом осмотра местности и иного помещения, протоколами осмотров мест происшествия, протоколом осмотра двух гражданских дел, решением Волжского районного суда г. Саратова от 17 апреля 2018 года по гражданскому делу №, решением районного суда г. Саратова от 21 июня 2018 года по гражданскому делу №, решением Волжского районного суда г. Саратова от 10 сентября 2018 года по гражданскому делу №, вступившим в законную силу 18 октября 2018 года, сведениями из Волжского районного суда г. Саратова, протоколами выемки и осмотра, наследственного дела после умершего ФИО21, протоколом обыска в жилище ФИО3, копией договора поручения, заключениями экспертов от 14 июля 2022 года, от 23 января 2023 года, от 20 января 2023 года, иными документами: сведениями от нотариусов нотариального округа г. Саратова ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, копиями материалов дела правоустанавливающих документов на <адрес> в <адрес>, сведениями из Управления Росреестра по Саратовской области, из управления по делам ЗАГС Правительства Саратовской области, из отдела ЗАГС по Заводскому району г. Саратова управления по делам ЗАГС Правительства Саратовской области, а также иными доказательствами, приведенными в приговоре и подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления.

Доказательства, уличающие ФИО3 и ФИО4 в совершении инкриминированного им деяния (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ), согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, в связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, дал правильную оценку всем доказательствам в их совокупности, при этом суд указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие, оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств судебная коллегия не находит. Положенные в основу обвинения ФИО3 и ФИО4 доказательства, получены в установленном законом порядке, их допустимость и относимость, а в совокупности и достаточность для вынесения обвинительного приговора, сомнений не вызывает.

Достоверность показаний допрошенных по делу свидетелей, в том числе ФИО17, ФИО27, ФИО20 ФИО23, а также осужденной ФИО4 и потерпевшего ФИО14, положенных в основу приговора, вопреки доводам стороны защиты, у судебной коллегии сомнений не вызывает, поскольку какой-либо заинтересованности со стороны указанных лица при даче показаний в отношении ФИО3, как и оснований для его оговора не установлено.

Утверждения адвоката Козловского С.Б. о том, что изобличающие ФИО3 показания ФИО4 дала с целью уменьшить свою роль в совершенном ею преступления и смягчить наказание, судебная коллегия признает голословными и объективно ничем не подтвержденными, кроме того, признается нелогичным привлекать в качестве соучастника еще одно лицо, поскольку вменяется квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору».

Оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения считать их недостоверными противоречивыми у суда не имелось. Они последовательны, согласуются друг с другом и с другими материалами уголовного дела. Каких-либо существенных противоречий в их показаниях, других исследованных доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда и на законность принятого судом решения, не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнением, подвергать сомнению вышеизложенные доказательства у суда не было оснований, так как они подтверждают друг друга, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, получены с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК РФ и поэтому верно положены судом в основу обвинительного приговора. Собранные по делу доказательства оценены судом на основании ст. 88 УПК РФ. Правильность оценки доказательств сомнений не вызывает.

Исследовав обстоятельства, в силу ст. 73 УПК РФ подлежащие доказыванию, суд в соответствии с требованиями закона указал мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие. В приговоре подробно приведены доказательства, подтверждающие вину осужденного.

Указанные выше и иные доказательства, представленные сторонами в условиях состязательного процесса, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства с соблюдением принципов равноправия сторон, их анализ, а равно, и оценка, подробно изложены в приговоре.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции в объеме, достаточном для установления фактических обстоятельств дела, изложил в приговоре показания свидетелей обвинения, данные ими в ходе судебного и предварительного следствия, а также письменные доказательства.

При этом, ссылки в приговоре на показания свидетелей ФИО15. ФИО16, ФИО26, ФИО28, ФИО29, ФИО36, которые, по мнению стороны защиты, не подтверждают виновность ФИО3, не исключают доказанности его вины, не являются взаимоисключающими доказательствами и соответственно основанием к изменению или отмене приговора, поскольку вина ФИО3 подтверждается иной совокупностью доказательств, исследованных судом и приведенных в приговоре.

Кроме того, показаниями свидетелей ФИО28, ФИО29, подтверждается факт того, что после смерти ФИО21, его квартира пустовала, находилась в плохом состоянии, там никто не проживал (в том числе ФИО4), свидетель ФИО36 подтвердил факт выдачи ему свидетельства о заключении брака с ФИО31 29 августа 1987 года во дворце бракосочетания Волжского района г. Саратова (с номером бланка идентичным поддельному свидетельству о заключении брака между ФИО21 и ФИО4).

Перечислив в приговоре письменные доказательства, содержание которых было раскрыто, в том числе стороной обвинения при их оглашении, каких либо замечаний от участников судебного разбирательства относительно оглашенных документов, ходатайств об оглашении дополнительных письменных доказательств либо их исключении из числа доказательств не поступило.

Оснований не доверять заключениям проведенных по делу экспертиз не имеется, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений, экспертные заключения по делу в полной мере соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ. Каждая из экспертиз содержит не вызывающие сомнений выводы. Заключения экспертов не противоречат иным доказательствам по уголовному делу, получили надлежащую оценку суда в приговоре, не согласиться с которой оснований не имеется.

Каких-либо противоречий в исследованных доказательств, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, при проверке уголовного дела судебной коллегией не установлено.

При этом формулировок, которые бы действительно искажали правовое значение исследуемых событий и обстоятельств, имели взаимоисключающий смысл, либо влияли на существо выводов суда, в приговоре не допущено.

Позиция стороны защиты о невиновности ФИО3, была предметом исследования в суде первой инстанции и не нашла своего подтверждения, верно опровергнута всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Факт оказания содействия ФИО4 в некоторых вопросах продажи квартиры не отрицалось и самим осужденным, при этом оспаривался факт его осведомленности о незаконности действий ФИО4 в отношении имущества погибшего ФИО21

Вместе с тем, обстоятельства того, что именно ФИО3 был инициатором незаконного приобретения права на квартиру ФИО21 (ФИО49), подтверждает сама ФИО4, как в ходе всего предварительного следствия, в том числе в ходе очной ставки с ФИО3 и проверки показаний на месте, которые она подтвердила в судебном заседании, как указывалось выше оснований не доверять ее показаниям у судебной коллегии не имеется.

Кроме того, роль ФИО3 в совершении преступления, подтверждают показания свидетеля ФИО17, о том что с инициативой выступить в Волжском районном суда <адрес> по гражданскому делу в качестве свидетеля и дать ложные показания выступил именно ФИО3, он же и указал что именно ФИО17 необходимо сказать в судебном заседании.

Изобличающие ФИО3 показания ФИО4, подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО15, который не исключает, что его как адвоката для ФИО4 мог посоветовать ФИО3, свидетеля ФИО25 подтвердившего, что ФИО3 и ФИО4 обращались в адвокатскую контору к ФИО15 по вопросам наследственного дела, свидетеля ФИО27, сообщившего, что ФИО3 предлагал ему купить в 2016 году квартиру в районе городской набережной (с указанием адреса квартиры ФИО37), что у того намечается удачная сделка по этой квартире.

К показаниям свидетеля ФИО15 о том что все документы и всю суть дела ему предоставила ФИО4, и ей же он в последствии вернул все документы, судебная коллегия относится критически, поскольку они опровергаются показаниями самой ФИО4 и изъятой в ходе обыска в жилище ФИО3 документации относящейся к ведению гражданских дел по искам ФИО4 в Волжском районном суде г.Саратова.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства участия ФИО3 в совершении преступления, подтверждаются также и письменными доказательствами, изъятыми в ходе обыска в жилище ФИО3 - оригиналы счетов-извещений на оплату коммунальных услуг по квартире, паспортные данные ФИО21, ФИО15, ФИО4, копия свидетельства о заключении брака между ФИО21 и ФИО4 копия повторно выданного свидетельства о смерти на имя ФИО21, и другие изъятые доказательства, приведенные в приговоре, в том числе оригинал нотариальной доверенности, согласно которой ФИО4 уполномочила ФИО3, продать квартиру, что подтверждает сговор между ФИО3 и ФИО4 на совершение мошенничества в отношении имущества наследницы ФИО37 - ФИО19

Кроме того, наличие умысла ФИО3 на совершение мошеннических действий в отношении указанной квартиры, подтверждается и дальнейшими действиями осужденного направленными на получение права на имущество наследницы ФИО37 - ФИО19

Так, после отмены определением Волжского районного суда г. Саратова от 28 мая 2018 года (вступило в законную силу 18 июня 2018 года) - решения Волжского районного суда г. Саратова от 17 апреля 2018 года по гражданскому делу № (которым в отношении ФИО4 установлен факт принятия в наследство после ФИО21 <адрес> в <адрес>, и за ней признано право собственности на данную квартиру), и будучи осведомленным о наличии завещания ФИО21 и вступления в 2007 года в наследство ФИО19, ФИО3 продолжил реализацию преступного умысла, инициировал подачу ФИО4 через представителя ФИО15 в Волжский районный суд г.Саратова иска о признании завещания недействительным, однако решением Волжского районного суда г. Саратова от 10 сентября 2018 года по гражданскому делу № в иске ФИО4 к ФИО19, нотариусу нотариального округа <адрес> ФИО20 о признании завещания недействительным – отказано (вступило в законную силу 18 октября 2018 года).

Кроме того, согласно показаниям потерпевшего ФИО14, в 2018 году ФИО3 познакомился с ФИО19 пытался расположить ее к себе под предлогами оказания ей помощи в оформлении всех документов на принятую в наследство квартиру от ФИО21, в итоге в феврале 2020 года ФИО19 заключила брак с ФИО3, доверившись последнему в том, что будут решены все вопросы по данной квартире. Через непродолжительное время, ФИО19 подала мировому судье заявление на расторжение брака с ФИО3

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о фиктивности заключенного брака между ФИО3 и ФИО19, а активные действия осужденного направленные на оказание якобы помощи ранее незнакомой ему ФИО19 в отношении той же квартиры на которую претендовали ФИО3 и ФИО4 ранее, явно свидетельствует о намерении осужденного приобрести любым путем права на указанную квартиру.

Позиция осужденного, о том, что он никакого отношения к обстоятельствам гражданских дел по искам ФИО4 не имеет, ФИО19 он хотел помочь, а все документы, изъятые у него ему были переданы лично ФИО4 и ФИО19, судебная коллегия находит несостоятельными, нелогичными и выдвинутыми с целью избежать уголовной ответственности.

Данная версия стороны защиты, опровергается приведенными выше доказательствами, тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению приговора.

На основании вышеизложенного, оснований утверждать, что уголовное дело в отношении ФИО3, а равно и ФИО4 рассмотрено с обвинительным уклоном, не имеется.

Правовая оценка содеянного ФИО3 и ФИО4 соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, и является правильной.

Квалификация действий осужденных ФИО3 и ФИО4 по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ является правильной.

Оснований для оправдания ФИО3, как об этом указывает в своих апелляционных жалобах апеллянты, судебная коллегия не усматривает по указанным выше основаниям.

Вывод суда о доказанности вины ФИО3 и ФИО4 надлежащим образом мотивирован в приговоре, каких-либо оснований ставить его под сомнение у судебной коллегии не имеется. Не устранённых противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного ФИО3, требующих истолкования их в пользу последнего, по делу не установлено. Оснований полагать, что доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, основаны на предположении, также не имеется.

Таким образом, проверив в ходе судебного разбирательства материалы уголовного дела по существу выдвинутого против ФИО3 и ФИО4 обвинения, с учетом позиции стороны обвинения и стороны защиты, суд в полном соответствии с требованиями закона постановил обвинительный приговор, констатировав доказанным факт совершения ФИО3 и ФИО4 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, постановленный обвинительный приговор в данной части соответствует требованиям ст.ст. 307-309 УПК РФ, содержит анализ и оценку всех исследованных судом в рамках предмета доказывания доказательств.

Доводы жалобы сводятся к переоценке доказательств по делу, однако оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает. Несогласие защиты с выводами суда не свидетельствует о допущенных судом первой инстанции нарушениях требований УПК РФ, а представляет собственную интерпретацию автором жалобы положений уголовно-процессуального закона.

Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст.ст. 15 и 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Все заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст.ст. 122 и 271 УПК РФ, по ним приняты законные и обоснованные решения. Оснований считать, что дело рассмотрено судом первой инстанции с обвинительным уклоном, не имеется.

При возбуждении уголовного дела, проведении предварительного следствия, нарушений требований УПК РФ допущено не было. Предусмотренные законом процессуальные права осужденной на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.

Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем, неполном или необъективном судебном следствии не имеется. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

При назначении осужденным ФИО3 и ФИО4 наказания, суд, исходя из положений ст.60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о их личности, обстоятельства смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Вопреки доводам жалоб, наличие престарелой матери и ее состояние здоровья учитывалось судом при назначении наказания ФИО3, указанные обстоятельства прямо указаны в приговоре как смягчающие наказание.

Оснований для признания смягчающими наказание иных обстоятельств, кроме тех, что указаны в приговоре, а равно для повторного их учета и назначения более мягкого наказания за совершенное преступление, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалобы защитника, приняв во внимание всю совокупность установленных по делу обстоятельств, суд обоснованно не усмотрел оснований для назначения ФИО3, равно как и ФИО4 наказания с применением положений ст. 73 УК РФ и сделал правильный вывод, мотивировав его, с которым судебная коллегия полностью соглашается, о том, что исправление осужденных может быть лишь в местах лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного осужденными преступления, а также поведением виновных и существенно уменьшающих степень их общественной опасности, судом при назначении ФИО3 и ФИО4 наказания обоснованно не усмотрено, не находит таковых и судебная коллегия, полагая об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Выводы суда об отсутствии оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, являются правильными и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Квалифицируя действия осужденных по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, суд первой инстанции излишне указал в приговоре квалифицирующий признак мошенничества - с причинением значительного ущерба гражданину, поскольку, как установлено судом, мошенничество было совершено осужденными с причинением ущерба в особо крупном размере, а указанный признак охватывает и признак «с причинением значительного ущерба». При таких обстоятельствах квалифицирующий признак "причинение значительного ущерба гражданину" по данному преступлению подлежит исключению из приговора. В связи с уменьшением объема обвинения, судебная коллегия смягчает каждому из осужденных наказание соответственно.

Кроме того, в соответствии со ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно ч.3 ст.14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены, толкуются в пользу обвиняемого.

Указанные требования закона в части обвинения по ч. 2 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года) судом первой инстанции не выполнены.

Как следует из приговора и материалов дела, суд обосновал выводы о виновности ФИО3 в подделке иного официального документа, представляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования, совершенной с целью облегчить совершение другого преступления - показаниями ФИО4, потерпевшего, свидетелей, письменными и иными доказательствами, приведенными в приговоре по эпизоду ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

По смыслу закона, подделкой официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, и подделкой паспорта гражданина или удостоверения, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в ч.ч. 1 и 2 ст. 327 УК РФ соответственно признаются как незаконное изменение отдельных частей такого подлинного официального документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающее его действительное содержание, так и изготовление нового официального документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием подлинных бланка, печати, штампа. Указанные в ст. 327 УК РФ документы признаются поддельными (в том числе подложными), если установлено наличие в них перечисленных признаков.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что именно ФИО3 изготовил поддельный документ - свидетельство о заключении брака между ФИО21 и ФИО4, ни одно доказательство прямо на это не указывает.

Согласно установленным судом фактическим обстоятельствам использование ФИО3 поддельного свидетельства о заключении брака между ФИО21 и ФИО4, выразилось в его предоставлении в Волжский районный суд г.Саратова при рассмотрении гражданских дел, а также нотариальную контору, для приобретение права на квартиру наследницы ФИО37 - ФИО19 путем обмана, и лишение ее права на жилое помещение.

Таким образом, судом с достоверностью установлен только факт использования ФИО3 заведомо поддельного свидетельства о заключении брака между ФИО21 и ФИО4 в преступных целях.

По смыслу закона, хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенные с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по ст.327 УК РФ.

Поскольку данных о том, что ФИО3 каким-либо образом причастен к изготовлению поддельного документа - свидетельства о заключении брака между ФИО21 и ФИО4, материалы уголовного дела не содержат. При таких обстоятельствах квалификация действий осужденного по ч. 2 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года) является необоснованной, в связи с чем судебная коллегия отменяет приговор в этой части, так как состав преступления, предусмотренный ч.2 ст.327 УК РФ в действиях осужденного ФИО3 отсутствует.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Волжского районного суда г.Саратова от 12 апреля 2023 года в отношении ФИО3 в части осуждения по ч. 2 ст. 327 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года) отменить, уголовное дело в этой части прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Признать за ФИО3 в этой части право на реабилитацию.

Этот же приговор в отношении ФИО3 и ФИО4 изменить:

- исключить указание о назначении ФИО3 наказания по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

- исключить из осуждения ФИО3 по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ квалифицирующий признак мошенничества «с причинением значительного ущерба гражданину», и смягчить назначенное наказание до 3 (трех) лет 11 (одиннадцати) месяцев лишения свободы;

- исключить из осуждения ФИО4 по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ квалифицирующий признак мошенничества «с причинением значительного ущерба гражданину», и смягчить ей наказание до 2 (двух) лет 11 (одиннадцати) месяцев лишения свободы;

В остальном указанный приговор в отношении ФИО3 и ФИО4 оставить без изменения, апелляционную жалобу и дополнение к ней – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Волжский районный суд г.Саратова в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а по истечении указанного срока – путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

В случае подачи кассационных жалоб, представления лицами, указанными в ст. 401.2 УПК РФ, осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи