Дело № 2-38/2025

УИД: 52RS0040-01-2024-000582-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Навашино 7 августа 2024 года

Нижегородской области

Навашинский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Опарышевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Золотовой А.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о расторжении договора купли-продажи, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, взыскании убытков, компенсации морального вреда, штрафа и неустойки,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально истец ФИО1 обратился в Навашинский районный суд Нижегородской области с исковым заявлением к ответчику ФИО3 о расторжении договора купли-продажи, взыскании денежных средств, уплаченных по договору, взыскании убытков, компенсации морального вреда и штрафа.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в вечернее время 18 мая 2024 года между ним (ФИО1) и ФИО3 был заключен договор купли-продажи щенка (собаки), а именно ФИО3 продала ему принадлежащего ей щенка породы йоркширский терьер по кличке Трейси-Victoria Мушша Звезда моя, пол сука, клеймо KWTV 2963, окрас СТ-П, дата рождения ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Стоимость щенка по договору составила 60 000 рублей. При заключении договора купли-продажи продавец заверила истца, что щенок здоров, ему были проведены необходимые вакцинации в соответствии с его возрастом, в подтверждении чего передала ему (ФИО1) международный ветеринарный паспорт для собак и кошек, в котором содержится информация о вакцинировании щенка. Из переданного паспорта следует, что перед продажей заводчиком делались вакцинации, а именно 16 апреля 2024 года – Биокан Puppy PD, 16 мая 2024 года – Биокан DFPPiL. То есть последняя прививка была сделана за два дня до заключения договора купли-продажи и передачи щенка истцу, что, как выяснилось позднее, является грубейшим нарушением, поскольку не был соблюден карантинный период после проведения вакцинации. Кроме того, вакцинирование было поведено не в специализированной ветеринарной клинике, а ответчиком самостоятельно, в отсутствие соответствующего профессионального образования. Также ответчиком были самостоятельно внесены данные о вакцинировании в международный ветеринарный паспорт. 18 мая 2024 года поздно вечером истец привез щенка домой. На следующий день вечером 19 мая 2024 года щенок отказался от еды, был очень вялым, не неактивным, у него началась рвота и понос, в связи с чем 22 мая 2024 года он (ФИО1) обратился в веткабинет «ВетДоктор», расположенный по адресу: <...>, где щенка осмотрели и взяли необходимые анализы для исследования, а именно экспресс-тест CPV Ag (фекалии) с использованием мазка из прямой кишки животного. Согласно результатам обследования было выявлено заболевание паравирус (энтерит, чумка). Была оказана ветеринарная помощь и проведены все манипуляции по спасению щенка, назначено лечение на дом, которое выполнялось истцом в полном объеме. Как и все рекомендации продавца. За весь период времени, а именно с 18 мая по 24 мая 2024 года, кроме поездки к ветеринару на автомобиле, на улицу щенка на выгул ни истец, ни члены его семьи не выводили. С 23 на 24 мая щенок умер. Согласно справке от 24 мая 2024 года, выданной ветеринарным кабинетом «ВетДоктор», заболевание протекало сглажено, без явной симптоматики, без температуры, из чего можно сделать вывод, что острой формы заболевания не было, заболевание развивалось задолго до его проявления.

В связи со смертью щенка, с целью установления причин его смерти, он (ФИО1) обратился в Государственное бюджетное учреждение Нижегородской области «Областная ветеринарная лаборатория». Из результата исследования №2984 от 28 мая 2024 года следует, что при молекулярно-генетическом исследовании 1 образца патологического материала от собаки на наличие генетического материала ДНК вируса, вызывающего парвовирусный энтерит, получен положительный результат.

Из заключения судебного эксперта ФИО5, содержащегося в протоколе №12 патологоанатомического вскрытия трупа собаки (экспертиза №999 Б) от 9 июня 2024 года ГБУ НО «Облветлаборатория», следует: на основании данных патологоанатомического вскрытия трупа щенка следует заключить, что смерть животного наступила от острой сердечно-сосудистой недостаточности, в результате воспаления миокарда на фоне заболевания парвовирусного энтерита.

Протоколом испытаний №999 Б от 21 июня 2024 года установлены следующие патологоанатомические диагнозы: основное заболевание: парвовирусный энтерит. Осложнение: Инфекционный миокардит; геморрагический энтерит, тоногенная дилатация правого отдела сердца; лимфаденит; острая сердечно-легочная недостаточность, отек легких, отек головного мозга, острое застойное венозное полнокровие в сосудах. Заключение: на основании данных патологоанатомического вскрытия трупа щенка следует заключить, что смерть животного наступила от острой сердечно-сосудистой недостаточности, в результате воспаления миокарда на фоне заболевания парвовирусного энтерита.

На протяжении всего времени он (ФИО1) неоднократно связывался с ответчиком (продавцом) по средствам телефонной связи, а также в мессенджерах с целью разрешить возникшую ситуацию мирным путем, однако какой-либо договоренности между ними достигнуто не было, в связи с чем 26 июня 2024 года им в адрес ответчика посредством почтовой связи была направлена претензия с требованием в течение 10 дней вернуть ему денежные средства, оплаченные по договору купли-продажи щенка, как за товар несоответствующего качества в размере 60 000 рублей 00 копеек, а также компенсировать ему затраты, связанные с обращением в ГБУ НО «Облветлаборатория» в размере 15 009 рублей 00 копеек, на которую до настоящего времени ответа не последовало.

Ответчик ФИО3 (продавец) грубо нарушила требования ст. 469 ГК РФ, продав ему (ФИО1) больного щенка, что в соответствии со ст. 450 ГК РФ является безусловным основанием для расторжения заключенного между ними договора купли-продажи и возврата истцу как покупателю уплаченной за товар денежной суммы.

В силу со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В результате нарушения прав истца как потребителя ему были причинены нравственные страдания: он и его семья давно хотели завести себе питомца, долго искали и ждали его и радовались, когда забрали и привезли его домой. Но чувство радости моментально переросло в чувство горя и печали. На следующий же день после того, как щенка привезли домой, он заболел. Он (ФИО1) испытывал чувство беспомощности, поскольку не знал, как помочь несчастному крохотному животному, которое мучалось несколько дней. И он (ФИО1) и члены его семьи очень переживали из-за смерти маленького беззащитного щенка. В связи с чем он считает, что виновными действиями ответчика ему причинен моральный вред, который он оценивает в 30 000 рублей.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом «О защите прав потребителей», которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

На основании указанных норм права, руководствуясь ст. ст. 15, 18 Закона РФ «О защите прав потребителей», ст. ст. 15, 469, 476 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец ФИО1 просил суд:

1. Расторгнуть договор купли-продажи щенка (собаки) от 18 мая 2024 года, заключенный между ним (ФИО1) и ответчиком ФИО3;

2. Взыскать с ответчика ФИО3 в его (ФИО1) пользу денежные средства, оплаченные по договору купли-продажи щенка от 18 мая 2024 года, как за товар несоответствующего качества в размере 60 000 рублей 00 копеек.

3. Взыскать с ответчика ФИО3 в его (ФИО1) пользу денежные средства, связанные с обращением в ГБУ НО «Облветлаборатория», в размере 15 009 рублей 00 копеек;

4. Взыскать с ответчика ФИО3 в его (ФИО1) пользу денежные средства в размере 3 265 рублей, оплаченные за лечение щенка;

5. Взыскать с ответчика ФИО3 в его (ФИО1) пользу моральный вред в размере 30 000 рублей;

6. Взыскать с ответчика ФИО3 в его (ФИО1) пользу штраф за невыполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50 % от взыскиваемой с ответчика суммы.

В дальнейшем в ходе судебного разбирательства от истца в суд поступило заявление об увеличении размера исковых требований, согласно которому истцом ФИО1 было предъявлено дополнительное требование о взыскании с ответчика неустойки в сумме 60 000 руб. 00 коп. (том 2 л.д.112-114).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно представитель истца пояснил, что в рассматриваемом случае исходя из положений Закона РФ «О защите прав потребителей» бремя доказывания возлагается на продавца, т.е. на сторону ответчика. Однако доказательств того, что щенок был заражен после передачи покупателю, ФИО3 в материалы дела не предоставлено. Напротив, из полученного судом заключения эксперта следует, что щенок мог быть инфицирован до передачи истцу. Кроме того, в описательной части заключения эксперта отмечено, что вакцинация собаки была проведена заводчицей с нарушениями. В связи с продажей больного щенка ФИО1 понес убытки в виде затрат на лечение животного, а также на оплату услуг по вскрытию трупа собаки и проведению досудебного исследования, которые подлежат взысканию с ответчика.

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали и просили суд отказать в их удовлетворении в полном объеме. Согласно позиции стороны ответчика, истцу был продан здоровый щенок, однако впоследствии произошло его заражение по причинам, не зависящим от заводчика. Ответчик, являясь заводчиком собак, вкладывает значительные усилия и денежные средства в выращивание помета, в связи с чем заинтересован в полном соблюдении всех санитарных норм для сохранения щенков здоровыми и их последующей реализации покупателям. Первоначально после продажи щенка ФИО1 у собаки произошло засорение кишечника от погрызенной пеленки, однако своевременная и качественная ветеринарная помощь щенку оказана не была. ФИО3 не могла заставить покупателя обратиться к ветеринару, поэтому сама в пределах имеющихся возможностей пыталась дистанционно помочь в лечении собаки, за свой счет получая консультации у ветеринара и передавая их Свидетель №1 В дальнейшем 22 мая 2024 года Свидетель №1 вместе с щенком обратилась в ветеринарный кабинет в г.Муром. Поскольку в данном кабинете не соблюдаются санитарные нормы, а именно не разделены зоны ожидания посетителей кабинета и зона для покупателей ветаптеки, именно там с большой долей вероятности и произошло заражение собаки парвовирусной инфекцией, что в дальнейшем повлекло смерть животного. Кроме того, 19 мая 2024 года щенок оставался без присмотра вместе с несовершеннолетней дочерью истца, что также могло привести к несоблюдению санитарных норм: ребенок мог вынести собаку на улицу погулять на травку или чтобы похвалиться перед друзьями, дать что-то вкусненькое и пр. Из заключения эксперта следует, что качественная ветеринарная помощь щенку оказана не была. Все это в совокупности повлекло смерть собаки по причинам, не зависящим от ответчика, в связи с чем в иске надлежит отказать.

Ответчик ФИО3, будучи ранее допрошенной в ходе судебного разбирательства, пояснила, что в соответствии с условиями договора она предлагала супруге истца через год предоставить им другого щенка, но от данного предложения К-вы отказались.

Заслушав пояснения сторон, допросив свидетеля, исследовав в судебном заседании материалы гражданского дела, оценив, согласно ст.67 ГПК РФ, относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ), обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Частью 1 статьи 454 ГК РФ предусмотрено, что:

«По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену)».

Статьей 137 ГК РФ установлено, что к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 18 мая 2024 года между ФИО3 (Заводчик) и ФИО1 (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи щенка (собаки) б/н (л.д.19).

Согласно п.1 договора, «Заводчик ФИО3 продал принадлежащую ему на правах собственности, а Покупатель купил собаку породы Йоркширский-терьер кличка Трейси-Victoria Мушша Звезда моя пол сука клеймо KWTV2963 окрас СТ-П рождения ДД.ММ.ГГГГ г. Стоимость щенка 60 000».

В соответствии с условиями п.2 договора:

«Покупатель обязан информировать Заводчика в течение первых трех дней после передачи щенка (собаки) о состоянии здоровья и ветеринарных вмешательствах, о причинах обращения к ветеринарному врачу.

Риск утраты, случайной гибели или повреждения щенка (собаки) по причине травмы, инфекционных заболеваний, кражи и т.д. переходит с Заводчика на Покупателя в момент реальной передачи щенка (собаки) в руки Покупателя».

Из пояснений сторон и материалов дела следует, что фактическая передача щенка покупателю состоялась в день заключения договора купли-продажи, то есть 18 мая 2024 года, в вечернее время. В ночь с 23 на 24 мая 2024 года щенок умер. В связи с этим стороной истца заявлены требования о расторжении договора купли-продажи, взыскании уплаченных за товар денежных средств, убытков, компенсации морального вреда, неустойки и штрафа. Из содержания искового заявления следует, что данные требования основаны истцом на положениях Закона РФ «О защите прав потребителей».

Разрешая вопрос о применимости данных норм к отношениям сторон, суд принимает во внимание следующее.

Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», а также разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», в сферу регулирования данного Закона входят отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой – организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг.

Как следует из абзаца 6 преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавцом является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи.

В соответствии с гражданским законодательством под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (пункт 1 статьи 2 и пункт 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 разъяснено, что, исходя из смысла пункта 4 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Таким образом, вопрос о квалификации той или иной деятельности физических лиц в качестве предпринимательской должен разрешаться судом на основании фактических обстоятельств рассматриваемого дела. При этом при оценке деятельности гражданина как предпринимательской необходимо исходить из того, что такая деятельность представляет собой сложный и длящийся процесс, объединенный целью получения прибыли.

Судом установлено, что ответчик ФИО8 является заводчиком и совершила продажу животного, рожденного от принадлежащих ей производителей. Фактов того, что данная сделка носила разовый, а не систематический характер, судом установлено не было. Напротив, из имеющихся в материалах дела документов следует, что договоры купли-продажи щенков совершаются ФИО3 регулярно (том 1 л.д.205-212).

В связи с изложенным суд приходит к выводу о том, что ответчиком осуществлялась предпринимательская деятельность без образования юридического лица, направленная на систематическое получение прибыли, что является основанием применения к отношениям сторон положений вышеназванного Закона «О защите прав потребителей».

На основании пункта 1 статьи 469 ГК РФ, ст. 4 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец обязан передать потребителю товар, качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями. Если законом или в установленном им порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным требованиям.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Согласно статье 476 ГК РФ, продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В соответствии с частью 1 статьи 18 Федерального закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе: потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула); потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены; потребовать соразмерного уменьшения покупной цены; потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества.

Продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, на который не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до передачи товара потребителю или по причинам, возникшим до этого момента (п. 6).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4, 5 и 6 статьи 29 Закона).

Судом установлено, что по договору купли-продажи от 18 мая 2024 года истцом ФИО1 у ответчика ФИО3 была приобретена собака породы Йоркширский-терьер кличка Трейси-Victoria Мушша Звезда моя, пол – сука, клеймо KWTV2963, окрас СТ-П, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Как уже было указано выше, стоимость товара (щенка) по договору купли-продажи составила 60 000 рублей. Из пояснений истца ФИО1 следует, что расчет производился наличными денежными средствами единовременно. Факт получения оплаты по договору купли-продажи в полном объеме стороной ответчика не оспаривается.

В ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля по делу была допрошена Свидетель №1, являющаяся супругой истца. Из показаний свидетеля следует, что до совершения сделки купли-продажи между ней и заводчицей ФИО3 велась переписка, в которой была согласована дата визита для выбора щенков. 18 мая 2024 года они приехали к ФИО3 с целью покупки собаки, на выбор им было предоставлено 2 щенка. Они выбрали того, который был поменьше. Во время их нахождения у заводчицы этот щенок 1 раз чихнул, чему она не придала значения. По пути домой во время нахождения в машине щенок снова чихнул, на что она также не обратила внимания. По дороге домой они нигде не останавливались, щенка перевозили в переноске. Приехав домой в ночь с 18 мая на 19 мая, они отнесли щенка на второй этаж в комнату дочки, где было очень чисто. Ночью 19 мая у щенка была пустая отрыжка со звуком рыгания без выхода какого-либо содержимого с периодичностью в 4 часа. Также щенок чесался. Она общалась с заводчицей посредством мессенджера «WhatsApp» и сообщила, что щенок почесывается, на что ФИО3 ответила, что, скорее всего, щенок чешет место прививки. Вечером 20 мая 2024 года щенок начал лапками драть пеленку, о чем она также написала заводчице. На сообщение об этом ФИО3 ответила, что собаке нужно дать «Цефтриаксон» и поставить капельницу. 20 мая в 23 час. 34 мин. щенка вырвало шесть раз. Общее состояние собаки было нормальное, она была активна. 21 мая 2024 года щенка не рвало, и она решила понаблюдать за ним в течение дня, поскольку заводчица сказала, что собаку нельзя вытаскивать из манежа, и рекомендовала соблюдение диеты. 22 мая утром, когда она проснулась, увидела рвоту на лежанке, где спала собака. По состоянию щенок был чуть-чуть вялым, грустным. В 9 часов утра она поехала к ветеринарному врачу в г.Муром в клинику «Ветдоктор». Врач спросил, когда они купили щенка – она ответила, что это было 18 мая. Врач возмутился и сообщил, что делать так было нельзя, поскольку прививки были сделаны 16 мая. Она (Свидетель №1) описала признаки болезни щенка, и врач сказал, что сначала необходимо взять анализы: кал, кровь, после чего лечить. Они обменялись контактами, на 23 мая в 9 час. 30 мин. был назначен следующий прием. Ветврач объяснил им, что брать анализ крови нет смысла, т.к. в крови будут находиться антитела после прививки, поэтому результат этого анализа будет неточным, и нужно сдавать анализ кала. Состояние щенка не улучшалось, он стал еще более вялым. После возвращения от ветеринара 22 мая 2024 года у собаки был кал с кровью. 23 мая в 9 час. 30 мин. она снова привезла щенка в веткабинет, где были проведены анализы. По результатам анализов врач сообщил, что у собаки парвовирус или чумка. Она (Свидетель №1) сделала фото результата анализов и отправила заводчице, на что последняя сообщила, что по крови результат ложноположительный (неверный), поскольку щенку недавно делали прививку. Врач сказал, что анализ брали не по крови, а по калу, поэтому этот результат верный. Ветврач начал усиленно лечить собаку: делать уколы в вену, выдал лекарства, но предупредил, что болезнь смертельная. Все рекомендации врача по лечению она выполняла. В 21 час. 23 мая у щенка уже не поднималась голова, он лежал и не вставал. Примерно в 4 час. 00 мин 24 мая 2024 года щенок умер. В 9 часов утра она сообщила об этом заводчице, на что ФИО3 ответила, что она продала им «недопривитого» щенка, и неизвестно как сработает «иммунка», что и получилось. Также сообщила, что она никуда не денется, и что все будет согласно договору. Ветврач посоветовал отвезти щенка на экспертизу на анатомическое исследование. После звонка в областную ветеринарную клинику она положила труп собаки в морозильную камеру для сохранности. Впоследствии тело щенка было отвезено на экспертизу. По результатам экспертного заключения подтвердился диагноз «парвовирус». Данное заключение она также отправила ФИО3 через мессенджер, но последняя даже не прочитала это сообщение.

В материалах дела имеется Справка, выданная ИП ФИО6, от 24.05.2024 года, согласно которой 22 мая 2024 г. в веткабинет «ВетДоктор», расположенный по адресу <...> обратился ФИО1 с щенком Мушша, собака Йоркширский терьер, рожденной 01.03.24 г. (девочка); по анамнезу: заводчица перед продажей делала предварительно самостоятельно вакцинацию: 16 апреля 2024 г. – Биокан Puppy-PD, 16 мая 2024 г. – Биокан DHPPiL, далее щенок был приобретен вечером 18-го мая 2024 г. Обратились с плохим самочувствием: отказ от еды, не острая рвота, вялость. При осмотре и проведении анализа экспресс-тест CPV Ag (фекалии) с использованием мазка из прямой кишки животного было выявлено заболевание паравирус (энтерит, чумка); была оказана помощь и проведены все манипуляции по спасению, назначено лечение на дом, которое выполнялось. Слабость и позывы к рвоте проявились 19 мая; первые признаки были проявлены 20-го числа; с 23-го на 24-ое мая щенок умер. Заболевание протекало сглажено, без явной симптоматики, без температуры, только 21-го числа появился понос. На основании этого ИП ФИО6 сделан вывод о том, что острой формы заболевания не было, заболевание развивалось задолго до его проявления (л.д.21).

Согласно Результату исследования № 2984 от 28.05.2024 года, проведенного ГБУ НО «Облветлаборатория», при молекулярно-генетическом исследовании одного образца патологического материала от собаки на наличие генетического материала ДНК вируса, вызывающего парвовирусный энтерит, получен положительный результат (л.д.28).

Также в материалах дела имеется Протокол № 12 патологоанатомического вскрытия трупа собаки (экспертиза № 999 Б), принадлежащего ФИО1, проживающему по адресу *******, от 09 июня 2024 года. Согласно выводам эксперта, содержащимся в представленном протоколе, смерть животного наступила от острой сердечно-сосудистой недостаточности, в результате воспаления миокарда на фоне заболевания парвовирусного энтерита (л.д.29-35, 36).

В связи с наступившей смертью щенка, приобретенного у ответчика, истец 26 июня 2024 года обратился к ФИО3 с письменной претензией, согласно которой просил вернуть уплаченные по договору денежные средства в сумме 60 000 рублей и компенсировать ему убытки в сумме 15 009 руб. 00 коп. (л.д.37-38). Согласно данным АО «Почта России» указанная претензия была получена ответчиком 02 августа 2024 года (л.д.18). Вместе с тем из материалов дела и пояснений сторон следует, что какого-либо ответа на данную претензию ответчик истцу не направил.

Основываясь на полученном заключении эксперта, истец ФИО1 утверждает, что заводчиком ему был продан инфицированный щенок, смерть которого наступила от инфекционного заболевания, приобретенного им до передачи собаки покупателю.

Представитель ответчика ФИО4, возражая против удовлетворения исковых требований ФИО1, указал, что на момент передачи покупателю щенок был здоров, а его заражение произошло в ходе визита в веткабинет по обстоятельствам, не зависящим от заводчика (продавца).

В ходе судебного разбирательства судом по ходатайству стороны ответчика было назначено проведение судебной ветеринарной экспертизы, производство которой было поручено эксперту Государственного бюджетного учреждения Ярославской области «Ярославская областная станция по борьбе с болезнями животных».

По результатам проведения экспертизы в суд поступило Заключение эксперта б/н от 15.07.2025 года, выполненное экспертом Государственного бюджетного учреждения Ярославской области «Ярославская областная станция по борьбе с болезнями животных» ФИО7, в котором содержатся следующие выводы по поставленным судом вопросам:

«Вопрос 1. Какова причина смерти щенка с клеймом «KW TV 2963», принадлежащего ФИО1; возможно ли наступление смерти щенка с клеймом «KW TV 2963» в результате несоблюдения карантинного периода после вакцинации вакциной Биокан DHPPiL, проведенной 16.05.2024 года?

Ответ: причиной смерти щенка с клеймом «KW TV 2963», принадлежащего ФИО1, является парвовирусный энтерит.

Смерть щенка не связана с несоблюдением карантинного периода после вакцинации.

Вопрос 2. В какой форме протекало заболевание у указанного щенка?

Ответ: Заболевание протекало в смешанной форме (острая кишечная +кардиальная формы).

Вопрос 3. Можно ли установить, что щенок был болен или инфицирован до его продажи истцу?

Ответ: Щенок мог быть инфицирован до его продажи истцу, так как инкубационный (скрытый) период заболевания длится от 3 до 12 дней.

Установить был ли болен щенок до его продажи истцу не представляется возможным.

Вопрос 4. Была ли оказана щенку квалифицированная ветеринарная помощь в ветеринарном кабинете «ВетДоктор», расположенном по адресу: <...>?

Ответ: нет. Информация в ветеринарных документах представлена не в полном объеме, диагностика 22.05.2024 г. проведена не в полном объеме, имеются недостатки ветеринарных услуг, отсутствуют документы, подтверждающие квалификацию ветеринарного специалиста, проводившего прием и лечение животного.

Вопрос 5. Были ли предприняты истцом все действия для оказания щенку квалифицированной ветеринарной помощи?

Ответ: на данный вопрос однозначно не представляется возможным ответить, так как истица обратилась за ветеринарной помощью на второй день после начала заболевания. Некоторые лекарственные препараты давались щенку не по назначению ветеринарного врача».

Суд принимает указанное Заключение эксперта б/н от 15.07.2025 года, выполненное экспертом Государственного бюджетного учреждения Ярославской области «Ярославская областная станция по борьбе с болезнями животных» ФИО7, в качестве относимого и допустимого доказательства по делу, поскольку экспертное исследование проведено экспертом, обладающим специальными познаниями в данном вопросе, заключение является мотивированным и четким, имеет научную и практическую основу, основано на положениях, дающих возможность проверить достоверность сделанных выводов, соответствует Федеральному закону №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» от 31.05.2001 г., при этом к экспертному заключению приложены документы, подтверждающие соответствующую подготовку эксперта; перед подготовкой заключения эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что подтверждается представленной суду подпиской. В связи с этим оснований ставить под сомнение выводы эксперта у суда не имеется. Кроме того, лицами, участвующими в деле, данное экспертное заключение не оспорено.

Заявляя об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, представитель ответчика указал, что заражение щенка парвовирусной инфекцией, впоследствии повлекшей смерть животного, имело место уже после передачи его покупателю. В частности, представителем ответчика отмечено, что 19 мая 2024 года щенок на неопределенное время оставался с малолетней дочерью истца без присмотра взрослых, что создавало условия для его заражения. Кроме того, с высокой долей вероятности заражение животного смертельным вирусом произошло в ветеринарном кабинете «ВетДоктор», куда щенок попал в ослабленном состоянии после нескольких дней болезни (рвота, понос, недостаточное питание) в связи с засорением кишечника наполнителем из одноразовой пеленки. Именно после посещения веткабинета произошло значительное ухудшение состояния собаки, при этом смерть щенка наступила на второй день после посещения ветеринарного кабинета, что соответствует продолжительности течения болезни у молодняка (1-3 суток). Кроме того, представитель ответчика указал, что в случае заражения парвовирусной инфекцией в период нахождения щенка у заводчика инфицированы были бы и другие животные, однако ни по одному из щенков, проданных ФИО3 в тот же период времени, никаких претензий от покупателей не поступало, с этими собаками все хорошо.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако в нарушение обязанности, установленной ст.56 ГПК РФ каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта ГБУ НО «Облветлаборатория», содержащиеся в документах, представленных стороной истца, а также доказательств, опровергающих выводы судебного эксперта ФИО7, содержащихся в Заключении эксперта б/н от 15.07.2025 года, стороной ответчика представлено не было. Также не представлено стороной ответчика и доказательств того, что заражение щенка имело место уже после передачи последнего покупателю (ФИО1).

Согласно правовой позиции, обозначенной Конституционным Судом РФ в определении № 1642-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в ст.12 ГПК РФ, а также положений ст. ст. 56, 57 указанного Кодекса, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Проанализировав материала дела, в том числе Результат исследования и Протокол патологоанатомического вскрытия трупа собаки, составленные экспертом ГБУ НО «Облветлаборатория», а также Заключение эксперта б/н от 15.07.2025 года, выполненное экспертом Государственного бюджетного учреждения Ярославской области «Ярославская областная станция по борьбе с болезнями животных» ФИО7, и сопоставив полученные заключения с показаниями свидетеля Свидетель №1, а также с содержанием переписки между Кон йО.В. и ФИО3, суд находит установленным, что заражение щенка, переданного ответчиком ФИО1, произошло до передачи животного покупателю, что является основанием для предъявления потребителем требований, предусмотренных положениями Закона «О защите прав потребителей», в том числе о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченных за товар денежных средств. Доводы ответчика об обратном основаны на домыслах и предположениях и какими-либо объективными доказательствами не подтверждены, в связи с чем отвергаются судом как несостоятельные.

Также возражая против взыскания уплаченных по договору денежных средств, ответчик сослался, в том числе, на положения п.3 договора, согласно которому:

«Ответственность Заводчика наступает в случае: гибели щенка в течение двадцати четырех часов от следующих инфекционных заболеваний: чума плотоядных, парвовирусный энтерит, инфекционный гепатит, лептоспироза, если Покупатель предоставляет результаты вскрытия с ветеринарной клинике, имеющей государственную лицензию, что щенок погиб в течение двадцати четырех часов от одной из вышеперечисленных инфекционных заболеваний и Покупатель соблюдал все правила ухода и содержания, то Продавец предоставляет щенка (собаку) такой же или другой породы, если Покупателя такой вариант не устраивает, то Продавец возвращает 30 % от стоимости щенка (собаки).

Заводчик гарантирует отсутствие у щенка генетических заболеваний на столько, насколько он может об этом знать. За скрытые дефекты, врожденные нарушения, которые невозможно определить при актировании щенков, заводчик ответственности не несет».

Согласно разъяснениям, данным в п. 76 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 года №395-I «О банках и банковской деятельности»).

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлениях от 23.02.1999 года № 4-П, от 4 октября 2012 года № 1831-О и др., потребители как сторона в договоре лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны.

Отражение обозначенного подхода имеет место в ст. 32 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей», предоставляющей потребителю право отказаться от исполнения договора в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Таким образом, законодатель, признавая потребителя более слабой стороной в обязательственных отношениях, установил преференции потребителям в праве на отказ от исполнения договора и возврате уплаченной денежной суммы, как при продаже товаров, так и при оказании услуг (выполнении работ).

С учетом изложенного, условие, изложенное в п.3 договора, ограничивающее право покупателя в случае продажи товара ненадлежащего качества предъявить одно из требований, предусмотренных ст18 Закона РФ «О защите прав потребителей», является ничтожным, поскольку противоречит положениям закона.

В связи с этим ссылка ответчика в обоснование своей позиции на данное условие договора является несостоятельной.

В соответствии со статьей 22 Закона, требования потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы подлежит удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Из материалов дела следует, что 26 июня 2024 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о возврате уплаченных по договору денежных средств и компенсации убытков в сумме 15 009 руб. 00 коп. (л.д.17, 18, 37-38). Факт получения указанной претензии стороной ответчика не оспаривается. Какого-либо ответа на претензию ответчиком дано не было, в связи с чем истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Поскольку требования истца о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченных по договору денежных средств не были исполнены ответчиком в добровольном порядке, суд, проанализировав обстоятельства дела, находит возможным удовлетворить таковые.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1).

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).

Из материалов дела следует, что в связи с продажей зараженного щенка истец обращался за ветеринарной помощью в веткабинет «ВетДоктор» и понес расходы по оплате ветеринарных услуг на сумму 3 265 руб. 00 коп., что подтверждается товарными чеками (том 1 л.д.23, 24).

В последующем с целью установления причин смерти щенка истец обратился в ГБУ НО «Облветлаборатория», заключив с данным учреждением договор № 120 от 27.05.2024 года на оказание услуг по проведению патологоанатомического вскрытия собаки. Стоимость услуг экспертного учреждения составила 15 009 руб. 00 коп. и была уплачена истцом в полном объеме (том 1 л.д.27). Сумму перечисленных расходов по оплате ветеринарных услуг и услуг экспертного учреждения суд признает убытками, которые подлежат возмещению ответчиком в пользу ФИО1 в полном объеме.

Согласно п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст.151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права, то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами. С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о компенсации морального вреда (статья 15).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей»). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Согласно ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку в данном случае компенсация морального вреда предусмотрена законом, наличие данного вреда презюмируется и разрешается лишь вопрос о размере компенсации. В ходе судебного разбирательства установлено, что в результате продажи щенка, зараженного парвовирсуной инфекцией, впоследствии вызвавшей смерть щенка, истец перенес нравственные страдания, вызванные переживаниями за здоровье и жизнь животного, а также за эмоциональное состояние своих супруги и дочери, горевавших по поводу смерти собаки. Из пояснений истца ФИО1 и показаний допрошенного судом свидетеля Свидетель №1 (супруги истца) следует, что щенок приобретался для их дочери, которая мечтала о такой собаке. Однако теперь из-за того, что смерть щенка была вызвана парвовирусной инфекцией, следы которой могут сохраняться до года, они лишены возможности купить дочери другую собаку, так как последняя может погибнуть от той же инфекции, занесенной в их дом. При этом ответчик ФИО3 отказалась признать факт продажи истцу инфицированного щенка и возместить понесенные ФИО1 убытки, что вызвало необходимость разрешения спора в судебном порядке.

Исходя из этого, суд считает, что истцом доказано причинение ему морального вреда.

В соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, степень физических и нравственных страданий лица, которому причинен вред, при определении размера компенсации вреда должны соблюдаться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании изложенного, учитывая обстоятельства, при которых был причинен вред, степень нравственных страданий, обусловленных нарушением имущественных прав, суд считает требования истца о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, а размер компенсации в сумме 5 000 рублей разумным и справедливым.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки, предусмотренной ст.23 Закона РФ «О защите прав потребителей». Указанная норма закона гласит:

«1. За нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара…».

Согласно данным АО «Почта России» претензия истца была получена ФИО3 02 августа 2024 года, что последней не оспаривается (л.д.18). Следовательно, с учетом сроков рассмотрения требований потребителя, установленных ст.22 Закона РФ «О защите прав потребителей», таковые подлежали удовлетворению ответчиком в срок по 12 августа 2024 года включительно, чего ФИО3 сделано не было. В связи с этим на сумму оплаты по договору подлежит начислению неустойка в размере 1 % за каждый день неисполнения требований потребителя.

Расчет неустойки произведен истцом за период с 14 августа 2024 года по 14 апреля 2025 года. За указанный период времени сумма неустойки составила 146 400 рублей. При этом с учетом цены договора и суммы начисленной неустойки размер неустойки, предъявленной ко взысканию, добровольно снижен истцом до 60 000 рублей.

Из разъяснений, содержащихся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что размер неустойки за невыполнение требований потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы какими-либо пределами не ограничен.

Согласно положениям ст.333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий размер, значительное превышение суммы штрафа суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

В ходе судебного разбирательства установлено, что первоначальное требование о возврате уплаченной за товар суммы было заявлено истцом 26 июня 2024 года и получено ответчиком 02 августа 2024 года. Спор в судебном порядке был инициирован истцом 24 августа 2024 года. По состоянию на дату вынесения решения суда 07 августа 2025 года, то есть спустя год, требования потребителя ФИО3 по-прежнему не выполнены.

Принимая во внимание изложенное, учитывая длительность судебного разбирательства, а также добровольное снижение истцом размера неустойки со 146 400 рублей до 60 000 рублей, суд приходит к выводу о том, что оснований для дальнейшего снижения размера неустойки не имеется.

Согласно статье 13 Закона «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в из расчета:

(60 000 руб. + 18 274 руб. + 5 000 руб. + 60 000 руб.) / 2 = 71 637 руб. 00 коп.

В силу ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С учетом изложенного на основании подп.4 п.2 ст.333.36 НК РФ (в редакции, действовавшей на дату предъявления иска в суд), с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в сумме 4 265 руб. 48 коп. (из расчета 3 965 руб. 48 коп. – за рассмотрение требований имущественного характера + 300 руб. – за рассмотрение требования о взыскании компенсации морального вреда).

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) к ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) удовлетворить частично.

Расторгнуть Договор купли-продажи щенка (собаки) б/н от 18 мая 2024 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1:

1) денежные средства, уплаченные по Договору купли-продажи щенка (собаки) б/н от 18 мая 2024 года, в сумме 60 000 руб. 00 коп.;

2) убытки в сумме 18 274 руб. 00 коп.;

3) компенсацию морального вреда в сумме 5 000 руб. 00 коп.;

4) неустойку за просрочку удовлетворения требования о возврате денежных средств в сумме 60 000 руб. 00 коп.,

5) штраф за невыполнение в добровольном порядке требований потребителя в сумме 71 637 руб. 00 коп.;

а всего взыскать 214`911 (Двести четырнадцать тысяч девятьсот одиннадцать) рублей 00 копеек.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований к ФИО3 ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета – муниципального образования г.о. Навашинский Нижегородской области государственную пошлину за рассмотрение дела судом в сумме 7`447 (Семь тысяч четыреста сорок семь) рублей 33 копейки.

Решение суда может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Навашинский районный суд Нижегородской области.

Судья С.В. Опарышева

Мотивированное решение изготовлено 8 августа 2025 года.

Судья С.В. Опарышева