Решение по делу № 2-42/2023 от 18.04.2023

Производство № 2-42/2023

УИД 28RS0012-01-2023-000041-13

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 апреля 2023 года пгт. Магдагачи

Амурской области

Магдагачинский районный суд Амурской области в составе председательствующего судьи Ю.В. Качаловой,

при секретаре Зениной Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» к обществу с ограниченной ответственностью «СК КАРДИФ» о признании смерти ФИО1 страховым случаем, взыскании страховой выплаты в счет задолженности по кредитному договору, к наследственному имуществу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Траст» обратилось в суд с исковым заявлением к наследственному имуществу ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «СК Кардиф» с указанным исковым заявлением, в его обоснование указав, что между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк» и ФИО10 был заключен кредитный договор № от 25.01.2013, по условиям которого Банк предоставил заемщику кредит в размере 297 684,67 руб. под 22,90% годовых, на срок 36 мес.

25 января 2013 г. ФИО1 подписал заявление (согласие), в котором выразил свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования жизни и здоровья заемщиков кредита, заключенным между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк» и ООО «СК Кардиф».

Банк является выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая в размере 100% страховой суммы, и включает в себя обязательства по уплате основного долга, процентов, штрафов и иных платежей до кредитному договору. Из содержания заявления страхования следует, что страховая выплата предназначена для погашения задолженности по кредиту № от 25.01.2013 и включает в себя размер кредитной задолженности. Срок действия договора страхования равен сроку кредитного обязательства (36 мес.). Страховая сумма равна сумме кредита - 297 684 руб. 67 коп. Факт оплаты страховой премии согласно п.11 Заявления (согласие) на страхование от 25.01.2013 в размере 16 074,97 руб. подтверждает выписка из лицевого счета за период с 25.01.2013 по 15.06.2018.

ООО «Траст» является правопреемником АО ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк», выбывшего в связи с уступкой прав требования. Одновременно с уступкой Прав требования из Кредитных договоров к ООО «ТРАСТ» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (п 1. 1. Договора цессии).

01 сентября 2022 г. в процессе работы по взысканию просроченной задолженности, ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти ФИО1, смерть наступила в период договора страхования - 19.07.2013. Данный факт подтверждает, справка о смерти № № выданная отделом ЗАГС по Ангарскому району и г. Ангарску Иркутской области от 01.09.2022г. Причиной смерти ФИО1 установлено «травмы захватывающие несколько областей тела, лицо находящееся в легковом автомобиле и пострадавшее при столкновении с легковым автомобилем» что в соответствии с договором страхования является определенным страховым случаем - смерть в результате несчастного случая.

23 сентября 2022 г. ООО «ТРАСТ» в адрес ООО СК «КАРДИФ» направило уведомление (исх.№) о наступлении страхового случая по факту смерти ФИО1 и представило документы, подтверждающие факт наступления смерти Заемщика и выполнило все обязанности, возложенные на него ст.939 ГК РФ

Иные необходимые Страховщику документы, как профессиональный участник страховых правоотношений имел право запросить самостоятельно в силу ч.8 ст. 10 Закон РФ от 27.11.1992г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и заявления на страхование.

В ответ на заявленный страховой случай в адрес ООО «ТРАСТ» поступило письмо (исх.№ № от 06.10.2022) в котором ООО СК «КАРДИФ» фактически отказал в страховой выплате.

25 октября 2022 г. ООО «ТРАСТ» в адрес ООО СК «КАРДИФ» направило претензию (исх. №). В ответ на заявленный страховой случай в адрес ООО «ТРАСТ» поступило письмо (№ от 08.11.2022) в котором ООО СК «КАРДИФ» вновь фактически отказал в страховой выплате. До настоящего момента «ТРАСТ» страховая выплата не произведена.

Уклонение страховщика от исполнения своих обязательств повлекло возникновение у ООО «ТРАСТ» убытков в размере суммы страховой выплаты на момент смерти. Поскольку задолженность по кредитному договору не погашена, договор страхования заключен в целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, страховая сумма в размере 267 229 руб. 41 коп, подлежит взысканию с ответчика в пользу ООО «ТРАСТ», к которому по договору цессии перешло от Банка право требования взыскания задолженности по кредитному договору.

Наследники ФИО1 по настоящий момент не предпринимали каких-либо мер по извещению Истца о смерти Заемщика, по исполнению обязательств, предусмотренных кредитным договором.

На основании изложенного, истец просит суд:

- признать страховым случаем смерть ФИО1., взыскать с ООО СК «Кардиф» в пользу ООО «Траст» страховую выплату в счет задолженности по кредитному договору № от 25.01.2013 в размере 267 229,41 руб.;

- в случае отказа взыскания страховой выплаты в счет задолженности по кредитному договору с ООО СК «КАРДИФ» в пользу ООО «ТРАСТ», взыскать задолженность по кредитному договору № от 25.01.2013 г. в размере 273 968,45 руб. с наследников Должника, взыскать в пользу ООО «ТРАСТ» понесенные расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 940 руб.

Определением судьи Магдагачинского районного суда от 02 февраля 2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены нотариус Магдагачинского нотариального округа ФИО5., ПАО «АТБ», администрация пгт Магдагачи.

Определением Магдагачинского районного суда от 21 февраля 2023 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены наследники первой очереди - ФИО2., ФИО3., ФИО4

Определениями Магдагачинского районного суда от 06 апреля 2023 г., 13 апреля 2023 г. в качестве третьих лиц привлечены ФИО6 ФИО7 ФИО8

Представитель истца ООО «ТРАСТ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в исковом заявлении содержится ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Представитель ответчика ООО СК «КАРДИФ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки не известна. Позиция ООО СК «КАРДИФ» изложена в письменном отзыве на иск, согласно которой ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований предъявленных о ООО СК «КАРДИФ». Просили применить последствия пропуска срока исковой давности, указывая на то, что срок исковой давности по требованию Банка о взыскании суммы страховой выплаты связан со смертью застрахованного, произошедшего 19.07.2013, и исчисляется от первого просроченного платежа по кредитному договору – 25.07.2013, т.е. в действительности является пропущенным. ООО СК «КАРДИФ» считает, что обращение с иском в суд с требованиям о страховой выплате к страховщику является злоупотреблением ООО «ТРАСТ» своим правом по смыслу ст. 10 ГК РФ, поскольку за 10 лет с момента просрочки по последнему кредитному платежу ни банк, ни ООО «ТРАСТ» не предпринимали действий для защиты своих гражданских прав, вытекающих из договора страхования в установленные законом и договор сроки. Через 4 года после уступки прав требований в 2018 г. истец уведомил страховщика о наступлении страхового случая. Также приводит доводы о том, что ООО «ТРАСТ» не может требовать страховой выплаты в свою пользу, так как не является выгодоприобретателем по договору страхования. В настоящем споре на случай наступления смерти застрахованного лица выгодоприобретателем является Банк (л.д. 167-168).

В письменных возражениях на отзыв ООО СК «КАРДИФ» представитель ООО «ТРАСТ» с доводами, изложенными в письменных возражениях не согласился, находя ошибочными выводы страховой компании о том, что Банк – страхователь и выгодоприобретатель в одном лице не может уступить это право другому лицу, поскольку в данном случае уступка требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места, так как выгодоприобретателем уступлены не права по договору личного страхования, а право требования возмещения вреда, причинённого его имуществу в рамках этого договора. Указывает на то, что кредитор и истец не мог и не должен был знать о смерти застрахованного лица не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующего события. 01 сентября 2022 г. в процессе работы по взысканию просроченной задолженности ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в адрес ООО СК «КАРДИФ» направило уведомление о наступлении страхового случая по факту смерти ФИО1 и представило документы. Просят суд удовлетворить требования к ООО СК «КАРДИФ» в полном объеме. (л.д. 201-204).

В судебное заседание ответчик ФИО4., извещенная надлежащим образом о дате и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, имеется ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствии. Ранее в ходе судебного разбирательства ответчик ФИО4 с исковыми требованиями к наследникам не согласилась, представив заявление о пропуске истцом срока исковой давности. Суду пояснила, что когда ФИО1 погиб Банку передавались все документы, в том числе справка, свидетельство о смерти лично. Документы передавала ее мама, которая проживала на территории г. Шимановска, в котором находился офис ОАО «АТБ». На тот момент банк никаких требований к ним не предъявлял. По истечении некоторого времени она по своей работе оказалась у нотариуса Магдагачинского нотариального округа и ей сообщили, что у них лежит дело по поводу наследства ФИО1 они спрашивали, какое имущество у него имеется. Имущества ФИО1 не имел, у него в собственности был только автомобиль, на котором он разбился. Автомобиль утилизирован, от машины остался один комок. В доме по адресу <адрес>, проживала мама умершего ФИО6., но указанный дом не находился в ее собственности. На момент смерти ФИО1 у него не было никакого имущества, денежных вкладов. Фактически ни она, ни их совместные дети в наследство ни в какое - либо не вступали. Дом, расположенный по адресу: <адрес>, считает своей личной собственностью, так как приобретала его за свои деньги. После смерти супруга она его продала, оценку дома при продаже не делала.

Соответчики ФИО2., ФИО3., извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, представили письменные заявления о несогласии с исковыми требованиями, указав, что наследство ФИО1 не принимали из-за его отсутствия. Заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо - нотариус Магдагачинского нотариального округа ФИО5., в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства. Из ответа на запрос следует, что наследников, принявших наследство нет. Наследственное дело № открыто на основании претензии кредитора ОАО «АТБ». Сведения о составе наследственной массы отсутствуют (л.д. 78).

Представитель третьего лица АО «АТБ», в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства, причины неявки не известны. В письменном ответе на запрос сообщили, что Банк обращался в ООО СК «КАРДИФ» по наступившему страховому случаю со ФИО1 22 января 2014 г. получен отказ №№ от Страховой компании в выплате страхового возмещения.

Представитель третьего лица – администрации пгт Магдагачи, третьи лица -ФИО6., ФИО7., ФИО8., извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, причина неявки суду неизвестна.

Суд определил, рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц с учетом положения ст. 167 ГПК РФ.

Из материалов дела следует, что 25 января 2013 г. между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» и ФИО10 заключено кредитное соглашение, по условиям которого заемщику предоставлен кредит на сумму 297 684, 67 руб. под 22,90% годовых, дата окончательного гашения кредита - не позднее 25 января 2016 г. (л.д. 8). В этот же день, 25 января 2013 г. заемщик выразил добровольное согласие быть застрахованным по Договору добровольного коллективного страхования, заключенному между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский» и Страховой компанией «КАРДИФ» (л.д. 12).

Банк выполнил свои обязательства по договору надлежащим образом, предоставил ФИО1 кредит, перечислил плату за присоединение к программе страхования, что подтверждается выпиской из лицевого счета (л.д. 14).

19 июля 2013 г. ФИО10 умер, что подтверждается справкой о смерти № № от 01 сентября 2022 г., записью акта о смерти № от 25 июля 2013 г. (л.д. 26).

Согласно справки о смерти № № от 01 сентября 2022 г. (л.д. 26), смерть ФИО1 наступила в результате: травмы, захватывающей несколько областей тела, лицо, находящееся в легковом автомобиле и пострадавшее при столкновении с легковым автомобилем.

05 февраля 2018 г. между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ БАНК» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор (уступки прав (требований)) № № (далее - Договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования к физическим лицам по кредитным договорам, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору, заключенному со ФИО1 (копия договора цессии прилагается). Одновременно с уступкой Прав требования из Кредитных договоров к ООО «ТРАСТ» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (л.д. 15-20).

Согласно, Приложения № к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО10 кредитных обязательств по кредитному договору в размере 271 013 руб, 38 коп, из которых сумма основного долга 267 229 руб, 41 коп. (л.д. 19-20)

Как указывает истец, при заключении договора цессии ООО «ТРАСТ» не было известно о смерти Заемщика, в связи с чем, права требования были переданы в числе прочих. Позднее ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти заемщика.

На дату смерти обязательства по указанному соглашению заемщиком не исполнены.

06 октября 2022 г. ООО «СК КАРДИФ» направила в адрес ООО «ТРАСТ» уведомление (исх.№№) о том, что по договору цессии перешли права требования задолженности по кредитному договору, но не по договору страхования. По договору страхования выгодоприобретателем был и остается Азиатско-Тихоокеанский банк. Право требования по договорам страхования не передается по конкретному договору цессии, т.к. договор страхования не является способом обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору. Письменного согласия застрахованного лица на замену выгодоприобретателя не представлено, что означает, что выгодоприобретателем по-прежнему остается Азиатско-Тихоокеанский банк. (л.д. 33).

25 октября 2022 г. ООО «ТРАСТ» в адрес ООО СК «КАРДИФ» направило претензию (исх. №) о перечислении суммы страховой выплаты. (л.д. 34)

В ответ на заявленный страховой случай в адрес ООО «ТРАСТ» поступило письмо (исх.№ № от ДД.ММ.ГГГГ) о том, что по условиям договора коллективного страхования №/СК от 01.07.2012 г. застрахованным лицом является ФИО1 Для принятия решения по событию, имеющего признаки страхового, ООО СК «КАРДИФ» должен быть предоставлен пакет документов, определенный п.6.3 Правил страхования от 26.06.2012 года. Предоставленный пакет документов не соответствует требованиям. Просят предоставить актуальные адреса для направления запросов, т.к. ООО СК «КАРДИФ» не входит в перечень юридических лиц, которым по закону органы ЗАГС, медицинские и иные учреждения обязаны предоставлять какие-либо сведения о застрахованных лицах, а также не имеет возможности получить через систему межведомственного взаимодействия документы, необходимые для рассмотрения заявленного события. (л.д. 38)

Отказ страховщика ООО СК «КАРДИФ» в выплате страхового возмещения послужил основанием для обращения ООО «ТРАСТ» 31 января 2023 г. в суд с настоящим иском.

Рассматривая требования ООО «ТРАСТ» к ООО СК «КАРДИФ» о признании смерти ФИО1 страховым случаем и взыскании задолженности по кредитному договору за счет страхового возмещения, суд приходит к следующему.

Статьей 434 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для заключения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховщиком.

По смыслу пункта 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Частью 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" предусмотрено, что добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом и федеральными законами содержащие положения о субъектах страхования, об объектах страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и обязанностях сторон, об определении убытков или ущерба, о порядке определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения.

В силу статьи 9 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 947 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей.

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации N 4015-1 от 27 ноября 1992 г. "Об организации страхового дела в Российской Федерации", страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.

Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, что 25 января 2013 г. при заключении кредитного договора ФИО1 выразил добровольное согласие быть застрахованным по Договору добровольного коллективного страхования, заключенному между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский» и Страховой компанией «КАРДИФ» (л.д. 12).

Подписывая заявления ФИО1 подтвердил добровольное согласие быть застрахованным по договору коллективного страхования, страховыми рисками по договору являются:

- смерть в результате несчастного случая или болезни;

- постоянная утрата трудоспособности в результате несчастного случая или болезни (установление инвалидности 1-й (первой) или 2-й группы инвалидности);

- недобровольная потеря работы застрахованным лицом.

Договор страхования начинает действовать со дня заявления (согласия) и действует в течении периода страхования. (п. 7 согласия л.д. 12).

19 июля 2013 г. ФИО1 умер. Согласно актовой записи о смерти № от 25 июля 2013 г. смерть ФИО1 наступила в результате: травмы, захватывающей несколько областей тела, лицо, находящееся в легковом автомобиле и пострадавшее при столкновении с легковым автомобилем (л.д. 94).

Согласно п. ДД.ММ.ГГГГ Правил страхования заемщиков от несчастных случаев и болезней и на случай недобровольной потери работы № от 26.06.2012, п. ДД.ММ.ГГГГ Договора №/СК коллективного страхования заемщиков кредита от несчастных случаев и болезней, недобровольной потери работы и временной утраты трудоспособности от 01.07.2012 не является страховым случаем смерть застрахованного лица управление Застрахованным лицом любым транспортным средством без права на управление, либо в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, либо передачи застрахованным лицом управления лицу, не имевшему права на управление транспортным средством, либо находившемуся в состоянии алкогольного опьянения (л.д. 175-оборот, л.д. 172-оборот).

Согласно Постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела водитель ФИО1 19 июля 2013 г., управляя автомобилем «Тойота Кроун», не справился с управлением и совершил выезд на встречную полосу движения, в результате чего совершил столкновение с автомобилем марки «Митсубиси Паджеро». ФИО10 от полученных травм скончался на месте (л.д. 230-232).

В представленной копии Заключения эксперта № ГБУЗ «Амурское Бюро СМЭ» указано, что в момент смерти ФИО1 находился в состоянии тяжелого алкогольного опьянения, что подтверждается данными судебно-химического исследования крови (в крови концентрация этилового спирта 2,58%) (л.д. 233-237).

Поскольку ФИО1 управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, смерть застрахованного лица ФИО1 не может быть признана страховым случаем. При таких обстоятельствах, требования ООО «ТРАСТ» к ООО СК «КАРДИФ» о признании смерти ФИО1 страховым случаем и взыскании задолженности по кредитному договору за счет страхового возмещения, удовлетворению не подлежат.

Кроме того, представителем ответчика ООО СК «КАРДИФ» заявлено о пропуске срока исковой давности, и приведены доводы о том, что ООО «ТРАСТ» не является выгодоприобретателем.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (п. 2 ст. 966 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 N № по делу N №, в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила п. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

Исходя из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Пункт 24 указанного Постановления исходит из того, что по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Учитывая изложенное, течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав.

Из письменного ответа на запрос суда АО «АТБ» от 06.04.2023 следует, что Банк обращался в ООО СК «КАРДИФ» по наступившему страховому случаю со ФИО1

22 января 2014 г. получен отказ №№ от Страховой компании в выплате страхового возмещения, в связи с тем, что ФИО1 управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ООО СК «КАРДИФ» не имеет оснований признать случай страховым и произвести страховую выплату (л.д. 225-227).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Истец ООО «ТРАСТ» обратился в суд с иском с требованием о признании смерти ФИО1 страховым случаем и взыскании задолженности по кредитному договору за счет страхового возмещения, ДД.ММ.ГГГГ, тогда как первоначальному кредитору было достоверно известно об отказе страховщика в страховой выплате в 2014 г. При уступке прав требований Банк должен был сообщить ООО «ТРАСТ» о смерти заемщика и отказе страховой компании в страховой выплате.

Таким образом, в удовлетворении требований ООО «ТРАСТ» к ООО СК «КАРДИФ» о признании смерти ФИО1 страховым случаем и взыскании задолженности по кредитному договору за счет страхового возмещения следует отказать в том числе в связи с истечением срока исковой давности.

Суд также соглашается с доводами страховой компании о том, что ООО «ТРАСТ» не является выгодоприобретателем.

В соответствии с пунктом 2 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица. При отсутствии такого согласия договор может быть признан недействительным по иску застрахованного лица, а в случае смерти этого лица по иску его наследников.

Согласно статье 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица, допускается лишь с согласия этого лица.

Согласно п. 2 заявления (согласие) на включение в список застрахованных лиц к Договору добровольного коллективного страхования, заключенному между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский» и Страховой компанией «КАРДИФ», застрахованный ФИО1 назначает ОАО «Азиатско-Тихоокеанский» Выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая по рискам 1 и 2.

Поскольку, положения о порядке замены выгодоприобретателя, указанные в статье 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеют приоритетное значение по отношению к общим положениям главы 24 Кодекса, доводы ООО «ТРАСТ», свидетельствующие об обратном, не могут быть приняты во внимание.

Рассматривая требования ООО «ТРАСТ» к наследственному имуществу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору, суд приходит к следующему.

Согласно абзацу 1 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства (пункт 1, 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

В соответствии с пунктом 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства не прекращающиеся смертью должника, независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества.

При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства.

В силу статей 1141, 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса. Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Из материалов дела следует, что родителями ФИО1. являются ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО9., ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерший ДД.ММ.ГГГГ, что следует из сведений, представленных отделением ЗАГС по Магдагачинскому району (л.д. 93, 242-оборот). ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО8., ДД.ММ.ГГГГ г.р. приходятся братьями умершего ФИО1. (л.д. 254-255).

ФИО10 состоял в браке с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, брак между ними был заключен ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается сведениями полученным по судебному запросу в ЕГР ЗАГС от ДД.ММ.ГГГГ №, от брака имеются дети ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 93-94).

Из представленного ответа суду по судебному запросу от 03 февраля 2023 г., наследников, принявших наследство, по данному делу нет. Наследственное дело открыто на основании претензии кредитора ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк». Сведения о составе наследственной массы отсутствуют. (л.д. 78)

Из представленного ответа суду ОМВД России по Магдагачинскому району от 03.02.2023 г. следует, что согласно автоматизированным учетам Федеральной информационной системы Госавтоинспекции МВД России за ФИО1 на дату смерти ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано транспортное средство Тойота Кровн, государственный регистрационный номер № (л.д. 75)

Из представленного ответа на запрос суда ОМВД России по Магдагачинскому району от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в настоящее время на регистрационном учете транспортное средство Тойота Кровн, государственный регистрационный номер № не состоит, регистрация прекращена в связи со смертью собственника ФИО1. (л.д. 97).

Из полученных в судебном заседании объяснений ФИО1., которые признаются судом в качестве относимых и допустимых доказательств, установлено, у ФИО1. в собственности был только автомобиль, на котором он разбился. Автомобиль утилизирован.

По информации направленной по судебному запросу главой пгт. Магдагачи Муниципального образования Магдагачинского района Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ исх.№ следует, что в реестре муниципального имущества жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> не числится; поквартирной карточки на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> в администрации нет; сведениями о составе семьи ФИО1 не располагают. (л.д. 99)

По информации направленной по судебному запросу ОМВД России по Магдагачинскому району от ДД.ММ.ГГГГ сообщает, что ФИО4, зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> с 25.10.2017 г. по настоящее время.

ФИО2, зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> с 03.03.2006 года по настоящее время.

ФИО3, зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> с 25.10.2017 года по настоящее время, что подтверждают копии заявлений о выдаче (замене) паспорта Ф-1П (л.д. 114-117).

По информации Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от ДД.ММ.ГГГГ поступившей в адрес суда по судебному запросу права на объекты недвижимости на имя ФИО1 на дату смерти ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, а также по информации от 01 марта 2023 г. в ЕГРН отсутствуют сведения об объекте недвижимости расположенного по адресу: <адрес> <адрес> (л.д. 129, 130).

Таким образом, недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес> <адрес> собственности у ФИО1 не находилось.

По запросу суда 03 февраля 2022 г. ОМВД России по Магдагачинскому району представило информацию о том, что ФИО1 был зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> <адрес> 28.03.2013 года по 25.07.2013 г. (л.д. 98).

Согласно выписке из ЕГРН от 15 марта 2023 г. по состоянию на 19 июля 2013 г. ФИО4 принадлежали следующие объекты невидимости: земельный участок с кадастровым номером № с расположенным на нем домом с кадастровым номером 28:16:015244:60, расположенные по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи земельного участка с квартирой от 03 февраля 2009 г. Приобретено указанное имущество в браке со ФИО1 Таким образом, объекты находились в общей совместной собственности.

В состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 ГК РФ, статья 36 СК РФ), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 ГК РФ, статьи 33, 34 СК РФ).

Поскольку указанное выше имущество являлось совместно нажитым имуществом супругов ФИО1,ФИО4, после смерти ФИО1 открылось наследство в виде 1/2 доли в праве собственности на вышеуказанное недвижимое имущество.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО4 является наследником по закону первой очереди после смерти ФИО1 к нотариусу с заявлением о вступлении в права наследства после смерти не обращалась. После смерти супруга ФИО4 распорядилась принадлежащим имуществом, продала объекты недвижимости.

При таких обстоятельствах, согласно положений приведенных выше норм права регулирующих спорные правоотношения, суд считает необходимым признать ФИО4 фактически принявшей наследство, открывшегося после смерти ФИО1 в виде 1/2 доли в праве собственности на вышеуказанное жилое помещение и земельный участок.

Доказательств приобретения указанного имущества на ее личные средства, принадлежавшие ей до вступления в брак, а также получения ею данного имущества в дар либо в порядке наследования, ФИО4. не представлено.

Таким образом, исходя из положений п. 1 ст. 1175 ГК РФ, у ФИО4 как наследника, принявшей наследство, возникла обязанность отвечать по долгам наследодателя ФИО1 в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества.

Как следует из выписок из ЕГРН от 15 марта 2023 г. кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером № по состоянию на 19 июля 2013 г. составляет 721 083,87 руб.; кадастровая стоимость жилого помещения отсутствуют. Из договора купли-продажи от 23.09.2013 следует, что указанное имущество было продано ФИО4 за 750 000 руб., т.е. ? доли имущества составит 375 000 руб.

Из пояснений ответчика ФИО4. дети ФИО1. – ФИО2 ФИО3. в наследство не вступали, доказательств обратного материалы дела не содержат, стороной истца не представлено.

Учитывая изложенное, ФИО2, ФИО3 не являются надлежащими ответчиками по данному делу.

Ответчики ФИО4., а также ФИО2 ФИО3 заявили о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящими требованиями и применении последствий пропуска данного срока.

Так, в соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2).

В данном случае обязательство имеет срок исполнения, дата начала течения срока исковой давности зависит от установленного срока погашения кредиторской задолженности ежемесячных платежей, поэтому течение срока исковой давности начинается по окончании срока погашения задолженности в соответствии с п. 2 ст. 200 ГК РФ.

При этом, заключение между первоначальным кредитором ОАО «АТБ» и ООО «ТРАСТ» договора уступки прав требования от 05 февраля 2018 года, соответственно, не влияет на течение срока исковой давности по требованиям к ответчикам, поскольку согласно ст. 201 Гражданского кодекса Российской Федерации, перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Банком было передано право требования долга 05.02.2018 г.

Судом установлено, что первоначальному кредитору ОАО «АТБ» было известно о смерти ФИО1 в августе 2013 г., так как наследственное дело было открыто на основании претензии кредитора ОАО «Азиатско-Тихоокеанский банк» от 13 августа 2013 г. 18 марта 2014 г. нотариусом ОАО «АТБ» был дан ответ, что наследники для оформления наследственных прав не обращались (л.д. 78-80).

Таким образом, с 2014 г. банку было достоверно известно о наличии задолженности у ответчика, периоде задолженности, а также о наличии права на предъявление иска в суд о ее взыскании.

Пунктом 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 предусмотрено, что по смыслу статьи 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 ГПК РФ с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа.

В случае прекращения производства по делу по указанным выше основаниям, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ООО «ТРАСТ» первоначально обратилось к мировому судье о выдаче судебного приказа о взыскании со ФИО1 задолженности по кредитному договору 13 ноября 2018 г., т.е. уже с пропуском срока исковой давности. С исковым заявлением ООО «ТРАСТ» обратилось 31 января 2023 г.

Таким образом, ООО «ТРАСТ» пропущен срок исковой давности на обращение в суд с исковым заявлением о взыскании задолженности по кредитному договору.

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 22.06.2021) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах в удовлетворении искового заявления ООО «ТРАСТ» к ФИО4., ФИО2., ФИО3. отказать.

При подаче в суд настоящего искового заявления о взыскании задолженности по кредитному договору истцом ООО «ТРАСТ» требований о восстановлении пропущенного срока исковой давности заявлено не было, доказательств уважительности пропуска срока исковой давности не представлено.

При подаче иска истцом была уплачена госпошлина в сумме 5 940 руб. Истец просит взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины с ответчика.

Правовые основания для взыскания с ответчиков в пользу истца судебных расходов по оплате государственной пошлины, на основании ст. 98 ГПК РФ, отсутствуют, поскольку в удовлетворении требований отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» к обществу с ограниченной ответственностью «СК КАРДИФ» о признании смерти ФИО1 страховым случаем, взыскании страховой выплаты в счет задолженности по кредитному договору, к наследственному имуществу ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору, судебных расходов, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Магдагачинский районный суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.В. Качалова

Мотивированное решение

изготовлено 19.04.2023