Решение по делу № 2-964/2025 от 31.10.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и компенсации морального вреда.

Дело № 2-964/2025

66RS0022-01-2025-000692-07

Мотивированное решение изготовлено 31.10.2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Березовский

Свердловской области 20.10.2025 года

Березовский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Вахрамеевой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Семеновой Е.И.,

с участием представителя истца, представителя ответчика ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4, ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Хлеб и вино» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО1, о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование требований ссылается, что 23.08.2024 года в 14:30 по адресу: Свердловская область г.Березовский, автодорога ЕКАД 18 км, между транспортными средствами «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, автомобилем «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, под управлением владельца ФИО3, «Шакман», государственный регистрационный знак №, под управлением владельца ФИО5 произошло дорожно-транспортное происшествие. ДТП происшествие произошло по вине водителя ФИО4, нарушившего нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно, водитель ФИО4, управляя транспортным средством «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, не соблюдал необходимую дистанцию до впереди идущего в попутном направлении транспортного средства, в результате чего допустил столкновение «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, которое по инерции откинуло на впереди идущее транспортное средство «Шакман», государственный регистрационный знак, №. В результате ДТП транспортное средство истца получило механические повреждения, кроме того ФИО6 причинены телесные повреждения средней тяжести. Согласно заключению ИП ФИО7 № Л от дата наступила конструктивная гибель транспортного средства «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, стоимость транспортного средства – 2672900,00 рублей, стоимость годных остатков 416300,00 рублей. Страховая организация ПАО «Группа Ренессанс Страхование» произвело выплату страхового возмещения в пределах лимита страхования по договору ОСАГО в размере 400000,00 рублей. С учетом изложенного, с учетом уточнений, истец, просит взыскать с ответчиков в равных долях убытки в размере 1 856 600,00 рублей, убытки по оплате услуг эвакуатора в размере 4 500,00 рублей, проценты начисленные в соответствии со статьей 395 Гражданского Кодекса Российской Федерации с даты вынесения решения судом до дня фактической выплаты с суммы взысканных судом убытков, судебные расходы по проведению независимой экспертизы в размере 21 000,00 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 50000,00 рублей, моральный вред в размере 500 000,00 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 33 611,00 рублей.

Протокольным определением Березовского городского суда Свердловской области от 23.05.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены ООО СК «Согласие», ФИО5, ФИО8 (том 1 л.д.141).

Определением Березовского городского суда Свердловской области от 26.06.2025 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Русский Хлеб» (том 1 л.д.161-162).

Протокольным определением Березовского городского суда Свердловской области от 05.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено ООО «Хлеб и Вино» (том 1 л.д.181).

Истец в судебное заседание не явилась, о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, воспользовалась правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца ФИО9, в судебном заседании исковые требования, с учетом уточнений, поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание ответчик не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, воспользовался правом ведения дела через представителя.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований к ФИО1, поддержала письменные возражения (том 1 л.д.117-119). Поясила, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по делу, т.к. на момент ДТП, ФИО1 не является собственником данного автомобиля. Указанный автомобиль был продан ФИО4, что подтверждается договором купли - продажи транспортного средств. Передача автомобиля продавцом покупателю состоялась в день заключения договора купли-продажи, что подтверждается актом приема-передачи ТС от дата. Автомобиль «Белава», государственный регистрационный знак № на момент ДТП стоял на учете в органах ГИБДД за прежним собственником ФИО1, в связи с чем ФИО1 обратился в органы ГИБДД с заявлением о прекращении регистрации автомобиля. Государственный учет был прекращен, что подтверждается выпиской из государственного реестра транспортных средств. Кроме того, ФИО4, никогда не являлся работником ФИО1, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя.

Представитель ООО «Хлеб и Вино» ФИО2 в письменных возражениях на исковое заявление (том 1 л.д.213) указала, что ФИО1 является директором общества. Трудовой договоров либо иных договором между обществом и ФИО10, ФИО11, ФИО12 не заключалось.

В судебное заседание ответчик ФИО4 не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом и в срок, причины неявки суду не известны. В отзыве на исковое заявление указал (том 1 л.д.165), что возражает относительно заявленных исковых требований. Указал, что весной 2024 года он приступил к исполнению трудовых обязанностей в качестве водителя машины «Белава», государственный регистрационный знак, №. Пояснить, кто принимал его на работу точно пояснить не может, возможно работодателем является ИП ФИО1 или ООО «Русский Хлеб», т.к. при приеме на работу и в последующем с ним по работе контактировал ФИО1, ФИО10, ФИО12, ФИО11, которые являются работниками ООО «Русский Хлеб». Устраиваться на работу он приходил в здании по адресу Свердловская область, г. Березовский, Северная промзона строение 7. Сразу его официально не оформили, сказали, что необходимо пройти испытательный срок. В день ДТП он был на работе и осуществлял развоз товара. Через 4-5 дней после ДТП ему предложили уволиться или за свой счет починить машину. Тогда ФИО11 сказал, что необходимо подписать договор купли-продажи машины «Белава», государственный регистрационный знак №, которую в последующим снова продадут. Он расписался в договоре купли-продажи, т.к. чувствовал себя виноватым. В акте приема-передачи он не расписывался. Денежных средств в размере 1000000,00 рублей ФИО1 он не передавал. Вину в ДТП признает, но не признает исковые требования т.к на дату ДТП не являлся владельцем машины «Белава», в момент ДТП исполнял трудовые обязанности по развозу хлебобулочных изделий.

Представитель ООО «Русский хлеб» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом и в срок, причины неявки суду не известны. В отзыве на исковое заявление указал (том 1 л.д.194), что общество не осуществляет деятельность, работники отсутствуют. Между ООО «Русский Хлеб» и ФИО4 трудовой договор либо договор гражданско-правового характера не заключались. Работником общества ФИО4 не являлся, равно как и ФИО10, ФИО11, ФИО12

Третьи лица ПАО «Группа Ренессанс Страхование», ООО СК «Согласие», ФИО5, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили, с ходатайством об отложении судебного заседания в суд не обращались; возражений относительно заявления не представили, ходатайства о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявили, доказательств уважительности причин неявки в суд не представили, о наличии таких причин не сообщили.

Учитывая изложенное и применительно к содержанию части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Исследовав представленные письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, 23.08.2024 года в 14:30 по адресу: Свердловская область г.Березовский, автодорога ЕКАД 18 км, произошло дорожно-транспортное происшествие между транспортными средствами «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, автомобилем «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, под управлением владельца ФИО3, «Шакман», государственный регистрационный знак №, под управлением владельца ФИО5

Факт дорожно-транспортного происшествия и участия в нем выше указанных транспортных средств подтверждается материалами проверки по факту дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло при следующих обстоятельствах.

ФИО4, управляя транспортным средством марки «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, двигался 23.08.2024 по автодороге ЕКАД 18 км со в стороны г.Березовский Свердловской области со стороны г.Екатеринбурга, в нарушении п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, не выбрал необходимую дистанцию до двигающейся впереди автомашины «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, в результате чего допустил с ней столкновение, после чего, указанную автомашину по инерции откинуло на движущуюся впереди автомашину «Шакман SX33186T366 SX33», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, в результате дорожно-транспортного происшествия водителю ФИО3, причинен вред здоровью средней тяжести.

В соответствии с п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановление Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения.

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства, должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Постановлением Березовского городского суда Свердловской области от 05.02.2025 по делу об административном правонарушении ФИО4 привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Решением Свердловского областного суда от 02.04.2025 постановление Березовского городского суда Свердловской области от 05.02.2025 оставлено без изменения, жалоба ФИО4 – без удовлетворения.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

С учетом вышеуказанных доказательств, суд приходит к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение водителем ФИО4, управлявшим транспортным средством «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №», требований пунктом 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, не выбрал безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, не обеспечил постоянного контроля за движением транспортного средства, в результате чего допустил столкновение с транспортным средством «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, и транспортным средством «Шакман SX33186T366 SX33», государственный регистрационный знак №.

При таких обстоятельствах водитель ФИО4 является непосредственным причинителем вреда, его действия в сложившейся ситуации не соответствовали пунктам 9.10, 10.1 ПДД РФ. Нарушений ПДД РФ со стороны водителей ФИО3, ФИО5 не установлено.

Вина ответчиком ФИО4 при рассмотрении настоящего иска в дорожно-транспортном происшествии не оспаривалась, каких-либо доказательств, подтверждающих отсутствие вины в дорожно-транспортном происшествии или ставящих под сомнение вину ФИО4, суду представлено не было, в действиях иных участников дорожно-транспортного происшествия нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации не усматривается в связи, с чем суд находит установленным факт вины ответчика ФИО4 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии.

Таким образом, требование истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия от 23.08.2024 года суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Согласно пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на уважение родственных и семейных связей, и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постанволения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33).

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага.

Из разъяснений, данных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 следует, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», также следует учитывать, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33).

Согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса.

Согласно абзаца 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной *** , распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно разъяснениям пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание степень тяжести причиненного истцу ФИО3 вреда здоровью, продолжительность лечения, поведение ответчика, который, являясь владельцем источника повышенной опасности автомобиля «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, действия водителя которого являются причиной дорожно-транспортного происшествия, не предпринял мер к урегулированию спора мирным путем, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500000,00 рублей.

В результате указанного ДТП автомобили «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, «Шакман SX33186T366 SX33», государственный регистрационный знак №, получили механические повреждения, характер и локализация которых зафиксированы в первичных документах ГИБДД, не доверять которым у суда оснований не имеется. Указанные повреждения находятся в причинно-следственной связи с действиями водителя ФИО4, ставшими причиной ДТП.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу частей 18 и 19 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту Закона об ОСАГО) размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лице должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 21.09.2021 года, определяется в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 04.03.2021 года № 755-П.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Автогражданская ответственность ФИО4 на момент ДТП, застрахована по договору ОСАГО по страховому полису ХХХ № в ПАО «Группа Ренессанс Страхование».

ПАО «Группа Ренессанс Страхование» по результатам рассмотрения заявления ФИО3, установив конструктивную гибель транспортного средства «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, выплатило 400000,00 рублей в счет страхового возмещения в пределах лимита ответственности по договору ОСАГО (том 1 л.д.54-109).

В связи с чем, договоры страхования считаются исполненными страховщиками после осуществления страховой выплаты.

В Постановлении от 10.03.2017 года № 6-П Конституционный Суд Российской Федерации признал взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку введение Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» правила, в соответствии с которым страховщик при наступлении страхового случая обязуется возместить потерпевшему причиненный вред не в полном объеме, а лишь в пределах указанной в его статье 7 страховой суммы (в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, - 500 тысяч рублей, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, - 400 тысяч рублей) и с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, направлено на обеспечение баланса экономических интересов всех участвующих в страховом правоотношении лиц, на доступность цены договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а также на предотвращение противоправных внеюрисдикционных механизмов разрешения споров по возмещению вреда и не может рассматриваться как не отвечающее вытекающим из статей 17 (часть 3), 35 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации требованиям.

В связи с этим, положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями; соответственно, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

Поскольку названный Федеральный закон, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах из причинения вреда, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.

Из пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Таким образом, с причинителя вреда в порядке статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть взыскана только разница между рыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля и суммой страхового возмещения, которая подлежала выплате истцу по правилам ОСАГО.

Согласно заключению Специалиста ИП ФИО7 №101-Л от 01.04.2025 стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, составляет 3699100,00 рублей, что превышает рыночную стоимость транспортного средства в размере 2672900,00 рублей, в связи с чем установлена конструктивная гибель автомобиля и рассчитана стоимость его годных остатков, которая составила 416300,00 рублей.

Сторонами выводы, содержащиеся в заключении специалиста № 101-Л от 01.04.2025 года расчеты стоимости восстановительного ремонта транспортного средства не опровергнуты, возражений не заявлено, ходатайств о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства не заявлялось.

Оценивая доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд при определении стоимости восстановительного ремонта принимает в качестве доказательства по гражданскому делу, расчет, содержащийся в отчете в заключении специалиста № 101-Л от 01.04.2025 года, поскольку произведенные расчеты в части выявленных повреждений, транспортного средства «Киа Соренто» и стоимости ремонтных воздействий по восстановительному ремонту автомобиля, с учетом запчастей и деталей, на дату дорожно-транспортного происшествия, сторонами в установленном порядке не опровергнуты. Достаточных доказательств явного несоответствия, указанных в документах, составленных сотрудником Госавтоинспекции и зафиксированных экспертом ИП ФИО7 в заключении специалиста № 101-Л от 01.04.2025 года, на основании которого произведена калькуляции расходов, суду и в материалы дела не представлено. Суд принимает заключении специалиста № 101-Л от 01.04.2025 года в качестве надлежащего доказательства, не усматривая оснований для назначения по делу судебной экспертизы, ходатайств о проведении которой не заявлялось.

Оценив представленные экспертные заключения в совокупности со всеми доказательствами в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным принять их в качестве доказательства размера ущерба.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, размер разницы между рыночной стоимостью транспортного средства «Киа Соренто», государственный регистрационный знак №, в размере 2672900,00 рублей, суммой страхового возмещения - 400 000,00 рублей, суммой стоимости годных остатков – 416300,00 рублей, составляет 1856600,00 рублей.

На основании изложенного, принимая во внимание положения статей 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании денежных средств в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 1856600,00 рублей.

Разрешая вопрос о том, кто являлся законным владельцем автомобиля «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак № в момент ДТП 23.08.2025, суд приходит к следующему.

На основании представленных ОМВД России «Березовский» сведений (том 1 л.д.229-233), автомобиль «Белава 1220S0», государственный регистрационный знак №, ФИО1 был отчужден ФИО4 на основании договора купли-продажи от 01.07.2024, акта приема-передачи транспортного средства от 01.07.2024.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО), в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

В целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, на владельцев этих транспортных средств, каковыми признаются их собственники, а также лиц, владеющих транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления и тому подобное), Законом об ОСАГО возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (часть 1 статьи 4).

При этом на территории Российской Федерации запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, в отношении указанных транспортных средств не проводится государственная регистрация (пункт 3 статьи 32 Закона об ОСАГО), а лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения запрещается эксплуатация транспортных средств, владельцы которых не застраховали свою гражданскую ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств.

В ходе рассмотрения дела установлено, что транспортное средство «Белава», государственный регистрационный знак <***>, в момент дорожно-транспортного происшествия 23.08.2024 года находилось под управлением ФИО4, владельцем автомобиля, согласно копии карточки учета транспортного средства, являлся ФИО1 Вместе с тем, ответчиком ФИО1 в подтверждении перехода права собственности на поименованный автомобиль, в материалы дела представлена копия договора купли-продажи, акт приема-передачи транспортного средства «Белава», государственный регистрационный знак №, от 01.07.2024 года, ФИО4

Таким образом, как следует из позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.04.2022 года № 78-КГ22-8-К3, 2-923/2020 в соответствии с пунктом 2 статьи 218, статьи 233, статьи 130, пункта 1 статьи 131, пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, то есть являются движимым имуществом, в связи с чем при их отчуждении действует общее правило о возникновении права собственности у приобретателя с момента передачи ему этого транспортного средства.

ФИО4 автомобиль не был поставлен на регистрационный учет в органах ГИБДД после совершения сделки купли-продажи, ФИО1 автомобиль был снят с регистрационного учета только 12.08.2025 (том 1 л.д.230).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ФИО1 на момент ДТП не являлся владельцем источника повышенной опасности, следовательно является ненадлежащим ответчиком по делу.

Вместе с тем, вопреки доводам истца, совершение либо несовершение действий по снятию и постановке на учет транспортного средства в причинной связи с наступившим вредом не состоит.

Учитывая изложенное, ФИО4, как лицо виновное дорожно-транспортном происшествии, должен нести ответственность за вред, причиненный в результате использования источника повышенной опасности, а не ФИО1, который в данном конкретном случае причинителем вреда не является, следовательно законные основания для возложения ответственности за причинение вреда на ответчика ФИО1 у суда отсутствуют, в связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по требованию о возмещении материального ущерба.

Доводы ФИО4 об исполнении им трудовых обязанностей с ООО «Русский Хлеб» по развозу хлебобулочных изделий подлежат отклонению.

ООО «Русский Хлеб» не осуществляет никакой деятельности, работники в организации отсутствуют, объектов налогооблажения нет, подтверждает информацией из государственного информационного ресурса, выпиской из ЕГРЮЛ.

С учетом указанного, законные основания для возложения ответственности за причинение вреда на ответчика ООО «Русский Хлеб» у суда отсутствуют, в связи с чем суд приходит к выводу, что ООО «Русский Хлеб» является ненадлежащим ответчиком по требованию о возмещении материального ущерба.

В соответствии с положениями главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков представляет собой форму ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязательства.

Учитывая изложенное, исходя из норм статьей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 года № 6-П, с учетом установленной в судебном заседании степени вины участников дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО6 суммы материального ущерба в размере 1 856 600,00 рублей.

Бремя доказывания было распределено между сторонами судом в определении о подготовке дела к судебному разбирательству, при этом, на ответчика была возложена обязанность по представлению доказательств, в опровержение заявленного истцом размера ущерба ответчиком. Таковых доказательств суду со стороны ответчика представлено не было, при этом, в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такая обязанность возлагается на ответчика.

Истцами заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму убытков с даты вступления решения суда в законную силу по дату фактического исполнения обязательств.

Глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующая обязательства вследствие причинения вреда, не содержит положений о том, что на сумму ущерба вследствие причинения вреда подлежат начислению проценты.

Пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации).

Поскольку статься 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает последствия неисполнения или просрочки исполнения именно денежного обязательства, положения указанной нормы не применяются к отношениям сторон, не связанным с использованием денег в качестве средства платежа (средства погашения денежного долга). Например, не относятся к денежным обязанности по сдаче наличных денег в банк по договору на кассовое обслуживание, по перевозке денежных знаков и т.д.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункта 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7, обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием возникновения гражданских прав и обязанностей является решение суда.

Согласно части 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации решения суда вступают в законную силу по истечении срока на апелляционное обжалование, если они не были обжалованы. В случае подачи апелляционной жалобы решение суда вступает в законную силу после рассмотрения судом этой жалобы, если обжалуемое решение суда не отменено. Если определением суда апелляционной инстанции отменено или изменено решение суда первой инстанции и принято новое решение, оно вступает в законную силу немедленно.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами могут взыскиваться с момента вступления решения суда в законную силу, так как именно с этого момента должнику становится известно о том, что он должен возместить вышеназванную сумму ущерба; сумма долга становится окончательно определенной.

Таким образом, исковые требования в данной части подлежат удовлетворению, с ответчика ФИО4 в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты долга исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с даты вступления решения суда в законную силу по день фактической уплаты суммы основного долга.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Кроме того, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей (абзац пятый статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Из материалов дела следует, что на основании договоров об оказании юридических услуг № 0066-2025 от 31.03.2025 интересы истца ФИО3 представлял ИП ФИО13, предметом договора является взыскание причиненного ущерба в результате ДТП 23.08.2024. В рамках данного договора ФИО3 оказаны услуги по консультации, составлению и предъявлению претензии, составлению необходимых процессуальных документов, в том числе искового заявления, подача иска в суд, представление интересов в суде первой инстанции.

Расходы истца ФИО3 подтверждаются квитанцией от 31.03.2025 о внесении по договору оказанию юридических услуг денежных средств в размере 50000,00 рублей.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Проанализировав представленные заявителями документы, суд приходит к выводу о доказанности факта оказания юридических услуг, а равно их несения истцами при этом принятые на себя обязательства представителями выполнены в полном объеме.

Учитывая объем оказанной юридической помощи применительно к характеру спора, принимая во внимание требования разумности и справедливости, обстоятельства и сложность дела, стоимость оказанных услуг, оговоренных сторонами договорами, что подтверждается платежными документами, количество затраченного времени, объем подготовленных представителями документов, виды оказанных услуг, а равно отсутствие возражений ответчика, суд приходит к выводу, что заявленные расходы подлежат взысканию с ответчика в размере 50000,00 рублей в пользу истца.

Кроме того, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей (абзац пятый статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом ФИО3 понесены расходы по составлению заключения специалиста в размере 21000,00 рублей, что подтверждается квитанцией серии от 01.04.2025 (том 1 л.д.36).

Суд признает данные расходы судебными, поскольку истец, не обладая специальными познаниями, обосновал свои требования на допустимом доказательстве, без него у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд, в связи с чем суд приходит к выводу об их возмещении ответчиком.

Также истцами при подаче исковых заявлений ФИО3 оплачена государственная пошлина в размере 33611,00 рублей.

Применительно к части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требования истца удовлетворены на 100 %, в связи с этим с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате: услуг специалиста – 21000,00 рублей, государственной пошлины в размере 33611,00 рублей.

Кроме того, в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 23.08.2024, истцом понесены убытки по оплате услуг автоэвакуатора в размере 4500,00 рублей (л.д.37). Выше указанные расходы подтверждены документально, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика.

Указанное восстановит баланс интересов между сторонами рассмотренного спора, а также согласуется с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным исковым требованиям. Иных исковых требований в рамках настоящего гражданского дела сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и компенсации морального вреда - удовлетворить.

Взыскать с ФИО4, паспорт №, ИНН №, в пользу ФИО3, паспорт №, ИНН №,

- ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 1856600,00 рублей (один миллион восемьсот пятьдесят шесть тысяч шестьсот рублей 00 копеек),

- убытки по оплате стоимости эвакуатора в размере 4 500,00 рублей (четыре тысячи пятьсот рублей 00 копеек),

- судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 33 611,00 рублей (тридцать три тысячи шестьсот одиннадцать рублей 00 копеек),

- расходы по оплате заключения специалиста в размере 21 000,00 рублей (двадцать одна тысяча рублей 00 копеек),

- расходы по оплате юридических услуг в размере 50 000,00 рублей (пятьдесят тысяч рублей 00 копеек),

- компенсацию морального вреда в размере 500 000,00 рублей (пятьсот тысяч рублей 00 копеек).

- проценты за пользование чужими денежными средствами по день фактической уплаты долга исходя из ключевой ставки Центрального банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с даты вынесения решения суда по день фактической уплаты суммы основного долга.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Березовский городской суд Свердловской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья подпись Вахрамеева Ю.А.