Решение по делу № 2-1425/2024 от 15.10.2025 - о возмещении вреда, причиненного здоровью, денежной компенсации морального вреда с наследников причинителя вреда.

47RS0008-01-2024-001983-51

РЕШЕНИЕ

по делу № 2-233/2025

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1 октября 2025 года г. Кириши

Киришский городской федеральный суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Е.А.,

при секретаре Шимановой И.А.,

с участием прокурора Самариной П.Л.,

истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО2 о возмещении вреда, причиненного здоровью, денежной компенсации морального вреда с наследников причинителя вреда

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, уточнённым в порядке ст.39 ГПК РФ, к ФИО2, ФИО2 о возмещении вреда, причиненного здоровью, денежной компенсации морального вреда с наследников причинителя вреда, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ около 01 часа 00 минут у <адрес> на ФИО1 было совершено покушение на убийство. В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 01 часа 12 минут по 04 часа 18 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, находясь возле участка № в <адрес>, из личных неприязненных отношений к ФИО1 имея умысел, направленный на убийство ФИО1, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО1 и желая их наступления, имея при себе топор и используя этот предмет в качестве оружия, умышленно нанёс последнему не менее 6 ударов в область головы, в результате которых потерпевшему была причинена физическая боль и телесные повреждения в виде <данные изъяты>. Образование множественных рубленных ран сопровождалось наружным кровотечением и было сопряжено с возникновением у ФИО1 угрожающего жизни состояния – шока тяжёлой степени, которые являются опасными для жизни и здоровья и по этому признаку квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью человека. Однако, довести до конца свой преступный умысел, направленный на причинение смерти ФИО1, ФИО3 не смог по независящим от него обстоятельствам, в связи с тем, что противоправные действия последнего были пресечены третьими лицами, и в последствии потерпевшему была оказана квалифицированная медицинская помощь. То есть, ФИО3 совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скончался от <данные изъяты>, осложнившейся развитием комплекса закономерно возникших, имевших временную преемственность и взаимно утяжелявших друг друга осложнений – <данные изъяты>, в силу этого привлечь последнего к уголовной ответственности не представляется возможным. Травмы ФИО3 были причинены при необходимой обороне и третьими лицами, выступившими на помощь потерпевшему. В процессе совершения преступления одежда и обувь истца были повреждены и испачканы грязью и кровью, в результате чего пришли в негодность. Данные предметы одежды и обуви оцениваются истцом в совокупности в 15 000 рублей. Истец находился в Киришской клинической межрайонной городской больнице с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на больничном листе, а затем, в период по ДД.ММ.ГГГГ, вплоть до снятия швов в Клинике «Медицинский центр энергия здоровья». Истец фактически не мог работать по специальности из-за зарастающих шрамов на <данные изъяты> Таким образом, размер утраченного заработка составляет 259 272 рубля. В результате действий ФИО3 у истца на <данные изъяты> остались неизгладимые шрамы, <данные изъяты>, которые нуждаются в лечении. Затраты на снятие швов составили 1 000 рублей. Согласно плану лечения по удалению шрамов на <данные изъяты> из профильной клиники «Скандинавия», предварительная плановая стоимость данного лечения, при отсутствии осложнений, составляет 185 471 рубль, первичный приём 3 500 рублей. Таким образом, преступными действиями ФИО3 истцу в совокупности причинён материальный ущерб на сумму не менее 464 243 рублей. В результате преступных действий ФИО3 истцу были причинены физические и нравственные страдания, а именно: острая физическая боль при нанесении ран, страх смерти, шок тяжелой степени; в ходе лечения <данные изъяты>, головные боли, необходимость спать на одном боку, боли и неудобства при стрижке и мытье головы, а также страх, <данные изъяты>; бессонница, ночные кошмары, повышенная раздражительность, не возможность на чём-либо сосредоточиться, ухудшение памяти и скорости мыслительных процессов (заторможенность); в настоящее время наличие неизгладимых шрамов значительно понижает качество жизни истца и самооценку. Причинённый ФИО1 ФИО3 моральный вред, с учётом покушения на его жизнь, истец оценивает в 700 000 рублей. У ФИО3 имелось в собственности имущество (земельный участок и жилой дом), за счёт реализации которого имеется возможность удовлетворения данного иска. Просит взыскать солидарно с наследников ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ – ФИО2, ФИО2 в пользу ФИО1 вред, причинённый имуществу, в размере 15 000 рублей, утраченный заработок в размере 259 272 рубля, затраты на медицинские услуги в размере 4 500 рублей, затраты на предстоящее лечение в размере 185 471 рубль, денежную компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей (л.д.1-6, 180-184 т.1, 25-27 т.2).

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объёме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал, указывая на то, что рассмотрение заявленных ФИО1 требований является преждевременным, поскольку по факту обнаружения трупа ФИО3 с признаками насильственной смерти подлежит установлению наличие вины ФИО1 в убийстве и правильной квалификации содеянного. Кроме того, требования истца о возмещении утраченного заработка не подлежат удовлетворению ещё и по тем основаниям, что ответчиком не представлено доказательств того, что он действительно утратил указанный им заработок, поскольку, являясь адвокатом, истец не имеет постоянного заработка. Вознаграждение адвоката не является заработком в привычном понимании и носит нерегулярный негарантированный характер. Относительно требований о взыскании затрат на медицинские услуги и затрат на предстоящее лечение также возражал, указывая на то, что застрахованные граждане вправе обратиться за бесплатной медицинской помощью в рамках обязательного медицинского страхования. По его мнению, истцом не представлено доказательств того, что он был лишён возможности получить медицинскую помощь бесплатно, либо был лишён возможности получить эти медицинские услуги качественно и своевременно. Кроме того, фактические расходы на проведение предстоящей операции истец ещё не понёс, т.к. не прибегал к подобному лечению, в то же время, представленная в материалы дела справка не может являться доказательством того, что его расходы на лечение будут составлять именно такую сумму, а не больше или меньше.

Ответчик ФИО2 извещался о времени и месте слушания дела (л.д.114 т.2), в судебное заседание не явился, против удовлетворения заявленных требований возражал, ранее просил о рассмотрении дела без своего участия (л.д.214 т.1).

Третье лицо нотариус ФИО4 извещалась о времени и месте слушания дела (л.д.150 т.2), в судебное заседание не явилась, возражений не представила, ходатайств об отложении слушания дела не заявила, ранее просила принять решение на усмотрение суда и рассмотреть дело в её отсутствие (л.д.161 т.1).

При установленных обстоятельствах, в силу ст.ст.113, 117, 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, мнение прокурора, полагавшего требования истца в части взыскания утраченного заработка и затрат на медицинские услуги подлежащими удовлетворению в полном объёме; в части возмещения вреда, причинённого имуществу, подлежащими удовлетворению частично, с учётом износа одежды и обуви; в части возмещения денежной компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению частично в связи с завышенным размером; в части взыскания затрат на предстоящее лечение – не подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы настоящего дела, материалы дела № от ДД.ММ.ГГГГ по факту покушения ФИО3 на убийство ФИО1, медицинские документы ФИО1, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого гражданина на охрану здоровья.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется защита его прав и свобод.

Согласно ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает им доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения, относит жизнь и здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из указанных правовых норм, основаниями для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения причинённого вреда, является совокупность следующих юридически значимых обстоятельств: наличие ущерба, вина причинителя вреда, противоправность действий, причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и причинённым ущербом. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовых оснований для возмещения ущерба не имеется.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из этого следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями (бездействием) и нанесенным ущербом). На причинителе вреда лежит обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделённые равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 45-П, если преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага и такого рода преступными действиями потерпевшему причинен моральный вред - физические или нравственные страдания, то в рамках реализации потерпевшим от преступления права на компенсацию причиненного ущерба возможно возникновение гражданско-правового деликтного обязательства, в силу которого подлежит компенсации моральный вред, при условии, что физические или нравственные страдания реально были причинены лицу преступным посягательством на принадлежащие ему личные неимущественные права или нематериальные блага, среди важнейших из которых - достоинство личности. Это деликтное обязательство, в содержание которого входят субъективное право потерпевшего на компенсацию морального вреда и корреспондирующая данному праву обязанность, возникает в силу самого факта причинения вреда преступлением.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 названного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 29.05.2025 N 24-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 151 и статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО5 и ФИО6" указано, что если решение о прекращении уголовного дела принято следователем, то, по смыслу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 января 2025 года N 1-П, оно - как итоговое, завершающее производство по уголовному делу - не должно исключаться из числа актов, констатирующих событие преступления, совершение его (причастность к нему) конкретным лицом, и в силу этого также не может быть проигнорировано судом, рассматривающим в порядке гражданского судопроизводства иск потерпевшего о возмещении причиненного преступлением вреда. При этом постановление следователя о прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого имеет доказательственную силу при разрешении судом вопроса о возмещении причиненного преступлением вреда, в том числе морального, а содержащиеся в нем факты, имеющие юридическое значение для решения данного вопроса (притом что такого рода факты, наряду с иными обстоятельствами, могут быть установлены по результатам предварительного следствия, которые в силу пункта 5 части второй статьи 213 УПК Российской Федерации подлежат отражению в указанном постановлении), впредь до их опровержения в процедурах уголовного судопроизводства должны приниматься судом при рассмотрении предъявленного потерпевшим иска.

Материалом проверки № от ДД.ММ.ГГГГ по факту покушения ФИО3 на убийство ФИО1 установлено, что в период времени с 01 часа 12 минут по 04 часа 18 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, находясь возле участка № в <адрес>, из личных неприязненных отношений к ФИО1, имея умысел, направленный на убийство ФИО1, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти ФИО1 и желая их наступления, имея при себе топор и используя этот предмет в качестве оружия, умышленно нанёс последнему в область <данные изъяты> не менее 6 ударов, в результате которых потерпевшему была причинена физическая боль и телесные повреждения в виде множественных рубленных ран <данные изъяты>, образование множественных рубленных ран сопровождалось наружным кровотечением и было сопряжено с возникновением у ФИО1 угрожающего жизни состояния – шока тяжёлой степени, которые являются опасными для жизни и здоровья и по этому признаку квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью человека.

Однако, довести до конца свой преступный умысел, направленный на причинение смерти ФИО1, ФИО3 не смог по независящим от него обстоятельствам, в связи с тем, что противоправные действия последнего были пресечены третьими лицами, и в последствии потерпевшему была оказана квалифицированная медицинская помощь.

То есть, ФИО3 совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Однако, поскольку ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 18 минут на грунте в одном метре от участка № в <адрес>, ФИО3 скончался, привлечь последнего к уголовной ответственности не представилось возможным, в связи с чем на основании постановления № от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, по основанию, предусмотренному п.4 ч.1 ст24 УПК РФ, отказано (л.д.65-71 материала проверки № от ДД.ММ.ГГГГ по факту покушения ФИО3 на убийство ФИО1).

Факт причинения вреда здоровью ФИО1 подтверждается сведениями из медицинской карты №, согласно которым ФИО1 был госпитализирован в стационарное отделение ГБУЗ ЛО «Киришская клиническая межрайонная больница» ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению эксперта № у ФИО1 имели место следующие телесные повреждения: <данные изъяты>. На то, что указанные повреждения являются рубленными, указывают их локализация, взаимное расположение, ровные края образовавшихся при заживлении ран рубцов, форма повреждений, преобладание длины ран над шириной, наличие повреждений подлежащих костных структур. Эти рубленные раны могли быть причинены предметом (предметами) с рубящими свойствами, т.е. тяжёлым и острым предметом, например, топором. Установленная совокупность повреждений образовалась в результате не менее шести травмирующих воздействий, на что указывает количество кожных ран.

Образование множественных рубленных ран сопровождалось наружным кровотечением и было сопряжено с возникновением у пострадавшего ФИО1 угрожающего жизни состояния – шока тяжелой степени. Это подтверждается сведениями из медицинской документации на имя ФИО1 Вышеперечисленные множественные повреждения взаимно отягощали друг друга, привели к возникновению общих осложнений. Полученные ФИО1 телесные повреждения, сопровождавшиеся угрожающим жизни состоянием (шоком тяжелой степени) по признаку опасности для жизни, подлежат оценке как причинившие тяжкий вред здоровью человека.

Данные повреждения причинены незадолго до обращения за медицинской помощью, что подтверждается острым периодом травмы, характерной клинической картиной.

Рубленная рана левой кисти, учитывая её локализацию и механизм образования, согласно данным судебно-медицинской литературы, может расцениваться как повреждение, указывающее на возможную борьбу, самооборону.

Рубленная рана <данные изъяты> зажила с образованием рубца, который следует отнести к неизгладимому в связи с невозможностью значительного исчезновения его выраженности с течением времени или под влиянием нехирургических средств. Таким образом, последствием действия на <данные изъяты> пострадавшего является неизгладимость (л.д.40-45 материала проверки № от ДД.ММ.ГГГГ по факту покушения ФИО3 на убийство ФИО1).

Таким образом, исходя из всех указанных обстоятельств в их совокупности, суд полагает, что материалами дела подтверждён факт причинения действиями ФИО3 телесных повреждений истцу ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер, о чём ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти № Отделом записи актов гражданского состояния Администрации муниципального образования Киришский муниципальный район Ленинградской области и выдано свидетельство о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.77 об.).

В соответствии с ч.2 ст.218 ГК РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1112 данного Кодекса в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (часть первая); не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается данным Кодексом или другими законами (часть вторая); не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага (часть третья).

В силу ч. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители. В соответствии со ст. 1152 Гражданского кодекса РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Ст. 1153 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В соответствии со ст. 1175 Гражданского кодекса РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу, в целях сохранения которого к участию в деле привлекается исполнитель завещания или нотариус.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (ст. 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (п. 1 ст. 1175 ГК РФ).

Под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (ст. 418 ГК РФ).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу при наследовании имущество умершего лица переходит к другим лицам в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, то есть наследование относится к числу производных, основанных на правопреемстве, способов приобретения прав и обязанностей. В состав наследства входят не только принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, имущественные права, но и имущественные обязанности наследодателя, включая его долги в пределах стоимости наследственного имущества. При этом в состав наследства входят только те имущественные обязанности наследодателя, включая его долги, которые имели место, то есть существовали или возникли на момент открытия наследства – дату смерти наследодателя.

В пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

Буквальное толкование приведенных положений материального закона и разъяснений по его применению свидетельствует о том, что после смерти наследодателя неисполненные им обязательства перед кредитором подлежат исполнению его наследниками, принявшими наследство, и ограничиваются стоимостью этого наследства. В случае смерти должника и при наличии наследников и наследственного имущества взыскание с наследников по неисполненным обязательствам должника осуществляется в пределах стоимости наследственного имущества.

Обязательство, возникающее из причинения имущественного ущерба, не связано неразрывно с личностью должника, и кредитор может принять исполнение от любого лица. Поэтому такое обязательство смертью должника не прекращается. Наследник, принявший наследство, отвечает по долгам наследодателя и становится должником перед кредитором в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В соответствии с п 5.1. Постановления Конституционного Суда РФ от 29 мая 2025 года N 24-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 151 и статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан ФИО5 и ФИО6" прекращение производства по уголовному делу по нереабилитирующим основаниям, в том числе в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, не прекращает гражданско-правового деликтного обязательства возместить причиненный преступлением моральный вред. Это означает, что сохраняются материально-правовые (гражданско-правовые) предпосылки для предъявления требований потерпевших к наследникам умершего, к которым переходит его имущество в порядке универсального правопреемства (статья 1110 ГК Российской Федерации). Поскольку наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (пункт 1 статьи 1175 ГК Российской Федерации), они являются и лицами, несущими по закону имущественную ответственность за действия умершего подозреваемого или обвиняемого в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2024 года N 887-О). До принятия наследства требования потерпевших (кредиторов) могут быть предъявлены к наследственному имуществу (пункт 3 статьи 1175 ГК Российской Федерации). Из сказанного следует, что, принимая наследство, наследники берут на себя и обязательства наследодателя, в том числе по возмещению вреда, причиненного преступлением, совершение которого наследодателем установлено в процедурах уголовного судопроизводства, в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Возложение на наследника обязанности возместить (компенсировать) вред, причиненный потерпевшему преступлением наследодателя, направлено на реализацию конституционных гарантий прав лиц, пострадавших от преступных деяний, и тем самым призвано обеспечить им эффективную защиту достоинства личности. Компенсация же - в установленной судом сумме - причиненного потерпевшему морального вреда в связи со смертью близкого человека за счет наследственной массы причинителя вреда, переходящей к наследникам по безвозмездному основанию, согласуется с принципами справедливости и соразмерности.

Из п.5.2. названного Постановления следует, что действующее гражданское законодательство не содержит прямого запрета на переход в порядке наследования к наследникам, принявшим наследство, обязанности компенсировать потерпевшему моральный вред, причиненный совершенным наследодателем преступлением.

Справедливый баланс интересов потерпевших, которым причинен моральный вред, и интересов наследников причинителя вреда достигается с учетом обеспечения наследникам возможности заявлять ходатайства, представлять доказательства в подтверждение обстоятельств, влияющих на обязанность и размер компенсации морального вреда (степень вины причинителя вреда, его последующее поведение, имущественное положение и др.), а также заявлять любые возражения, которые мог бы заявить причинитель вреда относительно оснований возникновения и условий обязательства по компенсации морального вреда, если бы соответствующее требование потерпевших рассматривалось судом до смерти причинителя вреда. Доказывание таких обстоятельств может осуществляться, помимо прочего, с опорой на материалы уголовного дела, прекращенного в связи со смертью причинителя вреда, в которых зафиксированы прижизненные его показания, показания свидетелей и т.д.

Кроме того, для обеспечения баланса интересов потерпевших и наследников причинителя вреда, являющихся близкими родственниками лица, в отношении которого уголовное дело подлежит прекращению в связи с его смертью, пункт 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации дает таким наследникам возможность настаивать на продолжении расследования или рассмотрения уголовного дела в целях потенциальной реабилитации лица, в отношении которого уголовное дело могло бы быть прекращено по указанному нереабилитирующему основанию. Продолжение расследования или рассмотрения уголовного дела и полученные в результате этого дополнительные материалы также могут повлиять на процессуальные возможности наследников и потерпевших в том, что касается установления оснований и условий обязательства по компенсации морального вреда.

Сама по себе сложность доказывания соответствующих обстоятельств наследниками причинителя вреда не может служить поводом для лишения потерпевшего права на компенсацию морального вреда, притом что судом определяется ее разумный и справедливый размер. При этом не исключается право федерального законодателя совершенствовать действующее правовое регулирование. В частности, он не лишен возможности допустить - в целях защиты интересов наследников причинителя вреда - применение к таким обращенным к ним требованиям положений о сроках исковой давности. Таким образом, взаимосвязанные положения части первой статьи 151, частей первой и второй статьи 1112 ГК Российской Федерации не противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не препятствуют включению в состав наследства лица, совершившего преступление (подозреваемого или обвиняемого, уголовное преследование которого прекращено по нереабилитирующим основаниям), и возложению на его наследников обязанности компенсировать моральный вред потерпевшему от этого преступления в пределах стоимости наследственного имущества вне зависимости от наличия на момент смерти причинителя вреда вступившего в силу судебного акта, обязывающего его выплатить соответствующую компенсацию.

Из копии материалов наследственного дела №, представленного нотариусом Киришского нотариального округа Ленинградской области ФИО4 следует, что наследниками после смерти ФИО3 являются его дети – ФИО2 и ФИО2 (л.д.78 т.1).

Согласно наследственному делу № (л.д.77-94 т.1) наследство, состоит из жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровой стоимостью 341 378 рублей 33 копейки (л.д.82); земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью 1 770 000 рублей, согласно заключению специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.60-109 т.2).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, учитывает степень нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, характер причиненных ему физических и нравственных страданий, установленной вины ФИО3 в причинении ФИО1 повреждений, состоящих из множественных рубленных ран <данные изъяты>

В соответствии с ч.3 ст.1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Суд учитывает и тот факт, что вред истцу причинен не лично ответчиками по гражданскому делу, их имущественное положение, среднемесячный доход ФИО2 (л.д.119 т.2), среднемесячный доход члена семьи ФИО2 ФИО7 (л.д.122 т.2, л.д.117 т.2), наличие на его иждивении несовершеннолетнего ребенка (л.д.121 т.2); среднемесячный доход ФИО2 (л.д.137 т.2), доход члена семьи ФИО2 ФИО8 (л.д.139 т.2, л.д.125 т.2), наличие на иждивении троих несовершеннолетних детей (л.д.140, 141, 142 т.2).

Таким образом, с учётом всего вышеизложенного суд признаёт разумным и справедливым размер денежной компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Суд исходит из того, что определенная в названном размере компенсация морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причинённый моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесённые расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объём возмещаемого вреда, причинённого здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишён возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесённых им расходов.

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что объём и характер возмещения вреда, причинённого повреждением здоровья, определены положениями Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесённые им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несёт ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесённых им расходов, размер которых может быть установлен в гражданско-правовом договоре о возмездном оказании необходимых потерпевшему услуг по постороннему уходу, заключенном с иными гражданами.

Обсуждая требования истца о взыскании затрат на медицинские услуги в сумме 4 500 рублей, суд приходит к следующему.

Из первичного приёма хирурга следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ООО «Энергия здоровья», где ему были сняты все швы, наложенные в стационарном отделении ГБУЗ ЛО «Киришская клиническая межрайонная больница» (л.д.13, 97 т.1).

Согласно информации, поступившей по запросу суда от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 действительно обращался в ООО «Энергия здоровья» и согласно амбулаторной карте учреждения № от ДД.ММ.ГГГГ был на консультации у хирурга и на приёме выполнено снятие швов (л.д.96 т.1).

Согласно справке по операции ПАО «Сбербанк» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заплатил за снятие швов 1 000 рублей (л.д.14 т.1).

Кроме того, ФИО1 заключён договор возмездного оказания медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «АВА-ПЕТЕР», согласно которому исполнитель принимает на себя за счёт и за вознаграждение, уплачиваемое заказчиком, оказание медицинских услуг в виде осмотра специалиста, обследования с целью диагностики заболевания, определения плана лечения (л.д.15-18 т.1).

Так же ФИО1 приложен кассовый чек об оплате данной услуги в сумме 3 500 рублей (л.д.19 т.1).

Из установленных судом обстоятельств следует, что в связи с причинением ему действиями ФИО3 телесных повреждений, расцененных как тяжкий вред здоровью, ФИО1 действительно нуждался в указанных медицинских услугах.

При этом, если, как следует из медицинской карты стационарного больного, первичную медицинскую помощь истец получал в ГБУЗ ЛО «Киришская клиническая межрайонная больница», то снимал швы уже амбулаторно после выписки ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства в <адрес>.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Между тем ответчиками не представлены доказательства отсутствия несения истцом расходов на получение медицинской помощи, либо неразумности затрат истца на снятие швов, консультацию врача и медицинское обследование.

При изложенных обстоятельствах требования истца о взыскании затрат на медицинские услуги в сумме 4 500 рублей (1 000 рублей + 3 500 рублей) подлежат удовлетворению.

Обсуждая требования истца о возмещении утраченного заработка в сумме 259 272 рубля суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путём деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путём деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев.

Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчёта при невозможности их замены.

Из представленного в материалы дела ответа Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 является адвокатом в составе филиала «Левашовский» Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» с ДД.ММ.ГГГГ (принят решением президиума МКА «СПб», протокол №, пункт 1.1) (л.д.38 т.2).

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ ЛО «Киришская клиническая межрайонная больница» в травматологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11-12 т.1), а затем на амбулаторном лечении до ДД.ММ.ГГГГ вплоть до снятия швов (л.д.97 т.1), в связи с чем, суд с учётом положений ст. 67 ГПК РФ, находит требования истца о возмещении утраченного заработка законными, обоснованными.

Довод ФИО2 о том, что ФИО1, находясь на больничном листе, должен был получать пособие по временной нетрудоспособности, не нашёл своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку согласно ответа Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» № от ДД.ММ.ГГГГ, адвокаты не состоят с адвокатскими образованиями в трудовых отношениях, а адвокатские образования не являются для адвокатов работодателями (л.д.38 т.2).

Данный факт подтверждается также и ответом ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что на имя ФИО1 был сформирован медицинской организацией ГБУЗ ЛО «Киришская клиническая межрайонная больница» и размещён в информационной системе страховщика ЭЛН № на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Однако, по данным, содержащимся в информационной системе Фонда – ФГИС ЕИИС «Соцстрах», ФИО1 не был трудоустроен на дату наступления страхового случая по ЭЛН № (л.д.237 т.1).

Расчёт утраченного заработка в размере 259 272 рублей, представленный истцом является арифметически верным, что подтверждается справками о доходах и суммах налога физического лица за 2023-2024 года (л.д.41-43 т.2), а потому суд находит, что исковые требования ФИО1 в указанной части подлежат удовлетворению в полном объёме.

Обсуждая требования истца о возмещении вреда, причинённого имуществу, в сумме 15 000 рублей суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, обязательными условиями возложения гражданско-правовой ответственности на причинителя вреда являются – наличие самого вреда, противоправность поведения лица, причинившего вред, причинная связь между вредом и поведением причинителя вреда, вина последнего.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб).

Истцом заявлены требования о возмещении вреда, причинённого имуществу, а именно: куртка спортивная из смесового материала синего цвета 3XL, футболка серая «SAMO», брюки спортивные синие «Nike», трусы мужские «Cornette», пара туфлей кожаных чёрных «РС».

Из протокола осмотра предметов (документов), составленного старшим следователем следственного отдела по городу Кириши следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ленинградской области лейтенантом юстиции ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11-19 т.2), следует, что куртка спортивная из смесового материала синего цвета 3XL, футболка серая «SAMO», брюки спортивные синие «Nike», трусы мужские «Cornette», пара туфлей кожаных чёрных «РС», действительно изъяты в ходе предварительного следствия и приобщены к уголовному делу № в качестве вещественных доказательств (л.д.20-22 т.2).

Вред, причинённый имуществу, ФИО1 оценивает в 15 000 рублей, исходя из средних цен, что подтверждается скриншотами из интернет-магазинов (л.д.175-179 т.1).

Исходя из установленных в судебном заседании юридически значимых обстоятельств, того факта, что в результате действий ФИО3 одежда и обувь истца безусловно, потеряла товарный вид и не подлежит дальнейшей носке, само по себе повреждение предметов одежды и обуви ответчики не оспаривали, одновременно, с учётом оценки истцом поврежденных предметов одежды и обуви с применением цен, размещенных в сети Интернет (л.д.175-179), естественного износа предметов одежды и обуви, суд находит требования истца о взыскании с ответчиков в возмещение вреда, причинённого имуществу, подлежащими удовлетворению частично в сумме 10 000 рублей.

Истцом заявлено требование о взыскании затрат на предстоящее лечение в сумме 185 471 рубля.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Суммы в возмещение дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085) могут быть присуждены на будущее время в пределах сроков, определяемых на основе заключения медицинской экспертизы, а также при необходимости предварительной оплаты стоимости соответствующих услуг и имущества, в том числе приобретения путевки, оплаты проезда, оплаты специальных транспортных средств (п. 1 ст. 1092 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 2 статьи 1092 ГК Российской Федерации прямо закрепляет возможность присуждения сумм в возмещение дополнительных расходов на будущее время в пределах сроков, определяемых на основе заключения медицинской экспертизы, а также при необходимости предварительной оплаты стоимости соответствующих услуг и имущества и, таким образом, направлен на повышенную защиту прав потерпевшего. Потерпевший не лишен права взыскать с ответчика расходы на лечение и иные дополнительные расходы, связанные с восстановлением здоровья, при доказанности факта наличия таких расходов, отсутствия его права на бесплатное получение требуемого вида медицинской помощи либо невозможности получения этой помощи качественно и своевременно, а также наличия причинно-следственной связи между понесенными им расходами и вредом, причиненным его здоровью (Определение Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2020 г. N 373-О).

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", дополнительные расходы возмещаются в пределах сроков, определенных заключением медицинской экспертизы. Если при рассмотрении дела будет установлено, что потерпевший нуждается в соответствующих услугах и имуществе (санаторном лечении, протезировании и т.п.), но достаточных средств для их приобретения не имеет, суд может обязать причинителя вреда предварительно оплатить стоимость таких услуг и имущества.

Таким образом, для удовлетворения требований истца о взыскании будущих расходов на лечение необходимо установить, что он нуждается в будущем лечении в срок, установленный заключением эксперта, не может получить его бесплатно и у нее отсутствуют достаточные средства для оплаты такого лечения.

Однако, в судебном заседании ФИО1 подтвердил тот факт, что нуждаемость в будущем лечении установлена не заключением эксперта, а финансовым планом лечения от ДД.ММ.ГГГГ, выданным врачом ООО «АВА-ПЕТЕР», согласно которому истцу следует пройти следующее лечение: послеоперационное ведение в пластической хирургии; наблюдение в палате послеоперационного пробуждения (1 час); общая анестезия 4 категории (м); применение компрессионного трикотажа для профилактики тромбоэмболических осложнений; пластика кожных рубцов 3 категории; стандартное комплексное лабораторное обследование перед госпитализацией (с коагулограммой); стоимость краткосрочного пребывания (до 12 часов) в 2 местной палате; пластика кожных рубцов 2 категории. При этом, общая стоимость курса лечения составляет 185 471 рубль (л.д.19 т.1).

Одновременно, суд находит установленным и подтвержденным справками о доходах ФИО1 тот факт, что он обладает достаточными средствами для оплаты такого лечения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что требования истца в указанной части удовлетворению не подлежат.

При этом истец не лишён возможности обратиться в суд с требованием о взыскании расходов на соответствующее лечение при наличии доказательств, подтверждающих указанные расходы.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ с ответчиков надлежит взыскать государственную пошлину, от оплаты которой истец освобождён в силу закона, в сумме 12 213 рублей солидарно в доход бюджета.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО2 (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения №), ФИО2 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения №) в пользу ФИО1 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения №) утраченный заработок в сумме 259 272 рубля, вред, причиненный имуществу, в сумме 10 000 рублей, затраты на медицинские услуги в сумме 4 500 рублей, денежную компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, всего взыскать 473 772 (Четыреста семьдесят три тысячи семьсот семьдесят два) рубля.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать солидарно с ФИО2 (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, код подразделения №), ФИО2 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> код подразделения №) в доход бюджета государственную пошлину в сумме 12 213 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Леноблсуде через Киришский федеральный суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 15 октября 2025 года