Дело № 2-10/2026

УИД 13МS0032-01-2025-003095-69

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с.Кемля 28 января 2026 г.

Ичалковский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Чернышевой Л.М.,

при секретаре Демидовой Т.Д.,

помощника прокурора Ичалковского района Республики Мордовия Комкиной Н.А.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская центральная клиническая больница»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда причиненного в результате преступления,

установил:

ФИО1 обратился к мировому судьей судебного участка Ромодановского района республики Мордовия с заявлением о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда причиненного в результате преступления. Согласно иску ФИО2 обвинялся в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ). Совершенным преступлением истцу был причинен вред здоровью средней тяжести. Из медицинской карты № 2024/27463 заполненной в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Республики Мордовия «Мордовская республиканская центральная клиническая больница» (далее по тексту - ГБУЗ РМ «МРЦКБ») на имя истца описаны: <данные изъяты>.

20 декабря 2024 г. ФИО2 избил его. Все это происходило в присутствии жителей села на центральной площади. Помимо ужасной физической боли, он испытал глубокое оскорбление, прошел тяжелое лечение, удаление зубов, длительное восстановление, которое еще не окончено. Все перечисленное стало причиной ухудшения зубов, челюсти и всего здоровья в целом. Он долгое время восстанавливался, сильно похудел, потому что не мог питаться, находился в депрессивном состоянии, лишился заработка, замкнулся в себе. У него появились страхи и волнения насчет предстоящего лечения.

Врачами был составлен план лечения, который только на начальном этапе составляет 235 000 руб. Также им были оплачены стоимость осмотра, рентген и обследование в размере 1200, 3240, 3100, 2300 руб. При этом просит учесть, что лечение необходимо проводить в г. Саранск. Лечение будет проводиться с анестезией и поэтому он не сможет самостоятельно ездить на лечение, нужно будет заказывать такси и просить кого-либо из близких его сопровождать. Он обращался к ФИО2 с просьбой возместить причиненный ущерб, на что ФИО2 не отреагировал, он всячески избегает и уклоняется от ответственности и возмещения вреда.

Кроме того, у него сложилось впечатление, что следователь пытался улучшить и максимально смягчить положение ФИО2, а его интересы не учитывал. Ему пришлось обратиться за помощью к адвокату и отстаивать свои права, свою позицию, добиваться соблюдения УПК следователем.

С учетом изложенного просит взыскать с ФИО2 в пользу истца ФИО1 в счет возмещения материального ущерба и морального вреда денежные средства в общей сумме 1 039 840 руб., из которых моральный вред в размере 1 000 000 руб., услуги адвоката 30 000 руб., денежные средства за пройденное обследование 9 840 руб.

Представитель ответчика ФИО3, в рамках уголовного дела, подал возражения относительно предъявленного гражданского иска, в которых указано, что ответчик признает право потерпевшего на денежную компенсацию морального и материального вреда в связи с полученной им травмой, при этом возражает относительно размера заявленных истцом денежных требований о размере компенсации морального вреда, считая его существенно завышенным. Из материалов дела следует, что это была не просьба, а ультиматум, кроме того затребованная сумма в 700 000 руб. переходит переделы разумной компенсации и ничем не обоснована. Из показаний обвиняемого ФИО2 следует, что он не отказывался от выплат компенсации на стадии предварительного следствия, не отказывается и сейчас, просто ищет справедливого решения. Именно чрезмерные по своему размеру требования, а также ультимативный тон потерпевшего привел к отсутствию прогресса в определении справедливой компенсации.

Указывает, что доводы об испытании сильного и глубокого оскорбления из-за получения телесных повреждений в публичном месте являются несостоятельными в связи с тем, что установлено, что потерпевший на указанной им центральной площади, находился в состоянии алкогольного опьянения, в виде, оскорбляющем человеческое достоинство и общественную нравственность, выражал явное неуважение к обществу, провоцировал конфликты и избил двух человек.

Что касается возмещения понесенных расходов на медицинские исследования, то в соответствии с Федеральным законом №323-ФЗ от 21 ноября 2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» своевременное квалифицированное обследование пациента назначается исключительно лечащим врачом по медицинским показаниям, внесенным в первичную медицинскую документацию, оформленную на имя пациента. Таким образом, тактику ведения пациента и объем необходимых диагностических исследований определяются в соответствии с клиническими показаниями. Предоставленные чеки свидетельствуют о том, что проводились исследования, сделанные в соответствии с пожеланиями заявителя и проведение которых объективно не обосновано. Кроме того, данные исследования могли быть проведены в рамках территориальной программы государственных гарантий ОМС (бесплатно). Считает проведение данных исследований необоснованным, проведенными по инициативе истца и не подлежащими компенсации.

Также просит суд принять во внимание, что необходимость в получении услуг адвоката у потерпевшего возник не в связи с ограничением его прав сотрудниками полиции, а исключительно с попытками потерпевшего ввести следствие в заблуждение, поскольку потерпевший изначально указывал противоречивые обстоятельства получения травмы, говорил, что упал со стремянки, затем отрицал факт драки с сыном ФИО2 и его другом, что было опровергнуто судебными решениями, а также пытался оговорить непричастного человека в совершении преступления. Таким образом, необходимость участия адвоката со стороны потерпевшего преувеличена.

Просил учесть вышесказанное при определении размера денежной компенсации вреда, подлежащего взысканию с ответчика в разумных размерах, исходя и принципов разумности и соразмерности, исходя из единообразия судебной практики по искам данной категории.

Определением мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия гражданское дело передано для рассмотрения по подсудности в Ичалковский районный суд Республики Мордовия.

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, согласно заявлению просил рассмотреть дело без его участия, заявленные требования поддержал, просил удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании заявленные требования признал частично, указал, что не возражает относительно получения денежной компенсации морального и материального вреда истцом, однако считает заявленную сумму чрезмерно завышенной.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3, участия не принимал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская центральная клиническая больница» в судебном заседании участия не принимало, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, сведений об уважительности неявки не представили.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеются основания для рассмотрения дела в отсутствии указанных лиц.

Выслушав объяснения ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статьям 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда допускается в случае совершения действий, посягающих на неимущественные права граждан либо другие нематериальные блага.

Так, статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше норм права и акта их толкования следует, что ответственность за причинение вреда наступает только при наличии в совокупности нескольких условий: факт причинения вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии с п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Требование о компенсации морального вреда должно предъявляться и разрешаться с учетом положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность компенсации морального вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно-следственной связи между действиями привлекаемого к ответу лица и наступившим вредом, ответчик предоставляет доказательства отсутствия вины.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г.№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2017 г. №1442-О, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 20 декабря 2024 г. около 22 часов 00 минут ФИО2 и ФИО1 находились на автомобильной стоянке по адресу: Республика Мордовия, <...> на расстоянии 21 метра от д.35а по ул. Советская и 82 метра от <...> где между ними на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла словесная ссора, в ходе которой у ФИО2 вследствие ранее причиненных ФИО1 телесных повреждений его сыну АВА., возник умысел нанести телесные повреждения ФИО1 и он нанес два удара кулаком правой руки в область нижней челюсти вследствие чего последний упал на асфальт. Продолжая задуманное, ФИО2 нанес ФИО1 по различным частям тела не менее трех ударов правой ногой, обутой в кирзовый сапог. Своими действиями ФИО2 причинил ФИО1 физическую боль и телесные повреждения в виде <данные изъяты>, что в совокупности повлекли за собой причинение вреда здоровью средней тяжести, как вызвавшее длительное расстройство на срок более 21 дней.

Из заключения эксперта №9М/2025 от 17 января 2025 г., описанного в приговоре мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 28 июля 2025 г. следует, что в медицинских документах на имя ФИО1 описан <данные изъяты>. Давность причинения может соответствовать сроку, указанному в постановлении, о чем свидетельствуют данные клинического наблюдения и оперативного вмешательства. Повлекло за собой причинение вреда здоровью средней тяжести, как вызвавшее длительное расстройство его, на срок более 21 суток. Возможность образования указанного телесного повреждения при падении с последующим соударении об твердый предмет окружающей обстановки, не исключена. <данные изъяты> объективными и инструментальными данными не подтвержден, экспертной оценки не подлежит.

Приговором мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 28 июля 2025 г. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 112 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 10 месяцев, установлены ограничения. В качестве смягчающего обстоятельства, в том числе, указано противоправность поведения потерпевшего, выраженная в совершении иных насильственных действий в отношении сына подсудимого. Также приговором разрешен вопрос о возмещении расходов ФИО1 на выплату вознаграждения его представителю в размере 30 000 руб. за счет средств федерального бюджета. Постановлено указанную сумму в дальнейшем взыскать с ФИО2 (л.д.18-22).

Апелляционным постановлением судьи Ромодановского районного суда республики Мордовия от 10 октября 2025 г. приговор мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 28 июля 2025 года в отношении ФИО2, изменен. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации признано смягчающим наказание обстоятельством наличие у ФИО2 несовершеннолетнего ребёнка. Постановлено приговор мирового судьи в части разрешения гражданского иска ФИО1 о возмещении морального вреда и материального ущерба отменить. Материалы дела в этой части направить мировому судье судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия на новое судебное разбирательство в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части указанный приговор мирового судьи в отношении ФИО2 оставлен без изменения, апелляционная жалоба представителя потерпевшего удовлетворена частично (л.д. 14-17).

Согласно копии постановления по делу об административном правонарушении от 14 апреля 2025 г. ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного статьей 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 руб. Из постановления следует, что ФИО1 совершил иные насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в статье 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния в отношении АВА. (л.д. 81-88).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь принципом правовой определенности, применяя положения ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 150, 151, 1064, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание установленные приговором мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 28 июля 2025 г. обстоятельства, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

Судом установлено, что 20 декабря 2024 г. в результате совершения преступления потерпевшему ФИО1 причинен вред здоровью средней тяжести, что причинило истцу нравственные страдания. Виновным в совершении преступления признан ФИО2 Вместе с тем установлено, что противоправное поведение в отношении сына подсудимого ФИО2, явилось поводом для нанесения побоев, причинивших вред здоровью ФИО1 средней тяжести.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежващего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает характер телесных повреждений, причиненных ответчиком истцу, объем и степень нравственных страданий ФИО1, обусловленных длительным периодом выздоровления после полученных травм, периодом реабилитации, фактические обстоятельства, при которых были причинены телесные повреждения, тяжесть нравственных страданий в виде страха за свои жизнь, здоровье, психологические последствия от полученных травм, степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации и полагает возможным взыскать в счет компенсации морального вреда 300 000 руб.

Разрешая вопрос о взыскании материального ущерба с ответчика суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. № 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, ФИО5 и ФИО6 отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

В судебном заседании установлено, что вред здоровью средней тяжести ФИО1 причинен ФИО2

ФИО1 с 21 декабря 2024 г. по 26 декабря 2024 г. находился на излечении в ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская центральная клиническая больница» с диагнозом: <данные изъяты>. Истцу был выдан первичный исполнительный лист (л.д. 47).

25 марта 2025 г. ФИО1 обратился в ООО «Центр современной медицины НОВОМЕД» для прохождения трехмерного рентгенологического исследования двух челюстей, за что оплачено 2300 руб. (л.д. 4). Там же проведен прием врача невролога, который дал направление направление на УЗИ: цветовое дуплексное сканирование интракраниальных отделов брахиоцефальных артерий, цветовое дуплексное сканирование брахиоцефальных артерий с цветовым допплеровским картированием. За прием врача невролога и проведенное исследование оплачено 3100 руб. (л.д. 60, 61).

26 марта 2025 г. ФИО1 обратился в Центр современной медицины ФИО7 на прием врача-стоматолога ортопеда первичный с составлением плана лечения, за что оплачено 1200 руб. (л.д. 3).

В дальнейшем 30 марта 2025 г. ФИО1 был вынужден обратиться в ООО «Лечебно-диагностический центр Международного института биологических систем - Саранск» для прохождения МРТ головного мозга, за что оплатил 3240 руб. (л.д. 57, 58).

Разрешая заявленные ФИО1 требования, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положениями ст. ст. 1064, 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения но обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая преюдициальное значение вступившего в законную силу приговора суда от 28 июля 2025 г., которым установлен факт совершения ФИО2 противоправных действий, суд признает нуждаемость истца в понесенных расходах по восстановлению здоровья и приходит к выводу о взыскании с ответчика материального ущерба в пользу истца в виде подтвержденных относимыми и допустимыми доказательствами по делу расходов на оплату услуг в размере 9 840 руб.

Требование о взыскании расходов на оплату адвоката в размере 30 000 руб. удовлетворению не подлежит, поскольку приговором мирового судьи судебного участка Ромодановского района Республики Мордовия от 28 июля 2025 г. указанное требование разрешено.

При таких обстоятельствах в ответчика подлежит взысканию причиненный материальный ущерб в размере 9 840 руб.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания юридически значимых обстоятельств по делу лежит на сторонах. Суд при рассмотрении данного дела в соответствии со статьей 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечил сторонам равные условия для собирания и истребования доказательств по делу.

Так, истцом суду были предоставлены доказательства обоснованности заявленных исковых требований.

Доказательств, опровергающих доводы иска, судом не установлено.

Давая оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, суд в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает, что указанные доказательства являются относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку взаимодополняют друг друга и согласуются между собой. Исследованные судом доказательства в своей совокупности достаточны для вынесения судебного решения.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, абзацем 3 подпункта 1 пункта 1 и абзаца 1 пункта 3 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Ичалковского муниципального района Республики Мордовия в размере 3000 руб., от уплаты которой истец освобождён согласно подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда причиненного в результате преступления удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (СНИЛС №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) в счет компенсации морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей, в счет возмещения материального ущерба 9 840 (девять тысяч восемьсот сорок) рублей

Взыскать с ФИО2 (СНИЛС №) в бюджет Ичалковского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Ичалковский районный суд Республики Мордовия.

Мотивированное решение суда изготовлено 28 января 2026 г.

Судья Ичалковского районного суда

Республики Мордовия Л.М. Чернышева