Решение по делу № 2-2501/2025 от 16.10.2025 - о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Дело № 2-2501/2025

22RS0065-01-2025-001101-26

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

2 октября 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н.,

при секретаре Шариповой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (истец) обратился в суд с иском к ФИО2 (ответчик) о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в размере 923 200 рублей, а также судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 23 464 рубля и услуг эксперта в размере 10 000 рублей.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ около 15:20 часов в районе <адрес> имело место ДТП с участием автомобиля Тойота <данные изъяты>, принадлежащего ФИО3 и под его управлением (полис ОСАГО ХXХ *** АО «Альфастрахование»), автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего ФИО2 и под его управлением (полис ОСАГО ФИО4 АО «СК «Астро-Волга»), а также автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего ФИО6 и под его управлением (полис ОСАГО ФИО4 АО «Альфастрахование»).

Причиной ДТП послужило нарушение водителем ФИО2 п. 8.4 ПДД РФ. Вопреки предписаниям вышеуказанных правил ответчик при перестроении с разгонной полосы не уступил дорогу транспортному средству ФИО6, которое от удара столкнулось с автомобилем истца.

В результате ДТП автомобилю <данные изъяты>, причинены механические повреждения, а истцу, как его собственнику, материальный ущерб.

В соответствии с экспертными заключением *** от ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО5, расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, составляет 1 310 500 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ страховщиком АО «Альфастрахование» истцу было выплачено страховое возмещение в размере 387 300 рублей.

Таким образом, размер подлежащего взысканию материального ущерба от повреждения автомобиля с ответчика равен 923 200 рублей (из расчета 1 310 500 рублей - 387 300 рублей).

Также истцом понесены расходы по проведению экспертизы *** от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 рублей.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для подачи истцом настоящего иска.

В ходе рассмотрения дела истцом дополнительно заявлено о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, а также расходов по оплате государственной пошлины по ходатайству о принятии обеспечительных мер в размере 10 000 рублей, о чем представлено соответствующее заявление (л.д. 140 том 1).

Также при рассмотрении дела, после проведения судебной экспертизы с учетом выводов представленного заключения истец исковые требования уточнил (л.д. 7-8 том 2), в окончательном варианте просил взыскать с ответчика сумму ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 602 300 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в общем размере 33 464 рубля (23 464 рубля + 10 000 рублей), по оплате услуг эксперта в размере 10 000 рублей и юридических услуг в размере 50 000 рублей.

Судом разрешались исковые требования ФИО3 в уточненном варианте.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал в полном объеме, поддержав доводы, приведенные в иске.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, подробно изложив свою позицию в письменных отзывах на исковое заявление (л.д. 117-119, 146-148, 168-169, 176-178 том 1, л.д. 13-15, 29-34 том 2), в которых, в частности ссылался на наличие нарушений Правил дорожного движения в действиях истца и третьего лица, а также плохие погодные условия как причину ДТП. Помимо этого, в ходе рассмотрения дела ответчик оспаривал и размер причиненного истцу ущерба, полагая, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ восстановления автомобиля, в том числе неоригинальными запасными частями, дубликатами, при этом обоснованность страховой выплаты, произведенной истцу, ответчик не оспаривал.

В судебном заседании, с учетом представленного заключения судебной экспертизы ответчик дополнительно указал, что вина в рассматриваемом ДТП не установлена. При этом достоверность выводов самого экспертного заключения ФИО2 также поставил под сомнение, со ссылкой на то, что осмотр иных транспортных средств, кроме принадлежащего ему автомобиля, экспертом не проводился, на место ДТП, специалист не выезжал, в связи с чем ходатайствовал о допросе эксперта, подготовившего заключение. По мнению ответчика, в данном случае имело место нарушение Правил дорожного движения со стороны всех участников происшествия, а потому со стороны истца каких-либо материальных претензий быть не может. В действиях третьего лица ФИО6 прослеживаются признаки мошенничества, поскольку последний, по мнению ответчика, умышленно допустил столкновение с его автомобилем, чем в последующем воспользовался истец, тогда как имел техническую возможность затормозить, но этого не сделал.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. При участии в рассмотрении дела в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ дал свои пояснения по обстоятельствам ДТП, указал, что ДД.ММ.ГГГГ двигался на автомобиле <данные изъяты> по <адрес> по правой полосе, с учетом погодных условий (снегопад), плохой видимости скорость его движения составляла около 40-50 км/ч. В этот момент автомобиль <данные изъяты> под управлением ответчика, двигаясь со стороны поселка, выехал на разгонную полосу, попытался перестроится на полосу движения ФИО6, в результате чего ударил его автомобиль, после чего транспортное средство тойота Виста отнесло в сторону отбойника, где он столкнулся с автомобилем <данные изъяты>.

Представители третьих лиц АО «СК «Астро-Волга», АО «Альфастрахование» в судебное заседание также не явились, извещались надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителя истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения уточненных исковых требований, исходя из следующего.

В ходе рассмотрения дела из административного материала *** судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут в районе <адрес> в <адрес> имело место ДТП с участием транспортных средств <данные изъяты>, под его управлением ФИО3, <данные изъяты>, под его управлением ФИО2, и <данные изъяты>, под управлением ФИО6 (л.д. 95-96 том 1).

Согласно сведениям ФИС ГАИ, представленным в материалы дела по запросу суда, на момент ДТП собственником транспортного средства <данные изъяты>, являлся ФИО3, автомобиль <данные изъяты>, принадлежал на праве собственности ФИО2, собственником транспортного средства <данные изъяты> являлся ФИО6 (л.д. 114 том 1).

Автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО3 на момент ДТП была застрахована в АО «Альфастрахование» по договору ОСАГО ХXХ ***.

Автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО2 на момент происшествия была застрахована в АО «СК «Астро-Волга» по договору ОСАГО ФИО4.

Автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО6 на момент происшествия была застрахована в АО «Альфастрахование» по договору ОСАГО ФИО4.

В рамках проведенной проверки по факту ДТП сотрудниками ГИБДД составлена схема места совершения административного правонарушения, отобраны объяснения частников происшествия.

Так, из объяснений водителя ФИО2, представленных в административном материале, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут, он, управляя автомобилем <данные изъяты> выезжал из <адрес> улице шел снег, дорога, в том числе разгонная полоса была не очищена. Автомобили по <адрес> двигались потоком. ФИО2 пропустил несколько транспортных средств, после чего, убедившись, что расстояние до первого приближавшегося слева автомобиля более 300 метров, выехал на <адрес>, миновав разгонную полосу, которая была забита снегом, начал ускоряться, после чего, примерно через 120 метров в задний бампер его автомобиля въехал автомобиль <данные изъяты>. Затем произошел второй удар. После чего ФИО2 начал тормозить и припарковал свой автомобиль у правой обочины.

Так, из объяснений водителя ФИО3 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут, он, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигался по Павловскому тракту в крайней левой полосе со скоростью около 60 км/ч, не совершая никаких маневров. По правой полосе двигался сплошной поток машин, по полосе разгона двигался автомобиль <данные изъяты>, который резко перестроился влево на правую полосу движения и задним бампером ударил автомобиль <данные изъяты>, который в последующем отбросило на левую сторону дороги, после чего произошло столкновение с автомобилем ФИО3 При этом ФИО3 избежать столкновения не удалось, поскольку расстояния до транспортного средства <данные изъяты> было около 2-2,5 метров, а на дороге была снежная грязь и гололед. После того, как участники ДТПостановились и вышли из автомобилей, водитель транспортного средства <данные изъяты> сел в свой автомобиль и отъехал с места ДТП на правую обочину, не дождавшись оформления ДТП.

Так, из объяснений водителя ФИО6 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут, он, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигался по <адрес> В это время из поселка по разгонной полосе выезжал автомобиль <данные изъяты>, который резко попытался перестроиться в правый ряд перед автомобилем ФИО6 От удара автомобиль <данные изъяты> отбросило на левую полосу, на отбойник, а после – на автомобиль <данные изъяты>.

Определением инспектора ГИАЗ ГАИ УМВД России по г. Барнаулу № <адрес> от 26.11.2024г. в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя ФИО2 отказано ввиду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ) (л.д. 97 том 1). Постановления, определения в отношении иных участников ДТП сотрудниками ГАИ не выносились.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 ссылался на то, что рассматриваемое ДТП имело место ввиду нарушения п. 8.4 ПДД РФ водителем ФИО2, который вопреки предписаниям вышеуказанных правил при перестроении с разгонной полосы не уступил дорогу транспортному средству ФИО6, которое от удара столкнулось с автомобилем истца.

Ответчик свою вину в оспариваемом ДТП не признал, как и размер ущерба, причиненного имуществу истца, ходатайствовал о назначении судебной экспертизы

На основании указанного ходатайства определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная комплексная автотехническая и автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам <данные изъяты> (л.д. 161-162 том 1).

Согласно заключению экспертов *** от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ около 15 часов 20 минут в <адрес> произошло столкновение с участием трех транспортных средств <данные изъяты>, под управлением ФИО2, <данные изъяты>, под управлением ФИО6, и <данные изъяты>, под управлением ФИО3 Водитель автомобиля <данные изъяты> выполнял маневр поворота направо на <адрес>, повернув, приступил к смещению влево, создал помеху и опасность для движения водителю автомобиля <данные изъяты>, который двигался по <адрес> в правой полосе из двух накатанных полос, в результате чего произошло столкновение между задней левой угловой частью автомобиля <данные изъяты> и передней правой угловой частью автомобиля <данные изъяты>, далее автомобиль <данные изъяты> двигался со смещением влево, с сопутствующим разворотом продольной оси автомобиля до вхождения в контакт задней правой угловой частью автомобиля <данные изъяты> и передней правой частью автомобиля <данные изъяты>, после чего, получив дополнительное ускорение в процессе столкновения, автомобиль <данные изъяты> продолжил движение со смещением влево и сопутствующим разворотом продольной оси автомобиля до вхождения в контакт с металлическим ограждением у левого края проезжей части, одновременно происходило контактирование правой передней части автомобиля <данные изъяты> с левой задней угловой частью автомобиля <данные изъяты>, после чего произошло столкновение между левой боковой частью автомобиля <данные изъяты> и передней левой частью автомобиля <данные изъяты>, после чего автомобили заняли конечное положение на проезжей части, а автомобиль <данные изъяты> продолжил движение без значительного изменения направления движения и был перемещен ближе к правому краю проезжей части.

Тогда, можно сделать вывод, что предотвращение ДТП водителем автомобиля <данные изъяты> зависело не от технической возможности, а от его субъективной возможности действовать в соответствии с требованиями Правил дорожного движения РФ, а именно п. 8.1 (абзац 1), 8.4, 13.9, при выезде со второстепенной дороги на главную и перестроении, он должен был уступить дорогу транспортным средствам, двигающимся по этой дороге независимо от направления их движения, и транспортным средствам, двигающимся без изменения направления движения.

В свою очередь, водитель автомобиля <данные изъяты> при возникновении опасности для движения, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ. Следовательно, предотвращение ДТП зависело от наличия у него технической возможности снизить скорость до скорости движения автомобиля <данные изъяты> с момента, когда автомобиль <данные изъяты> выехал на полосу его движения. При этом, поскольку достоверно неизвестны скорости транспортных средств и расстояние, которое было между ними в момент возникновения опасности (в момент смещения автомобиля <данные изъяты> на полосу движения автомобиля <данные изъяты>), определить наличие у водителя автомобиля <данные изъяты> наличие технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> путем снижения скорости не представляется возможным.

В рассматриваемой ситуации возможно лишь определить расстояние, которое необходимо для того, чтобы автомобиль <данные изъяты> снизил максимальную скорость своего движения (55 км/ч исходя из объяснений водителя) до минимальной скорости движения автомобиля <данные изъяты> (40 км/ч исходя из объяснений водителя).

В данном случае, расстояние, которое необходимо водителю автомобиля <данные изъяты> чтобы снизить скорость своего транспортного средства (55,0 км/ч) до скорости движения автомобиля <данные изъяты> (40,0 км/ч), создавшего опасность для движения, составляет 23,8 м.

Решение вопроса при иных скоростях не имеет технического смысла, поскольку при возрастании скорости <данные изъяты> и уменьшении скорости автомобиля <данные изъяты>, относительная разница скоростей будет сокращаться и столкновение при наличии дистанции между автомобилями исключалось бы.

Также, водитель автомобиля <данные изъяты>, при возникновении опасности для движения, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ. Следовательно, предотвращение ДТП зависело от наличия него технической возможности снизить скорость до скорости движения автомобиля <данные изъяты> с момента, когда автомобиль <данные изъяты>, после утраты контроля за движением, в результате столкновения с автомобилем <данные изъяты>, выехал на полосу его движения. При этом, поскольку достоверно неизвестны скорости транспортных средств и расстояние, которое было между ними в момент возникновения опасности (в момент смещения автомобиля <данные изъяты> на полосу движения автомобиля <данные изъяты>), определить наличие у водителя автомобиля <данные изъяты> технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> путем снижения скорости не представляется возможным. Также не представляется возможным определить расстояние между автомобилями, которое позволило бы водителю автомобиля <данные изъяты> снизить скорость своего движения до скорости движения автомобиля <данные изъяты>, поскольку неизвестна скорость движения автомобиля <данные изъяты> после столкновения с автомобилем <данные изъяты>

Тогда, подводя итог исследования механизма произошедшего ДТП и наличия у водителей автомобилей технической возможности предотвратить ДТП, эксперт пришел к выводу, что: опасная дорожная ситуация, в результате несоответствующих требованиям п. 8.1 (абзац 1), 8.4, 13.9 Правил дорожного движения РФ действий водителя автомобиля, перешедшая в стадию аварийной, возникла в результате несоответствующих действий водителя автомобиля <данные изъяты>. При этом определить, соответствовали ли действия водителей автомобилей <данные изъяты> требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения РФ, не представляется возможным, как и сделать вывод о том, чьи действия привели к переходу из стадии опасной ситуации (когда возникает опасность столкновения при движении с той же скоростью и в том же направлении, но предотвращение ДТП еще возможно) в стадию аварийной (когда предотвращение ДТП невозможно). При этом, преимущество в движении при выезде на перекресток автомобиля <данные изъяты>, и при перестроении (смещении) автомобиля <данные изъяты>, было водителей автомобилей <данные изъяты>.

Оценив представленное заключение, суд полагает, что оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы не имеется, заключение отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные, установленные в результате исследования, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, фотоматериалы, исследуемый объект. Заключение содержит ссылки на действующие нормативные документы, на источник информации, описание объекта исследования, описание методов исследования, выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Исследование экспертами выполнено путем исследования материалов дела, производства визуально-инструментального осмотра, изучения нормативно-технической документации.

Эксперты предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в компетентности экспертов и достоверности судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку квалификация и полномочия судебных экспертов проверены надлежащим образом. Заключение является полным, не содержит противоречий. Нарушений норм процессуального права при проведении судебной экспертизы не установлено.

Доводы ответчика относительно необъективности выводов судебной экспертизы какими-либо доказательствами не подтверждаются, достоверных данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов экспертов, в ходе рассмотрения дела, помимо приведенных ответчиком доводов, представлено не было. Таким образом, такие доводы сами по себе о необоснованности представленного заключения не свидетельствуют, поскольку фактически сводятся к несогласию с выводами судебного эксперта и оценке доказательств по делу. Более того, на наличие каких-либо конкретных нарушений, допущенных экспертами при проведении экспертизы, а также неточностей выводов, ответчик не указал, сославшись фактически лишь на то, что осмотр иных транспортных средств, кроме принадлежащего ему автомобиля, экспертом не проводился, на место ДТП, специалист не выезжал.

Поскольку ответчиком не приведено доводов, дающих основания сомневаться в правильности либо обоснованности экспертного заключения, как и не представлено доказательств, свидетельствующих о недостаточной ясности или неполноте заключения, суд не усмотрел оснований для вызова и допроса в судебном заседании экспертов, подготовивших названное заключение, отклонив соответствующее ходатайство ответчика, заявленное в судебном заседании.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, оснований сомневаться в его правильности не имеется, а потому суд основывает на нем свое решение.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 (далее – ПДД РФ), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (абз. 1 п. 8.1 ПДД РФ).

При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа (п. 8.4 ПДД РФ)

Согласно п. 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

На перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения (п. 13.9 ПДД РФ).

Разрешая заявленные требования, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, с учетом оценки всех представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло в результате допущенных водителем ФИО2 нарушений требований пунктов абз. 1 п. 8.1, п. 8.4, п. 13.9 ПДД РФ, который в пути следования на автомобиле <данные изъяты> выполняя маневр поворота направо на <адрес> с <адрес>, повернув и приступив к смещению влево, создал помеху и опасность для движения водителю автомобиля <данные изъяты>, который двигался по <адрес> в правой полосе, в результате чего произошло столкновение между задней левой угловой частью автомобиля <данные изъяты> и передней правой угловой частью автомобиля <данные изъяты>, после чего автомобиль <данные изъяты> двигался со смещением влево, с сопутствующим разворотом продольной оси автомобиля до вхождения в контакт задней правой угловой частью автомобиля <данные изъяты> и передней правой частью автомобиля <данные изъяты>, а потом, получив дополнительное ускорение в процессе столкновения, автомобиль <данные изъяты> продолжил движение со смещением влево и сопутствующим разворотом продольной оси автомобиля до вхождения в контакт с металлическим ограждением у левого края проезжей части, с одновременным контактированием правой передней части автомобиля <данные изъяты> с левой задней угловой частью автомобиля <данные изъяты>, после чего произошло столкновение между левой боковой частью автомобиля <данные изъяты> и передней левой частью автомобиля <данные изъяты> а далее автомобили заняли конечное положение на проезжей части, а автомобиль <данные изъяты> продолжил движение без значительного изменения направления движения и был перемещен ближе к правому краю проезжей части.

Допущенные ответчиком нарушения ПДД РФ состоят в прямой причинно-следственной связи с ДТП, что нашло свое подтверждение, в том числе из выводов представленного заключения судебной экспертизы.

Нарушений ПДД РФ в действиях водителей ФИО3 и ФИО6, в том числе, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП, судом, вопреки доводам ответчика, не установлено. При этом, суд полагает необходимым принять во внимание то обстоятельство, что в данной дорожной ситуации с учетом механизма ДТП как истец, так и третье лицо имели преимущество в движении при выезде на перекресток автомобиля ответчика.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием гражданско-правовой ответственности является правонарушение, т.е. противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, по смыслу приведенной правовой нормы, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник.

Из смысла положений норм статей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для наступления деликтной ответственности в общем случае необходимы четыре условия: наличие вреда; противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, размер ущерба, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими последствиями, тогда как на ответчика возложено бремя опровержения вышеуказанных фактов, а также доказывания отсутствия вины.

Ответчик, ссылалась на наличие нарушений ПДД РФ в действиях водителей автомобилей <данные изъяты>, допустимых, достоверных и в совокупности достаточных доказательств своей позиции, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил, по результатам проведенного исследования в рамках судебной экспертизы, назначенной по ходатайству ответчика, эксперты к однозначному выводу о наличии таких нарушений (нарушений ПДД в действиях истца и третьего лица) не пришли, тогда как нарушение соответствующих правил со стороны ФИО2 и наличие причинно-следственной связи между этими нарушениями и возникновением опасной дорожной ситуации, перешедшей в аварийную, в данном случае сомнений не вызывает, установлено экспертами.

Не установлено в ходе рассмотрения дела в действиях водителей ФИО3 и ФИО6 и грубой неосторожности, более того, умысла, в связи с чем оснований для применения положений ст. 1083 ч. 1 и ч. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Доводы ответчика о совершении ФИО6 мошеннических действий, а также намеренном использовании истцом сложившейся ситуации для повреждения своего автомобиля, судом во внимание не принимаются, поскольку какими-либо доказательствами такие доводы не подтверждены, отражают лишь субъективное видение ответчиком обстоятельств ДТП, без опоры на объективные данные.

Не представлено стороной ответчика и доказательств тому, что причиной ДТП явились неблагоприятные погодные условия, учитывая, в частности, что предотвращение ДТП водителем автомобиля <данные изъяты> зависело не от технической возможности, а от его обязанности действовать в соответствии с требованиями п.п. 8.1 (абзац 1), 8.4, 13.9 ПДД РФ.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что именно ФИО2 является лицом, виновным в причинении вреда имуществу истца.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, на момент ДТП автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО3, а также водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 была застрахована по договорам ОСАГО.

В связи с тем, что в результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о прямом возмещении убытков по договору ОСАГО, предоставив документы, предусмотренные Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными Положением Банка России от 01.04.2024 N 837-П (л.д. 89-94 том 1).

По поручению страховой компании произведен осмотр автомобиля <данные изъяты>, на основании которого специалистами <данные изъяты> подготовлено экспертное заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта спорного транспортного средства с учетом требований, установленных Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Банком России 04.03.2021 г. № 755-П, составляет 708 200 рублей, с учетом износа – 387 300 рублей (л.д. 102-109 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ между АО «АльфаСтрахование» и ФИО3 заключено соглашение, согласно которому стороны согласовали, что размер страховой выплаты по рассматриваемому страховому случаю составляет 387 300 рублей (л.д. 110 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ АО «АльфаСтрахование» составило акт о страховом случае (л.д. 111 том 1), на основании которого перечислило истцу страховое возмещение в размере 387 300 рублей, что подтверждается платежным поручением *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 112том 1), исполнив тем самым свои обязательства в рамках договора ОСАГО в соответствии с требованиями Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В силу положений ч. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункта 2 статьи 937 Гражданского кодекса Российской Федерации, если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его или заключило договор страхования на условиях, ухудшающих положение выгодоприобретателя по сравнению с условиями, определенными законом, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее – Закон об ОСАГО) договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) является договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно части 1 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с пунктом 6 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Лица, нарушившие установленные настоящим Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда жизни или здоровью потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков (п. 1).

При причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховое возмещение или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном статьей 12.1 настоящего Федерального закона, иное имущество для осмотра и (или) независимой экспертизы (оценки), проводимой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации с учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом. В случаях, предусмотренных правилами обязательного страхования, представление поврежденного транспортного средства или его остатков, иного имущества в соответствии с настоящим Федеральным законом осуществляется в пределах населенного пункта по месту жительства (временного пребывания) владельца такого транспортного средства (п. 10).

Страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иные сроки не определены правилами обязательного страхования или не согласованы страховщиком с потерпевшим. Независимая техническая экспертиза или независимая экспертиза (оценка) организуется страховщиком в случае обнаружения противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно-транспортного происшествия (п. 11).

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 настоящей статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 настоящей статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего (п. 15.1).

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя), в том числе в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется: в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (п. 18).

К указанным в подпункте "б" пункта 18 настоящей статьи расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

Размер расходов на запасные части (за исключением случаев возмещения причиненного вреда в порядке, предусмотренном пунктами 15.1 - 15.3 настоящей статьи) определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости.

Размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России (п. 19).

В соответствии со ст. 14.1 Закона Об ОСАГО, потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована по договору обязательного страхования в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, проводит оценку обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, изложенных в извещении о дорожно-транспортном происшествии, и на основании представленных документов осуществляет потерпевшему по его требованию возмещение вреда в соответствии с правилами обязательного страхования.

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

В отношении страховщика, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае предъявления к нему требования о прямом возмещении убытков применяются положения настоящего Федерального закона, которые установлены в отношении страховщика, которому предъявлено заявление о страховом возмещении.

Согласно положениям ст. 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения причиненного вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах установленных данным федеральным законом.

Единая методика, как следует из ее преамбулы, является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Законом об ОСАГО, экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Статьей 12 Закона об ОСАГО также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом (абзац второй пункта 23).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Из пункта 65 указанного постановления Пленума следует, что, если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

С учетом изложенного положения Закона об ОСАГО не отменяют право потерпевшего на возмещение вреда с его причинителя и не предусматривают возможность возмещения убытков в меньшем размере.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П Закон N 40-ФЗ как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статей 1064, 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона N 40-ФЗ предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом N 40-ФЗ, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом N 40-ФЗ и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона N 40-ФЗ, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом N 40-ФЗ и Единой методикой.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2019 N 1838-О указал, что положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона N 40-ФЗ установлены в защиту права потерпевших на возмещение вреда, причиненного их имуществу при использовании иными лицами транспортных средств, и не расходятся с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой назначение обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств состоит в распределении неблагоприятных последствий применительно к риску наступления гражданской ответственности на всех законных владельцев транспортных средств с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Законом об ОСАГО.

Между тем, позволяя сторонам в случаях, предусмотренных Законом N 40-ФЗ, отступить от установленных им общих условий страхового возмещения, положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона N 40-ФЗ не допускают их истолкования и применения вопреки положениям ГК РФ, которые относят к основным началам гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1) и не допускают осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как и действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) (пункт 1 статьи 10).

Из приведенных положений Закона N 40-ФЗ в их толковании Конституционным Судом Российской Федерации следует, что в случае выплаты в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, относятся не только вопросы, связанные с соотношением действительного ущерба и размера выплаченного в денежной форме страхового возмещения, но и оценка на соответствие положениям статьи 10 ГК РФ действий потерпевшего и (или) страховой компании, приведших к такому способу возмещения вреда.

Аналогичный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2020 N 10-КГ20-4-К6.

Из приведенных выше положений закона и акта его толкования следует, что потерпевший при недостаточности страховой выплаты для ремонта транспортного средства вправе взыскать разницу за счет виновного лица. Размер ущерба для выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО и размер ущерба, подлежащего возмещению причинителем вреда в рамках деликтного правоотношения, определяются по разным правилам и эта разница заключается не только в учете или неучете износа, но и в применяемых при этом ценах. Единая методика, предназначена для определения размера ответственности в рамках страхового возмещения на основании договора ОСАГО и не применяется для определения размера ущерба в рамках деликтного правоотношения, предполагающего право потерпевшего на полное возмещение убытков.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае истец вправе требовать с ответчика полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме при наличии доказательств, подтверждающих, что выплаченного ему страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

С целью определения действительного размера затрат на проведение восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты>, ФИО3 обратился в экспертное учреждение.

По поручению истца ИП ФИО5 произведен расчет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты>, в соответствии с методическим руководством для судебных экспертиз «Методические рекомендации по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки» ФБУ «Российский Федеральный центр судебной экспертизы», Минюст РФ, 2018 г., подготовлено экспертное заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 16-65 том 1), согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 1 310 500 рублей.

Ссылаясь на то, что полученной страховой выплаты недостаточно для возмещения всех убытков, причиненных в результате ДТП, истец обратился в суд с настоящим иском о взыскании с ответчика суммы материального ущерба в размере 923 200 рублей, расчет которой произведен истцом в виде разницы между размером действительного ущерба, причиненного автомобилю, который составил 1 310 500 рублей, и выплаченным АО «АльфаСтрахование» страховым возмещением в общем размере 387 300 рублей, с чем не согласилась сторона ответчика.

В этой связи на основании вышеуказанного определения суда от ДД.ММ.ГГГГ экспертами <данные изъяты> произведено исследование с целью определения размера ущерба причиненного имуществу истца.

Согласно заключению экспертов *** ДД.ММ.ГГГГ, в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль <данные изъяты>, получил повреждения, перечень которых приведен в таблице *** на стр. 32 заключения, в том числе повреждения передней правой двери, переднего правого и левого крыла, накладки арки переднего правого и левого колеса, капота, переднего бампера, его усилителя, решетки радиатора, и др.

По состоянию на дату изготовления заключения стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, поврежденного в результате указанного ДТП, в соответствии с Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, 2018 года составляет: без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов) – 989 600 рублей, с учетом износа – 343 200 рублей.

Поскольку стоимость восстановительного ремонта спорного транспортного средства не превышает его стоимость в неповрежденном состоянии, а проведение ремонта экономически целесообразно, конструктивной гибели автомобиля не произошло, эксперт пришел к выводу, что условия для определения стоимости годных остатков отсутствует.

Отвечая на вопрос о наличии возможности восстановления автомобиля истца иным наиболее разумным и очевидным способом исправления повреждений транспортного средства, отвечающим требованиям обеспечения безопасности, эксперты указали, что в Методических рекомендациях по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, 2018 года определено, что в общем случае для КТС в качестве заменяемых кузовных составных частей применяются оригинальные составные части, что обусловлено необходимостью максимального обеспечения качества ремонта КТС – источника повышенной опасности.

Хотя бывшие в эксплуатации запасные части могут казаться более доступными по стоимости, их использование может сопровождаться риском отказов и неисправностей, повреждений и негативного влияния на общее состояние автомобиля. Это может привести к увеличению расходов на последующие ремонты, ухудшению безопасности и надежности автомобиля. Применение бывших в эксплуатации составных частей возможно только в предусмотренных законодательством случаях (в рамках ОСАГО), соответствующим образом урегулированных и оформленных на правовом уровне, и с учетом технических ограничений к номенклатуре таких составных частей, вводимых Методическими рекомендациями.

При определении размера ущерба, причиненного владельцу КТС в рамках деликтных правоотношений для обеспечения оптимальной производительности, безопасности и надежности транспортного средства рекомендуется применять новые оригинальные запасные части, поскольку таким образом гарантируется соответствие стандартам качества и безопасности, что напрямую отражено в Методических рекомендациях.

С учетом изложенного эксперты пришли к выводу, что способ определения и исправления повреждений транспортного средства <данные изъяты>, полученных в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом длительности эксплуатации, пробега автомобиля, возможности использования новых, оригинальных и неоригинальных деталей, запасных частей), с применением Методических рекомендаций ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, 2018 года, законодательно, научно и методически обоснован, разумен и коррелируется с техническими и эксплуатационными характеристиками автомобиля. Иные способы будут противоречить действующему законодательству, требованиям безопасности и технологии производителя транспортного средства.

Заключение экспертов содержит ссылки на действующие нормативные документы, на источник информации, описание объекта исследования, описание методов исследования, а также содержит расчет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Лицами, участвующими в деле, заключение судебной экспертизы в названной части не оспаривалось, истцом с учетом выводов представленного заключения исковые требования уточнены.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, оснований сомневаться в его правильности не имеется, а потому суд основывает на нем свое решение.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что страховщиком АО «АльфаСтрахование» выполнена обязанность перед истцом по возмещению вреда путем выплаты суммы страхового возмещения, расчет размера которого произведен с учетом положений, установленных Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в размере 387 300 рублей, тогда как согласно экспертному заключению *** от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, поврежденного в результате указанного ДТП, в соответствии с Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, 2018 года, по состоянию на дату изготовления заключения без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов) составляет 989 600 рублей, суд приходит к выводу, что истец имеет право требовать с ответчика возмещения причиненного ущерба в размере, не покрытом страхованием, то есть в сумме 602 300 рублей (989 600 рублей – 387 300 рублей).

Указанный вывод основывается на том, что в рамках договора ОСАГО владельцев транспортных средств размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства определяется лишь на основании Единой методики и только в пределах, установленных Законом об ОСАГО. Между тем, произведенные на ее основании подсчеты размера вреда в целях осуществления страховой выплаты не всегда адекватно отражают размер причиненного потерпевшему фактического ущерба и поэтому не могут служить единственным средством для его определения.

В этой связи нормами действующего законодательства предусмотрено право потерпевшего на взыскание с причинителя вреда разницы между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страхового возмещения.

При этом в данном случае истцом представлены достаточные доказательства действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, установленной на основании Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз исследования колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, утвержденных Министерством юстиции РФ, 2018 г., в виде экспертного заключения <данные изъяты> № <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, установленные в ходе рассмотрения обстоятельства свидетельствуют о том, что потерпевший реализовал свое право на получение страхового возмещения, избрав в качестве его формы страховую выплату путем ее перечисления на банковский счет, размер такого страхового возмещения был надлежащим образом определен страховщиком в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка РФ, на момент фактической выплаты стороной истца не оспаривался, как не оспаривался этот размер в ходе рассмотрения данного дела, в том числе ответчиком.

Что касается доводов ответчика о том, что в данном случае существует иной более разумный и распространенный в обороте способ восстановления автомобиля, в том числе неоригинальными запасными частями, дубликатами, то они также подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм материального права.

В соответствии со ст. 15 ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 15 ч. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации); если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Таким образом, принимая во внимание приведенное толкование закона высшими судами, следует исходить из того, что причиненный ущерб должен возмещаться без учета износа транспортного средства потерпевшего, если ответчиком не будет доказано или из обстоятельств дела не следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, что могло повлечь бы уменьшение размера ущерба.

Принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда РФ, изложенным в Постановлении от 10.03.2017 N 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО7 и других", замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

В пункте 5.3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П отражено, что в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

По общему правилу если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. При несогласии с размером ущерба именно на ответчике лежит обязанность доказать наличие обстоятельств, с очевидностью свидетельствующих, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, либо значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости в случае возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов.

Восстановление транспортного средства деталями, бывшими в употреблении, допускается только с согласия потерпевшего лица, а также в случае отсутствия требуемых новых деталей (например, ввиду снятия их с производства).

Размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

С учетом изложенного, само по себе наличие возможности отремонтировать автомобиль истца запасными частями вторичного рынка и аналогами, дубликатами запасных частей (если таковая имеется), не свидетельствует о том, что такой ремонт является наиболее разумным и распространенным в обороте.

При этом, доказательств того, что завод-изготовитель допускает возможность замены узлов и агрегатов иными запасными частями (неоригинальными, имеющие иные каталожные номера), ответчиком не представлено.

Не следует такой вывод и из заключения экспертов.

Более того, эксперты в заключении указали, что при определении размера ущерба, причиненного владельцу автомобиля в рамках деликтных правоотношений, для обеспечения оптимальной производительности, безопасности и надежности транспортного средства рекомендуется применять именно новые оригинальные запасные части, поскольку таким образом гарантируется соответствие стандартам качества и безопасности, что напрямую отражено в Методических рекомендациях.

Помимо этого, на потерпевшего не может быть возложено и бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, учитывая, что доказательств наличие таких запасных частей в Алтайском крае в розничной продаже и их доступности, ответчиком не представлено.

Замена поврежденных в ДТП деталей автомобиля истца на новые не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик, которые отсутствовали бы при исключении данного ДТП.

Обязанность доказывания наличия реальной возможности осуществить ремонт автомобиля истца (иностранного производства) с использованием дубликатов, имеющихся в наличии в Алтайском крае и не по влияющих на безопасность дорожного движения, а так же на восстановление технических характеристик этого автомобиля лежит на ответчике, который таких доказательств не представил.

Равно как и не представлено доказательств того, что на автомобиле были повреждены неоригинальные детали и узлы.

Поскольку из обстоятельств дела с очевидностью не следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления имущественного положения истца, а восстановительный ремонт автомобиля истца новыми неоригинальными деталями таковым не является, суд приходит к выводу, что в данном случае стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Тойота Ленд Крузер должна определяться исходя из стоимости новых запасных частей без учета износа.

Более того, согласно пункту 3 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Таким образом, законодатель связывает возможность определения ущерба, в случае отказа должника от добровольной его уплаты, как на день подачи иска, так и на день вынесения решения суда, (что не исключает возможность определения размера ущерба на дату производства экспертизы в суде).

Как следует из материалов дела, ответчик добровольно обязательство по возмещению ущерба, причиненного в результате ДТП, не удовлетворил, в связи с чем, суд полагает необходимым принять в основу своего решения заключение судебной экспертизы о стоимости восстановительного ремонта истца, определенной на день подготовки заключения, поскольку стоимость имущества (его ремонта) на момент ДТП, является величиной независящей от момента возмещения ущерба виновным лицом, тогда как размер стоимости работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент вреда, является величиной, которая может меняться в зависимости от момента возмещения ущерба, в связи с чем, законодатель установил в пункте 3 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации порядок его определения.

Таким образом, в рассматриваемом случае размер ущерба, причиненного истцу, составляет 989 600 рублей.

Учитывая, что страхового возмещения в надлежащем размере (387 300 рублей) недостаточно для полного возмещения причиненного истцу ущерба, что установлено в ходе рассмотрения дела, то имеются основания для взыскания с ответчика разницы между действительным размером ущерба, причиненного истцу, и надлежащей суммой страхового возмещения, то есть суммы в размере 602 300 рублей из расчета 989 600 рублей – 387 300 рублей.

Оснований для применения положений ст. 1083 п. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае суд не находит, поскольку стороной ответчика в ходе рассмотрения дела доказательств имущественного положения последнего представлено не было. Допустимых и достаточных доказательств тому, что ответчиком размер ущерба, определенный судом, не может быть возмещен, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд удовлетворяет уточненные исковые требования ФИО3 в полном объеме.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд учитывает следующее.

В силу ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 указанного постановления).

Учитывая, что уточненные исковые требования ФИО3 удовлетворены, истец имеет право требовать взыскания с ответчика понесенных в ходе рассмотрения настоящего дела расходов.

Как указано выше, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов по оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, в обоснование которого представлен договор оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО8 (исполнитель) и ФИО3 (заказчик), по условиям которого исполнитель обязуется по заданию заказчика изучить представленные документы, сформировать позицию, подготовить и подать иск с необходимыми документами, участвовать в судебных заседаниях в суде первой и при необходимости второй инстанции по делу о возмещении ущерба от ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, в результате которого поврежден автомобиль заказчика <данные изъяты>.

Стоимость услуг по указанному договору составляет 50 000 рублей, которая включает в себя изучение представленных материалов, формирование позиции, подготовку и подачу иска, участие не более чем в трех судебных заседаниях (п. 3.1).

Факт оплаты истцом юридических услуг в общем размере 50 000 рублей подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО8 допущен к участию в деле в качестве представителя истца на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 68-69 том 1), осуществлял представительство истца в суде первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается протоколами судебных заседаний, подготовил исковое заявление, уточненный иск, знакомился в материалами дела.

Тем самым подтвержден факт участия представителя истца в ходе рассмотрения дела, факт оказания им юридических услуг.

В этой связи, истец вправе требовать взыскания с ответчика понесенных расходов по оплате услуг представителя.

Оценив представленные доказательства в обоснование понесенных расходов в совокупности с объемом оказанных представителем истца услуг, который подтвержден материалами гражданского дела, суд принимает во внимание степень участия в ходе рассмотрения дела в суде представителя истца и количество дней фактического участия представителя в суде, учитывает суд и категорию рассматриваемого спора, принимая во внимание его характер, представление представителем истца письменных документов в дело, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заявленная ко взысканию сумма судебных расходов является несоразмерной объему выполненной представителем работы, в рамках рассмотренного дела, не соответствует балансу интересов сторон, не отвечает принципам разумности и справедливости, и определят соразмерной сумму в размере 30 000 рублей, что по мнению суда отвечает требованиям разумности.

Оснований для снижения суммы судебных расходов по оплате юридических услуг в большем объеме, суд не находит, в том числе, принимая во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что определенная судом ко взысканию сумма является несоразмерной объему выполненной представителем истца работы.

Также из материалов дела установлено, что истцом при подаче иска понесены расходы на подготовку экспертного заключения *** от ДД.ММ.ГГГГ по договору, заключенному с ИП ФИО5, в размере 10 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 66 том 1).

Поскольку эти расходы в общем размере 10 000 рублей понесены истцом с целью получения доказательств для предъявления иска в суд, а именно экспертного заключения *** от ДД.ММ.ГГГГ, суд находит их связанными с рассмотрением дела, в связи с чем взыскивает с ответчика.

Кроме того, при подаче иска истцом была оплачена государственная пошлины 23 464 рубля по чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ (плательщик ФИО8), рассчитанная исходя из цены иска 923 200 рублей, а также государственная пошлина в размере 10 000 рублей по чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ (плательщик ФИО8) по ходатайству о принятии обеспечительных мер.

В ходе рассмотрения дела истец уменьшил исковые требования до 602 300 рублей, государственная пошлина при указанной цене иска составляет 17 046 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, как и государственная пошлина в размере 10 000 рублей, уплаченная истцом по ходатайству о принятии обеспечительных мер.

Тем самым, государственная пошлина в размере 6 418 рублей 00 копеек (23 464 рубля - 17 046 рублей) по чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ (плательщик ФИО8) уплачена истцом излишне, в связи с чем, в силу ст. 333.40 Налогового Кодекса Российской Федерации подлежит возврату истцу.

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в общем размере 67 046 рублей 00 копеек из расчета 30 000 рублей + 10 000 рублей + 10 000 рублей + 17 046 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО3 (паспорт ***) с ФИО2 (паспорт ***) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежную сумму в размере 602 300 рублей 00 копеек? судебные расходы в размере 67 046 рублей 00 копеек.

Возвратить ФИО3 (паспорт *** излишне оплаченную по чеку ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ государственную пошлину в размере 6 418 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 16 октября 2025 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Решение суда на 16.10.2025 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Подлинный документ подшит в деле № 2-2501/2025 Индустриального районного суда г. Барнаула.