Дело № 2-75/2023
УИД 70RS0002-01-2022-004006-95
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
03 июля 2023 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи: Моисеевой Г..Ю,
при секретаре: Лубошниковой А.В.,
с участием представителя истца ФИО11, представителя ответчика ФИО12 – ФИО13, рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО14 к ФИО15, ФИО12 о признании сделки недействительной,
установил:
ФИО14 обратилась в суд с иском к ФИО15, ФИО12, указав, что 27.09.2019 между ней (ФИО14) и ФИО15, ФИО12 заключен договор купли-продажи жилого дома, площадью 83,6 кв.м, кадастровый <номер обезличен>, земельного участка, кадастровый <номер обезличен>, площадью 377 кв.м, расположенных по адресу: <адрес обезличен>. По условиям договора стоимость указанных объектов недвижимости составила 1700000 руб. В соответствии с заключенным 06.10.2019 дополнительным соглашением к договору, оплата по договору производится в рассрочку до 24.04.2022 включительно. На момент заключения договора купли-продажи, квартира принадлежала ей (ФИО14), однако находилась в залоге (ипотеке). Ответчикам была предоставлена возможность проживать в жилом доме, вместе с тем по акту приема-передачи жилой дом ответчикам не передавался, в доме продолжают состоять на регистрационном учете она (ФИО14) и ее родственники. Стоимость договора оплачена ответчиками в полном объеме в марте 2022 года. Переход права собственности за ответчиками зарегистрирован не был, с таким требованием ответчики к ней (ФИО14) не обращались. Более того, регистрация права собственности невозможна, поскольку спорное имущество имеет обременение. Полагает, что сделка является недействительной, так как в момент заключения договора купли-продажи она (ФИО14) не была способна понимать значение своих действий и руководить ими в силу того, что на момент заключения договора купли-продажи она (ФИО14) находилась в тяжелой жизненной ситуации, которая оказала влияние на ее психическое состояние, в силу чего она (ФИО14) в период с 08.07.2019 по 26.08.2019 проходила лечение в психиатрической клинике с диагнозом: <данные изъяты> После прохождения лечения стационарно, она (ФИО14) продолжала лечение амбулаторно и принимала выписанные препараты: <данные изъяты>, последний отпуск лекарственных средств был в октябре 2019 года. Так, она (ФИО14) являлась предпринимателем, занималась выпечкой хлебной продукции, арендуя под пекарню нежилое помещение. До прекращения действия договора аренды, а именно 26.03.2019, собственник нежилого помещения перекрыл ей (ФИО14) доступ в арендуемое помещение, в котором находилось все оборудование пекарни. В связи с указанным, она (ФИО14) 29.03.2019 обратилась в полицию, а 24.09.2019 в Арбитражный суд с иском о признании недействительным удержания имущества. То есть указанные события имели место до заключения договора купли-продажи. На настоящий момент Арбитражным судом постановлен судебный акт от 03.03.2020, в отношении арендодателя возбуждено уголовное дело, что указывает на то, что у нее (ФИО14) действительно в спорный период сложилась трудная жизненная ситуация. Ввиду потери бизнеса и доходов семьи, при наличии долговых обязательств, взятых под развитие бизнеса, наличия спора с арендодателем, ее (ФИО14) муж не выдержал оказанного давления со стороны арендодателя и всей сложившейся ситуации, 28.07.2019 покончил жизнь самоубийством. Таким образом, наличие сложной жизненной ситуации, потери бизнеса, наличие долгов, смерть мужа спровоцировало болезнь, в связи с которой она (ФИО14) незадолго до совершения сделки проходила стационарное лечение, а в момент совершения сделки принимала медицинские препараты (<данные изъяты>), в связи с чем при совершении сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, вся указанная ситуация и отсутствие понимание у нее (ФИО14) на каких условиях совершается сделка, позволило ответчикам заключить договор заведомо на невыгодных дня нее (ФИО14) условиях, так как стоимость договора существенно ниже рыночной стоимости проданных объектов недвижимости.
В окончательной редакции исковых требований просит признать недействительным договор купли-продажи жилого дома, площадью 83,6 кв.м, кадастровый <номер обезличен>, земельного участка, кадастровый <номер обезличен>, площадью 377 кв.м, расположенных по адресу: <адрес обезличен>, заключенный 27.09.2019, между ней (ФИО14) и ФИО15, ФИО12, с учетом дополнительного договора о рассрочке платежа от 06.10.2019, заключенного между теми же лицами.
Истец ФИО14 о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в суд не явилась.
Представить истца ФИО14 – ФИО11, действующая на основании ордера, в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, с учетом их увеличения, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что истец до настоящего времени находится в состоянии, в котором ей сложно оценивать ситуацию. Помимо сложных жизненных ситуаций, описанных в иске, в январе 2019 года в доме истца произошла кража, в отношении виновного лица вынесен приговор. В мае 2019 года Ленинским районным судом г. Томска вынесено решение по делу по иску банка к истцу о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное спорное имущество. В настоящее время обязательства по кредитному договору истцом не исполнены, спорое имущество находится в залоге. Указанные обстоятельства также повлияли на психическое состояние здоровья истца. Ответчикам было известно о том, что муж истца покончил жизнь самоубийством, так же что истец находилась на лечении, поскольку они проживали на соседней улице. Кроме того, истец не была знакомлена с дополнительным договором купли-продажи, что также влияет на существо сделки. Дополнительно указала, что сам факт отсутствия в основном договоре условий рассрочки, также свидетельствует, что ФИО14 не понимала и не могла реально оценить все обстоятельства совершения сделки, не знала его условий и поскольку на этот момент имела значительную задолженность перед банком, продажа дома в рассрочку не отвечала её интересам. Об этом и свидетельствуют смс сообщения, в которых ФИО14 просит ответчиков рассчитаться за дом в полном объеме, и предположительно ей это ответчиками было обещано, тем самым последние вводили истца в заблуждение. И в итоге указанной продажи ФИО14 лишилась дома, и кредит погашен не был. Полагала, что ответчикам было достоверно известно как о состоянии здоровья истца на момент покупки дома, так и о наличии обременений, но согласились на это, понимая наличие рисков, о чем предусмотрено в договоре, поскольку цена на дом была очень занижена.
Обратила внимание, что ранее указанный объект недвижимости уже выставлялся на продажу и его стоимость была выше порядка одного миллиона.
Ответчик ФИО12 надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела в суд не явилась. Участвуя ранее в судебном заседании, ответчик ФИО12 исковые требования не признала, указала, что о продаже дома им с мужем ФИО15 стало известно с Интернет-сайта, в объявлении стоимость дома была указала 1700000 руб. с возможностью оплаты в рассрочку либо оформления ипотеки. Они с мужем позвонили по объявлению, истец сказала, что подумает по поводу продажи дома. В тот же день истец перезвонила и сказала, что можно подъехать посмотреть спорное недвижимое имущество. При встрече истец была абсолютно нормальной, адекватно себя вела. О том, что у нее умер муж, им известно не было. При оформлении сделки к услугам риэлторов они не обращались, поскольку истец их уверила, что она ранее работала с 2011 года в агентстве недвижимости, у нее есть образцы договоров и она самостоятельно составит договор купли-продажи. Все документы были составлены истцом. По условиям сделки они договорились, что 200000 руб. они внесут сразу, затем каждый месяц будут выплачивать по 50000 руб. 18.09.2019 истцу передали 70000 руб., 20.09.2019 – 130000 руб. После передаче денежных средств неоднократно обращались к истцу с вопросом, когда будет подписан договор, истец ссылалась на занятость, участие в других судебных процессах где она допрашивалась. Позже сказала, что 06.10.2019 они (ответчики) могут заезжать в дом. Летом 2020 года от соседей узнали о том, что муж истца покончил жизнь самоубийством. Истец постоянно спрашивала о том, приходят ли на ее имя письма, судебные повестки, ответы с прокуратуры. Также к ним приезжали сотрудники банка, истец заранее предупредила их (ответчиков) о том, чтобы не говорили сотрудникам банка о месте ее работы. До 2021 году истец работала в «Я пеку» и за расписками о передаче денег ездила на работу к ФИО14 От сотрудников банка узнали о том, что дом находится в залоге. После визита сотрудников банка, они (ответчики) приехали к истцу, она их заверила, что им не нужно волноваться, поскольку она покрывает задолженность перед банком теми денежными средствами, которые они ей выплачивают ежемесячно. Истцу было предложено оставшиеся 600000 руб. перевести непосредственно в банк с целью погашения задолженности, на что истец отказалась. Ежемесячные платежи вносили истцу всегда вовремя. Расписки в получении денежных средств истец писала лично. О том, что истец лежала в больнице, им (ответчикам) известно не было. Также при покупке дома, истцу говорили о том, что они бояться ей передавать деньги за дом без вселения, на что истец пошла на уступки и зарегистрировала ФИО15 в спорном жилом доме. До покупки спорного недвижимого имущества с истцом знакомы не были. Сведения о спорном недвижимом имуществе самостоятельно не запрашивали, поскольку доверились истцу, она не вызывала у них (ответчиков) недоверие. Оплату по договору внесли в полном объеме в феврале 2022 года. После чего обратились к истцу с просьбой о регистрации, на что истец просила подождать 6 месяцев, потом еще подождать и дом по настоящее время не перерегистрирован на их имя.
Представитель ответчика ФИО12– ФИО13, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что факт того, что истец в момент заключения договора находилась в болезненном состоянии, которое исключало бы её сделкоспособность, опровергается материалами дела. Так, истец в период с октября 2019 года участвовала при рассмотрении дела Арбитражным судом, представляла доказательства, судебный процесс носил продолжительный характер, у суда никаких сомнений в ее вменяемости не возникло, как и у должностных лиц правоохранительных органов, в которые истец также обращалась в указанный период. Что касается цены договора, то стороны свободы в выборе условий заключения договора. В ходе рассмотрения дела установлено, что на истца никакого давления не оказывалось, угроз в ее адрес не поступало. Эксперты при проведении судебной экспертизы пришли к единому выводу о том, что истец на момент подписания договора не имела психических расстройств, понимала, осознавала и могла правильно оценить свои действия, в том числе при заключения договора купли –продажи и дополнительного соглашения. Напротив, усматривается, что истец действовала умышленно и от сделки имеет выгоду, поскольку могла спокойно два года проживать на ежемесячный выплаты, которые производили ответчики, при этом кредит не погашала, дом на покупателей не переоформила и фактически является его собственником. И просьбы ФИО14 в смс сообщениях о выплате всей суммы за дом досрочно, а также ответы ФИО12 о наличии договоренности о рассрочке, свидетельствует исключительно о том, что условия договора предусматривали выплаты за покупку дома в рассрочку и они были известны и сторонам договора. При этом ФИО14 стало известно о состоянии своего здоровья, которое вызвало у неё сомнения о возможности понимать и осознавать свои действия, только после полной выплаты за покупку дома ответчиками, именно когда возникла обязанность его переоформления.
Ответчик ФИО15, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в суд не явился.
Суд в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, экспертов, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) закрепляет основные начала гражданского законодательства и указывает, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Этой же нормой установлено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
В силу положений ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В силу ст.ст. 209, 219 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.
Пунктом 2 статьи 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении имущества.
В соответствии со ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.
По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (ч. 1 ст. 454 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.
В соответствии с п. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору купли-продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.
В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу положений ч. 4 ст. 177 ГК РФ если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.
Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны (абз. 2, 3 п. 1 ст. 171 ГК РФ).
В соответствии с ч. 3 ст. 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (ч. 4 ст. 179 ГК РФ).
Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст. 177, 179 ГК РФ, лежит на истце.
В судебном заседании установлено и подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 24.05.2007, от 08.10.2009, выписками из ЕГРН, что истцу на праве собственности принадлежит жилой дом, общей площадью 83,60 кв.м, кадастровый <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>; земельный участок, площадью 377 кв.м, кадастровый <номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен>. В отношении указанного недвижимого имущества, зарегистрировано, в том числе обременение в виде ипотеки в пользу ПАО «Совкомбанк».
Между истцом ФИО14 (продавец) и ответчиками ФИО15, ФИО12 (покупатели) 27.09.2019 заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать в общую совместную собственность, а покупатели принять и оплатить в соответствии с условиями договора следующие объекты недвижимого имущества: земельный участок, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 377 кв.м, кадастровый <номер обезличен>; жилой дом, расположенный по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 83,60 кв.м. Указанные объекты недвижимости продаются за 1700000 руб., из которых 200000 руб. оплачиваются в качестве задатка за счет собственных денежных средств покупателей до подписания договора, 1500000 руб. оплачиваются за счет собственных денежных средств покупателей до сдачи документов на регистрацию и до дня государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес обезличен> путем рассрочки платежа по дополнительному договору.
06.10.2019 между ФИО14 (продавец) и ответчиками ФИО15, ФИО12 (покупатели) заключен дополнительный договор о рассрочке платежа, по условиям которого до момента подписания договора купли-продажи дома с земельным участком от 27.09.2019, покупатели из собственных средств оплатили задаток в размере 200000 руб. Сумма 1500000 руб. оплачивается за счет собственных денежных средств покупателей продавцу путем рассрочки платежа. Стороны пришли к соглашению, что покупатели ежемесячно оплачивают сумму в размере 50000 руб. Уплата указанной суммы производится покупателями продавцу 24 числа каждого месяца с 24.11.2019 по 24.04.2022.
Сторонами не оспаривался факт того, что оплата по договору купли-продажи с рассрочкой платежа произведена покупателями (ответчиками) в полном объеме. Также не оспаривался тот факт, что переход права собственности на вышеуказанные объекты недвижимости зарегистрирован в установленном законом порядке не был, поскольку в отношении объектов недвижимости зарегистрировано, в том числе обременение в виде ипотеки.
Обращаясь в с настоящим иском истец указывает, что сделка купли-продажи спорных объектов недвижимости является недействительной, поскольку в момент заключения договора купли-продажи она (ФИО14) не была способна понимать значение своих действий и руководить ими в силу того, что на момент заключения договора купли-продажи она (ФИО14) находилась в тяжелой жизненной ситуации, которая оказала влияние на ее психическое состояние.
Так, истец указывает, что осуществляла предпринимательскую деятельность, в связи с чем арендовала нежилое помещение, до прекращения действия договора аренды, а именно 26.03.2019, собственник нежилого помещения воспрепятствовал ее (ФИО14) доступу в арендуемое помещение, в котором находилось все ее оборудование для осуществления ее деятельности. В связи с указанным, она (ФИО14) 29.03.2019 обратилась в полицию, а 24.09.2019 в арбитражный суд. В подтверждение указанных обстоятельств истец представляет уведомление о постановке на учет физического лица в налоговом органе; выписку из ЕГРИП; договор аренды нежилого помещения от 20.03.2018, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (арендодатель) и истцом (арендатор); материалы КУСП по факту обращения истца в органы полиции на действия арендодателя ФИО1, а также материалы уголовного дела (постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 11.08.2022) в отношении ФИО1; решение Арбитражного суда Томской области от 05.03.2020 по делу по иску индивидуального предпринимателя ФИО14 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения.
Также истец указывает на наличие долговых обязательств, в подтверждение чего представляет кредитный договор, заключенный между ней (ФИО14) как заемщиком и ПАО «Совкомбанк»; определение Ленинского районного суда г. Томска от 26.09.2019 об утверждении мирового соглашения по делу по иску ПАО «Совкомбанк» к ФИО14 о расторжении кредитного договора, взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество.
Кроме того, истец указывает, что ввиду данных обстоятельств, ее муж ФИО2 28.07.2019 покончил жизнь самоубийством, что подтверждается справкой о смерти № С-08518 от 30.07.2019, свидетельством о смерти I-OM <номер обезличен>.
Как следует из сообщения от 19.05.2022, ФИО14 на диспансерном учете у врача-психиатра ОГАУЗ «ТКПБ» не состоит и не состояла, на стационарном лечении не находилась. 23.08.2019 обращалась за амбулаторной психиатрической помощью во взрослое отделение диспансерное отделение ОГАУЗ «ТКПБ». По результатам осмотра ФИО14 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» и назначено следующее лечение: <данные изъяты>.
Приобретение указанных медицинских препаратов подтверждается представленными рецептами, согласно которым лекарство отпущено 28.08.2019, 06.09.2019, 18.09.2019, 05.10.2019.
Согласно врачебной справке от 31.05.2022 ФИО14 в период с 08.07.2019 по 26.08.2019 находилась на лечении в клинике НИИ психического здоровья с диагнозом: «<данные изъяты>
Листком нетрудоспособности подтверждается, что истец находилась в стационаре, в период с 08.07.2019 по 26.08.2019 была освобождена от работы, с 27.08.2019 выписана к труду.
То есть указанные события имели место до заключения договора купли-продажи и по мнению истца повлияли на ее психическое состояние здоровья и заключение сделки на крайне невыгодных для нее условиях.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 суду показал, что истец приходится ему матерью, они проживают отдельно. Истец с 2018 года занималась предпринимательской деятельностью в сфере кулинарии. В 2019 году с арендодателем нежилого помещения, где она осуществляла предпринимательскую деятельность, возникли проблемы, арендодатель сменил замки в помещении и не давал ей возможности осуществлять деятельность, требовал вернуть долг. Небольшой промежуток времени истец находилась за границей, в указанный период арендодатель вынес из помещения все принадлежащее истцу имущество. У истца имелись кредитные обязательства, которые были взяты для осуществления бизнеса, выплачивать она их не могла. Потом, в 2019 году её муж покончил жизнь самоубийством, она легла в психиатрическую клинику, где находилась пару месяцев. Он (свидетель) навещал ее в больнице редко, истец была в таком состоянии, котором разговаривать не желала, а также обсуждать проблемы и наличие долгов. Выписавшись с больницы, ее состояние не улучшилось, она была очень спокойной и вялой. Зимой истец переехала из своего дома, он (свидетель) полагал, что она дом сдала в аренду, а сама проживала в съемной квартире, поскольку боялась того, что ее будут искать кредиторы. О том, что истец продала дом, ему (свидетелю) известно не было. После выписки из больницы виделись с истцом несколько раз в месяц, она просила ее не беспокоить, просто не желала обсуждать проблемы, её тяготило наличие долгов, жаловалась на головную боль. До больницы истец была раздражительна, нервно реагировала на безобидные ситуации. В больнице была спокойной. После выписки также сохранялось в большей части спокойствие, вялость, однако имелись вспышки раздражительности. С матерью у них не очень доверительные и близкие отношения, о событиях с ней происходящих, она не всегда рассказывала. После выписки из больницы истец дома пекла торты на заказ, так зарабатывала на свое содержание. Материальной помощи истцу не оказывал. Отсутствие у неё ориентирования по местности, что бы она терялась, такого не было, не замечал.
Свидетель ФИО4 допрошенная в судебном заседании, суду пояснила, что истец приходится ей свекровью. О продаже истцом жилого дома ей известно не было. О том, что дом продан, узнала в сентябре-октябре 2020 года, со слов мужа. В июле-августе 2019 истец находилась на стационарном лечении в психиатрической больнице. В больнице навещала истца два раза. В больнице у истца было неадекватное состояние, заторможенное поведение, несвязная речь. Обычно у истца наблюдалось иное поведение, она общительная, активная. После выписки истец стала проживать в своем доме, она была во взвинченном, тревожном состояние. С истцом виделись редко, так как проживают далеко друг от друга. Муж навещал истца один – два раза в месяц. Странного, нестандартного поведения со стороны истца не наблюдала. После выписки из больницы истец пекла торты на заказ, затем устроилась на работу в магазин. Проживала истец со своим отцом.
ФИО5 допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля суду показала, что с истцом знакома с 1998 года, встречались с ней по работе, близкими подругами не были. В 2018 году в доме истца была кража, украли почти все имущество. Был длительный судебный процесс, который закончился в сентябре-октябре 2019 года. Истец на тот момент пережила сильный стресс. До 2018 года истец работала в агентстве недвижимости, с 2018 года занималась предпринимательской деятельностью, открыла кондитерскую, бизнесом занималась вся семья. С арендодателем нежилого помещения, в котором истец осуществляла деятельность возник конфликт, последний чинил препятствия в пользовании нежилым помещением, в связи с чем истец была вынуждена обратится в полицию. Также у истца имелись кредитные обязательства. Судебные разбирательства с арендодателем в арбитражном суде. Она (свидетель) представляла ее интересы в судах, участвовать в судебных заседаниях истец не могла, поскольку принимала медицинские препараты, связанные с ее психическом здоровьем. В связи с потерей бизнеса, семья истца оказалась без средств к существованию. Муж истца не выдержал всего происходящего и покончил жизнь самоубийством. Истец была в стрессовом состоянии, в связи с чем проходила лечение в психиатрической больнице. Инициатором того, чтобы истец прошла стационарное лечение была она (свидетель), поскольку истец находилась с тяжелом психологическом состоянии, она могла путать имена, постоянно плакала, была замкнутой. Истца интересовал вопрос, заберет ли банк ее дом, она была очень расстроена. Истец боялась управлять автомобилем, поскольку не могла сосредоточиться. Плохо ориентировалась в местности при использовании маршрутного такси. После выписки из больницы, истец еще долгое время принимала медицинские препараты. О том, что истец продала дом, ей (свидетелю) известно не было, истец говорила, что сдала дом в аренду на длительный срок. О продаже дома узнала от истца, в сентябре-октябре 2020 года. С детьми истец общалась редко.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 суду показал, что ответчик ФИО12 приходится ей дочерью, ответчик ФИО15 – отчимом. В 2019 году ФИО12 купила у истца дом по адресу: <адрес обезличен>. С 2021 года она (свидетель) проживала в данном доме совместно с ФИО12 Дом был приобретен в рассрочку, платежи вносились вовремя. ФИО12 обращалась к истцу с просьбой зарегистрировать ее (свидетеля) в жилом доме, на что истец отказала. О наличии какого-либо психического расстройства у истца, ей (свидетелю) известно не было. Исходя из разговоров с истцом, она была адекватной.
Свидетель ФИО7 допрошенный в судебном заседании суду показал, что знаком с ответчиками, проживают по соседству. В 2019 года ответчики купили дом, в октябре 2019 году обратились к нему с просьбой сделать в доме ремонт. При выполнении работ, к ответчикам приходила ФИО14, оценила качество ремонта, похвалила его (свидетеля). ФИО14 общалась с ФИО12 по поводу продажи мебели и каких-то денежных средств, он особо не интересовался. ФИО14 приезжала на машине, которой управляла сама. Каких-либо отклонений в поведении ФИО14 не заметил, вела себя нормально. Также видел ФИО14 в ноябре, она приезжала к ФИО12 за деньгами. Каких либо особенностей в её поведении не было, нормальная, активная.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 суду показала, что ответчик ФИО12 приходится ей сестрой. Знакома с истцом ФИО14 В сентябре 2019 года ФИО12 купила у истца дом. Со слов ФИО12 известно, что стоимостью дома была 1700000 руб. Оформлением документов занималась ФИО14, ФИО12 ей доверяла, говорила, что она юрист, все оформит правильно. Дом был приобретен в рассрочку, она (свидетель) помогала финансово вносить плату за дом. После того, как оплата за дом была произведена в полном объеме, ФИО12 обратилась к ФИО14 с просьбой переоформить дом, на что ФИО14 попросила отсрочку на 6 месяцев. Свидетель лично присутствовала при разговоре, встреча была в феврале 2022 года. ФИО14 была в нормальном состоянии, ориентировалась в пространстве, никаких отклонений в поведении её не было.
Учитывая, что при рассмотрении данного спора к обстоятельствам, имеющим значение для дела, относится установление способности лица, оспаривающего сделку по данному основанию, могло ли данное лицо осознавать значение своих действий и руководить ими на момент совершения оспариваемой сделки, судом в ходе рассмотрения дела назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ОГАУЗ «ТКПБ».
Как следует из выводов заключения комиссии экспертов ОГАУЗ «ТКПБ» от 15.02.2023 № 117, ФИО14, хроническим психиатрическим расстройством, слабоумием или иным болезненным расстройством психики, на протяжении своей жизни и на момент составления договора купли-продажи 27.09.2019 и договора о рассрочке платежа от 06.10.2019, не страдала, <данные изъяты> Ретроспективное изучение поведения испытуемой в юридически значимой ситуации, проведенное по материалам дела и сведениям, полученным от испытуемой, анализ медицинской документации и результаты экспериментально-психологического исследования позволяют сделать вывод, что свойственные ФИО14 индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на ее сознание и деятельность в интересующий суд период времени (на момент заключения договора купли-продажи 27.09.2019 и договора рассрочки 06.10.2019).
Приведенное заключение экспертизы по своему содержанию соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", поставленные в определении суда о назначении судебной экспертизы вопросы относятся к компетенции экспертной комиссии, члены которой предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, заключение содержит ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, является последовательным, понятным, выводы экспертной комиссии подробно мотивированы, выводы экспертов неясностей и разночтений не содержат. Экспертиза проведена двумя экспертами врачами-психиатрами и психологом ОГАУЗ "Томская клиническая психиатрическая больница".
Суд принимает во внимание указанное заключение комиссии экспертов, доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности такого заключения, не представлено.
Кроме того, допрошенная в судебном заседании в качестве эксперта ФИО9, проводившая в составе комиссии амбулаторную судебную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, суду показала, что выписана ФИО14 была по оздоровлению в связи с улучшением здоровья, а именно заболевание было купировано. Хронического заболевания установлено не был, как и не было установлено наличие рецидива. Представленной медицинской документации было достаточно для исследования и необходимости в истребовании статистической карты ФИО14 не имелось, дополнительной документации не требовалось, в исследовании непосредственно принимала участие ФИО14 лично и пояснила, что занималась самолечением, прекратила посещать врача. Не отрицала факт того, что стрессовая ситуация связанная с потерей дома, привел ФИО14 к депрессии, однако указанное её состояние не свидетельствует, что последняя не могла совершать сделки и понимать их значение. Пояснила, что экспертами не установлено наличие данных, свидетельствующих, что медицинские препараты отразились на ее здоровье, а увеличение дозировки препарата до 150 мг, как и назначение о его приеме после выписки из стационара, об этом не свидетельствуют, указанное свидетельствует о наличии ремиссии и её закреплении. Исследованные материалы дела, пояснения самой ФИО14 позволили прийти экспертам к единому выводу, что ФИО14 на момент заключения сделки была в состоянии осознавать свои действия.
Также в судебном заседании допрошена эксперт ФИО10, проводившая в составе комиссии амбулаторную судебную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, которая суду пояснила, что у ФИО14 был поставлен диагноз - <данные изъяты>, а также было установлено, что последняя была выписана к труду, указанное свидетельствовало, что выписана с оздоровлением и её состояние здоровья не препятствовало ей осознавать свои действия, в том числе и при подписании спорного договора купли-продажи. Указала, что для дачи заключения и выводов, в нем указанных представленной медицинской документации было достаточно, ФИО14 лично принимала участие в исследовании, давала пояснения, и анализ её состояния и возможности понимать значение своих действий в момент заключения спорного договора купли –продажи был сделан по итогам комплексного исследования, выводы специалистов не противоречили друг другу и были даны однозначные ответы на поставленные экспертам вопросы.
Оценив представленные суду доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела не добыто достоверных и неопровержимых доказательств того, что в период совершения оспариваемой сделки, ФИО14 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5 о неадекватном поведении ФИО14 опровергаются выводами судебной экспертизы. Более того, суд принимает во внимание факт того, что указанные свидетели с истцом виделись редко, один-два раза в месяц, специалистами в области медицины или психиатрии не являются, и оценивали состояние ФИО14 исходя из субъективного мнения, не исключено сформировавшегося значительно позже исследуемого периода. Об указанном свидетельствует полярно противоречивые пояснения свидетелей ФИО3, ФИО4, о состояния ФИО14 после её выписки из психиатрической больницы от вялого и спокойного до взвинченного и тревожного.
Довод о том, что истец находилась в тяжелой жизненной ситуации и совершила сделку заведомо невыгодную для себя нельзя признать основанием для признания договора купли-продажи недействительным, поскольку арендодатель, в связи с действиями которого, истец оказалась в тяжелом материальном положении, стороной по договору не является, ответчики к каким-либо противоправным действиям в отношении истца отношения не имеют, каких-либо требований истцу не выдвигали.
Наличие неисполненных кредитных обязательств, смерть мужа не могут свидетельствовать о том, что сделка совершена на крайне невыгодных условиях, которую истец была вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств. Понятие выгодных условий имеет субъективное мнение и при различных обстоятельствах определяться сторонами сделки самостоятельно. Факт того, что ФИО14 ежемесячно в течение продолжительного времени получала денежные средства от продажи дома, кредитные обязательства из них не погашала в полном объеме, и не заявляла претензий к ответчикам до полной его оплаты свидетельствует, что данные условия были для неё приемлемы и выгодны, как и цена, за которую был продан дом. При этом исполнение договора и получение всей суммы оплаты, которое продолжалось около двух лет, свидетельствует, что истец не только понимала значение своих действий по его заключению и исполнению, но и одобряла. В связи с чем суд отклоняет доводы представителя истца, что сделка была совершена на крайне невыгодных условиях и указанное не подтверждает, что ФИО14 при её заключении не понимала значение своих действий. Указанное выше свидетельствует и несостоятельности доводов представителя истца, что указания на условия в п. 6. дополнительного договора о рассрочке платежей, свидетельствует о том, что ответчики знали о психическом состоянии ФИО14 при его заключении, а именно что она не была способной понимать значение своих действий и руководить ими.
Довод истца и её представителя, о том, что она не была ознакомлена с условиями оплаты договора в рассрочку, является несостоятельным и опровергается материалами дела, поскольку как следует из договора, он подписан истцом собственноручно, подписание договора истцом не оспаривалось. При этом представленная суду переписка между ФИО14 и ФИО12 только подтверждает факт, того, что условия договора, в том числе, по цене дома и рассрочке платежей были согласованы и обоюдно выгодными. Кроме, того факт того, что сделка была заключена при условии оплаты в рассрочку также подтверждается пояснениями истца в ходе проведения судебной экспертизы. Так, судебной экспертизой установлено, что ФИО14 имела четкое намерение продать принадлежащий ей дом и земельный участок, чтобы погасить задолженность и снять обременение в отношении недвижимого имущества. Для этого она подала объявление о продаже дома, показывала его покупателям. Стоимость ниже рыночной поставила в связи с необходимостью продать имущество в кратчайшие сроки. Условия рассрочки, на которых она заключала договор купли-продажи, понимала в полной мере, оценивала сумму ежемесячного платежа, которого бы ей хватило на покрытие ежемесячных нужд и погашение долговых обязательств.
Таким образом, последовательность действий ФИО14 по совершению оспариваемой сделки указывают на наличие сформированного у нее личного волеизьявления на продажу жилого дома и земельного участка на условиях, указанных в оспариваемом договоре купли – продажи и дополнительном договоре о рассрочке платеже от 06.10.2019.
Также является несостоятельным довод истца о том, что договором купли-продажи установлена цена, не соответствующая рыночной стоимости объектов недвижимости, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 421, п. 1 ст. 424 ГК РФ, граждане свободны в заключении договора, исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон, несоответствие цены объекта, указанной в договоре, его рыночной стоимости, само по себе не отвечает признакам кабальной сделки.
Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В силу положений ч. ч. 1 - 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Дав оценку вышеуказанным обстоятельствам, в совокупности с представленными доказательствами, суд приходит к выводу, что в подтверждение доводов о недействительности сделки, которая по мнению истца совершена ею в таком состоянии когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, а также, что сделка была совершена ею на крайне невыгодных условиях, которую истец была вынуждена совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, истцом не представлено.
При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО14 к ФИО15, ФИО12 о признании сделки недействительной в полном объеме.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО14 к ФИО15, ФИО12 о признании сделки недействительной оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения.
Председательствующий: Г.Ю. Моисеева
Мотивированный текст решения изготовлен 10.07.2023