Дело № 2-2843/22
07RS0001-02-2021-002592-79
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 ноября 2022 года город Нальчик
Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики в составе: председательствующего Шапкиной Е.В., при секретаре Кодзевой Л.Б., с участием: истца ФИО1, его представителя – ФИО2, действующей по доверенности от 23.07.2021г., представителя ответчика МВД России по КБР – ФИО4, действующей по доверенности от 21.07.2022г. №66, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике о признании незаконным и необоснованным и об отмене решения Центральной жилищно-бытовой комиссии от 17 мая 2018 года, о признании его очередником нуждающимся в улучшении жилищных условий, восстановлении в очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий,-
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике (далее – МВД по КБР), в котором просит признать незаконным, необоснованным и отменить решение Центральной жилищно-бытовой комиссии от 17 мая 2018 года о снятии его с учета с составом семьи 6 человек, признать его очередником с составом семьи 6 человек (он, его супруга, дочь, сын, сноха и внук) нуждающимся в улучшении жилищных условий с 02 марта 2018 года, восстановить его в очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий, мотивируя следующим.
Он является пенсионером МВД по КБР, с 30 января 2004 года состоял на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий по договорам социального найма. Согласно выписке из протокола №7 заседания центральной жилищно-бытовой комиссии МВД по КБР от 02 марта 2018 года, комиссией было принято решение признать его очередником с составом семьи 6 человек (он, жена- ФИО3 ФИО17., сын-ФИО3 ФИО18 дочь-ФИО3 ФИО19., сноха-ФИО3 ФИО20., внук –ФИО3 ФИО21.).
Согласно выписке из протокола № 12 заседания центральной жилищно-бытовой комиссии МВД по КБР от 17 мая 2018 года, комиссией принято решение в соответствии с частью 2 статьи 6 Федерального Закона от 29 декабря 2004 года № 189 ФЗ, о снятии его с членами семьи с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий пенсионера МВД по КБР в связи с утратой оснований, которые до введения в действия ЖК РФ давали ему право на получение жилого помещения по договору социального найма. В обосновании такого решения ответчик указывает на то, что за ним числилась квартира, расположенная по адресу: КБР, <адрес> «Б», <адрес>, жилая площадь которой составляет 52,6 кв.м. Согласно позиции ответчика, на момент отчуждения им данной квартиры в 2012 году обеспеченность его семьи была выше учетной нормы (9 кв.м.) и составляла 11,8 кв.м на одного человека.
На заседании комиссии он пояснил, что квартира, расположенная по адресу: КБР, <адрес> <адрес> <адрес> была продана им еще в 1994 году, но так как у новых собственников был утерян договор купли-продажи от 1994 года, а им необходимо было зарегистрировать собственность в соответствии с нынешнем законодательством, решил помочь им и между покупателем (фактическим собственником) ФИО8 и им, ФИО3, А.И., был подписан договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу КБР, <адрес> <адрес> <адрес> повторно, но уже ДД.ММ.ГГГГ. Фактически, квартира была продана еще в 1994 году. До 2012 года перед собственниками не стоял вопрос о регистрации права собственности на указанное имущество. В момент составления договора купли-продажи семья ФИО11 решила регистрировать право собственности сразу на сына Магомеда. Согласно договору купли-продажи квартиры от 21 июля 2012 года от имени несовершеннолетнего ФИО8 действовали его родители Свидетель №1 и ФИО6 Данные граждане могут подтвердить, что фактически квартира приобретена ими в 1994 году, деньги переданы в полном объеме и сделка добросовестная. Претензии стороны друг к другу не имеют по настоящее время. На полученные денежные средства он приобрел имущество, расположенное по адресу КБР, <адрес> <адрес> <адрес>, что подтверждается договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, на ДД.ММ.ГГГГ у него и членов его семьи отсутствовало какое-либо имущество после 1994 года, в связи с чем, считает решение центральной жилищно-бытовой комиссии МВД по КБР от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и необоснованным.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика МВД по КБР ФИО4 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражении, просила отказать в их удовлетворении за необоснованностью и пропуском срока исковой давности.
Третьи лица - ФИО3 ФИО22., ФИО3 ФИО23., ФИО3 ФИО24., ФИО3 ФИО25., ФИО3 ФИО26., извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, от них поступили заявления о рассмотрении дела без их участия.
Суд с учетом мнения явившихся лиц, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц по правилам ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав стороны, изучив доводы иска, исследовав материалы дела, а также учетное дело ФИО1, суд приходит к следующему.
Согласно статье 195 ГПК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Пунктом 1 статьи 196 ГПК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.
Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Представителем ответчика - ФИО4 заявлено о применении срока исковой давности к заявленным ФИО1 требованиям.
В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГПК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.
Действительно из выписки из протокола заседания Центральной жилищно-бытовой комиссией МВД по КБР № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 был приглашен на заседание комиссии и принимал участие в нем, давал пояснения и о принятом комиссией решении узнал в тот же день. Указанное обстоятельство никем не оспаривается. Но Выписку из решения комиссии он получил только 25 мая 2018 года, сведений о более раннем получении оспариваемого решения не имеется. При установленных обстоятельствах суд полагает, что срок для обращения в суд за защитой нарушенного права надлежит исчислять с 25 мая 2018 года, так как, только получив решение, ФИО1 мог его обжаловать в установленном законом порядке.
Судом установлено, что исковое заявление ФИО1 направил по почте 22 мая 2021 года, то есть в пределах установленного трехгодичного срока, следовательно, срок для обращения им не пропущен.
Разрешая требования ФИО1 по существу, суд находит их подлежащими частичному удовлетворению.
Согласно части 1 статьи 57 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности исходя из времени принятия таких граждан на учет.
Основанием для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении является необеспеченность его жилым помещением по договору социального найма или отсутствие у него жилого помещения в собственности (пункт 1 части 1 статьи 51 ЖК РФ).
Таким образом, по общему правилу, необходимым условием реализации гражданином права на обеспечение жильем является признание этого гражданина нуждающимся в улучшении жилищных условий и постановка на соответствующий учет.
Согласно статьи 30 Закона "О милиции" от 18 апреля 1991 года N 1026 (действовавшего во время прохождения службы истца и утратившего силу с 01 марта 2011 г.) сотрудникам милиции, признанным нуждающимися в улучшении жилищных условий, жилая площадь в виде отдельной квартиры или дома по установленным законодательством нормам предоставлялась соответствующими органами исполнительной власти, органами местного самоуправления и организациями в первоочередном порядке, а участковым уполномоченным милиции - не позднее шести месяцев с момента вступления в должность.
Порядок предоставления жилой площади в структурах Министерства внутренних дел Российской Федерации регламентировался Положением о деятельности органов внутренних дел Российской Федерации по учету лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и распределению жилой площади, утвержденным Приказом МВД России от 24 мая 2003 года N 345, согласно которому ведение учета сотрудников органов внутренних дел, признанных нуждающимися в улучшении жилищных условий, осуществлялось путем формирования списков указанных лиц соответствующими органами внутренних дел по месту прохождения ими службы.
В силу пункта 2 названного Положения постановка на учет сотрудников органов внутренних дел и предоставление им жилых помещений по месту расположения соответствующих органов внутренних дел осуществлялась в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, актами органов местного самоуправления, нормативными правовыми актами МВД России и настоящим приказом.
Учет очередников велся по единому списку с одновременным включением в отдельные списки очередников, имеющих право на первоочередное и внеочередное получение жилых помещений (пункт 4). Принятые на учет очередники включались в Книгу учета сотрудников, нуждающихся в улучшении жилищных условий (пункт 7). Перечень документов, предоставляемых сотрудниками в комиссии для решения вопроса о признании их нуждающимися в улучшении жилищных условий, устанавливается на основании законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации (п. 4).
В соответствии с пунктом 9.1 Положения предоставление жилых помещений сотрудникам органов внутренних дел обеспечивалось после рассмотрения соответствующей комиссией и утверждения протокола начальником органа внутренних дел.
Судом установлено, что ФИО1 с 30 января 2004 года был принят на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий с составом семьи 4 человека.
Протокольным решением Центральной жилищно-бытовой комиссии МВД по КБР № 7 от 02 марта 2018 года по заявлению ФИО1 членами семьи были признаны также сноха – ФИО3 ФИО27. и внук- ФИО3 ФИО28. и постановлено считать ФИО1 очередником с составом семьи 6 человек.
Далее, решением Центральной жилищно-бытовой комиссии МВД по КБР № от ДД.ММ.ГГГГ постановлено снять с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий пенсионера МВД по Кабардино-Балкарской Республике ФИО1 с составом семьи 6 человек (он, жена - ФИО3 ФИО29., сын – ФИО3 ФИО30., дочь - ФИО3 ФИО31., сноха - ФИО3 ФИО32., внук – ФИО3 ФИО33.), в соответствии с частью 2 статьи 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" в связи с утратой оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации давали ему право на получение жилого помещения по договору социального найма.
Основанием принятия названного решения послужили следующие обстоятельства. Семья ФИО1 зарегистрирована и проживает по адресу: КБР, <адрес> <адрес> <адрес>, принадлежащей ему, жилая площадь квартиры составляет 28,5 кв.м.
Согласно выписке из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 11 декабря 2017 года за ФИО1 на 10 августа 2012 года числилась квартира общей площадью 52,6 кв.м.. Согласно сведениям технического паспорта от 18 июля 2012 года, жилая площадь квартиры составляет 30,5 кв.м..
То есть на момент отчуждения квартиры в 2012 году обеспеченность семьи ФИО1 была выше учетной нормы (9,0 кв.м.) и составляла 11,8 кв.м, на одного человека.
Приглашенный на заседание комиссии сам ФИО1 пояснил, что квартира, отчужденная им в 2012 году, на самом деле была продана еще в 1995 году. Однако, документального подтверждения своих слов им не представлено.
В соответствии с частью 2 статьи 6 Федерального закона от 29 декабря 2004 года №189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 года в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, снимаются с данного учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 - 6 части 1 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в случае утраты ими оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма.
Согласно статье 55 ЖК РФ право состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях сохраняется за гражданами до получения ими жилых помещений по договорам социального найма или до выявления предусмотренных статьей 56 настоящего Кодекса оснований снятия их с учета.
Пунктом 6 части 1 статьи 56 ЖК РФ предусмотрено, что граждане снимаются с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях в случае выявления в представленных документах в орган, осуществляющий принятие на учет, сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием принятия на учет, а также неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет.
При этом, исходя из смысла вышеприведенного положения пункта 6 части 1 статьи 56 ЖК РФ под не соответствующими действительности сведениями понимаются не любые сведения, содержащиеся в документах, а лишь те, которые касаются существенных обстоятельств и были определяющими при принятии решения о постановке на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий.
Согласно статье 53 ЖК РФ граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.
Часть 8 статьи 57 данного кодекса гласит, что при предоставлении гражданину жилого помещения по договору социального найма учитываются действия и гражданско-правовые сделки с жилыми помещениями, совершение которых привело к уменьшению размера занимаемых жилых помещений или к их отчуждению. Указанные сделки и действия учитываются за установленный законом субъекта Российской Федерации период, предшествующий предоставлению гражданину жилого помещения по договору социального найма, но не менее чем за пять лет.
Судом установлено, что ФИО1 на основании постановления главы местной администрации г. Нальчика № 1006 от 20 июля 1993 года принадлежала на праве собственности <адрес> «Б» в <адрес>, состоящая из двух комнат, общ. пл. 52,6 кв. м., в том числе жилой- 30,5 кв.м..
На основании договора купли-продажи от 21 июля 2012 года, ФИО1 продал указанную квартиру ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация прекращения права.
По договору купли-продажи от 28 июля 1994 года ФИО1 приобретена <адрес> по адресу: <адрес> <адрес> общей площадью 51,8 кв.м. в том числе жилой – 28,5 кв.м., государственная регистрация его права собственности на указанную квартиру произведена 30 июля 1994 года.
Исходя из положений ч.2 ст.135 ГК РСФСР, действовавшей на момент заключения сделки, предусматривалось, что право собственности (право оперативного управления) у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором.
В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" до введения в действие закона о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним применялся действовавший в то время порядок регистрации недвижимого имущества и сделок с ним.
Федеральный закон от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" введен в действие с 31 января 1998 г. В силу статьи 6 данного Федерального закона, права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления его в силу, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей.
Согласно пункту 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 2 статьи 8.1 ГК РФ, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.
Частью 2 статьи 135 ГК РСФСР, действовавшей на момент заключения сделки, предусматривалось, что право собственности (право оперативного управления) у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором.
В судебном заседании был опрошен в качестве свидетеля ФИО8, который суду пояснил, что <адрес> (<адрес>), <адрес>» в <адрес>, он купил у ФИО1 в 1994 года, о чем была составлена соответствующая расписка, однако, подлинника ее у него нет, в квартиру он въехал в 1996 году, спустя 2 года, потом на него были переоформлены лицевые счета по оплате коммунальных услуг. В 2012 году уже был заключен договор купли-продажи квартиры.
Суд полагает, что в отсутствие письменных доказательств, пояснения свидетеля не могут признаны допустимым доказательством в подтверждение доводов ФИО1.
В договоре, заключенном в 2012 году, нет никаких сведений о том, что фактически квартира была продана в 1994 году, хотя ФИО1 мог указать об этом обстоятельстве в тексте договора. Кроме того, им не представлено допустимых доказательств, позволяющих с достоверностью сделать вывод о том, что после продажи <адрес> (<адрес>), <адрес>» в <адрес>, на вырученные от ее продажи денежные средства, им приобретена квартира по <адрес> <адрес> в <адрес>.
Суд считает подтвержденным факт того, что ФИО1 являлся собственником <адрес> (<адрес> в <адрес>, на основании Постановления главы местной администрации г. Нальчика № 1006 от 20 июля 1993 года, в соответствии с которым ему было выдано регистрационное удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ в БТИ <адрес>, до заключения договора купли-продажи в 2012 года.
Исходя из содержания ч. 1 ст. 51 ЖК РФ одним из условий признания гражданина нуждающимся в жилом помещении является обеспечение его общей площадью жилого помещения для постоянного проживания на одного члена семьи менее учетной нормы либо отсутствие такого жилого помещения вовсе.
При этом согласно п. 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ при наличии у гражданина и (или) членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной общей площади всех указанных жилых помещений.
Содержание названной нормы закона указывает на то, что наличие у членов семьи нанимателя либо собственника жилого помещения права пользования всеми имеющимися в их распоряжении жилыми помещениями предопределяет обязанность жилищного органа по их учету при определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения. Иное толкование данной нормы может привести к сверхнормативному обеспечению граждан жильем за счет государства.
Поскольку суммарная общая площадь двух указанных жилых помещений составила 104,4 кв. м (51,8 кв. м + 52,6 кв. м), т.е. более учетной нормы в размере 17,4 кв.м,( 104,4 : 6), приходящейся на ФИО1 и членов его семьи, что лишало его возможности находиться на жилищном учете.
При разрешении спора, судом принята во внимание позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Определении от 19 апреля 2007 года N 258-0-0 "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К. на нарушение его конституционных прав статьей 53 ЖК РФ", применение ст. 53 Жилищного кодекса Российской Федерации и развивающих ее подзаконных нормативных актов должно осуществляться в системе действующего правового регулирования во взаимосвязи с п. 3 ст. 10 ГК РФ, согласно которому в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Помимо этого, необходимо учитывать, что действующее законодательство ухудшение жилищных условий связывает не с любыми действиями, приведшими к уменьшению площади жилого помещения, а только с такими действиями, в результате которых возникла нуждаемость в жилых помещениях, либо право на их получение.
В данном случае, суд принимает во внимание, что ответчик не был лишен возможности самостоятельно проверить обоснованность постановки ФИО1 на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, при переводе его очерёдности из УФСКН РФ по КБР, при принятии решения 24 июля 2017 года.
Также суд отмечает, что с отчуждения квартиры до вынесения оспариваемого решения прошло фактически шесть лет, пятилетний срок истек в 2017 году, тогда как истец ФИО1 вплоть до 17 мая 2018 года продолжал стоять на учете, на протяжении всего периода времени с 2004 года никаких вопросов относительно отсутствия у него права на получение единовременной социальной выплаты не возникало.
Суд полагает, что семья ФИО1 продолжает нуждаться в улучшении жилищных условий в связи с недостаточностью жилой площади, приходящейся на каждого члена семьи, в настоящее время уволен со службы и не сможет повторно подать документы для постановки на учет, тем самым будет лишен права на получение указанной меры социальной поддержки. Вместе с тем, суд считает, что ФИО1 вправе быть очередником с 02 марта 2018 года, когда был разрешен вопрос о признании членами его семьи снохи и его внука, так как с 2017 года до этого времени, его обращений в Центральную жилищно-бытовую комиссию не зафиксировано. При этом, суд не усматривает правовых оснований в связи с установленными обстоятельствами, для восстановления его в очереди с 30 января 2004 года.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт № выдан Отделом УФМС России по КБР в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) удовлетворить частично.
Признать незаконным, необоснованным и отменить решение Центральной жилищно-бытовой комиссии от 17 мая 2018 года о снятии с учета ФИО1 с составом семьи 6 человек.
Признать ФИО1 очередником с составом семьи 6 человек (он, его супруга, дочь, сын, сноха и внук) нуждающимся в улучшении жилищных условий с 02 марта 2018 года.
В удовлетворении требования о восстановлении в очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного Суда КБР в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Нальчикский городской суд. Мотивированное решение изготовлено 02 ноября 2022 года.
Председательствующий- Е.В. Шапкина